Реферат: История политических и правовых учений

СодержаниеГлава 1. ПРЕДМЕТИСТОРИИ ПОЛИТИЧЕСКИХ И ПРАВОВЫХ УЧЕНИЙ§ 1. История политическихи правовых учений как учебная дисциплина§ 2. Понятие иструктура политико-правовых доктрин§ 3. Общечеловеческоеи социальное в истории политических и правовых учений§ 4. Содержаниеистории политических и правовых ученийГлава 2. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ГОСУДАРСТВАХ ДРЕВНЕГО ВОСТОКА§ 1. Введение§ 2. Политическаяи правовая идеология Древней Индии§ 3. Политическаяи правовая мысль Древнего Китая§ 4. ЗаключениеГлава 3. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ§ 1. Введение§ 2. Развитие демократическихучений. Старшие софисты§ 3. Политическиеи правовые учения аристократии. Платон и Аристотель§ 4. Политическиеи правовые учения в период упадка древнегреческих государств§ 5. ЗаключениеГлава 4. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ДРЕВНЕМ РИМЕ§ 1. Введение§ 2. Политическиеи правовые учения рабовладельческой аристократии. Цицерон. Римские юристы§ 3. Политическиеи правовые идеи первоначального христианства§ 4. Зарождениетеократических доктрин. Августин Блаженный§ 5. ЗаключениеГлава 5. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ В ПЕРИОД СРЕДНИХ ВЕКОВ§ 1.Введение§ 2. Политико-правоваятеория средневековой схоластики. Фома Аквинский§ 3. Политическиеи правовые идеи средневековых ересей§ 4. Учение о законахи государстве Марсилия Падуанского§ 5. ЗаключениеГлава 6. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В СТРАНАХ АРАБСКОГО ВОСТОКА В ПЕРИОД СРЕДНИХ ВЕКОВ§ 1.Введение§ 2. Политико-правовыенаправления в исламе§ 3. Политико-правовыеидеи в трудах арабских философов§ 4. ЗаключениеГлава 7. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В РОССИИ В ПЕРИОД ВОЗНИКНОВЕНИЯ И РАЗВИТИЯ ФЕОДАЛИЗМА И ОБРАЗОВАНИЯЕДИНОГО РУССКОГО ГОСУДАРСТВА§ 1. Введение§ 2. Политическиеи правовые идеи Древней Руси§ 3. Основные направленияполитической мысли в период образования Московского царства§ 4. Политическаяидеология борьбы против феодальной эксплуатации§ 5. ЗаключениеГлава 8. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ В XVI в.§ 1. Введение§ 2. Учение Н.Макиавелли о государстве и политике§ 3. Политико-правовыеидеи Реформации§ 4. Политическиеидеи тираноборцев. Этьен де Ла Боэси§ 5. Теория государственногосуверенитета. Политическое учение Ж.Бодена§ 6. Политико-правовыеидеи раннего социализма. “Утопия” Томаса Мора. “Город Солнца” Томмазо Кампанеллы§ 7. ЗаключениеГлава 9. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ГОЛЛАНДИИ И АНГЛИИ В ПЕРИОД РАННИХ БУРЖУАЗНЫХ РЕВОЛЮЦИЙ§ 1.Введение§ 2. Возникновениетеории естественного права. Учение Г. Гроция о праве и государстве§ 3. Основные направленияполитической и правовой идеологии в период английской буржуазной революции 1642–1649гг.§ 4. Теоретическоеобоснование демократии. Б. Спиноза§ 5. Обоснование“Славной революции” 1688 г. в учении Дж. Локка о праве и государстве§ 6. ЗаключениеГлава 10. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ НЕМЕЦКОГО И ИТАЛЬЯНСКОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ XVII-XVIII ВВ.§ 1. Введение§ 2. Естественно-правовыетеории в Германии§ 3. Правовая теорияЧ. Беккариа§ 4. ЗаключениеГлава 11. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В РОССИИ В ПЕРИОД УКРЕПЛЕНИЯ АБСОЛЮТИЗМА§ 1. Введение§ 2. Политико-правоваяидеология феодальных защитников абсолютизма§ 3. Политико-правоваяидеология купечества. И.Т. Посошков§ 4. ЗаключениеГлава 12. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ ВО ФРАНЦИИ XVIII В.§ 1. Введение§ 2. Политико-правоваяпрограмма Вольтера§ 3. Учение Ш.Монтескье о государстве и праве§ 4. Политическийрадикализм Ж.-Ж. Руссо§ 5. Политико-правовыеучения социализма и коммунизма в предреволюционной Франции7§ 6. Основные направленияполитико-правовой мысли в период Великой французской революции§ 7. Проблемы государстваи права в документах “Заговора во имя равенства”8. ЗаключениеГлава 13. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В США В ПЕРИОД БОРЬБЫ ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬ§ 1. Введение§ 2. Пейн о государствеи праве§ 3. Политико-правовыевзгляды Т. Джефферсона§ 4. Взгляды А.Гамильтона на государство и право§ 5. ЗаключениеГЛАВА 14. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В РОССИИ В ПЕРИОД ДАЛЬНЕЙШЕГО УКРЕПЛЕНИЯ ДВОРЯНСКОЙ МОНАРХИИ(ВТОРАЯ ПОЛОВИНА XVIII В.)§ 1. Введение§ 2. Идеология“просвещенного абсолютизма”§ 3. Политико-правоваяидеология феодальной аристократии§ 4. Политико-правовыеидеи зарождающегося просветительства и либерализма§ 5. Политико-правоваяидеология крестьянских движений§ 6. А.Н. Радищево праве и государстве§ 7. ЗаключениеГЛАВА 15. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ КЛАССИКОВ НЕМЕЦКОЙ ФИЛОСОФИИ КОНЦА XVIII — НАЧАЛА XIX В.§ 1. Введение§ 2. Учение И.Канта о праве и государстве§ 3. Учение Гегеляо государстве и праве§ 4. ЗаключениеГЛАВА 16. РЕАКЦИОННЫЕИ КОНСЕРВАТИВНЫЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ В КОНЦЕ XVIII-НАЧАЛЕ XIX В.§ 1. Введение§ 2. Реакционныеполитико-правовые учения во Франции, Швейцарии, Австрии§ 3. ТрадиционализмЭ. Бёрка§ 4. Историческаяшкола права§ 5. ЗаключениеГлава 17. БУРЖУАЗНАЯПОЛИТИЧЕСКАЯ И ПРАВОВАЯ ИДЕОЛОГИЯ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XIX В.§ 1. Введение§ 2. Либерализмво Франции. Б. Констан§ 3. Либерализмв Англии. Взгляды И. Бентама на право и государство§ 4. Возникновениеюридического позитивизма. Дж. Остин§ 5. Теория “надклассовоймонархии” Л. Штейна§ 6. Политико-правовоеучение Огюста Конта§ 7. ЗаключениеГлава 18. СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯПОЛИТИКО-ПРАВОВАЯ ИДЕОЛОГИЯ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX В.§ 1. Введение§ 2. Политико-правовыеидеи и теории коллективистов и коммунистов первой половины XIX в.§ 3. ЗаключениеГлава 19. ПОЛИТИЧЕСКИЕИ ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В РОССИИ В ПЕРИОД КРИЗИСА САМОДЕРЖАВНО-КРЕПОСТНИЧЕСКОГО СТРОЯ§ 1. Введение§ 2. Либерализмв России. Проекты государственных преобразований М.М. Сперанского§ 3. Охранительнаяидеология. Политико-правовые идеи Н. М. Карамзина§ 4. Революционнаяидеология. Политические и правовые идеи декабристов§ 5. Политико-правоваяидеология в России 30–50-х гг. XIX в.§ 6.ЗаключениеГлава 20. БУРЖУАЗНЫЕПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ЕВРОПЕ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX В.§ 1. Введение§ 2. Юридическийпозитивизм§ 3. Социологическиеконцепции государства и права§ 4. Политико-правоваяидеология либерализма в России§ 5. Заключение
Глава1. ПРЕДМЕТ ИСТОРИИ ПОЛИТИЧЕСКИХ И ПРАВОВЫХ УЧЕНИЙ

 

§ 1. История политических и правовых учений как учебная дисциплина

 

История политических и правовых ученийотносится к числу историко-теоретических дисциплин. Задача этой дисциплины — наконкретном историческом материале показать закономерности развития политико-правовойидеологии, познакомить студента с содержанием и историей наиболее значительных ивлиятельных теоретических концепций государства и права прошлых эпох. Каждая большаяэпоха сословного и классового общества имела свою теорию государства и права, чащенесколько теорий. Изучение этих теорий и их связи с современными проблемами праваи государства так же важно для подготовки высококвалифицированных правоведов, какдля философов изучение истории философии, для экономистов — истории экономическихучений, для искусствоведов — истории эстетики и т.д.

Изучение истории политических и правовыхучений уже в прошлом веке было составной частью высшего юридического образования.На юридических факультетах университетов эта дисциплина сначала называлась «Историяполитических учений» (общий курс под таким названием был подготовлен и изданпрофессором Московского университета Б.Н.Чичериным), затем — «История философииправа» (курсы лекций в Москве профессора Г.Ф.Шершеневича, в Санкт-Петербургепрофессора Н.М.Коркунова). После 1917 года эта дисциплина называлась по-разному:«История политических учений», «История учений о государстве и праве»,«История политических и правовых учений».

Задачей учебного курса является формированиетеоретического мышления и исторического сознания студента-юриста, воспитание умениясопоставлять и самостоятельно оценивать политико-правовые доктрины современности.Изучение истории политических и правовых учений актуально уже по той причине, чторяд проблем, относящихся к государству, праву, политике, неоднократно обсуждалсяв предшествующие эпохи, в результате чего сложились системы доводов в пользу тогоили иного решения этих проблем. В дискуссиях и спорах решались такие злободневныепроблемы, как проблемы юридического равенства или сословных привилегий, прав человека,соотношения личности и государства, государства и права, политики и морали, демократиии технократии, реформы и революции и др. Знания о различных вариантах решения этихпроблем и об обоснованиях этих решений — необходимая часть современного политическогои правового сознания. В настоящее время резко возрастает значение истории политическихи правовых учений как школы альтернативного мышления, дающей возможность сопоставлятьразличные теории, направления политической и правовой мысли с учетом многовековойдискуссии об этих проблемах. Особенность нашего времени — становление идеологическогоплюрализма, признание различных вариантов мышления в научном, профессиональном,обыденном сознании. Соревнование идейных течений, обмен доводами, проблемами даютвозможность изжить узость и одномерность идеологически деформированного сознания,строго ориентированного на господствовавшее официальное мировоззрение.

При изложении политико-правовых доктриниспользуются понятия и категории, многие из которых студентами изучены в курсе теориигосударства и права. Политические и правовые учения возникали и развивались в органическойсвязи с историей государства и права, отражая современные им политические и правовыеучреждения. Поэтому история политических и правовых учений изучается после того,как студенты изучили историю государства и права. Исходя из потребностей и запросовотечественного правоведения, учебный курс строится преимущественно на материалахистории России и стран Западной Европы. В учебной программе и в учебнике учитываютсяспецифика высшего юридического образования, необходимость максимально экономногоизложения тем, проблем, дат, имен.

§ 2. Понятие и структура политико-правовых доктрин

Предметом истории политических и правовыхучений являются теоретически оформленные в доктрину (учение) взгляды на государство,право, политику.

За время многовековой истории государстваи права возникло очень много политико-правовых доктрин. Созданные различными мыслителямиконцепции и формы их изложения (теоретический трактат, философское сочинение, политическийпамфлет, проект конституции и т. п.) столь же разнообразны, сколь разнообразны вообщерезультаты индивидуального творчества. Вместе с тем всем этим концепциям присущенечто общее: они выражают отношение определенных социальных групп к государствуи праву (программная, оценочная часть учения), строятся на свойственной данной эпохеидейно-теоретической основе (методологический стержень учения), содержат решенияосновных проблем теории государства и права (теоретическое содержание учения). Поэтомуполитико-правовая доктрина включает три компонента: 1) логико-теоретическую, философскуюили иную (например, религиозную) основу; 2) выраженные в виде понятийно-категориальногоаппарата содержательные решения вопросов о происхождении государства и права, закономерностяхих развития, о форме, социальном назначении и принципах устройства государства,об основных принципах права, его соотношении с государством, личностью, обществоми др.; 3) программные положения — оценки существующего государства и права, политическиецели и задачи.

Логико-теоретическая основа политико-правовой доктрины связана сдругими формами общественного сознания, с мировоззрением эпохи. Политические ученияраннего классового и рабовладельческого обществ опирались преимущественно на религиозные(в государствах Древнего Востока) и на философские (Древняя Греция и Древний Рим)обоснования. Мировоззрение средних веков было теологическим.

Методом мышления Нового времени стал рационализм.Неспособность чистого рационализма познать и объяснить ряд явлений общественногои политического развития, с одной стороны, исследование социальной и политическойструктуры общества — с другой, подготовили почву для возникновения и развития социологии,политологии и других общественных наук, изучающих государство и право.

Содержанием политико-правовой доктрины являются еепонятийно-категориальный аппарат, теоретическое решение общих проблем государстваи права, обширная и завершенная система взглядов, основанная на категориях, имеющихопорный, ключевой характер именно в данной доктрине.

Со временем сложился традиционный кругвопросов, решение которых образует содержание политического и правового учения.К ним относятся вопросы о происхождении государства и права, об их связи с обществом,с личностью, с отношениями собственности, проблемы форм государства, его задач,методов политической деятельности, связи государства и права, основных принципови форм (источников) права, проблема прав личности и др.

В предмет истории политических и правовыхучений включаются только учения, содержащие решения общих проблем теории государстваи права. Почти каждая из отраслевых юридических наук имеет свою историю (историяосновных школ и направлений в теории уголовного права, история понятия юридическоголица и других гражданско-правовых концепций, история науки международного праваи др.). К взглядам мыслителей прошлого на решения проблем отраслевых юридическихнаук история политических и правовых учений обращается только тогда, когда эти решениянеразрывно связаны с общетеоретической концепцией, являются формой ее выражения.

Закономерностью развития политико-правовойидеологии на ее теоретическом уровне является то, что любое учение о государстве,праве, политике строится с учетом современной ему политико-правовой действительности,которая обязательно отражается в самом, казалось бы, абстрактном теоретическом построении.Так же, как философия, по словам Гегеля, — это эпоха, схваченная в мысли, политико-правоваядоктрина — это выраженная в системе понятий и категорий государственно-правоваяреальность эпохи. Каждая большая эпоха сословного и классового общества имела свои,свойственные ей политико-правовые учреждения, понятия и способы их теоретическогообъяснения. Поэтому в центре внимания теоретиков государства и права разных историческихэпох были различные политико-правовые проблемы, связанные с особенностями государственныхучреждений и принципов права соответствующего исторического типа и вида. Так, врабовладельческих государствах Древней Греции главное внимание уделялось устройствугосударства, проблеме круга лиц, допущенных к участию в политической деятельности,государственно-правовым способам укрепления господства свободных над рабами. Этими были обусловлены повышенное внимание к теоретическому определению и классификацииформ государства, поиск причин перехода одной формы правления в другую, стремлениеопределить наилучшую, идеальную форму правления. В средние века основным предметомтеоретико-политических дискуссий стал вопрос о соотношении государства и церкви.В центре внимания идеологов буржуазии XVII—XVIII вв. стояла уже проблема не столькоформы правления, сколько формы политического режима, проблема законности, гарантийравенства перед законом, свободы и прав личности. XIX—XX вв. выдвинули на первыйплан вопрос о социальных гарантиях прав и свобод человека, а с конца XIX в. проблемаформ правления и политического режима государства была существенно дополнена исследованиемсвязей с политическими партиями и другими политическими организациями.

Особенности разных исторических эпох предопределялиразличное соотношение права и государства в общественной жизни, а тем самым — разнуюстепень внимания, которое в содержании политико-правовых доктрин уделялось теоретическимвопросам государства, политики, права. Понятие «политико-правовое учение»основано на тесной связи проблем государства и права, ноне означает сведения правана уровень надстройки над государством, придатка к нему, «формы политики».В содержании ряда политико-правовых учений на первом месте стояли именно проблемыправа, по отношению к которым устройство государства и другие политические проблемырассматривались как второстепенные. Право занимает ведущее по отношению к государствуположение в некоторых религиях (брахманизм, ислам), и потому правовые проблемы являютсяглавными в содержании политико-правовых учений, построенных на идейной основе соответствующейрелигии. В истории политико-правовых учений было также немало не связанных с религиейпроектов детальной регламентации неизменными законами жизни общества, проектов,отводящих государству второстепенную роль хранителя этих законов («Законы»Платона, «Кодекс природы» Морелли, «Путешествие в землю Офирскую...»Щербатова и др.). Проблемы права по-новому вышли на первый план в эпоху становлениягражданского общества в тех политико-правовых учениях, которые обосновывали юридическоеравенство людей, их права и свободы, отводя государству роль гаранта прав человека(Локк, Кант и др.). Вместе с тем в истории было немало политико-правовых учений,уделявших большее внимание проблемам политики и государства (Макиавелли, Боден идр.).

Программные положения (оценки государства и права, цели и задачиполитической деятельности и борьбы), присущие каждой политико-правовой доктрине,придают ей социально значимый характер, налагают отпечаток на содержание ее теоретическойчасти и предопределяют выбор методологической основы самой доктрины. В программныхположениях наиболее четко и ясно выражен идеологический характер доктрины; черезних политико-правовое учение связано с практикой политической и идеологической борьбыПрограммная часть учения непосредственно выражает интересы и идеалы определенныхклассов, сословий, иных социальных групп, их отношение к государству и праву

Из трех компонентов политико-правовойдоктрины именно программа является цементирующим, связывающим воедино ее элементыначалом, придающим политико-правовой доктрине монолитность, поскольку оформлениеполитических и правовых взглядов, суждений, оценок в целостную систему происходитна идеологической основе.

Наиболее обширной частью политико-правовыхдоктрин является их теоретическое содержание. Оно всегда связано со способом обоснованияполитико-правовой программы, логически построенным в духе мировоззрения эпохи Связьсодержания политико-правовой доктрины с логико-теоретической основой и с программнымиположениями зачастую сложна и опосредованна. Решение ряда проблем теории государстваи права допускает разные варианты в пределах единого мировоззрения и идеологическойнаправленности.

Теоретическое содержание политико-правовыхдоктрин разнообразно, и это разнообразие зависит от ряда индивидуальных факторов:от объема познаний мыслителя, идейных влияний, особенностей его мышления, жизненныхусловий и т. п. Однако в общем и целом взаимосвязь содержания, логико-теоретическогооснования и программной направленности доктрин все же существует. Так, идея общественногодоговора (договорного происхождения государства) в большинстве теорий XVII—XVIIIвв. была органически связана со стремлением рационалистически объяснить государствои право при помощи логических конструкций, основанных на элементарных понятиях частногоправа; в программном отношений эта идея направлялась против теологических идей о«богоустановленности» власти феодальных монархов. Сама идея общественногодоговора допускала самые разные варианты и толкования, которые, как правило, былисвязаны с историческими условиями теоретической деятельности идеологов. Различныеварианты идеи общественного договора (кто, с кем и почему заключал договор о созданииобщества и государства? Всели свои права участники договора передали государству?Каков объем прав суверена? Возможно ли и при каких условиях расторжение общественногодоговора?) отражали социальные симпатии и антипатии теоретиков, их отношение к общественно-политическимпротиворечиям страны и эпохи, в конечном счете определялись ориентацией на соответствующийобщественный идеал.

§ 3. Общечеловеческое и социальное в истории политических и правовыхучений

Давно замечено, что "… учения оправе и несправедливости постоянно оспариваются как пером, так и мечом, между темкак учения о линиях и фигурах не подлежат спору, ибо истина об этих последних незадевает интересов людей, не сталкиваясь ни с их честолюбием, ни с их выгодой иливожделениями. Я не сомневаюсь, — писал Гоббс, — что если бы истина, что три углатреугольника равны двум углам квадрата, противоречила чьему-либо праву на властьили интересам тех, кто уже обладает властью, то, поскольку это было бы во властитех, чьи интересы задеты этой истиной, учение геометрии было бы если не оспариваемо,то вытеснено сожжением всех книг по геометрии".

Предпринимались попытки создать политико-правовыеучения, своим бесстрастием подобные математике, попытки, заведомо обреченные нанеуспех. В истории возникало много различных идей, теорий, концепций, рассужденийо государстве, праве, политике, но распространялись и включались в историю политическихи правовых учений лишь те из них, которые совпадали с интересами какой-либо социальнойгруппы из-за новизны и остроты постановки и решения проблем государства, права,политики в связи с обоснованием соответствующего общественного идеала.

Политико-правовые доктрины, как отмечено,чаще всего являются результатом индивидуального творчества, но те из них, которыеприобретают общественное значение, имеют определенные социальные функции. К функциямполитико-правовых доктрин относится идеологическое самоопределение (самосознание)какой-либо социальной группы по проблемам права, государства, политики, а такжевлияние на массовое политическое и правовое сознание, на политику государства иразвитие права

Самосознание класса (социальной группы)имеет разные уровни и формы выражения На теоретическом уровне такой формой являютсяучения, доктрины, представляющие собой преимущественно результаты творчества и достояниеинтеллигенции На обыденном, массовом уровне распространены отдельные идеи, оценкиправа и государства, призывы к их изменению или к сохранению, политико-правовыетребования и лозунги. Оба уровня самосознания и формы их выражения тесно связаны— программная часть доктрины включает оценки государства и права и предъявляемыек ним требования, содержащиеся в общественном сознании, а обыденное сознание ищети находит подтверждение своих идеалов в теоретической части доктрин

Классовый характер политико-правовых доктринчасто скрыт, далеко не всегда очевиден Идеология потому и именуется идеологией,что ориентирована на какой-то идеал, не всегда достижимый, но всегда привлекательныйдля общества или его значительной части Подавляющее большинство политических мыслителейобосновывало свои доктрины, сообразно обстоятельствам и духу своей эпохи, ссылкамина «историческую необходимость», «справедливость», «волюнарода», «общее благо», «интересы отечества» и т.п. Многиеиз этих ссылок были искренни в той мере, в какой идеолог был убежден в истинностии обоснованности своей доктрины, в благодетельности результатов ее осуществления.Но немало было недобросовестных апелляций к «всенародной воле» и «общемублагу» Так, в период кризиса Римской республики, борьбы за власть честолюбцев,их партий и группировок(I в до н.э.), по словам очевидца и историка событий Саллюстия,«всякий, кто приводил государство в смятение, выступал под честным предлогомодни якобы охраняли права народа, другие поднимали как можно выше значение сената~ и все, крича об общей пользе, сражались только за собственное влияние».

Более всего связана с идеалами социально-политическихгрупп и с конкретной исторической обстановкой программная часть политико-правовогоучения Методологическая основа учения и его теоретическое содержание являются болеевысокими слоями общественной идеологии, не во всех частях предопределяются социальнымиинтересами, более или менее самостоятельны по отношению к ним.

Наряду с классовыми интересами в политико-правовыхдоктринах нередко находили выражение общечеловеческие ценности. В наиболее общемвиде это идеи справедливости, общего блага, свободы и другие элементарные нормынравственности. В ряде политико-правовых доктрин, выражавших интересы привилегированногоменьшинства, эти идеи были грубо деформированы, терминологически включены в системывзглядов, направленных на оправдание и укрепление жестокой и несправедливой длябольшинства народа социально-политической реальности Возможность такой деформациизависела от абстрактности, чрезмерной общности понятий и норм, которые могли битьнаполнены произвольным содержанием Для определения того, действительно ли в политико-правовойдоктрине речь идет об общечеловеческих ценностях или же в ней лишь чисто формальноиспользуется соответствующая терминология, необходима конкретизация этих понятийи норм применительно к специфике права и государства.

Общечеловеческие ценности выражены в техучениях о праве, которые содержат идеи равенства людей перед законом, прав и свободчеловека, достаточно конкретно раскрывают содержание этих прав и свобод и обосновываютнеобходимость их гарантий С этими идеями тесно связана мысль о необходимости подчиненияправу не только индивидов, но и самого государства

Воплощение общечеловеческих ценностейв учениях о государстве более всего связано с проблемой преодоления политическогоотчуждения.

Под политическим отчуждением понимаетсяпревращение государства, возникшего в результате человеческой деятельности, в нечтоне зависимое от общества, чуждое обществу и господствующее над ним. Политическоеотчуждение имеет различные формы и степени, вплоть до превращения относительнойсамостоятельности государства (при определенных состояниях общества) в самостоятельностьабсолютную.

Проблема политического отчуждения кактаковая теоретически была поставлена в трудах Руссо, Гегеля и других мыслителей.Но стремление практически преодолеть политическое отчуждение было свойственно рядупередовых политических мыслителей еще на ранних этапах истории.

Это стремление имело разные формы и степенивыражения. В наиболее последовательном виде протест против политического отчуждениявыражен идеей отмирания государства, отпадения надобности в политической власти,замены управления людьми управлением вещами и производственными процессами. Идеяобщества без власти и подчинения не раз высказывалась на всех этапах истории политическихи правовых учении. Она содержалась в древних мифах и сказаниях, в произведенияхфилософов, в идеологии ряда религиозных движений, в произведениях некоторых социалистовЕе своеобразной модификацией являются анархизм, анархо-синдикализм и идея «отмираниягосударства», свойственная марксизму и некоторым другим теориям.

Значительно шире распространены демократическиетеории подчинения государства народу. В этих теориях обосновываются различные формысамоуправления, непосредственная и представительная демократия, выборность и ответственностьдолжностных лиц, широкое осуществление прав и свобод личности. Главное требованиедемократических теорий — подчинение государственной власти обществу, выработка иосуществление политики непосредственно народом и через зависимых от народа должностныхлиц. Демократические теории возникли еще в Древнем мире; особенное развитие ониполучили в Новое и Новейшее время.

Рядом с демократическими теориями и нередков сочетании с ними развивались идеи подчинения государства праву. Суть этих идейсостояла в том, что людьми должно управлять не государство, а равный для всех закон.Политическое отчуждение в таких теориях преодолевалось лишь частично, посколькугосударство оставалось внешней для общества силой, хотя и подчиненной закону. Впроцессе развития идей подчинения государства праву возникли либеральные теории,поставившие проблему прав человека, не зависящих от государственной власти, а такжеразработавшие систему гарантий, защищающих эти права и общество в целом от произвольныхдействий государства.

Идея общественного порядка, основанногоболее на законе, чем на распоряжениях должностных лиц и решениях государственныхорганов, тоже возникла еще в Древнем мире. Проблемы прав человека и законности получилибольшое распространение и приобрели качественно новое содержание в период буржуазныхреволюций, положивших начало замене сословного строя гражданским обществом, основаннымна правовом равенстве людей.

§ 4. Содержание истории политических и правовых учений

История политических и правовых ученийпредставляет собой процесс развития соответствующей формы общественного сознания,подчиненный определенным закономерностям.

Связь политических и правовых учений разныхэпох обусловлена уже влиянием созданного идеологами предшествующих эпох запаса теоретическихпредставлений на последующее развитие политико-правовой идеологии. Такая связь (преемственность)особенно заметна в те эпохи и периоды истории, в которые воспроизводятся философияи иные формы сознания предыдущих эпох и решаются политико-правовые проблемы, в чем-тоаналогичные тем, которые решались в предшествующие времена. Так, в Западной Европеразложение феодализма, борьба с католической церковью и феодальными монархиями вызвалиширокое воспроизведение в политико-правовых трактатах идеологов буржуазии XVI—XVIIвв. идей и методологии античных авторов, не знавших христианства и обосновывавшихреспубликанский строй. В борьбе против католической церкви и феодального неравенстваиспользовались идеи первоначального христианства с его демократической организацией;в периоды революционных событий вспоминались демократические идеи античных авторов,республиканские доблести политических деятелей Древней Греции и Древнего Рима.

Ряд историков придавал таким влияниямрешающее значение, пытался представить всю или почти всю историю политической мысликак чередование, круговорот одних и тех же идей и их различных сочетаний («филиацияидей»). Такой подход преувеличивает возможность чисто идеологических влияний,которые сами по себе неспособны породить новую идеологию, если нет социальных интересов,создающих почву для восприятия идей и их распространения. Важно и то, что сходныеисторические условия могут порождать и порождают аналогичные и даже одинаковые идеии теории без обязательных идейных связей и влияний. Не случаен и выбор каким-либоидеологом политико-правового учения, если оно берется за образец, поскольку каждаястрана и каждая эпоха имеют несколько значительных политико-правовых теорий, и выбородной из них (или идей нескольких теорий) опять же обусловлен в конечном счете социально-классовымипричинами. Наконец, влияние и воспроизведение далеко не одно и то же: доктрина,сложившаяся под влиянием других доктрин, чем-то отличается от них (иначе это таже самая доктрина, которая просто воспроизводится); новая теория соглашается с однимиидеями, отвергает другие, вносит изменения в наличный запас представлений. В новыхисторических условиях прежние идеи и термины могут приобретать совершенно другоесодержание и толкование. Так, термин «естественное право» возник еще вДревнем мире; этим термином, например, пользовались софисты в рабовладельческойГреции V в. до н.э. В XVII в. возникла теория естественного права, выражавшая интересыбуржуазии и народа, боровшихся против феодального строя. При сходстве терминологиисуть доктрин противоположна по той причине, что если теоретики естественного праваXVII—XVIII вв. требовали соответствия положительного права(т.е. законов государства)праву естественному (люди равны от природы и т.д.), то именно этого требования убольшинства софистов не было.

История политических и правовых учений— это не чередование идей, воспроизведение их в различных сочетаниях и комбинациях,а отражение в терминах и понятиях развивающейся теории права и государства меняющихсяисторических условий, интересов и идеалов различных классов и социальных групп.

Однако и попытки представить содержаниеистории политических и правовых учений как отражение классовых противоречий и борьбыне привели к созданию связной картины развития соответствующих доктрин от древностидо наших дней уже по той причине, что интересы различных классов, существовавшихв истории, крайне разнообразны, несопоставимы. Неудачной оказалась и попытка разделитьисторию политических и правовых учений на две части, на домарксистский и марксистскийпериоды, из которых первый — рассматривался лишь как преддверие второго, содержалтолько отдельные «догадки» о государстве и праве, второй же — считалсяпериодом развития единственно научного учения о государстве и праве. Помимо идеологическихдеформаций курса такой взгляд породил спорное представление об истории политическихи правовых учений как о процессе накопления, развития, кумуляции знаний о политике,государстве и праве.

На всех своих этапах развития историяполитических и правовых учений действительно связана с прогрессом теории государстваи права и учения о политике. Прогрессом в развитии политико-правовой теории вообщеявляется постановка какой-либо важной социальной проблемы, хотя бы сопряженная сневерным ее решением, либо преодоление старого, мертвящего теоретический поиск мировоззрения,даже если оно заменяется мировоззрением, основанным на ошибочной методологии.

Если попытаться представить историю политическихи правовых учений как «кумулятивный процесс накопления и трансляции знаний»,то нельзя понять, какое место в такой истории принадлежит иллюзорным, утопическимдоктринам и теориям, владевшим умами миллионов людей целые эпохи. Например, господствовавшаяв XVII—XVIII вв. идея общественного договора о создании общества и государства вкомплексе современных теоретических знаний заслуживает упоминания разве только всвязи с критическим обзором различных устаревших идей о происхождении государства.Но в период борьбы против феодализма идея общественного договора как способ выражениясопричастности человека и народа к власти противостояла идее богоустановленностивласти феодальных монархов. Обе эти идеи далеки от науки, нона основе каждой изних, толкуемой как основной методологический принцип, строились обширные теоретическиеконцепции, притязающие на объяснение прошлого, истолкование настоящего и предвидениебудущих судеб государства и права. Объяснение оказалось надуманным, истолкование— ошибочным, предвидение — ложным. Но это не значит, что в истории политико-правовоймысли смена теологического мировоззрения рационалистическим вообще не была прогрессивной.

История политических и правовых учений— не процесс постепенного познания государства и права, накопления и суммированиязнаний, а борьба мировоззрений, каждое из которых стремится найти опору в общественноммнении, оказать влияние на политическую практику и развитие права, опровергнутьаналогичные попытки противостоящей идеологии.

Политико-правовая идеология, как всякаяидеология, определяется в понятиях не гносеологии (истинное — не-истинное), а социологии(самосознание социальных групп и классов). Поэтому к политико-правовым доктринамприменяется критерий не истинности, а способности выражать интересы той или инойсоциальной группы. Представление об истории политических и правовых учений как обистории знаний, основанное на аналогии с историей естественных наук, не подтверждаетсяв реальной истории политико-правовой идеологии

Развитие этой идеологии ведет к приростузнаний о государстве и праве, но политико-правовая теория была и остается эмпирической,классификационной, описательной наукой, прогностическая функция которой очень сомнительна.Большую давность имеет спор о политике — наука это или искусство.

Значительное влияние на практику имеютте политико-правовые доктрины и идеи, которые основаны на обобщении, теоретическомосмыслении опыта развития государственных и правовых учреждений передовых стран.Теория разделения властей, выразившая практику государственного развития Англиив XVII в., оказала громадное влияние на конституции США, Франции и других странДоктрина прав человека и гражданина, обобщившая практику революционного переходаот сословного строя к гражданскому обществу, нашла воплощение в международных пактахи законодательстве почти всех государств XX в. С помощью политико-правовых доктринполитический опыт передовых стран становится достоянием других стран, воспринимающихэтот опыт в теоретически обобщенном виде.

Однако многие политико-правовые доктриныостались только достоянием умов порой многочисленных их приверженцев, но не быливнедрены в практику (анархизм, анархо-коммунизм, синдикализм и пр.), некоторые жев процессе осуществления претерпели значительные деформации (например, теория народногосуверенитета Руссо) либо дали побочные результаты, которых никто не предвидел ине желал (например, теории государственного социализма) Из привлекательных идеалов,теоретически сконструированных в отрыве от исторической действительности, проистекалибедственные последствия для стран и народов, если общество, государство и правопытались перестроить с помощью власти и принуждения. Еще в начале XVI в. великийгуманист Эразм Роттердамский, ссылаясь на опыт истории, справедливо заметил: «Ничегоне бывало для государства пагубнее, нежели правители, которые баловались философиейили науками». При современном уровне развития общественных наук ни одна политико-правоваядоктрина не может притязать на научное предвидение долговременных результатов преобразованиягосударственных и правовых учреждений какой-либо страны на основе этой доктрины.

При разработке политико-правовых доктринглавным стимулом теоретической деятельности были не только любознательность, стремлениепостигнуть причины существования и перспективы развития государства и права, нои страстное, эмоционально окрашенное стремление опровергнуть противостоящую политико-правовуюидеологию, представить государство и право такими, какими их хочет видеть или изобразитьидеолог, стремление преобразовать или защитить подвергающиеся нападкам государствои право, повлиять на массовое и государственное политико-правовое сознание обществаОсновная причина многочисленности, разнообразия и сложности политических и правовыхучений — желание каждого из идеологов отстоять идеалы своего класса или своей группыи опровергнуть идеологию противоположных класса или группы.

Реальная связь времен в истории политическихи правовых учений более всего основана на возрастании значения в политико-правовыхдоктринах гуманистических начал В идеологической борьбе, обусловливающей развитиеполитико-правовой мысли, во все исторические эпохи существовали и существуют двапротивоположных направления одно стремится преодолеть политическое отчуждение, другоепытается его увековечить.

Политико-правовой идеологии преимущественнопередовых, прогрессивных классов и социальных групп присущи идеи подчинения государстванароду, требования обеспечения прав человека, защиты личности и общества от произволаи беззакония, подчинения государственной власти закону.

Идеями и теориями, оправдывающими политическоеотчуждение, были и остаются те, которые стремятся обосновать ничтожность личностии народа перед государством, неограниченность государственной власти, необязательностьдля нее элементарных норм нравственности, пытаются идеализировать авторитарное,деспотическое, тоталитарное государство. С оправданием политического отчуждениясвязаны не только те доктрины, которые отрицают права человека, но и те, которыевидят в праве только «приказ власти».


Глава2. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ГОСУДАРСТВАХ ДРЕВНЕГО ВОСТОКА

 

§ 1. Введение

Древнейшие политико-правовые учения возниклив Египте, Индии, Палестине, Китае и других странах древнего Востока.

В цивилизациях Древнего Востока сложилсясамый ранний тип общества, пришедшего на смену первобытному. Экономически он характеризуетсягосподством патриархального натурального хозяйства, устойчивостью государственныхформ собственности на землю и общинного землевладения, крайне медленным развитиеминдивидуальной частной собственности. Современные исследователи относят древневосточныеобщества к так называемым локальным (или речным) цивилизациям земледельческого типа.

Основную массу населения в государствахДревнего Востока составляли крестьяне, объединенные в сельские общины. Рабовладение,несмотря на довольно широкое распространение в некоторых странах (например, в Египте,Индии), в производстве решающей роли не играло. Привилегированное положение в обществезанимали лица, принадлежавшие к аппарату государственной власти, придворная и имущественнаязнать. На содержании политической идеологии Древнего Востока сказались прежде всеготрадиционализм общинной жизни, незрелость классов и классового самосознания. Патриархальныесельские общины ограничивали инициативу человека, удерживая его в рамках вековыхобычаев. Политическая мысль Древнего Востока длительное время развивалась на основерелигиозно-мифологического мировоззрения, унаследованного от родового строя.

Главенствующее место в политическом сознаниираннеклассовых обществ занимали мифы о божественном, сверхъестественном происхожденииобщественных порядков. С этими мифами были тесно связаны традиции обожествлениясуществующей власти и ее предписаний.

Цари, жрецы, судьи и другие представителивласти считались потомками или наместниками богов и наделялись священными чертами.

Политические взгляды были тесно переплетеныс общемировоззренческими (философскими), моральными и иными представлениями. Древнейшиеправовые запреты, например, являлись одновременно общемировоззренческими принципами(законами всего мира), религиозными заповедями и моральными предписаниями. Такогорода воззрения прослеживаются в законах царя Хаммурапи, в правовых предписанияхТалмуда, в индийских религиозных книгах. В государствах Древнего Востока политическиеи правовые учения еще не обособились от мифов, не сформировались в относительносамостоятельную сферу общественного сознания.

Незавершенный характер этого процессапроявлялся в следующем.

Во-первых, политико-правовые учения ДревнегоВостока оставались сугубо прикладными. Главное содержание их составляли вопросы,касающиеся искусства («ремесла») управления, механизма осуществления властии правосудия. Иначе говоря, в политических доктринах разрабатывались не столькотеоретические обобщения, сколько конкретные проблемы техники и методов отправлениявласти.

Государственная власть при этом в подавляющембольшинстве учений отождествлялась с властью царя или императора. Причиной томупослужила свойственная Древнему Востоку тенденция к усилению власти единоличныхправителей и образованию такой формы государственного управления обществом, каквосточная деспотия. Верховный правитель считался олицетворением государства, средоточиемвсей государственной жизни. «Государь и его держава — вот главные элементыгосударства», — сказано в индийском трактате «Артхашастра».

Во-вторых, политические учения ДревнегоВостока не отделялись от морали и представляли собой этико-политические доктрины.Повышенный интерес к проблемам морали вообще характерен для идеологии формирующихсяклассов. Это общая закономерность всей истории политической мысли, и наиболее отчетливоона проявилась на стадии формирования раннеклассовых обществ.

Преобразования в обществе и государствево многих древневосточных учениях связывались с изменениями морального облика людей.Само искусство управления подчас сводилось к нравственному совершенствованию государя,к управлению силой личного примера. «Если правитель утвердит свое совершенство,— говорилось в китайской книге „Шу цзин“, — то во всем его многочисленномнароде не будет сообществ злоумышленников» Многие акции социального протестапроходили под лозунгами морального содержания и были направлены против конкретныхносителей или узурпаторов власти. Народные массы выступали главным образом за восстановлениесправедливости, перераспределение богатства, но не подвергали сомнению экономическиеи политические основы общества.

В-третьих, для политико-правовых ученийДревнего Востока характерно то, что в них не только сохранялись, но и развивалисьрелигиозно-мифологические воззрения. Преобладание в политических учениях практико-прикладнойи нравственной тематики приводило к тому, что наиболее общие, отвлеченные от непосредственнойпрактики вопросы (например, происхождение государства и права, их историческое развитие)оставались без решения либо решались при помощи тех воззрений, которые предоставлялорелигиозно-мифологическое сознание.

Социально-политические теории ДревнегоВостока, одним словом, являлись сложными идеологическими образованиями, состоявшимииз религиозных догм, моральных представлений и прикладных знаний о политике и праве.Соотношение этих элементов в различных учениях было неодинаково.

Развернутые религиозные учения были созданыидеологами господствующих сословий (культ фараона в Египте, идеология брахманизмав Индии и др.). Эти учения освящали социальное неравенство, привилегии знати, властьэксплуататорской верхушки. Основы общества объявлялись божественными установлениями,и любая попытка посягательства на них рассматривалась как вызов богам Народным массамстремились внушить благоговейный страх перед божественной властью государя, привитьсмирение и покорность.

Господствующей идеологии противостоялиполитические взгляды угнетенных. Они критиковали официальные религиозные догмы,искали новые формы веры (например, ранний буддизм), выступали против гнета и произвола,выдвигали требования в защиту справедливости. Их идеи оказывали значительное влияниена развитие политической теории. Правящие круги всегда были вынуждены учитыватьв идеологии требования эксплуатируемого большинства. Некоторые идеи социальных низов,как, скажем, призыв библейского пророка Исайи перековать мечи на орала, используютсяв политической идеологии до сих пор.

Вследствие экономической отсталости, завоевательныхвойн и других причин многие государства Древнего Востока утратили независимостьили погибли. Возникшие в них политические учения, как правило, не получали дальнейшегоразвития. Последовательная преемственность истории политико-правовой мысли сохраняласьлишь в Индии и Китае.

§ 2. Политическая и правовая идеология Древней Индии

Ведущими направлениями в политическойи правовой идеологии Древней Индии являлись брахманизм и буддизм. Они возникли всередине I тысячелетия до н.э, когда у арийских племен, покоривших Индию, началосьобразование классов. Своими корнями оба направления восходили к религиозно-мифологическомумировоззрению, изложенному в Ведах — древних ритуальных книгах ариев. Идейные расхождениямежду брахманизмом и буддизмом произошли на почве толкования мифов и правил поведения,которые освящала религия. Наиболее острые разногласия между ними были связаны страктовкой правил для варн — родовых групп, положивших начало кастовой организациииндийского общества

Варн у древних индийцев было четыре —варна жрецов (брахманы), варна воинов (кшатрии), варна земледельцев, ремесленникови торговцев (вайшьи) и низшая варна (шудры) Согласно ведическому преданию, варныпроизошли из тела космического великана Пуруши, из уст которого родился брахман,из рук — кшатрий, из бедер — вайшья, а из ступней — шудра. Члены первых трех варнсчитались полноправными общинниками. У них в подчинении находились шудры

На основе религиозно-мифологических представленийбрахманы создали новую идеологию — брахманизм. Она была направлена на утверждениеверховенства родовой знати в складывающихся государствах Социально-политическиеидеи различных школ брахманизма отражены в многочисленных законоведческих и политическихтрактатах. Наиболее авторитетным среди них был трактат «Манавадхармашастра»(«Наставления Ману о дхарме» — составлен в период II в. до н. э. — IIв. н.э.). На русский язык трактат переведен под названием «Законы Ману».

Одним из краеугольных положений религиибрахманизма был догмат о перевоплощении душ, согласно которому душа человека послесмерти будет блуждать по телам людей низкого происхождения, животных и растенийлибо, если он провел праведную жизнь, возродится в человеке более высокого общественногоположения или в небожителе. Поведение человека и его будущие перерождения брахманыоценивали в зависимости оттого, как он выполняет предписания дхармы — культовые,общественные и семейные обязанности, установленные богами для каждой варны. Брахманампредписывалось изучение Вед, руководство народом и обучение его религии; кшатриямполагалось заниматься военным делом Управлять государственными и общественными деламибыло привилегией двух высших варн.

Вайшьи должны были обрабатывать землю,пасти скот и торговать. «Но только одно занятие Владыка указал для шудры —служение этим (трем) варнам со смирением», — утверждали «Законы Ману»Формально шудры были свободными, но то положение в обществе, которое отводили им«Законы Ману», мало чем отличалось от положения рабов. В идеологии брахманизмабыли разработаны подробные правила жизни для шудр, а также для других низших сословий,к которым причислялись рожденные от смешанных браков, рабы и неприкасаемые. Дляиноземцев и племен, не знавших деления на варны, рабство признавалось естественнымявлением

Идеологический смысл учения о дхарме заключалсяв том, чтобы обосновать кастовый строй и привилегии наследственной знати, оправдатьподневольное положение трудящихся. Сословная принадлежность определялась порождениюи являлась пожизненной. Переход в высшие варны брахманы допускали лишь после смертичеловека, в его «будущей жизни», как награду за служение богам, терпениеи кротость Средством, обеспечивающим кастовые предписания, выступало в брахманизмегосударственное принуждение, понимаемое как продолжение карающей силы богов. Идеянаказания была основополагающим принципом политической теории — ей придавалось стольогромное значение, что саму науку управления государством называли учением о наказании«Весь мир подчиняется посредством Наказания», — провозглашали «ЗаконыМану» Определяя принуждение как главный метод осуществления власти, идеологижречества усматривали его назначение в том, чтобы «ревностно побуждать вайшьеви шудр исполнять присущие им дела, так как они, избегая присущих им дел, потрясаютэтот мир».

Государственную власть «Законы Ману»описывают как единоличное правление государя В каждом благоустроенном государстве,разъясняли составители трактата, существует семь элементов — царь (государь), советник,страна, крепость, казна, войско и союзники (указаны в порядке их убывающего значения)Важнейший элемент в этом перечне — царь. Учение о «семичленном царстве»соответствовало уровню развития политических учреждений в раннеклассовом обществе,особенно при деспотических режимах, и представляло собой одну из первых в историипопыток создать обобщенный образ государства.

К обожествлению царской власти идеологижречества подходили с кастовых позиций. Правители из кшатриев и брахманов приравнивалиськ богам, тогда как цари, принадлежавшие к низшим кастам, уподоблялись содержателямпритонов. Политическим идеалом брахманизма являлось своеобразное теократическоегосударство, в котором царь правит под руководством жрецов.

Брахманы претендовали на то, чтобы государипризнали верховенство религиозного закона над светским. Теория брахманизма отражалав этом отношении идеи, при помощи которых жречество боролось за политическую гегемониюв обществе.

Особое место в истории древнеиндийскойполитической мысли занимает трактат под названием «Артхашастра» («Наставленияо пользе») Его автором считается брахман Каутилья — советник царя Чандрагупты,основавшего в IV в. до н. э могущественную империю Маурьев. Первоначальная рукописьтрактата перерабатывалась и дополнялась примерно до III в. н. э.

Трактат воспроизводит положения брахманизмао кастовых предписаниях, о необходимости обеспечения закона дхармы суровыми наказаниями,о превосходстве жречества над другими сословиями, его монополии на отправление религиозногокульта. В полном соответствии с постулатами брахманизма авторы проводят идеи господстванаследственной знати и подчинения светских правителей жрецам. Царь должен следоватьдворцовому Жрецу, говорится в трактате, «как ученик учителю, как сын отцу,как слуга господину».

В то же время трактат содержит идеи, несовпадавшие с традиционным учением жречества. В отличие от ортодоксальных школ брахманизма,настаивавших на верховенстве религиозного закона, авторы трактата отводили главнуюроль в законодательной деятельности государю. Как подчеркивалось в «Артхашастре»,из четырех видов узаконения дхармы — царского указа, священного закона (дхармашастры),судебного решения и обычая — высшей силой обладает царский указ «Если священныйзакон не согласуется с дхармой, установленной указом, то применять следует последнюю,ибо книга закона в этом случае теряет силу» При отсутствии разногласий междуними религиозный закон оставался незыблем, и ему отдавалось предпочтение перед судебнымирешениями и обычным правом

На первый план в «Артхашастре»выдвинута идея сильной централизованной царской власти. Государь предстает здесьнеограниченным самодержавным правителем. Каутилья рекомендует царям руководствоватьсяв первую очередь интересами укрепления государства, соображениями государственнойпользы и не останавливаться, если того требуют обстоятельства, перед нарушениемрелигиозного долга. Основное внимание создатели трактата уделяют не религиозномуобоснованию царской власти, а практическим рекомендациям по управлению государством.«Артхашастра» — наиболее полный в индийской литературе свод прикладныхзнаний о политике, своего рода энциклопедия политического искусства.

Эти новые для брахманизма идеи были направленына то, чтобы освободить деятельность государства от стесняющих ее религиозных традиций,избавить правителей от необходимости сверять каждый шаг с догматами религии. В этомбыли заинтересованы как светские правители, стремившиеся упрочить государство иослабить влияние жрецов на политику, так и определенные круги самого жречества,готовые поступиться частью своих привилегий ради консолидации господствующих сословий.Идеи «Артхашастры» выражали программу взаимных уступок со стороны светскойвласти и жречества. Можно предположить, что необходимость таких взаимных уступокбыла вызвана повышением политической активности господствующих классов при объединениидревнеиндийских государств в империю Маурьев.

В борьбе против жреческой религии сформировалсябуддизм. Он возник в VI—V вв. до н.э. Его основателем, согласно преданию, был принцСиддхартха Гаутама, прозванный Буддой, т. е. Просветленным. Самый ранний из дошедшихдо нас сводов буддийского канона — «Типитака» (буквально «Три корзины»— название, видимо, произошло от того, что тексты канона были тематически разделенына три части) «Типитака» датируется II—I вв. до н.э.

Ранний буддизм представлял собой религиозно-мифологическоеучение. В качестве центральной им была выдвинута идея освобождения человека от страданий,причиной которых являются мирские желания.

Предварительным условием спасения буддистыобъявили выход человека из мира и вступление его в монашескую общину. В раннем буддизмесуществовали две системы религиозно-моральных предписаний: одна — для членов монашескойобщины, другая — для мирян

В буддийские монашеские общины допускалисьтолько свободные (рабов не принимали). Вступающий в общину должен был отказатьсяот семьи и собственности, перестать соблюдать предписания своей варны. «Я называюбрахманом того, кто свободен от привязанностей и ничего не имеет,» — говоритв каноне Будда. «Но я не называю человека брахманом только за его рождениеили за его мать». Основатели буддизма утверждали, что добиться спасения могутне только брахманы, но и выходцы из других каст, если они получат статус архата(брахмана) в результате духовного подвижничества. Монашеская жизнь детально регламентировалась.

Правила же для мирян подробно не разрабатывалисьи во многом были заимствованы из традиционных норм ведической религии. Своеобразиебуддийских воззрений на касты проявлялось лишь в том, что первыми в перечне варнназывались вместо брахманов кшатрии «Существует четыре касты, — проповедовалБудда, — кшатрии, брахманы, вайшьи и шудры. Среди четырех каст кшатрии и брахманыобладают превосходством».

Социальные требования буддизма, по существу,сводились к уравнению каст в религиозной сфере и не затрагивали основ общественногостроя. При всей своей очевидной ограниченности это учение подрывало авторитет наследственныхбрахманов, их притязания на идейное и политическое руководство обществом. Оппозиционный,антижреческий характер буддизма, его безразличие к кастам в делах веры, проповедьпсихологического самоутверждения человека перед лицом страданий — все это снискалоему широкую популярность среди обездоленных и неимущих.

Первоначально буддизм отражал взглядырядовых земледельцев-общинников и городской бедноты. В его состав вошли многие представления,возникшие на почве общинных порядков, пережитков племенной демократии и патриархальныхтрадиций. Например, первые цари изображались выборными и правившими в полном согласиис народом В книгах канона нередко звучит осуждение правителей, поправших древниеобычаи из-за корыстных вожделений. «Царь, хотя бы он уже завоевал все землидо моря и стал обладателем несметных богатств, все еще жаждал бы, будучи ненасытным,тех владений, которые лежат за морем». Буддийские притчи сохранили также рассказыо том, как народ, возмущенный несправедливостью правителей, забивает до смерти дворцовогожреца, а царя изгоняет из страны. Вероучители буддизма не призывали, однако, к активнойборьбе с несправедливостью.

Впоследствии буддизм претерпел значительныеизменения. Заинтересованные в поддержке господствующих сословий руководители буддистскихобщин подвергают учение пересмотру. В нем усиливаются мотивы покорности и непротивлениясуществующей власти, смягчаются требования крайнего аскетизма, появляются идеи спасениямирян Светские правители, в свою очередь, начинают использовать учение в борьбепротив засилия жречества и стремятся приспособить буддистские догматы к официальнойидеологии. Процесс сближения буддистского учения с официальной идеологией достигаетапогея в III в. до н.э., когда царь Ашока, правивший империей Маурьев, перешел вбуддийскую веру.

Дальнейшая история индийской общественноймысли связана с возникновением и утверждением индуизма — религии, впитавшей элементыбрахманизма, буддизма и ряда других верований Буддизм получает распространение главнымобразом за пределами Индии — в странах Юго-Восточной Азии, в Китае, Японии и др.В первых веках н.э. буддизм становится одной из мировых религий.

§ 3. Политическая и правовая мысль Древнего Китая

Расцвет общественно-политической мыслиДревнего Китая относится к VI—III вв. до н.э. В этот период в стране происходятглубокие экономические и политические изменения, обусловленные появлением частнойсобственности на землю. Рост имущественной дифференциации внутри общин повлек засобой возвышение зажиточных слоев, ослабление патриархальных клановых связей и углублениесоциальных противоречий. Возникает ожесточенная борьба за власть между имущественнойи наследственной аристократией. Чжоуская монархия, державшаяся благодаря авторитетуродовой знати, распадается на многочисленные враждующие между собой государства.Страну охватывает затяжной политический кризис.

В поисках выхода из него идеологи противоборствующихклассов выдвигают программы мероприятий, которые позволили бы упрочить положениепредставляемых ими слоев и обеспечить политическую стабильность. В общественно-политическоймысли складываются различные направления и школы. Развивавшиеся на основе предшествующейрелигиозной мифологии, они нередко использовали одни и те же представления (например,о божественной природе неба, о законе дао), изменяя их соответственно своим программам.Наиболее влиятельными политическими учениями Древнего Китая являлись даосизм, конфуцианство,моизм и легизм.

Возникновение даосизма традиция связываетс именем полулегендарного мудреца Лао-цзы, жившего по преданию в VI в. до н.э. Емуприписывают составление канонического трактата «Дао дэ цзин» («Книгао дао и дэ»).

Идеология раннего даосизма отражала воззрениямелковладетельной знати и общинной верхушки, их протест против чрезмерного обогащенияправителей, усиления чиновничьего аппарата и расширения государственной деятельности.Утратившие свое былое влияние, эти слои добивались реставрации патриархальных порядков.

В основе учения лежит понятие «дао»(буквально —путь). Оно было заимствовано из традиционных китайских верований, гдеозначало правильный жизненный путь человека или народа, соответствующий велениямнеба Переосмысливая это понятие, основатели даосизма стремились развенчать идеологиюправящих кругов, и в первую очередь официальный религиозный культ с его догмамио «небесной воле» и «государе — сыне неба», дарующих законыдао народу. Дао в интерпретации последователей Лао-цзы — это абсолютное мировоеначало. Оно предшествует небесному владыке и превосходит его своей мощью. Дао —источник всего существующего, бесконечный поток естественного возникновения и сменывсех явлений, их перехода из одного в другое, вечный круговорот рождения и смерти.Человеку оно предстает в виде сверхъестественного закона, управляющего миром. Передлицом этой всепроникающей силы человеку остается лишь осознать свое ничтожествои попытаться путем освобождения от страстей продлить себе жизнь.

Существующие в обществе недостатки даосыобъясняли тем, что люди, предавшись суетным желаниям, отошли от первоначальной простоты,разорвали естественные узы, скреплявшие их с землей, и вместо мудрости полагаютсяна знания. Причиной общественных неурядиц является переход от изначального слияниячеловека с дао к развитию его способностей и знаниям.

В социально-этическом плане лейтмотивомдаосизма проходят осуждение гордыни, проповедь среднего достатка и умеренности.«Кто много накапливает, — учил Лао-цзы, — тот потерпит большие убытки. Ктознает меру, у того не будет неудачи» Хороший купец, имея полные амбары, делаетвид, что они у него пусты. В «Дао дэ цзин» нашли отражение широко распространенныесреди общинного крестьянства представления об имущественных переделах в пользу бедных.Небесное дао, говорится в каноне, «отнимает лишнее и отдает отнятое тому, ктов нем нуждается. Небесное дао отнимает у богатых и отдает бедным то, что у них отнято».

Свои надежды на восстановление естественнойпростоты человеческих отношений Лао-цзы связывал с умными вождями из числа наследственнойзнати, которые смогли бы увидеть «чудесную тайну дао» и повести за собойнарод. «Если знать и государи могут его (дао) соблюдать, то все существа самистановятся спокойными. Тогда небо и земля сольются в гармонии, наступят счастьеи благополучие, а народ без приказания успокоится».

Мудрый государь, поучали даосы, правитстраной при помощи метода недеяния, т.е. воздерживаясь от активного вмешательствав дела членов общества Лао-цзы порицал современных ему правителей за то, что онислишком деятельны, устанавливают много налогов и запретительных законов, ведут бесконечныевоины. «Лучший правитель тот, о котором народ знает лишь то, что он существует».

Лао-цзы призывал знать и правителей «селитьсяближе к земле», восстановить порядки, существовавшие в древности, когда людижили небольшими разрозненными селениями, отказаться от использования орудии трудаи отучить народ от знании «В древности те, кто следовал дао, не просвещалинарод, а делали его невежественным. Трудно управлять народом, когда у него многознаний».

Социально-политическая концепция даосизмапредставляла собой реакционную утопию. Ее питали умонастроения тех слоев родовитойзнати и общинной верхушки, положение которых было подорвано растущим имущественными социальным расслоением. Не обладая реальной силой для борьбы с новой аристократией,эти слои претендовали на роль хранителей священной мудрости, не доступной другим.Одновременно они стремились поправить и свои имущественные дела, сравняться с аристократиейбогатства, используя для этого и общинные традиции взаимопомощи.

Мистицизм и таинственность даосизма породилиинтерес к нему со стороны самых разных социальных групп, начиная от ближайшего окруженияцарей и кончая различными заговорщицкими организациями. Использование даосами традицийи норм общинной жизни облегчало восприятие учения крестьянскими массами.

Наиболее влиятельной доктриной в историиполитической мысли Китая являлось конфуцианство. Родоначальник этого направленияКонфуций (551—479 гг. до н.э.). защищал интересы слоев, стремившихся примирить имущественнуюи наследственную знать. Изречения мыслителя собраны его учениками в книге «Луньюй» («Суждения и беседы»).

Основными категориями конфуцианства являютсяпонятия благородного мужа, человеколюбия и правил ритуала. Категории эти были тесновзаимосвязаны, ибо представляли собой лишь различные стороны единого политическогоидеала, рассмотренного с точки зрения его носителей, общего принципа и конкретныхнормативных предписаний.

Управлять государством, согласно Конфуцию,призваны благородные мужи во главе с государем — «сыном неба» Вслед засторонниками правления знатных Конфуций утверждал, что деление людей на «высших»и «низших» не может быть устранено. Отличие его взглядов от воззренийнаследственной знати состояло в том, что Конфуций выделял благородных не по признакампроисхождения, а по моральным качествам и знаниям. Благородный муж в учении Конфуция— это образец нравственного совершенства, человек, который всем своим поведениемутверждает нормы морали. Именно по этим критериям Конфуций предлагал выдвигать нагосударственную службу. «Если выдвигать справедливых и устранять несправедливых,народ будет подчиняться».

Идеи правления знатных у Конфуция носилиярко выраженный компромиссный характер: представления, типичные для идеологии наследственнойзнати (признание врожденных различий между людьми, их градация на «высших»и «низших»), сочетались у него с положениями, открывавшими доступ к государственномуаппарату неродовитой общинной верхушке.

Главная задача благородных мужей — воспитатьв себе и распространить повсеместно человеколюбие. В это понятие Конфуций вкладывалособое, не совпадающее с современным содержание. Под человеколюбием понималось поведение,отвечавшее нравственным ценностям семейно-клановых коллективов и патриархальныхобщин. Человеколюбие включало в себя: попечение родителей о детях, сыновнюю почтительностьк старшим в семье, а также справедливые отношения между теми, кто не связан родственнымиузами. «Почтительность к родителям и уважительность к старшим братьям — этооснова человеколюбия». Общим принципом взаимоотношений между людьми был принцип«не делай другим того, чего не желаешь себе».

Перенесенные в сферу политики, эти принципыдолжны были послужить фундаментом всей системы управления. Ее перестройку Конфуцийпредлагал начать с так называемого исправления имен, т.е. с восстановления истинного,изначального смысла существующих в обществе титулов и вытекающих из них обязанностей.«Государь должен быть государем, сановник — сановником, отец — отцом, сын —сыном». Государю вменялось в обязанность относиться к подданным, как к своимдетям. Он должен заботиться о достатке продовольствия в стране, защищать ее оружиеми воспитывать народ. Воспитание подданных — важнейшее государственное дело, и осуществлятьего надо силой личного примера. «Управлять — значит поступать правильно».В свою очередь, народ обязан проявлять сыновнюю почтительность к правителям, беспрекословноим повиноваться. Прообразом организации государственной власти для Конфуция служилоуправление в семейных кланах и родовых общинах (патронимиях). Концепция мыслителяпредставляла собой одну из самых ранних попыток обосновать идеал патерналистскогогосударства.

Описание идеального общества Конфуцийконкретизировал в учении о правилах ритуала, которым отводилась роль нормативнойсистемы государства. Конфуций был решительным противником управления на основе законов.Он осуждал правителей, делавших ставку на устрашающие правовые запреты, и выступалза сохранение традиционных религиозно-моральных методов воздействия на поведениекитайцев. «Если руководить народом посредством законов и поддерживать порядокпри помощи наказаний, народ будет стремиться уклоняться (от наказаний) и не будетиспытывать стыда. Если же руководить народом посредством добродетели и поддерживатьпорядок при помощи ритуала, народ будет знать стыд и он исправится». Переченьконфуцианских правил поведения охватывал предписания, касающиеся выполнения ритуальныхи культовых обрядов (почитания духов, культа предков), моральные наставления и нормыобычного права. Подчеркивая свое преклонение перед древностью, Конфуций призывалвосстановить правила, существовавшие во времена лучших правителей династии Чжоу.

На страницах книги «Лунь юй»высказана мысль о том, что необходимость в государственном управлении отпадет вообще,если правила ритуала будут всеми соблюдаться. Конфуций и его последователи не исключали,однако, что для наступления той счастливой поры потребуются карательные походы противнепокорных. Главное в том, считали они, чтобы распоряжения о карательных походахотдавал благородный и любящий свой народ государь, а не правители уделов или сановники.Применять наказания нужно по-отечески, т.е. с любовью к людям. Конфуцианское учениеотвергало тем самым произвол администрации, особенно на местах, ограничивало своеволиегосударя определенными моральными рамками.

Политическая программа раннего конфуцианствав целом являлась консервативной, хотя в ней содержались и прогрессивные идеи. Проведеннаяна практике, она способствовала закреплению патриархальных отношений, утверждениюгосподства наследственной аристократии. Конфуцианские идеи обновления правящегосословия за счет представителей непривилегированных слоев не могли привести к радикальнойперестройке в государстве, ибо последние, будучи воспитаны на древних традициях,сами превращались в активных защитников организации власти, которую отстаивала родовитаязнать. Концепция выдвижения справедливых предполагала лишь ослабление конфликтовмежду старой и новой аристократией.

Вместе с тем отдельные положения доктрины,как было сказано, имели прогрессивное значение. К ним следует отнести прежде всегоидеи распространения моральных знаний и обучения людей независимо от их сословнойпринадлежности. Просветительская деятельность Конфуция и его учеников сыграла громаднуюроль в развитии китайской культуры.

С критикой правления наследственной аристократиивыступил Мо-цзы (приблизительно 479—400 гг. дон. э.) — основатель школы моистов.Его учение изложено последователями в книге «Мо-цзы».

Моизм выражал интересы мелких собственников — свободных земледельцев,ремесленников, торговцев, низших чинов в государственном аппарате, социальное положениекоторых было неустойчиво и противоречиво. С одной стороны, они были близки к трудящимсямассам и в известной степени восприняли их убеждения, а с другой, — добившись определенногоположения в обществе, стремились приблизиться к правящей верхушке, требовали длясебя привилегий высших сословий. Такими же противоречиями было пронизано учениемоистов.

Воспроизводя некоторые представления социальныхнизов, моисты осуждали замещение государственных должностей по принципам происхожденияи родства. Они доказывали, что все люди равны перед божественным небом: «Небоне различает малых и больших, знатных и подлых; все люди — слуги неба». Нагосударственную службу следует выдвигать наиболее мудрых независимо от происхождения.С этих позиций ими подвергалась критике и примиренческая доктрина конфуцианцев,которая допускала врожденные знания у наследственных аристократов и ограничивалавыдвижение мудрых своего рода цензом образования. Источником мудрости, указывалМо-цзы, являются не врожденные добродетели и не чтение книг, а знания, почерпнутыеиз жизни простого народа. Управление государством не требует обучения. Способностичеловека к государственному управлению определяются его деловыми качествами — желаниемслужить простолюдинам, усердием в делах и т. п. «Если человек имеет способности,то его нужно выдвигать, хотя бы он был простым земледельцем или ремесленником».

В подтверждение этого вывода Мо-цзы ссылалсянапример древних. Первым правителем, согласно концепции, люди избрали самого достойного.Получив от неба и духов право на управление Поднебесной, он стал государем — «сыномнеба». Древние правители, утверждал Мо-цзы, приносили пользу всему народу.Среди них многие были выходцами из низших сословий: один сначала лепил горшки, другойбыл рабом, третий — каменщиком. Причиной нынешних неурядиц и хаоса является то,что правители отвергли заветы старины, предаются алчности, ведут из-за этого нескончаемыевойны, повергают простолюдинов в нищету. Учение моизма о выдвижении мудрых содержалов зародыше идею равенства, обосновывало возможность передачи верховной власти представителямтрудового народа.

Противоречия в учении моистов начиналисьтогда, когда они переходили от критики существующих порядков к изложению принципови методов управления в идеальном государстве.

В противовес конфуцианскому принципу человеколюбияМо-цзы выдвинул принцип всеобщей любви. Конфуцианское человеколюбие, говорил он,представляет собой корыстную любовь, основанную на привязанности по крови и приоритетеродственных связей. Но такая любовь еще не является настоящей любовью. Истинноечеловеколюбие подразумевает одинаково справедливые отношения ко всем людям без различияродства или сословий. Мо-цзы мечтал о том, чтобы «люди помогали друг другу,чтобы сильный помогал слабому, чтобы люди учили друг друга, чтобы знающий учил незнающего,делили бы имущество друг с другом». В этой части концепция опиралась на бытовавшиев общинах представления о взаимовыручке и имущественных переделах.

Наряду с этим всеобщая любовь была истолкованаМо-цзы как взаимная выгода, что придавало его концепции совершенно иной смысл. Избескорыстной добродетели, требующей отказаться от излишков имущества ради общегоблага, всеобщая любовь превращалась в расчетливое услужение для получения вполнеосязаемой выгоды. Применительно к отношениям внутри правящего сословия взаимнаялюбовь означала, например, что советники и чиновники из любви к государю проявляютусердие по службе, не раздумывая, повинуются ему, а он платит им ответной любовью— назначает высокое жалованье, награждает рангами знатности и наделами земли, даетв подчинение людей. Подобное понимание добродетели уже не оставляло никакого местадля равенства и действительной любви к людям.

Идеальной организацией власти Мо-цзы считалгосударство с мудрым правителем во главе и отлаженной исполнительской службой. Вединообразном исполнении чиновниками воли государя он видел залог и основу прочностивласти. Для установления же полного единства государства предлагалось насаждатьединомыслие, искоренять вредные учения и поощрять доносы. «Услышав о хорошемили плохом, каждый должен сообщить об этом вышестоящему, и то, что вышестоящий находитправильным, все должны признать правильным, а то, что вышестоящий находит неправильным,все должны признать неправильным». Поддерживать данный порядок следовало припомощи наказаний и наград, соразмерных совершаемым поступкам.

Таким образом, в концепции моизма идеиравенства были фактически отброшены; концепция завершалась восхвалением деспотически-бюрократическогогосударства, исключавшего всякую возможность не только участия народа в управлении,но и обсуждения им государственных дел. Взгляды Мо-цзы на государственное единствоприближались к идее централизации власти.

В истории китайской политической мыслиучение Мо-цзы занимает промежуточную ступень между конфуцианством, выдержанным вдухе патриархальной морали, и практико-прикладной теорией легистов (законников).Моизм отражал результаты перерастания патриархальной общины в территориальную, развитияотношений, построенных на расчете и соображениях выгоды, но воспроизводил идеологиюслоев, которые не способны были преодолеть общинные связи. Отсюда — склонность моистовк конформизму, половинчатость предлагаемых ими реформ, утопические идеи выдвиженияпростолюдинов на государственную службу при сохранении аристократических привилегийи т. п. В политической программе моизма просматриваются как прогрессивные, такиконсервативные тенденции.

Интересы имущественной и служилой знатиотстаивали легисты, или законники. Крупнейший представитель раннего легизма ШанЯн (ок. 390—338 гг. до н. э.), инициатор знаменитых реформ, узаконивших в странечастную собственность на землю. Составленные им проекты реформ и указов вошли втрактат «Шан цзюнь шу» («Книга правителя области Шан»).

Учение легизма существенно отличалосьот предшествующих концепций. Легисты отказались от традиционных моральных трактовокполитики и разрабатывали учение о технике отправления власти. Осуществляя эту переориентацию,Шан Ян руководствовался устремлениями служилой знати и зажиточных общинников, добивавшихсяликвидации патриархальных порядков. От политической теории они меньше всего ждалинаставлений в добродетели. Им нужна была выверенная программа общегосударственныхпреобразований. «Человеколюбивый, — отмечал Шан Ян, — может оставаться человеколюбивымк другим людям, но он не может заставить других людей быть человеколюбивыми… Отсюдаясно, что одного человеколюбия или справедливости еще недостаточно, чтобы добитьсяхорошего управления Поднебесной». Успеха в политике достигает только тот, ктознает обстановку в стране и использует точные расчеты. Легисты придавали большоезначение обобщению опыта предшествующих правителей, вопросам экономического обеспеченияполитики.

Другую особенность легизма составили элементыисторического подхода к общественным явлениям. Поскольку частнособственническиеинтересы новой аристократии противоречили архаическим устоям общинной жизни, постолькуее идеологам приходилось апеллировать не к авторитету традиций, а к изменению социальныхусловий по сравнению с прошлым. В противоположность даосам, конфуцианцам и монетам,призывавшим восстановить древние порядки, легисты доказывали невозможность возвратак старине. «Для того чтобы принести пользу государству, не обязательно подражатьдревности». Хотя легисты были далеки от изучения действительных историческихпроцессов и, как правило, ограничивались простым противопоставлением современностипрошлому, их исторические взгляды способствовали преодолению традиционалистскихвоззрений, расшатывали религиозные предрассудки и подготавливали тем самым условиядля создания светской политической теории.

Идеологи легизма намечали провести обширныйкомплекс экономических и политических реформ. В области управления предлагалосьсосредоточить всю полноту власти в руках верховного правителя, лишить наместниковвластных полномочий и превратить их в обыкновенных чиновников. Умный правитель,говорится в трактате «Шан цзюнь шу», «не потворствует смуте, а беретвласть в свои руки, устанавливает закон и с помощью законов наводит порядок».Намечалось также упразднить передачу должностей по наследству. На административныепосты Шан Ян рекомендовал выдвигать в первую очередь тех, кто доказал свою преданностьгосударю на службе в войске. Чтобы обеспечить представительство зажиточных слоевв государственном аппарате, предусматривалась продажа чиновничьих должностей. «Еслив народе есть люди, обладающие излишками зерна, пусть им за сдачу зерна предоставляютсячиновничьи должности и ранги знатности». Деловые качества при этом не учитывались.Шан Ян предъявлял к чиновникам лишь одно требование — слепо повиноваться государю.

Легисты считали необходимым ограничитьобщинное самоуправление, подчинить семейные кланы и патронимии местной администрации.Не отрицая общинного самоуправления в принципе, Шан Ян выступал с проектами реформ(районирования страны, службы чиновничества на местах и др.), которые преследовалицель поставить граждан под непосредственный контроль государственной власти. Реализацияэтих проектов положила начало территориальному подразделению граждан в Китае.

Предлагалось также установить единые длявсего государства законы. Как и другие ранние легисты, Шан Ян не помышлял еще ополной замене обычного права законодательством. Под законом он понимал репрессивнуюполитику (уголовный закон) и административные распоряжения правительства.

Отношения между властью и народом ШанЯн рассматривал как противоборство враждующих сторон. «Когда народ сильнеесвоих властей — государство слабое; когда власти сильнее своего народа — армия могущественна».В образцовом государстве власть правителя опирается насилу и никаким законом несвязана. Шан Яну не известны представления о правах граждан, их законных гарантияхи т.п. Закон выступает у него средством устрашающего превентивного террора. За малейшийпроступок, убеждал Шан Ян, следует карать смертной казнью. Эту карательную практикудолжна была дополнить политика, искореняющая инакомыслие и оглупляющая народ.

Высшей целью деятельности государя ШанЯн считал создание могущественной власти, способной объединить Китай путем захватническихвойн.

Легизм содержал наиболее полную программуцентрализации государства, и его рекомендации были использованы при объединениистраны под властью императора Цинь Шихуана (III в. до н.э.). Официальное признаниеучения в то же время имело крайне негативные последствия. Практическое применениелегистских концепций сопровождалось усилением деспотизма, эксплуатации народа, внедрениемв сознание подданных животного страха перед правителем и всеобщей подозрительности.Учитывая недовольство широких масс легистскими порядками, последователи Шан Янаотказались от наиболее одиозных положений и, наполняя легизм моральным содержанием,сближали его с даосизмом либо конфуцианством.

В II—I вв. до н.э. конфуцианство, дополненноеидеями легизма, утверждается в качестве государственной религии Китая. Школа моистовпостепенно отмирает. Даосизм, переплетаясь с буддизмом и местными верованиями, приобретаетчерты магии и со временем утрачивает влияние на развитие политической идеологии.

Официальным учением императорского Китаяконфуцианство оставалось вплоть до Синхайской революции 1911-1913 гг.

§ 4. Заключение

Изучение политико-правовой мысли ДревнегоВостока имеет не только познавательное, но и теоретическое значение. Документы ипамятники литературы, дошедшие до нас от древнейших цивилизаций Египта, Месопотамии,Палестины, Индии и Китая, позволяют проследить формирование политических и правовыхидей на самых ранних этапах становления классового общества. История Древнего Востокапредоставляет в этом отношении уникальные возможности, поскольку многие страны древневосточногомира длительное время развивались изолированно друг от друга и процесс зарожденияполитической идеологии протекал в них что называется в чистом виде, независимо отвнешних влияний. Подобная ситуация крайне редко повторялась в последующей историиу других народов. Кроме того, высокий уровень культуры и богатые литературные традициисочетались здесь с замедленными темпами социального развития. Значительное числопамятников письменности, сохранившихся от древних цивилизаций Востока, относитсяк тому периоду, когда процессы образования классов и государства не получили своегозавершения. Это позволяет воссоздать достаточно полную картину возникновения политическогои правового сознания из нерасчлененной (синкретической) идеологии раннеклассовыхобществ.

Методологическое значение истории Востокаопределяется также тем, что, несмотря на многочисленные исследования, проведенныеза последние десятилетия, общественная мысль народов Востока остается менее изученной,чем социальные доктрины, получившие распространение в Западной Европе. Сказанноев полной мере относится и к современному состоянию исследований по истории политическихи правовых учений. Подавляющее большинство вопросов, связанных с формированием политическойтеории в государствах Древнего Востока, не получило однозначного решения и продолжаетвызывать дискуссии в научных кругах. В свою очередь это неизбежно сказывается напонимании общих закономерностей развития политико-правовой идеологии, ее особенностейна различных этапах истории и т.п.

В настоящее время интерес к идейному наследиюДревнего Востока заметно возрос. Его стимулировало национально-освободительное движениев Индии, Китае, Египте и других странах, входивших в состав древневосточного региона.Образование независимых государств с древней и самобытной культурой усилило интереск их историческому прошлому. Немаловажную роль при этом сыграло пробуждение национальногосамосознания народов Востока, стремление молодых государств сохранить (или воссоздать)традиции, унаследованные от предшествующих эпох.

Некоторые течения общественной мысли,зародившиеся в глубокой древности, переживают сегодня период своеобразного возрождения.Например, в Китае после окончания пресловутой «культурной революции» вновьполучило официальное признание конфуцианство. В ряде государств Юго-Восточной Азииполитико-правовая идеология развивается под воздействием концепций «буддистскогосоциализма». С этими процессами до известной степени связано и распространениевосточных религиозных культов в промышленно развитых странах, включая Россию, гдеза последние годы появилось немало почитателей кришнаизма и других течений.

Современное содержание религиозных и морально-политическихдоктрин, возникших в государствах Древнего Востока, расходится с их первоначальнымсмыслом. Было бы поэтому серьезным просчетом отыскивать в них общечеловеческие ценности,вечные начала справедливости и т.п. В частности, конфуцианские принципы человеколюбияпервоначально относились только к китайцам и сочетались с представлением о том,что Китай — это центр Поднебесной, которому должны подчиниться все остальные народы.Исторически адекватное освещение политико-правовых концепций прошлого требует учитыватьобстановку, в которой они зародились, и не допускает их модернизации.


Глава3. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ

 

§ 1. Введение

В середине I тысячелетия до н.э. в Грециизавершается переход к рабовладельческому строю. На характер и сроки этого переходарешающее воздействие оказала довольно рано возникшая у греков морская торговля –ее развитие стимулировало рост городов и создание греческих колоний вокруг Средиземногоморя, ускорило имущественное расслоение общества. Благодаря оживленным связям сдругими странами торговые центры Греции превратились в мощные очаги культуры, кудастекались новейшие достижения в области техники, естествознания, письменности иправа.

Социально-политический строй Древней Грециипредставлял собой своеобразную систему независимых полисов, т. е. небольших, иногдадаже крошечных государств. Территория полиса состояла из города и прилегающих кнему селений. По подсчетам современных историков численность свободного населенияполиса редко достигала 100 тыс. человек.

Общей чертой полисной жизни VII–V вв.до н.э. являлась борьба между родовой аристократией, перераставшей в рабовладельческуюнаследственную знать, и торгово-ремесленными кругами, образовывавшими вместе с отдельнымислоями крестьянства лагерь демократии. В зависимости от перевеса той или иной стороныгосударственная власть в полисах принимала форму либо аристократического правления(например, в Спарте), либо демократии (Афины), либо переходного правления тиранов(тирания – власть одного или нескольких лиц, узурпировавших ее силой).

С превращением рабства в господствующийспособ эксплуатации росло имущественное неравенство свободных, обострялись социальныепротиворечия древнегреческого общества. Богатые рабовладельцы, оттесняя родовитуюзнать и демократически настроенные средние классы, устанавливали в ряде полисоволигархические режимы. Борьбу среди свободного населения усугубляли антагонистическиеотношения рабовладельцев и рабов. Основанные на господстве аристократии или демократиигосударства-полисы объединялись в военно-политические коалиции и государственныесоюзы (Афинский морской союз, Пелопоннесский союз под гегемонией Спарты и др.).Противоборство этих коалиций порождало политические перевороты в полисах и междоусобныевойны, самой масштабной из которых была Пелопоннесская война 431–404 гг. до н.э.

В результате продолжительных междоусобныхвойн, подорвавших экономику, полисы приходят в упадок и переживают глубокий кризис.Во второй половине IV в. до н.э. древнегреческие государства были покорены Македонией,а позже (II в. до н.э.) – Римом.

Политическая идеология Древней Греции,как и других стран древности, формировалась в процессе разложения мифа и выделенияотносительно самостоятельных форм общественного сознания. Развитие этого процессав античной Греции, где сложилось рабовладельческое общество, имело значительныеособенности по сравнению со странами Древнего Востока.

Интенсивная торговая деятельность греков,расширявшая их познавательный кругозор, совершенствование технических навыков иумений, активное участие граждан в делах полиса, особенно демократического, вызваликризис мифологических представлений и побуждали искать новые приемы объяснения происходящегов мире. На этой почве в Древней Греции зарождается философия как особая, теоретическаяформа мировоззрения. Политико-правовые концепции начинают разрабатываться в рамкахобщефилософских учений.

В состав философского мировоззрения входилитогда все формы теоретического сознания – натурфилософия, теология, этика, политическаятеория и др. Политико-правовые учения Древней Греции складывались в результате сложныхвзаимодействий политической идеологии с иными формами общественного сознания.

Для развития социально-политической теориипервостепенное значение имело расширение эмпирических знаний. Многообразие политическогоопыта, накопленного в государствах-полисах, стимулировало теоретические обобщенияпрактики осуществления власти и создание учений, в которых поднимались проблемывозникновения государств, их классификации, наилучшей формы устройства. Правоваямысль Древней Греции постоянно обращалась к сравнительному изучению законов, которыеустановили в полисах первые законодатели (Ликург – в Спарте, Солон – в Афинах).В произведениях греческих мыслителей была разработана классификация форм государства(монархия, аристократия, демократия и др.), вошедшая в понятийный аппарат современнойполитической науки.

На содержание античных политико-правовыхконцепций огромное влияние оказало также развитие этики, утверждение в рабовладельческомобществе индивидуалистической морали. Частнособственнические отношения и рабствоподорвали патриархальные устои общинной жизни, сохранявшиеся в полисах, противопоставилииндивидов друг другу. Если в этико-политических концепциях Древнего Востока речьшла о той или иной интерпретации общинной морали, то в античной Греции на переднийплан выдвигаются вопросы, связанные с положением индивида в обществе, возможностьюморального выбора и субъективной стороной поведения человека. Опираясь на идеи нравственнойсвободы индивида, представители демократии разрабатывали учения о равенстве граждани договорном происхождении закона и государства.

Начиная с III в. до н.э., когда древнегреческиегосударства утратили свою независимость, в общественном сознании происходят глубокиеизменения. Среди свободного населения нарастают настроения безысходности и аполитизма,усиливаются религиозные искания. Теоретические исследования политики в этот периодподменяются нравоучениями индивидуалистического толка (стоицизм, школа Эпикура).

§ 2. Развитие демократических учений. Старшие софисты

Рабовладельческая демократия достигларасцвета во второй половине V в. до н.э., когда экономическим и политическим центромдревнегреческого общества стали Афины. В исторической литературе за этим периодомзакрепилось название “золотой век” афинской демократии, или, по имени одного изее вождей, “век Перикла”.

Политическая мысль рабовладельческой демократииполучила обоснование в произведениях софистов.

Возникновение школы софистов как общественногодвижения было вызвано укреплением демократического строя Афин во второй половинеV в. до н.э. Софистами (слово произошло от греческого “софос” – мудрый) называлитогда философов, которые обучали искусству спорить, доказывать, выступать в судеи народном собрании. В этом отношении софисты реализовывали практически одну изпрограммных идей демократии – идею обучения мудрости, распространения знаний.

В центре внимания софистов находилисьвопросы права и политики, морали, приемы доказательств и ораторского искусства.Интерес к этим проблемам во многом был обусловлен идеологическими установками демократии:поскольку знаниям отводилась роль критерия при отборе кандидатов на государственныедолжности, постольку главное место в обучении должна была занять подготовка слушателяк политической деятельности, к выступлениям в народном собрании и суде.

По утвердившейся традиции различают старшихи младших софистов. К видным представителям старшего поколения софистов принадлежалиПротагор, Горгий, Гиппий и Антифонт. Старшие софисты придерживались в целом прогрессивных,демократических воззрений.

Одним из основателей этого направлениябыл Протагор. Согласно знаменитому мифу Протагора, где рассказывается о возникновенииобщества, человек первоначально отличался от животных только умением обращатьсяс огнем. Этому искусству его научил Прометей, выкравший огонь у богов. Постепеннолюди овладели ремеслами, но продолжали жить разбросанно, у них не было оружия, иони погибали от нападения диких зверей. Людям неизвестно было умение жить в сообществе.Как только они собирались вместе, так сейчас же начинались раздоры. Тогда боги ввелистыд и правду, наделив ими всех людей, так что каждый стал причастен к справедливостии политическому искусству. Никакое государство не устоит, заключает Протагор, еслиполитическим искусством будут владеть немногие.

Миф Протагора лишь внешне напоминает религиозныепредания. Создание этого мифа было нацелено как раз на то, чтобы опровергнуть традиционныемифологические представления о “золотом веке” в прошлом, о необходимости возвратак старине. Протагор рисует в своем мифе беспомощное существование человека до образованиягосударства, проводит идеи восходящего развития культуры и совершенствования общественнойжизни по мере накопления знаний. Протагор доказывал, что законы относятся к произведениямискусства и что, подобно любому другому ремеслу, справедливости в общественных делахможно научиться. “Добродетель, – замечал он, – дело наживное”. Идея одинаковой причастностилюдей к справедливости приводилась в обоснование того, что в управлении государствомдолжны участвовать все граждане.

Протагор и другие старшие софисты подчеркивалиизменчивый характер представлений человека. Об одном и том же предмете, учил Протагор,может быть высказано два противоположных мнения, и ни одно из них не будет болееистинным, чем другое. Например, больному человеку еда покажется горькой, а здоровому– сладкой и вкусной. Они оба будут по-своему правы. Общепризнанной истины и единогоблага просто не бывает. Носителем знаний и справедливости является не только мудрец,но и каждый отдельный человек. Эту мысль Протагор выразил в формуле, которая воспринималасьсовременниками как своеобразный лозунг софистов:

“Мера всех вещей – человек, существующих,что они существуют, а несуществующих, что не существуют”.

Развивая представления об относительностии условности морали, Горгий выделял добродетель для мужчины и женщины, свободногои раба, добродетель для каждого возраста, рода занятий и конкретного дела. Софистыстаршего поколения наполнили учение о морали индивидуалистическим содержанием. Справедливостьпоступков предлагалось оценивать в зависимости от условий места и времени, состояниячеловека и т.д. Подобного рода концепции, отрицающие существование абсолютного единогоблага, получили позднее название этического релятивизма.

В духе требований окрепшей рабовладельческойдемократии старшие софисты развивали учение о законе. Они утверждали, что законы,по сути дела, являются той высшей справедливостью, на которую не может претендоватьни один человек, каким бы мудрым и добродетельным он ни был. Закон есть выражениесогласованной, “взаимной справедливости” (Протагор), нечто вроде суммы индивидуальныхдобродетелей. Исходя из этого, старшие софисты пополнили политическую теорию определениемзакона как договора, как совместного Установления граждан или народа.

Гиппий под законом понимал “то, что граждане по общему соглашениюнаписали, установив, что должно делать и от чего надо воздерживаться”. Антифонтприравнивал справедливость к исполнению закона. Справедливость заключается в том,чтобы “не нарушать законы государства, в котором состоишь гражданином”. Предписаниязаконов – результат соглашения.

Сохранившиеся источники показывают, чтонекоторые софисты использовали противопоставление законов и природы для критикисуществующих полисных порядков. Законы, рассуждал Антифонт, искусственны и произвольны,тогда как в природе все происходит само собой, по необходимости. Эллины, почитаязнатных, поступают, словно варвары. “По природе мы все во всех отношениях равны,притом (одинаково) и варвары, и эллины. Уместно обратить внимание на то, что у всехлюдей нужды от природы одинаковы”. Один из младших софистов Алкидамант заявлял,что “бог сделал всех свободными, природа никого не сделала рабом”.

Приведенные высказывания Антифонта и Алкидамантапредставляют собой не что иное, как простейшую форму моральной критики привилегийаристократии и свободных граждан. Было бы ошибкой усматривать здесь нечто большее– осуждение рабства, признание естественных прав человека, равенства всех людейи т.п. Политической мысли рабовладельческой демократии не были известны представленияо всеобщем равенстве. Не случайно провозглашение равенства эллинов и варваров уАнтифонта соседствует с высказыванием, где понятие “варвар” употреблено в качествесинонима человеческой низости. Антифонт повторяет здесь распространенные сужденияо превосходстве греческой культуры над варварским миром. “Естественное равенство”софистов отнюдь не исключало рабства по “закону” или “умственному превосходству”.

Положение Алкидаманта, процитированноевыше, содержит не осуждение рабства, а полемический выпад против аристократическихтеорий, в которых рабство обосновывалось ссылками на природу (см. § 3, раздел обАристотеле). Отрицание варварства и рабства по природе было выгодно прежде всеготоргово-промышленной прослойке, состоявшей из неполноправных граждан, метеков (иностранцев),вольноотпущенников и др. Не обладая гражданскими правами в полисах, они добивалисьдля себя привилегий, вытекавших из “свободного рождения”, равенства с гражданамии возможности владеть рабами на “законных” основаниях. Представления о рабстве поустановлению (по “закону”) разделялись широкими кругами демократии и составлялиотличительную особенность оправдания ими рабства.

В первой половине IV в. до н.э. софистикакак движение преимущественно сторонников демократии вырождается. Преподавательскаядеятельность софистов все больше ограничивалась областью риторики (искусства красноречия),теории доказательств, логики. Возможностью такого обучения не преминула воспользоватьсяаристократия. Среди младших софистов были поэтому представители и демократии (Алкидамант,Ликофрон), и аристократического лагеря (Калликл).

Под влиянием критики со стороны идейныхпротивников, в первую очередь Платона и Аристотеля, термин “софистика” приобретаетзначение мнимой, поверхностной философии и со временем становится именем нарицательнымдля обозначения всякого рода словесных и логических передержек.

Разработку политико-правовых идей демократиив IV в. до н.э. продолжили ораторы во главе с Демосфеном. В своих речах они подчеркивалиравенство граждан, незыблемость закона как гаранта гражданских прав, защищали правасобственников на свое имущество, указывая на положительную роль богатства в государственнойжизни, доказывали преимущества демократического строя по сравнению с другими формамигосударства, а также призывали к объединению греческих полисов под властью Афин.

Идейное наследие древнегреческой демократиипослужило одним из источников политико-правовых концепций Нового времени.

§ 3. Политические и правовые учения аристократии. Платон и Аристотель

Кризис мифологического мировоззрения иразвитие философии заставили идеологов аристократической верхушки пересмотреть своиустаревшие взгляды, создать философские доктрины, способные противостоять идеямдемократического лагеря. Своего наивысшего развития идеология древнегреческой аристократиидостигает в философии Платона и Аристотеля.

Платон (427–347 гг. до н.э.) – родоначальник философии объективногоидеализма. Его взгляды сложились под влиянием Сократа, знаменитого мудреца, проводившегожизнь в беседах и спорах на афинских площадях. Содержание этих бесед нашло отражениев ранних произведениях Платона, которые обычно выделяют в особую группу так называемыхсократических диалогов.

После казни Сократа в 399 г. до н.э. Платонпокинул Афины и совершил ряд путешествий, в том числе в Египет и Южную Италию. Вернувшись,он основал в пригороде Афин философскую школу под названием “Академия”. Диалогии письма, написанные Платоном после создания Академии, относят к зрелым произведенияммыслителя.

Сердцевину платоновской философии составляеттеория идей. Миру чувственных предметов и явлений Платон противопоставил особыймир идей, или общих понятий, которые якобы существуют где-то за пределами неба.Бестелесные идеи вечны и неизменны, им присуще истинное бытие. Наш мир, пояснялПлатон, занимает как бы среднее положение между “подлинным бытием” и миром небытия.Точно так же и человек: до того как вселиться в телесную оболочку, его душа пребывалав царстве идей. Знания человека об окружающей природе, согласно Платону, не могутбыть истинными. Достоверное знание дают только воспоминания души о том, что онасозерцала, находясь в мире истинно сущего. Объективный идеализм Платона смыкалсяс религией и мистикой. Философия в его трудах, особенно поздних, приобретала чертытеологии. Возражая софистам как представителям наивного материализма, Платон безобиняков писал: “Пусть у нас мерой всех вещей будет главным образом бог, гораздоболее, чем какой-либо человек, вопреки утверждению некоторых”.

Политико-правовым вопросам посвящены самыекрупные диалоги Платона “Государство” и “Законы”.

В диалоге “Государство” идеальный государственныйстрой Платон рассматривал по аналогии с космосом и человеческой душой. Подобно томукак в душе человека есть три начала, так и в государстве должно быть три сословия.Разумному началу души в идеальном государстве соответствуют правители-философы,яростному началу – воины, вожделеющему – земледельцы и ремесленники. Сословное делениеобщества Платон объявил условием прочности государства как совместного поселенияграждан. Самовольный переход из низшего сословия в высшее недопустим и являетсявеличайшим преступлением, ибо каждый человек должен заниматься тем делом, к которомуон предназначен от природы. “Заниматься своим делом и не вмешиваться в чужие – этои есть справедливость”.

Платоновское определение справедливостибыло призвано оправдать общественное неравенство, деление людей на высших и низшихот рождения. В подкрепление своего аристократического идеала Платон предлагал внушатьгражданам мифы о том, как бог примешал в датой людей частицы металлов: в души техиз них, что способны править и потому наиболее ценны, он примешал золота, в душиих помощников – серебра, а в души земледельцев и ремесленников – железа и меди.Если же у последних родится ребенок с примесью благородных металлов, то его переводв высшие разряды возможен только по инициативе правителей. Во главе государства,утверждал Платон, необходимо поставить философов, причастных к вечному благу и способныхвоплотить небесный мир идей в земной жизни. “Пока в государствах не будут царствоватьфилософы либо так называемые нынешние цари и владыки не станут благородно и основательнофилософствовать.., до тех пор государствам не избавиться от зол”. В проекте идеальнойорганизации власти Платон отходит от принципов “аристократии крови” и заменяет ее“аристократией духа”. Обосновывая эту идею, он наделил философов-правителей качествамидуховной элиты – интеллектуальной исключительностью, нравственным совершенствоми т.п.

Механизму осуществления власти (ее устройству,роли закона) Платон не придавал в диалоге “Государство” особого значения. В частности,по поводу формы правления в образцовом государстве сказано лишь то, что оно можетбыть либо монархией, если править будет один философ, либо аристократией, если правителейбудет несколько. Основное внимание здесь уделяется Проблемам воспитания и образажизни граждан., Чтобы достигнуть единомыслия и сплоченности двух высших сословий,образующих вместе класс стражей государства, Платон устанавливает для них общностьимущества и быта. “Прежде всего никто не должен обладать никакой частной собственностью,если в том нет крайней необходимости. Затем ни у кого не должно быть такого жилищаили кладовой, куда не имел бы доступа всякий желающий”. Продовольственные запасыстражи получают от третьего сословия в виде натуральных поставок. Денег у стражейнет. Жить и питаться они должны сообща, как во время военных походов. Стражам запрещаетсяиметь семью, для них вводится общность жен и детей.

Образ жизни третьего сословия Платон освещалпод углом зрения многообразия общественных потребностей и разделения труда. Гражданамтретьего сословия разрешалось иметь частную собственность, деньги, торговать нарынках и т.п. Гениально предугадав значение разделения труда в экономической жизниобщества, Платон тем не менее выступал за ограничение хозяйственной активности исохранение аграрно замкнутого, самодостаточного государства. Производственную деятельностьземледельцев и ремесленников предполагалось поддерживать на уровне, который позволилбы обеспечить средний достаток для всех членов общества и в то же время исключитьвозможность возвышения богатых над стражами. Преодоление в обществе имущественногорасслоения – важнейшая социально-экономическая особенность идеального строя, отличающаяего от всех остальных, порочных, государств. В последних “заключены два враждующихмежду собой государства: одно – бедняков, другое – богачей”.

Прообразом идеального государственногостроя для Платона послужила аристократическая Спарта, точнее, сохранявшиеся тампатриархальные отношения – организация жизни господствующего класса по образцу военноголагеря, пережитки общинной собственности, группового брака и др.

Характеризуя извращенные формы государства,Платон располагал их в порядке возрастающей деградации по сравнению с идеалом.

Вырождение аристократии мудрых, по егословам, влечет за собой утверждение частной собственности и обращение в рабов свободныхземледельцев из третьего сословия. Так возникает критско-спартанский тип государства,или тимократия (от “тиме” – честь), господство сильнейших воинов. Государство стимократическим правлением будет вечно воевать.

Следующий вид государственного устройства– олигархия – появляется в результате скопления богатства у частных лиц. Этот стройоснован на имущественном цензе. Власть захватывают немногие богатые, тогда как беднякине участвуют в управлении. Олигархическое государство, раздираемое враждой богачейи бедняков, будет постоянно воевать само с собой.

Победа бедняков приводит к установлениюдемократии – власти народа. Общественные должности при демократии замещаются пожребию, вследствие чего государство опьяняется свободой в неразбавленном виде, сверхвсякой меры. В демократии царят своеволие и безначалие.

Наконец, чрезмерная свобода обращаетсяв свою противоположность – чрезмерное рабство. Устанавливается тирания, наихудшийвид государства. Власть тиранов держится на вероломстве и насилии. Тираническийстрой – это самое тяжелое заболевание государства, полное отсутствие в нем какихбы то ни было добродетелей.

Главной причиной смены всех форм государстваПлатон считал порчу человеческих нравов. Выход из порочных состояний общества онсвязывал с возвратом к изначальному строю – правлению мудрых.

Нарисованная философом картина переходаот одного государства к другому, по существу, являлась понятийно-логической схемой.Вместе с тем в ней отражены реальные процессы, имевшие место в древнегреческих государствах(закабаление илотов в Спарте, рост имущественного неравенства и др.), что придавалоэтой схеме вид исторической концепции. Идеологически она была направлена противдемократических учений о совершенствовании общественной жизни по мере развития знаний.Платон стремился опорочить любые изменения в обществе, отклоняющиеся от стародавнихпорядков, проводил идею циклического развития истории.

Диалог “Законы” является последним сочинениемПлатона. Его написанию предшествовали неудавшиеся попытки философа реализовать вСиракузах, греческой колонии на Сицилии, первоначальный проект наилучшего государства.В “Законах” Платон изображает “второй по достоинству” государственный строй, приближаяего к действительности греческих полисов.

Основные отличия диалога “Законы” от диалога“Государство” таковы.

Во-первых, Платон отказывается от коллективнойсобственности философов и воинов и устанавливает для граждан единый порядок пользованияимуществом. Земля является собственностью государства. Она делится на равные поплодородию участки. Каждый гражданин получает земельный надел и дом, которыми пользуетсяна правах владения. Все остальные виды имущества граждане могут приобретать в частнуюсобственность, но ее размеры ограничены. Для удобства расчетов (при замещении государственныхдолжностей, комплектовании войска и т.п.) предусматривается точное число граждан– 5040. В это число входят только владельцы земли; ремесленники и торговцы гражданскимиправами не обладают.

Во-вторых, деление граждан на сословиязаменяется градацией по имущественному цензу. Политические права граждане приобретаютв зависимости от размеров имущества, записавшись в один из четырех классов. Разбогатевили обеднев, они переходят в другой класс. Все вместе граждане образуют правящеесословие. Помимо занятий в собственном хозяйстве, им вменяются в обязанность службав войске, отправление тех или иных государственных должностей, участие в совместныхтрапезах (сисситиях), жертвоприношения и т.п.

В-третьих, производственные потребностиземледелия предполагается теперь полностью обеспечить за счет рабского труда (вдиалоге “Государство” рабы упоминались, но Платон не нашел для них места в экономикеидеального полиса). Во “втором по достоинству” государстве “земледелие предоставленорабам, собирающим с земли жатву, достаточную, чтобы люди жили в довольстве”. Вместес признанием рабства у Платона появляется и пренебрежительное отношение к производительномутруду. Предвидя выступления невольников, Платон советует землевладельцам приобретатькак можно меньше рабов одной национальности и не провоцировать их недовольство жестокимобращением. Ремесленное производство, как и в первом проекте, занимает подчиненноепо отношению к земледелию положение.

В-четвертых, Платон подробно описываетв диалоге организацию государственной власти и законы наилучшего строя. В отличиеот первого проекта, здесь проводятся идеи смешанной формы государства и сочетанияморальных методов осуществления власти с правовыми.

Идеальным государственным устройствомПлатон называет правление, где совмещены начала демократии и монархии. К таким началамотносятся: демократический принцип арифметического равенства (выборы по большинствуголосов) и монархический принцип геометрического равенства (выбор по заслугам идостоинству). Демократические начала государства находят свое выражение в деятельностинародного собрания. На сочетании демократических и монархических принципов строятсявыборы коллегии 37 правителей и Совета из 360 членов. Замыкает иерархию государственныхорганов тайное “ночное собрание”, в которое входят 10 самых мудрых и престарелыхстражей. Им вручается верховная власть в государстве.

Все выборные государственные органы иправители обязаны действовать в точном соответствии с законом. Что же касается мудрецовиз “ночного собрания”, то они причастны к божественной истине и в этом смысле стоятнад законом. Согласившись с тем, что общественную жизнь необходимо урегулироватьнормами писаного права, Платон не мог по своим идейным соображениям допустить верховенствозакона над религиозной моралью. “Ведь если бы по воле божественной судьбы появилсякогда-нибудь человек, достаточно способный по своей природе к усвоению этих взглядов,– писал Платон, – то он вовсе не нуждался бы в законах, которые бы им управляли.Ни закон, ни какой бы то ни было распорядок не стоят выше знания”.

Рассматривая взгляды философа на закон,следует избегать их модернизации. Дело в том, что отдельные положения древних мыслителей,взятые вне своего контекста, могут использоваться при обосновании современных концепцийгосударства и права. Так, в частности, произошло с высказываниями Платона о необходимостиутверждения закона в общественной жизни, на которые нередко ссылаются сторонникитеории правового государства. В диалоге “Законы” Платон писал: “Я вижу близкую гибельтого государства, где закон не имеет силы и находится под чьей-либо властью. Тамже, где закон – владыка над правителями, а они – его рабы, я усматриваю спасениегосударства и все блага, какие только могут даровать государствам боги”. Под закономздесь понимается не что иное, как совокупность религиозно-нравственных норм, установленныхмудрыми людьми государства в качестве ориентира для остальных граждан. В приведенномфрагменте речь идет о подчинении правителей божественным законам (точнее, установлениямлегендарного Кроноса, правившего людьми в глубокой древности).

В диалоге “Политик” Платон выделил формыгосударства, основанные на законе. По его словам, монархия, аристократия и демократияопираются на закон, тогда как тирания, олигархия и извращенная демократия управляютсявопреки существующим в них законам и обычаям. Однако все перечисленные формы правления,как подчеркивалось в диалоге, являются отступлениями от идеального, “подлинного”государства, где политик единолично осуществляет власть, “руководствуясь знанием”.Смысловое содержание учения Платона не совпадает с современными формулами правовогогосударства.

Социально-политические программы Платоназафиксировали изменения в политическом сознании наследственной знати, происходившиев процессе ее перерастания из родовой аристократии в землевладельческую. Завоевавэкономическое и политическое господство в условиях общинной собственности, родоваяаристократия ревностно охраняла патриархальные порядки, особенно в земледелии –традиционной сфере своего влияния. В ходе последующего развития она приспособиласьк отношениям частной собственности и рабства, признала необходимость закона, нопродолжала твердо настаивать на сохранении полисного землевладения. Именно этимобъясняется ее стремление законсервировать полис как форму государственного устройства,сохранить его экономическую независимость, или самодостаточность, предотвратитьтерриториальное расширение государства. Изложенные в диалогах Платона социально-политическиепрограммы являлись с этой точки зрения консервативными.

Разработку идеологии полисной землевладельческойзнати продолжил великий древнегреческий философ Аристотель (384 – 322 гг. до н.э.).Он родился в небольшой греческой колонии Стагире (отсюда второе имя философа, упоминаемоев литературе, – Стагирит). Юношей Аристотель отправился в Афины и вступил в платоновскуюАкадемию, где сначала учился, а потом преподавал многие годы.

После смерти учителя Аристотель странствовалпо городам Малой Азии. Затем около трех лет он провел в Македонии, исполняя обязанностивоспитателя наследника царского престола – будущего знаменитого полководца АлександраМакедонского. По возвращении в Афины он открыл собственную философскую школу – Ликей.Свое политико-правовое учение Аристотель изложил в трактатах “Политика” и “Никомаховаэтика”. К ним примыкает сочинение “Афинская полития”, содержащее исторический очеркразвития государственного устройства Афин.

Философские воззрения мыслителя сформировалисьв ходе полемики с Платоном. Аристотель считал, что Платон глубоко заблуждался, допустивсуществование особого мира идей, или понятий. Такое допущение приводит к удвоениюмира, к отрыву сущности от явления. Порвав с наивным платоновским идеализмом, препятствовавшимразвитию естественнонаучных знаний, Аристотель приступил к созданию системы идеалистическойметафизики.

Согласно его взглядам, каждая вещь состоитиз материи и формы. Например, в медном шаре медь является материей, тогда как формашара придает данной вещи именно тот конкретный вид, который позволяет отличить ееот других предметов, а следовательно, и познать. Форма – это сущность предмета,источник его существования как отдельной вещи, его целевое назначение. Материя пассивнаи приобретает законченный вид только благодаря форме, благодаря действующей в природецелесообразности. Изучение природных закономерностей у Аристотеля подменяется телеологией– учением о целесообразном строении мира.

Положение о предустановленных в природецелях составило методологическую основу политико-правовой теории Аристотеля. Государство,частная собственность, рабство и другие социальные явления рассматривались им какестественные, существующие от природы.Уже самой методологией исследования государстваи права эта концепция была направлена против демократических учений о возникновениии совершенствовании общества.

Государство, по Аристотелю, образуетсявследствие природного влечения людей к общению. Первым видом общения, отчасти свойственными животным, является семья; из нескольких семей возникает селение, или род; наконец,объединение нескольких селений составляет государство – высшую форму человеческогообщежития. В государстве полностью реализуется изначально заложенное в людях влечениек совместной жизни. Человек, гласит знаменитое изречение философа, “по природе своейесть существо политическое”.

В отличие от семьи и селения, основанныхна стремлении к продолжению рода и на отцовской власти, государство образуется благодаряморальному общению между людьми. Политическое сообщество опирается на единомыслиеграждан в отношении добродетели. Государство не есть общность местожительства, ононе создается для предотвращения взаимных обид или ради удобств обмена. Конечно,все эти условия должны быть налицо для существования государства, но даже и приналичии всех их, вместе взятых, еще не будет государства; оно появляется лишь тогда,когда образуется общение между семьями и родами ради благой жизни”. Как наиболеесовершенная форма совместной жизни, государство предшествует телеологически семьеи селению, т.е. является целью их существования.

Подытоживая свои рассуждения по поводуразличных видов общежития, Аристотель дает государству следующее определение: государство– это “общение подобных друг другу людей ради достижения возможно лучшей жизни”.Аристотель вкладывал в данное определение вполне конкретное содержание. Под людьмиздесь подразумевались только свободные граждане греческих полисов. Варваров и рабовон просто не считал за людей, достойных общения с гражданами государства. Неразвитыев духовном отношении, варвары не способны к государственной жизни; их удел – бытьрабами у греков. “Варвар и раб по природе своей понятия тождественные”. Аристотель,таким образом, открыто защищал в политической теории интересы рабовладельцев. Государствопредставлялось ему объединением свободных граждан, совместно управляющих деламирабовладельческого общества.

В обоснование рабства Аристотель приводитнесколько доводов. Решающий среди них – естественные (природные) различия междулюдьми. На страницах “Политики” неоднократно подчеркивается, что рабство установленоприродой, что варвары, обладая могучим телом и слабым умом, способны исключительнок физическому труду. Аристотель призывал порабощать варваров силой, охотиться наних, как на диких животных. “Такая война, – говорил он, – по природе своей справедлива”.

Аргументацию рабства “от природы” дополняютдоводы экономического порядка. Рабство, с этой точки зрения, вызвано потребностямиведения хозяйства и производственной деятельности. “Если бы ткацкие челноки самиткали, а плектры сами играли на кифаре, тогда и зодчие не нуждались бы в работниках,а господам не нужны были бы рабы”.

Частная собственность, подобно рабству,коренится в природе и является элементом семьи. Аристотель выступал решительнымпротивником обобществления имущества, предлагаемого Платоном. “Трудно выразить словами,сколько наслаждения в сознании того, что нечто принадлежит тебе”. Общность имуществаон находил, кроме того, экономически несостоятельной, препятствующей развитию вчеловеке хозяйственных наклонностей. “Люди заботятся всего более о том, что принадлежитлично им; менее заботятся они о том, что является общим”. К этим аргументам в защитучастной собственности обращались впоследствии многие идеологи.

Главную задачу политической теории Аристотельвидел в том, чтобы отыскать совершенное государственное устройство. С этой цельюон подробно разбирал существовавшие формы государства, их недостатки и причины государственныхпереворотов.

Классификация форм государства в “Политике”проводится по двум критериям: по числу правящих лиц и осуществляемой в государствецели. В зависимости от числа властвующих Аристотель выделяет правление одного, немногихи большинства. По второму критерию выделяются правильные государства, где верховнаявласть преследует цели общего блага граждан, и неправильные, где правители руководствуютсяинтересами личной выгоды. Наложение этих классификаций друг на друга дает шестьвидов государственного устройства. К правильным государствам относятся монархия,аристократия и полития; к неправильным – тирания, олигархия и демократия.

Сам по себе этот перечень форм государстване оригинален. Примерно такую же классификацию, но проведенную по другим основаниям,можно найти в диалоге Платона “Политик”. Новым в теории Аристотеля было то, чтоон попытался свести все многообразие государственных форм к двум основным – олигархиии демократии. Их порождением или смешением являются все остальные разновидностивласти.

В олигархии власть принадлежит богатым,в демократии – неимущим. Говоря о демократии и олигархии, Аристотель отступает отформальных критериев их разграничения и выдвигает на первый план признак имущественногоположения властвующих. Богатые и неимущие, указывал философ, составляют как бы дваполюса, диаметрально противоположные части любого государства, так что в зависимостиот перевеса той или иной стороны устанавливается и соответствующая форма правления.Коренная причина политической неустойчивости, мятежей и смены форм государства заключаетсяв отсутствии надлежащего равенства. Олигархия усугубляет существующее неравенство,а демократия чрезмерно уравнивает богатых и простой народ. В своих рассужденияхо демократии и олигархии Аристотель вплотную подходит к пониманию социальных противоречий,определявших развитие рабовладельческого государства.

Политические симпатии Аристотеля – настороне политии, смешанной формы государства, возникающей из сочетания олигархиии демократии.

Экономически полития представляет собойстрой, при котором преобладает собственность средних размеров, что позволяет нетолько гарантировать самодостаточность семей, но и ослабить противоречия между богатствоми бедностью. Экономику как умение правильно вести домохозяйство Аристотель противопоставляетхрематистике, или искусству накопления ради наживы. Аристотель осуждает неуемнуюстрасть к богатству, расширенную торговлю, ростовщичество и т.п. Помимо ограниченияразмеров собственности в совершенном государстве предусматриваются совместные трапезыи другие мероприятия, призванные обеспечить солидарность зажиточных граждан и свободнойбедноты. “Лучше, чтобы собственность была частной, а пользование ею – общим”, –утверждал Аристотель.

Социальной опорой власти в политии выступаютсобственники земли. Как и Платон в “Законах”, Аристотель исключает из числа гражданлиц, занятых физическим трудом. Гражданская доблесть, заявлял он, подходит “толькок тем, кто избавлен от работ, необходимых для насущного пропитания”. Хотя землепашцы,ремесленники и поденщики нужны в государстве, однако важнейшими его частями являютсявоины и правители. При политии власть “сосредоточивается в руках воинов, которыевооружаются на собственный счет”. Они обладают гражданскими правами в полном объеме.Некоторые, весьма урезанные права граждан предоставляются также земледельческомудемосу – крестьянам.

Политически этот строй характеризуетсясочетанием демократических и олигархических методов осуществления власти. Аристотельразличает в связи с этим два вида справедливости: уравнивающую и распределяющую.

Уравнивающая справедливость, принципомкоторой является “арифметическая пропорция”, затрагивает отношения обмена, возмещенияущерба, назначение наказаний за имущественные преступления и т.п. Закон при этом“обращает внимание лишь на различие ущерба, а с лицами обходится как с равными вовсем”. Напротив, при распределяющей справедливости учитывается положение человекав обществе. Ее принципом служит “геометрическая пропорция” – воздаяние по достоинствуи заслугам. Применяется распределяющая справедливость в политических отношениях,при выдвижении на должности, назначении наказаний за преступления против чести идостоинства. Например, если ударит начальник, то ответный удар наносить не следует,если же ударят начальника, то следует не только ударить, но и подвергнуть каре.

Большое значение Аристотель придавал размерами географическому положению идеального государства. Его территория должна быть достаточнойдля удовлетворения потребностей населения и одновременно легко обозримой. Числограждан следует ограничить так, чтобы они “знали друг друга”. Политическим идеаломАристотеля был самодостаточный экономически обособленный полис. Наилучшие условиядля совершенного государства создает умеренный климат Эллады.

Концепция Аристотеля служила теоретическимоправданием привилегий и власти землевладельческой аристократии. Несмотря на егозаверения в том, что демократия и олигархия в политии смешаны “по половине” и дажес “уклоном в сторону демократии”, аристократические элементы в наилучшем государствеполучили явное преобладание.

Участие народа в управлении обставленоздесь такими оговорками, которые практически лишают его возможности решать государственныедела. Свободнорожденные, не обладающие богатством или добродетелью, не допускаютсяк занятию высших должностей. Аристотель соглашается предоставить им право участвоватьв совещательной и судебной власти, но с условием, что у народной массы не будетрешающего голоса.

В качестве примеров смешанного государственногостроя в “Политике” названы аристократическая Спарта, Крит, а также “прародительская”демократия, введенная в Афинах реформами Солона.

Правовая теория Аристотеля была подчиненатем же идеологическим целям, что и учение о государстве. Право он отождествляетс политической справедливостью, подчеркивая тем самым его связь с государством какморальным общением между свободными гражданами. Вне политического общения праване существует. “Люди, не находящиеся в подобных отношениях, не могут и иметь относительнодруг друга политической справедливости”. Право отсутствует поэтому в отношенияхгоспод и рабов, отцов и детей, при деспотической власти.

Политическое право делится на естественноеи условное (установленное). “Естественное право – то, которое везде имеет одинаковоезначение и не зависит от признания или непризнания его. Условное право то, котороепервоначально могло быть без существенного различия таким или иным, но раз оно определено[это безразличие прекращается]”. Предписания естественного права Аристотель нигдеспециально не перечисляет, но, по смыслу его концепции, к таковым относятся всеобщественные явления, существующие “от природы”: семья, рабство, частная собственность,война греков с варварами и др. Под условным правом он понимает законы, установленныев государстве, включая сюда как писаные законы, так и неписаное обычное право. Естественноеправо стоит выше закона; среди законов важнее неписаные, основанные на обычае.

Аристотель подчеркивал, что постановлениянародного собрания и правителей не являются законами в собственном смысле словаи не должны содержать предписаний общего характера. “Закон должен властвовать надвсем; должностным же лицам и народному собранию следует предоставить обсуждениечастных вопросов”.

Направленная против учений рабовладельческойдемократии, аристотелевская концепция была призвана умалить значение писаных законов,подчинить их нормам обычного права и предустановленной в природе справедливости.“Законы, основанные на обычае, имеют большее значение и касаются более важных дел,нежели законы писаные”, – утверждал философ.

Политико-правовая теория Аристотеля суммироваларазвитие взглядов землевладельческой аристократии в Древней Греции. По мере проникновениячастной собственности и рабовладельческих отношений в земледелие идеологи полиснойзнати последовательно перешли от традиционных воззрений к признанию экономическойроли рабства, правовых методов регулирования общественной жизни (“Законы” Платона),к апологии частной собственности и равенства граждан перед законом в сфере имущественныхотношений (в “Этике” Аристотеля). Выше этого подняться они не могли. Аристократия,связанная с полисной системой землевладения, способна была удержать господствующиепозиции лишь при условии сохранения натурального хозяйства, “умеренной” или “средней”собственности и патриархальных полисных традиций и обычаев в сфере управления. Аристотельне случайно повторял за Платоном, что для аристократии, обладающей “избытком добродетели”,законы не нужны.

§ 4. Политические и правовые учения в период упадка древнегреческихгосударств

С середины IV в. до н.э. древнегреческиегосударства попадают в зависимость от Македонии и приходят в упадок. Рамки полиснойсистемы, сложившейся в классический период истории Древней Греции, оказались слишкомтесными для рабовладельческих отношений. Развитие рабовладения требовало созданиякрупных военно-бюрократических монархий, наподобие Македонии. С походов АлександраМакедонского начинается период эллинизма – период греческой экспансии на Востоки образования обширных государств как переходной ступени к рабовладельческой империи.Во II в. до н.э. Греция была завоевана Римом.

Кризис полисных учреждений и утрата государстваминезависимости породили среди граждан настроения упадничества, неуверенности, аполитизма.Эллинистические монархии представлялись свободному греку, воспитанному в полисныхтрадициях, настолько громадными, что он ощущал себя беспомощным и неспособным повлиятьна исход общественных событий. В сознании рабовладельческих кругов начинает процветатьиндивидуализм; проповедь морального освобождения соседствует с преклонением передгосударством, с обожествлением личности монарха. Теоретическое изучение политикидеградирует, уступая место моральным наставлениям или религиозной мистике. Сравнительноновыми в политической теории того времени были идеи космополитизма, мирового господстваи всемирной монархии.

Эпикур (341–270 гг. до н.э.) в социально-политической теорииотстаивал идеи рабовладельческой демократии. Как и другие сторонники демократическогоправления, он полагал, что законы и государство существуют не от природы, а по установлению.“Справедливость не существует сама по себе; это – договор о том, чтобы не причинятьи не терпеть вреда, заключенный при общении людей и всегда применительно к тем местам,где он заключается”. Право и государство суть продукты договора, результат соглашения.

Следуя релятивистским взглядам на общественныеустановления, Эпикур настойчиво подчеркивал относительный и условный характер справедливости,воплощенной в законах различных государств. “В применении к особенностям места иобстоятельств справедливость не бывает для всех одна и та же”. Его учение отрицаетвсякую возможность существования естественного права, которое предшествовало быдоговору. О естественном праве, по его мнению, можно говорить лишь применительнок договору, который служит пограничной чертой, разделяющей то время, когда людижили, подобно животным, не имея законов, и эпоху общественной, государственной жизни.Эпикур относил договор о взаимной пользе, по-видимому, одновременно и к естественнымявлениям, и к искусственным образованиям.

Воззрения Эпикура отличались от предшествующихучений демократии призывом избегать политической деятельности. Счастье человекаон усматривал в отсутствии страданий, в полной невозмутимости или безмятежностидуха. Для достижения этой цели философ предлагал устраниться от общественных дел,обрести независимость от общества и посвятить жизнь моральному самосовершенствованию.Своих последователей он учил “жить незаметно”. Эти положения Эпикура, переносившиецентр тяжести общественной теории в область морали, выражали крайний индивидуализми безразличие к политике, которые были характерны для идеологии рабовладельческойдемократии в период эллинизма.

Против философии Эпикура выступили стоики.Термин “стоицизм” происходит от слова “стоя” (колоннада, галерея) – от названияпортика в Афинах, где преподавал основатель школы Зенон Китайский (ок. 336– ок.264 гг. до н.э.).

Стоики явились продолжателями платоновско-аристотелевскойлинии в философии. Мироздание, согласно их взглядам, управляется судьбой, высшимбожественным разумом. В мире царит строжайшая необходимость, исключающая свободуволи. Человеку не остается ничего другого, как добровольно подчиниться неотвратимойсудьбе. Того, кто повинуется ей, судьба ведет, а непокорного тащит. Судьба в учениистоиков отождествляется с божественным естественным законом.

Вслед за Аристотелем стоики утверждали,что общественные установления и государство коренятся в природе, что человек отприроды склонен к общению. Отражая изменения в государственной жизни современногоим общества, стоики истолковали эти положения Аристотеля расширительно. Они отказалисьот узкополисной трактовки общественной жизни. Естественное право мыслилось ими какуниверсальный, общемировой закон, государство – как мировое сообщество. В духе космополитическихпредставлений того времени Зенон из Кития учил, что всех людей должно считать гражданамиодного государства.

В противоположность эпикурейцам последователистоицизма не отрицали общественную деятельность. Благо государства ценилось имивыше, чем благо индивида. Доводя до предела эту мысль, навеянную идеями Платонаи Аристотеля, стоики заявляли, что добродетельный человек не остановится перед тем,чтобы принести себя в жертву государству.

В философии и этике стоицизма нашли своепреломление взгляды аристократической верхушки рабовладельческого общества периодаобразования эллинистических монархий. Религиозные искания стоиков, их призывы покоритьсясудьбе оказались в то же время созвучными настроениям, охватившим широкие кругидревнегреческого общества в условиях его кризиса. Под влиянием стоицизма сформироваласьконцепция Полибия (примерно 200–120 гг. до н.э.), последнего крупного политическогомыслителя Древней Греции. Основной мотив написанной им “Истории” в 40 книгах – путьримлян к мировому господству.

Истолкование исторического процесса уПолибия опирается на представления стоиков о циклическом развитии мира. Он исходитиз того, что общественная жизнь существует от природы и направляется судьбой. Подобноживым организмам, всякое общество проходит состояния возрастания, расцвета и, наконец,упадка. Завершаясь, этот процесс повторяется сначала. Развитие общества Полибийтрактует как бесконечное движение по кругу, в ходе которого “формы правления меняются,переходят одна в другую и снова возвращаются”.

Круговорот политической жизни проявляетсяв последовательной смене шести форм государства. Первой возникает монархия – единоличноеправление вождя или царя, основанное на разуме. Разлагаясь, монархия переходит впротивоположную ей форму государства – в тиранию. Недовольство тиранами приводитк тому, что благородные мужи свергают при поддержке народа ненавистного правителя.Так устанавливается аристократия – власть немногих, преследующих интересы общегоблага. Аристократия в свою очередь постепенно вырождается в олигархию, где правятнемногие, используя власть для стяжательства. Своим поведением они возбуждают недовольствотолпы, что неизбежно приводит к очередному перевороту. Народ, не веря больше в правлениецарей или немногих, возлагает заботы о государстве на самого себя и учреждает демократию.Ее извращением является охлократия (господство черни, толпы) – худшая форма государства.“Тогда водворяется господство силы, а собирающаяся вокруг вождя толпа совершаетубийства, изгнания, переделы земли, пока не одичает совершенно и снова не обрететсебе властителя и самодержца”. Развитие государства возвращается тем самым к своемуначалу и повторяется, проходя через те же ступени.

Преодолеть круговорот политических формспособен только мудрый законодатель. Для этого ему необходимо, уверял Полибий, установитьсмешанную форму государства, сочетающую начала монархии, аристократии и демократии,чтобы каждая власть служила противодействием другой. Такое государство “неизменнопребывало бы в состоянии равномерного колебания и равновесия”. Исторические примерысмешанного строя Полибий нашел в аристократической Спарте, Карфагене, на Крите.При этом он особо выделял политическое устройство Рима, где представлены все триосновных элемента: монархический (консулат), аристократический (сенат) и демократический(народное собрание). Правильным сочетанием и равновесием этих властей Полибий иобъяснял могущество римской державы, покорившей “почти весь известный мир”.

Теоретические взгляды Полибия на развитиегосударства противоречили его же собственным наблюдениям над конкретными фактамииз истории возникновения различных видов государственной власти. Его построения,как и предшествующие теории “смешанного государства” (Платона, Аристотеля), былипризваны обосновать господство аристократии. Творивший в эпоху утраты греческимиполисами независимости, Полибий выступал с аристократических позиций проримскойориентации и призывал греков подчиниться завоевателям.

Политическая концепция Полибия послужилаодним из связующих звеньев между политико-правовыми учениями Древней Греции и ДревнегоРима.

§ 5. Заключение

В античной Греции философия стала мировоззренческойосновой политических и правовых учений. Это предопределило постановку таких вопросов,как причины возникновения государства и законов, их взаимодействие и общие закономерностиразвития. Теоретический подход к изучению политики и права в древнегреческих ученияхотделяется от практико-прикладных описаний техники государственного управления.Всякое действительное знание, в том числе и политическое, утверждал Аристотель,имеет дело с общим и существующим по необходимости. Вот почему “мудрость и искусствоуправлять государством не будут тождественны”. Следуя этому идеалу истинного знания,философы стремились оформить свои взгляды на государство и право в виде политическойтеории, преобразовать их в единый комплекс взаимосвязанных понятий и доказательств.Именно у древнегреческих философов мы находим первые в истории определения государстваи закона, классификации форм государственной власти, концепции перехода от одногополитического устройства к другому.

Громадное влияние на последующее развитиеполитико-правовой идеологии оказало учение Платона. Под его воздействием складывалисьфилософские и социально-политические взгляды Аристотеля, стоиков, Цицерона и другихпредставителей античной политической мысли. Выдвинутые Платоном идеи “правленияфилософов” и “мудрых законов” были восприняты многими мыслителями эпохи Просвещения.

Платоновский проект общности имуществаактивно обсуждали ранние представители социализма – Т. Мор, Т. Кампанелла и др.На этом основании некоторые исследователи называли Платона “родоначальником коммунизма”.В действительности платоновские построения не содержат коммунистического идеала,ибо общность имущества у него распространяется лишь на узкую прослойку стражей-правителейи не составляет экономической основы проектируемого общественного строя. Истолкованиеего доктрины в качестве коммунистической является таким же анахронизмом, как и попыткиобнаружить в ней идейные истоки современного тоталитаризма.

Далеко за пределы античности вышло влияниеполитико-правовых идей Аристотеля.

Широкое распространение в последующейполитической мысли получило предложенное им определение государства как объединенияграждан ради общего блага. Взятое вне своего контекста, оно оказалось весьма удобным,поскольку позволяло защищать различные социальные интересы. Оставалось только уточнить,кого следует включать в состав граждан и что нужно понимать под общим благом. Отдаленныеотголоски этого определения слышны в современных концепциях государства всеобщегоблагоденствия.

В политическую идеологию средневековьяи Нового времени из аристотелевского учения перешли классификация форм государства,положения о причинах смены политических состояний, смешанном государственном устройстве.Представления Аристотеля о естественном и условном праве дали мощный толчок развитиюестественно-правовых концепций.

Античная политико-правовая идеология сделалапервые шаги по осмыслению политической свободы. Государство и законы в Древней Грецииначинают рассматриваться как установления, созданные самим человеком и призванныеслужить его интересам. Подобного рода представления, однако, относились только ксвободным гражданам государства и сопровождались обоснованием подневольного положениярабов. Расширение гражданских свобод в Античном мире происходило за счет развитиярабовладельческих отношений.


Глава4. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ДРЕВНЕМ РИМЕ

 

§ 1. Введение

В римском обществе рабовладельческий способпроизводства достигает высшей ступени своего развития. Начиная с III в. до н. э.образование крупных поместий (латифундий), основанных на эксплуатации рабского труда,потребовало массового притока рабов, расширения государственной территории и проведениязавоевательской политики. За исторически короткий срок Рим превратился из государства-полисас республиканским правлением в крупнейшую рабовладельческую империю Организацияимперии была завершена в I в. до н.э.

Одновременно с утверждением и развитиемрабовладельческого строя в римском обществе вызревали противоречия, обострявшиесяв периоды гражданских войн и массовых выступлений рабов (восстание под руководствомСпартака 74–71 гг. до н э. и др.).

С конца II в. н.э. римское общество вступаетв состояние кризиса, вызванного противоречиями между потребностями развивающегосяпроизводства и невозможностью повысить производительность рабского труда. Некогдамогущественное римское государство распадается на Западную империю и Восточную империю,получившую позднее название Византии В V в. территория Италии была завоевана германскимиплеменами, и Западная Римская империя прекратила свое существование.

Политико-правовые учения Древнего Римаимели много общего с политическими учениями античной Греции. Сходство политическоймысли древних греков и римлян определялось не только тем, что идеологические концепциив этих странах формировались на основе однотипных социально-экономических отношений,но и глубокой преемственностью в развитии их культуры. Древний Рим, долгое времяостававшийся на периферии Античного мира, вынужден был подтягиваться до уровня передовыхполисов Греции, перенимать ее культуру. Завоевание Римом греческих полисов положилоначало эллинизации римского общества, т.е. широкому распространению греческой культурысреди римлян. В эпоху империи эти процессы переплетались с процессами взаимовлияниягреческих, восточных и собственно римских культурных традиций.

Политико-правовые учения в Древнем Римеформировались на основе философских направлений, которые были перенесены из Греции.В своих наставлениях по философии римские мыслители обычно воспроизводили греческиеучения, изменяя и приспосабливая их применительно к римским условиям. При разработкеполитических концепций римские авторы опирались на заимствованные из греческих источниковпредставления о формах государства, о соотношении закона и справедливости, о естественномправе и др.

Новизна и оригинальность политическихвоззрений римских мыслителей заключались в том, что ими были выдвинуты идеи, соответствующиеотношениям зрелого рабовладельческого общества. Можно выделить два круга идеологическихпредставлений, в которых наиболее ярко проявилось своеобразие римской политико-правовоймысли.

К первому из них следует отнести измененияв политической теории, обусловленные развитием отношений частной собственности ирабства. Возникновение крупной земельной собственности и концентрация богатства,сопровождавшаяся углублением социальных антагонизмов, поставили господствующие классыперед необходимостью усилить правовую защиту имущественных отношений. Осознаниеэтой потребности вызывало у них повышенный интерес к правовым средствам закреплениясвоего господства, порождало представления о том, что государство служит для защитыимущества и держится на согласии граждан относительно права. В произведениях сторонниковрабовладельческой знати общим местом становятся определения раба как вещи, как “говорящегоорудия” и т.п.

Результатом практической деятельностиюристов по толкованию законов явилось обособление юриспруденции в самостоятельнуюотрасль знаний. Со временем она приобретает статус источника права. В трудах римскихюристов получают детальное обоснование институты и нормы действующего права, в томчисле правовой статус свободных и рабов, классификация имущественных сделок, содержаниеправа собственности и порядок наследования.

Ко второму кругу следует отнести измененияв политической теории, отражавшие перестройку государственного механизма в эпохуимперии, когда республиканская форма правления была заменена промонархическим режимом.Правящая верхушка отказалась в этот период от политических идеалов, которым следовалаполисная аристократия. Для официальной идеологии Римской империи характерны идеикосмополитизма, мирового владычества римлян, а также концепции неограниченной императорскойвласти и государственный культ правящего императора.

Значительное влияние на идеологию римскогообщества оказала философия стоиков. Ее последователи (Сенека, Марк Аврелий) рассуждалио “духовном равенстве” всех людей, включая господ и рабов, их бессилии изменитьсудьбу, о необходимости подчиниться мировому закону. Мистические стороны и пессимизмучения стоиков усиливались с нарастанием кризиса рабовладельческого строя. Многиеидеи стоицизма были восприняты христианством – идейным течением, зародившимся средисоциальных низов Римской империи.

На протяжении II–III вв. христианскаярелигия постепенно утратила свой первоначальный бунтарский дух, а в IV в. была возведенав ранг официальной идеологии римского государства.


§ 2. Политические и правовые учения рабовладельческой аристократии.Цицерон. Римские юристы

В римском рабовладельческом обществе господствующееположение занимала землевладельческая аристократия. По мере укрепления своих позицийона оттесняла как старую наследственную знать, так и зажиточную верхушку торгово-промышленныхслоев. Если в государствах-полисах политические конфликты среди свободных определялисьглавным образом столкновениями между родовитой знатью и лагерем демократии, то теперь,с утверждением частной собственности на землю, решающим становится противоборствокрупных и мелких земельных собственников.

Виднейшим идеологом римской аристократиив период республики был знаменитый оратор Марк Туллий Цицерон (106–43 гг. до н.э.).Свое политико-правовое учение он изложил, подражая Платону, в диалогах “О государстве”и “О законах”. Некоторые аспекты государственно-правовой проблематики затрагиваютсяим также в сочинениях по этике (например, в трактате “Об обязанностях”) и в многочисленныхречах.

Цицерон исходит из общих для всех сторонниковаристократии представлений о естественном происхождении государства. Следуя Аристотелюи стоикам, он утверждал, что гражданские общины возникают не по установлению, аот природы, ибо люди наделены богами стремлением к общению. Первой причиной дляобъединения людей в государство послужила “не столько их слабость, сколько, таксказать, врожденная потребность жить вместе”. В духе аристократических учений своеговремени Цицерон настаивал на том, чтобы государственная власть была вручена мудрецам,способным приблизиться к постижению мирового божественного разума. Государство моглобы стать вечным, уверял мыслитель, если бы люди жили по заветам и обычаям отцов.Целью государства, согласно его концепции, является охрана имущественных интересовграждан.

Аналогичным образом решаются им и вопросы,касающиеся происхождения и сущности права. “Истинный и первый закон, способный приказыватьи воспрещать, есть прямой разум всевышнего Юпитера”, – утверждал Цицерон. Этот высший,естественный и неписаный закон возникает задолго до того, как люди объединилисьв гражданские общины, и его нельзя изменить голосованием народа или решением судей(здесь – откровенный выпад против учений рабовладельческой демократии). Законы государствадолжны соответствовать установленному в природе божественному порядку – в противномслучае они не имеют законной силы. На страже божественного естественного законаобязаны стоять жрецы. Возникновение права, подчеркивал Цицерон, “следует выводитьиз понятия закона. Ибо закон есть сила природы, он – ум и сознание мудрого человека,он – мерило права и бесправия”. Права мудрых и достойных граждан, включая правособственности, вытекают непосредственно из природы, из естественного закона.

Сквозь этот строй типично аристократическихпредставлений пробиваются вместе с тем ростки принципиально иной доктрины. В явномпротиворечии с собственными исходными положениями Цицерон утверждал, что государствоявляется не только естественным организмом, но и искусственным образованием, “народнымустановлением”. Цицерон признает равенство всех людей от природы и возможность достижениямудрости каждым, кто получит образование. Имущественные и социальные различия междулюдьми, с этой точки зрения, возникают не от рождения, а в силу установившихся вобществе отношений. “Частной собственности, – заявлял Цицерон, полемизируя с последователямиАристотеля, – не бывает от природы”. Она возникает на основании либо давнишнегозавладения, либо победы в войне, либо закона и соглашения. Положительно оцениваязначение богатства и договоров в жизни общества, Цицерон приходит к выводу, чтогосударство “держится на кредите”.

Эти и другие подобные им положения былизаимствованы мыслителем из идеологии полисной демократии. Развивая их, Цицерон определяетгосударство (res publica) как дело народа, где под народом понимается “соединениемногих людей, связанных между собой согласием в вопросах права и общностью интересов”.В трактовке Цицерона право выступает основой государства, его определяющим началом.Государство в таком понимании оказывается уже не только моральным сообществом свободныхграждан (каким оно представлялось Платону и Аристотелю), но и правовым сообществом.Предложенное Цицероном понятие государства сыграло значительную роль в последующемразвитии политико-правовой теории.

Цицерон, говоря о народе в своем определениигосударства, имел в виду исключительно землевладельцев и крупных торговцев. Об этомкрасноречиво свидетельствует приводимый в трактате “Об обязанностях” перечень занятийи профессий, не достойных свободного человека. Цицерон относит к числу презренныхлюдей ростовщиков, мелких торговцев, владельцев ремесленных мастерских, а такжевсех трудящихся. С такими людьми, занятыми “грязным делом”, у достойных гражданне может быть никаких общих интересов.

Политический идеал Цицерона – аристократическаясенатская республика. В общетеоретическом плане он обосновывает свой идеал учениемо смешанной форме правления. Ссылаясь на греческих мыслителей, Цицерон различаеттри основные формы государства: царскую власть –- монархию, власть оптиматов – аристократиюи власть народа – демократию. Среди них лучшей, по мнению Цицерона, является монархия.Каждая из этих простых форм власти неизбежно вырождается, что приводит к возникновениютаких порочных состояний государства, как тирания, господство клики богатых и властьтолпы (черни). Порочные состояния, собственно, не являются уже формами государства,поскольку там царят произвол и насилие, и, следовательно, распадается само государствокак объединение свободных граждан.

Наиболее совершенной и устойчивой формойправления Цицерон считал смешанное государство, сочетающее начала монархии, аристократиии демократии. К такому строю, по его мнению, приближалась Римская республика вовремена “отцов” и “дедов”. Монархические начала были представлены в ней властьюконсулов, аристократические – правлением сената, демократические — народным собраниеми властью трибунов. В этой части учение Цицерона не выходило за рамки древнегреческихконцепций круговорота государственных форм (Платон, Полибий) и политических идеаловзнати, требовавшей реставрации староустойных порядков.

Цицерон творил в период становления Римскойимперии. Поддерживая и одобряя захватнические войны Рима, Цицерон отказывается отидеалов замкнутого, самодовлеющего полиса. Под влиянием стоиков он пропагандируетидеи космополитизма и мирового государства.

В правовой теории переход к империи нашелотражение в представлениях о составе и разновидностях права, действующего в римскомгосударстве. Сочинения Цицерона являются самыми ранними произведениями римской литературы,где проводится различие между естественным правом, правом народов и правом римскихграждан.

Правовые воззрения рабовладельческой аристократииполучили свое практическое воплощение в деятельности римских юристов.

Светская юриспруденция как самостоятельнаяотрасль знаний сложилась в Древнем Риме во II–I вв. до н.э. По своему характеруи направленности она явилась специфическим порождением идеологии тех слоев рабовладельческойзнати, которые были заинтересованы в усилении правовой охраны частной собственностии в то же время выступали против расширения законодательной деятельности государствав сфере имущественных отношений, полагаясь больше на советы и консультации немногихизбранных юристов (“право мудрых”), чем на писаный закон.

Расцвет римской юриспруденции приходитсяна эпоху ранней империи (I в. до н.э. – III в. н.э.). В этот период императоры,стремясь ограничить законодательную власть сената, предоставляют наиболее выдающимсяюристам право давать разъяснения и толкования действующих правовых норм, обязательныедля всех должностных лиц и судей. Разъяснения правоведов приравниваются тем самымк закону. Со второй половины III в., когда законодательная власть сосредоточиваетсяв руках императоров, пожалование такой привилегии прекращается, и римская юриспруденцияприходит в упадок.

К числу самых известных юристов периодаранней империи принадлежали Гай, Папиниан, Павел, Ульпиан и Модестин. Пространныевыдержки из написанных ими сочинений содержат Дигесты Юстиниана.

Понятие права юристы выводили, подобноЦицерону, из стоической идеи мирового, всеобщего закона природы. Согласно определениюЦельса, принятому многими римскими юристами, право – это искусство добра и справедливости(ars boni et aequi). Правосудие, уточнял Ульпиан, есть “познание божественных ичеловеческих дел, наука о справедливом и несправедливом”.

Приведенные высказывания свидетельствуют,что юристы не отделяли еще право от нравственности. Как и другие последователи стоицизма,они считали источником права мировой божественный разум.

В составе права, действовавшего в Римскойимперии, юристы выделяли три части: естественное право (ius naturale), право народов(ius gentium) и право граждан (ius civile).

Естественное право, по их представлениям, распространяетсякак на людей, так и на животных. К его установлениям относятся брак, семья и воспитаниедетей. По естественному праву все рождаются свободными.

Право народов, в отличие от естественного, охватываетправила, которые мировой разум установил для людей. Римляне используют это правов своих отношениях с покоренными народами и соседними государствами. Правом народоввведены война, рабство, основание царств, международная торговля и другие установления.

Право граждан, или цивильное право, регулирует отношениямежду свободными римлянами. Цивильное право, указывал Гай, является “собственнымправом государства”. Источниками этого права Папиниан называл законы, решения плебеев,постановления сената, декреты принцепса и “мнения мудрых”.

Разграничение права народов и права граждан,проведенное в римской юриспруденции, имело цель оправдать рабство, агрессивные войныи неравенство завоеванных народов по отношению к римлянам.

Право в Древнем Риме делилось на частноеи публичное. По знаменитой формуле Ульпиана, публичное право относится к положениюгосударства, частное – к пользе отдельных лиц. Частное право, считал он, включаетв себя предписания права естественного, предписания права народов и предписанияправа цивильного.

Основное внимание юристы уделяли частномуправу. В их трудах были заложены основы теории гражданского права – цивилистики.Разрешая споры по гражданским делам, юристы разграничили виды сделок, выработалиформулы исков, определили правомочия собственника и других субъектов права.

К изучению публичного права римская юриспруденцияобратилась в I – II вв., когда правоведы, получившие привилегию официального толкованиязакона, выступили в поддержку императорского режима. В публичном праве они проводилиидеи неограниченных полномочий принцепса, передачи ему законодательной власти.

Вследствие рецепции римского частногоправа его принципы были усвоены теоретической юриспруденцией во многих странах континентальнойЕвропы. Под влиянием римской цивилистики сложились классические правовые доктриныXVIII – XIX вв., наделившие собственника абсолютным правом распоряжаться принадлежащейему вещью по своему усмотрению.

§ 3. Политические и правовые идеи первоначального христианства

В I в. нашей эры в Римской империи сложиласьи стала быстро распространяться новая религия – христианство. В развитии организациихристиан обычно различаются два этапа: “апостольская церковь” (примерно I– II вв.)и пришедшая ей на смену (примерно во второй половине II в.) “епископальная церковь”.Эволюция церковной организации сопровождалась, очевидно, изменением политико-правовойидеологии христиан, однако в книгах Нового завета содержатся как первоначальные,так и последующие идеи христианства 1–11 вв. В произведениях раннехристианской литературы(Откровение Иоанна – “Апокалипсис”) осуждались рабовладельческий Рим – “великийгород, царствующий над земными царями”, римские императоры (особенно “зверь-антихристНерон” – гонитель христиан), цари, вельможи, тысяченачальники, богатые, купцы. Христианемечтали об уничтожении “великой блудницы вавилонской” – Римской империи, которуюони называли “царством дьявола”, “дьявольским миром зла и насилия”: “Горе, горетебе, великий город Вавилон, город крепкий! Ибо в один час пришел суд твой”.

Христиане ждали пришествия мессии, Христа– избавителя, божьего посланника, который в схватке со “зверем-императором” сокрушитцарство зла, повергнет угнетателей в “геенну огненную”. Затем установится обещанноепророками “тысячелетнее царство”, где трудящиеся “не будут уже ни алкать, ни жаждать,и не будет палить их солнце и никакой зной”.

В ожидании мессии проповедовались смирениеи непротивление злу насилием: “Никому не воздавайте злом за зло”, “любите враговваших, благотворите ненавидящих вас. Благословляйте проклинающих вас и молитесьза обижающих вас. Ударившему тебя по щеке подставь и другую; и отнимающему у тебяверхнюю одежду не препятствуй взять и рубашку”. Вместе с тем в произведениях христианскойписьменности сохранились намеки на вооруженные отряды христиан (“не мир я принестипришел, но меч”), на их боевые схватки с римскими оккупантами (“имя же им – легион”).Главное же – ожидание скорого, с сегодня на завтра, пришествия мессии: “Се, грядускоро, и возмездие мое со мною, чтобы воздать каждому по делам его”.

В ожидании скорого пришествия мессии христианестремились обособиться от царства зла в своих общинах. Христианство провозгласилоравенство приверженцев новой религии. В дискуссиях христианских общин была преодоленаидея богоизбранности только отдельных народов. Общины были организованы на демократическихначалах. Не было духовенства, предметов культа, обрядов. Верующие отдавали общинесвое имущество, за общий счет устраивались общественные трапезы. Связь между общинамиподдерживали странствующие проповедники (апостолы), не имевшие привилегий. Общинакормила апостола несколько дней, после чего он должен был либо идти дальше, либоработать вместе с другими:

“Если кто не хочет трудиться, тот и неешь”. В христианском учении в религиозной форме были выражены некоторые общечеловеческиеценности, элементарные нормы нравственности и справедливости: “И как хотите, чтобыс вами поступали люди, так и вы поступайте с ними”, – говорится в Новом завете.Там же содержатся заповеди: не убивай, не кради, не лжесвидетельствуй, не прелюбодействуй,не пожелай чужого, люби ближнего, как самого себя. В Новом завете содержится осуждениебогатых: “Удобнее верблюду (канату) пройти сквозь игольное ушко, нежели богатомувойти в царствие божие”; “послушайте, вы, богатые, плачьте и рыдайте о бедствияхваших, находящих на вас… вот плата, удержанная вами у работников, пожавших поляваши, вопет; и вопли жнецов дошли до слуха господа”.

В I–II вв. сеть христианских общин раскинуласьпо всей Римской империи. Ряды приверженцев новой религии, дававшей духовное утешениеи надежду, неуклонно росли. Со II в. христианские общины пополнялись выходцами изимущих и образованных слоев общества. Богатые и честолюбивые люди по-своему ощущалии переживали гнет Римской империи, кризис рабовладельческого строя, всеобщую апатиюи деморализацию, тоже искали духовного утешения и освобождения. Это привело к изменениюсоциального состава, организационных принципов и идеологии христианских общин. Эволюцияхристианства предопределялась разочарованием в надеждах на скорый приход мессии.

К середине II в. в христианстве беретверх то направление, которое делало упор на мистические стороны учения. Складываетсяотделенный от массы верующих церковный аппарат. Руководство общинами переходит вруки епископов, пресвитеров, дьяконов, образовавших стоящий над верующими клир (духовенство).Епископами назначались, как правило, состоятельные люди: “Ибо кто не умеет управлятьсобственным домом, тот будет ли пещись о церкви божией?”. Епископы различных общинустановили между собой прочные связи; таким образом была создана вселенская церковь.“Вне церкви нет спасения”, “без епископа нет церкви”, “на епископа должно смотреть,как на самого господа”, – учило духовенство.

Присвоив монопольное право проповедоватьи толковать христианское учение, духовенство разработало сложную систему обрядов,служб, догм, используя ряд положений других религий (например, митраизма) и философскихшкол (например, стоиков, гностиков). Общие трапезы были заменены причащением, апостолы– слугами и гонцами епископов, равенство верующих – противоположностью между клироми мирянами.

В христианской литературе II–III вв. большоеместо занимает апологетика. Христианские авторы стремятся уверить императоров, чтоновая религия не только не опасна рабовладельческому государству, но и являетсяего надежным союзником.

Первоначальное осуждение императорскойвласти уже во II в. свелось к религиозной оппозиции насаждавшемуся властью культуимператоров, требованию поклоняться им, как богам. “Отдавайте кесарю кесарево, абожие – богу”, – дальше призыва уклоняться от официального культа императоров, исправноуплачивая, однако, подати, церковь не шла. В то же время эта оппозиционность компенсироваласьотчаянными призывами подчиняться властям и начальствам: “Всякая душа да будет покорнавысшим властям; ибо нет власти не от бога, существующие же власти от бога установлены.Посему противящийся власти противится божию установлению”; “бога бойтесь, царя чтите.Слуги, со всяким страхом повинуйтесь господам, не только добрым и кротким, но исуровым”; “ рабы, повинуйтесь господам своим по плоти со страхом и трепетом, в простотесердца вашего, как Христу. Не с видимою только услужливостью… но как рабы христовы,исполняя волю божию от души. Служа с усердием, как господу, а не как человекам”.

Церковь настойчиво стремилась к союзус императорской властью. С IV в. императоры уже вынуждены считаться с церковью идаже искать у нее поддержки. При императоре Константине христианство было объявленоравноправной с другими религиями (313 г.), а затем господствующей (324 г.) религией.

Эволюция христианства сопровождалась ожесточеннойборьбой между церковью и различными ересями (ересь – вероучение, основанное на некоторыхобщих с официальной церковью догматах, но оппозиционное, отличное от церковного).

Так, во второй половине II в. в МалойАзии возникла секта монтанистов, продолжавших проповедовать ненависть к Римскойимперии, предвещать близкое пришествие мессии, конец “мира зла и насилия”, установление“тысячелетнего царства”: “Мы не хотим больше оставаться в рабстве, мы желаем скореецарствовать”. В общинах монтанистов сохранялись общие трапезы, демократические порядкираннехристианских общин.

Тогда же возникли антицерковные сектыгностиков (гносис – знание), соединявшие ряд положений христианства с учением о“логосе” в духе философии неоплатонизма и стоиков. Некоторые гностики (Эпифан) учили,что общественное неравенство противоречит божественному закону справедливости: “Богне делает различия между богатым и бедным и правителем народа, между неразумнымии разумными, женщинами и мужчинами, свободными и рабами… ибо никто не может отнятьу своего ближнего его долю света, чтобы самому наслаждаться двойной”. Божественномузакону справедливости Эпифан противопоставлял человеческий закон, учредивший частнуюсобственность: “мое” и “твое” пришло в мир через законы, так что теперь нигде нетобщности.

Еретики широко использовали апелляциюк текстам писания, отвечавшим настроениям масс. С IV в. в Северной Африке возниклодвижение рабов, колонов и свободных бедняков, называвших себя агонистиками (борцы,воины христовы). Вооруженные дубинками (ибо, согласно писанию, “все, взявшие меч,мечом погибнут”) агонистики нападали на усадьбы богачей, уничтожали кабальные документы,убивали владельцев латифундий или заставляли их работать на мельницах и в каменоломнях(“если кто не хочет трудиться, тот и не ешь”). Епископы писали, что “по их решениюи приказу рабы и господа менялись положениями”, призывали государство к жестокомуподавлению этих движений.

§ 4. Зарождение теократических доктрин. Августин Блаженный

Признание христианства государственнойрелигией не исключало того, что между императорской властью и церковью временамивозникали трения. С одной стороны, императоры не были чужды взгляда на священниковкак на своих чиновников, обязанных исполнять императорские веления; порой императорыпритязали на авторитарные решения даже и чисто религиозных вопросов. С другой стороны,духовенство, сильное своей организацией и идейным влиянием, отнюдь не желало превращатьсяв послушных исполнителей велений светской власти. Более того, церковь притязалане только на полную независимость в религиозных делах, но и на участие в политическойвласти, требуя помощи государства в насаждении христианства, в борьбе с ересями,в умножении и охране церковных богатств.

Притязания церкви на участие в государственнойвласти обосновывались так называемыми теократическими теориями.

Одним из первых теоретиков теократии былконстантинопольский епископ Иоанн Златоуст (345–407 гг.). Из слов апостола “всякаявласть от бога”, рассуждал Златоуст, не следует, что каждый князь лично ставитсябогом – богом дан лишь общий принцип власти. Библейские сказания свидетельствуют,что цари, вмешивавшиеся в дела церкви, – не истинные цари, они несли наказания затакое вмешательство. Из этого следует назидание: “Оставайся в своих границах – однипределы царства, другие священства. Однако последнее больше первого… Царю ввереноземное, мне небесное, царю поручены тела, священнику души… Последнего княжествовыше; поэтому царь преклоняет голову под руку священника”.

Заметной вехой в развитии политико-правовойидеологии христианской церкви в эпоху рабовладения было учение гиппонского (СевернаяАфрика) епископа Аврелия Августина (354–430 гг.), прозванного православной церковью“Блаженный”, а католической – признанного святым и учителем церкви.

В произведении “О граде божием” Августинписал, что в мире существует два государства: “божий град” (церковь) и “град земной”(государство). Церковь “странствует по земле, имея цель на небе”, “церковь и теперьесть царствие небесное”. Только к ней подходит определение государства, данное Цицероном,так как лишь в церкви – право и общая польза, истинная справедливость, мир и покой.К граду божию принадлежит первый праведник – Авель. Основателем града земного былбратоубийца Каин; государство – создание человеческое, его цель – временная, оносоздано насилием, держится принуждением: “При отсутствии справедливости, что такоегосударства, как не большие разбойничьи шайки, так же как и самые разбойничьи шайкичто такое, как не государства в миниатюре”.

Оправдание государства в том, утверждалАвгустин, что оно поддерживает земной, временный порядок, причем и тут государстваразные: есть два вида земных царств.

Одни – организации насилия и разбоя, ониначинаются с братоубийцы Каина, продолжаются братоубийцей Ромулом, олицетворяютгрех, несправедливость, насилие, “общество нечестивых”. Другие царства – это “христианскиегосударства”, власть которых основана на заботе о подвластных.

В конечном счете оправдание государства– в служении церкви, в помощи небесному граду направлять мир земной к миру небесному,сохранять и поддерживать единство образа человеческих мыслей и желаний.

Августин – один из первых церковников,призывавших насильственно приобщать к христианской церкви, вооруженным путем искоренятьереси. Он настаивал на присылке в Африку войск для подавления агонистиков: “Дерзостьмужиков восстает против их владельцев”.

Источник зла – свободная воля людей, влекущаяих от единства к множеству. В делах веры это очень опасно: “Прежде чем понимать,мы должны верить”. Еретики хуже отравителей, они враги единства. Коль скоро цельхристианского государства – благо, государство, если неверие не поддается убеждению,должно “принуждать людей, а не учить”. “Вы думаете, что никого не следует принуждатьк правде, однако читаете у св. Луки, что господин сказал своим слугам: принудьтевойти всех, кого найдете”. (Эти слова – compelle intrare – “принуди войти” в Cредниевека сделались девизом инквизиции. – Прим. авт.) Правда, рассуждал он, Христос никогоне принуждал, но “был ли тогда император, который бы верил во Христа и мог бы служитьему в благочестии, издавая законы против нечестия”. Во времена Августина большаячасть населения Римской империи держалась прежних, языческих культов. Церковь тревожилии неподвластные ей христианские секты еретиков. Поэтому Августин призывал использоватьпринуждение для крещения язычников и искоренения ересей: “Как же могут цари служитьгосподу в страхе иначе, чем воспрещая и карая в благочестивой строгости то, чтопротиворечит велениям господа?”

Оправдание государства, по Августину,– и в поддержании социального порядка: “Никак не следует о нем (боге) думать, чтобызаконам его провидения были чужды человеческие царства, владычество людей и их рабство”.Августин выдвинул новый довод в обоснование рабства. Рабство не создано ни природой,ни правом народов – “имя рабства заслужила вина, а не природа”. Источник рабства– прегрешение библейского Хама: “Грех – первая причина рабства, и это бывает неиначе, как по суду божию, у которого нет неправды”. Источник рабства отдельных людей– военный плен, причем и это имеет оправдание, поскольку войны, по учению Августина,не противоречат божьим заповедям.

Божественным установлением являются ичастная собственность, имущественное неравенство, деление на бедных и богатых. “Ктосотворил тех и других? – Господь! Богатого – чтобы помочь бедному, бедного – чтобыиспытать богатого”. В произведениях Августина христианское вероучение открыто иоткровенно приспосабливается к самым земным интересам власть имущих. “Сколько богатыеобязаны Христу, который возмещает им убыток: если был у них неверный раб, Христособращает его и не говорит ему: оставь своего господина”.

Характеризуя “христианское государство”как образец “земного града”, Августин писал: “Государство лучше всего устрояетсяи хранится, будучи основано и связано верой и прочным согласием, когда все любятобщее благо; высшее же благо есть бог”. Практически образцом этого идеала явилосьрабовладельческое христианское государство, управляемое при участии духовенства,насильственно подавляющее инакомыслие, ведущее агрессивные войны. Оправдывая последние,Августин дал обстоятельное толкование заповеди “не убий”. Его перетолкование свелоськ тому, что “ее отнюдь не преступают те, которые ведут войны по полномочию от бога”.

Теократические идеи Августина в определенноймере осуществились в Восточной Римской империи (Византии). Тесный союз церкви игосударства, переплетение их механизмов создали теократическую империю, задержавшуюраспад рабовладельческого строя.

§ 5. Заключение

Политико-правовая идеология Древнего Рима,складывавшаяся под сильным влиянием идей греческих мыслителей, разработала ряд своеобразныхконструкций, оставивших заметный след в истории политических и правовых учений.Среди них – знаменитое определение государства (“дело народное”), данное Цицероном,а также его идея о праве (законе) как связи, основе общества. Значительное влияниена обособление теории права от философии оказали логико-правовые конструкции римскихюристов, разработка ими догмы права.

Проблема преодоления политического отчужденияв политико-правовой идеологии Древнего Рима выражена слабо. Терминологически онанамечена определением государства как “дела народного”, теоретически – оправданиемсистемы сдержек и противовесов, предупреждающих вырождение республики в тиранию.Цицерон определял право как связь общества (народа), но в его понимании оно распространялосьлишь на свободных; кроме того, он же утверждал, что при грохоте оружия (в периодвойны) умолкают законы.

Совершенно исключительное значение в историиобщественно-политической мысли принадлежит христианству. Сложность самого процессастановления новой мировой религии, отражение этой сложности в христианском каноне(Новый завет) обусловили и долговременное господство христианства в Европе, и возможностьиспользования его в средние века в прямо противоположных целях: от апологии рабства(Августин) и крепостничества (Фома Аквинский) до обоснования демократически-революционных(табориты) и коммунистических (Томас Мюнцер) программ.


Глава 5.ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ В ПЕРИОД СРЕДНИХ ВЕКОВ

 

§ 1.Введение

Падение Западной Римской империи (476г.) завершило период истории Древнего мира и положило начало истории средних веков.В странах Западной Европы периода раннего средневековья (V–Х вв.) постепенно складывалсясословно-феодальный строй.

К IX–Х вв. Западная Европа раздробиласьна множество мелких феодальных государств, почти не зависимых от центральной властикоролей и императоров. Сложились иерархическая структура землевладения, связаннаяс отношениями сюзеренитета и вассалитета, а также сословный строй. Каждое сословиезанимало в феодальной иерархии строго определенное место, права (привилегии) и обязанностипредопределялись местом в этой иерархии: от привилегированного дворянства, особенновысшего, до обремененного массой повинностей крестьянства.

Особое место в феодальном обществе ЗападнойЕвропы занимала католическая церковь. Церкви принадлежало около трети земель, населениекоторых находилось в феодальной зависимости. Сама церковь была организована по феодальномуобразцу по принципу строгой иерархии, на монархических началах возглавлялась римскимпапой. У католической церкви были свои суды, вооруженные силы; ряд норм, установленныхцерковью, имел юридическое значение (каноническое право). Духовенство было привилегированнымсословием феодального общества, а церковь – важной частью феодальной структуры.

В период феодальной раздробленности католицизмбыл единственной силой, объединяющей западноевропейский мир. Будучи мощной экономическии политически, церковь играла господствующую роль в идеологии средневекового общества.Отсутствие резкой границы между рабовладельческим и феодальным обществами даваловозможность использовать апологетику рабства для оправдания крепостничества. Мировоззрениесредних веков было богословским, теологическим мировоззрением. Античные культура,политика, этика, искусство высокомерно отвергались церковью как языческая премудрость,ненужная, а то и вредная в свете учения Христа. Занятия философией допускались тольков школах, созданных церковью, функционировавших под ее руководством и контролем;поэтому школьное (схоластическое) знание и образование были богословскими от началадо конца. Одной из центральных проблем схоластики было соотношение веры и разума,религии и философии; проблема безоговорочно решалась в пользу веры и религии, догматыкоторой не могут быть опровергнуты разумом и не требуют философского подтверждения.Высшим и чуть ли не единственным источником истины признавалось священное писание,тексты которого были исходным пунктом и важнейшим аргументом в схоластических рассуждениях,причем схоластика ориентировалась даже не столько на св. писание, сколько на догматыофициального вероучения католической церкви, опирающиеся на строго определенныеи истолкованные тексты.

Идеологическое господство религии и церквиобусловило то обстоятельство, что основные направления политико-правовой идеологиифеодального общества Западной Европы выступали в религиозном облачении. Общей идейнойосновой всех политических и правовых доктрин средневековья были религиозные представления,тексты св. писания. Идеологи господствующих классов-сословий ссылками на Библиюстремились обосновать сословное неравенство, привилегии феодалов, зависимое положениекрестьян. Этой цели служили тексты о “покорности рабов своим господам”, “богоустановленностивласти”, “непротивлении злу насилием”, содержащиеся в Новом завете. Крестьянствои горожане свой протест против феодального строя выражали в еретических движениях.

Ни господствующая идеология, ни ересине придавали проблемам государства и права ведущего значения по той причине, чтопервая защищала власть в любом ее проявлении, а право сводила к проявлениям власти,ереси же взывали к истинной христовой церкви как общине верующих, сосредоточившейв себе власть, отождествляя право с религиозными нормами всеобщего равенства, справедливости,взаимопомощи.

В большей мере проблемы государства иправа обсуждались в процессе и результате борьбы за власть и привилегии между католическимдуховенством и светскими феодалами. Католическая церковь во главе с римским папойпритязала на решающее участие в политической власти; эти притязания обосновывалисьтеократическими теориями.

Суть этих теорий сводилась к тому, чтогосударство занимает подчиненное по отношению к церкви положение, из чего следует,что светские правители должны быть подчинены церкви не только как простые верующие,но и в ряде отношений по осуществлению политической власти.

В обоснование использовались доводы АвгустинаАврелия (см. гл. 4), теория “нравственного закона”, согласно которой церкви принадлежитправо оценивать и “судить” действия императора не только как христианина, но и какносителя власти.

Широко распространены были “теория двухмечей”, основанная на произвольном соединении и толковании цитат из евангелий (императорполучает свой меч от церкви и потому должен служить ей своим мечом) и “теория солнцаи луны” (как луна получает свой блеск от солнца, так королевская власть заимствуетсвой блеск и авторитет от папы).

Церковью использовались различные фальшивки– например, “Дарение Константина” (подложная грамота от имени императора КонстантинаI, который будто бы еще в IV в. передал римским папам власть над Западной Римскойимперией) и “Лжеисидоровы декреталии” (где говорится, что короли и императоры ещес первых веков христианства подчинялись папам как преемникам Христа и апостола Петра).

Императоры и короли стремились обосноватьсвою независимость от церкви в светских делах; одним из острых вопросов была инвеститура(право назначать епископов). Защищаясь от притязаний церкви, императоры и королиссылались на тексты того же писания о богоустановленности всякой (т.е. и их) власти(“существующие же власти богом установлены”). Они по-своему толковали “теорию двухмечей” – меч светской власти не зависит от церкви, поскольку Христос говорил: “Царствомое не от мира сего”.

С теоретической поддержкой королевскойвласти в ее борьбе с феодальной раздробленностью и попытками церкви вмешиватьсяв дела светской власти с XII в. выступали средневековые юристы (легисты). В XI–XIIвв. в Болонье сложилась школа глоссаторов, изучавших и преподававших римское право(“глосса” – замечание, пояснение). В споре императоров и церкви легисты-глоссаторывыступали на стороне светской власти. Большинство легистов утверждало, что народпередал всю власть императорам, власть которых неограниченна и наследственна. Ссылаясьна законы Римской империи, где воля императоров считалась высшим законом, легистыполагали главным источником права законы, установленные светской властью императоров,королей, городов. Аналогичные идеи с XIV в. обосновывали постглоссаторы, комментаторы,применявшие правила схоластической логики к обработке материала, собранного глоссаторами.Некоторые юристы средних веков считали свободу естественным правом, а рабство –порождением насилия. В целом доктрина легистов отвечала интересам императоров, атакже горожан, тяготившихся зависимостью от церковной власти.

Защита легистами независимости светскойвласти вызывала раздражение католической церкви, запретившей духовенству изучениеримского права, а также преподавание его в Парижском университете. В противовесшколам легистов в XII в. была создана школа канонистов, систематизировавших папскиедекреты и буллы, решения церковных соборов, высказывания отцов церкви, положенияБиблии. Естественное право они отождествляли с божественным законом, изложеннымв священных книгах, а единственным источником человеческого права считали обычай.Канонисты одобряли старые решения синодов (IX в.), строго запрещавшие епископами аббатам наделять свободой рабов или посвящать их в духовный сан. Канонисты грозилианафемой тем, кто поощрял рабов к бегству или помогал беглым рабам.

Борьба римских пап и императоров поройпринимала довольно острые формы; католическая церковь взывала к подданным и вассаламнеугодных ей правителей, освобождая их от присяги; короли и императоры в борьбес церковными феодалами прибегали к вооруженной силе; однако всегда, когда движениянародных масс принимали опасный характер, церковь и государство выступали совместно:короли и императоры помогали искоренять ереси, духовенство помогало подавлять крестьянскиевосстания.

§ 2. Политико-правовая теория средневековой схоластики. ФомаАквинский

В XI–XIII вв. по всей Европе прокатиласьпервая волна еретических движений, серьезно пошатнувшая веру в святость и незыблемостьсословно-феодальных устоев (см. § 3). Резкая критика сословного строя и его идеологии.Со стороны еретиков потребовала нового идеологического обоснования феодализма. Этузадачу стремился осуществить крупнейший идеолог католицизма доминиканский монахФома Аквинский (1225 или 1226-1274 гг.). (Целью доминиканского ордена была борьбас ересями “при помощи костров и силлогизмов”.- Прим. авт.)

В духе средневековой схоластики Фома рассматриваетфилософию как служанку богословия (ancilla theologiae). Он за активное вторжениецеркви в философию и науку, против концепции “двух истин”, дававшей известный просторпоиску “земной истины”, низшей по отношению к истине “небесной” (постигаемой откровениеми верой), но не зависящей от нее, а порой даже и приходящей с ней в противоречие.Впоследствии идеологи католицизма ставили Фоме Аквинскому в заслугу обращение кнауке и философии, широкую эрудицию, обширную логическую аргументацию, интерес кнаследию античной культуры. Однако от соединения науки с религией выигрывала толькопоследняя; наука, втискиваемая в прокрустово ложе схоластического теоретизирования,вообще теряла способность к самостоятельному развитию. Первым из средневековых философовЗападной Европы Фома Аквинский широко использовал труды Аристотеля.

Основные произведения Аристотеля сталиизвестны в Западной Европе в конце XII – начале XIII в., когда они были переведеныс арабского языка на латынь. Вместе с идеями Аристотеля европейские мыслители поначалувосприняли идеи арабских философов, особенно учение Аверроэса о “двойственной истине”(см. гл. 6, § 3). Именно против этого учения (“аверроэсизма”), как отмечено, активновозражал Фома Аквинский.

У Аристотеля Фома Аквинский взял, преждевсего, учение об “активной форме”, дающей жизнь “пассивной материи”. Согласно учениюФомы, мир основан на иерархии форм (от бога – чистого разума к духовному миру и,наконец, к материальному), из которых высшие формы дают жизнь низшим. Во главе иерархии(земли и неба) стоит бог, установивший принцип подчинения низших форм высшим. Духовныймир возглавляется папой как наместником бога. По тому же иерархическому принципуорганизовано и общество; подданные подчиняются царям и светским властям, рабы должныподчиняться господам.

Большое место в политико-правовой доктринеФомы занимает учение о законах, их видах и соподчиненности.

Закон определяется как общее правило длядостижения цели, правило, которым кто-либо побуждается к действию или к воздержаниюот него. Взяв у Аристотеля деление законов на естественные (они самоочевидны) иположительные (писаные), Фома Аквинский дополнил его делением на законы человеческие(определяют порядок общественной жизни) и божественные (указывают пути достижения“небесного блаженства”). Из сочетания этих двух классификаций выводятся четыре видазаконов: вечный (божественный естественный), естественный (человеческий естественный),человеческий (человеческий положительный) и божественный (божественный положительный).

Вечным законом Фома называет “сам божественный разум,управляющий миром”; этот закон лежит в основе всего мирового порядка, природы иобщества.

Естественный закон трактуется как отражение вечного законачеловеческим разумом; к нему относятся законы общежития, стремление к самосохранениюи продолжению рода.

Человеческий закон, под которым Фома разумел действовавшеефеодальное право, он рассматривал как выражение требований естественного законаи подкрепление их принуждением, санкцией. Необходимость человеческого закона обосновываласьтем, что люди вследствие грехопадения имеют извращенную волю, свобода которой сводитсяк возможности творить зло; для обеспечения незыблемости требований естественногозакона необходимо принуждение людей к добродетели путем применения силы и страханаказания.

Наконец, к божественному, или откровенному,закону, Фома относил Библию.

Практически суть этой концепции сводитсяк тому, что предписания действующего (человеческого) закона в конечном счете вытекаютиз воли и разума бога; потому нарушение феодального закона не только влечет принуждениеи наказание, но и является тяжким грехом.

Большое внимание Фома Аквинский уделяетобоснованию сословного неравенства. Одним из основных лозунгов еретических движенийбыла идея равенства во Христе, толкуемого как отрицание сословных привилегий, осуждениеприниженного положения крестьян. Обоснованию сословно-феодальных привилегий в ученииФомы служило возведение иерархии в ранг божественного установления. Для обоснованияже феодальной зависимости крестьян использовались не только тексты св. писания,обращенные к рабам, но и все вообще доводы в защиту рабства, созданные до того идеологиейэксплуататорских классов. “Рабство установлено природой”, “оно необходимо для обеспечениядосуга” (оба довода взяты у Аристотеля), “рабство установлено “правом народов” (доводримских юристов), “источник рабства – грех” (Августин Блаженный).

По учению Фомы Аквинского, человеческийзакон не должен противоречить естественному. Поскольку последний понимался толькокак правила общежития (у людей нет другого средства самозащиты кроме общества),сохранения жизни и продолжения рода, необходимость соответствия человеческого законаестественному означала, что правители не должны распускать общество, запрещать жизнь,брак, деторождение.

Католическая церковь почитает Фому Аквинскогокак святого, его учение считается официальной доктриной католицизма. Последователиэтого учения называются неотомистами, неосхоластиками. Неотомизм как современнаякатолическая теория права усматривает в концепции Фомы Аквинского возведение в рангвысших ценностей прав и достоинств человека, защиту прав и свобод личности от произволавласти. Нетрудно заметить, однако, что эти права и свободы в концепции Фомы оказалисьстоль умеренными (только право на жизнь и продолжение рода), что никак не противоречилиустоям феодализма, почти бесправному положению зависимых крестьян, обремененныхмассой повинностей и обязанностей перед сеньором и церковью. Католическая теорияправа XX в, во-первых, восприняла идею “возрожденного естественного права”, сложившуюсявне теологии, во-вторых, значительно расширила представление о содержании прав исвобод человека в духе современной цивилизации. Только в существенно обновленномвиде неотомизм смог использовать идеи естественного права для критики свойственногоидеологам национал-социализма и других тоталитарных режимов взгляда на право какна произвольное, ничем не ограниченное “веление государственной власти”.

Достаточно практично для своего времениФома ставит вопрос о возможности противоречий закона человеческого другим видамзаконов. Как быть, если правитель предписывает нечто, противоречащее естественномузакону? Ответ Фомы категоричен: во избежание смуты надо подчиняться и таким предписаниям,поскольку сохранение общежития основано на господстве и подчинении; не исключенотакже, что произвольные действия правителя – зло, ниспосланное подданным за грехи,в любом случае сопротивление – грех. “Ведь Петр учит нас смиренно подчиняться нетолько добрым и честным, но даже, – как сказано во втором послании Петра, – дурнымгосподам”.

Если, однако, произвол правителей по отношениюк подданным хотя и не одобряется, но и не влечет никаких последствий, то, согласноучению Фомы, иначе обстоит дело при произвольных действиях власти, противоречащихбожественному закону. Когда произвол правителя направляется против церкви и ее учения– правителю нельзя повиноваться; в таких случаях церковь может низложить тирана,его же подданные освобождаются от присяги. Тезис о верховенстве божественных (апо существу – церковных) законов использовался Фомой Аквинским для обоснования теократическихпритязаний католической церкви. Подчинение светских феодалов божественному закону,настойчиво подчеркивал Фома, особенно важно в деле защиты религии – если государикарают фальшивомонетчиков, то тем строже они должны наказывать за “порчу веры”,за ереси.

Учение Фомы Аквинского о государственнойвласти давало более тонкое обоснование теократическим теориям. Как отмечено, светскиеправители, ссылаясь на то же св. писание (“нет власти не от бога; существующие жевласти от бога установлены”), нередко оспаривали правомерность попыток церкви ограничитьих власть или судить о ее законности.

В духе средневековой схоластики Фома Аквинскийразличает три элемента государственной власти: сущность, происхождение, использование.

Сущность власти, т.е. порядок управления(господства и подчинения), установлен богом; именно так следует понимать слова апостолаПавла: “Существующие же власти от бога установлены”. Однако, продолжает Фома, отсюда,конечно, не следует, что каждый отдельный правитель поставлен непосредственно богоми богом же совершено каждое действие правителя. Князь может оказаться узурпатором,тираном, безумцем; он, как и каждый человек, имеет свободную волю, т.е. способностьтворить зло. В этих случаях суждение о законности происхождения и использованиявласти правителя принадлежит церкви. Высказывая такое суждение, даже и ведущее книзложению правителя, церковь не посягает на божественный принцип власти, необходимыйдля общежития. В делах религии, касающихся спасения души, рассуждает Фома, следуетподчиняться церковной власти, а не светской. Власть последней распространяется лишьна земные цели, гражданские блага. В одном из сочинений Фома писал, что и духовнаяи светская власти “соединяются в лице папы, который стоит на вершине обеих властей”.

Воспроизводя аристотелевскую классификациюформ государства (монархия, аристократия, полития; тирания, олигархия, демократия),Фома придает значение лишь некоторым из этих форм. Основным признаком государственнойвласти является право издания законов. В правильных формах существует законность(господство справедливости) и признается общее благо; в неправильных – наоборот.

Фому Аквинского интересуют не столькоразличные модификации сочетаний олигархии и демократии, сколько общие отличия республикот монархий. Монархия была наиболее типичной формой феодального государства; значительнымразнообразием отличались формы городских республик, к которым Фома относился отрицательно.Он против разнообразия, он за единство: в мире царствует один бог, в теле – односердце, в душе – разум, у пчел – царица. Монархия – наиболее естественная формаправления, ибо всякое множество происходит от единства. “Наилучшим образом управляетсято человеческое множество, которое управляется одним, – пишет Фома. – Это подтверждаетсяна опыте. Ибо провинции или города-государства, которыми управляет не один, одолеваемыраздорами и пребывают в волнении, не зная мира”.

Республику Фома считает государством,раздираемым беспорядками, борьбой партий и группировок, пролагающей путь тирании.В тиранию может выродиться и монархия, но, рассуждает Фома, против вырождения царяв тирана могут быть приняты меры. Громадное значение Фома придает религиозно-нравственномувоздействию церкви на монарха, обещаниям ему “наивысшей награды от бога”, полагающейсядобродетельному и справедливому царю. Наконец, существует возможность сместить тирана“по всеобщему решению”, когда подданные освобождаются от обязанности повиноваться(католическая церковь не раз обращалась к подданным с призывом не повиноваться томуили иному неугодному ей феодальному правителю).

Политико-правовая концепция Фомы Аквинскогобыла основательной апологией западноевропейского феодализма. Не только оправданиеказней и гонений еретиков, но и принципиальное обоснование церковного контроля заразвитием науки и философии, подчинение последней мертвящим догмам католицизма,возведение господства и подчинения в одну из основ мироздания, прославление подсказаннойфеодальным строем иерархии как универсального принципа строения общества и природы,обширное обоснование феодального права как божественного установления, исчерпывающаяаргументация “рабства” (т.е. крепостничества), концепция государства, вмещающаятеократические устремления католической церкви, – все это предопределило господствоучения Фомы Аквинского в католической феодальной идеологии, вплоть до провозглашенияего “святым”, “ангелическим доктором”. Специальной энцикликой папы римского в 1879г. учение Фомы Аквинского объявлено “единственно истинной философией католицизма”.

§ 3. Политические и правовые идеи средневековых ересей

В период средних веков формой политико-правовойидеологии, оппозиционной феодализму, были еретические движения. Ереси оперировалитем же комплексом богословских понятий, что и церковь; однако из св. писания имиделались антицерковные и антифеодальные выводы. Немалое значение имел и такой довод:то, чего нет в священном писании (церковная иерархия, монастыри, папство и др.),– все это человеческое измышление, не соответствующее воле бога; поэтому одним изсредств борьбы католической церкви против ересей стал (1231 г.) запрет мирянам читатьБиблию. Часть доводов опиралась на логико-рационалистическое основание. Все еретикисчитали себя истинными христианами и выступали прежде всего против духовенства ицеркви, извратившей, по их мнению, подлинное учение Христа.

Первое крупное еретическое движение началосьв Х в. в Болгарии. Протест болгарского крестьянства против закрепощения феодаламивыразился в движении богомилов. Богомилы (“милые богу люди”, “христиане”) обратиливнимание на то, что уже в самом начале Нового завета ясно сказано о двух потустороннихсилах: доброму богу Христу противостоит злой дьявол, которому, как там же сказано,принадлежат все царства мира. Из сопоставления этих идей с текстом – “никто не можетслужить двум господам… Не можете служить богу и Маммоне (богатству)” – с непреложностьюследует, что дьявол (злой бог) и есть богатство. Выводы из этого делались достаточноконкретные: в богомильских сказаниях образно описано, как дьявол, когда изгнанныйиз рая Адам стал пахать землю, взял с него “кабальную запись” – на него и на всеего потомство, поскольку земля присвоена им, дьяволом. С тех пор крестьяне и пребываютв кабале у слуг дьявола, захвативших пахотные земли. В учении богомилов немало иот здоровой крестьянской логики: кому приятно видеть крест, на котором казнен сынбожий? Конечно же, не богу, а именно дьяволу; поэтому крестами – орудиями казниукрашают себя богатые, особенно церковь, продавшаяся дьяволу.

В бескомпромиссной борьбе с феодальнойцерковью и всем феодальным строем богомилы создали по раннехристианскому образцусобственную организацию. Их проповедники (“апостолы”) неустанно провозглашали мятежныеидеи: “Учат же своих не повиноваться властелям своим, – писал современник богомильскогодвижения, – проклинают богатых, царя ненавидят, ругают старейшин, порицают боляр,считают царских слуг мерзкими богу и всякому рабу не велят работать на своего господина”.

Богомильское учение вскоре после возникновенияраспространилось в других странах. В Х–ХI вв. под его влиянием возникли еретическиедвижения в Византии, Сербии, Боснии, Киевской Руси. Особенно сильное воздействиеэто учение оказало на идеологию стран Западной Европы, в первую очередь Южной Франциии Северной Италии, где процветали города, были развиты культура, ремесло, торговля.Проповедь “добрых людей”, катаров, патаренов, альбигойцев (так еретиков называлина Западе), имела успех у горожан, отдельных групп дворянства и крестьян; к концуXII в. католическая церковь потеряла влияние на юге Франции и севере Италии. Дляискоренения ереси римские папы организовали ряд крестовых походов (альбигойскиевойны), учредили инквизицию и нищенствующие ордена (доминиканцы и францисканцы).

Новые волны еретических движений началисьво второй половине XIV в. К тому времени во всех странах Западной Европы существовалиразвитые города. Бюргерство, уже ставшее признанным сословием, имело достаточновозможностей для борьбы со светскими феодалами при помощи своих привилегий, с помощьюоружия или в сословных собраниях; поэтому городская оппозиция выступала более противцерковных феодалов. Значительно радикальнее были требования крестьянства и городскихнизов. В связи с этим принято различать два основных типа ереси: бюргерскую и крестьянско-плебейскую.

Бюргерская ересь, выражавшая интересы горожан ичасти низшего дворянства, была направлена главным образом против католической церквии духовенства, на богатства и политическое положение которых она нападала. Эта ересьтребовала восстановления простого строя раннехристианской церкви, упразднения монахов,прелатов, римской курии. Крестьянско-плебейская ересь выступала за всеобщее равенстволюдей, за упразднение феодальных привилегий и сословного строя.

Одним из первых представителей бюргерскойереси был профессор Оксфордского университета Джон Уиклиф, выступавший в конце XIVв. против зависимости английской церкви от папской курии и вмешательства церквив дела государства. Уиклиф осуждал церковную иерархию и церковное богатство, утверждая,что они противоречат писанию. Одновременно с учением Уиклифа в Англии возникло движениелоллардов, требовавших передачи земель крестьянским общинам и ликвидации крепостногоправа. Их учение играло видную роль при подготовке крупнейшего крестьянского восстанияУота Тайлера (1381 г.), одним из вождей которого был проповедник Джон Болл. Ссылаясьна писание, лолларды осуждали сословное неравенство. “Откуда же взялись их права,– говорил Джон Болл о дворянах, – если они не были плодом узурпации? Ведь в те времена,когда Адам копал землю, а Ева пряла, не было и речи о дворянах”. Учение лоллардов,представлявшее собой крестьянско-плебейскую ересь, было направлено против феодальногостроя в целом.

Вскоре после подавления движения лоллардовначалась Реформация в Чехии. Начало Реформации было положено выступлением Яна Гусапротив привилегий духовенства, десятины и церковных богатств. После вероломной казниГуса (1415 г.) развернулась национально-чешская крестьянская война против немецкогодворянства и верховной власти германского императора. В гуситском движении вскореопределились два течения – чашники и табориты.

Программа чашников сводилась к ликвидациипривилегий духовенства, лишению церкви светской власти, секуляризации (передачесветской власти) церковных богатств и признанию самостоятельности чешской церкви.

Значительно радикальнее были требованиятаборитов, которые выступали против католической церкви и церковной иерархии; одновременноими был выдвинут ряд антифеодальных лозунгов – уничтожение привилегий как немецкого,так и чешского дворянства, ликвидация крепостного права и феодальных повинностейи т.д. Возрождая идеи раннего христианства, табориты утверждали, что скоро наступит“тысячелетнее царство”, в котором все будут равны и совместно будут решать общиедела.

Борьба с чашниками и отсутствие единствав собственной среде привели к поражению таборитов; но их лозунги вскоре были использованыТомасом Мюнцером во время Реформации в Германии.

§ 4. Учение о законах и государстве Марсилия Падуанского

Яркое и своеобразное теоретическое выражениепротест против притязаний католической церкви на светскую власть нашел в ученииМарсилия Падуанского (ок. 1280-1343 гг.).

Богослов и медик Марсилий Падуанский,бывший одно время ректором Парижского университета, написал книгу “Защитник мира”(1324 г.). Книга выдержана в схоластической манере; автор рассуждает о небесныхи земных целях человека, о законах, определяющих пути достижения этих целей; этирассуждения были изложены в виде толкования модной тогда “Политики” Аристотеля ив духе времени сопровождались ссылками на св. писание. Однако автор обосновывалряд идей, далеко опередивших его время.

Марсилий Падуанский резко критикует теократическиетеории: основная причина войн, смут и возмущений, мешающих мирному, упорядоченномуобщежитию (одна из основных земных целей), – неверные представления о соотношениицеркви и государства, божественного и человеческого законов. Попытки церкви вмешатьсяв дела светской власти сеют раздоры и лишают мира европейские государства, особенноИталию. Эта причина раздоров не описана Аристотелем, которому вообще не была известнавысшая цель, определяемая божественным законом.

Марсилий Падуанский различает два видазаконов по их цели, содержанию и способам обеспечения.

Божественный закон указывает пути достижения вечного блаженства,определяет различия между грехами и заслугами перед богом, а также наказания и наградыв потустороннем мире, где судьей является Христос. Цель человеческого закона – правдаи общее благо, прочность и твердость власти; различая правомерное и неправомерное,он устанавливает справедливость; соблюдение человеческого закона обеспечиваетсяпринуждением. Из различения двух видов законов проистекают разграничения целей,сфер и методов деятельности церкви и государства.

К ведению церкви относятся только божественные,но не человеческие законы; служа высшей цели, церковь не должна вмешиваться в “мирскиедела” (Христос говорил: “Царство мое не от мира сего”). Духовенство имеет правотолько учить, проповедовать христианское вероучение, но никак не принуждать; наказыватьгрешников, нарушителей божественного закона, может только бог, установивший этотзакон (к тому же, только богу известны все деяния и помыслы, ему чужда человеческаялогика и т.п.).

Из почти одинаковых с концепцией ФомыАквинского посылок (деление законов на божественные и человеческие по их цели) вытекалипрямо противоположные выводы: учение Марсилия Падуанского отрицало правомерностьцерковного суда, инквизиционных трибуналов, какого бы то ни было принуждения в делахрелигии. Даже еретик, по учению Марсилия Падуанского, может быть наказан толькобогом на том свете. В земной жизни еретика можно изгнать из государства, если егоучение вредно для общежития; но и это (изгнание) может осуществить лишь князь, ноникак не священник (“медик душ”), которому принадлежит единственное право – учитьи увещевать. Отсюда же вытекало крайне радикальное для того времени требование свободысовести. Марсилий Падуанский высказывался также за реформу церкви, за выборностьсвященников, отмену ряда привилегий пап.

Весьма своеобразно для своего временирешает Марсилий Падуанский и вопрос о человеческом законе. Человеческий закон долженприниматься народом – под народом понимается “совокупность граждан или важнейшаяих часть”. Такой порядок принятия и изменения человеческих законов предопределяетсяих целью: принятые народом законы выражают общее благо; народ лучше повинуется темзаконам, которые сам для себя создал; эти законы всем известны; большинству (общества)принадлежит наибольшая сила для принуждения непокорных к соблюдению законов; наконец,каждый может заметить упущения и предложить способы их устранения. Столь же своеобразноМарсилием Падуанским решается проблема правительства, приводящего законы в исполнение.Во-первых, выдвигается и обосновывается принцип подзаконности всех действий правительства,которое для того и создано, чтобы исполнять законы, определяющие цели и порядокобщежития. Во-вторых, исполнитель законов должен избираться тем же, кем закон установлен,т.е. народом.

Теоретическое обоснование принадлежностинароду законодательной власти, строгой подзаконности деятельности правительства,выборности народом главы исполнительной власти – все это в теоретическом плане далекоопережало время Марсилия Падуанского, предвосхищая лозунги революций XVII–XVIIIвв. В доктрине же XIV в. эти идеи исходили из практики управления городских республик,опирались на отдельные мысли Аристотеля, были созвучны порядку избрания императораСвященной Римской империи, наконец, изложены были в схоластической манере. Так,обосновывая выборность правителя, Марсилий Падуанский разбирает и сопоставляет 13доводов в пользу наследственной и избирательной монархий (в результате наилучшейпризнается избирательная монархия, где пожизненно избранный народом и ответственныйперед ним правитель правит на основе законов). Многократно говорится о народе како совокупности или о большинстве граждан, но в том же сочинении определяются сословия:военные, священники, судьи (главные, почетные сословия); земледельцы, ремесленники,купцы (простой народ). Отсюда многообразие оценок идей Марсилия Падуанского: отоценки его как идеолога средневекового бюргерства, или, по крайней мере, сторонникасословно-представительной монархии до оценки его лишь как приверженца Людвига Баварского,стремившегося быть избранным в императоры Римской империи.

§ 5. Заключение

Средние века – период спада в историиполитических и правовых учений по сравнению с Античным миром. Перемещение центратяжести в общественном сознании от государства к церкви, устремленность значительнойчасти этого сознания к потусторонним, внеземным идеалам, господство догматическогомышления, строго ориентированного на тексты св. писания и каноны церкви, – все эторезко сужало тематику и содержание политико-правовых доктрин. Но и в период средневековьяполитико-правовая идеология была далека от застоя. Выведение на первый план проблемысоотношения церкви и государства неизбежно порождало споры о сущности, целях и задачахгосударства, о его отличии от церкви. Логически это вело к постановке и решениюпроблем государственного суверенитета. Споры о соотношении церкви и государствасопровождались также выявлением различий между собственно правом как сферой государственнойдеятельности и законами совести, веры, морали, обращенными во внутренний мир человека.В наиболее радикальных теориях той эпохи уже провозглашались свобода совести и невмешательствоцеркви в государственные дела.

В средние века человек был настолько подчиненцеркви и государству, что только от дуализма духовной и светской властей что-товыигрывала его свобода: борьба церкви за политическую власть компрометировала идеюнеограниченности прав светских правителей, и, наоборот, отстаивание суверенностисветских властей сеяло идеи хоть какого-то выхода из-под духовного диктата церкви.

В целом политико-правовая идеология средневековьямало сделала для развития идей свободы и равенства людей. Общества стран ЗападнойЕвропы были организованы как монархическо-церковные сословные иерархии. Каждая ступеньэтой иерархии имела свой правовой статус, тесно привязывающий членов даже и высшихступеней феодальной пирамиды к своему месту в сословной структуре. Республиканскийвоздух городов делал свободным от крепостнического гнета, но не освобождал от гнетацеркви, цеховой регламентации, сословных обязанностей и ограничений. Идеи свободыи равенства были перенесены более всего в сферу религиозных исканий, где мечты опреодолении чуждой народу власти церкви и государства принимали форму идей непосредственнойвласти бога.

Демократические тенденции раннего христианстванашли развитие в идеологии ряда еретических движений средних веков. Применяя к государствуи праву тексты св. писания о равенстве верующих перед богом, радикальные ереси обосновывалиравенство людей перед законом и их право участвовать в решении не только церковных,но и государственных дел.


Глава6. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В СТРАНАХ АРАБСКОГО ВОСТОКА В ПЕРИОД СРЕДНИХ ВЕКОВ

 

§ 1.Введение

В начале VII в. население Аравии переживалосмену эпох. Распадались древние государства, перемещались торговые пути, смешивалисьстарые и новые социальные группы. Родоплеменной строй постепенно сменялся феодальным.Традиционные племенные культы теряли значение под натиском идей монотеистическихрелигий (иудаизма и христианства). В этих исторических условиях складывалась новаямировая религия – ислам.

Согласно преданию, в 610 г. житель МеккиМухаммед (ок. 570–632 гг.) выступил против древнеарабского многобожия, с проповедьюпокорности единому богу – Аллаху (ислам по-арабски – “покорность”). Поначалу онподвергался преследованиям со стороны местной знати; в 622 г. Мухаммед и его сторонникибыли вынуждены переселиться из Мекки в Медину; с этого года ведется мусульманскоелетоисчисление. Проповеди Мухаммеда, возвестившего относительно простую религию,притязавшую на постижение полного откровения и обещавшую спасение ее приверженцам,довольно быстро сплотили общину верующих. Через несколько лет Мединская община мусульман(муслим – “преданный”, т.е. предавший себя Аллаху) выросла, стала центром объединенияАравии, своеобразным теократическим государством, превратившимся при преемникахМухаммеда – халифах – в обширный Арабский халифат. К середине VIII в. халифы распространилисвою власть на Северную Африку, Сирию, Палестину, Ирак, Иран, Пиренейский полуостров,Закавказье и Среднюю Азию. Господствующий в громадном Арабском халифате ислам сталмировой религией. Политическая обстановка в Арабском халифате была нестабильной.В борьбе лидеров мусульманской общины за власть сменялись династии халифов; центральнаявласть была неспособна осуществить фактическую централизацию необозримого государства,раскинувшегося на громадном пространстве от Испании до Бухары, Индии и границ Китая.В разных концах арабо-мусульманской империи возникали местные халифаты и иные государственныеобразования. Эти перевороты и социальные движения протекали, как правило, под идейнымзнаменем какого-либо из многочисленных направлений ислама, вскоре после возникновенияразделившегося на множество сект, течений, толков и ответвлений. Острые социальныеи политические противоречия нашли отражение в политико-правовых учениях и доктринах,большая часть которых была облечена в религиозную форму.

Религия наложила отпечаток и на политико-правовыедоктрины ряда философов и ученых Арабского Востока, испытавших также сильное влияниеантичной философии, особенно философских систем Платона и Аристотеля.

§ 2. Политико-правовые направления в исламе

Источниками вероучения ислама являютсяКоран (запись проповедей, наставлений и изречений Мухаммеда) и Сунна (рассказы овысказываниях и поступках Мухаммеда). Коран и Сунна – основа религиозных, правовыхи моральных норм, регулирующих все стороны жизни мусульманина, определяющих «правильныйпуть к цели» (шариат).

Особенность ислама в том, что Коран иСунна считаются действующим правом. Предполагается, что в них содержатся решениявсех вопросов, возникающих в жизни.

Как и всякая религия, ислам содержит рядположений, привлекательных для широких масс верующих. Мухаммед проповедовал религиозноеединство арабов, братство верующих, необходимость соблюдать элементарные общепризнанныенормы морали. В некоторых мекканских сурах Корана осуждаются жадность и нечестностьбогатых и власть имущих. Кораном запрещено ростовщичество: «Аллах разрешилторговлю и запретил рост»; «уничтожает Аллах рост и выращивает милостыню».Одна из обязанностей мусульманина – уплата обязательного налога на имущество и доходы,который должен расходоваться на нужды общины, для помощи беднякам и малоимущим.Каждому состоятельному мусульманину предписана добровольная милостыня, пожертвованиядля нищих, бедняков, путешествующих, участников войны за веру, для выкупа мусульман,находящихся в неволе.

Вместе с тем Коран оправдывал социальноеи имущественное неравенство. «Мы, – говорит Аллах устами пророка Мухаммеда,– разделили среди них (людей) их пропитание в жизни ближней и возвысили одних степеняминад другими, чтобы одни из них брали других в услужение». Коран считал законнымрабство. Порицая ненасытную жадность богачей, Коран осуждал и завистливость бедняков:«Не засматривайся очами твоими на те блага, какими наделяем мы некоторые семейства».За посягательство на собственность Коран определил жестокое наказание: «Воруи воровке отсекайте руки за то, что сделали они, в назидание от бога».

Коран и Сунна предписывают безусловнуюпокорность властям: «Верующие! Повинуйтесь Аллаху, повинуйтесь посланнику егои тем из вас, которые имеют власть». Власть изображается как божественное установление:«Поистине Аллах дарует свою власть, кому пожелает».

Теоретически признавалось, что властьпринадлежит общине верующих либо ее (выборному или наследственному) предводителю,единолично или при опоре на совет авторитетных знатоков религии и права, направляющихповедение верующих на правильный путь. Все течения ислама смыслом и основой властисчитают осуществление религиозных предписаний, а саму власть – чем-то второстепенными производным по отношению к праву, источник которого – Коран и Сунна. Духовнаяи светская власти считаются едиными, хотя церковь и государство в мусульманскихстранах не во всем и не всегда совпадают, причем между ними порой возникали острыеконфликты.

У мусульман нет иерархически организованногосословия духовенства, аналогичного католическому или православному, но есть «людирелигии». К ним относятся проповедники, знатоки и учителя богословия, теориии практики мусульманского права, кади и муфтии, вершившие суд по шариату, служителимечетей, руководители общин, братств. «Люди религии» (мусульманское духовенство)имели громадное влияние на массу верующих, считали своим правом и обязанностью контролироватьи направлять политику халифов, султанов, эмиров, других носителей светской власти.

В исламе существует ряд направлений итечений, каждое из которых притязало на истинное исповедание религии. Тесная связьгосударства и общины верующих, богословия и права, религии и политики предопределилапрямую зависимость большинства религиозных течений и сект ислама от политическихраздоров и борьбы за власть. Политические перевороты нередко опирались на движениянародных масс против угнетения; во главе этих движений чаще всего стояло мусульманскоедуховенство, придерживающееся одного из направлений ислама.

В процессе борьбы за власть в халифатеуже в первые десятилетия существования ислама в нем произошли расколы и определилосьнесколько крупных направлений.

Сунниты считают, что халиф избран общиной или ее представителями.Шииты признают законными халифами только четвертого халифа Али (родственника Мухаммеда)и его прямых потомков, считают их власть божественным установлением и отстаиваютпринцип передачи власти по наследству.

Сунниты признают Коран и Сунну, придерживаютсярелигиозно-правовых правил согласно одному из четырех толков, различия между которыми– в методах толкования текстов Корана и Сунны при решениях вопросов шариата.

Поскольку эти тексты не содержат оценоки решений многих вопросов и ситуаций, возникающих в жизни, при разборе ряда делпоначалу допускался иджтихад – самостоятельное суждение авторитетных правоведов,подчиненное определенным правилам и приемам, к которым относятся кияс (суждениепо аналогии) и иджма (единодушное мнение знатоков права, считающееся мнением всейобщины верующих).

В процессе развития мусульманского правоведения(фикх – право и доктрина права) в суннизме к Х в. сложилось несколько мазхабов (влиятельныхрелигиозно-правовых школ). Ханбалиты (наиболее строгий мазхаб) признают источникомправа только Коран и Сунну, отвергают все логико-рационалистические истолкованиядогматов веры и права. Ханафиты (самый распространенный мазхаб) признают Коран,Сунну, иджму, кияс, т.е. шире других школ допускают рационалистические методы формированиянорм фикха-права. Еще два мазхаба (шафииты и маликиты) занимают промежуточное положениемежду названными.

В разных частях арабского мира действовали(и поныне действуют) разные доктрины, определяющие приемы толкования – примененияправа. В конце концов суннитские богословы решили, что число правовых школ достиглокритической точки. После создания четырех толков и выработки исламской догматики(X в.) было признано невозможным дальнейшее развитие богословия, права, морали,социальных установлении. «Двери иджтихада были закрыты». Люди религиистрого стояли на страже таклида (традиция, подражание, недопущение новшеств). Этопривело к длительному застою в культуре, экономике, науке тех областей и районов,где господствовал ислам.

Суннизм – преобладающее течение ислама,официальное вероисповедание в ряде средневековых государств Арабского Востока. Теократическаятрактовка власти в суннизме претерпевала изменения: если вначале халифы считалисьпреемниками Мухаммеда, то при Омейядах они были объявлены наместниками самого Аллаха,а затем в Аббасидском халифате сложилась концепция перепоручения светской властисултанам и эмирам (халиф – «прямой представитель Аллаха» – оставался мусульманскимпервосвященником); наконец, халифами стали именоваться султаны в Оттоманской империи.

Шииты (аш-шиа – «сторонники»)считают Али и его потомков единственно законными халифами – имамами, преемникамиМухаммеда. Они признают Коран и те части Сунны, которые относятся к Али. Шииты делятсяна ряд ветвей, сект, течений. Одна из особенностей шиизма – вера в «скрытогоимама» (им считается двенадцатый шиитский халиф, пропавший без вести в IX в.),который должен явиться как махди (аналогично иудеохристианскому мессии) и наполнитьмир справедливостью (у суннитов явление махди знаменует конец света). Ряд шиитскихсект наделяет людей религии правом говорить от имени «скрытого имама»;это придает шиитскому духовенству особый авторитет в глазах верующих.

В отличие от суннитов шиитские богословы-правоведысчитают, что «врата иджтихада» всегда открыты. На основании Корана и ахбаров(так называются те хадисы Сунны, которые шииты признают достоверными) шиитские муджтахидыимеют право по запросу общины выносить фетву – предписание по правовому вопросу.

Во многих мусульманских странах шиитысоставляли меньшинство; оппозиционность шиитов господствующим династиям, культ «мучеников»,мессианские чаяния нередко делали их вдохновителями и руководителями народных движений.Под влиянием шиитов менялись династии, в разных концах мусульманского мира возникалитеократические имаматы, возглавляемые потомками Али. Тесная связь религиозной иполитико-правовой идеологий ислама средних веков, громадное влияние «людейрелигии» на массы верующих, бурная и нестабильная политическая жизнь АрабскогоВостока вели к тому, что в результате смен династий и правителей оппозиционные сектыстановились господствующими и, наоборот, ранее официальное исповедание объявлялосьеретическим.

Политических успехов нередко добиваласьтщательно законспирированная и хорошо организованная шиитская секта – «исмаилиты»,которая, возглавляя широкие народные движения, основала обширный Фатимидский халифат(Х–ХП вв.) и ряд других государственных образований. Возникавшие под лозунгами борьбыпротив несправедливости, угнетения и неравенства, эти государства в условиях господствовавшегофеодализма неизбежно становились орудием угнетения и эксплуатации.

В ходе борьбы за власть в халифате ещево второй половине VII в. возник хариджизм. В отличие от шиитов хариджиты утверждали,что халифом может быть избран любой мусульманин. От суннитов они отличались тем,что настаивали на реальной выборности халифов и их ответственности перед общинойверующих. По учению хариджитов, каждая община может избрать себе имамахалифа и имеетправо сместить его. Отстаивая равенство мусульман, хариджиты считали, что халифомможет быть избран любой верующий. Некоторые выступления хариджитов, как и исмаилитов,приводили к успеху. Опираясь на широкие массовые движения, руководители сект захватываливласть и создавали длительно существующие государственные образования (государствоРустемидов в Северной Африке в VIII–Х вв.). Религиозный фанатизм и нетерпимостьхариджитов, практикуемые ими «религиозные убийства» (вплоть до убийствженщин и детей) существенно ослабляли силу движений, которые они стремились возглавить,часто вели их к расколам на враждующие между собой секты.

§ 3. Политико-правовые идеи в трудах арабских философов

Стремительное расширение Арабского халифатавовлекло в сферу арабской культуры наследие античной (особенно греческой) философии,научные достижения завоеванных стран и народов. В IX в. Багдад превратился в крупныйнаучный центр с рядом школ, библиотек, научных обществ. Второй центр арабской культурысложился на Пиренейском полуострове, в Кордове. На арабский язык были переведеныпроизведения античных врачей, классические труды по математике и астрономии, а такжефилософские трактаты Платона, Аристотеля и их последователей.

Соотношение религии и философии в исламесвоеобразно. Некоторые мусульманские богословы уже в VIII– IX вв. пытались разработатьрелигиозную философию, основанную на символико-аллегорическом толковании Корана.Однако основная масса «людей религии» настороженно относилась к рационалистическомуподходу к проблемам ислама. Теоретики религиозной философии ислама то подвергалисьгонениям, то поддерживались властями, пока, наконец, калам – теоретическое мусульманскоебогословие, аналогичное христианской схоластике, – не получил признание и относительноширокое распространение в Х в. С того же времени с каламом успешно конкурирует направление,стремящееся осмыслить природу и общество на основе трудов Аристотеля и других античныхмыслителей. Труды представителей «восточной перипатетики» (перипатетикаминазывали учеников и последователей Аристотеля, по преданию преподававшего свое учениево время прогулок; греч. «перипатос» – прогулка, хождение. — Прим. авт.)были посвящены преимущественно естественно-научным дисциплинам (медицине, географии,астрономии, химии, математике и др.). Затрагивались ими и политико-правовые проблемы,которые решались с учетом религиозно-политической жизни Арабского Востока.

В общих чертах своеобразное соотношениефилософии и религии ислама обозначил «первый философ арабов» – среднеазиатскийтюрк аль-Фараби (870–950 гг.). Широкую известность Фараби принесли его комментариитрудов Аристотеля, в связи с чем еще при жизни ему было присвоено почетное имя «АристотельВостока», «Второй учитель».

Аль-Фараби исходил из того, что истинапостигается философией посредством «доказательных рассуждений». Но философов,которым доступно истинное знание, немного; большая часть людей занята повседневнымтрудом и способна приобрести знания лишь посредством «поэтических», «риторических»образов и речений. Поэтому для «широкой публики» необходима оперирующаятакими образами и речениями религия, представляющая собой важное «политическоеискусство», без которого невозможно общество.

В трудах Фараби предпринимается попыткаизложить проект идеального общества (города-государства).

Человеческие общества Фараби классифицируетна великое (объединение всех людей, народов, населяющих землю), среднее (обществоопределенного народа) и малое (объединение людей в отдельные города). Взяв за исходноеморальные категории добра, зла, отношения к труду, он делит города-государства надобродетельные, коллективные и невежественные.

В добродетельных городах-государствахобщественная жизнь построена на принципах высокой нравственности людей, которые,помогая друг другу, достигают истинного счастья.

Фараби пишет о пяти слоях населения вдобродетельном государстве: 1) мудрецы и другие достойные лица; 2) люди религии,поэты, музыканты, писцы; 3) счетоводы, геометры, врачи, астрологи и т.п.; 4) воины– ратники, стражники и т.п.; 5) богатые люди, земледельцы, скотоводы, купцы и т.п.В добродетельном государстве все эти слои населения связаны дружбой, взаимными интересами,справедливым отношением друг к другу.

Добродетельный город возглавляет философ-правитель,способный познать начала, управляющие природой и обществом, и передать эти знаниянаселению в образно-символической, т.е. религиозной, форме.

Политико-правовое учение аль-Фараби сильноотличается от доктрин западноевропейских мыслителей как по содержанию теории, таки по программным положениям. Политическая жизнь Арабского халифата не давала основанийдля обсуждения традиционных для европейской мысли проблем различных форм правления,соотношения церкви и государства, государства и права, но настоятельно требовалаобсуждения моральных качеств и компетентности правителя, задач и способов осуществленияего власти. Что касается политического устройства, то за его основу бралась оказывающаявлияние на власть мусульманская община – скрепленное шариатом территориальное объединениеверующих. Морально-религиозные качества общины, по аль-Фараби, тоже важны для оценкигорода-государства; так, коллективный город, занимающий промежуточное положениемежду добродетельным и невежественным городами, Фараби описывает близко к критическомуизображению демократии у Платона.

Концепция «двух истин» получилаширокое обоснование в трудах Аверроэса (Ибн Рошд, 1126–1198 гг.; про Аверроэса говорили:«Аристотель объяснил природу, а Аверроэс – Аристотеля» — прим. авт.).Согласно этой концепции, необходимой для «широкой публики» является религия,в образно символической форме доводящая до всеобщего сведения нормы и правила общежития.Философия, постигающая «начала» (законы природы и общества), доступналишь ученым, оперирующим доказательными суждениями. Поэтому существуют две истины– философии и религии, противоречия между которыми снимаются аллегорическим «толкованием,сведением к общим началам. Такая концепция создавала достаточные просторы для свободногоразвития естественных наук; не случайно у арабов большое развитие получили медицина,химия, астрономия, математика.

Применительно к политике концепция „двухистин“, с учетом реалий арабского мира, не шла далее идеи философа-правителя,получившей воплощение в трудах аль-Фараби, Авиценны (Ибн Сина, ок. 980–1037 гг.)и других арабских мыслителей.

С учетом той же идеи в XIV в. очень своеобразнуюконцепцию развития государства разработал выдающийся арабский историк Ибн-Хальдун(1332–1406 гг.). Его перу принадлежит получивший широкую известность труд „Большаяистория“ (»Книга поучительных примеров"). Идеи Ибн-Хальдуна о государствесложились под влиянием Аристотеля и его среднеазиатских последователей.

Ибн-Хальдун различал общество и государство,стремился выявить их соотношение и закономерности развития. Согласно его концепции,люди создали общество для совместного добывания средств к жизни, поскольку способностьодного человека недостаточна для удовлетворения его потребности в пропитании. Разделениетруда – первейший фактор объединения; люди объединяются также для защиты от внешнейопасности и обеспечения общей безопасности от возможных проявлений агрессивной природысамих людей, объединившихся в общества. На общество влияют климат и другие природныефакторы, но главное – формы хозяйства, способ производства: «Условия, в которыхживут поколения, различаются в зависимости от того, как люди добывают средства ксуществованию». В связи с этим Ибн-Хальдун различает два этапа (состояния)общества: 1) примитивное, или «сельское», когда люди занимаются толькоземледелием и скотоводством, и 2) цивилизованное, или «городское», когдаполучают развитие ремесла, торговля, науки, искусства. На первом этапе люди производят«только то, что достаточно для существования без какого-либо избытка».Развитие разделения труда и объединение усилий многих людей создают производствоизбытка, который порождает роскошь, обусловливает переход общества ко второму этапу(состоянию).

Развитие общества обусловливает эволюциюустройства и задач государственной власти. В примитивном («сельском»)состоянии формой общества является организация кровных родственников на началахполного равенства. В таком обществе предводитель – только первый среди равных; заним следуют без принуждения. Проблема распределения продуктов перед этой организациейвообще не стоит – производится только необходимое. Производство излишков и роскошиведет к возникновению организации, основанной на неравенстве и принуждении. Второмуэтапу, состоянию общества соответствует владычество (власть-собственность). «Владычествоже – это верховенство и властвование с помощью принуждения». Поскольку одинчеловек владычествовать не в силах, он создает группировку, самую сильную в обществе.Опираясь на эту группировку, владыка покоряет подданных, собирает деньги в казну.«Налоги и поборы образуют материю государства».

Поначалу носитель власти опирается начленов своего рода; затем склонность властителя к самообожествлению и стремлениек единовластию ведут к отстранению от власти родственной правителю группы, к созданиюискусственной группировки лиц, служащих ему за деньги.

Государство отрывается от основы, на которойвозникло, правители отделяются от простого народа; происходит «закрытие двериперед массой из-за страха быть убитыми выступающими против власти и другими людьми».Стремление владыки опереться на чуждые народу элементы является хронической болезньюгосударства, ведущей к его гибели. С одной стороны, для содержания искусственнойгруппы, на которую опирается владыка, он взимает все большие и большие налоги, изымаяу подданных не только излишки, но и необходимое, вмешивается в торговлю, с помощьюпринуждения скупает товары по самым низким ценам и продает по самым высоким. Этоведет к упадку рынков, убивает надежды подданных, связанные с торговлей, подрываетстимулы к труду. Разрушение экономики ослабляет государство:

«Государство – форма общества, снеобходимостью приходящая в упадок, если пришла в упадок его материя». С другойстороны, искусственная группа – зыбкая опора власти: «Незначительны те, которыеза денежное вознаграждение согласятся умереть. Это становится немощью государстваи сламывает его».

Отсюда Ибн-Хальдун делает вывод о неизбежностигибели любого государства, средний возраст которого он определяет в 120 лет соответственносмене трех поколений правящей династии: первому поколению свойственны простота нравови относительное равенство; второе поколение уже изнежено роскошью, живет в условияхнеравенства и взаимной враждебности, трусливо, неспособно к самозащите, нуждаетсяв наемной армии и охране; при третьем поколении происходят окончательная деградация,разрушение государства, распад его на более мелкие или захват другим государством.Обычно конец одного и начало другого цикла наступают в результате захвата кочевникамицивилизованных областей. Ссылаясь на историю арабов, персов и берберов, Ибн-Хальдунпишет, что, создав новое государство, завоеватели «предаются самоизнурению»и истощают общество. «Рано или поздно неизбежно наступает дряхлость империй,которые, как и люди, растут, достигают зрелого возраста, а затем клонятся к упадку»

В течение жизни трех поколений государствопроходит пять этапов- 1) возникновение новой принудительной власти взамен прежней;2) расправа правителя с теми, кто помог ему прийти к власти, сосредоточение властив одних руках; 3) расцвет государства; утверждение порядка, спокойствия и уверенности;4) переход к насилию и деспотическим методам для подавления оппозиции; 5) упадоки гибель государства.

Ибн-Хальдун делит государства с учетомих политики, религии, отношений между правящим и управляемыми на три типа: 1) «естественнаямонархия» – это деспотическое государство, осуществляющее только интересы правителей,опирающееся на силу; 2) «политическая монархия», которая проводит разумнуюполитику, защищает земные интересы подданных, но остается для подданных «чужой»,поскольку не связана с ними общей религией; 3) «халифат» – государство,защищающее веру, поддерживающее земной порядок, мусульманская община со «своим»правителем.

В трудах Ибн-Хальдуна немало наблюденийи выводов о влиянии на общество, государство и право географической среды, разделениятруда, экономики, культуры.


§ 4. Заключение

Общим для политико-правовой идеологиистран Арабского Востока и Западной Европы было то, что та и другая строились наоснове господствующего религиозного мировоззрения и в своих программных положенияхотражали институты феодального общества. Однако доктрины исламских теоретиков значительноотличались от учений западноевропейских мыслителей как по содержанию политико-правовыхтеорий, так и по программным положениям. В странах ислама более, чем в средневековойЕвропе, была выражена тесная, доходящая до тождества связь религии и политики потой причине, что действующее право содержалось в Коране, а власть рассматриваласьлишь как средство его осуществления. Поэтому в теоретических построениях исламскихмыслителей не было места для обсуждения проблем происхождения, устройства, формгосударства, соотношения государства и права, церкви и государства, права светскогои права канонического, ряда других проблем, волновавших умы западноевропейских теоретиков.Место этих проблем заняли вопросы о нравственно-религиозных качествах носителейвласти, об их связях с мусульманской общиной или с преемниками Пророка. Все этообусловило и особенности творчества арабских философов, весьма далеких от религиозногоскептицизма и вольнодумства. Религия рассматривалась ими как реально существующаяи необходимая связь мусульманских общин, социальная и духовная основа права, государства,политики. Отнюдь не посягая на эту основу, арабские мыслители разработали гениальноедля того времени учение о «двух истинах», обосновывавшее независимостьнауки и философии от религии и власти Поэтому в развитии естественных наук, а такжев изучении реалистических сторон философии Аристоюля арабские ученые средних вековдалеко опередили современных им европейских мыслителей.

Вместе с тем политико-правовой идеологииислама присущи качества, способные существенно замедлить социальное, политическоеи духовное развитие стран и регионов, где эта идеология господствует. Как отмечено,уже в средние века стремления народных масс освободиться от угнетательской властивыражались в форме борьбы одного исламского вероучения против другого. И чем сильнеебыло стремление упразднить то или иное конкретное государство или заменить его другим,тем ревностнее и фанатичнее отстаивалось миропонимание «своей» ветви ислама.Поэтому на смену политическому отчуждению неизбежно шло отчуждение религиозное,порождающее в свою очередь новую разновидность государства, все так же противостоящегообществу и народу. В ряде стран и регионов эта тенденция не только не была изжита,но усилилась в последующие века.

Современный мусульманский фундаментализм[1], распространившийся в ряде стран, выступаетпротив модернизации ислама, за неуклонное соблюдение традиционных норм религии иправа.


Глава7. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В РОССИИ В ПЕРИОД ВОЗНИКНОВЕНИЯ И РАЗВИТИЯ ФЕОДАЛИЗМАИ ОБРАЗОВАНИЯ ЕДИНОГО РУССКОГО ГОСУДАРСТВА

 

§ 1. Введение

Формирование и развитие древнерусскойполитико-правовой идеологии проходило в условиях становления феодального обществаи возникновения государственности, осложненных внешней опасностью. Важными факторамибыли образование к 882 г. государства – Киевской Руси и принятие в 988 г. христианства.

Развивающиеся социальные противоречия,порой выливавшиеся в восстания городских низов Киева во второй половине XI – началеXII в., необходимость отражения внешней угрозы со стороны кочевников и упрочениянезависимости государства, гегемонию над которым пыталась установить Византия, былиглавными источниками, питавшими основное содержание политической идеологии тоговремени. Идеи независимости Русского государства, его единства, сильной княжескойвласти становятся ведущими в политической литературе Киевской Руси. В дальнейшемпо мере упрочения феодальных отношений, развития процессов феодальной раздробленностии усиления внешней опасности все более настойчиво начинают пропагандироваться идеиединения всех русских земель (сначала вокруг Киева, а затем Москвы) и смягчениясоциальных противоречий путем умерения эксплуатации и угнетения.

§ 2. Политические и правовые идеи Древней Руси

Зарождение древнерусской политическойидеологии связано с летописями, появившимися в первой половине XI в. Опираясь наустные сказания, летописцы (главным образом Киево-Печерского монастыря) пыталисьвосстановить историческое прошлое и объяснить настоящее Руси. В середине XI в. появляетсяпервое чисто политическое произведение – “Слово о законе и благодати” киевскогомитрополита Иллариона, стремившегося теоретически обосновать независимость Киевскогогосударства от Византии и идею сильной княжеской власти. В “Слове” излагается выдержаннаяв религиозном духе фантастическая концепция всемирной истории, которая делится надва периода – Ветхого завета и Нового завета. Период Ветхого завета – период богоизбранностиодного, иудейского народа, период подчинения закону. Сменивший его период Новогозавета – период благодати, когда христианство стало достоянием всех народов, принявшихего свободно и добровольно. Русский народ приобщился к христианству по собственномупочину, а не под влиянием Византии. Тем самым он вошел в равноправную семью народови не нуждается ни в чьей опеке. Илларион восхваляет князя Владимира Святославича(Крестителя), могучее и независимое Киевское государство, обосновывает главенствокиевского князя над всеми остальными русскими князьями.

Линия, намеченная Илларионом, получилаотражение в последующих летописях, послуживших основой для “Повести временных лет”(начало XII в.), созданной, предположительно, монахом Киево-Печерского монастыряНестором. Если Илларион в “Слове” стремился дать теоретическое обоснование независимостиРусского государства и сильной княжеской власти, то Нестор в “Повести” дает их историческоеобоснование.

Излагая историю славянских племен, описываяоснование Киева и возникновение Киевского государства, автор “Повести” стремитсяопровергнуть византийскую идею о возникновении Киевского государства в результатекрещения Руси под влиянием Византии. В летописи утверждается, что киевские князьяпроисходят от варяжского князя Рюрика, который якобы был призван славянами для управленияими и установления порядка на русской земле. С Рюрика и начинается русская государственность,и его наследники – киевские князья по праву являются старшими среди всех русскихкнязей.

Эти рассуждения летописца были использованыв XVIII–XIX вв. для создания “норманнской теории” происхождения Русского государства.Необоснованность этой теории показывал еще М.В. Ломоносов. Но нужно иметь в виду,что сам автор “Повести временных лет” стремился опровергнуть византийскую идею “несамостоятельности”Русского государства варяжской трактовкой “несамостоятельности”. Этим решались насущныеполитические задачи: отвергались притязания Византии на гегемонию над Киевской Русью,повышалось значение власти киевских князей, подчеркивались их старшинство и недопустимостьусобиц между князьями в условиях наметившейся в это время тенденции к феодальнойраздробленности.

В “Повести” прямо осуждаются княжескиеусобицы, ослабляющие Русь перед лицом внешнего врага. Князья-братья призываютсяк единению и подчинению старшему брату – киевскому князю. Касаясь самого способадобиться решения этих задач, следует заметить, что в раннем средневековье ЗападнойЕвропы идея о том, что правящая династия происходит от могущественных иностранныхправителей, была довольно широко распространена. Она способствовала усилению властимонархов в условиях феодальной раздробленности. Этому же ходу рассуждений и следовалавтор “Повести”, обращаясь к варягам (норманнам), чьи походы оставили заметный следв истории Западной Европы.

Наметившаяся к XII в. тенденция к феодальнойраздробленности вызывала все большее беспокойство передовых политических деятелей.Оно нашло отражение в “Поучении” князя Владимира Мономаха своим сыновьям. УсилиямиВладимира временно возродилось начавшееся клониться к упадку величие Киевской Руси,были приостановлены процессы, ведущие к ее раздробленности, несколько сглажены острыесоциальные противоречия. Эти обстоятельства и нашли отражение в его “Поучении” –завещании сыновьям быть мудрыми князьями, продолжать политику укрепления и единенияРусского государства, умиротворения внутренних раздоров в нем. Мудрый князь, по“Поучению”, должен заботиться о мире в своем княжестве. Для этого нужно не забыватьоб “убогих”, не позволять “сильным” погубить простого человека, быть милостивымв суде. Мудрый князь должен быть верен своему слову, клятве, данной братьям (другимкнязьям), и избегать усобиц. Особенно должен он заботиться о военном могуществесвоего государства, быть храбрым воином и ни в чем не давать себе “упокоя”. Социальные(забота об “убогих”) и политические (избегать усобиц, усиливать военную мощь) мотивы“Поучения” Владимира Мономаха нашли отклик в последующем развитии политической иправовой идеологии.

Характерно, что в “Русскую Правду” (XI–XIIIвв.) – памятник права раннего феодального общества, отразивший и закрепивший становлениефеодальных отношений, социальной дифференциации, феодального землевладения и феодальнойзависимости – в период правления Владимира Мономаха вводятся статьи, ограничивающиесроки взимания процентов по денежным долгам, и сокращаются проценты по долгам, уплачиваемымнатурой (медом, житом). Запрещается и бить смерда без вины. Значение этих статейне следует переоценивать. Они были лишь откликом на конкретную политическую ситуациюи сыграли временную роль как попытка смягчить нарастающие социальные антагонизмы.“Русская Правда” как кодекс раннего феодального права закрепила эксплуатацию холопов,закупов и других категорий населения, попавших в феодальную зависимость. Но появлениеэтих статей отражало требования угнетенных масс, их стремление если и не к освобождениюот эксплуатации, то, по крайней мере, к ее ограничению.

Показательно, что эти же мотивы со временемпоявляются и в летописях Великого Новгорода, превратившегося в боярскую республику.В Новгородской летописи “Повесть временных лет” была заменена “Начальным сводом”.Для “Свода” характерно критическое отношение к княжеской власти. Корыстные современныекнязья противопоставляются справедливым князьям прежних времен. В этом нельзя невидеть стремления правящей новгородской верхушки обосновать ограничение княжескойвласти в республике. Но в этом отражаются и настроения простых людей – ушедшие впрошлое порядки доклассового общества им представляются справедливыми. О том жеговорят и отмечаемые в летописи преимущества власти вече, а также появившиеся позжезаписи в летописи, с симпатией описывающие борьбу простонародья против засилия “большихлюдей”.

Вторая половина XII – первая половинаXIII вв. (время, предшествовавшее татаро-монгольскому нашествию) характеризуютсяфеодальной раздробленностью Руси и углублением феодальной эксплуатации. В политическойлитературе усиливаются призывы к единению всех сил русской земли, идеи борьбы противфеодальной раздробленности, ослаблявшей Русское государство, и боярского засилия.Громадный след в русской политической идеологии оставило “Слово о полку Игореве”,написанное неизвестным автором после неудачного похода новгород-северского князяИгоря Святославича против половцев в 1185 г.

Основная патриотическая идея “Слова” –идея единства земли русской, кровной связи всех ее частей, общности интересов передлицом внешней угрозы. Автор, сопоставляя славное прошлое Руси с ее тяжелым настоящим,видит главную причину всех бед в княжеских усобицах. В “Слове” резко осуждаютсякорыстные раздоры между князьями-братьями: “Ибо стали брат брату (говорить): “Этомое! А то тоже мое”. Княжеская корысть – “малое”. За ним князья забыли о “великом”– величии и независимости Руси: “И начали сами себе крамолу ковать, а поганые наРусскую землю со всех сторон приходили с победами”. От имени киевского князя Святославаавтор “Слова” обращается ко всем русским князьям со страстным призывом забыть ораздорах, объединиться и совместно выступить за землю русскую. В этом он видит великуюи насущную национальную задачу. Созвучие требованиям времени, ясность, убедительностьи последовательность проведения основной идеи определили значение “Слова” в историипередовой русской политической мысли, влияние на ее развитие в XIII–XV вв.

Логика единства земли русской, пронизывающая“Слово о полку Игореве”, должна была привести и привела к исторически в то времяоправданной идее единовластия, сильной княжеской власти. Эта идея, рассматриваемаяглавным образом в плане внутриполитических и социальных отношений, выражена в другомпроизведении литературы XII–XIII вв. – “Молении Даниила Заточника”.

Автор “Моления” находится в заточениии обращается к князю (в первой дошедшей до нас редакции произведения – к основателюМосквы Юрию Долгорукому, во второй – к переяславскому князю Ярославу Всеволодичу)с просьбой защитить его от притеснений и освободить из заточения. Беды Даниила ивсех “сирот” – от произвола, чинимого боярами, княжескими слугами, богачами. Всесвои надежды на личное освобождение и установление порядка в государстве он связываетс сильной княжеской властью: “Яко же дуб крепится множеством корней, тако и граднаш, твоею державою”. Установление единовластия князя – основная идея произведения.“Орел птица – царь над всеми птицами, – пишет автор, – а осетр над рыбами, а левнад зверьми, а ты, княже, над переяславцами”. Единовластие князя, по мнению Даниила,– единственное средство возвеличения государства, установления твердого порядкаи избавления простых людей от бедствий. Даниил рисует образ мудрого и решительногокнязя, советующегося с образованными и умными людьми хотя и незнатного происхождения,избегающего феодальных усобиц и заботящегося о благосостоянии своих подданных, защищающегоих от произвола.

Идеализация мудрого единовластного князя,князя – избавителя от всех бед созвучна широко распространившимся позже “царистскимиллюзиям” русского крестьянства.


§ 3. Основные направления политической мысли в период образованияМосковского царства

Развитие Руси было заторможено феодальнойраздробленностью, а затем татаро-монгольским игом почти на два с половиной века.Причины бедствий, постигших русский народ, его борьба против поработителей становятсяосновными темами летописных произведений. Среди них выделяются “Повесть о разоренииРязани Батыем” и “Задонщина великого князя господина Дмитрия Ивановича и брата егокнязя Володимира Андреевича”, более известная под названием “Задонщина”.

И в том, и в другом произведении вполнеопределенно чувствуется влияние и идейного содержания, и самой литературной формы“Слова о полку Игореве”. В “Повести” главная причина трагедии Рязани – в нежеланиивладимирского князя помочь рязанскому, т.е. в раздробленности земли русской. Одновременноавтор высоко ценит доблесть рязанцев, погибших, но не сдавшихся жестокому врагу:“Лутче нам смертию живота купити, нежели в поганой воли быти”.

“Задонщина” описывает Куликовскую битву1380 г. – первую крупную победу русских над татаро-монголами, положившую началоосвобождению Руси. Для автора “Задонщины”, как и для автора “Слова о полку Игореве”,речь идет об общенародном деле и его успех – результат единения всех сил земли русской.Русь, ослабленная княжескими усобицами, потерпела поражение в походе Игоря, Русьобъединяющаяся торжествует победу на Куликовом поле. И в “Задонщине” звучит горячийпризыв к объединению как залогу побед над поработителями. Но если автор “Слова”обращается с этим призывом ко всем русским князьям и видит центром объединения Киев,то автор “Задонщины” обращается уже только к великому князю Московскому и центромобъединения русских земель во имя освобождения и независимости он видит Москву.

Роль, сыгранная Москвой в изгнании татаро-монголов,усилила стремление русских земель к объединению вокруг нее. Москва – центр освободительнойборьбы – становится силой, обеспечивающей объединение этих земель в единое государство.Однако в связи с этим встала сложная внутриполитическая проблема – преодоления сопротивления“княжат” и набравшего в условиях раздробленности силу боярства. Кроме того, двойнойгнет, легший на закрепощенное крестьянство (татаро-монгольский и княжеско-боярский),не ослаб – то, что шло захватчикам, стало достоянием собственных поработителей.Эти главные социальные конфликты, конфликты между сторонниками и противниками созданияединого государства и между эксплуататорами и эксплуатируемыми, и стали определятьведущие направления развития русской политической идеологии в XV–XVI вв. Если доэтого основное внимание уделялось внешнеполитическим проблемам, то теперь они каксамостоятельный фактор постепенно отступают на второй план, увязываются с решениемвнутриполитических задач.

Усиление власти великих князей московских,успехи политики объединения русских земель и борьбы против считавших себя наследникамиЗолотой Орды казанских ханов отразились в принятии Иваном III титула “самодержецВсея Руси”, а затем присоединении и титула “государь Всея Руси”, власть которогоимеет божественное происхождение – “поставление имеем от бога”. Столь очевидноепризнание решительно возросшей роли Москвы, возглавившей Русское государство какгосударство независимое, получило обоснование в ряде произведений политической литературы:“Повесть о Флорентийском соборе”, “Послание о Мономаховом венце”, “Сказание о князьяхВладимирских”. Эти произведения были связаны общей идеей величия власти московскихгосударей, являвшихся якобы наследниками римского императора Августа и получившихзнаки царского достоинства (скипетр, державу и корону) от византийского императораКонстантина Мономаха. Эта идея нашла развитие и завершение в теории “Москва – третийРим”, обоснованной псковским монахом Филофеем в начале XVI в.

По этой теории история человечества представляетсобой историю трех великих всемирных государств, чье возникновение, возвеличениеи дальнейшая судьба направлялись волей бога. Первое из них (Рим) пало из-за ереси.Второе (Византия) было завоевано турками из-за греко-католической унии 1439 г.,заключенной на Флорентийском соборе. Третьим Римом после этого стала Москва – хранительницаправославия. Она будет им до предначертанного богом конца света, “а четвертому небыти”, и московский государь – “высокопрестольный”, “вседержавный”, “богоизбранный”наследник власти великих государств.

В теории “Москва – третий Рим” можно усмотретьопределенный внешнеполитический аспект: Московское государство не только великое,независимое государство, но и государство, которое может претендовать на объединениепод своей властью всех народов, исповедующих православную веру. Однако такой аспектне соответствовал условиям времени. Поэтому больший резонанс имел внутриполитическийаспект, возвышающий власть московских государей над удельными князьями.

Именно этот аспект вызвал ожесточенноесопротивление удельных князей и боярства. Вокруг него разгорелась острая идейнаяборьба, принявшая при Иване III религиозную форму и продолженная при Иване IV ужесо светскими аргументами.

Религиозная форма борьбы была связанас тем, что церковь, получившая освобождение от дани татаро-монголам, приобрела современем большие богатства. Церковное землевладение превратилось в одно из самыхзначительных на Руси. Эти “мирские интересы” церкви побудили ее активно включитьсяв политическую борьбу и привели к расколу церковников на сторонников боярской оппозиции,выступавших против самодержавной власти, и их противников, поддерживавших усилениевласти московских государей. Первые – получили название “нестяжатели”, вторые –“иосифляне”. Наиболее видными нестяжателями были монах Кирилло-Белозерского монастыря,основавший скит на реке Соре, Нил Сорский, его ученик Вассиан Косой и монах Афонскогомонастыря Максим Грек. Руководителем иосифлян стал игумен Волоколамского монастыряИосиф Волоцкий, чьим именем и было названо движение.

Конфликт в церковной среде возник из-завопроса, должна ли церковь обладать богатством. Но с ним был органически связанважный политический вопрос, должна ли церковь поддерживать усиление царской власти.

Нестяжатели утверждали, что церковь обязаназаботиться только о духовном, а не о мирском. Поэтому ей не должны принадлежатьземли с холопами и смердами. Клиру подобает жить плодами своих трудов, а он погрязв мирских заботах, “сребролюбии”, “стяжательстве” – присвоении чужого труда. Алчностьмонахов, эксплуатация монастырских крестьян резко критикуются нестяжателями: настоящиесвятые не владели землями, бог поучал продать свои имения, а деньги раздать нищим.Падение нравов в монастырях вызвано стремлением к мирским, а не к духовным благам,к богатству, к приобретению сел с крестьянами.

Не порицая богатства бояр, эксплуатациюими крестьян, критикуя за это только церковь, способствовавшую возвышению царскойвласти, нестяжатели (Максим Грек) осуждают и последнюю за злоупотребления, неправосудие,“бесчиния”. Государь должен быть добрым, советующимся со “спешниками” – князьямии боярами. На церковном соборе 1503 г. нестяжатели, отстаивавшие противодействиебоярства усилению центральной государственной власти, потерпели поражение от иосифлян.Глава иосифлян Иосиф Волоцкий утверждал, что власть царю дана богом и поэтому неограничена никакой другой властью. Царь “властью подобен вышнему богу”, он обладаетправом жизни и смерти, и подданные его обязаны смиренно ему повиноваться во всем.Не ограничена ничем и власть московских государей над удельными князьями: московскиецари – “всея русские земли государям государи”.

Бог дает царю также власть для защитыверы, и царь обязан преследовать еретиков. Царь должен защищать церковь, ее имущество.Царь, посягающий на церковные богатства, – “не божий слуга”, но дьявол, и не царь,“но мучитель”, ибо “церкви богатство – божье богатство”. Церковь и должна быть богатой,чтобы ее обряды показывали величие бога и чтобы во имя бога помогать бедным и нищим.Сочетая, таким образом, идеи усиления царской власти с защитой интересов церкви,Иосиф Волоцкий призывал их к союзу, направленному против ограничения царской властии посягательств на церковные богатства.

Борьба за укрепление самодержавия, заупразднение некоторых сохранившихся еще боярско-княжеских привилегий усилилась впериод правления Ивана IV, утратив религиозную оболочку, маскировавшую ее подлинныйсмысл. Наиболее отчетливо столкновение тенденций проявилось в полемике между ИваномIV и князем Андреем Курбским. Многие аргументы, использовавшиеся Иваном ГУ в этойполемике, а также реформы, проведенные им, были теоретически подготовлены в челобитныхцарю Ивана Пересветова, содержавших практически политическую программу назревшихпреобразований.

Служилый дворянин Пересветов был выходцемиз русских земель, входивших в то время в состав Великого княжества Литовского.До приезда в Россию он служил польскому, венгерскому, чешскому королям и молдавскомувоеводе. В своих челобитных (около 1550 г.) Ивану IV Пересветов жалуется на притесненияего боярами и просит “оборонить от насильства сильных людей”.

Но не только в этих жалобах и просьбахподлинный смысл челобитных Пересветова. В отличие от Даниила Заточника он не толькопросит облегчить его участь, но и пытается провести идею моральной ответственностицаря за благополучие подданных и государства. С этой целью в своих челобитных Пересветовизлагает ряд сказаний. Характерно, что он почти не прибегает к богословским аргументам,не ссылается на “отцов церкви”, ограничиваясь авторитетом бога и Евангелия, а иногдадаже апокрифов.

Бояре, вельможи притесняют Пересветова,простых людей не только в России, но и в тех странах, где он служил. Везде они незаботятся о государстве, везде заботятся только о себе. Везде они стремятся ограничитьвласть государя. Излагая “Сказание о царе Константине” [Константин XI (или XII)Палеолог – последний византийский император; погиб во время штурма Константинополя(1453 г.) войсками турецкого султана Мехмеда II (“Магмета-султана” – по терминологиичелобитных Пересветова).- Прим. авт.], Пересветов подчеркивает, что главная причинападения Византии и завоевания ее турками – засилие предателей-вельмож. Намекая нагоды малолетства Ивана Грозного, Пересветов вопреки историческим фактам утверждает,что византийские вельможи “лукавством” подчинили своему влиянию малолетнего царяКонстантина (на самом деле он стал византийским императором в зрелом возрасте).Взимая “с правого и неправого”, вельможи “казны свои наполнили златом и сереброми многоценными камнями”. В результате, пишет Пересветов, “царство его оскудело иказна царева”. Продолжая эту мысль, он прямо указывает, что “вельможи русского царясами богатеют и ленивеют, а царство оскужают”.

Боярское засилье – причина не только материальногооскудения государства, казны, но и ослабления военного могущества страны. Бояре“крепко за веру христианскую не стоят и люто против недруга смертною игрою не играют”.Византийские вельможи поработили страну, а “в котором царстве люди порабощены, ив том царстве люди не храбры и в бою не смелы против недруга”. Как результат – Византиязавоевана “безбожным Магметом-султаном”.

Охарактеризовав таким образом гибельныедля государства последствия боярского засилия, Пересветов обосновывает необходимостькоренного изменения внутренней и внешней политики русского государя. Настоящая опорацарской власти в борьбе с внутренними и внешними врагами – служилое дворянство,“воинники”, страдающие от бояр-вельмож, верные царю, готовые “против недруга государстваиграть смертной игрой”. Не знатность рода и богатство, а личные заслуги перед царем,преданность ему и храбрость должны определять положение “воинника” на государевойслужбе: “Кто царю верно служит, хотя и меньшего колена, и он его на величество подымаети имя ему велико дает и жалования ему много прибавляет”. Пересветов настоятельноповторяет, что именно “воинниками” царь “силен и славен”. Союз между ними и царскойвластью – необходимое условие проведения назревших социально-политических преобразованийв Русском государстве.

Намечая необходимые, по его мнению, преобразования,Пересветов в “Сказании о Магмете-султане” ставит в пример проведенные этим султаномреформы: “Есть ли к той истинной вере християнской да правда турсская, ино бы сними ангелы беседовали”. Эта “правда” – в отмене наместничества и системы кормлений,в изгнании из судов судей-мздоимцев и установлении правосудия, в военной реформе,запрещении кабального холопства.

Наместничество должно быть отменено, таккак ослабляет власть государя, ведет к усобицам. Пересветов писал (ссылаясь на временамалолетства Ивана Грозного), что наместничество привело к тому, что царь “усобнуювойну на царство свое напущает”. Необходимо отменить и систему кормлений – она причинаупадка государства и неправедного обогащения боярства. Для укрепления финансовойсистемы государства все доходы нужно собирать в царскую казну. Сборщики налоговдолжны получать жалованье из казны. Для проведения судебной реформы нужно назначатьсудей, которые бы не пошлинами с суда обогащались, а денежное жалованье получалииз казны и руководствовались царскими “судебными книгами”. Неправедных же судейнужно казнить.

Особое место в предложениях Пересветовазанимает военная реформа. XVI в. в истории России – время войн с Крымским и Казанскимханствами, Швецией, Ливонским орденом, Литвой и Польшей. Войны, продолжавшиеся вцелом около полувека, привели к громадному материальному и политическому напряжениюи показали, что необходимы укрепление и реорганизация армии. Пересветов рекомендуетцарю создать постоянное войско, находящееся на денежном содержании – “жалованиигосударевым годовым”. Ведущую роль в армии должны играть служилые дворяне. Для поднятиябоеспособности следует войско обучать “науке воинской” и установить в нем строжайшуюдисциплину – кто бежит с поля боя, будет казнен “царские смертною казнью”. Важноеместо в войске должны занимать стрельцы, вооруженные огнестрельным оружием, “огненоюстрельбою гораздо ученою”. Опираясь на сильное войско, царь сможет решить насущныевнешнеполитические задачи. В канун казанского похода 1549–1550 гг. Пересветов советуетИвану IV “послати войско на Казань”. В отношении же “крымского царя” он рекомендуетоборонительную тактику.

В связи с предложениями Пересветова провестивоенную реформу следует рассматривать и высказываемые им идеи ограничения кабальногохолопства. Порабощение боярами холопов не только наносит ущерб материальному благосостояниюгосударства, но и ослабляет армию, основную массу которой составляют холопы: “Котораястрана порабощена, те люди не храбры”. Не выступая против феодальной зависимостикрестьян в целом, против крепостной зависимости крестьян, полученных дворянами заслужбу царю, он считает необходимым уничтожить “кабальные записи” холопов.

Для укрепления государства, усиления царскойвласти Пересветов рекомендует следовать примеру Магмета-султана. В проведении своихреформ Магмет-султан был жесток и грозен. Это, по мнению Пересветова, вполне оправданно– “без таковые грозы правды в царство не можно ввести”. Сильная, неограниченнаяи при необходимости жестокая царская власть – залог величия государства, его процветания:“Царь кроток и смирен на царстве своем, и царство его оскудеет и слава его низится.Царь на царство грозен и мудр, царство его ширеет и имя его славно по всем землям”.

Антибоярская направленность программыПересветова отражала чаяния формирующегося дворянства, связывавшего свои надеждыс сильной царской властью. То, о чем писал Пересветов, во многом оказалось реализованнымв реформах Ивана IV – поместной, приказной, финансовой, военной – и в Судебнике1550 г. Совпали с политикой царя и наметки внешнеполитической программы Пересветова– завоевание Казани. Близким царю оказалось и рекомендованное Пересветовым средствоосуществления преобразований: “Как конь под царем без узды, так царство без угрозы”.

Произведения Пересветова содержали программуукрепления и развития самодержавия. Некоторые его предложения были осуществленымного позже: так, военные реформы Ивана IV еще не ликвидировали систему местничествав армии и поместного ее обеспечения; применение постоянного войска широко распространилосьтолько к началу XVIII в. – времени торжества абсолютизма. Некоторые предложенияПересветова не отвечали политике феодально-самодержавного государства. К ним относится,например, предложение об уничтожении холопства – холопами владели и бояре, и дворяне.

Пересветов не получил ничего, что просилв своих челобитных у царя для себя, но многие его идеи оказались созвучными идеямИвана IV и были использованы в борьбе последнего за укрепление самодержавия.

Наиболее видным представителем оппозицииусилению царской власти стал князь Курбский – один из сподвижников Ивана IV, происходившийиз древнего княжеского рода, член “Избранной рады”, участвовавшей некоторое времяв управлении государством. Командуя русской армией в Ливонской войне, Курбский узнало грозившей ему опале и бежал в Литву. В своих трех письмах Ивану IV и написаннойв эмиграции “Истории о великом князе Московском” Курбский пытается оправдать своебегство, ссылаясь на феодальное право “отъезда”, на царские притеснения и казнибояр. Он обвиняет Ивана IV в том, что последний “правил не по старине”, что он жесток,несправедлив, находится под влиянием “лукавых монахов” – иосифлян. Именно они порекомендовалине иметь при себе советников “мудрейших себя”, быть “твердым на царстве”. Самодержавиецаря, царские реформы Курбский отвергает, противопоставляя им идеального государя,правящего с “Избранной радой”, советующегося “с Думой и боярами своими”, не посягающегона феодальные вольности и привилегии, в том числе и на право “отъезда”. Он утверждал,ссылаясь на Цицерона, что нет государства, если не действуют законы, нет правосудия,не соблюдаются старые обычаи.

Конечно, Курбский не ратовал за восстановлениепорядков феодальной раздробленности, за полное восстановление старины. Преимуществацентрализации государства были очевидны даже для боярской олигархии Она стремиласьлишь к ограничению самодержавия, власти царя, разделению ее между царем и боярствомГлавная тема писем Курбского – тирания Грозного. Он обвиняет царя в жестокости,в злодеяниях и видит причину всех зол в личных качествах Ивана IV.

Протест Курбского против укрепления самодержавия,стремление ограничить царскую власть аристократическим советом вызвали резкий отпорИвана IV. В письмах к Курбскому Иван IV использует идеи иосифлян и отдельные аргументычелобитных Пересветова для обоснования самодержавной власти царя.

Царская власть – от бога, и сопротивлениеей – “божьему повелению” сопротивление. “Самодержавства божьим изволением почтенот высокого князя Володимира”, – писал Иван IV Курбскому, обосновывая законностьи верховенство своей власти. Любые ее ограничения им решительно отвергаются: российскиесамодержцы изначала сами владеют всем государством, а не бояре и вельможи. Они ведутк ослаблению государства – “горе граду им же мнози овладевают”, к княжеским усобицами произволу. Напрасно Курбский ссылается на право “отъезда”. Его бегство – это изменаотечеству и царю. Он простой подданный, холоп царя, и царь волен миловать или казнитьего. Царская опала, казни бояр-изменников оправданны – “таких собак везде казнят”.

Последовательно развивая идею сильной,ничем не ограниченной самодержавной власти, Иван IV идет дальше иосифлян, отказываяцеркви во вмешательстве в государственные дела: “Ино святительская власть, ино царскоеправление”.

Переписка Ивана IV с Курбским – отражениеострой идейной борьбы вокруг социальных и политических преобразований, осуществленныхИваном Грозным, а также лютых казней и злодеяний, совершенных по приказу царя.

§ 4. Политическая идеология борьбы против феодальной эксплуатации

Оппозиционные феодализму движения, борьбанародных масс против феодальной эксплуатации в России, как и в странах ЗападнойЕвропы, в это время приобрели поначалу религиозную форму – вылились в еретическоедвижение. Достоверные данные о довольно широком распространении ересей в Россииотносятся к XIV– XV вв., когда возникли псковско-новгородские ереси “стригольников”,а затем “жидовствующих”. Отрицая основные догматы христианской религии о божественномпроисхождении Христа, его втором пришествии и др., еретики требовали отмены правацеркви брать плату за совершение религиозных обрядов, осуждали строительство дорогостоящиххрамов, поклонение иконам, накопление церквями богатств. По своему социальному содержаниюэти ереси были близки к бюргерским ересям в Западной Европе. Часть “стригольников”шла дальше, осуждая богатство и имущественное неравенство вообще, проповедуя имущественноеи социальное равенство людей, аскетический образ жизни.

По мере распространения ересей среди народныхмасс официальная церковь (иосифляне) и государство предпринимали все более жесткиемеры для расправы с еретиками. В XVI в. появляются московские ереси Матвея Башкинаи Феодосия Косого.

Критика официальной церкви с ее “стяжательством”у Башкина соединялась с критикой феодального неравенства и эксплуатации. Он утверждал,что вера требует любить ближнего, как самого себя, что Христос всех людей называлбратьями. На деле же “мы у себя христиан держим рабами” (сам Башкин отпустил своиххолопов на волю). Ересь Башкина была осуждена церковным собором 1553 г., а сам онзаточен в Волоколамский монастырь.

В это же время начал проповедовать болеерадикальное еретическое учение Феодосий Косой. Отрицая церковные обряды, поклонениеиконам, требуя разрушения храмов, отказываясь подчиниться официальной церкви, Феодосийотрицал и необходимость повиноваться любой существующей власти. “Не подобает же,– говорил он, – в христианах властем быти и воевати”. Феодосий призывал к созданиютакого “христианского общества”, где не было бы ни богатых, ни бедных и люди подчинялисьбы только богу. Ересь Феодосия Косого приближалась по своему типу к крестьянско-плебейскимересям Западной Европы. Спасаясь от угрозы осуждения, Феодосий вынужден был бежатьв Литву.

Развитие феодальной зависимости и ростэксплуатации крестьянства в XVII в. привели к восстаниям Восставшие крестьяне требовалиуничтожения феодального произвола, кабалы и бесправия. Их стремление к освобождениюпорой сопровождалось надеждами на помощь “доброго царя”. В названный период этобыло характерно для идеологии восстания (1606–1609 гг.) Ивана Болотникова и крестьянскойвойны под руководством Степана Разина, начавшейся в 1667 г.

Восстание Болотникова было направленопротив “боярского царя” Василия Ивановича Шуйского, чинившего “обиды” крестьянами простонародью в городах, и в защиту прав царевича Дмитрия, якобы находившегосясреди восставших; затем среди восставших появился самозванец “Лжепетр” (якобы царевичПетр – умерший к тому времени сын царя Федора Ивановича, в действительности ИльяКоровин), обещавший быть “хорошим царем” и дать крестьянам вольность. Болотниковпризывал “побивати бояр”, обещал восставшим вотчины и поместья, боярство и воеводства.

Крестьянская война под руководством СтепанаРазина, сохраняя царистские идеи (Разин распространял слух, что у него находитсяцаревич Алексей), по своим лозунгам была более радикальной. Разин тоже призывалк истреблению бояр, дворян, приказных людей, к уничтожению приказных изб и документов,но еще и обещал восставшим свободу и избавление от притеснения господ. Восставшиесоздавали свои органы управления типа “казачьего круга” со своими “головами”.

§ 5. Заключение

Русская политическая мысль в XI–XVI вв.прошла большой путь развития. Характерными ее чертами были практически-политическаянаправленность, стремление ответить на основные вопросы своего времени, показатьпути их решения. Характерным было и своеобразное сочетание религиозных идей и светскойаргументации в политических сочинениях. Конечно, теология была господствующим мировоззрением;но в принципе средневековая схоластика, свойственная почти всему соответствующемупериоду в Западной Европе, не играла ведущей роли.

В развитии русской политической мыслиэтого времени можно выделить два основных этапа: XI–XIII и XIV–XVI вв. На первомэтапе преобладало внимание к внешнеполитическим проблемам – идея независимости Русскогогосударства прослеживается начиная со “Слова о законе и благодати”. Органическисвязанной с ней была внутриполитическая проблематика – задачи преодоления феодальнойраздробленности, идея единства земли Русской. Своеобразным аккумулятором ведущихпроблем стало замечательнейшее произведение древнерусской литературы “Слово о полкуИгореве”, проникнутое, несмотря на поражение Игоря, патриотизмом и историческимоптимизмом, верой в русский народ, в его силу и будущее.

На втором этапе, после освобождения оттатаро-монгольского ига, преодоления феодальной раздробленности, на первый планвыдвигаются внутриполитические проблемы. С нарастающей силой развиваются идеи сильнойсамодержавной власти, ломающей все виды оппозиции (боярской, церковной, народной)усилению самодержавной власти царя, насаждающей крепостничество, проводящей активнуювнешнюю политику для укрепления своей независимости и могущества.

Исторические условия развития страны порождалии поддерживали идею государственной власти, стоящей высоко над народом. Необходимостьзащиты, а затем освобождения Руси от иноземных захватчиков, раздоры удельных князей,жесткие формы феодального закрепощения крестьянства – все это способствовало становлениюи укреплению самодержавия царей. К тому же в России не было дуализма духовной исветской властей, как в странах Западной Европы. Феодальная православная церковь,добившись гарантий незыблемости церковных имуществ, в целом служила укреплению самодержавия.В господствовавших теориях был резко выражен полумистический взгляд на царскую властькак на нечто незыблемое, сверхъестественное. Модификацией этого взгляда, выражавшегокрайнюю степень политического отчуждения, были и царистские иллюзии крестьянскихдвижений XVII в.


Глава8. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ В XVI в.

 

§ 1. Введение

XVI в. – век великих духовных, культурных,политических, религиозных перемен и потрясений в жизни Европы. В ряде стран (Франция,Испания, Австро-Германия, Англия, Россия и др.) складывались большие и сильные дворянскиемонархии. В процессе преодоления феодальной раздробленности лишались прежней властии привилегий крупные феодалы. Централизованные абсолютистские государства способствовалиобразованию и консолидации наций, притязали на объединение и представительство нации,народа, страны. Одновременно падал политический авторитет католической церкви, дотого бывшей единственной объединяющей силой Западной и Центральной Европы. Еще большийурон был причинен ее духовной монополии, религиозному и теологическому авторитету.Религиозные движения, требующие восстановления апостольской церкви, в XVI в. принялимассовый характер, охватили почти всю Западную Европу, переросли в ряде стран врелигиозные войны. Эти войны нередко сливались с попытками крупных феодалов восстановитьбылую власть и независимость либо с народными движениями против дворянских привилегий,сословного строя, феодальной зависимости крестьянства.

Рядом с борьбой религиозных течений усиливаласьи развивалась рационалистическая критика религиозного мировоззрения. К концу XVв. культура Возрождения (Ренессанса), зародившаяся в итальянских городах-государствахеще в XIV в., распространилась в других странах Западной Европы.

Бурные процессы той эпохи обусловили глубокиеизменения в идеологии западноевропейского общества.

В XVI в. естествознание, философия, реалистическоеискусство достигли успехов; однако своеобразие этой эпохи заключалось в том, чтообщественные силы, боровшиеся против феодализма и освящавшей его церкви, еще непорвали с религиозным мировоззрением. Общим лозунгом массовых антифеодальных движенийбыл призыв к церковной реформе, к возрождению истинного, первоначального христианства,искаженного духовенством. В своеобразных условиях XVI в. священное писание сталоидейным оружием в борьбе против католической церкви и феодального строя, а его переводс латыни на народный язык – средством революционной агитации и пропаганды. Текстамиписания реформаторы обосновывали требование возрождения апостольской церкви; крестьянствои городские низы находили в Новом завете идеи равенства и “тысячелетнего царства”,не знающего феодальной иерархии, эксплуатации, социальных антагонизмов. Реформация,начавшаяся в Германии, охватила ряд стран Западной и Центральной Европы.

В том же веке общей для всех западноевропейскихстран стала культура Возрождения. Предпосылкой и основой Возрождения был гуманизм– стремление ряда ученых, философов, политиков, деятелей искусства заменить традиционноедля средневековой схоластики исследование текстов Библии, постановлений Соборови сочинений отцов церкви изучением человека, его психологии и морали. Представителигуманизма противопоставляли церковно-схоластической учености (studia divina) светскиенауки и образование (studia humana). Светские (гуманитарные) науки изучали не богас его ипостасями, а человека, его отношения с другими людьми и стремления, используяпри этом не схоластически применяемый силлогизм, а наблюдение, опыт, рационалистическиеоценки и выводы. Гуманизм естественно обусловил резкое повышение интереса к античномунаследию. Если Реформация апеллировала к первоначальному христианству, не знавшемуиерархии и сложных обрядов католической церкви, то гуманизм органически связан свозрождением античной (дохристианской) древности, когда философия и наука не былислужанками богословия, а человеческая природа не толковалась как средоточие злаи греховности. Дополнительным стимулом к изучению античного наследия стало бегствов Западную Европу после взятия Константинополя турками (1453 г.) сотен и тысяч образованныхгреков; поселившись в разных странах, они преподавали греческий язык и создали первыепереводы лучших трудов классиков античной Греции.

Гуманизм XV–XVI вв. не стал движением,охватившим широкие массы народа. Культура Возрождения была достоянием относительнонемногочисленного слоя образованных людей разных стран Европы, связанных общиминаучными, философскими, эстетическими интересами, общавшихся при помощи общеевропейскогоязыка того времени – латыни. Большинство гуманистов отрицательно относилось к религиознымдвижениям, в том числе реформационным, участники которых в свою очередь признавалитолько религиозную форму идеологии и были враждебны деизму и атеизму.

§ 2. Учение Н. Макиавелли о государстве и политике

Одним из первых теоретиков новой эпохибыл итальянец Никколо Макиавелли (1469–1527 гг.). Макиавелли [В ряде изданий последнихлет эта фамилия пишется – Макьявелли. — Прим. авт.] долгое время был должностнымлицом Флорентийской республики, имеющим доступ к ряду государственных тайн. Жизньи деятельность Макиавелли относятся к периоду начавшегося упадка Италии, до XVIв. бывшей самой передовой страной Западной Европы. В северной и средней Италии ещев XII–XIII вв. сложились города-республики (Венеция, Флоренция, Генуя и др.) с развитойремесленной и торговой экономикой. Промышленная и торговая верхушка этих городовсумела, опираясь на народ, подчинить себе феодалов своего округа, создать свою коммунальнуюгосударственность. Однако перемещение главных торговых путей в связи с открытиемАмерики, развитие производства в других странах Европы вели к упадку итальянскойпромышленности и торговли, подрывали силы буржуазии итальянских городов. В Италиине сложилось единое государство – на ее территории существовали городские республики,папское государство, а также владения Испании. Раздробленная Италия подвергаласьнашествиям иноземных войск; в ряде городов-государств силами феодальной реакцииучреждались тирании, опиравшиеся на наемные войска. После установления во Флоренциисиньории Медичи Макиавелли был лишен должности. Последний период жизни он занималсялитературной деятельностью. Кроме сочинений на темы политические (“Рассуждения напервую декаду Тита Ливия”, “Государь”, “О военном искусстве” и др.) и исторические(“История Флоренции”), его перу принадлежит ряд художественных произведений.

Сочинениями Макиавелли положено началополитико-правовой идеологии Нового времени. Его политическое учение было свободноот теологии; оно основано на изучении деятельности современных ему правительств,опыта государств Античного мира, на представлениях Макиавелли об интересах и стремленияхучастников политической жизни. Макиавелли утверждал, что изучение прошлого даетвозможность предвидеть будущее или по примеру древних определить средства и способыдействий, полезных в настоящем. “Чтобы знать, что должно случиться, достаточно проследить,что было… Это происходит от того, – пояснял Макиавелли, – что все человеческиедела делаются людьми, которые имели и всегда будут иметь одни и те же страсти ипоэтому они неизбежно должны давать одинаковые результаты”.

Природа человека одинакова во всех государствахи у всех народов; интерес является наиболее общей причиной человеческих действий,из которых складываются их отношения, учреждения, история. Для того чтобы управлятьлюдьми, надо знать причины их поступков, их стремления и интересы. Устройство государстваи его деятельность должны основываться на изучении природы человека, его психологиии влечений.

“Природа создала людей таким образом,– писал Макиавелли, – что люди могут желать всего, но не могут всего достигнуть”.Из-за этого люди беспокойны, честолюбивы, подозрительны и никогда не довольствуютсясвоей долей. Поэтому в политике всегда следует рассчитывать на худшее, а не на доброеи идеальное.

Государство (независимо от его формы)Макиавелли рассматривал как некое отношение между правительством и подданными, опирающеесяна страх или любовь последних. Государство незыблемо, если правительство не даетповода к заговорам и возмущениям, если страх подданных не перерастает в ненависть,а любовь – в презрение.

В центре внимания Макиавелли – реальнаяспособность правительства повелевать подданными. В книге “Государь” и других сочиненияхсодержится ряд правил, практических рекомендаций, основанных на его представлениио страстях и стремлениях людей и социальных групп, на примерах истории и современнойему практики итальянских и других государств.

Целью государства и основой его прочностиМакиавелли считал безопасность личности и незыблемость собственности. “Человек,которого лишают какой-либо выгоды, никогда не забывает этого: достаточно малейшейнадобности, чтобы напомнить ему это; а так как его надобности возобновляются с каждымднем, то он вспоминает это каждый день”. Самое опасное для правителя, неустанноповторял Макиавелли, – посягать на имущество подданных – это неизбежно порождаетненависть (а ведь никогда не ограбишь так, чтобы не осталось и ножа). “Даже когдагосударь считает нужным лишить кого-либо жизни, он может сделать это, если налицоподходящее обоснование и очевидна причина, но он должен остерегаться посягать начужое добро… Люди скорее забудут смерть отца, чем потерю наследства”.

Незыблемость частной собственности, каки безопасность личности, Макиавелли называл благами свободы, считал целью и основойпрочности государства. По его учению, блага свободы наилучшим образом обеспеченыв республике. В свободных землях и странах, рассуждал Макиавелли, богатства всевремя увеличиваются: “Ибо каждый человек в этих странах, не задумываясь, приумножаети приобретает блага, которыми рассчитывает затем свободно пользоваться. Следствиемэтого оказывается то, что все граждане, соревнуясь друг с другом, заботятся како частных, так и об общественных интересах и что общее их благосостояние на диворастет”.

Макиавелли воспроизводит идеи Полибияо возникновении государства и круговороте форм правления; вслед за античными авторамион отдает предпочтение смешанной (из монархии, аристократии и демократии) форме.

Особенность учения Макиавелли в том, чтосмешанную республику он считал результатом и средством согласования стремлений иинтересов борющихся социальных групп. “В каждой республике всегда бывают два противоположныхнаправления: одно – народное, другое – высших классов; из этого разделения вытекаютвсе законы, издававшиеся в интересах свободы”. Предпосланные всему учению о государстверассуждения о природе человека (индивида) Макиавелли существенно дополняет исследованиемобщественной психологии социальных групп, борющихся за влияние в государстве. ВДревнем Риме смешанная республика сложилась в результате борьбы и компромиссов народаи аристократии, но их непримиримые распри вокруг аграрного закона погубили республику.В истории Флоренции раздоры простого народа (пополанов) и знатных людей (нобилей)с самого начала носили бескомпромиссный характер; этим обусловлена непрочность Флорентийскойреспублики.

Макиавелли стремился опровергнуть общеемнение историков о порочности народа. Народные массы постояннее, честнее, мудрееи рассудительнее государя. Если единоличный правитель лучше создает законы, устраиваетновый строй и новые учреждения, то народ лучше сохраняет учрежденный строй. Народнередко ошибается в общих вопросах, но очень редко – в частных. “При избрании должностныхлиц, например, народ делает несравненно лучший выбор, нежели государь”. Даже взбунтовавшийсянарод менее страшен, чем необузданный тиран: мятежный народ можно уговорить словом– от тирана можно избавиться только железом; бунт народа страшен тем, что можетпородить тирана, – тиран уже наличное зло; жестокость народа направлена против тех,кто может посягнуть на общее благо, “жестокость государя направлена против тех,кто, как он опасается, может посягнуть на его собственное, личное благо”.

От народа отличается знать. “Нет города,где не обособились бы два этих начала: знать желает подчинять и угнетать народ,народ не желает находиться в подчинении и угнетении”. Если бы не сопротивление народа,аристократы античного Рима погубили бы свободное государство лет на триста раньше;честолюбивые устремления знати – источник беспокойства и смут в государстве. Макиавелливсе же считал знать неизбежной и нужной частью государства. Из среды аристократоввыдвигаются государственные деятели, должностные лица, военачальники; совершенноеподавление пополанами флорентийских нобилей, писал Макиавелли в “Истории Флоренции”,привело к угасанию воинской доблести и душевного величия, а тем самым к ослаблениюи унижению Флоренции.

Свободное государство должно быть основанона компромиссах народа и знати; суть “смешанной республики” в том и состоит, чтосистема государственных органов включает аристократические и демократические учреждения,каждое из которых, выражая и защищая интересы соответствующей части населения, сдерживаетпосягательства на эти интересы другой его части.

Вместе с тем Макиавелли с ненавистью отзывалсяо феодальном дворянстве и призывал к его уничтожению. “Дворянами именуются те, ктопраздно живет на доходы со своих огромных поместий, нимало не заботясь ни об обработкеземли, ни о том, чтобы необходимым трудом заработать себе на жизнь. Подобные людивредны во всякой республике и в каждой стране. Однако самыми вредными из них являютсяте, которые помимо указанных поместий владеют замками и имеют повинующихся им подданных”.Засилье дворян, которыми переполнены Неаполитанское королевство, Римская область,Романья, Ломбардия, мешает возрождению Италии. Из-за дворян там не было ни республики,ни политической жизни; “подобная порода людей – решительный враг всякой гражданственности”.“Желающий создать республику там, где имеется большое количество дворян, не сумеетосуществить свой замысел, не уничтожив всех их до единого”.

На пути к созданию будущей свободной Итальянскойреспублики много препятствий. Освобождение страны от иноземных войск и наемников,от мелких тиранов и многочисленных дворян, от папского государства и интриг католическойцеркви, поддерживающей раздробленность страны, требует крайних мер, проводимых абсолютнойи чрезвычайной властью единоличного правителя, уничтожающего укоренившиеся пороки,учреждающего мудрые законы и порядки. Этой проблеме посвящено наиболее известноепроизведение Макиавелли “Государь” (в иных переводах – “Князь”; дословно – “О принцепсе”).

Законодательству и праву Макиавелли придавалбольшое значение – благодаря законам Ликурга Спарта просуществовала 800 лет. Ненарушимостьзаконов он связывал с обеспечением общественной безопасности, а тем самым спокойствиянарода: “Когда народ увидит, что никто ни при каких обстоятельствах не нарушаетданных ему законов, он очень скоро начнет жить жизнью спокойной и довольной”. Нодля Макиавелли право – орудие власти, выражение силы. Во всех государствах основойвласти “служат хорошие законы и хорошее войско. Но хороших законов не бывает там,где нет хорошего войска, и наоборот, где есть хорошее войско, там хороши и законы”.Поэтому главным помыслом, заботой и делом правителя должны стать война, военнаяорганизация и военная наука – “ибо война есть единственная обязанность, которуюправитель не может возложить на другого”. Макиавелли против наемных войск; созданиеармии, состоящей только из итальянцев, он рассматривал как одно из первоочередныхусловий создания общенационального государства.

Важным средством политики Макиавелли считалрелигию. Религия, рассуждал Макиавелли, – могучее средство воздействия на умы инравы людей. Именно поэтому все основатели государств и мудрые законодатели ссылалисьна волю богов. Там, где есть хорошая религия, легко создать армию. В Древнем Риме“религия помогала командовать войсками, воодушевлять народ, сдерживать людей добродетельныхи посрамлять порочных”. Государство должно использовать религию для руководстваподданными.

Макиавелли, однако, не одобряет современноеему христианство, проповедующее смирение, самоуничижение, презрение к делам человеческим.“Религия античная почитала высшее благо в величии духа, в силе тела и во всем том,что делает людей чрезвычайно сильными. А если наша религия и требует от нас силы,то лишь для того, чтобы мы были в состоянии терпеть, а не для того, чтобы мы совершалимужественные деяния. Такой образ жизни сделал, по-моему, мир слабым и отдал егово власть негодяям: они могут безбоязненно распоряжаться в нем как угодно, видя,что все люди, желая попасть в рай, больше помышляют о том, как бы стерпеть побои,нежели о том, как бы за них расплатиться”. Макиавелли порицал католическую церковьи духовенство: “Дурные примеры папской курии лишили нашу страну всякого благочестияи всякой религии”. Кроме того, писал Макиавелли, католическая церковь держала идержит страну раздробленной. В канун Реформации Макиавелли прозорливо предсказывал,что католическая религия “близка либо к своей гибели, либо к мучительным испытаниям”.

Рассматривая религию как одно из средствуправления людьми, Макиавелли допускал преобразование христианства так, чтобы онослужило прославлению и защите отечества. Отличие его позиции от позиции приверженцевРеформации в том, что образцом и основой религиозной реформы он считал не идеи первоначальногохристианства, а античную религию, всецело подчиненную целям политики. Не политикана службе религии, а религия на службе политики – такой взгляд резко расходилсясо средневековыми представлениями о соотношении церкви и государства.

В противоположность католическим богословам,стремившимся подчинить учение о праве и государстве христианской этике, Макиавеллиуделял политику от морали. Политика (учреждение, организация и деятельность государства)рассматривалась как особая сфера человеческой деятельности, имеющая свои закономерности,которые должны быть изучены и осмыслены, а не выведены из св. писания или сконструированыумозрительно. Такой подход к изучению государства был громадным шагом вперед в развитииполитико-правовой теории.

Прогрессивное по методологической основеполитическое учение Макиавелли несло на себе отпечаток эпохи. Это особенно ярковыразилось во взглядах Макиавелли на методы осуществления государственной власти,способы и приемы политической деятельности.

В произведениях Макиавелли политика нетолько отделялась от морали, но и противопоставлялась общераспространенным представлениямо должном и недолжном, постыдном и похвальном, человечном и бесчеловечном, позорноми почетном. Деятельность государства он исследовал как такую сферу проявления интересов,чувств, настроений людей, социальных общностей и правительств, в которой действуютособые правила, не тождественные нормам морали, регулирующей отношения между частнымилицами. Поступки основателей государств, завоевателей, узурпаторов престола, создателейзаконов, политических деятелей вообще, рассуждал Макиавелли, должны оцениватьсяне с точки зрения морали, а по их результатам, по их отношению к благу государства.

Макиавелли стремился обосновать несовместимостьполитических правил и элементарных норм морали и их принципиальную противоположность.

Государства, писал Макиавелли, создаютсяи сохраняются не только при помощи военной силы; методами осуществления власти являютсятакже хитрость, коварство, обман. “Надо знать, что с врагом можно бороться двумяспособами: во-первых, законами, во-вторых, силой. Первый способ присущ человеку,второй – зверю; но так как первого часто недостаточно, то приходится прибегать ико второму. Отсюда следует, что государь должен усвоить то, что заключено в природеи человека, и зверя… – поучал Макиавелли. – Из всех зверей пусть государь уподобитсядвум: льву и лисе. Лев боится капканов, а лиса – волков, следовательно, надо бытьподобным лисе, чтобы уметь обойти капканы, и льву, чтобы отпугнуть волков”.

Государственный деятель не должен бытьвсегда верен договорам: “Мы знаем по опыту, что в наше время великие дела удавалисьлишь тем, кто не старался сдержать данное слово и умел, кого нужно, обвести вокругпальца… Разумный правитель не может и не должен оставаться верным своему обещанию,если это вредит его интересам и если отпали причины, побудившие его дать обещание”.

Идеалом государственного деятеля, которымМакиавелли восхищался, был герцог Романьи Чезаре Борджиа, стремившийся расширитьсвои владения вероломными и жестокими способами, типичными для феодалов эпохи позднегосредневековья. Ссылаясь на деяния романьского герцога и ставя их в пример, Макиавеллиписал, что для укрепления и расширения государства политик должен уметь решатьсяна великие, виртуозные злодейства, подлости и предательства, требующие, как он считал,мужества, геройства, широты души. В политике единственным критерием оценки действийправителя государства является укрепление власти, расширение границ государства.Для достижения этой цели правитель должен использовать все средства, в том числеаморальные: “Пусть обвиняют его поступки, лишь бы оправдывали результаты, и он всегдабудет оправдан, если результаты окажутся хороши”.

При всем том, учил Макиавелли, вероломствои жестокость должны совершаться так, чтобы не подрывался авторитет верховной власти.Отсюда вытекает одно из излюбленных Макиавелли правил политики: “Людей следует либоласкать, либо изничтожать, ибо за малое зло человек может отомстить, а за большое– не может”. “Следует или вовсе не обижать никого, или удовлетворять своей злобеи ненависти одним ударом, а потом успокоить людей и возвратить им уверенность вбезопасности”. Лучше убить, чем грозить, – грозя, создаешь и предупреждаешь врага,убивая – отделываешься от врага окончательно. Лучше жестокость, чем милосердие:от наказаний и расправ страдают отдельные лица, милосердие же ведет к беспорядку,порождающему грабежи и убийства, от которых страдает все население. Лучше быть скупым,чем щедрым, – щедрый обирает многих, чтобы одарить немногих, скупым же недовольнынемногие, а народ не обременен излишними поборами. Лучше внушать страх, чем любовь,– любят государей по собственному усмотрению, боятся – по усмотрению государей,мудрому правителю лучше рассчитывать на то, что зависит от него.

Все обиды и жестокости надо учинять разом:“Чем меньше их распробуют, тем меньше от них вреда; благодеяния же полезно оказыватьмало-помалу, чтобы их распробовали как можно лучше”. Дела, неугодные подданным,государи должны возлагать на других, а угодные – исполнять сами.

Рекомендуя правителям государства в зависимостиот того, куда дует ветер фортуны, “по возможности не удаляться от добра, но принадобности не чураться и зла”, Макиавелли в то же время советовал государям притворятьсяносителями нравственных и религиозных добродетелей. В государственной деятельности,поучал Макиавелли, “всегда в выигрыше оказывался тот, кто имел лисью натуру. Однаконатуру эту надо еще уметь прикрыть, надо быть изрядным обманщиком и лицемером”.“Самое главное для государя – постараться всеми своими поступками создать себе славувеликого человека, наделенного умом выдающимся… Каждый знает, каков ты с виду,немногим известно, каков ты на самом деле, и эти последние не посмеют оспорить мнениебольшинства, за спиной которого стоит государство”.

Эти и аналогичные рекомендации Макиавелличерпал из современной ему политической практики.

В период позднего средневековья феодальныеотношения во всех странах образовывали запутанный клубок прав и обязанностей, порождающийнепрекращающиеся конфликты феодалов, непрерывную борьбу между королевской властьюи вассалами, вереницу измен, предательских убийств, отравлений, коварных интриг,прикрываемых поэтическим именем рыцарства, рассуждающего о дворянской чести и дворянскойверности.

Именно эту практику Макиавелли поднялна теоретический уровень “высокой политики” и попытался дать ей своеобразные оправдания.Многие рекомендации Макиавелли послужили практическим руководством для беспринципныхполитиков; поэтому “макиавеллизм” стал символом политического коварства.

Произведения Макиавелли оказали громадноевлияние на последующее развитие политико-правовой идеологии. В них сформулированыи обоснованы главные программные требования буржуазии: незыблемость частной собственности,безопасность личности и имущества, республика как наилучшее средство обеспечения“благ свободы”, осуждение феодального дворянства, подчинение религии политике иряд других. Наиболее проницательные идеологи буржуазии высоко оценили методологиюМакиавелли, в особенности освобождение политики от теологии, рационалистическоеобъяснение государства и права, стремление определить их связь с интересами людей.Названные положения Макиавелли были восприняты д развиты последующими теоретиками(Спиноза, Руссо и др.). Камнем преткновения для этих теоретиков явились, однако,“макиавеллизм” и его оценка.

Делались попытки противопоставить наиболееизвестную книгу “Государь”, в которой определяются “чрезвычайные меры” для объединенияИталии, другим произведениям Макиавелли, усмотреть противоречие между ними. Попыткинеудачны, поскольку другие его сочинения содержат такие же рекомендации, причемспециально оговорено, что способы усиления могущества государей и республик тождественны.“Всегда, когда приходится обсуждать вопрос, от которого единственно зависит спасениегосударства, – писал Макиавелли, – не следует останавливаться ни перед каким соображениемсправедливости и несправедливости, человечности или жестокости, славы или позора,– но отбросив всякие соображения, решиться на то, что спасает и поддерживает свободу”.

Неудачны и попытки истолковать книгу “Государь”как обличительный памфлет против тиранов, разоблачающий их повадки, либо представить“макиавеллизм” как искажение подлинных идей Макиавелли.

Суть дела в том, что рассуждения Макиавеллио способах и приемах политической деятельности предопределялись не только спецификойисторических условий того времени, но и сущностью методов власти меньшинства, опирающегосяна насилие. Политика господствующих классов всегда стремилась найти идейную опорув общественной морали и теоретическое обоснование в философии. Макиавелли поменялместами опору и обоснование: его поиск теоретических основ эффективности политикиправящего меньшинства неизбежно привел к противопоставлению принципов такой политикиобщепризнанным элементарным нормам морали, к обоснованию конкретных рекомендаций,приноровленных к практике противостоящих народу правительств. Именно поэтому трудыМакиавелли оказали влияние не только на развитие политико-правовой теории, но ина реальную политику ряда государственных деятелей, одни из которых (Ришелье, Наполеон,Муссолини) открыто признавали это влияние, другие же, следуя практическим рекомендациямМакиавелли, его же лицемерно порицали (“Анти-Макиавелли” Фридриха II Прусского).В одном из своих строго секретных писем для членов Политбюро ЦК РКП(б) Ленин называлМакиавелли умным писателем по государственным вопросам, справедливо говорившим оспособах достижения известной политической цели. [См.: Известия ЦК КПСС. 1990. №4. С. 191-192.]

§ 3. Политико-правовые идеи Реформации

В XVI в. ряд стран Западной и ЦентральнойЕвропы охватила Реформация (лат. reformatio – преобразование, перестройка) – массовоедвижение против католической церкви, объединявшей всю феодальную Западную Европув одно огромное целое и окружавшей феодальный строй ореолом святости.

Начало Реформации в Германии положил профессорВиттенбергского университета доктор богословия Мартин Лютер (1483–1546 гг.). 31октября 1517 г. он прибил к дверям церкви свои “95 тезисов” с протестом против продажииндульгенций. В последующих диспутах разногласия с Римом привели к полному разрывус ним. Опираясь на св. писание, Лютер доказывал, что вся иерархия католической церкви,монашество, большинство обрядов и служб не.основаны на “подлинном слове божьем”,“истинном евангелии”. Вопреки учению католицизма о необходимости совершать для спасениядуши различные обряды, Лютер, ссылаясь на послания апостола Павла, утверждал, что“человек оправдывается одной верой”. То, что относится к религии, – дело совестихристианина; источник веры – священное писание, “чистое слово божье” (Лютер перевелБиблию на немецкий язык). Все, что находило подтверждение в текстах Библии, считалосьнепререкаемым и священным; остальное рассматривалось как человеческое установление,подлежащее рациональной оценке и критике. В результате отвергались “церковное предание”и сама католическая церковь.

Отношение Лютера к светской власти основанона представлении, что человек живет в двух сферах: в сфере “евангелия” (религиознаясфера, отношение к царству небесному) и в сфере “закона” (царство земное, государство).В сочинении “О светской власти” (1523 г.) Лютер писал, что если бы весь мир состоялиз подлинных христиан (т.е. из истинно верующих), то не было бы необходимости нив князьях, ни в королях, ни в мече, ни в законе. Однако только меньшая часть людейведет себя по-христиански; злых всегда больше, чем благочестивых. Поэтому бог учредилдва правления – духовное (для истинно верующих) и светское (сдерживающее злых, заставляющееих сохранять внешний мир и спокойствие). Истинный христианин не нуждается ни в праве,ни в мече, но он должен заботиться о других людях; поэтому, раз меч полезен и необходимдля охраны мира, христианин платит налоги, почитает начальство, служит, делает все,что идет на пользу светской власти. “Если ты видишь, – писал Лютер, – что не хватаетпалачей, стражников, судей, господ или правителей, а ты сочтешь себя способным (кэтому занятию), то предложи свои услуги и займись этим, чтобы не пренебрегали властями,без которых нельзя обойтись...” Главное в том, чтобы христианин не использовал мечв своекорыстных интересах; при соблюдении этого условия “стражники, палачи, адвокатыи прочий сброд”, писал Лютер, могут быть христианами, поскольку власть и меч – службабожья, и потому “они должны быть теми, кто бы разыскивал, обвинял, мучил и убивалзлых, защищал, прощал добрых, отвечал за них и спасал их”.

Часто ссылаясь на слова апостолов Петраи Павла о богоустановленности власти, данной для наказания преступников, страшнойне для добрых, но для злых, Лютер оправдывал светскую власть во всех ее непривлекательныхпроявлениях: “Знай также, – писал Лютер, – что с сотворения мира мудрый князь –птица редкая, и еще более редок князь благочестивый. Обыкновенно они либо величайшиеглупцы, либо крупнейшие злодеи на земле; всегда нужно ждать от них наихудшего, редко– чего-либо хорошего.… Если же князю удается быть умным, благочестивым или христианином,то это величайшее чудо, вернейший знак милости Божией для данной страны”.

Однако устами апостолов бог повелел подчинятьсялюбой власти, без которой невозможно существование человечества: “Поскольку весьмир зол, и среди тысячи едва ли найдешь одного истинного христианина, то люди пожиралибы друг друга, и некому было бы защищать женщин и детей, накормить их и поставитьна службу Богу, и мир опустел бы”.

Но законы светской власти простираютсяне далее тела и имущества, того, что является внешним на земле. Светская властьне имеет ни права, ни силы диктовать законы душам: “Все, связанное с верой, – свободноедело, и к этому никто не может принуждаться, – писал Лютер. –… Делом совести каждогоявляется то, как он верит или не верит”.

Выступая против привилегий католическогодуховенства, Лютер отстаивал самостоятельность государства по отношению к церкви.Служба священников –– распространение божьего слова, поучение христиан; во всехвнешних делах они должны подчиняться государству; “светская христианская властьдолжна исполнять свою службу беспрепятственно, не опасаясь затронуть папу, епископа,священника: кто виноват, тот и отвечай”. Одним из основных положений лютеранстваявляется независимость светской власти от папства. Человек свободно ищет истину,уповая на внутреннюю религиозность; в делах веры невозможно принуждение.

Духовенство не является каким-то особым“чином”, независимым от светской власти. Лютер призывал королей и князей к вооруженнойборьбе против пап, кардиналов, всего католического духовенства.

Реформация в Германии, как до того в Англиии в Чехии, послужила сигналом к всеобщему движению крестьянства и городских низов,которые не видели оправдания сословному неравенству, феодальной иерархии, бесчисленнымповинностям и поборам; они требовали возвращения к практике христианского равенстване только в церковной, но и в общественной жизни. В 1524 г. началось всеобщее восстаниекрестьянства южной и средней Германии против церковных и светских феодалов; однимиз вождей крестьянской войны был Томас Мюнцер (ок. 1490–1525 гг.). Начавшуюся Реформациюи крестьянское движение Мюнцер толковал наиболее радикальным образом; в “Пражскомвоззвании” он призывал к полному социальному перевороту и установлению народнойвласти. По мнению Энгельса, политическая программа Мюнцера была близка к коммунизму.“Под царством божьим, – писал Энгельс, – Мюнцер понимал не что иное, как общественныйстрой, в котором больше не будет существовать ни классовых различий, ни частнойсобственности, ни обособленной, противостоящей членам общества и чуждой им государственнойвласти”.

Высоко оценивая деятельность и программуМюнцера, Энгельс характеризовал неудачу с осуществлением этой программы в одномиз городов Германии как трагичную и гибельную для любого политического вождя попыткуосуществить идеи, для реализации которых нет общественно-исторических условий.

В 1529 г. католики добились на 2-м Шпейерскомрейхстаге (ландтаге) решения об отмене права князей решать вопрос о религии своихподданных (т.е., по существу, признавать государственной религией не католичество,а лютеранство). Несколько князей и представителей городов подали императору протестпротив этого решения, ссылаясь, в частности, на то, что вопрос о религии – делосовести, а не предмет решения большинством голосов. С тех пор приверженцев церквейи религиозных учений, созданных Реформацией, называют протестантами.

Война католиков и лютеран на территорииГермании завершилась Аугсбургским религиозным миром (1555 г.), согласно которомулютеранство становилось равноправной католичеству религией по принципу: “чья страна,того и вера” (cujus regio, ejus religio). Реформация нанесла тяжелый удар католическойцеркви; протестантизм<sup/>приняли ряд германских княжеств и городов, а такжескандинавские государства.

Распространение лютеранства в его борьбес католицизмом стало идейной предпосылкой возникновения более радикальных религиозно-политическихтечений Реформации. Таким течением стал кальвинизм. Жан Кальвин (1509–1564 гг.)основал в Женеве новую церковь. Община верующих управлялась выборной консисторией,состоящей из пресвитеров (старейшин), проповедников и диаконов. Поначалу в кальвинизмебыли сильны теократические тенденции (попытки поставить консистории выше государственныхорганов); в конечном счете утвердилась идея независимости кальвинистской церквиот государства, право церкви судить о ряде действий государственной власти. В кальвинизмепоследовательно и отчетливо выражены основные положения протестантской этики, составившей,по определению известного социолога Макса Вебера, “дух капитализма”. К ним относятсякульт предприимчивости и трудолюбия, безусловная деловая честность, верность данномуслову и заключенному соглашению, личный аскетизм, отделение домашнего хозяйстваот промысла и вложение всей прибыли в дело.

Одной из центральных идей Кальвина былаидея абсолютного предопределения – судьба каждого человека определена богом. Этоучение призывало верующих к активной деятельности, ибо, с одной стороны, если человекобречен на неудачу, то ему ничто не повредит сверх того, что и так предопределено;с другой стороны, никто не может точно знать, “избран” он или нет, однако успехв делах может быть истолкован как возможное доказательство избранности. В XVI–XVIIвв. кальвинизм широко распространился в Швейцарии, Нидерландах, Франции, Шотландии,Польше, Англии, в североамериканских колониях.

В результате Реформации от католическойцеркви почти одновременно отпали несколько миллионов людей. В борьбе против протестантстваразвернулась Контрреформация. Были усилены преследования еретиков и инакомыслящихв католических странах, реорганизована инквизиция, учрежден Индекс запрещенных книг(официальный список сочинений, чтение которых карается отлучением от церкви), мирянамзапрещалось читать и обсуждать св. писание. Тридентский собор (1545– 1563 гг.),определивший меры борьбы с Реформацией, подтвердил значение философских сочиненийФомы Аквинского, который вскоре был провозглашен одним из учителей церкви; популяризацияего учения положила начало так называемой второй схоластике, подготовке иезуитамиучебников “облегченной” схоластической философии.

Главным орудием католической реакции стало“Общество Иисуса”, основанное испанским дворянином Игнатием Лойолой, вскоре превратившеесяв монашеский орден иезуитов – “боевой отряд воинствующей церкви”, как они были названыв папской булле об утверждении Устава ордена (1540 г.). Особенность ордена в том,что иезуиты не обособлялись от мирской жизни. Оставаясь в обществе, они должны былидобиваться влияния на государей, сановников, делая все для укрепления авторитетакатолицизма и его распространения. Для завоевания власти над умами иезуиты стремилисьовладеть просвещением и наукой, став “орденом ученых”. В ряде стран они создалиширокую сеть школ, заняли ведущие позиции в области образования.

Основное правило Устава ордена иезуитов– особый обет послушания, полное самоотречение, решительный отказ от собственнойволи, безусловное и беззаветное повиновение начальникам ордена. “Если церковь утверждает,что то, что нам кажется белым, есть черное, мы должны немедленно согласиться с этим!– поучал Лойола. – Подчиненный должен смотреть на старшего, как на самого Христа.… Надо совершить грех, смертный или простой, если начальник того требует во имягоспода нашего Иисуса Христа или в силу обета повиновения”. Допустимость любых средствдля достижения целей ордена (как их представлял себе Генерал ордена), слепое повиновениеи строгая дисциплина иезуитов использовались для политических интриг с целью восстановлениявлияния католицизма. Иезуиты проникали в окружение монархов, склоняли их к борьбес протестантством, устраняли неугодных советников и правителей, организовывали иоправдывали покушения на неугодных католической церкви королей. “Кому дозволенацель, тому дозволены и средства”, “цель оправдывает средства”, – поучали моралистыордена, разработавшие специальные правила, дававшие возможность истолковать любойпроступок как благодеяние. В некоторых государствах иезуиты добились восстановлениякатолицизма. Протестантских или сочувствующих протестантизму монархов иезуиты нередкоименовали тиранами, возбуждали против них недовольство знати и народа. Практическойтеорией иезуитов стал “макиавеллизм”, руководствуясь которым они же и выступалис лицемерным осуждением Макиавелли (в 1559 г. произведения Макиавелли осуждены римскимпапой и вскоре внесены в “Индекс запрещенных книг”). Интриги иезуитов, их участиев убийствах монархов вызывали такое негодование, что они изгонялись из ряда стран,а их орден временами запрещался Ватиканом.

§ 4. Политические идеи тираноборцев. Этьен де Ла Боэси

Во Франции становление единой централизованноймонархии было осложнено во второй половине XVI в. религиозными войнами между католикамии гугенотами (французские кальвинисты), в ходе которых резко усилились сепаратистскиетенденции, особенно на юге страны, а также попытки крупных феодалов отстоять и укрепитьсвою независимость от королевской власти.

После Варфоломеевской ночи (1572 г.) всреде гугенотов появились произведения монархомахов (тираноборцев), осуждавших тираниюкороля преимущественно с позиций феодальной аристократии. Монархомахи требовалиограничения власти короля сословными учреждениями, предоставления народу права смещатьи выбирать монархов, призывали к сопротивлению тиранам. Рассуждая о свободе и правахнарода, монархомахи имели в виду лишь привилегии крупной аристократии. “Когда мыговорим о народе, – писал один из них, – то понимаем под этим словом не весь народ,а лишь его представителей: герцогов, принцев, оптиматов и вообще всех деятелей нагосударственном поприще”. Восстание против тирана и его убийство, по мысли монархомахов,допустимо и правомерно только по инициативе и под руководством должностных лиц аристократии:“Берегитесь господства черни или крайностей демократии, которая стремится к уничтожениюдворянства”. Кроме монархомахов-протестантов (Гетман, Ланге, Без и др.) за ослаблениекоролевской власти выступали монархомахикатолики, в том числе иезуиты. Показательно,что некоторые монархомахи порицали Макиавелли, приписывая ему защиту тирании.

В целом монархомахи представляли реакционно-феодальноенаправление. Однако некоторые произведения тираноборческой литературы по содержаниюи историческим судьбам выходили за пределы защиты узкосословных интересов аристократическойзнати. К числу таких произведений относится трактат “Рассуждение о добровольномрабстве”, написанный около 1548 г. и изданный гугенотами вскоре после Варфоломеевскойночи. Автор трактата Этьен де Ла Боэси (1530–1563 гг.) в ярких красках описывалпостыдное и бедственное положение народа и страны под игом тирании, которая противоречитприроде, свободе и равенству людей. Тирания возникает различными способами (договор,сила, наследование) и держится привычкой народа к рабству. Это рабство являетсядобровольным, поскольку впавший в привычное заблуждение народ содержит тирана, терпитего прихоти и злодеяния.

В начале трактата резкая критика тираниисочетается с наивными рассуждениями, что опорой тирана является лишь несознательностьподданных: если бы все сразу просветились, власти тирана, конечно, тут же пришелбы конец.

Иная концепция излагается во второй половинетрактата. Тиран, утверждает Ла Боэси, опирается на нескольких пользующихся его милостямиприближенных, каждый из которых, в свою очередь, имеет своих приближенных, и такдалее. В результате “сотни тысяч, миллионы связаны этой цепью с тираном… радиэтого создаются новые должности и новые ведомства, которые все учреждаются на делене ради реформы правосудия, а для того, чтобы служить новой опорой тирании”. Описывая,по сути дела, становление административно-военного аппарата абсолютной монархии,Ла Боэси рассуждает уже не о “добровольном рабстве”, а о порабощении “одних подданныхс помощью других”.

Сила тирана в том, что он, создавая себеприближенных и сторонников, раскалывает народ: “В конечном счете оказывается, чтолюдей, которым тирания выгодна, почти столько же, сколько и тех, которым дорогасвобода”.

Государство, считал Ла Боэси, это объединениетиранов, из которых высшие опираются на низших и в то же время при случае грабятих.

Суть тирании, ее “секрет и основу” ЛаБоэси видел, таким образом, в организованной иерархии связанных общей выгодой стираном и между собой прислужников тирании, каждый из которых стремится “обеспечитьсебе долю в добыче и быть самим маленьким тиранчиком при большом тиране”.

Резкое осуждение тирании с позиций естественногоравенства и свободы людей, критика ряда реальных качеств абсолютной монархии (фаворитизм,рост бюрократической иерархии, отсутствие законности, гарантий прав личности, посягательстводеспотического государства на имущество состоятельных лиц и др.) обусловили долговременнуюжизнь трактата; трактат переиздавался неоднократно, в том числе два года подряд(1789 и 1790 гг.) в начале Французской революции.

§ 5. Теория государственного суверенитета. Политическое учениеЖ. Бодена

Религиозные войны существенно мешали развитиюпромышленности и торговли; Франция распадалась на ряд враждующих и воюющих лагерей.

С обоснованием абсолютизма и критикоймонархомахов в период религиозных войн выступил Жан Боден (1530–1596 гг.). Юристпо образованию, депутат третьего сословия на Генеральных штатах в Блуа, Боден выступалпротив феодальной децентрализации, против религиозного фанатизма. В сочинении “Шестькниг о государстве” (издано на французском языке в 1576 г., по латыни для всей Европыв 1584 г.) Боден впервые сформулировал и широко обосновал понятие суверенитета каксущественного признака государства: “Суверенитет – это абсолютная и постоянная властьгосударства… Абсолютная, не связанная никакими законами власть над гражданамии подданными”.

Власть государства постоянна и абсолютна;это – высшая и независимая власть как внутри страны, так и в отношениях с зарубежнымидержавами. Выше носителя суверенной власти – только бог и законы природы.

Суверенитет, по Бодену, означает преждевсего независимость государства от папы римского, от церкви, от германского императора,от сословий, от другого государства. Суверенитет как верховная власть включает праваиздавать и отменять законы, объявлять войну и заключать мир, назначать высших должностныхлиц, осуществлять верховный суд, право помилования, права чеканить монету, устанавливатьмеры и веса, взимать подати.

В учении о государстве Боден во многомследует Аристотелю, но не Аристотелю, искаженному и мистифицированному средневековойсхоластикой, а подлинному Аристотелю, осмысленному в свете последующей истории политико-правовыхучреждений.

Государство Боден определяет как правовоеуправление многими семьями и тем, что у них общее, на основе суверенной власти.Государство – именно правовое управление, сообразное со справедливостью и законамиприроды; правом оно отличается, как отмечал Цицерон, от шайки разбойников или пиратов,с которыми нельзя заключать союзов, вступать в соглашения, вести войну, заключатьмир, на которых не распространяются общие законы войны.

Семью Боден называет основанием и ячейкойгосударства. Государство – совокупность именно семей, а не отдельных лиц; если онине будут соединены в семейства, то вымрут, а народ, составляющий государство, неумирает. Подобно Аристотелю, он различает в семье три вида властеотношений: супружеские,родительские и господские. В отличие от Аристотеля Боден не был сторонником рабства.Он считал рабство не всегда естественным, источником смут и волнений в государстве.Боден стоял за постепенную отмену близких к рабству отношений феодальной зависимоститам, где они еще сохранялись.

Боден – один из первых критиков “Утопии”.Одобряя некоторые мысли “незабвенного канцлера Англии Т. Мора” о государственныхпорядках Утопии (см. § б), Боден настойчиво оспаривает его главную идею. Государство,основанное на общности имущества, писал Боден, “было бы прямо противоположно законамбога и природы”. Частная собственность связана с законами природы, поскольку “естественныйзакон запрещает брать чужое”. “Имущественное равенство гибельно для государств”,– неустанно повторял Боден. Богатые и бедные существуют в каждом государстве; еслипопытаться уравнять их, признать недействительными обязательства, отменить контрактыи долги, “то нельзя ждать ничего, кроме полного разрушения государства, ибо утрачиваютсякакие бы то ни было узы, связывающие одного человека с другим”.

Первостепенное значение Боден придавалформе государства. Он отвергает распространенное деление форм государства на правильныеи неправильные, поскольку оно выражает лишь субъективную оценку существующих государств.Сторонники власти одного человека называют ее “монархия”, противники – “тирания”.Приверженцы власти меньшинства именуют такую власть “аристократия”, недовольныеею – “олигархия” и т. д. Между тем, рассуждал Боден, суть дела только в том, комупринадлежит суверенитет, реальная власть: одному, немногим или большинству. На томже основании Боден отрицает смешанную форму государства – власть никак не разделить“поровну”, какой-то элемент будет иметь решающее значение в государстве; кому принадлежитвысшая власть принимать законы, таково и есть государство в целом.

Рассматривая различные формы государства,Боден пишет, что целесообразность и прочность каждой из них зависит от историческихи природных особенностей разных стран и народов. На севере живут народы храбрые,создавшие сильное войско; у южных народов развит ум, поэтому там процветают науки.На севере опорой правительства является сила, в средней полосе – разум и справедливость,на юге – религия. На государство влияют также горы, равнины, плодородие и бесплодиепочвы. Храбрые жители севера и горцы создали демократию либо выборную монархию;изнеженные обитатели юга и равнин легко подчиняются монархии. Народы востока – ближек южным, запада – к северным.

К демократии Боден относился отрицательно:в демократическом государстве очень много законов и властей, а общее дело в упадке;толпа, народ – “зверь многоглавый и лишенный рассудка” – не может постановить что-нибудьхорошее, преследует богатых, искореняет и изгоняет лучших, избирает худших.

Не одобрял Боден и аристократию, государство,где власть принадлежит коллегии знатных: среди аристократов умных людей мало, врезультате правит глупое большинство; принятие решений связано с раздорами, с борьбойпартий и группировок; государство недостаточно энергично подавляет возмущения народа,вечно восстающего против вельмож. По тем же причинам аристократия немыслима в большомгосударстве.

Наилучшей формой государства Боден считалмонархию. Монарх так же естественно, как бог Вселенной, без помех повелевает подданными;он обладает властью по собственному праву (вначале приобретенному силой, затем передаваемомупо праву наследования). “Кроме бога нет никого, более высокого на земле, чем суверенныемонархи. Они поставлены самим богом как его наместники, дабы править другими”.

Упоминания о боге не играют решающей ролив аргументации Бодена. Он ссылается на то, что о прочности и естественности монархиисвидетельствует исторический опыт – монархии существуют тысячи лет и это никогоне удивляет; если же республика просуществует всего лет триста-четыреста, то всеуже поражаются такому диву, настолько естественному порядку вещей противоречит долговременноесуществование республики. Боден утверждал, что монархия особенно необходима в большихгосударствах. В монархии обеспечены компетентность (советуют многие) и энергичностьвласти (решает один).

Ссылаясь на разум и историю, Боден писал,что первоначально все государства созданы завоеванием и насилием (а не путем добровольногосоглашения, как утверждали некоторые тираноборцы). В результате справедливой войнывозникли господские (вотчинные) государства, в которых монарх правит подданнымикак отец семьей. Таковы монархии Востока.

В Европе, рассуждал Боден, господскиегосударства превратились в “законные монархии”, в которых народ повинуется законаммонарха, а монарх – законам природы, оставляя подданным естественную свободу и собственность.Монарх не должен нарушать “законы бога и законы природы”, которые возникли раньшевсех государств и присущи всем народам. Монарх, по мнению Бодена, должен быть веренслову, соблюдать договоры и обещания, установления о престолонаследии, о неотчуждаемостигосударственного достояния, уважать личную свободу, семейные отношения, вероисповедания(чем больше их будет, тем лучше, – меньше возможностей создания влиятельных враждующихгруппировок), неприкосновенность имущества.

Боден оспаривал распространенное средитираноборцев мнение, что монархия должна быть избирательной – в период выборов неизбежнысмуты, раздоры и междоусобицы; выборный монарх не заботится об общем достоянии,поскольку неизвестно, кто сменит его на престоле; этих недостатков лишена наследственнаямонархия, которая к тому же во Франции является традиционной (тираноборцы пыталисьдоказать, что ранее монархи были выборными).

Боден считал наилучшей королевскую монархию– государство, в котором верховная власть (суверенитет) целиком принадлежит монарху,а управление страной (порядок назначения на должности) сложное, т. е. сочетающеепринципы аристократические (на ряд должностей, преимущественно в суде и войске,король назначает только знатных) и демократические (некоторые должности доступнывсем). Мудрым учреждением королевской монархии Боден называл Генеральные штаты.Они соединяют сословия (духовенство, дворянство, третье сословие), умеряют, но неограничивают верховную власть. Они улучшают управление страной, предавая гласностизлоупотребления должностных лиц, высказывая различные мнения. Хотя Генеральные штатымогут давать королю только советы, а принимать решения не могут, государь не вправеоблагать подданных податями без их согласия, ибо, по естественному закону, никтоне имеет права брать чужое достояние без воли владельца, утверждал Боден. Лишь всамом крайнем случае монарх может самолично налагать налоги для пользы государства(но Боден готов признать за подданными право пассивного сопротивления тирану в видеотказа платить подати).

Исходя из разработанной им концепции суверенитета,Боден ставил вопрос о сложных государствах. Он различал два вида государственныхсоединений. К соединениям, основанным на неравенстве, он относил государственныеобразования, включающие части, находящиеся в вассальной или иной зависимости отсуверена, а также федерацию, которая, по мысли Бодена, основана на неравенстве,ибо суверенитетом обладает только союз в целом, а не отдельные его части (примеромфедерации он считал Священную Римскую империю германской нации). Второй вид соединенийгосударств основан на равенстве – такова Швейцарская конфедерация, каждый из членовкоторой сохраняет суверенитет.

§ 6. Политико-правовые идеи раннего социализма. “Утопия” ТомасаМора. “Город Солнца” Томмазо Кампанеллы

 

Возрождение античного наследия повысилоинтерес к книге Платона “Государство”. Развитие идей Платона об общности имуществпривело к появлению произведений, заложивших основы социализма Нового времени. Существеннымновшеством теорий раннего социализма было умозрительное распространение общностиимуществ на всех граждан (а не только на философов и воинов, как у Платона), а такжеобоснование демократических учреждений в государствах, базирующихся на общественнойсобственности.

В 1516 г. была опубликована “Золотая книга,столь же полезная, как и забавная, о наилучшем устройстве государства и о новомострове Утопии”. [Утопия по-гречески – “место, которого нет”. — Прим. авт.] Авторкниги – англичанин Томас Мор (1478–1535 гг.), правовед по образованию, прославилсякак блестящий адвокат, был избран в парламент, затем занимал должность судьи, помощникашерифа г. Лондона и другие должности. “Утопия” создана во время поездки во Фландриюв составе посольства.

Сочинение написано в виде диалога: мореплавательрассказывает автору и другим лицам о различных народах и странах, в том числе обострове Утопии .

В первой части сочинения Мор дал резкуюкритику огораживания и кровавого законодательства современной ему Англии. Порицаябессмысленную жестокость многочисленных законов, направленных против краж и бродяжничества,Мор остро ставит вопрос о причинах преступности в современном ему обществе. Основнаяпричина всех вообще пороков и бедствий, считал Mop, – частная собственность и обусловленныеею противоречия интересов личности и общества, богатых и бедных, праздности и изнурительноготруда, роскоши и нищеты. Частная собственность и деньги порождают преступления,которые “подвергаются ежедневной каре, но не обузданию”, общество само “создаетворов и одновременно их карает”.

Взгляд на собственность как основу общества,определяющую его структуру, психологию, нравы, учреждения, законы, позволил Морусделать ряд новых выводов о сущности государства и права. “При неоднократном и внимательномсозерцании всех процветающих ныне государств, – писал Mop, – я могу клятвенно утверждать,что они представляются не чем иным, как неким заговором богачей, ратующих под именеми вывеской государства о своих личных выгодах”. Богачи используют государство “во-первых,для того, чтобы удержать без страха потери то, что стяжали разными мошенническимихитростями, а затем для того, чтобы откупить себе за возможно дешевую плату работуи труд всех бедняков и эксплуатировать их, как вьючный скот. Раз богачи постановилиот имени государства, значит, также и от имени бедных, соблюдать эти ухищрения,они становятся уже законами”.

Автор “Утопии” одним из первых подчеркнули то, что сложность и запутанность законодательства, охрана его жесточайшими наказаниямиотвечают интересам богачей и направлены против трудящихся. Уже сами условия жизнипростого народа, его приниженное положение не дают возможности разобраться в сложномзаконодательстве, истолковать и понять его запутанные положения. “Да ему и жизнина это не хватит, – писал Mop, – так как она занята у него добыванием пропитания”.Эгоизмом богачей обусловлено также применение суровых, несправедливых наказанийк неимущим, перед которыми стоит “жестокая необходимость сперва воровать, а потомпогибать”.

Во второй части книги описываются учрежденияи нравы жителей острова Утопии, находящегося в Новом Свете, где-то в южном полушарии.В Утопии существует общность имуществ и всеобщая обязательность труда; это кореннымобразом отличает общественный и политический строй утопийцев от порядков всех другихгосударств.

Утопия – своеобразная федерация 54 городов.Утопийский сенат (по три представителя от каждого города) обсуждает общие дела острова– перераспределение продуктов, рабочей силы, прием иностранных посольств и др.

Устройство и управление каждого из городоводинаковы. В городе 6000 семей; в семье – от 10 до 16 взрослых. Каждая семья занимаетсяопределенным ремеслом (разрешен переход из одной семьи в другую). Для работы в прилегающейк городу сельской местности образуются “деревенские семьи” (от 40 взрослых), в которыхжитель города обязан проработать не менее двух лет (поощряются горожане, остающиесяв деревенской семье сверх этого срока).

Должностные лица в Утопии выборные. Каждые30 семей избирают на год филарха (сифогранта); во главе 10 филархов стоит протофиларх(транибор). Протофилархи избираются из числа ученых. Они образуют городской сенат,возглавляемый князем. Князь (принцепс) избирается филархами города из кандидатов,предложенных народом. Должность князя несменяема, если он не заподозрен в стремлениик тирании. Наиболее важные дела города решают народные собрания; они же избираютбольшую часть должностных лиц и заслушивают их отчеты.

При описании государственных учрежденийУтопии Мор во многом следовал античным образцам (государство-город, смешанная республикаи др.). Вместе с тем он высказал ряд суждений о коренном изменении задач и методовдеятельности государства, основанного на общественной собственности. Органы властиУтопии осуществляют общее руководство народным хозяйством и образованием. Именнопоэтому должностные лица избираются из среды ученых (траниборы – члены городскихсенатов); по той же причине создаются специальные учреждения для координации производстваи потребления в масштабах страны (общеутопийский сенат).

Томас Мор подчеркивает демократизм учрежденийутопийцев: “Между собой они живут дружно, так как ни один чиновник не проявляетнадменности и не внушает страха. Их называют отцами, и они ведут себя достойно.Должный почет им утопийцы оказывают добровольно, и его не приходится требовать насильно”.Когда возможно, государство сокращает и без того короткий (шестичасовой) рабочийдень. В Утопии существует широкая веротерпимость. Там много сект и религий. Запрещенолишь возбуждать религиозный фанатизм, осуждачь верования других (однако атеистыне могут занимать должности, а также публично защищать безбожие).

Всюду, где можно, государство стремитсяобойтись без запретов и регламентации, ограничивающих свободу граждан. Имеются общественныестоловые, но можно готовить пищу дома. “Хотя никому не запрещено обедать дома, ноникто не делает этого охотно, потому что считается непристойным и глупым тратитьтруд на приготовление худшей еды, когда во дворце, отстоящем так близко, готовароскошная и обильная”. Государство широко использует меры поощрения лиц, совершающихполезные для общества действия. В Утопии окружены всеобщим почетом граждане, добровольноисполняющие особо трудные или неприятные работы. Вместе с тем обязанность сифогрантов– наблюдать, чтобы никто не сидел праздно, а чтобы каждый усердно занимался своимремеслом.

Новы и оригинальны рассуждения Мора оправе в Утопии. Поскольку в Утопии нет частной собственности, споры между утопийцамиредки и преступления немногочисленны; поэтому утопийцы не нуждаются в обширном исложном законодательстве. “У утопийцев законоведом является всякий, ведь… у нихзаконов мало, и, кроме того, они признают всякий закон тем более справедливым, чемпроще его толкование… Утопийцы считают в высшей степени несправедливым связыватькаких-нибудь людей такими законами, численность которых превосходит возможностьих прочтения или темнота – доступность понимания для всякого”.

Очень своеобразно для своего времени Моррешает проблему наказания. Протестуя против применения смертной казни за кражу,Мор противопоставлял жестокому законодательству современной ему Англии законы живущегогде-то на востоке народа, по которым преступников не казнят, а присуждают к общественнымработам. Аналогичное законодательство существует в Утопии; утопийцы, совершившиетяжкое преступление, обращаются в “рабство”.

Рабство, о котором идет речь в “Утопии”,– совсем не то рабство, которое было известно Античному миру, – оно не пожизненно(князь или народ могут смягчить или прекратить рабство раскаявшихся и исправившихсяпреступников) и не наследственно. “По мнению утопийцев, оно является достаточносуровым для преступников и более выгодным для государства, чем спешить убить виновныхи немедленно устранить их. Труд этих лиц приносит более пользы, чем их казнь, ас другой стороны, пример их отпугивает на более продолжительное время других отсовершения подобного позорного деяния”. Рабами становятся также военнопленные, взятыес оружием в руках, и осужденные на казнь преступники, купленные в других странах.Рабы закованы в золотые цепи (чтобы воспитать общественное презрение к драгоценнымметаллам) и выполняют неприятные работы (убой и свежевание скота и т.п.). Однакорядом с ними трудятся свободные утопийцы, добровольно выполняющие грязные работы:“Чем более они несут рабский труд, тем больший почет получают от остальных”. Основнаямысль Мора сводится к тому, что принудительные работы – более гуманная мера наказания,чем широко распространенная в его время смертная казнь.

К войнам Мор относился резко отрицательно.Политике феодальных монархов, помышлявших в основном о завоеваниях и военной славе,он противопоставлял миролюбие утопийцев. “Утопийцы сильно гнушаются войною, какдеянием воистину зверским… вопреки обычаю почти у всех народов, они ничего несчитают в такой степени бесславным, как славу, добытую войной”.

Основным препятствием на пути учреждениянового строя Т. Мор считал жадность и гордость богачей. Он рассчитывал на разум(рационалистическое обоснование преимуществ общественной собственности, всеобщегоравенства и общего труда) и случай (в сочинении Мора – философ Утоп, основавшийновое государство и учредивший его законы).

Другие произведения Т. Мора не столь значительны,как “Утопия”, принесшая ему всемирную славу. Вскоре после опубликования этой книгианглийский король Генрих VIII приблизил к себе Мора, назначая его на высокие государственныедолжности вплоть до высшей – лорда-канцлера. Разрыв Генриха VIII с римским папойявился одной из причин отставки Мора, отрицательно относившегося к Реформации. Морбыл казнен по обвинению в государственной измене за отказ присягнуть королю какглаве церкви. Получилось, что Мор пострадал за веру; это было использовано католическойцерковью, канонизировавшей автора “Утопии” (1886 г.).

Последующие теоретики раннего социализмаиспытали на себе сильное влияние “Утопии”, в том числе и новых идей о государствеи праве.

Эти идеи получили дальнейшее развитиев произведениях Томмазо (Джиана Доменико) Кампанеллы (1568–1639 гг.). Доминиканскиймонах Кампанелла был заключен в тюрьму за участие в подготовке восстания противиспанского ига в Калабрии (южная Италия). В тюрьмах, где он провел около 27 лет,Кампанелла написал, в числе других произведений, “Город Солнца” (издано в 1623 г.).

При описании общественного строя ГородаСолнца Кампанелла во многом следует “Утопии” Томаса Мора. Город находится где-тона острове около экватора. Он основан народом, решившим “вести философский образжизни общиной”. Здесь нет частной собственности, все трудятся в соответствии сосвоими природными склонностями, труд почетен. Воспитание и обучение связаны с производительнымтрудом, организуются и регулируются государством.

Мысли Кампанеллы о наилучшем общественномстрое отличаются от взглядов Мора тем, что Кампанелла, подобно Платону, пыталсяраспространить принцип общности на брачно-семейные отношения; соответственно этомупроизводственной ячейкой в Городе Солнца является не семья, а мастерская или бригада.Всячески подчеркивая вслед за Мором почетность труда, Кампанелла осуждает рабство;поэтому преступников в Городе Солнца не присуждают к общественным работам. Вместес тем в описании порядков Города Солнца значительно резче, чем в “Утопии”, сказалисьуравнительность и грубый аскетизм. Вся жизнь соляриев (жителей Города Солнца) тщательнорегламентирована. Они носят одинаковую одежду, получают одинаковую пищу (тольков общественных столовых), военным строем отправляются работать, питаться, отдыхать,развлекаться.

Кампанелла полагал, что в обществе, основанномна общей собственности, сохранится государство. Однако государство, им описанное,резко отличалось от всего, что было известно истории политической мысли и государственныхучреждений. Власть и управление в Городе Солнца основываются на трех принципах:1) главными задачами нового государства будут организация производства и распределения,управление воспитанием граждан; 2) эти задачи государства обусловливают значительнуюроль ученых в осуществлении власти и управления; 3) новый общественный строй требуетучастия народа в управлении государством. Мор, наметивший эти принципы, считал возможнымих осуществление в рамках соответствующим образом модифицированной смешанной республики,воспроизводящей ряд характерных черт античных и средневековых городских республик.Кампанелла же изображает совершенно новую организацию государственной власти, неимеющую аналогии в истории.

Ученые и лица, сведущие в какой-либо отраслизнания или искусства, образуют централизованную иерархию должностных лиц. Во главеГорода стоит верховный правитель – “Солнце” (“Метафизик”) – всесторонне образованныйчеловек, сведущий во всех науках, искусствах, ремеслах. Соответственно трем главныматрибутам бытия (мощь, мудрость, любовь) ему помогают три соправителя: “Пон” (“Сила”– ведает военным делом), “Син” (“Мудрость” – руководит развитием наук), “Мор” (“Любовь”– управляет воспитанием, деторождением, сельским хозяйством, производством продуктовпитания, одежды и др.).

Коллегии высших должностных лиц подчиненылица, ведающие узкими специальностями (таковы, в частности, Агроном, Скотовод, Воспитатель,Экономист, Перспективист, Геометр, Поэт, Астроном). Имеются начальники отрядов,главные мастера; существуют и такие должности, как Правосудие (уголовное и гражданское),Мужество, Великодушие, Усердие, Бодрость, и т. д. Власть должностных лиц опираетсяна всеобщее уважение и добровольное подчинение; они распоряжаются при производстверабот, решают споры, наказывают нарушителей порядка, поощряют достойных, воспитываюти обучают подрастающее поколение.

В Городе Солнца дважды в лунный месяцсозывается общее собрание всех соляриев, достигших 20-летнего возраста. На БольшомСовете, как называется это собрание, каждому предлагается высказаться о том, какиеесть в государстве недочеты. На Большом Совете обсуждаются все важные вопросы жизнигосударства.

Весьма оригинальны мысли Кампанеллы оспособах сочетания демократии и правления ученых-специалистов. Кандидатуры на тотили иной пост предлагаются воспитателями, старшими мастерами, начальниками отрядови другими должностными лицами, знающими, кто из соляриев к какой должности болеепригоден; в Большом Совете каждый может высказаться за или против избрания; решениео назначении на должность выносится коллегией должностных лиц (четыре главных правителя,руководители соответствующих наук или ремесел, начальники отрядов).

Большому Совету принадлежит право поддержатьили, наоборот, предотвратить назначение какого-либо лица; еще обширнее права Советав контроле, критике и смене должностных лиц – здесь ему принадлежит решающее слово.Как видно, Кампанелла, считавший, что для исполнения той или иной должности необходимыспециальные познания, четко понимал, что даже и наличие таких познаний не дает праваоставаться в должности лицу, не завоевавшему популярности у сограждан.

Должностным лицам помогают советом такназываемые жрецы, которые определяют дни посева и жатвы, ведут летопись, занимаютсянаучными изысканиями (в том числе модной тогда астрологией, которую Кампанелла вдухе времени считал важной наукой).

В Городе Солнца существуют право, правосудие,наказания. Законы немногочисленны, кратки и ясны. Текст законов вырезан на колоннаху дверей храма, где осуществляется правосудие. Солярии спорят друг с другом почтиисключительно по вопросам чести. “Они преследуют у себя неблагодарность, злобу,отказ в должном уважении друг к другу, леность, уныние, гневливость, шутовство,ложь, которая для них ненавистнее чумы”. Процесс гласный, устный, быстрый. Для уличениянеобходимо пять свидетелей (это определяется тем, что солярии всегда ходят и работаютотрядами). Пытка и судебные поединки, свойственные феодальному процессу, не допускаются.Наказания воздаются по справедливости и соответственно проступку.

Кампанелла порицал аморализм политикови тиранов, придумавших понятие “государственная необходимость”, которое сводитсяк выгодному только им правилу – “для сохранения и приобретения власти можно преступитьлюбой закон”. Кампанелла с горечью писал:

“Государи почитают Макиавелли за Евангелие.Ведь никто не верит ни в Библию, ни в Коран, ни в Евангелие, а все ученые и государисуть политики – макиавеллисты”.

Представления Кампанеллы о путях утверждениянового общества туманны. Город Солнца основан неким мифическим народом, сведущимв философии и астрологии. По мере распространения необходимых познаний весь мирпридет к тому, что будет жить согласно их (соляриев) обычаям. Порядки Города Солнцаон называет, как и Утопию Томаса Мора, “образцом для посильного подражания”, государственнымустройством, “открытым посредством философских умозаключений”.

§ 7. Заключение

Новое политико-правовое мышление наметилотенденцию перехода от сословного к гражданскому обществу в общеевропейском масштабе.В XVI в. обозначились правовые и политические основы гражданского общества. Во-первых,утверждалась идея природного, морального, правового, религиозного равенства людей,идея, лежащая в основе и новых политико-правовых концепций, и массовых религиозно-политическихдвижений. Во-вторых, после почти полуторатысячелетнего перерыва государство рассматривалоськак общественное явление, не только самостоятельное по отношению к религии и церкви,но и даже имеющее превосходство над ними.

Новая политико-правовая идеология основываласьна рационалистической методологии и изучении государственно-правовой практики. Заглавную предпосылку, обусловливающую необходимость и деятельность государства, бралась“природа человека”, его склонности и интересы. Государство и право логически выводилисьиз этой посылки, рассматривались в связи с интересами людей, их отношениями, историейи природной средой. Эти методологические положения были подчинены задаче обоснованияантифеодальной программы, ряда общечеловеческих ценностей. Такова идея личности,освобожденной от феодальных оков и наделенной рядом прав и свобод. Концепция правчеловека сложилась на последующих этапах развития политико-правовой идеологии, ноее теоретические основы заложены в трудах мыслителей XVI в.

В XVI в. речь шла еще преимущественноо преодолении религиозного и церковного отчуждения: опирающиеся на многовековуютрадицию церковь и религия, когда-то созданные людьми, превратились в чуждую имсилу противостоящего народу духовенства, иррациональных обрядов, догм. Стремлениепреодолеть это отчуждение и породило Реформацию. Большинством реформаторов проблемаполитического отчуждения рассматривалась как производная от религиозной и церковнойпроблем.

В то же время раскованность мысли в периодВозрождения положила начало созданию множества рационалистических политико-правовыхконцепций. Среди теоретиков той эпохи наиболее значителен Макиавелли, однако онмного сделал для теоретического обоснования политического отчуждения. Коль скоросфера политики – это область деятельности политиков, то народ от политики неизбежноотчужден. Именно поэтому Макиавелли – республиканец, а не демократ: он высоко ценитнравственные качества народа, но народу в государстве не отводится активная роль(только утверждение законов, выбор должностных лиц, оценка их деятельности, охранагосударственного строя). Можно истолковать концепцию смешанной республики как идеюзащиты гражданского общества от произвольной власти тирана; но сама власть в любомее виде и проявлении рассматривается как нечто принципиально отделенное от обществахотя бы теми особыми правилами, которыми она должна руководствоваться, проводя политику.Поэтому для исследования политики как таковой труды Макиавелли имеют непреходящеезначение. Но проблема политического отчуждения в его концепции вечна и неразрешима.

Многие программные идеи XVI в. получилиразвитие в буржуазной политико-правовой идеологии последующих веков; таковы идеинезыблемости частной собственности и договорных отношений, свободы промыслов и торговли,осуществление которых при формальном равенстве лиц образует капиталистический вариантгражданского общества. Для XVI в. эти идеи и тенденции их реализации были прогрессивны,поскольку вели к сокрушению феодально-сословного строя. Но в том же веке стали складыватьсятеории, отрицавшие не только феодально-сословное общество, но и любой строй, основанныйна частной собственности и имущественном неравенстве. Взгляд на платоновскую общностьимуществ как на основу рационально организованного общества с самого начала былкоррективом к буржуазному образу гражданского общества, содержал идею его социализации.

Ранние социалисты теоретически доказывалинедостаточность лишь формального равенства людей. Идея производства и распределенияна основе общественной собственности более всего была порождена стремлением достичьсоциального равенства и свободы людей, их материальной обеспеченности. Но в условияхнизкого уровня развития производства это равенство в их трудах доводилось до уравнительности(даже одинаковой пищи и одежды), ограничения потребностей членов общества. Необходимостьгосударственного или общественного руководства экономикой, не знающей товарно-денежныхотношений, порождала мысль о детальной законодательной регламентации отношений производстваи потребления, быта и образования. Неумение найти стимулы к труду в обществе безконкуренции и частной собственности вело к преувеличению возможностей прямого государственногопринуждения и надзора над процессом труда. Получилось так, что стремление преодолетьантагонизмы общества, порожденные частной собственностью, привело к умозрительномуконструированию общества, совпадающего с государством. Это государство при всейнеобычности для того времени его демократических форм все же противостояло народу,поддерживая раз навсегда разработанный философский идеал. Именно поэтому Кампанелла,идеи которого по всем положениям отличались от взглядов Макиавелли, сходится с нимв определении форм и степени участия народа в управлении государством: народ в ГородеСолнца все же не определяет политику, а, скорее, лишь оценивает ее.


Глава9. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В ГОЛЛАНДИИ И АНГЛИИ В ПЕРИОД РАННИХ БУРЖУАЗНЫХРЕВОЛЮЦИЙ

 

§ 1.Введение

В XVII в. в Западной Европе началось революционноенизвержение сословно-феодального строя. От начала революции в Англии исчисляетсяНовое время – период истории, сменивший средневековье.

Идеологическим знаменем антифеодальныхдвижений в Голландии, Англии и в других странах было протестантство. На основе кальвинизмасформировался особый тип личности – носитель новой протестантской этики, предписывающейличный аскетизм, трудолюбие и деловую честность. Сосредоточившись в городах, труженики-кальвинисты,объединенные религией, общностью интересов и деловыми связями, стремились освободитьсяот гнета и посягательств на их жизнь и свободу католической церкви и дворянско-монархическихгосударств. Первой страной, успешно осуществившей революцию, была Голландия (Нидерланды,Республика Соединенных провинций), выдержавшая многолетнюю (1565–1609 гг.) освободительнуювойну против феодальной Испании, пытавшейся мечом и огнем искоренить распространившийсяв Нидерландах кальвинизм. Вторая буржуазная революция произошла в Англии (“Великиймятеж” 1642–1649 гг. и “Славная революция” 1688–1689 гг.). Идеологическим знаменемэтих революций был кальвинизм, но их концептуальным выражением и итогом стали теорииестественного права и общественного договора, основанные на рационализме.

Рационализм, т.е. оценка общественныхотношений с позиций “здравого разума”, применение к ним правил логики (типа: есливсе люди равны по природе, в чем смысл и оправдание сословных привилегий?) былимогучим орудием критики феодальных отношений, несправедливость которых становиласьочевидной, когда к ним прилагалась мерка природного равенства людей.

Социальной основой революций XVII в. былигорожане (растущая буржуазия) и угнетенное феодалами крестьянство.

Классическим воплощением нового мировоззренияявилась теория естественного права. Эта теория стала складываться в XVII в. и сразуже получила широкое распространение. Ее идейные истоки восходят к трудам раннихбуржуазных мыслителей, особенно к их попыткам построить политико-правовую теориюна исследовании природы и страстей человека. Теория естественного права основанана признании всех людей равными (от природы) и наделенными (природой же) естественнымистрастями, стремлениями, разумом. Законы природы определяют предписания естественногоправа, которому должно соответствовать положительное (позитивное, волеустановленное)право. Антифеодальный характер теории естественного права состоял уже в том, чтовсе люди признавались равными, и это (естественное равенство людей) было возведенов обязательный принцип положительного, т.е. действующего, права.

§ 2. Возникновение теории естественного права. Учение Г. Гроцияо праве и государстве

Первым крупным теоретиком школы естественногоправа был нидерландский ученый Гуго Гроций (1583–1645 гг.).

Нидерланды XVII в. представляли собойнаиболее развитую страну того времени. В результате успешной борьбы против гнетаиспанского короля и феодалов Нидерланды добились независимости и создания республики.Между группами горожан и дворянства Нидерландов шла борьба за власть, нередко вформе столкновений кальвинистских сект. Приняв участие в этой борьбе, Гроций былосужден сторонниками враждебной группировки и вынужден эмигрировать во Францию.Там он написал знаменитый трактат “О праве войны и мира. Три книги” (1625 г.).

Цель трактата – решение актуальных проблеммеждународного права. Разбор теоретических проблем войны и мира потребовал решенияболее общих вопросов о праве, справедливости, их источниках, формах существования,методах изучения. В результате Гроцием была разработана политико-правовая доктрина,основанная на новой методологии, содержащая оригинальные решения ряда проблем общейтеории права и государства, а также некоторые радикальные для того времени программныеположения.

Исходный пункт учения Греция – природачеловека, социальные качества людей. Греции различает право естественное и правоволеустановленное.

Источником естественного права являетсячеловеческий разум, в котором заложено стремление к спокойному общению человекас другими людьми. На этой основе Греции определяет предписания естественного права(требования разума), к которым относит “как воздержание от чужого имущества, таки возвращение полученной чужой вещи и возмещение извлеченной из нее выгоды, обязанностьсоблюдения обещаний, возмещение ущерба, причиненного по нашей вине, а также воздаяниелюдям заслуженного наказания”.

Волеустановленное право (оно делится начеловеческое и божественное) должно соответствовать предписаниям естественного права.

Греции писал, что он не стремится затрагиватьжгучие вопросы современности и будущего: “Поистине признаюсь, что, говоря о праве,я отвлекался мыслью от всякого отдельного факта, подобно математикам, которые рассматриваютфигуры, отвлекаясь от тел”. Однако уже исходная, стержневая категория его доктрины– понятие и содержание справедливости и естественного права – раскрывается черезте частноправовые институты, воплощение которых в законодательстве имело первостепеннуюважность для становления гражданского общества и для развивающейся буржуазии. “Общество,– утверждал Гроций, – преследует ту цель, чтобы пользование своим достоянием былообеспечено каждому общими силами и с общего согласия”. Поэтому справедливость какусловие общежития “целиком состоит в воздержании от посягательств на чужое достояние”.

Противопоставление Гроцием требованийестественного права нормам права волеустановленного, т. е. существовавшим в большинствестран феодальным правовым институтам, явилось орудием критики феодального праваи феодального строя в целом. Сам Гроций еще не делал из теории естественного праварадикальных выводов; но теоретические основы для таких выводов, сделанных впоследствииидеологами революционной буржуазии, заложены были Гроцием.

В трудах Греция нередки ссылки на богаи св. писание; однако бог в его доктрине откровенно подчинен законам природы: “Естественноеже право столь незыблемо, что не может быть изменено даже самим богом… Подобнотому, как бог не может сделать, чтобы дважды два не равнялось четырем, так точноон не может зло по внутреннему смыслу обратить в добро”. Поэтому естественному правудолжно соответствовать не только человеческое, но и божественное волеустановленноеправо (т.е. предписания религии).

Согласно Гроцию, некогда существовало“естественное состояние”, когда не было ни государства, ни частной собственности.Развитие человечества, утрата им первоначальной простоты, стремление людей к общению,их способность руководствоваться разумом побудили их заключить договор о созданиигосударства.

Теория договорного происхождения государстварезко противостояла феодальным концепциям “богоустановленности” власти. “Первоначальнолюди объединились в государство не по божественному повелению, – писал Гроций, –но добровольно, убедившись на опыте в бессилии отдельных рассеянных семейств противнасилия, откуда ведет свое происхождение гражданская власть”.

Идея договорного возникновения государствавысказывалась в истории политико-правовой мысли задолго до Греция; в практике среднихвеков договоры между феодалами, между феодалами и городами были формой, источникомправа, в том числе и публичного права. Но только у Греция договор о создании государстварассматривается как исходное понятие теории государства, как основа самого государства,длящихся отношений власти и подчинения. Начиная с Гроция почти все теоретическиепостроения XVII–XVIII вв., объясняющие сущность, причины, способы создания государства,исходили из этой посылки.

Государство Гроций определял как “совершенныйсоюз свободных людей, заключенный ради соблюдения права и общей пользы”. Признакомгосударства является верховная власть, к атрибутам которой Гроций, подобно Бодену,относил издание законов (в области как религиозной, так и светской), правосудие,назначение должностных лиц и руководство их деятельностью, взимание налогов, вопросывойны и мира, заключение международных договоров.

Первостепенное внимание к проблемам международногоправа требовало специального исследования вопроса о носителе верховной власти, атем самым о формах правления. Выводы Гроция в этой части довольно умеренны. Каждаясуществующая форма правления имеет своим источником общественный договор, считалон, поэтому носителем суверенитета являются лицо, или группа лиц, или собрание либосочетание лиц и собраний, обладающие атрибутами верховной власти. Носители верховнойвласти представляют государство не только в международных связях, но и в отношенияхс собственным народом. При создании государства народ мог избрать любую форму правления;но, избрав ее, народ должен повиноваться правителям и не может без их согласия изменитьформу правления, ибо договоры, согласно естественному праву, должны исполняться.Поэтому Гроций считал правомерной любую существующую форму правления и отрицал правоподданных сопротивляться хотя бы и несправедливым предписаниям власти.

Однако в эту концепцию Гроций вносит рядсущественных коррективов. Во-первых, народ может изменить образ правления, еслиэто право (явно или неявно) оставлено за ним общественным договором либо если договоррасторгнут правителями государства. Во-вторых, что более существенно для доктрины,при особых обстоятельствах право народа преобразовать государство вытекает из существаобщественного договора. Поскольку при заключении общественного договора люди врядли возложили на себя “суровую обязанность при всех обстоятельствах предпочесть смертьнеобходимости вооруженного сопротивления насилию начальствующих лиц”, подданныевправе считать общественный договор расторгнутым в случае “крайней необходимости”,“большой и явной опасности”, грозящей подданным со стороны правителей государства.К таким случаям относится тот, когда “царь, проникнутый чисто враждебным духом,замышляет гибель всего народа”. В частности, замечал Гроций, явно имея в виду борьбуНидерландов против гнета феодальной Испании, правомерно сопротивление монарху, если“ради благополучия одного народа он задумает гибель другого, чтобы устроить тамколонии”.

Прогрессивны также международно-правовыевзгляды Гроция. Главной причиной написания “Трех книг о праве войны и мира” былостремление Гроция доказать, что во время войны глас закона не заглушается грохотоморужия. Естественное право сохраняет свое действие и во время войн, о чем, печалилсяГроций, нередко забывали его современники: “Я был свидетелем такого безобразия навойне между христианами, которое позорно даже для варваров, а именно: сплошь и рядомберутся за оружие по ничтожным поводам, а то и вовсе без всякого повода, а раз начаввойну, не соблюдают даже божеских, не говоря уже о человеческих, законов, как еслибы в силу общего закона разнузданное неистовство вступило на путь всевозможных злодеяний”.

Гроций осуждал агрессивные, захватническиевойны, считал, что их зачинщики должны нести ответственность. Если же война началась,то она должна вестись ради заключения мира и подчиняться принципам естественногоправа. Одним из принципов международного права Гроций считал незыблемость договоровмежду государствами.

Книга Гроция уже в 1627 г. по распоряжениюпапы была внесена в Индекс запрещенных книг; тем не менее за 30 последующих летвышло более 40 ее различных изданий. Разработанная Гроцием теория естественногоправа и идея общественного договора сразу же приобрели интернациональный характер;после Гроция крупнейшим их теоретиком был англичанин Т. Гоббс (см. § 3), делавший,однако, из концепции общественного договора выводы в защиту абсолютизма и уподоблявшийподданных рабам государства. С этими выводами резко полемизировал нидерландскийфилософ Спиноза (см. § 4).

§ 3. Основные направления политической и правовой идеологии впериод английской буржуазной революции 1642–1649 гг.

В середине XVII в. произошла революцияв Англии. Для идеологии различных политических группировок, выступавших в годы революции(1642–1649 гг.), характерно использование религиозных форм. Идеологическим знаменемреволюционных сил являлся кальвинизм в его различных разновидностях. Одним из требованийреволюции была “чистка” англиканской церкви от остатков католицизма; поэтому противникикороля назывались пуританами (от английского pure или от латинского purus – чистый).Наряду с религиозными доводами идеологи революции использовали положения теорииестественного права, ссылались на прирожденные права англичан; широкое распространениеполучила также идея договорного происхождения государственной власти.

В процессе развития революции выявилисьразличия интересов участвующих в ней классов, их разные представления о целях изадачах общей борьбы против сословно-феодального строя, государства и права. Этимобусловлены различия основных направлений политико-правовой идеологии, выразившиесяпреимущественно в программных требованиях и наложившие отпечаток на способы их обоснования.

Теория естественного права в целом отвергаласьсторонниками короля, которые ссылались на священное писание (“нет власти, кромекак от бога”).

Среди защитников абсолютизма в периодреволюции очень сложную позицию занимал английский философ-материалист Томас Гоббс(1588–1679 гг.). Он написал ряд произведений; основное из них – “Левиафан, или материя,форма и власть государства” (1651 г.).

Учение о праве и государстве Гоббс стремилсяпревратить в столь же точную науку, как геометрия, которая “является матерью всехестественных наук”. Математический метод, по Гоббсу, свободен от субъективных оценок.Учения о праве и справедливости постоянно оспариваются как пером, так и мечом, междутем как учение о линиях и фигурах не подлежит спору, ибо не задевает интересы людей,особенно власть имущих (если бы теорема Пифагора противоречила интересам властьимущих, то все книги по геометрии были бы сожжены). Однако намерение Гоббса создатьсвободное от субъективных оценок политико-правовое учение оказалось несбыточным;при всей абстрактности исходных позиций его учения и логичности выводов из этихпозиций и выводы, и сами исходные позиции несли на себе четкий отпечаток бурнойполитической борьбы в Англии той эпохи.

Гоббс строил свое учение на изучении природыи страстей человека. Мнение Гоббса об этих страстях и природе крайне пессимистично:людям присущи соперничество (стремление к наживе), недоверие (стремление к безопасности),любовь к славе (честолюбие). Эти страсти делают людей врагами: “человек человеку– волк” (homo homini lupus est). Поэтому в естественном состоянии, где нет власти,держащей людей в страхе, они находятся в “состоянии войны всех против всех” (bellumomnia contra omnes).

Определенное влияние на учение Гоббсаоказали и острые классовые столкновения в гражданской войне: “Соперничество в добываниибогатств, почестей, командования или другой власти, – писал Гоббс, – приводит краспрям, вражде и войне, ибо один конкурент идет к достижению своего желания путемубийства, подчинения, вытеснения или отталкивания другого”.

Пагубность “состояния войны всех противвсех” понуждает людей искать путь к прекращению естественного состояния; этот путьуказывают естественные законы, предписания разума (по Гоббсу, естественное право– свобода делать все для самосохранения; естественный закон – запрет делать то,что пагубно для жизни).

Естественные законы гласят, что следуетискать мира; в этих целях всем нужно взаимно отказаться от права на все; “люди должнывыполнять заключенные ими соглашения”.

Отказываясь от естественных прав (т. е.свободы делать все для самосохранения), люди переносят их на государство, сущностькоторого Гоббс определял как “единое лицо, ответственным за действия которого сделалосебя путем взаимного договора между собой огромное множество людей, с тем, чтобыэто лицо могло использовать силу и средства всех их так, как оно сочтет это необходимымдля их мира и общей защиты”.

Государство – это великий Левиафан (библейскоечудовище), искусственный человек или земной бог; верховная власть – душа государства,судьи и чиновники – суставы, советники – память; законы – разум и воля, искусственныецепи, прикрепленные одним концом к устам суверена, другим – к ушам подданных; наградыи наказания – нервы, благосостояние граждан – сила, безопасность народа – занятие,гражданский мир – здоровье, смута – болезнь, гражданская война – смерть.

Власть суверена абсолютна: ему принадлежатправо издания законов, контроль за их соблюдением, установление налогов, назначениечиновников и судей; даже мысли подданных подчинены суверену – правитель государстваопределяет, какая религия или секта истинна, а какая нет.

Гоббс, подобно Бодену, признает толькотри формы государства. Он отдает предпочтение неограниченной монархии (благо монархатождественно благу государства, право наследования придает государству искусственнуювечность жизни и т.д.).

В период революции и гражданской войныГоббс осуждал смуты, мятежи, попытки парламента ограничить власть короля. Однакоконцепция Гоббса не пользовалась популярностью у сторонников короля. Дело не тольков методологии учения Гоббса, решительно противостоявшего теологической идеологииабсолютизма. Не менее важно, что консервативная политическая программа в концепцииГоббса соединялась с обоснованием и защитой прогрессивных для того времени принциповчастного права.

То, что Гоббс писал об абсолютности государственнойвласти, относилось более всего к области публичного, политического права. Обеспечениемира и безопасности требует, по Гоббсу, возложения на подданных в области политическихотношений одних лишь обязанностей, предоставления суверену – только прав. Однакоже в области частноправовых отношений подданным должны предоставляться широкая правоваяинициатива, система прав, свобод и их гарантий.

Отсутствие у подданных каких-либо правпо отношению к суверену толкуется Гоббсом как правовое равенство лиц в их взаимныхотношениях. Гоббс отнюдь не сторонник феодально-сословного деления общества на привилегированныхи непривилегированных. В отношениях между подданными суверен должен обеспечить равнуюдля всех справедливость (“принцип которой гласит, что нельзя отнимать ни у коготого, что ему принадлежит”), незыблемость договоров, беспристрастную защиту длякаждого в суде, определить равные налоги. Одна из задач государственной власти –обеспечение той собственности, “которую люди приобрели путем взаимных договороввзамен отказа от универсального права”. Частная собственность, по Гоббсу, являетсяусловием общежития, “необходимым средством к миру”. Собственность, не забывает добавитьГоббс, не гарантирована от посягательств на нее со стороны суверена, но это относитсяболее всего к установлению налогов, которые должны взиматься с подданных без каких-либоисключений и привилегий.

Неограниченность власти и прав правителягосударства не означает в концепции Гоббса апологии абсолютизма континентальногообразца с его сословным неравенством, всеобщей опекой и тотальной регламентацией.Гоббс призывал суверена поощрять всякого рода промыслы и все отрасли промышленности,но предлагавшиеся им методы далеки от политики протекционизма.

В трудах Гоббса содержится понимание свободыкак права делать все то, что не запрещено законом: “Там, где суверен не предписалникаких правил, подданный свободен делать или не делать согласно своему собственномуусмотрению”. Цель законов не в том, чтобы удержать от всяких действий, а в том,чтобы дать им правильное направление. Законы подобны изгородям по краям дороги,поэтому лишний закон вреден и не нужен. Все, что не запрещено и не предписано законом,предоставлено усмотрению подданных; таковы “свобода покупать и продавать и инымобразом заключать договоры друг с другом, выбирать свое местопребывание, свою пищу,свой образ жизни, наставлять своих детей по своему усмотрению и т.д.”. Рассуждаяоб отношениях подданных между собой, Гоббс обосновывал ряд конкретных требованийв области права: равный для всех суд присяжных, гарантии права на защиту, соразмерностьнаказания преступлению и др.

Оценка доктрины Гоббса в истории политическоймысли остается дискуссионной. Некоторые исследователи усматривают в учении Гоббсаразличные противоречия. Либеральные демократы считают ошибкой Гоббса отрицание политическихправ и свобод; сторонники тоталитаризма, напротив, видят противоречия в допущенииГоббсом прав и свобод подданных в области частного права. Между тем доктрина Гоббсапротиворечива не более чем обоснованный им политико-правовой идеал – гражданскоеобщество, охраняемое авторитарной властью. В концепции Гоббса нет оправдания тоталитаризма:

“Граждане пользуются тем большей свободой,чем больше дел законы оставляют на их усмотрение, – писал Гоббс. – Граждане цепенеют,если не делают ничего без прямого предписания закона… Законы установлены не дляустрашения, а для направления человеческих действий, подобно тому как природа поставилаберега не для задержания течения реки, а для того, чтобы направлять его”. Представленияо возможности и необходимости сочетания неограниченной власти суверена и гражданскихправ подданных были присущи не только Гоббсу. Даже в обращении к подданным с эшафотаКарл I заявил толпе собравшихся англичан: “Ваши вольности и свобода заключаютсяв наличии правительства, в тех законах, которые наилучше обеспечивают вам жизньи сохранность имущества. Это проистекает не из участия в управлении, которое никаквам не надлежит. Подданный и государь – это совершенно различные понятия”. В последующиевека не было недостатка в предположениях, что основой гражданского общества (илиего учредителем) может и должна быть авторитарная власть.

Особенность учения Гоббса в том, что гарантиейправопорядка и законности он считал неограниченную власть короля, с осуждением отнессяк гражданской войне, усмотрев в ней возрождение пагубного состояния “войны всехпротив всех”. Поскольку же такая война, по его теории, вытекала из всеобщей враждебностииндивидов, Гоббс и выступал в защиту “королевского всемогущества”. Что касаетсяпессимистических взглядов Гоббса на “природу человека” (люди злы) и основанных наэтом выводов о необходимости государства, то аналогичные взгляды и выводы были свойственныряду его современников, в том числе М. Лютеру, которого, насколько известно, никтоне упрекал в “реакционности политических взглядов”.

Важно отметить, что, по Гоббсу, цель государства(безопасность индивидов) достижима не только при абсолютной монархии: “Там, гдеизвестная форма правления уже установилась, – писал он, – не приходится рассуждатьо том, какая из трех форм правления является наилучшей, а всегда следует предпочитать,поддерживать и считать наилучшей существующую”. Не случайно эволюция взглядов Гоббсазавершилась признанием новой власти (протектората Кромвеля), установившейся в Англиив результате свержения монархии. Если государство распалось, заявлял Гоббс, правосвергнутого монарха остается, но обязанности подданных уничтожаются; они вправеискать себе любого защитника. Это положение Гоббс сформулировал в виде одного изестественных законов и адресовал солдатам армии свергнутого короля: “Солдат можетискать своей защиты там, где он больше всего надеется получить ее, и может законнымобразом отдать себя в подданство новому господину”.

Реакционные феодалы Англии отрицательноотносились к теории Гоббса. После реставрации Стюартов и смерти Гоббса его сочиненияв Англии были запрещены.

Ведущей партией революции были индепенденты(independent – независимый). Политико-правовые взгляды индепендентов выражены впамфлетах великого английского поэта Джона Мильтона (1608–1674 гг.). Мильтон защищалсвободу совести и равноправие всех религий, кроме католической. Опровергая доводыидеологов абсолютизма в защиту прав короля, Мильтон писал, что государство созданопо велению бога общественным соглашением народа, который, в силу прирожденной свободылюдей, имеет право управлять собой и создать тот образ правления, какой ему угодно.Для защиты общего блага народ назначил правителей, королей и сановников, над которымипоставил законы. Если короли говорят, что их власть от бога, то от бога же и свободанарода, власть которого первична, основана на прирожденных правах. Король же, правящийтиранически, – нарушитель договора и законов. Когда тирана судят вместо того, чтобыпросто убить, – это проявление кротости и милосердия народа. Такими доводами Мильтоноправдывал революцию и казнь короля.

В целом индепенденты не были сторонникамиширокой демократии; поначалу они стремились утвердить в Англии конституционную монархию,затем (после 1649 г.) республику с цензовым избирательным правом. В выступлениях“грандов” (так называли высших офицеров, сторонников Кромвеля), практических политикови руководителей этой группировки, содержится характерная аргументация против демократическихпрограмм. Наиболее ясно и конкретно позицию индепендентов вырячил в дискуссии слевеллерами (см. ниже) зять Кромвеля генерал-комиссар Генри Айртон (1611–1651 гг.).“Все главное, о чем я говорю, сводится к необходимости считаться с собственностью.Ведь она является важнейшей основой всего королевства, и если вы, – обращался онк левеллерам, – уничтожите ее, вы уничтожите все”.

Айртон оспаривал теорию естественногоправа, доводами которой, как он считал, невозможно обосновать собственность; поестественному праву каждый нуждающийся может посягнуть на чужое имущество. Основасобственности – не естественное, а именно гражданское право, источником которогоявляется договор. “Ни закон бога, ни закон природы не дают мне собственности, –говорил Айртон. – Собственность есть установление человеческой конституции”. Кольскоро собственность установлена государством (в основе и собственности, и государства,как утверждал Айртон, общественное соглашение, договоры), то государство должнобыть устроено так, чтобы собственность надежно охранялась. Гарантия собственностив том, чтобы во власти участвовали те, “кто владеет постоянным интересом в стране”,т.е. у кого находится земля, кто состоит в корпорациях, держит в руках всю торговлю.Только при этом условии “свобода может быть дана, а собственность не будет разрушена”.

Исходя из этого, Айртон возражал в 1648г. против требования заменить монархию республикой; любая попытка пересмотра конституции,особенно ее демократизация, рассматривалась как возможное посягательство на существующеераспределение собственности: “Гораздо больше грехов последует от того, что вы изменитеконституцию, – говорил он левеллерам, – чем от того, что вы ее сохраните”.

Против компромиссной позиции индепендентов,за республику и демократическую конституцию Англии выступили левеллеры (leveller– уравнитель). Группа идеологов, получившая это название, сложилась в конце первойгражданской войны; ее опорой являлись солдаты армии, требовавшие продолжения революции,демократизации государства, обеспечения прав и свобод народа.

Одним из идейных лидеров левеллеров былДжон Лильберн (1613, 1614 или 1618–1657 гг.). В многочисленных памфлетах, петициях,проектах и письмах он ссылался на “божье слово”, разум и естественное право. Последнеезанимает стержневое место в его доктрине, причем толкуется более как прирожденныеправа англичан.

Прирожденными правами Лильберн и его единомышленникисчитали свободы слова, совести, печати, петиций, торговли, свободу от военной службы,равенство перед законом и судом. Все люди “по природе равны и одинаковы по силе,званию, власти и величию”. Левеллеры резко выступали против сословных различий ипривилегий. К числу естественных прав они относили частную собственность: “Каждойличности дана личная собственность природой так, чтобы никто ее не нарушал и неузурпировал”.

Первостепенное значение левеллеры придавалипроблемам демократизации государственного строя Англии. Государство, писал Лильберн,создано взаимным соглашением людей “для доброй пользы и блага каждого”. Отсюда проистекаетнеотчуждаемое право народа организовать государство таким образом, чтобы это благобыло обеспечено. Власть должна быть основана на свободном выборе или согласии народа;никто не может господствовать над людьми без их свободного согласия. Исходя из этого,левеллеры требовали ликвидации королевской власти, палаты лордов, резко критиковалипротивостоявшие народу органы власти Ими разработаны проекты “Народного соглашения”– республиканской конституции Англии. К основным требованиям левеллеров в областиполитической относились: народное представительство, избираемое на один или двагода; предоставление избирательных прав всем англичанам с 21 года (кроме бывшихактивных сторонников короля); закрепление прирожденного права англичан избиратьшерифов, судей и других должностных лиц; совершенствование избирательной системы(равная, пропорциональная система выборов). Отстаивая принцип законности (равныйдля всех закон, без изъятий и привилегий), Лильберн близко подходил к идее “разделениявластей”. Порицая всевластие “Долгого парламента”, Лильберн утверждал, что неразумно,несправедливо и губительно для народа, чтобы законодатели были одновременно и исполнителямизаконов. Не может парламент и осуществлять правосудие; депутаты должны лишь приниматьзаконы, правила, инструкции для судов и должностных лиц, равно обязательные длявсех (и для депутатов). В то же время все исполнители законов – чиновники, офицеры,судьи – не должны быть депутатами парламента. Левеллеры утверждали, что при соединениив одних руках власти принимать законы, исполнять их и осуществлять суд неизбежнывозрождение привилегий, нарушения законности, узурпация власти.

При обсуждении проектов “Народного соглашения”возникла острая дискуссия между грандами и левеллерами о соотношении демократиии собственности. Возражая против требования всеобщего избирательного права, Айртонссылался на то, что большая часть населения не имеет собственности: “Почему этилюди не могут проголосовать против собственности?” Левеллеры тоже боялись поколебатьотношения собственности. Они согласились ограничить избирательное право, предоставивего только домохозяевам и исключив лиц, получающих пособие по бедности, состоящихв услужении, получающих заработную плату от частного лица.

Не менее существенны протесты вождей движенияпротив наименования их левеллерами, их резкие выпады против “жалких диггеров” (см.далее), возражения против “невероятных слухов, что будто мы хотим уравнять состояниявсех людей”. Боязнь поколебать отношения собственности сказалась и в том, что впроекты “Народного соглашения” были включены специальные запреты народному представительствуупразднять собственность и делать все имущества общими. Левеллеры предлагали каратьза одно лишь предложение закона об уравнении собственности как за государственнуюизмену.

В процессе развития революции все болееактивно обсуждался вопрос о соотношении свободы и собственности, собственности,государства и права. В разгар второй гражданской войны своеобразное решение этоговопроса предложили истинные левеллеры, или диггеры. Памфлеты истинных левеллеровпоявились еще в 1648 г. В них осуждались не только монархия, но и весь общественныйстрой Англии, основанный на имущественном неравенстве и частной собственности наземлю, созданной норманнами-завоевателями. Поначалу истинные левеллеры надеялисьна силу проповеди и примера. В 1649 г. они создали коммуну на холме св. Георгияи стали сообща вскапывать под огороды общинные земли; поэтому их прозвали “диггеры”(digger – копатель).

Наиболее видным теоретиком движения былДжерард Уинстенли (1609-?).

Революция, писал Уинстенли, не закончена:всецело заслуживает одобрения упразднение монархии и палаты лордов, однако ненавистноекоролевское правление не будет уничтожено до тех пор, пока сохраняются частная собственностьи обусловленное ею порабощение народа. Уинстенли первым сформулировал понятие свободы,выразившее главное отличие социализма от буржуазной идеологии того времени: “Истиннаяреспубликанская свобода заключается в свободном пользовании землей. Истинная свободатам, где человек получает пищу и средства для поддержания жизни”.

Диггеры рассчитывали, что опыт коммунына холме св. Георгия положит начало массовому созданию таких же коммун на общинных,церковных, королевских и иных землях. В тот период диггеры в принципе осуждали принуждениеи, остро критикуя современное им государство и право, считали государство при строеобщности вообще ненужным. Вскоре они убедились в наивности надежд на “пробуждениезакона справедливости” в сердцах их противников.

В 1652 г. была опубликована книга Уинстенли“Закон свободы”, в которой излагается целая программа мер, проводимых с помощьюреволюционной власти и законов, направленных на создание строя общности имуществ.Впервые в истории теоретического социализма Уинстенли пишет о необходимости переходногопериода от строя, основанного на частной собственности, к строю общности, о революционнойвласти над богачами в этот период.

В результате перевыборов парламента спреимуществами для неимущих и малоимущих, утверждал Уинстенли, будет учреждено республиканскоеправление, которое при активном содействии революционной армии передаст народу общинныеземли, пустоши, земли, конфискованные у церкви и короля, и др.; на этих землях будутсозданы коммунистические общины. Законы и воспитание подготовят условия для полногоискоренения частной собственности, купли-продажи, денег, найма рабочей силы. Послеустановления “истинной республиканской свободы” вступит в силу новая конституцияАнглии.

Уинстенли впервые в истории излагает проектконституции государства, основанного на общности имуществ. Проект состоял из 62законов (законы об обработке земли, о складах, о наблюдателях, о выборах должностныхлиц, о свободе, о браке, законы против измены, против купли-продажи, против праздностии др.).

Во главе Англии, проектировал Уинстенли,будет парламент, переизбираемый ежегодно; избирательные права должны иметь все мужчиныс 20 лет (кроме преступников и тех, кто домогается должностей). Принятые парламентомзаконы обсуждаются народом, который вправе отклонить их. Должностные лица (миротворцы,наблюдатели, судьи и др.) избираются на один год. Новое государство должно не толькоохранять общественный порядок, гарантировать права и свободы граждан, но и руководитьнародным хозяйством. В республике будет иметься налаженная и централизованная службаинформации – “начальники почты” оповещают страну об открытиях, сделанных в искусстве,ремесле, сельском хозяйстве, о почестях, которых удостоены изобретатели, о наиболеесерьезных событиях, об ошибках и бедствиях и др. “Руководство хорошего правительства,таким образом осуществляемое, – писал Уинстенли, – может превратить всю страну,нет, даже всю земную фабрику в единую семью человечества и в единую хорошо управляемуюреспублику”.

Проект содержит также уголовные законы,хотя, как полагал Уинстенли, упразднение частной собственности ликвидирует основнуюпричину проступков и преступлений. К тем, кто попытается восстановить частную собственность,к убийцам применяется смертная казнь; к тем, кто совершит другие тяжкие преступления,к упорным тунеядцам – так называемое рабство (т.е. каторжные работы) и телесныенаказания. Лиц, совершивших менее опасные проступки, предупреждают и увещевают.

Идеи диггеров далеко опередили их время;этим объясняется и слабость движения, и утопизм их проектов.

Революционные события 1642–1649 гг. завершилисьпровозглашением Англии республикой и установлением протектората Кромвеля; послеего смерти была восстановлена монархия Стюартов (1660 г.). Дальнейшее развитие политико-правовойидеологии и завершение английской революции связано с переворотом 1688 г. (см. §5).

§ 4. Теоретическоеобоснование демократии. Б. Спиноза

Видным теоретиком естественного правабыл голландский философ-материалист Бенедикт (Барух) Спиноза (1632-1677 гг.).

Жизнь и деятельность Спинозы протекалив условиях резкого обострения нападок кальвинистского духовенства на республиканскоеправительство, попыток дворянства установить монархию. Спиноза был современникомреволюции в Англии. Острые противоречия эпохи нашли выражение в его учении.

Политико-правовое учение Спинозы связанос его философией, особенно с идеей строгой закономерности, причинной обусловленностивсех явлений природы.

Под естественным правом Спиноза понималнеобходимость, в соответствии с которой существуют и действуют природа и каждаяее часть. При этом, что важно для всего учения Спинозы, естественное право отождествлялосьс “мощью” – способностью любой части природы к самосохранению: “Право каждого простираетсятак далеко, как далеко простирается определенная ему мощь”. Человек такая же частьприроды, как и всякая другая; стремление к самосохранению предопределяет все егострасти, аффекты, т.е. состояния тела и их осознание. На познании страстей (аффектов)людей Спиноза стремился построить свое учение о праве и государстве.

Спиноза, вслед за Гроцием и Гоббсом, считалнеобходимым “рассматривать человеческие действия и влечения точно так же, как еслибы вопрос шел о линиях, поверхностях и телах”. В его основном произведении “Этика,доказанная в геометрическом порядке” (закончено к 1675 г.) философские, этические,правовые и политические понятия и категории изложены в форме аксиом, лемм, теорем,доказательств. “Я постоянно старался, – писал Спиноза, – не осмеивать человеческихпоступков, не огорчаться ими и не клясть их, а понимать”.

Подобно Макиавелли, Спиноза порицал философови политических теоретиков, которые людей берут не такими, каковы они суть, а какимиони хотели бы их видеть. Настоящая задача политики, утверждал Спиноза, в том, чтобывывести из самого строя человеческой природы то, что наилучшим образом согласуетсяс практикой.

Человек, писал Спиноза, по природе эгоистичени корыстолюбив: “Каждый защищает чужой интерес лишь постольку, поскольку думаеттем самым упрочить свое благосостояние”. Спиноза искренне осуждал погоню за наживой,ненасытную жадность к деньгам как безумие, сумасшествие, которым подвержены толпа,чернь. Однако его политико-правовое учение строится на представлении, что корыстолюбиенаряду с другими аффектами является вечной и неизменной чертой человеческой природы.

Коль скоро “каждый с величайшим жаромищет своей личной пользы, – полагал Спиноза вслед за Макиавелли, – а за справедливейшиесчитает те законы, которые необходимы для сохранения и приумножения его достояния”,то политика должна основываться на том, что условием достижения общего блага являетсяобеспечение частной собственности. Неудивительно, что при таком взгляде на природучеловека Спиноза счел необходимым в самом начале “Политического трактата” (1675г.) заявить о несбыточности Утопии Томаса Мора.

Взгляды Спинозы на государство сложилисьпод сильным влиянием Гоббса и в полемике с ним; диаметральная противоположностьпрограммных положений (Гоббс – сторонник абсолютной монархии, Спиноза – демократ)при общности методологических основ их концепций предопределила ряд разногласийв решении проблем теории. Наиболее существенное из них – отождествление Спинозойестественного права с “мощью”, попытка последовательно провести в концепции этосвоеобразное понимание естественного права.

Раз естественное состояние – это “состояниеборьбы всех против всех”, оно вряд ли когда-нибудь существовало вообще (иначе каклюди могли уцелеть?); к тому же оно не могло существовать еще и по той причине,что люди связаны разделением труда.

Спиноза – сторонник идеи общественногодоговора, но эта идея понимается им весьма своеобразно. Необходимость государстваи законов обусловлена естественной причиной – противоречием между страстями и разумомлюдей. Человек только тогда свободен и могуществен, когда руководствуется разумом;однако большинство людей (толпа) не таково – люди одержимы пассивными аффектами,побуждающими к неразумным поступкам. Именно этим вызвана необходимость права и государства:“Если бы люди от природы так были созданы, что они ничего не желали бы, кроме того,на что им указывает истинный разум, – писал Спиноза, – то общество, конечно, ненуждалось бы ни в каких законах… Но человеческая природа устроена совсем иначе.Каждый человек стремится к своей пользе, к выгоде, но большинство руководствуетсясвоим мнением, увлечением, а не разумом, движимо прихотями, не считается с будущим.Поэтому ни одно общество не может существовать без власти и силы, а следовательно,и без законов, умеряющих и сдерживающих страсти и необузданные порывы людей”. Законы,обеспеченные поощрением или наказанием, необходимы для того, чтобы подчинить разумустрасти, чтобы “сдержать толпу, точно лошадь уздой, насколько это возможно”.

Суждения Спинозы о праве и законе основываютсяна свойственном рационализму представлении о свободе как подчинении равному длявсех разумному закону.

Коль скоро закон, обеспеченный принуждением,соединяет людей в общество и предназначен для того, чтобы обуздывать аффекты и дурныестрасти, в нем должен быть воплощен истинный разум, всегда направленный на общееблаго. Как добиться этого? Создание законов не может быть доверено монархам, сановниками вообще отдельным лицам, прихоти которых в силу слабости человеческой природы (преобладаниепассивных аффектов) неизбежно возьмут верх над разумом.

Чтобы закон был разумен, он должен бытьпринят большим собранием людей. Аффекты строго индивидуальны, страсти у всех разные,частные интересы противоречивы – все это в достаточно многочисленном собрании взаимопогашается,и в результате общим остается только разумное начало. Разумность законов и общаясвобода обеспечены только там, где законы принимает многочисленное собрание, волякоторого “определяйся не столько прихотью, сколько разумом, ибо дурные аффекты влекутлюдей врозь, и единодушие может установиться лишь постольку, поскольку люди стремятсяк благородному или по крайней мере к тому, что кажется таковым”.

При таком подходе разумным и наиболеемогущественным, прочным государством признавалась республика, особенно демократическая.“В демократическом государстве, – писал Спиноза, – менее должно бояться нелепостей,ибо почти невозможно, чтобы большинство собрания, если оно велико, сошлось на однойнелепости”.

Спиноза осуждал абсолютную монархию. Впротивоположность Гоббсу Спиноза утверждал, что естественное право не утрачиваетсвоей силы в гражданском состоянии. Государство, как и любая часть природы, подчиненоестественной закономерности, и его право тождественно его “мощи”, силе, фактическойспособности повелевать подданными. Эта способность, а тем самым и право (власть)государства далеко не беспредельны. Власть государства имеет границы.

К праву государства не может относитьсято, к чему государство не в состоянии побудить подданных наградами или наказаниями.Это касается способности суждения. Поскольку власть не имеет фактической способности,“мощи” заставить людей думать или говорить то, что угодно государству, она не имеетна это и права.

Обоснованию свободы совести, науки, мнений,слова посвящен “Богословско-политический трактат” (1670 г.), где Спиноза доказывал,что никто не может перенести на другого свое естественное право или свою способностьсвободно рассуждать и судить о каких бы то ни было вещах, и никто не может бытьпринужден к этому.

Граница государственной власти и в том,что она не должна совершать действий, подрывающих ее авторитет или вызывающих негодованиеподданных. Спиноза развивает мысли Макиавелли о социально-психологических основахвласти, о страхе и любви подданных как опоре правительства, о ненависти и презрении– причине возмущений против него.

Поскольку стремление к самосохранениюдолжно быть присуще государству, как и любой части природы, “к праву государстваменее относится то, на что негодует большинство.., так как право государства определяетсяобщей мощью народа, то несомненно, что мощь и право государства уменьшаются постольку,поскольку оно само дает поводы значительному числу лиц к заговору”.

Своеобразие идеи общественного договорав концепции Спинозы в том, что общественный договор, состоящий в перенесении сил(мощи, права) каждого на общество, т.е. государство, рассматривается, скорее, некак факт древней истории, а как отношение, постоянно существующее между подданнымии верховной властью. Между ними существует нечто вроде равновесия сил, нарушатькоторое опасно. К праву государства не относятся действия, подрывающие его способностьруководить подданными; всеобщее возмущение может положить конец “общественному соглашению”,превратить гражданское состояние в состояние враждебности.

В конечном счете все проблемы политикии права сводились Спинозой к начальному пункту: как, исходя из свойств человеческойприроды, организовать само государство, чтобы все, и правители, и управляемые, действовалив соответствии с общим благом, хотят они этою или нет, т.е. чтобы все понуждались(добровольно ли или под давлением силы или необходимости) жить по предписанию разума?Задача решается, писал Спиноза, “если дела верховной власти будут упорядочены такимобразом, что ничто, имеющее отношение к общему благу, не предоставлялось бы безусловночьей-либо совестливости”.

Спиноза решительно отвергал абсолютнуюмонархию: монарх, силы которого недостаточно для удержания подданных в подчинении,окружает себя знатью, строит своим подданным козни, боится их больше, чем внешнихврагов, законы выражают прихоти правящей верхушки, правление решительно неразумно,враждебно общему благу.

Спиноза считал возможной ограниченнуюмонархию, в которой государством управляет представительное учреждение, а такжеаристократическую республику, но обе эти формы он видел такими государствами, вкоторых нужны специальные меры, предупреждающие тиранию и угнетение.

Единственно абсолютное государство, могущественное,своенравное, опирающееся на согласие подданных, правящее ими при помощи только разумныхзаконов, обеспечивающее свободу, равенство, общее благо, – это демократия, “народнаяформа верховной власти”.

Особенность демократии в том, что властьи законы не противостоят народу и не противоречат его свободе. Народ, будут ли втаком обществе законы умножаться или уменьшаться, тем не менее пребывает одинаковосвободен, потому что он действует не вследствие авторитета другого лица, но по своемусобственному согласию.

Как и Макиавелли, Спиноза защищал народот нападок тех, “кто пороки, присущие всем смертным, приписывает одному только простонародью”.

Простой народ, который, ссылаясь на егоневежество, упорно отстраняют от государственных дел (а его невежество в этих делахтем и обусловлено, что из них делают “государственную тайну”), ничуть не хуже знати.Природа у всех одна и та же. Вся разница в том, что знать маскирует свои пороки“пышностью, роскошью, мотовством, какой-то согласованностью пороков, ученым невежествоми изяществом распутства”. Само привилегированное положение знати делает ее надменнойи развивает у нее другие пороки, которые в меньшей степени присущи простонародью.

Демократия, считал Спиноза, в наибольшеймере способна повелевать подданными и не имеет надобности их опасаться, посколькуустройство государства обеспечивает разумность законов, а тем самым свободу какподчинение осознанной необходимости. “Только тот свободен, кто, не кривя душой,живет, руководствуясь одним разумом”.

Разумность законов в демократии обеспечиваетсятем, что они принимаются многочисленным собранием, в котором взаимопогашаются противоречивыестрасти.

При создании демократического государствалюди “договорились, чтобы силу решения имело то, что получило большинство голосов”.Подчинение этому первоначальному решению обеспечивает общее равенство и свободу.Демократическое государство наиболее естественно и наиболее приближается к свободе,которую природа предоставляет каждому, ибо в нем каждый переносит свое естественноеправо не на другого, лишив себя на будущее права голоса, но на большую часть всегообщества, единицу которого он составляет. И на этом основании все пребывают равными,как прежде в естественном состоянии.

Концепция Спинозы – первое в идеологииНового времени теоретическое обоснование демократии.

Политико-правовое учение Спинозы былотакже определенным шагом к постижению сущности государства и права. Его стремлениеосвободить теорию политики от морализирования, привнесения в нее субъективных оценокпредопределило отождествление силы и права, “мощи” и законов природы. Применительнок политике такое отождествление в концепции Спинозы стало средством обоснования“границ государственной власти”, прогрессивных политико-правовых программных требований.

Представление о силе как основе правабыло определенным выходом за рамки чисто рационалистических схем, ориентировалотеоретический поиск основ и законов развития права и государства на отношения, лежащиеза пределами договоров, соглашений, волеизъявлений отдельных и многих лиц, намечалопуть углубления исканий в теории права и государства.


§ 5. Обоснование “Славной революции” 1688 г. в учении Дж. Локкао праве и государстве

Провозглашенная в Англии после казни короляреспублика просуществовала до реставрации монархии в 1660 г. Реакционная политикаСтюартов вызвала широкое недовольство. В 1688 г. Стюарты были свергнуты; в 1689г. был принят “Билль о правах”, закреплявший государственно-правовые гарантии законностии правопорядка. Переворот 1688 г., вошедший в историю под названием “Славная революция”,оформил становление в Англии конституционной монархии.

Политико-правовые итоги “Славной революции”получили теоретическое обоснование в трудах английского философа Джона Локка (1632–1704гг.).

В произведении “Два трактата о правлении”(1690 г.; в иных переводах – “Два трактата о государственном правлении”, “Два трактатао правительстве”) Локк дал критику теологическо-патриархальной теории Фильмера иизложил свою концепцию естественного права. Концепция Локка подводила итог предшествующемуразвитию политико-правовой идеологии в области методологии и содержания теории естественногоправа, а программные положения его доктрины содержали важнейшие государственно-правовыепринципы гражданского общества.

Как и другие теоретики естественно-правовойшколы, Локк исходит из представления о “естественном состоянии”. Важная особенностьучения Локка в том, что он обосновывает идею прав и свобод человека, существующихв догосударственном состоянии. Естественное состояние, по Локку, – “состояние полнойсвободы в отношении действий и распоряжения своим имуществом и личностью”, “состояниеравенства, при котором всякая власть и всякое право являются взаимными, никто неимеет больше другого”.

К естественным правам относится собственность,которая трактовалась широко: как право на собственную личность (индивидуальность),на свои действия, на свой труд и его результаты. Именно труд, по Локку, отделяет“мое”, “твое” от общей собственности; собственность – нечто, неразрывно связанноес личностью: “То, что человек извлек из предметов, созданных и предоставленных емуприродой, он слил со своим трудом, с чем-то таким, что ему неотъемлемо принадлежити тем самым делает это своей собственностью”.

Обоснование частной собственности направлялоськак против уравнительных теорий (коль скоро люди не равны по трудолюбию, способностям,бережливости – собственность не может быть равной), так и еще более против феодальногопроизвола, посягательств абсолютной монархии на имущество подданных (произвольныеналоги, поборы, конфискации).

В естественном состоянии, рассуждал Локк,все равны, свободны, имеют собственность (с появлением денег она стала неравной);в основном это – состояние мира и доброжелательности. Закон природы, утверждал Локк,предписывает мир и безопасность. Однако любой закон нуждается в гарантиях. Законприроды, предписывающий мир и безопасность, был бы бесполезен, если бы никто необладал властью охранять этот закон, обуздывая его нарушителей. То же и естественныеправа людей – каждый обладает властью охранять “свою собственность, т.е. свою жизнь,свободу и имущество”.

Естественные законы, как и всякие другие,утверждал Локк, обеспечиваются наказанием нарушителей закона в такой степени, вкакой это может воспрепятствовать его нарушению. Одной из важнейших гарантий законаи законности Локк считал неотвратимость наказания. В естественном состоянии этигарантии недостаточно надежны, ибо неупорядоченное использование каждым своей властинаказывать нарушителей закона природы то карает чрезмерно сурово, то оставляет нарушениебезнаказанным. К тому же происходили споры из-за понимания и толкования конкретногосодержания естественных законов, ибо “закон природы не является писаным закономи его нигде нельзя найти, кроме как в умах людей”.

Для создания гарантий естественных прави законов, считал Локк, люди отказались от права самостоятельно обеспечивать этиправа и законы. В результате общественного соглашения гарантом естественных прави свобод стало государство, имеющее право издавать законы, снабженные санкциями,использовать силы общества для применения этих законов, а также ведать отношениямис другими государствами.

В духе юридического мировоззрения Локкрассуждал об основаниях распространения власти на тех, кто не участвовал в заключениипервоначального соглашения (дети и иностранцы), о праве народа пересмотреть первоначальноесоглашение в случае тиранического правления, нарушения естественных прав или ихгарантий. Наиболее важны те положения теории Локка, в которых категории естественногоправа соединяются с теоретически осмысленным опытом английской буржуазной революции.

Поскольку, по Локку, государство созданодля гарантии естественных прав (свобода, равенство, собственность) и законов (мири безопасность), оно не должно посягать на эти права, должно быть организовано так,чтобы естественные права были надежно гарантированы. Главная опасность для естественныхправ и законов проистекает из привилегий, особенно из привилегий носителей властныхполномочий. “Свобода людей в условиях существования системы правления, – подчеркивалЛокк, – заключается в том, чтобы жить в соответствии с постоянным законом, общимдля каждого в этом обществе и установленным законодательной властью, созданной внем; это свобода следовать моему собственному желанию во всех случаях, когда этогоне запрещает закон, и не быть зависимым от непостоянной, неопределенной, неизвестнойсамовластной воли другого человека”.

Согласно теории Локка, абсолютная монархия– один из случаев изъятия носителя власти из-под власти законов. Она противоречитобщественному договору уже по той причине, что суть последнего в установлении людьмиравного для всех суда и закона, а над абсолютным монархом судьи вообще нет, он самсудья в собственных делах, что, конечно же, противоречит естественному праву и закону.Абсолютная монархия – всегда тирания, так как нет никаких гарантий естественныхправ. Вообще же, когда кто-то изъят из-под власти законов, имеет привилегии, людиначинают думать, что они находятся по отношению к такому человеку в естественномсостоянии, поскольку никто кроме них самих не может защитить их прав от возможныхпосягательств со стороны привилегированного. Отсюда – одно из основных положенийтеории Локка: “Ни для одного человека, находящегося в гражданском обществе, не можетбыть сделано исключение из законов этого общества”.

Пределы власти государства при всех формахправления – естественные права подданных. Государственная власть, писал Локк, неможет брать на себя право повелевать посредством произвольных деспотических указов,наоборот, она обязана отправлять правосудие и определять права подданного посредствомпровозглашенных постоянных законов и известных, уполномоченных на то судей. Властьне может лишить какого-нибудь человека части его собственности без его согласия.Локк считал правомерным и необходимым восстание народа против тиранической власти,посягающей на естественные права и свободу народа. Но главное в том, чтобы организациясамой власти надежно гарантировала права и свободы от произвола и беззакония. Отсюдапроистекает теоретически обоснованная Локком концепция разделения властей, воспроизводящаяряд идей периода английской революции.

Гарантия и воплощение свободы – равныйдля всех, общеобязательный, незыблемый и постоянный закон. Законодательная властьявляется высшей властью в государстве, она основана на согласии и доверии подданных.Локк – сторонник представительной системы, принятия законов представительным учреждением,избираемым народом и ответственным перед ним, так как народу всегда принадлежитверховная власть отстранять или изменять состав законодательного органа, когда народвидит, что законодательная власть действует вопреки оказанному ей доверию. К законодательнойвласти Локк относил также деятельность уполномоченных на то судей; в этом сказаласьособенность английского права, одним из источников которого является судебная практика.

Законодательная и исполнительная властине должны находиться в одних руках, рассуждал Локк, в противном случае носителивласти могут принимать выгодные только для них законы и исполнять их, делать длясебя изъятия из общих законов и другими способами использовать политические привилегиив своих частных интересах, к ущербу для общего блага, мира и безопасности, естественныхправ подданных.

Поэтому орган, осуществляющий законодательнуювласть, не должен заседать постоянно – слишком велик соблазн для депутатов узурпироватьвласть целиком, создать для себя привилегии, править тиранически. К тому же принятьзакон – недолгое дело; постоянно заседающий законодательный орган опасен для стабильностизаконов; определенные права депутатов, данные им на время заседания парламента,не должны превращаться в привилегии, выводящие их из-под власти законов. В этихрассуждениях Локка, аналогичных некоторым идеям левеллеров, был выражен опыт временреволюции, осуждение попыток “Долгого парламента” сосредоточить в своих руках всюполноту власти в интересах только какой-либо из политических группировок.

Не менее опасно, заявлял Локк, наделениезаконодательной властью монарха и правительства – их политические привилегии неизбежнонаправляются против естественных прав подданных. Законодательная власть – высшаявласть в том отношении, что законы строго обязательны для правительства, чиновникови судей. Монарх – глава исполнительной власти – имеет так называемые прерогативы– право распускать и созывать парламент, право вето, право законодательной инициативы,даже право в интересах общего блага совершенствовать избирательную систему для болееравного и пропорционального представительства.

Но деятельность монарха и правительствадолжна быть строго подзаконна, причем монарх не должен препятствовать регулярнымсозывам парламента. Одним из частных случаев тиранического правления, давшего народуправо на восстание, Локк называет взятый из английской истории пример, когда исполнительнаявласть препятствовала созыву и работе законодательного органа.

Идею разделения властей Локк теоретическиобосновывал такими чертами природы человека, как способность разума создавать общиеправила и руководствоваться ими (отсюда законодательная власть), способность своимисилами выполнять эти решения, прилагать общие правила к конкретным ситуациям (отсюдасуд, исполнительная власть), наконец, способность определять свои отношения с другимилюдьми (этим обусловливается так называемая союзная, или федеративная, власть, ведающаямеждународными отношениями). Вместе с тем из слабости человеческой природы, склонностик искушениям теоретически выводилась необходимость специальных гарантий законностии прав граждан (в том числе разделения властей, недопустимости политических привилегий).

Теория разделения властей отражала опытанглийской революции и ее итоги.

Политическое учение Локка оказало большоевлияние на последующее развитие политической идеологии. Особенно широкое распространениеимела теория естественных неотчуждаемых прав человека, использованная Джефферсономи другими теоретиками американской революции и вошедшая затем во французскую Декларациюправ человека и гражданина 1789 г. Большое влияние на развитие государственно-правовойидеологии и конституций оказала также теория разделения властей, которую вслед заЛокком развивали Монтескье и другие теоретики.

Обоснование естественных прав, выражавшихосновные требования буржуазии в области права (свобода, равенство, собственность),принесло Локку славу основателя либерализма; исследование гарантий этих прав, ихзащиты от произвола власти, обоснование разделения властей ставит его в первые рядытеоретиков парламентаризма; наконец, стремление ограничить деятельность государстваохранительными функциями кладет начало идеям правового государства.

Ряд идей Локка выходил далеко за рамкиобоснования и защиты только буржуазных интересов. Уже понятие трудовой собственностидавало логические обоснования для противоположных взглядов: от апологетическоговзгляда на любую собственность как на “продукт труда и бережливости” до радикальноготребования предоставления права собственности только тем, кто эту собственностьсоздает и увеличивает (последний мотив позже часто звучал в эгалитарных и социалистическихтеориях). Разработанная Локком теория разделения властей применима к обоснованиюзащиты не только буржуазного правопорядка, но и вообще гражданского общества отпроизвола всякой авторитарной власти.

Гуманистическое содержание политико-правовогоучения Локка более всего выражено в концепции естественных прав человека. Это учениевпоследствии критиковалось за то, что Локк назвал мало прав и не ставил вопрос обих материальных гарантиях. Однако в XVII в. важнее всего было добиться признанияестественных прав личности, которые до того отрицались и попирались феодально-абсолютистскимигосударствами. Созданная Локком концепция прав человека на свободу, равенство исобственность, не зависящих от государства, развивалась и дополнялась в последующиевека, когда существенно пополнился перечень “формальных” прав и свобод правами исвободами социальными, которые, однако, практически неосуществимы без их хотя быпоначалу и формального, но фундаментально-генетического основания.


§ 6. Заключение

Главным итогом XVII в. в идеологии ЗападнойЕвропы стало формирование теории естественного права, выразившей основные принципыгражданского общества. В теории естественного права получили развитие идеи

XVI в. о природе человека, его страстяхи разуме как об основе и движущих силах политики. Существенное достижение и основатеории естественного права XVII в. – идея всеобщего естественного равенства людей.Впервые в многовековой истории человечества было выдвинуто и широко обосновано представлениео всеобщем правовом равенстве людей независимо от их социального положения и происхождения.Этим теория естественного права Нового времени существенно отличалась от идей “праваприроды” античных философов и политических мыслителей.

В отличие от христианских авторов средневековья,традиционно видевших в “свободной воле людей” источник и причину греха и зла в мире,теоретики естественного права считали свободу воли, направляемой разумом, основойобщежития, отношений между людьми, каждый из которых свободен в поступках, в выборевариантов поведения и потому должен нести ответственность за свои действия.

Рационалистический подход к государству,попытки использовать категории частного права для объяснения причин его возникновенияи существования ввели в содержание политико-правовых теорий не только главную идеюобщественного договора, но и категорию естественного состояния, перспективную дляпоследующего исследования догосударственной истории человечества, а также проблемувзаимных прав и обязательств власти и народа.

В политико-правовой идеологии ЗападнойЕвропы XVII в., по существу, была сформирована и теоретически обоснована модельгражданского общества, практическое осуществление которой заняло несколько векови в масштабах человечества далеко не завершено.

В конце XVII в. был сформулирован и обоснованперечень естественных прав и свобод человека, ставший классическим для последующейэпохи. Тогда же были теоретически обозначены основные пути реализации этих прави свобод в гражданском обществе. Разработка проблемы защиты человека от государственнойвласти вела к идее правового и демократического государства, постановка вопросао материальных гарантиях прав и свобод, защиты человека от голода и нищеты порождаламысль о социальном государстве.

XVII в. стал громадным шагом вперед вразвитии учений о праве и государстве. В процессе преодоления теологического мировоззрениярушились догмы средневековой схоластики; рационалистически ставились и решалисьпроблемы соотношения личности, права и государства, обсуждались вопросы о происхождении,задачах и функциях государства и права, об их роли в общественной жизни. Взглядна человека с его потребностями, социальными качествами как на исходный пункт ученийо праве и государстве обусловил ярко выраженный аксиологический аспект доктрин естественногоправа XVII-XVIII вв., непререкаемое положение о ценности личности, о подчиненностиправа и государства земным интересам людей.

Бурный событиями XVII в. породил ряд вариантовидеи преодоления политического отчуждения. Исходным пунктом большинства этих вариантовбыла теоретически богатая, хотя и умеренная по программным выводам концепция Греция.Гроций первым обосновал взгляд на право как на право человека, разумное право, безчего вообще нет человека.

Из пессимистических взглядов Гоббса наприроду человека логически выводилась принципиальная отчужденность государства отнарода. Однако в его концепции не только считались естественными и закономернымисамые, казалось бы, антисоциальные страсти людей, но и в рамках полного политическогоотчуждения личности за последней признавались достоинство, свобода и равенство вотношениях с себе подобными. Ради этого достаточно содержательного гражданскогоравенства (отнюдь не равенства нулей, как в деспотическом государстве!) и возводилосьв принцип само это политическое отчуждение. По существу, Гоббсом описано гражданскоеобщество, охраняемое авторитарной властью (Стюартов или Кромвеля). В этой теориинет противоречий, хотя противоречивой часто становилась государственно-правоваяпрактика, считающая источником права произвольную волю суверена, но пытавшаяся предписатьэтой воле правила естественных законов. Нередко ответом суверена на эти попыткибыли деяния и суждения: “Лучше капля силы, чем мешок права”. Стремление преодолетьтакое чисто практическое противоречие заметно в теории Спинозы, отождествлявшегоправо и силу, а также в концепции Локка, согласно которой свобода и равенство гражданпредписаны государству самой природой.

Локком был обозначен тот вариант преодоленияполитического отчуждения, который состоит в замене традиционной суверенной властигосударства над обществом и народом суверенитетом права. Как необходимое средствообеспечения верховенства закона, основанного на данных природой правах человека,обосновывалось ослабление самого государства (разделение властей). В результатегосударство оказывалось подчиненным незыблемым принципам права, а само право извелений власти превращалось в стабильную основу общества равных перед законом исвободных собственников.

Иной вариант преодоления политическогоотчуждения был предложен Спинозой: коль скоро государство порождено противоречиеммежду страстями и разумом людей, то вся задача в том, чтобы и людьми, и государствомруководил разум. Это достигается демократическим устройством государства, при которомоно фактически сливается с народом и, оставаясь обособленной от общества силой,воплощающей разумную общую волю, перестает быть чуждым и опасным для общества инарода.

В процессе революционных событий в Англииразрабатывался также революционный вариант преодоления политического отчуждения.Левеллеры и диггеры отстаивали идею революционно-демократической власти, подготавливающейусловия для максимального развития демократии на основе институтов англосаксонскогосамоуправления и парламентаризма.


Глава10. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ НЕМЕЦКОГО И ИТАЛЬЯНСКОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ XVII-XVIIIВВ.

 

§ 1. Введение

Естественно-правовая теория была прямойнаследницей гуманистических идей Возрождения, его веры в могущество и конечное торжествочеловеческого разума. Она переложила эти идеи на язык права, дала теоретико-правовоеобоснование и формулирование общечеловеческим нравственным ценностям, представлениямо справедливости в отношениях между людьми, между человеком и обществом, государством.Именно поэтому естественно-правовая теория, как и современное ей Просвещение, оказаласьуниверсальной: ее идеи могли восприниматься и воспринимались в различных социально-политическихусловиях и соответственно с ними получали различное толкование. Абстрактность предложенныхтеоретических конструкций позволяла давать им различающиеся оценки и делать из этихоценок порой весьма противоречивые политические выводы.

Существенные отличия социально-политическихусловий в Италии и Германии от обстановки в Нидерландах, Англии и Франции предопределилине менее существенные отличия в толковании и оценке учения о естественном праве,выводах из него у итальянских и немецких мыслителей. Отсутствие реальной историческойпочвы для прогрессивной и тем более революционной трактовки теории естественногоправа (последняя даже во Франции появится позже) обусловило коллизии между гуманистическими,общечеловеческими началами, заложенными в теории, и объективно-классовым их истолкованием.

§ 2. Естественно-правовые теории в Германии

Усиление феодальной эксплуатации, политическойи идеологической реакции, установление княжеского абсолютизма, окончательно утвердившегосяв результате Тридцатилетней войны (1618–1648 гг.) и приведшего к возникновению внекоторых землях Священной Римской империи германской нации полицейского государства,существенно задержали не только социально-экономическое, но и идейное развитие страны.Идеология, получившая теоретическое обоснование в естественно-правовых учениях Голландиии Англии, приобретает в Германии весьма умеренное и во многом не самостоятельноеистолкование. Немецким просветителям были присущи лишь идеи разрыва с религиозныммировоззрением, противопоставления последнему разумного начала. В государственно-правовойнауке эта тенденция нашла выражение в учениях С. Пуфендорфа, X. Томазия и X. Вольфа.

Учение Самуила Пуфендорфа (1632–1694 гг.)складывалось под влиянием теорий Г.Греция и Т. Гоббса. Существенные различия междуэтими теориями Пуфендорф пытался примирить, используя общий для них рационализм.Попытка создать светскую правовую теорию, светское в своей основе учение о государстве,отстоять свободу мысли в условиях Германии того времени была прогрессом, умеренным,но все же прогрессом. Однако одновременно с этим Пуфендорф обосновывал необходимостьсохранения крепостничества и княжеского абсолютизма.

В своем учении о праве и государстве Пуфендорфисходит из представления о естественном состоянии, которое вслед за Гоббсом трактуетне как исторический факт, а как методологическое предположение, позволяющее объяснитьсущность и происхождение права и государства. Естественное состояние характеризуетсясвободой и независимостью индивидов. Человеческая природа противоречива. Она непорождает “войну всех против всех” (как считал Гоббс), но достаточно эгоистична.Именно последнее (а не естественное стремление к общежитию, как считал Гроций) вусловиях, когда не обеспечены естественные права, порождает стремление людей объединитьсяради собственной пользы и безопасности. В результате возникают политическое обществои государство.

Пуфендорф в принципе отвергает теологическуютеорию происхождения государства. Государство – продукт сознательной деятельностилюдей, их решения объединиться. В основе возникновения государства лежат два договора:первый – между людьми об объединении и выборе формы правления, второй – между людьмии избранным ими правителем об обязанности подданных подчиняться власти и обязанностиправителя заботиться о подданных. Второй договор предполагает сохранение у людейнекоторых естественных прав (свободы вероисповедания, свободы убеждений), но недопускает сопротивления власти. Пуфендорф утверждал, что лучшей формой правленияявляется абсолютная монархия. Правда, у нее есть некоторые недостатки, считал он,и желательно было бы, чтобы при монархе создавался какой-то представительный орган.Дальше этого весьма скромного пожелания Пуфендорф не идет, будучи убежден, что практическинеограниченная власть монарха обеспечивает главное – общественный порядок и безопасностьподданных. Естественная свобода утрачена людьми с образованием государства, получившегоправо наказывать их во имя общего блага.

Обосновывая с помощью идей естественно-правовойтеории сложившийся в немецких землях княжеский абсолютизм, Пуфендорф оправдываети упрочившееся в то время крепостничество. Он утверждал, что крепостничество – результатдобровольного договора между господами и теми, кто не имел работы и средств существования,и, значит, выгодного им.

Последователь Пуфендорфа профессор ХристианТомазий (1655–1728 гг.), первым в Германии начавший читать лекции по естественномуправу не на латыни, а на немецком языке, продолжал намеченную Пуфендорфом линиюна освобождение государственно-правовой науки от господства теологии (хотя сам Томазийбыл религиозен). Но в трактовке естественного состояния и естественного права онрасходился со своим предшественником. Человек – существо общественное, утверждалТомазий, и природа его состоит в том, чтобы жить в мирном общении с другими. Воспринимаяздесь точку зрения не Пуфендорфа, а Гроция, Томазий в обоснование права и государствавоспроизводит некоторые идеи Спинозы. Он отмечал, что основа естественного права– мораль, которая предписывает делать то, что соответствует разумной природе людей.Но требования морали не подкреплены принуждением. А поскольку люди делятся на мудрыхи глупых и для первых – нужен совет, а для вторых – принуждение, то рассчитыватьна добровольное следование требованиям морали нельзя. Поэтому необходима принудительнаявласть. Она избавляет людей от страха перед вредом, который могут причинить глупые,и осуществляется государством, созданным людьми, а не богом.

Государство у Томазия – “естественноеобщество, которое заключает в себе верховную власть ради довольства всех и гражданскогоблагополучия”. Как и Пуфендорф, Томазий считает, что образование государства былооформлено двумя общественными договорами: об объединении в государство и о назначенииправителя. Власть правителя имеет цель сохранить общественный мир. Она не распространяетсяна те действия подданных, которые не посягают на общественный мир, а также на деятельностьчеловеческого ума.

Право в государстве отличается от морали,оно создается и защищается людьми, и его действие подкреплено принуждением. Обративтаким образом внимание на существенное различие между моралью и правом, Томазийсчитает необходимым ограничить сферу действия права. Государство не должно посягатьна духовную свободу личности, свободу убеждений. Иноверцы и инакомыслящие не должныподвергаться уголовному преследованию, еретиков надо просто высылать из государства.Нетрудно заметить в этом и расхождение Томазия с Гоббсом, и осуждение им практикиполицейского государства, широко вмешивавшегося в личную жизнь подданных и практиковавшегопроцессы о колдовстве и применение пыток, при которых, утверждал он, “обвиняемый,еще не будучи признанным виновным, подвергается более суровому и жестокому наказанию,нежели какое могло бы пасть на него после осуждения”.

Считая монархию лучшей формой государства,Томазий утверждал, что предпосылкой власти монарха является согласие народа повиноватьсяему и что народ даже может протестовать против несправедливостей. Но этот протествозможен только в том случае, если монарх выходит за рамки, очерченные общественнымдоговором. Кроме того, протест может быть только пассивным: подданные не обязаныв этом случае повиноваться монарху, но “они не должны и сопротивляться ему, а обязанытерпеливо переносить сделанную им несправедливость”. Томазий считает, что для устранениянесправедливости и раздоров между людьми следовало бы стремиться к такому идеальномустрою, где будет существовать общность имуществ. Однако, по его мнению, это станетвозможным в далеком будущем, когда длительный процесс духовного совершенствованиялюдей создаст предпосылки для подобной организации общества.

Таким образом, в немецкой политико-правовоймысли нарастало критическое отношение к существующим порядкам, полицейскому государству.Но оно было весьма умеренным и не выходило за рамки либеральных пожеланий не допуститьпосягательств на свободу вероисповедания, свободу убеждений. Либеральные пожеланияи иллюзорные мечтания об отдаленном общественном идеале к тому же оказались всеголишь эпизодом в истории. На смену им идет консервативное истолкование естественно-правовыхидей, попытка использовать их для апологии полицейского государства в период егорасцвета.

Такая попытка была предпринята ХристианомВольфом (1679–1754 гг.). Как и его предшественники, он не был чужд передовым идейнымвеяниям, представлениям о свободе личности как о норме естественного права. Однакопрактические выводы Вольфа из этих теоретических представлений вполне соответствовалиоправданию полицейского государства, которое пытались выдать за государство просвещенногоабсолютизма.

Природа человека, по Вольфу, характеризуетсястремлением к совершенствованию. Разум указывает путь к этому – делай добро и избегайзла. Таков нравственный закон природы, соответствующий стремлению людей к совершенствованиюи души, и тела, и общества. Человек обязан следовать этому нравственному закону,в этом его право. Право, таким образом, выводится из нравственной обязанности. Онотребует быть нравственным. “Нет права, – писал Вольф, – без нравственности обязательства,которое ему предшествует, в котором оно коренится и из которого оно проистекает.Есть врожденные человеческие права, потому что есть врожденные человеческие обязанности”.

От природы все люди равны, поэтому ониимеют равные права. Поэтому же ни один человек не должен иметь власть над другим– все люди свободны. Нравственная обязанность совершенствоваться порождает правона образование и научные исследования, право на жизнь и даже право на труд – безтруда нет совершенствования, и никто не должен предаваться праздности.

В естественном состоянии, когда люди жилисемьями, они не имели достаточно средств для совершенствования. Поэтому семьи решилиобъединиться в государство, цель которого – “общее благосостояние и общая безопасность”,обеспечивающие совершенствование людей. Объединившись в государство, люди образовалинарод, который передал свою верховную власть правительству. Среди форм государства– демократии, аристократии, монархии и смешанной формы – Вольф считает лучшей монархию,ибо, по его мнению, монарх всегда представляет весь народ.

С образованием государства народ ограничилсвою свободу для совершенствования составляющих его людей. Во имя этого же ограниченои природное равенство людей. Точно так же каждый человек может ограничить свою свободуи отдать себя в рабство. Отсюда возникает власть одних лиц (господ) над другими(крепостными).

Законы государства – практическая реализацияестественного закона. Они дают свободу, необходимую для исполнения нравственныхобязанностей. Право – свобода действий для исполнения обязанностей. Рамки этой свободыопределяются властью государства, властью просвещенного монарха, заботящегося обобщем благе. Эта забота обязывает его регламентировать все сферы человеческой деятельности– хозяйственную и духовную, политическую и научную. Монарх может и должен заставлятьработать и предоставлять работу, устанавливать размер заработной платы и цены натовары, заботиться о школьном образовании и развитии искусства, обязывать ходитьв церковь и запрещать собрания в частных домах, не допускать распространения учений,вредных для государственного блага, религии и нравственности, и т.д.

Для этого монарх должен быть наделен неограниченнойвластью в законодательстве, судебной области, назначении чиновничества, вопросахвойны и мира. Чтобы максимально использовать свою власть для общего блага, рассуждалВольф, монарх должен быть добродетельным, знать науку управления государством, любитьсвой народ и окружать себя умными советниками, не творить произвол. Повиновениеему должно быть безусловным, поскольку сопротивление может возвратить людей в естественноесостояние.

Таковы основные представители немецкойполитико-правовой идеологии XVII–XVIII вв. Экономическая отсталость большинстванемецких земель, неразвитость политических отношений, реакционный режим полицейскогогосударства привели к тому, что они в лучшем случае создавали абстрактные теоретическиеконструкции, не имевшие шансов на реализацию, или, как это было у Вольфа, поддерживавшиеидеи просвещенного абсолютизма. Не случайно прусский король Фридрих II писал Вольфу,что задача королей – осуществлять идеи философов.

Если в Англии, а позже и во Франции естественно-правоваядоктрина стала идейным оружием в борьбе против феодального абсолютизма, теоретическойосновой лозунгов буржуазных революций, то в Германии она превратилась в средстворационалистического обоснования существовавшего режима и положительного права соскромными пожеланиями их совершенствования во имя общего блага.

§ 3. Правовая теория Ч. Беккариа

Политическая история Италии эпохи феодализмапредставляет собой весьма сложную картину. Многие века сохранялась политическаяраздробленность страны. Усобицы правителей итальянских княжеств и городов-республикобессилили и обескровили страну, сделали ее сравнительно легкой добычей Испании,король которой фактически стал управлять значительной частью Италии. Политическиенеурядицы существенно затрудняли социальное развитие страны. Итальянская буржуазия,преимущественно ростовщическая и торговая, далекая от народа и экономически связаннаяс феодалами, была настроена весьма умеренно. Дальше пожеланий политической централизациии осуждения произвола и беззакония, характерных для феодализма, она не шла. Этои обусловило в конечном счете трактовку учения о естественном праве итальянскимипросветителями XVIII в., наиболее видным представителем которых был Чезаре Беккариа(1738-1794 гг.).

В теории Беккариа заметны следы идей Грецияи Гоббса. Но наибольшее влияние на него оказало французское Просвещение. Он с большимуважением отзывался о Вольтере, Монтескье, Руссо и других просветителях, точно также как многие из них высоко оценили его книгу “О преступлениях и наказаниях”. Этосочинение, принесшее ему широкую известность, проникнуто верой в человеческий разум,свободолюбием, идеями гуманизма и законности.

Трактовка естественного состояния и причин,побудивших людей перейти от него к политическому общежитию, у Беккариа мало чемотличается от трактовок Гоббса. В естественном состоянии люди жили в одиночку. Постоянныевойны между ними делали их естественную свободу необеспеченной и поэтому бесполезной.Для общего блага люди объединились и пожертвовали частью своей свободы во имя безопасностии обеспечения оставшейся у них части свободы (здесь Беккариа ближе к Грецию). Изпожертвованной людьми части свободы и образовалась по общественному договору верховнаявласть государства. Хранителем ее стал суверен как представитель всего общества.Он должен был обеспечить людям общее благо – безопасность и справедливость.

Беккариа различает справедливость божественную,естественную и человеческую. Первые две – основаны на божественных и естественныхзаконах. Человеческая справедливость базируется на общественном договоре, устанавливающемпределы власти государства. Она изменчива. Ее критерием должно быть общее благо.Основанные на ней законы государства должны иметь в виду возможно большее счастьедля возможно большего числа лиц. Но невежественные представления о человеческойсправедливости привели к тому, что законы государства являются оружием в руках незначительногоменьшинства. Они несправедливы, закрепляют сословные привилегии, право сильногои связанные с ним произвол и насилие. Беккариа резко критикует современную ему юриспруденцию,при которой законами считаются изречения римских и средневековых юристов, а уголовноеправо опирается на вековые предрассудки. Существующие законы, писал он, “служаттолько для прикрытия насилия”, помогают приносить народ “в жертву ненасытному идолудеспотизма”.

Причину этого Беккариа видит в утверждениичастной собственности, дающей одним власть и благополучие, а другим – нищету и бесправие.Право собственности – “ужасное и, может быть, не необходимое право”. Однако дальшеконстатации этого Беккариа не идет. Он далек от социалистических идей и не помышляето радикальном переустройстве общества. Все его надежды связаны с просвещенным монархом,заботящимся о своих подданных, об устранении нищеты и неравенства, покровительствующимнаукам и искусству, образованию и нравственности народа. Такой монарх издает справедливыеи мудрые законы, перед которыми все будут равны, которые будут строго соблюдатьсяи обеспечат права человека.

Развивая идею законности, Беккариа утверждал,что свобода гражданина – в его праве делать все, что не противоречит законам, чтосами власти должны строго соблюдать законы Без этого не может существовать “законноеобщество”. Посягательства на безопасность и свободу граждан являются поэтому однимиз тяжких преступлений. Только законы могут устанавливать наказания, и право ихиздания принадлежит только суверену как представителю всего общества. Сам суверенможет издавать лишь общие законы, но не может судить за их нарушения Это задачасуда, выясняющего факты. Наказание же, определяемое судом, не может выходить запределы, установленные законом, иначе оно несправедливо и не соответствует условиямобщественного договора.

Исходя из этих теоретических посылок,Беккариа в своей книге “О преступлениях и наказаниях” утверждал, что причина преступностилежит в социальных условиях – нищете людей и столкновении их интересов, порождаемыхчеловеческими страстями. А потому целью наказания должно являться предупреждениеновых преступлений и исправление преступников. Для этого наказание должно быть публичным,наименьшим из возможных в каждом конкретном случае, соразмерным преступлению и установленнымв законе. Беккариа протестовал против применения широко распространенных в эпохуфеодализма пыток, мучительных наказаний и призывал к ограничению применения смертнойказни. Он отстаивал равенство всех перед законом и возможность наказания человекатолько за те деяния, которые определены законом как преступные.

Аргументация Беккариа в пользу отменысмертной казни заслуживает особого внимания как практически первое в истории теоретическиубедительное выступление такого рода. Правда, Беккариа допускал применение смертнойказни, но только в чрезвычайных обстоятельствах, когда это необходимо для сохранениясуществующего правления или при борьбе нации за свободу.

Во всех остальных случаях, по его мнению,смертная казнь несправедлива и неоправданна.

Теоретически, по естественному праву,недопустимо, чтобы человек желал лишить себя жизни и, следовательно, он не мог предоставитьэто право другим. Смертная казнь – “война нации с гражданином”, т е возврат в естественноесостояние Практически же многовековой опыт показывает, что угроза смертной казнине останавливает преступника. По мнению Беккариа, более эффективно пожизненное лишениесвободы. А то обстоятельство, что она веками существовала почти у всех народов,не оправдывает смертную казнь, как не могут быть оправданны существовавшие когда-точеловеческие жертвоприношения. Смертная казнь неоправданна и с моральной точки зрения,так как способствует распространению в народе ожесточенности и безнравственностиНеоправданна она, доказывал Беккариа несколько позже, и с точки зрения юридической– ее применение может быть результатом ошибки судей, которая становится уже непоправимой.

Идеи Беккариа были восприняты классическимнаправлением в уголовно-правовой науке и уголовным законодательством, закрепившимпрогрессивные принципы равенства перед уголовным законом, “нет преступления и нетнаказания без указания о том в законе”, соответствия тяжести наказания тяжести совершенногопреступления.

§ 4. Заключение

Своеобразие социально-политических условийГермании и Италии XVII–XVIII вв. определило сочетание в политико-правовой идеологииэтих стран умеренно прогрессивных в идеологической и консервативных в политическойсфере теорий.

Просветительские идеи вылились преимущественнов абстрактные теоретические построения и практически приспосабливались к существующемуполитическому устройству Конечно, освобождение государственно-правовой теории оттеологической оболочки, восприятие идеи о государстве как общем благе, обоснованиессылками на естественное право идей свободы личности, вероисповедания, убежденийи (особенно у Беккариа) гуманизма было выражением назревших потребностей общественногоразвития

И все же выше допустимости пассивногосопротивления существующей государственной власти и весьма умеренной критики режимаполицейского государства немецкая политическая мысль в то время не поднялась. Болеетого, с укреплением княжеского абсолютизма в немецких землях в политической мыслипоявилась его апология.

Аналогично этому даже у наиболее передовогоиз рассмотренных мыслителей – Беккариа, чьи заслуги в развитии уголовно-правовойтеории того времени были громадны, гуманистические надежды на совершенствованиеобщих условий жизни и законодательства связывались опять-таки с просвещенным монархом.


Глава11. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ В РОССИИ В ПЕРИОД УКРЕПЛЕНИЯ АБСОЛЮТИЗМА

 

§ 1. Введение

На рубеже XVII и XVIII вв. русское феодальноегосударство окончательно оформляется как абсолютная монархия. Реформы Петра I завершилиликвидацию старофеодальных учреждений, положили начало преодолению промышленной,военной, культурной отсталости страны. При Петре I закончились консолидация и законодательноеоформление феодалов в единое привилегированное «благородное» сословие(шляхетство), резко противостоявшее остальным группам, особенно «подлому люду»(т.е. нижестоящему по терминологии законодательства той эпохи). При Петре I привилегиишляхетства (за которым впоследствии установилось название «дворянство»),его право владеть землей и крепостными обосновывались тем, что шляхетство обязанонести военную и гражданскую службу под угрозой конфискации земель и крепостных утех, кто уклоняется от службы государству. Одновременно резко расширилось и укрепилоськрепостное право. При Петре I в крепостное состояние были обращены многие ранеесвободные люди, сотни и тысячи крепостных приписывались к фабрикам и заводам, упразднениехолопства практически означало распространение бесправия холопов на всех вообщепомещичьих крестьян, помещики наделялись правом суда над крепостными, расширяласьличная власть помещиков над крестьянами.

Крутая ломка ряда вековых устоев, перестройкатрадиционных отношений, резкий поворот в духовной жизни общества потребовали идеологическогообоснования. Период петровских реформ сопровождался значительным изменением идейнойосновы, содержания и программных положений политико-правовой идеологии господствующегокласса. Новым было уже то, что одной из форм выражения этой идеологии были законодательныеакты абсолютистского государства, бесчисленные указы, регламенты, уставы, манифеста,многие из которых написаны Петром или им отредактированы.

Официальная доктрина абсолютизма включалатрадиционное теологическое обоснование царской власти. В законодательных актах (Воинскийустав, Духовный регламент и др.) утверждалось: «Император всероссийский естьмонарх самодержавный и неограниченный. Повиноваться его верховной власти не токмоза страх, но и за совесть сам бог повелевает». Власть монарха рассматриваласькак «божественное поручение», но основным способом обоснования петровскихреформ были ссылки да «общее благо». В ряде указов и иных актов Петраупоминается о «пользе и прибытке общем», о том, что он, Петр, всегда «старалсяо народной пользе» и «для; того заводил разные перемены и новости».«Мы прилежное старание всегда имеем, — говорилось в одной из жалованных грамотПетра, — о распространении в государствах наших к пользе общего блага и пожиткуподданных наших, купечества и всяких художеств (ремесел), рукоделий, которыми всепрочие благоучрежденные государства процветают и богатятся».

Однако под общим благом практически разумелосьпрежде всего укрепление господствовавшего класса феодалов, расширение его привилегий,ужесточение крепостничества. Именно при Петре I крепостное право в России принималонаиболее грубые формы, ничем не отличалось от рабства. Помимо расширения и укреплениякрепостничества резко выросла торговля крепостными — продажа вообще, продажа одиночками,не семьями, отдельно от земли. Царь неоднократно выражал недовольство тем, что крепостныхпродают в розницу, «как скотов, чего во всем свете не водится и от чего немалыйвопль бывает». Но он же попустительствовал тому, что указы о запрете продажикрестьян в одиночку, отдельно от земли, о запрете принуждать их к браку оставалисьневыполненными, равно как и указы против расточительных и жестоких помещиков. Жесткиетребования к дворянству, касавшиеся обязательной службы, грозный тон и непреклонностьцарских велений компенсировались потаканием дворянскому произволу по отношению ккрепостным.

Идея «общего блага», даже «всенароднойпользы» была присуща многим абсолютным монархиям того времени. Суть ее сводиласьк тому, что лишь монархи знают, что именно необходимо их подданным и стране в целом.И на Западе, и в России концепция просвещенного абсолютизма была основана на высокомерноми презрительном отношении к народу, как темной, непросвещенной, пассивной массе.Идеи «общего блага» в ряде петровских указов сопровождались рассуждениямио глупости и ленивости народа, который может и должен быть облагодетельствован толькопри помощи насилия и принуждения: «Всем известно, что наши люди ни во что самине пойдут, ежели не приневолены будут». Отсюда — необычная даже для той эпохижестокость ряда указов, обилие угроз, особенно «подлому люду», батогами,палками, штрафами, каторгой, тюрьмой, цепями.

Преодоление отсталости страны осуществлялосьсвойственными абсолютизму методами административного вмешательства во все стороныжизни подданных, всесторонней опеки, полицейского надзора и принуждения. В указахподробно, во всех деталях, описывается, как сеять коноплю, получать пеньку, выделыватькожу (только с салом, но не с дегтем), убирать хлеб (косами и граблями, но не серпами),причем исполнителям предписывается строго карать ослушников: «Ибо сами знаете,что добро и надобно, но наши люди без принуждения не сделают».

Самодержавное государство Петра официальнопрославляло полицию, о которой в одном из регламентов говорилось: «Оная споспешествуетв правах и правосудии, рождает добрые порядки и нравоучения… принуждает каждогок трудам и к честному промыслу… полиция есть душа государства и всех добрых порядков,фундаментальный подпор человеческой безопасности и удобности».

Обрушивая на подданных лавину указов,Петр был обеспокоен малой эффективностью многих из его предписаний. Проблема усложняласьи тем, что гигантски выросший за время его реформ чиновничий аппарат был пропитандухом взяточничества, казнокрадства, своеволия, ябедничества. Далеко не все указанияцентральной власти, порой противоречащие одно другому и сильно устаревшему законодательству,практически осуществлялись. Отсюда — сетования царя на беззакония, его попытки организовать«полезную юстицию», наладить режим неуклонного исполнения велений царскойвласти. «Всуе законы писать, когда их не хранить, или ими играть, как в карты,прибирая масть к масти, чего нигде на свете так нет, как у нас было, а отчасти иеще есть», — говорилось в одном из указов Петра. Предписывая вершить все позакону, царь грозил, что кто указ преступит, «казнен будет смертию безо всякиепощады».

В эпоху петровских реформ наука, культура,опыт более развитых стран Западной Европы использовались для совершенствования промышленности,военного дела, законодательства, государственного аппарата, всех областей жизни.Воспринимая этот опыт, Россия приобщалась к мировой цивилизации, к передовой материальнойи духовной культуре. Вместе с тем насильственное ускорение приобщения, административныеметоды и сословно-классовые основы насаждения иностранных образцов дали побочныйрезультат в виде преувеличенного и показного восприятия российским дворянством иностранноговообще. Знание и признание иностранного расценивались как обязательный внешний показательпослушания представителей служилого сословия, их способностей к службе и карьере,и, наоборот, приверженность к допетровским обычаям и нравам считалась непокорностью,упрямством, проявлением тупости.

В политико-правовой идеологии иностранныевлияния также порой сводились к воспроизведению модных иностранных терминов. Однакона теоретическом уровне политико-правового сознания восприятие распространенныхна Западе идей происходило иначе. Абсолютизм требовал нового идеологического обоснованияв духе времени. Этому духу соответствовала лишь теория естественного права, рядположений которой находился в вопиющем противоречии с феодальной действительностьюРоссии.

§ 2. Политико-правовая идеология феодальных защитниковабсолютизма

С идеологической защитой и обоснованиемпетровских реформ выступала группа дворян и священников, образно названная однимиз них «ученая дружина Петра». Эти теоретики использовали для обоснованияабсолютизма теорию естественного права.

Попытки использовать антифеодальную посвоей направленности, антитеологическую по идейной основе, реалистическую по постановкеи решению ряда проблем политики и права теорию, чтобы обосновать деспотизм и крепостничество,сопровождались существенными деформациями ряда коренных положений этой теории, выборочнымиспользованием ее категорий, столь же осторожным подбором ссылок на авторитеты.Так, концепция общественного договора хотя и применялась для обоснования абсолютизма,однако ссылки на Гоббса были нежелательны из-за его материализма. Часто ссылалисьна Гроция и Пуфендорфа; книга последнего «О должности человека и гражданина»была издана при Петре в русском переводе.

Одним из первых теоретиков абсолютизмав России был священнослужитель Феофан Прокопович (1681 — 1736 гг.). Прокопович получилширокое богословское образование в Киеве, затем — в Польше и Италии. Он преподавалв Киевской духовной академии риторику, философию, богословие, математику и другиенауки. Посетив Киев, Петр нашел в Прокоповиче ярого приверженца своих реформ и проектов.По приглашению Петра Прокопович переехал в Петербург; он принимал активное участиев подготовке и проведении церковной реформы. В обоснование петровских реформ и законовПрокопович писал трактаты, проповеди, другие произведения.

Прокопович призывал сочетать «дваземные пособия — природу и науку; и два свыше даруемые: катехизисное знание верыхристианской и серьезное убеждение в божественности священного писания». Онсчитал необходимым сочетать доводы от «естественного разума», от «законовнародных», от примеров исторических, от «неложного слова божьего».

Прокопович резко критиковал католическуюцерковь за обскурантизм, за отрицание и преследование научных открытий, которыепотом все равно приходится признавать (Коперник, Галилей). Критика католицизма имеламногоаспектный характер — проблема соотношения католичества и православия остростояла на Украине, где католицизм порой был знаменем антирусских настроений. Осуждаяпапство за преследование науки, за ложные чудеса, бесчисленные мощи святых, Прокоповичкритиковал обскурантизм вообще, в том числе мракобесие старого православного духовенства.Наконец, непосредственно политико-прикладной характер имели обвинения в «папежскомдухе», адресованные противникам церковной реформы. Реформа, суть которой сводиласьк подчинению православной церкви царю, встречала противодействие духовенства. Местоблюстительпатриаршего престола Стефан Яворский, например, не без намека на петровские указырассуждал: «Закон господень непорочен, а человеческие бывают порочны».

Прокопович резко осуждал самую мысль опревосходстве духовной власти над светской или о неподчиненности государству духовенстваи монашества: «Жало се змиино, папежский се дух».

В государстве, рассуждал Прокопович, существуютразные «чины», каждый из которых занят полезным для общества делом (ссылкана общественное разделение труда в обоснование сословного деления в эпоху Петрабыла распространенной); то же и «священство» — оно «иной чин естьв народе, а не иное государство». Составляя часть народа, духовенство подчиненогосударству так же, как и другие части. Упразднение патриаршества, учреждение Духовнойколлегии, а затем Синода Прокопович обосновывал ссылками на преимущества коллегиальногоуправления перед единоличным: «В единой персоне не без страсти бывает»,«известнее взыскуется истина соборным правлением, нежели единым лицом».Он ссылался также на примеры исторические — римские и византийские императоры имелии светскую, и духовную власть; конфликты царя и патриарха в России сопровождалисьширокими волнениями.

Таким же сочетанием богословских и рационалистическихидей Прокопович обосновывал неограниченную монархию. С одной стороны, «монархибози суть», государь «самому токмо богу ответ дает». С другой стороны,неограниченность власти самодержца проистекает из соглашения, по которому народотказывается от всех своих Прав и свободы и, наделяя властью правителя, говорит:«Ты владеешь нами к общей пользе нашей». Следуя Гроцию и Пуфендорфу (неисключено влияние Гоббса), Прокопович писал, что в безвластном состоянии царилихаос, произвол, кровопролитие. Для обеспечения мира, безопасности, общего благанарод «не без смотрения гбожия» заключает соглашение об отказе от всехправ и свободы, о создании государства. Впервые в истории русской политической мыслиПрокопович поставил проблему происхождения государства; то обстоятельство, что этапроблема решалась им со ссылками и на божий промысел, в значительной мере предопределяласьнеобходимостью считаться с официальным обоснованием абсолютизма, содержащим богословскиедоводы, а также официальным положением самого Прокоповича как одного из церковныхиерархов.

Своеобразны взгляды Прокоповича на формыправления, которые, как он утверждал, зависят от народного соглашения, но устанавливаютсяне произвольно, а в соответствии с размерами государства. Республики, писал Прокопович,могут существовать «разве в малом народе» и на небольшой территории. Именноэтим объясняется существование республик в Венеции, Генуе, Швейцарии, Бельгии. Мысльо зависимости форм государства от размеров территории, высказанная Прокоповичемеще в 1716 г., задолго до Татищева (см. ниже), была приспособлена для обоснованияабсолютизма в России.

Главное политико-философское произведениеПрокоповича «Правда воли монаршей во определении наследника державы своей...»написано в обоснование указа (1722 г.) Петра I, определившего право императора назначатьнаследника престола.

Порицая демократию и аристократию, Прокоповичправильной формой государства признает только монархию. Основное внимание Прокоповичасосредоточено на сопоставлении «наследной» и избирательной монархий. Сравниваядостоинства той и другой, Прокопович отдает решительное предпочтение наследственноймонархии, в которой находит лишь один изъян — наследник царской власти по законуможет оказаться недостойным, неспособным царствовать. Этот недостаток может бытьустранен только царствующим монархом, который может и должен назначить достойногои способного наследника престола своим завещанием (суть петровского указа о порядкепрестолонаследия). Этот вывод Прокопович стремится обосновать доводами от св. писания(право родителей наказывать детей, «отметающих наставления»), ссылкамина Греция, на Устав Юстиниана (применение к публичному праву институтов частногоправа, регулирующих семейные отношения, наследование). Наконец, в содержание первоначальногодоговора о создании государства и назначении правителя Прокопович включает обращениенарода к монарху: «Ты же сам впредь да оставляешь нам наследного правителя».

Права самодержца, по Прокоповичу, неограниченныи абсолютны; он имеет право и должен регулировать все стороны жизни и быта, в томчисле «всякие обряды гражданские и церковные, перемены обычаев, употреблениеплатьев, домов, чины и церемонии в пированиях и погребениях и прочее и прочее».Подданные же должны «без прекословия и роптания все от самодержца повеле-ваемоетворить».

Убежденным сторонником самодержавия Прокоповичпоказал себя в бурные дни и недели воцарения Анны Ивановны (1730 г.), когда в дворянскихкругах активно обсуждались проекты хоть какого-то ограничения произвола самодержцаи фаворитов, создания условий, «чтобы не персоны управляли законом, но законуправлял бы персонами». Прокопович резко выступал против самой мысли об ограничениимонархии, заявляя, что примерами истории доказано, «как отечеству нашему полезносамодержавие».

Василий Никитич Татищев (1686 — 1750 гг.) был государственнымдеятелем, организатором горного дела на Урале, географом, историком, ученым, внесшимзначительный вклад в развитие отечественной науки.

Татищев — сторонник теории естественногоправа; он ссылался на Гроция, Пуфендорфа, Вольфа. Вместе с тем он отрицательно отзывалсяо сочинениях Макиавелли, Гоббса, Локка, содержащих мысли, «более вредительные,нежели полезные».

Как и Прокопович, он осуждал папскую властьза преследование Коперника, за инквизицию; Татищев — сторонник просвещения, развитиянауки. Проблемы религии интересуют его более с точки зрения политической: «разностьвер» опасна там, где их две равные по силе — раздоры между протестантами икатоликами, разжигаемые попами, порождали великие смуты и кровопролития. «Ноежели где три или более разных вер, там такой опасности нет».

Естественное состояние, по Татищеву, —это состояние «вольности»; по природе человеку нужна и полезна лишь воля,«с разумом и рассуждением употребляемая». Поскольку человек не может обойтисьбез других людей, он вынужден подчиняться внешним ограничениям:

«Воле человека положена узда неволидля его же пользы». Эти ограничения (узда неволи) бывают трех видов:

по природе (власть родителей), по договору(отношения найма между хозяином и слугой), по принуждению (рабство или невольничество).Первые две узды имеют отношение к происхождению и сущности государств: власть монархаподобна родительской (природной), «общенародия или республики» основанына договоре.

Договор вообще рассматривается Татищевымкак основа всякого государства, в том числе и монархического. Ссылаясь на примерыизбрания царей в русской истории, он утверждал, что «по закону естественномуизбрание должно быть согласием всех подданных, некоторых Персонально, других черезповеренных, как такой порядок во многих государствах утвержден».

Формы правления зависят от ряда объективныхусловий, к которым относятся местоположение, размер территории и состояние населения.

Демократия — «общенародно» —осуществима только в государстве-городе или в маленькой области, где могут быстрособраться все домохозяева, «а в великой области уже весьма неудобна».«Голландия, Швейцария, Генуя и пр. изрядно правятся демократией и называютсяреспубликами».

Представительную систему Татищев считалпризнаком аристократии (правление избранных — по избранию или по положению). Аристократияприменима и полезна в областях (странах), состоящих из нескольких городов, защищенныхот неприятельских нападений (на островах и пр.), особенно у просвещенного народа,привыкшего к соблюдению законов без принуждения и жестокого страха. Примером аристократииТатищев считал Венецию, называл также Швецию и Англию, государственный строй которых,однако, считал смешением монархии, демократии, аристократии.

Россия, Франция, Дания, Испания и некоторыедругие страны, «яко великие государства, не могут иначе правиться, как самовластием».

А что если, рассуждал Татищев, при определенииформы правления не учитываются объективные обстоятельства? Произвольно избраннаяформа правления не будет прочной; неизбежны смуты, нашествия, перевороты, в результатекоторых государство либо будет разрушено или порабощено, либо примет свою естественнуюформу. Примеры русской истории используются Татищевым для обоснования такого вывода:«Великие же и от соседей не безопасные государства без самовластного государябыть и в целости сохраняться не могут». «Особливо, — добавляет Татищев,— где народ не довольно учением просвещен и за страх, а не из благонравия или познанияпользы и вреда закон хранит, в таковых не иначе, как само- или единовластие потребно».

Защита и обстоятельное обоснование самодержавияв концепции Татищева соединялись с мечтой о внедрении в систему органов власти чего-товроде представительных дворянских учреждений, чтобы наладить порядочное законодательство,компетентное решение дел центрального управления, пресекать фаворитизм, казнокрадство,взяточничество в верхних звеньях государственного аппарата. Он активно участвовалв разработке одного из проектов создания при императрице Анне Ивановне дворянскихпо составу представительных «правительств, участвующих в подготовке законопроектов,назначении высших должностных лиц, в повседневном контроле за деятельностью высшихорганов управления. Обосновывая необходимость этих учреждений, Татищев ссылалсяна то, что Анна Ивановна „как есть персона женская, к так многим трудам неудобна,паче же ей знания законов не достает, для того на время, доколе нам всевышний мужескуперсону на стол дарует, потребно нечто для помощи ее величеству вновь учредить“.

Как и другие представители школы естественногоправа, Татищев различает естественные и гражданские (положительные) законы.

Законы положительные основаны „насоображениях политической мудрости“, устанавливаются „по произволениюкаждого народа“. Если естественные законы определяют, что „право и неправо“,то политика судит о том, что полезно или вредно. Естественное право рассуждает оботдельном человеке, политика — об обществе в целом. Естественные законы едины ивсеобщи, гражданские законы различны вплоть до того, что по положительным законамразных народов „часто приходится тако, что один за доброту, другой за зло почитает“.

Много внимания Татищев уделял обоснованиюсословной структуры, положению основных классов-сословий феодальной России. ДляТатищева сословное деление обусловлено исторически сложившимся разделением труда,предопределившим правовое положение каждого из сословий.

Возникновение дворянства Татищев описываетследующим образом: когда-то весь народ был обязан оборонять и защищать государство;затем, когда „гражданство, купечество и земледельство“ были признаны нужнымии полезными государству, „тогда оных в покое оставя, определили особных людейк обороне и защищению государства“. Оправдание привилегий дворянства — в государственнойслужбе: „Шляхетство в государствах почитается за природное войско, которыхдолжность от самого возраста до старости государю и государству, не щадя здоровьяи живота своего, служить“. Татищев — сторонник сохранения порядка (табель орангах), при котором дворянство пополняется заслуженными выходцами из других сословий:»Чтобы всякий солдат о том мыслил и прилежал, чтоб в обер- и штаб-офицеры дослужиться".

Главными показателями государственноймощи Татищев считал «многолюдство и богатство», «а богатству корень— купечество и рукоделие». Купечество должно быть поставлено в государствена почетное место: оно подобно сердцу в человеческом теле. «Когда купечествобогато, то все государство богато, сильно и почтенно». Торговля умножается,писал Татищев, «наипаче через вольность купечества». Но это суждение Татищеваориентировано более на страны Запада; в России он считал необходимым и полезнымадминистративное вмешательство в промышленность и торговлю, государственный контрольза качеством товаров, жесткую регламентацию предпринимательской деятельности.

Теоретическим камнем преткновения дляТатищева явилось крепостничество. Рабство или невольничество (третий вид узды неволи)Татищев признавал противоестественным, противоречащим природе человека, естественномуправу защищаться и обороняться от насильственного порабощения. «Раб, самимли его господином покоренный или от покорившего наследством и куплею полученный,имеет право от онаго насилия или покорения искать свободы, как только может способтому улучить».

Введение крепостного права было ошибкойБориса Годунова, считал Татищев. «До царства Борисова в Русии крестьянствобыло все вольное, но он слуг, холо-пей и крестьян сделал крепостными». Этонарушение древних обычаев вызвало большие смуты — сначала взволновались крестьяне,а затем, когда цари попытались вернуть крестьянам свободу, возмутились дворяне.

«Вольность крестьян и холопов…во всех европейских государствах узаконена, — писал Татищев, — и многую в себе государствампользу заключает». Она была бы полезна и в России — крестьяне не разорялисьбы «беспутными отчинниками», не было бы побегов, тяжб, ябед, судов, коварств,государство имело бы больше «добрых, верных и способных служителей».

Осудив крепостное право в теории, в историии отчасти на практике, Татищев выдвинул против его отмены ряд доводов. Он утверждал,что освобождение крестьян породило бы «смятение, распри, коварства и обиды»и потому опасно, «дабы ища в том пользы, большего вреда не принести».Кроме того, вольность крестьянства, писал Татищев, «с нашею формою правлениямонаршего не согласует(ся), и вкоренившийся обычай неволи переменить небезопасно».

Татищев был первым из тех просвещенныхроссийских дворян, которые понимали несоответствие крепостного права и гуманизму,и сколько-нибудь рациональному способу ведения хозяйства, но не желали расстатьсяс десятками, сотнями, тысячами крепостных и потому печалились бесхозяйственностью«беспутных отчинников», романтически всхлипывали о «жестокосердии»злых помещиков, дерзко рассуждали о противоречиях законов гражданских естественным,природным законам и находили утешение лишь в убеждении, что без опеки и руководствапросвещенного и мудрого помещика ленивый и невежественный мужик неизбежно погибнет:«Была бы ему, — писал Татищев, — воля гибелью».

Практически отношение Татищева как идеологадворянства к крепостному праву наиболее ярко выражено в его «Кратких экономическихдо деревни следующих записках» (1742 г.). Это нечто вроде инструкции, адресованнойпомещикам, с практическими рекомендациями по ведению сельского хозяйства и ремеселв деревнях. «Записки» Татищева предусматривают неустанный и тотальныйнадзор помещика, приказчиков, старост над крестьянином, строгие меры внеэкономическогопринуждения крестьян. Подробно расписано, что, когда и как солить, вялить, сушить,заготовлять впрок; как сеять, как хранить, сколько скота и птицы должен иметь каждыйдвор. Помещики должны следить и за тем,, как крестьяне работают на себя, «принуждатькрестьян» делать свою работу, а то они, пояснял Татищев, «от лености ввеликую нищету приходят, а после приносят на судьбу жалобу». Летом заставлятьработать ночью: «А в сие жаркое время (суток) отнюдь не работать, ибо как людям,так и лошадям оное весьма вредно». Помещик должен зимой проверять, как крестьянезанимаются ремеслом, «понеже от праздности крестьяне не токмо в болезнь приходят,но и вовсе умирают, спят довольно, едят много, а не имеют моциону». «Поджестоким наказанием» запрещались драки, кумовство, продажа излишка продуктоввне деревни без разрешения помещика. В каждом селе должны быть построены богадельни,бани, школы, тюрьмы. В школах принудительно обучаются грамоте дети от 5 до 10 лет,«чрез что оные придут в познание закона», с 10 до 15 лет подростки обучаютсяремеслам, чтобы не сидели без дела зимой.

Татищев разделял убеждение своего векао всесилии просвещения, законов, разумного правительства. Он порицал как «махиавелическиеплевелы» рассуждения, что непросвещенным народом легче управлять, чем просвещенным;именно темнота, невежество народа создают распри и возмущения. Исходя из мысли,что народ недостаточно просвещен, Татищев и предлагал определить законами, инструкциями,предписаниями все, что представляет интерес для государства. Жесткая регламентациятруда и быта крепостных сверх того должна была компенсировать внеэкономическим принуждениемотсутствие стимулов к труду. Строгий режим предпринимательской деятельности, государственныйконтроль за качеством продукции были направлены против мошеннических проделок предпринимателейи торговцев.

Татищев неоднократно выступал за обновлениезаконодательства, за тщательную подготовку проектов законов — «лучше оное преждеиздания рассматривать, нежели издав, переменять, что с честию монарха не согласует».

Закон, писал Татищев, должен соответствоватьтаким требованиям: 1) изложение содержания закона языком, «которым большаячасть общенародия говорит и суще самым просторечием», «чтобы никаких иноязычныхслов не было»; «всякий закон что короче, то внятнее»; 2) выполнимостьзаконов; требование включает и недопустимость чрезмерных угроз наказаниями: «неумеренныеказни разрушают тем закон, что от сожаления принуждены будут наказание уменьшать»;3) согласованность законов, непротиворечивость законодательства; 4) своевременноеи широкое объявление закона, «ибо кто, не зная закона, преступит, тот по законуоному осужден быть не может»; 5) сохранение обычаев древних, если они не противоречатобщей пользе.

§ 3. Политико-правовая идеология купечества. И.Т. Посошков

Развитие промышленности, ремесла и торговли,ускоренное реформами Петра, привело к росту числа и влияния промышленников и купцов.Одним из первых идеологов этого класса был Иван Тихонович Посошков (1652, 1653 или1665 — 1726 гг.). Посошков занимался предпринимательством и торговлей. Он написалнесколько произведений, в том числе «Книгу о скудости и богатстве» (1724г.), в которой излагается программа действия абсолютизма, какой ее хотело видетькупечество. Все надежды Посошков возлагает на царя, держась традиционно-теологическогообоснования царской власти: «Мы же монарха своего почитаем яко бога».«Яко бог всем своим светом владеет, так и царь в своей державе имеет власть».

Посошков — сторонник тотальной государственнойрегламентации производства, труда, многих сторон быта для увеличения общественногобогатства. Чтобы истребить неправду, «водрузить любовь и беспечное житие народное»,царь указами должен заставить всех работать, «жить бережно и ничего напрасноне тратить».

Много внимания Посошков уделял положениюсословий и политике государства по отношению к каждому из них. В духе эпохи петровскихреформ сословное деление общества он объяснял разделением труда, причем на государствовозлагается задача заставить каждое сословие работать в отведенной ему сфере.

Посошков не выражает сомнений в необходимостидворянства и его привилегий, но делает упор более на обязанности, чем на права.Если, писал Посошков, дворянин «в доме своем живет и крестьянами владеет, авеликому государю никакой службы не показал, то у таких бы (помещиков) людей отниматьи отдавать тем, которые его царскому величеству служат».

Посошков понимал, что крестьянство — основнойпроизводительный класс России: «Крестьянское богатство — богатство царственное,а нищета крестьянская — оскудение царственное». Посошкова тревожит тяжелоеположение крестьян, обремененных массой повинностей помещику и государству, беззащитныхперед произволом дворянства и чиновников, нищих, безграмотных, лишенных каких-либостимулов к труду.

Но Посошков вовсе не противник крепостногоправа;

напротив, он за его расширение. Печалясьо нищете крестьянства. Посошков писал: «Крестьянское житие скудостно ни отчего иного, только от их лености, а потом от неосмотрительности правителей и отпомещичьего насилия и от их небрежения». Посошков предлагал обязать помещиковнеусыпно следить за тем, чтобы крестьяне работали все дни недели, кроме праздничных,— на помещика ли, на себя ли, — лишь бы не «лежебочили», а своим трудомумножали богатство; в тех же целях рекомендовалось применять строгие наказания,ввести паспортную систему для пресечения побегов.

Наряду с этим Посошков предлагал мерыдля защиты крестьянского хозяйства от разорения помещиками, от произвольных поборов,подрывающих всякие стимулы крестьян к труду. Обращая особое внимание на положениепомещичьих крестьян, Посошков с тревогой писал, что помещики забирают у крестьянвсе, что те производят, «и тем излишеством крестьянство в нищету пригоняют,и который крестьянин станет мало посытее быть, то на него и подати прибавят»— «и тако творя, царство пустошат, потому так их обирают, что у иного и козыне оставляют».

Для защиты хозяйства от окончательногоразорения Посошков считал необходимым ограничить царским указом крестьянские повинности(оброк, барщину) в пользу помещика и государственной казны. Размер крестьянскихповинностей должен определить специально для того созванный съезд дворян, а послеэтого утвердить царь. Посошков не брался предопределять этот размер. Он должен бытьтаким, «чтобы крестьянству было не тягостно»; главное в том, чтобы помещикне имел права требовать сверх положенного. Право царя издать указ о крестьянскихповинностях Посошков обосновывает тем, что «царю паче помещиков надлежит крестьянствоберечь, понеже помещики владеют ими временно, а царю они всегда вековые».

Большое внимание Посошков уделял положениюкупечества. «Торг дело великое!… Купечеством всякое царство богатится, абез купечества никакое не только великое, но и малое царство стоять не может. Купечествои воинству товарищ. Воинство воюет, а купечество помогает… Как душа без тела неможет быть, так и воинство без купечества пробыть не может… Царство воинствомрасширяется, а купечеством украшается».

В духе политики полицейского государстваПосошков призывает царскими указами регламентировать порядок торговли, занятия промышленностьюи ремеслами, определять цены на товары, стоимость самих денег, строго контролироватьсоблюдение царских указов. Купечество должно стать единственным торговым и промышленнымсословием. Посошков — за «торг свободный», но свобода торговли им понимаетсяочень своеобразно: не как свобода конкуренции, а как свобода от конкуренции со стороныиностранных купцов, а также всех других сословий. Торговля должна быть запрещенавсем, кто не принадлежит к купечеству. Своеобразие взглядов Посошкова и в том, чтообеспечение предприятий рабочей силой мыслилось им на основе крепостнической системы— он за сохранение прав купечества владеть крепостными, за насильственное приобщениек труду здоровых нищих, за использование на заводах и фабриках труда крепостныхв зимнее время.

Возлагая все надежды на царскую власть,Посошков был далек от мысли о всесилии царских указов: «Сколько новых статейиздано, а немного в них действа, ибо всех их древностная неправда одолевает».Довольно резко порицая «обветшавшие и искаженные неправыми судьями древниеуставы», Посошков предлагал «сочинить правосудную книгу с подлинным рассуждениемна всякие дела».

Для этого предлагалось следующее. Подготовкупроекта Уложения нужно поручить собранию представителей всех сословий и чинов (по2 — 3 от каждого), в том числе «не худо бы выбрать из крестьян, кои в старостахи сотских бывали б и во всяких нуждах перебывали, и в разуме сильнее». В проектедолжны быть собраны и согласованы положения старых и новых указов. По категориямдел, не предусмотренным ни старыми, ни новыми указами, должна быть учтена практикарешения таких дел. Предлагалось использовать иноземные уставы, взяв те статьи, которые«будут к нашему правлению пригодны».

Подготовленный проект следует передатьна обсуждение всех сословий: «Всем народом освидетельствовать самым вольнымголосом, а не под принуждением». Предоставление каждому возможности свободновысказаться, пока книга не завершена, — предпосылка высокого авторитета будущегоУложения: «Того ради и дана свободность, дабы потом не жаловались на сочинителейтой новосочиненной книги, для того и надлежит вольным голосом освидетельствовать».

Предлагаемый порядок принятия нового Уложения,по мнению Посошкова, никак и ничем не ограничивает царской власти; как царь решит,так оно и будет; проверка проекта «многонародным советом» имеет цельюлишь устранение ошибок, пробелов, более совершенное воплощение «правды»;правовую силу Уложению придаст лишь царское утверждение.

Наряду с проблемой беспробельности праваПосошкова тревожит проблема обеспеченности его исполнения системой гарантий. Первостепенноезначение Посошков придавал не только совершенствованию содержания права, но и созданиюпрочного правопорядка, хотя бы и на феодально-правовой основе. Так, размер крестьянскихповинностей предлагалось определить съездом дворян, решение которого будет утвержденосоответствующим указом царя. Главное, по Посошкову, в том, чтобы этот указ реальноисполнялся; для этого предлагалось контроль за соблюдением указа помещиком возложитьна суды. Крестьянин, донесший суду, что помещик требует и берет сверх положенногоуказом, получает волю и 50 руб.; за недонесение о нарушении помещиком указа крестьянинбудет наказан кнутом; у помещиков, уличенных в нарушении указа, отбираются крестьянеи земли: «На то смотря, и самый ядовитый помещик сократит себя, и крестьянразорять не станет».

Важное место в системе обеспечения правопорядкадолжен занять суд. Одной из причин отсталости страны Посошков называл «закоренелуюдревнюю неправду», неправосудие, волокиту, взяточничество. Для наведения порядкав правосудии он предлагает уличенного во взятке судью или чиновника на первый разподвергать штрафу, на второй раз — «за рубль по двести рублев, наказание накозле; а за третью вину либо смерть, либо в вечную работу к рудокопным делам».

Поскольку произвол, взяточничество, ябедничество,высокомерие, пренебрежительное отношение к людям проистекают, как писал Посошков,из господства в суде и управлении дворян с их круговой порукой и безнаказанностью,реформа суда предполагает изменение его состава: «Лучше сначала ради установленияправды в судьи посадить из низких чинов, прежде всего из приказных людей, которыев делах искусны и страх божий в себе имеют. И с ними посадить, где пристойно, ииз военного (чина), которые от службы отставлены, и из купечества, у которых естьострота ума». «И тем низкородным судьям надлежит дать такое величество,чтобы они никаких лиц не боялись, кроме бога да царя, и дела бы все свои делалипо новосочиненному его императорского величества указу неизменно и от своего умабы не мудрствовали… а за нарушение новоизложенного указа — смерть».

Реформа суда должна сделать его доступнымвсем сословиям: «Суд устроите един, каков земледельцу, таков и купецкому человеку,убогому и богатому… И чтоб суд учинить близостный, чтоб всякому и низкочинномучеловеку легко было его доступать».

Большое внимание Посошков уделял такойгарантии правопорядка, как обучение народа грамоте. Чиновники и сборщики податей,писал Посошков, «чинят крестьянам пакости великие, а они оспорить не могут,так как неграмотны». От произвола и беззакония особенно страдает населениенерусских деревень — туда приезжают солдаты, приставы, подъячие, с указом или безуказа, что хотят, то и делают, обирают нерусских крестьян, «потому что онилюди безграмотные и беззаступные». Для ограничения произвола Посошков предлагалпринудительно обучать крестьянских детей грамоте: «Не худо бы так учинить,чтобы не было и в малой деревне безграмотного человека». Обучать грамоте надои нерусское население: «И у мордвы детей брать и грамоте учить отдавать, хотябы и насильно».

Совершенствование права и его гарантийПосошков считал составной частью и основой государственной политики. «Без насажденияправды нельзя и народ весь обогатить»; когда народ «обогатится»,рассуждал Посошков, «вражды и обиды все истребятся», а «высокомнимыедворяне могут превратиться в кротких овчат и будут иметь любовь с простым народом».

Некоторые предложения Посошкова болезненнозатронули интересы господствующего дворянства. Вскоре после издания и посылки царю«Книги о скудости и богатстве» Посошков был арестован и заключен по «важномусекретному государственному делу» в Петропавловскую крепость, где и скончался.

§ 4. Заключение

Период петровских реформ был переломнымв истории политико-правовой идеологии России. С ним связано крутое изменение каксодержания, так и формы политико-правовой мысли господствующего дворянства; на сменубогословским доводам в обоснование самодержавия пришла теория общественного договораи естественного права. Восприятие этой теории приобщило русскую мысль к достиженияммировой цивилизации, создало стимулы и открыло перспективы развития, свободногоот патриархально-теологических догм и оков.

Основой мышления теоретиков политики иправа стала рационалистическая методология; составляющая сущность теории естественногоправа идея природного равенства людей поначалу либо обходилась молчанием (Прокопович),либо признавалась ценной, но практически неосуществимой (Татищев). Однако воспринятаярусской политико-правовой идеологией теория естественного права, вначале подгонявшаясяпод практические нужды и текущую политику феодального государства, по мере развитияобщественных отношений и противоречий неизбежно обнаруживала свою гуманистическуюсущность и потому либо грубо ревизовалась феодальными идеологами, в результате чегоот этой теории оставалась лишь словесная оболочка, либо закономерно становиласьидейным знаменем сил, борющихся против самодержавия и крепостничества (см. гл. 14).

Столь же значительную социально-классовуюдифференциацию претерпели содержательные выводы, основанные на использовании данныхистории и географии. Консервативные и реакционные мыслители последующего времениисторически обосновывали «необходимость самовластья». Демократическаямысль обнаружила в русской истории Киевское вече, республиканские Новгород и Псков.Обширность территории стала официальным обоснованием самодержавия. Теоретическийпоиск противоположной классовой ориентации привел к мысли о федерации, к идеям представительнойдемократии, к резонным сомнениям в фатальной предопределенности форм государствагеографическими условиями. Наконец, идея общественного договора, поначалу использовавшаясядля апологии абсолютизма, впоследствии с большим основанием направлялась противсамодержавия.

Политико-правовая идеология первой четвертиXVIII в. обозначила и большинство программных положений последующего времени. Напервый план была выведена проблема самодержавия, его задач, способов обоснования,возможностей ограничения. Как ни парадоксально, но именно идеологи сословий, которыезависели от самодержавия и были его опорой, декларируя преданность самодержавиюи разрабатывая теоретические доводы в его обоснование, еще в начале века поставиливопрос об ограничении власти самодержца, чтобы укрепить существующий строй, обеспечитьзаконность и правопорядок. Таков был проект Татищева (1730 г.). Еще более тенденцияфактического ограничения власти самодержца ощущается в рассуждениях Посошкова обутверждении монархом законов или указов, предварительно обсужденных, тщательно продуманныхи подготовленных собранием всего народа или представителей сословий, чьи интересызатрагиваются будущим указом (законом). Та же идея постоянно возникала и обсуждаласьв процессе последующего развития политико-правовой идеологии.

Однако дворянская власть XVIII в. гарантииинтересов сословия нашла не в «конституционализме» и ограничении самодержавия,а в дворцовых переворотах, сменяющих монархов, неугодных верхам дворянства. Органическойи важной частью дворянской монархии XVIII в. являлась гвардия. Со времен Петра былозаведено, что дворянин мог получить офицерский чин, лишь прослужив несколько летрядовым в гвардейском полку. В результате сосредоточенные в столицах гвардейскиеполки стали своеобразным представителем и выразителем интересов господствующегосословия, средством воздействия дворянства на верховную власть. Подчиненная волеимператора по правилам военной дисциплины, гвардия была тем не менее орудием пятигосударственных переворотов (с 1725 по 1762 гг.), происходивших каждый раз, когдазамена одного царя другим отвечала воле дворянства или по крайней мере влиятельнойгруппировки этого класса. Сколько-нибудь обстоятельной теоретической разработкепроблем ограничения самодержавия препятствовало и резко отрицательное отношениеправящих монархов к идеям, направленным на умаление их власти.

Наиболее острым программным политико-правовымвопросом стало положение крепостного крестьянства, отданного государством в полнуюсобственность и власть помещиков. Образованный и проницательный идеолог дворянстваТатищев не видел других доводов в обоснование крепостного права, кроме связи егос самодержавием, опасности волнений освобожденного от власти помещиков крестьянства.Эти доводы (что хуже — неволя крестьян или их своеволие? Как же самодержец справитсяс управлением страной, если крестьяне выйдут из подчинения помещикам?) впоследствиив различных вариантах всплывали каждый раз, когда монархи играли в «просвещенность».

Сложнее была программа торгово-промышленногокласса, идеолог которого Посошков, не ставя под сомнение надобность крепостногоправа и даже высказываясь за его расширение, в интересах развития отечественнойпромышленности и торговли предлагал ограничить помещичий произвол и расточительство,определив на государственном уровне размер крестьянских повинностей.

Это предложение затрагивало острейшуюполитическую проблему того времени. При Петре крепостное право принимало формы,близкие к рабству. Порой строго карая дворян, уклоняющихся от службы, феодальноегосударство попустительствовало самому грубому помещичьему произволу по отношениюк крепостным. Этим компенсировались повышенные требования к самому дворянству впериод формирования громадного военно-бюрократического аппарата абсолютной монархии,покупалась преданность служилого сословия крепнущему самодержавию. Призывы Посошковаограничить помещичий произвол, обоснованные реальной тревогой за состояние хозяйства,не могли стать программой действий самодержавия уже по той причине, что прочнаяопора на служилое сословие была для абсолютизма много важнее, чем положение и состояниекрестьянства.

Протест народных масс против усиливающегосяфеодального гнета в первой половине XVIII в. находил выражение в резко увеличившихсяпобегах крестьян от помещиков, в разбойничестве, в восстаниях. Политико-правоваяидеология народных масс основывалась большей частью на религиозном (староверческоми ортодоксально-православном) мировоззрении; в «прелестных письмах» восставшихсодержались призывы бороться «за истинную веру христианскую, за благочестивогонашего государя царя». В то же время в ходу были сказания и слухи о самозванствеПетра (подмененный царь), в тайных «тетрадях» осуждался «царь-антихрист».Восставшие крестьяне были единодушны в определении социальных сил, против которыхнадо бороться. Это «князья, бояре, прибыльщики (сборщики многочисленных поборов)и немцы — за их злое дело» и за то, что они «вводят нас и всех вас в эллинскуюверу, а от истинной веры христианской (старой, раскольнической) отворотили».Менее определенны были цели борьбы; задача общего преобразования общественного иполитического строя в ходе восстаний еще не ставилась.


Глава12. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ ВО ФРАНЦИИ XVIII В.

 

§ 1. Введение

Идейная борьба во Франции XVIII в. служитклассическим примером того, как в противоборстве с феодальным мировоззрением формировалосьполитическое сознание буржуазии. В ходе этой борьбы наиболее отчетливо проявилисьобщие закономерности и тенденции, определявшие развитие политической мысли в эпохуранних антифеодальных революций.

Причин тому было несколько.

Экономические причины, обусловившие остротуидейной борьбы в период подготовки и проведения Великой французской революции 1789—1794гг., коренились в особенностях капиталистического развития страны. К началу XVIIIв. Франция становится одним из крупнейших центров европейской торговли. Ее промышленность,благодаря оживленным связям с другими странами, начинает развиваться ускореннымитемпами. В то же время во Франции сохранялись многочисленные пережитки крепостническихотношений (сеньориальные владения, остатки серважа и др.), которые препятствовалирасширению внутреннего рынка. В середине XVIII в. Франция оказалась как бы средоточиемсоциально-экономических противоречий между отжившим феодальным строем и набиравшимсилу капитализмом.

Основной политической причиной обостренияидейной борьбы накануне революции явилась сложившаяся во французском обществе расстановкаклассовых сил. Восходящей буржуазии противостояла абсолютная монархия, которая достиглазенита своего могущества. Для завоевания политической власти буржуазия была вынужденаобъединяться с народными массами.

Поднимая народ на борьбу с абсолютистскимрежимом, французская буржуазия выступала во главе третьего сословия, к которомупринадлежали тогда все непривилегированные слои населения (буржуа, крестьяне, рабочие,городская беднота и др.). Широкое участие трудящихся масс в революционном движенииобеспечило ему небывалый размах, подталкивало буржуазию к проведению радикальныхобщественных преобразований, а также способствовало более глубокому, по сравнениюс эпохой предшествующих буржуазных переворотов, размежеванию позиций в самом антифеодальномлагере.

Среди причин идеологического порядка,обусловивших ход идейной борьбы в предреволюционной Франции, решающую роль сыгралото, что в религиозных войнах, охвативших страну на рубеже XVI–XVII вв., победу одержалкатолицизм. Католическая реакция, перейдя в наступление, разжигала у верующих религиознуюнетерпимость и фанатизм. В этих условиях борьба французской буржуазии с теологическиммировоззрением приобрела непримиримый характер и была доведена до полного отрицанияхристианства.

Программу антифеодального движения воФранции разрабатывали представители различных политических направлений: просветители,революционные демократы и др.

Просветительство как идейное движениепредставляет собой закономерную ступень в развитии политической идеологии. Движениепросветителей возникает на ранних этапах идеологической подготовки перехода к буржуазномустрою, когда в стране еще не сложилась революционная ситуация. Просветительскиеучения выражали интересы тех социальных слоев, которые надеялись осуществить назревшиепреобразования с помощью распространения знаний и постепенных реформ. По мере нарастаниякризиса феодального строя из просветительства выделилось революционно-демократическоенаправление политической мысли.

Интересы социальных низов нашли отражениев идеологии социализма, представители которого продолжили разработку проектов организациигосударства и законов, основанных на общественной собственности.

 

§ 2. Политико-правовая программа Вольтера

Общепризнанным лидером французского Просвещениябыл выдающийся писатель и философ Вольтер (псевдоним, настоящее имя – Франсуа Аруэ,1694 – 1778 гг.). В историю общественной мысли он вошел как страстный обличителькатолической церкви, религиозного фанатизма и мракобесия.

Мировоззрение Вольтера окончательно сложилосьв Англии, где он несколько лет провел в изгнании. По возвращении на родину им былинаписаны “Философские письма” (первоначальное название – “Письма об англичанах”),стяжавшие ему европейскую известность. В “Письмах” он пропагандировал передовыеанглийские учения (Дж. Локка и др.), а также либеральные порядки и государственноеустройство Англии. “Философские письма” явились, по сути дела, первым наброскомпрограммы французского Просвещения. Содержащиеся в них положения впоследствии былиразвиты и конкретизированы мыслителем в исторических и философских трудах, произведенияххудожественной литературы и в многочисленных памфлетах.

Вольтер был сторонником философии деизма.“Христианство и разум не могут существовать одновременно”, – писал Вольтер. Просвещенныелюди не нуждаются в христианских откровениях. Веру в карающего бога необходимо сохранитьлишь для того, чтобы внушать непросвещенным (“черни”, а равно неразумным правителям)нравственный образ поведения. Отсюда – известное изречение Вольтера:

“Если бы бога не было, то его нужно былобы выдумать”.

Усвоив принципы деизма, разработанныеанглийской философией, Вольтер превратил это учение в орудие непримиримой борьбыс католической реакцией. Против католической церкви Вольтер выдвинул лозунг: “Раздавитегадину!”.

Критику феодальных порядков Вольтер проводилс позиций рационализма. Согласно взглядам философа, на смену деспотическому правлениюпридет царство разума и свободы, в котором каждому человеку будут предоставленыестественные права – право на личную неприкосновенность, право частной собственности,свобода печати, свобода совести и др. Под свободой Вольтер понимал устранение феодальныхпережитков, сковывающих творческую инициативу человека, его частнопредпринимательскуюдеятельность. Вольтер сводил свободу к независимости граждан от произвола: “Свободасостоит в том, чтобы зависеть только от законов”.

Намеченная Вольтером программа ликвидациикрепостного права предусматривала освобождение крепостных, принадлежащих церквии государству. Что же касается помещичьих крестьян, то их следовало, по мнению Вольтера,освобождать лишь с согласия владельца и притом за выкуп. В этой части учения, какни в какой другой, проявилось его стремление к компромиссу с дворянством.

Политическую организацию будущего “царстваразума” Вольтер не стремился определить во всех подробностях. Он сосредоточил своевнимание на пропаганде идей законности и либеральных методов осуществления власти,предоставляя другим просветителям разработку проектов идеального устройства государства.Вполне ясно ему было одно – управлять государством должны только собственники. Признаваяестественное равенство (“мы все в равной степени люди”), Вольтер решительно отвергалкак социальное, так и политическое равенство. “В нашем несчастном мире не можетбыть, чтобы люди, живя в обществе, не разделились бы на два класса: один класс богатых,которые приказывают, другой – бедных, которые служат”.

Теоретически он отдавал предпочтение республике,но считал, что она мало применима на практике. Образцом государственной организациисвоего времени Вольтер называл парламентские учреждения в Англии. Политический идеалВольтера, особенно в последних работах, приближался к идее разделения властей.

Грядущие преобразования в обществе философсвязывал с развитием знаний и подъемом культуры, которые, по его мнению, приведутк тому, что правителями будет осознана необходимость реформ. Стремясь направитьгосударей на путь истины, он предпринял поездку к Фридриху Прусскому и вступил впереписку с Екатериной II.

Отношение Вольтера к революции было типичнымдля французских просветителей XVIII в. Оправдание предшествующих революций (например,казни английского короля Карла I), мечты о свержении тиранов у просветителей сочеталисьс рассуждениями о нежелательности кровопролития, о пагубных последствиях гражданскойвойны и т.п. В идеологии либеральной буржуазии к этим соображениям прибавляетсястрах перед выступлениями трудящихся масс. “Когда чернь примется философствовать,– утверждал Вольтер, – все погибло”. Просветители возлагали надежды на постепенныереформы сверху.

Историческое место Вольтера как мыслителяопределяется тем, что он наметил программу французского Просвещения, поставил рядфундаментальных методологических проблем и заложил основы просветительской критикирелигии. Социальные Идеи Вольтера соответствовали интересам торгово-промышленнойверхушки французской буржуазии. По своему объективному значению его идеи имели революционныйхарактер: они нацеливали прогрессивные силы общества на упразднение феодальных порядкови ниспровержение абсолютизма.

Вольтер принадлежал к числу идеологов,которые, не создав собственной политической теории, подготовили почву для последующегоразвития политико-правовых учений. Влияние вольтеровских идей в той или иной мереиспытали все французские просветители.

§ 3. Учение Ш. Монтескье о государстве и праве

Крупнейшим теоретиком государства во французскомПросвещении был Шарль Луи де Монтескье (1689 – 1755 гг.). Свои общественно-политическиевоззрения он изложил первоначально в романе “Персидские письма”, а также в историческомочерке “Размышления о причинах величия и падения римлян” и других сравнительно небольшихработах. В результате многолетнего изучения истории законодательства появился егоглавный труд – книга “О духе законов” (1748 г.).

Монтескье создал первую развернутую политическуюдоктрину в идеологии просветительства. В своих исследованиях он стремился расширитьфактологическую базу социально-политической теории, описать причины, вызывающиеизменения в законодательстве и нравах, и, обобщив накопленный материал, выявитьзаконы истории. Монтескье был убежден, что ход истории определяется не божественнойволей и не случайным стечением обстоятельств, но действием соответствующих закономерностей.“Я установил общие начала и увидел, что частные случаи как бы сами собою подчиняютсяим, что история каждого народа вытекает из них как следствие… Принципы свои явывел не из своих предрассудков, а из самой природы вещей”.

Эмпирические методы исследования в трудахМонтескье используются наравне (и поэтому вступают в резкое противоречие) с методологиейрационализма. Так, изучение первобытного общества позволило ему преодолеть договорнуютеорию происхождения государственной власти. Заимствуя идею естественного (догражданского)состояния, он в то же время отвергает рационалистические конструкции, в которыхобразование государства выводилось из требований естественного права. Не принялон и само понятие общественного договора.

Возникновение политически организованногообщества Монтескье склонен рассматривать как исторический процесс. По его мнению,государство и законы появляются вследствие войн. Не имея достаточных материалов,чтобы построить общую теорию происхождения государства, мыслитель пытается объяснитьэтот процесс, анализируя то, как зарождались конкретные социальные и правовые институты.В связи с этим он полемизирует с предшествующими ему теоретиками, которые вопрекиисторическим фактам переносили в естественное состояние такие социальные явления,как собственность (Дж. Локк) и войну (Т. Гоббс). Монтескье был одним из зачинателейисторико-сравнительного изучения общества и государства, эмпирического правоведения.

Закономерности общественной жизни Монтескьераскрывает через понятие общего духа нации (отсюда название его главного труда).Согласно его учению, на общий дух, нравы и законы нации воздействует множество причин.Эти причины делятся на две группы: физические и моральные.

Физические причины определяют общественнуюжизнь на самых первых порах, когда народы выходят из состояния дикости. К такимпричинам относятся: климат, состояние почвы, размеры и положение страны, численностьнаселения и др. Например, на юге климат жаркий, там люди изнежены, ленивы и работаюттолько из страха наказания. В жарких странах “обыкновенно царит деспотизм”. Наоборот,на севере, где климат суровый и преобладают бесплодные земли, люди закалены, храбрыи свободолюбивы. Для северных народов характерны умеренные формы правления.

Пытаясь установить соотношение между физическимипричинами, определяющими политическую жизнь, Монтескье проницательно замечал, что“законы очень тесно связаны с теми способами, которыми различные народы добываютсебе средства к жизни”.

Ведущую роль среди физических причин Монтескьеотводил географическим факторам. Сама постановка вопроса о значении географическойсреды в жизни общества была плодотворной, ибо ориентировала политическую мысль навыявление объективных причин государства и права. В этом французский просветительприближался к пониманию материальной обусловленности политики. Вместе с тем абсолютизациягеографических факторов приводила его к совершенно произвольным выводам (вроде того,что азиатские народы склонны к подчинению, а европейцы – к господству). Эти идеиМонтескье впоследствии были использованы идеологами геополитики и расизма.

Моральные причины вступают в действиепозднее, отмечал Монтескье, с развитием цивилизации. К их числу относятся: принципыполитического строя, религиозные верования, нравственные убеждения, обычаи и др.Моральные причины воздействуют на законодательство народов сильнее, чем физические,и постепенно вытесняют их. Как писал просветитель, “моральные причины более влияютна общий дух, общий характер нации и должны более учитываться при выявлении общегодуха по сравнению с физическими причинами”.

В своем учении Монтескье поднимается,таким образом, до осознания того, что историческое развитие общества представляетсобой результат сложного взаимодействия объективных и субъективных причин. Он верноподметил и тенденцию к возрастанию субъективного фактора в истории. Однако эти положениябыли истолкованы мыслителем идеалистически, в духе философии рационализма, противопоставлявшейобъективную необходимость и свободный разум. Написание книги “О духе законов”, пословам автора, преследовало цель показать “триумф морали над климатом”.

Среди моральных причин важнейшими являютсяпринципы государственного строя. Для Монтескье, как и для многих других идеологовлиберализма, проблема рациональной организации общества – это проблема главным образомполитическая и правовая, а не социальная. В идеологии раннего либерализма свободаозначала разумную организацию государства и обеспечение режима законности. ПодобноВольтеру, Монтескье отождествляет политическую свободу с личной безопасностью, независимостьюиндивида от произвола властей, гражданскими правами. Свобода, утверждал он, “естьправо делать все, что дозволено законами”.

Обоснование идеала свободы мыслитель связывалс рассмотрением существовавших форм государства. Он различает три вида правления:республику (демократию и аристократию), монархию и деспотию. Каждая из них имеетсвой собственный принцип, характеризующий государственную власть с деятельной стороны,с точки зрения ее взаимоотношений с гражданами. Своеобразие этой классификации втом, что Монтескье наполнил понятие формы государства такими определениями, которыев последующих доктринах будут обозначены как политический режим.

Республика представляет собой государство,где власть принадлежит либо всему народу (демократия), либо части его (аристократия).Движущим принципом республики выступает политическая добродетель, т.е. любовь котечеству.

Монархия – это единоличное правление,опирающееся на закон; ее принципом служит честь. Носителем монархического принципаМонтескье называл дворянство.

Деспотия, в отличие от монархии, – единоличноеправление, основанное на беззаконии и произволе. Она держится на страхе и являетсянеправильной формой государства. “Нельзя говорить без ужаса об этом чудовищном правлении”,– писал Монтескье. Если где-нибудь в Европе воцарится деспотизм, то тут уже никакиенравы и климаты не помогут. Предотвратить перерождение монархии в деспотию способналишь правильная организация верховной власти. Эти и подобные им рассуждения просветителявоспринимались современниками как завуалированная критика абсолютизма во Франциии призыв к свержению тиранов.

Следуя традициям античной политико-правовоймысли, Монтескье считал, что республика характерна для небольших государств (типаполиса), монархия – для государств средней величины, деспотия – для обширных империй.Из этого общего правила он сделал одно существенное исключение. Монтескье показал,что республиканское правление может быть установлено и на обширной территории, еслиего соединить с федеративным устройством государства. В трактате “О духе законов”была теоретически предсказана.возможность образования республики в крупных государствах.

Установление республиканского строя, полагалМонтескье, еще не означает достижение свободы членами общества. Для обеспечениязаконности и свободы необходимо как в республике, так и в монархии провести разделениевластей. Развивая учение Локка, Монтескье детально определяет виды власти, их организацию,соотношение и т.п.

Монтескье выделяет в государстве законодательную,исполнительную и судебную власти. Принцип разделения властей, согласно взглядаммыслителя, состоит, прежде всего, в том, чтобы они принадлежали различным государственныморганам. Сосредоточение всей полноты власти в руках одного лица, учреждения илисословия неминуемо ведет к злоупотреблениям и произволу. Помимо разграничения компетенциипринцип разделения властей предполагает также предоставление им специальных полномочийс тем, чтобы они ограничивали и сдерживали друг друга. Нужен такой порядок, указывалМонтескье, при котором “одна власть останавливает другую”.

Самым последовательным воплощением этихпринципов мыслитель называл государственный строй Англии, где законодательная властьпринадлежит парламенту, исполнительная – королю, а судебная – присяжным.

Учение Монтескье о разделении властейобладало значительной новизной по сравнению с предшествующими концепциями. Во-первых,он соединил либеральное понимание свободы с идеей конституционного закрепления механизмаразделения властей. Свобода, утверждал просветитель, “устанавливается только законамии даже законами основными”. Во-вторых, Монтескье включил в состав властей, подлежащихразграничению, судебные органы. Иначе говоря, обоснование парламентаризма как системыуправления, основанной на разграничении законодательных и исполнительных полномочий,было дополнено у Монтескье принципом независимости судей. Рассмотренная им триада(законодательной, исполнительной и судебной властей) со временем стала классическойформулой теории конституционализма. В своем учении Монтескье объединил наиболеепопулярные идеи либеральной буржуазии того времени и выстроил их в достаточно последовательнуюи целостную доктрину.

Идеологически теория разделения властейбыла направлена против королевского абсолютизма и служила обоснованию компромиссабуржуазии и дворянства.

В условиях предреволюционной Франции этоучение призывало к созданию представительных органов власти и передаче им законодательныхполномочий. Компромиссный характер теории Монтескье проявился в том, что он допускалсохранение привилегий дворянства и предусматривал образование в законодательномсобрании верхней палаты, состоящей из наследственной аристократии. Стремясь заручитьсяподдержкой знати, Монтескье расписывал древние вольности дворянства, которые былипопраны королевской властью при создании централизованного государства. Просветительхотел доказать наследственной аристократии, что ограничение прав монархов ей будетстоль же выгодно, как и буржуазии. Будущее Франции представлялось ему в виде конституционноймонархии.

Учение Монтескье сыграло громадную рольв развитии политической мысли. Монтескье — родоначальник географической школы всоциологии; к его идеям обращались представители исторической школы права, сравнительногоправоведения, теории насилия и других направлений. В начале XX в. интерес к Монтескьезаметно возрос Например, предложенное им определение закона (законы суть “необходимыеотношения, вытекающие из природы вещей”), казавшееся современникам пережитком римскогостоицизма, было взято на вооружение последователями социологической юриспруденции.

Обоснованные мыслителем идеи свободы,гражданских прав и разделения властей получили закрепление в конституционных актахФранции, а также были положены в основу Конституции США и ряда других государствДекларация прав человека и гражданина 1789 г., в частности, провозгласила: “Общество,в котором не обеспечено пользование правами и не проведено разделение властей, неимеет конституции”. Монтескье заслуженно считается классиком конституционализма.

 

§ 4. Политический радикализм Ж.-Ж. Руссо

Социально-политические воззрения Жан-ЖакаРуссо (1712–1778 гг.), выдающегося философа, писателя и теоретика педагогики, положилиначало новому направлению общественной мысли – политическому радикализму. Выдвинутаяим программа коренных преобразований общественного строя соответствовала интересами требованиям крестьянских масс, радикально настроенной бедноты.

Литературную известность Руссо принесларабота “Рассуждение о науках и искусствах”, которую он написал, узнав о том, чтоДижонская академия проводит конкурс сочинений на тему: “Способствовало ли возрождениенаук и искусств улучшению нравов?” На заданный вопрос Руссо ответил – наперекорвсем традициям Просвещения – отрицательно. В “Рассуждении” было поставлено под сомнениеположение о том, что распространение знаний способно усовершенствовать нравы общества.“Прогресс наук и искусств, ничего не прибавив к нашему благополучию, только испортилнравы”, – утверждал мыслитель. Распространение ненужных человеку знаний порождаетроскошь, которая в свою очередь приводит к обогащению одних за счет других, к отчуждениюбогатых и бедных. Работа вызвала горячие споры (содержащиеся в ней выпады противразвития знаний стали называть “парадоксами Руссо”) и принесла ему широкую известность.

В последующих трудах Руссо приступаетк созданию целостной социально-политической доктрины. Наиболее полное обоснованиеона получила в трактате “Об общественном договоре, или Принципы политического права”(1762 г.; это – главное произведение мыслителя) и в историческом очерке “Рассуждениео происхождении и основаниях неравенства между людьми”.

В своем социально-политическом ученииРуссо исходил, как и многие другие философы XVIII в., из представлений о естественном(догосударственном) состоянии. Его трактовка естественного состояния, однако, существенноотличалась от предшествующих. Ошибка философов, писал Руссо, имея в виду Гоббсаи Локка, заключалась в том, что “они говорили о диком человеке, а изображали человекав гражданском состоянии”. Было бы также ошибкой предполагать, что естественное состояниекогда-то существовало на самом деле. Мы должны принимать его лишь в качестве гипотезы,способствующей лучшему пониманию человека, указывал мыслитель. Впоследствии такаятрактовка начального этапа человеческой истории получила название гипотетическогоестественного состояния.

По описанию Руссо, сначала люди жили,как звери. У них не было ничего общественного, даже речи, не говоря уже о собственностиили морали. Они были равны между собой и свободны. Руссо показывает, как по мересовершенствования навыков и знаний человека, орудий его труда складывались общественныесвязи, как постепенно зарождались социальные формирования – семья, народность. Периодвыхода из состояния дикости, когда человек становится общественным, продолжая оставатьсясвободным, представлялся Руссо “самой счастливой эпохой”.

Дальнейшее развитие цивилизации, по еговзглядам, было сопряжено с появлением и ростом общественного неравенства, или срегрессом свободы.

Первым по времени возникает имущественноенеравенство. Согласно учению, оно явилось неизбежным следствием установления частнойсобственности на землю. На смену естественному состоянию с этого времени приходитгражданское общество. “Первый, кто, огородив участок земли, придумал заявить: “Этомое!” и нашел людей достаточно простодушных, чтобы тому поверить, был подлиннымоснователем гражданского общества”. С возникновением частной собственности происходитделение общества на богатых и бедных, между ними разгорается ожесточенная борьба.Богатые, едва успев насладиться своим положением собственников, начинают помышлятьо “порабощении своих соседей”.

На следующей ступени в общественной жизнипоявляется неравенство политическое. Для того чтобы обезопасить себя и свое имущество,кто-то из богатых составил хитроумный план. Он предложил якобы для защиты всех членовобщества от взаимных раздоров и посягательств принять судебные уставы и создатьмировые суды, т.е. учредить публичную власть. Все согласились, думая обрести свободу,и “бросились прямо в оковы”. Так было образовано государство. На данной ступениимущественное неравенство дополняется новым – делением общества на правящих и подвластных.Принятые законы, по словам Руссо, безвозвратно уничтожили естественную свободу,окончательно закрепили собственность, превратив “ловкую узурпацию в незыблемое право”,и ради выгоды немногих “обрекли с тех пор весь человеческий род на труд, рабствои нищету”.

Наконец, последний предел неравенстванаступает с перерождением государства в деспотию. В таком государстве нет большени правителей, ни законов – там только одни тираны. Отдельные лица теперь вновьстановятся равными между собой, ибо перед деспотом они – ничто. Круг замыкается,говорил Руссо, народ вступает в новое естественное состояние, которое отличаетсяот прежнего тем, что представляет собой плод крайнего разложения.

Если же деспота свергают, рассуждал философ,то он не может пожаловаться на насилие. В естественном состоянии все держится насиле, на законе сильнейшего. Восстание против тирании является поэтому настолькоже правомерным актом, как и те распоряжения, посредством которых деспот управлялсвоими подданными. “Насилие его поддерживало, насилие и свергает: все идет своиместественным путем”. Пока народ вынужден повиноваться и повинуется, он поступаетхорошо, писал мыслитель. Но если народ, получив возможность сбросить с себя ярмо,низвергает тиранию, он поступает еще лучше. Приведенные высказывания содержали оправданиереволюционного (насильственного) ниспровержения абсолютизма.

Учение Руссо о происхождении неравенстване имело аналогов в предшествующей литературе. Используя терминологию и общую схемутеории естественного права (естественное состояние, переход к гражданскому обществуи государству), Руссо разрабатывает совершенно иную доктрину. Абстрактные построенияфилософии рационализма он наполняет историческим содержанием. Руссо стремится проследитьвозникновение и развитие общества, объяснить внутреннюю динамику этого процесса.Рассуждения мыслителя о поступательном развитии общества за счет углубления социальногонеравенства содержат элементы исторической диалектики.

Согласно взглядам Руссо, в естественномсостоянии (как в первом, так и во втором) права не существует. Применительно к изначальномусостоянию им была отвергнута идея естественных прав человека. На самых ранних этапахчеловеческой истории у людей, по мнению философа, вообще не было представлений оправе и морали. В своем описании “самой счастливой эпохи”, предшествующей возникновениюсобственности, Руссо использует термин “естественное право”, но употребляет егов специфическом смысле – для обозначения свободы морального выбора, которой людинаделены от природы, и возникающего на этой почве чувства естественной (общей) длявсего человеческого рода справедливости. Понятия естественного права и естественногозакона утрачивают у него юридическое значение и становятся исключительно моральнымикатегориями.

Что касается деспотии, или второго естественногосостояния, то в нем все действия определяются силой, и, следовательно, тут тоженет права. “Слово право ничего не прибавляет к силе. Оно здесь просто ничего незначит”, – указывал Руссо. Восстание против деспота точно так же правомерно лишьпо законам деспотии, но само по себе оно не приводит к образованию законной власти.Основанием права, по словам мыслителя, могут служить только договоры и соглашения.В противовес естественному праву им была выдвинута идея права политического, т.е.основанного на договорах.

Аналогичным образом Руссо подходил к определениюпонятия общественного договора. Образование государства, как оно описано в “Рассуждениио происхождении и основаниях неравенства...”, представляет собой договор лишь свнешней стороны (один предложил учредить публичную власть – другие согласились).Руссо убежден, что по сути своей тот договор был уловкой богатых для закабалениябедных. Подобное соглашение как раз и создает такую ситуацию, когда в обществе естьправительство и законы, но отсутствуют право, юридические отношения между людьми.Руссо не случайно подчеркивал, что право собственности, закрепленное существующимизаконами, является всего лишь “ловкой узурпацией”. Представления о договорном происхождениивласти в теории Руссо соотнесены не с прошлым, а с будущим, с политическим идеалом.

Руссо клеймит частную собственность, порождающуюроскошь и нищету, обличает “избыток праздности у одних, избыток работы у других”.Его критика была направлена при этом не только против феодальных порядков, но ипротив растущего промышленного капитализма. Отражая настроения крестьян, которымразвитие капитализма несло разорение, Руссо противопоставил промышленной цивилизации(городской культуре) простоту нравов и образа жизни свободных земледельцев.

Переход в состояние свободы предполагает,по Руссо, заключение подлинного общественного договора. Для этого необходимо, чтобыкаждый из индивидов отказался от ранее принадлежавших ему прав на защиту своегоимущества и своей личности. Взамен этих мнимых прав, основанных на силе, он приобретаетгражданские права и свободы, в том числе право собственности. Его имущество и личностьпоступают теперь под защиту сообщества. Индивидуальные права тем самым приобретаютюридический характер, ибо они обеспечены взаимным согласием и совокупной силой всехграждан.

В результате общественного договора образуетсяассоциация равных и свободных индивидов, или республика. Руссо отвергает учения,определявшие договор как соглашение между подданными и правителями. С его точкизрения, договор является соглашением равных между собой субъектов. Подчиняясь сообществу,индивид не подчиняет себя никому в отдельности и, значит, остается “таким же свободным,каким он был раньше”. Свобода и равенство участников договора обеспечивают объединениенарода в неразрывное целое (коллективную личность), интересы которого не могут противоречитьинтересам частных лиц.

По условиям общественного договора суверенитетпринадлежит народу. Смысл всех предшествующих рассуждений Руссо о договоре заключалсяименно в том, чтобы обосновать народный суверенитет как основополагающий принципреспубликанского строя. Эта идея вместе с принципами равенства и свободы составляетядро его политической программы.

Суверенитет народа проявляется в осуществленииим законодательной власти. Вступая в полемику с идеологами либеральной буржуазии,Руссо доказывал, что политическая свобода возможна лишь в том государстве, где законодательствуетнарод. Свобода, по определению Руссо, состоит в том, чтобы граждане находились подзащитой законов и сами их принимали. Исходя из этого, он формулирует и определениезакона. “Всякий закон, если народ не утвердил его непосредственно сам, недействителен;это вообще не закон”.

Механизм выявления интересов суверенногонарода Руссо раскрывает с помощью понятия общей воли. В связи с этим он проводитразличие между общей волей (volontй gйnйrale) и волей всех (volontй de tous). Согласноразъяснениям мыслителя, воля всех представляет собой лишь простую сумму частныхинтересов, тогда как общая воля образуется путем вычитания из этой суммы тех интересов,которые уничтожают друг друга. Иными словами, общая воля – это своеобразный центр(точка) пересечения волеизъявлений граждан.

За арифметическими расчетами у Руссо стоиткардинальная политическая проблема, а именно, проблема согласования противоречащихмежду собой интересов (индивидов, сословий и общества в целом). В “Общественномдоговоре” предложено следующее решение этой проблемы: если законы будут выражениемобщей воли, то правительственным органам не придется согласовывать частные и общественныеинтересы. Участие всех граждан в законодательной власти исключает принятие решений,которые нанесли бы ущерб отдельным лицам. “Подданные не нуждаются в гарантии противсуверенной власти, ибо невозможно предположить, чтобы организм захотел вредить всемсвоим членам”. При народном суверенитете соответственно отпадает необходимость втом, чтобы верховная власть была ограничена естественными правами индивида. Ее границамислужит общее соглашение граждан.

Руссо отказывает философам в праве диктоватьнароду, что есть благо. Общее благо как цель государства, по его убеждению, можетбыть выявлено только большинством голосов. “Общая воля всегда права”, – утверждалмыслитель. Народ не ошибается относительно своих интересов, он просто не умеет ихправильно выразить, сопоставить различные мнения и т.п. Задача политики, следовательно,состоит не в том, чтобы просвещать народ, а в том, чтобы научить граждан ясно иточно излагать свою мысль. В связи с этим на первых порах, при переходе к новомустрою, потребуется мудрый законодатель, которому предстоит раскрыть народу его жеСобственные интересы и подготовить граждан к осуществлению суверенной власти.

Народный суверенитет имеет, согласно учениюРуссо, два признака – он неотчуждаем и неделим. Провозглашая неотчуждаемость суверенитета,автор “Общественного договора” отрицает представительную форму правления и высказываетсяза осуществление законодательных полномочий самим народом, всем взрослым мужскимнаселением государства. Верховенство народа проявляется также в том, что он не связанпредшествующими законами и в любой момент вправе изменить даже условия первоначальногодоговора.

Подчеркивая неделимость суверенитета,Руссо выступил против доктрины разделения властей. Народоправство, считал он, исключаетнеобходимость в разделении государственной власти как гарантии политической свободы.Для того чтобы избежать произвола и беззакония, достаточно, во-первых, разграничитькомпетенцию законодательных и исполнительных органов (законодатель не должен, например,выносить решения в отношении отдельных граждан, как в Древних Афинах, посколькуэто компетенция правительства) и, во-вторых, подчинить исполнительную -власть суверену.Системе разделения властей Руссо противопоставил идею разграничения функций органовгосударства.

При народовластии возможна только однаформа правления – республика, тогда как форма организации правительства может бытьразличной – монархией, аристократией или демократией, в зависимости, от числа лиц,участвующих в управлении. Как отмечал Руссо, в условиях народовластия “даже монархиястановится республикой”. В “Общественном договоре”, таким образом, прерогативы монархасведены к обязанностям главы кабинета.

Разделяя мнение большинства философовXVIII в., Руссо полагал, что республиканский строй возможен лишь в государствахс небольшой территорией. Прообразом народовластия для него служили плебисциты вРимской республике, а также коммунальное самоуправление в кантонах Швейцарии.

Центр тяжести в политической доктринеРуссо перенесен на проблемы социальной природы власти и ее принадлежности народу.С этим связана и другая особенность его теории: в ней нет детального проекта организацииидеального строя. В “Общественном договоре” Руссо стремился обосновать лишь общиеначала “свободной республики”. Он подчеркивал, что конкретные формы и методы осуществлениявласти следует определять применительно к каждой отдельной стране, с учетом ее размеров,прошлого и т.п. Принципы такого подхода он изложил в проектах конституции для Польшии Корсики.

Эгалитаристский характер воззрений Руссонаиболее ярко проявился в требовании имущественного равенства. Руссо осознавал,что политическое равенство граждан нельзя обеспечить, пока сохраняется общественноенеравенство. Однако как идеолог крестьянства он был противником обобществления частнойсобственности. Решение проблемы философ видел в том, чтобы уравнять имущественноеположение граждан. Последние, как ему представлялось, должны обладать более илименее равным достатком. Руссо считал, что такой порядок вполне осуществим при сохранениичастной собственности мелких размеров, основанной на индивидуальном труде.

Политическая концепция Руссо оказала громадноевоздействие как на общественное сознание, так и на развитие событий в период Великойфранцузской революции. Авторитет Руссо был настолько высок, что к его идеям обращалисьпредставители самых разных течений, начиная от умеренных конституционалистов вплотьдо сторонников коммунизма.

Идеи Руссо сыграли также важную роль впоследующем развитии теоретических представлений о государстве и праве. Его социальнаядоктрина, по признанию И. Канта и Г. Гегеля, послужила одним из главных теоретическихисточников немецкой философии конца XVIII – начала XIX в. Разработанная им программаперехода к справедливому обществу путем коренной перестройки государственной властилегла в основу идеологии политического радикализма. Оформление взглядов Руссо втеоретическую доктрину явилось, с этой точки зрения, поворотным событием в историиобщественно-политической мысли XVIII в.

§ 5. Политико-правовые учения социализма и коммунизма впредреволюционной Франции

 

К числу теоретиков государственного социализма(коммунизма) относится Морелли (около 1715 –?).

Основное произведение Морелли “Кодексприроды или истинный дух ее законов” (1755 г.) содержит теоретическое обоснованиестроя, основанного на общественной собственности, и нечто вроде проекта конституциибудущего общества: “Образец законодательства, согласного с намерениями природы”.

Доктрина Морелли основана на некоторыхположениях теории естественного права. Морелли изображает естественное состояниекак золотой век, когда люди подчинялись только законам природы, предписывающим общностьимуществ и всеобщую обязательность труда. Обществом управляли отцы семей, ведавшиеорганизацией труда и воспитанием.

В концепции Морелли нет места общественномудоговору, поскольку конец естественному состоянию (отказ от законов природы) положилоне соглашение народа, а процесс нагромождения ошибок, главная из которых – “чудовищныйраздел произведений природы”. На каком-то этапе истории, рассуждал Морелли, людииз-за роста населения, переселений и т.п. столкнулись с трудностями, для преодолениякоторых достаточно было урегулировать права и обязанности каждого члена общества,распределить между ними занятия, взаимную помощь и пользование движимыми вещами.Вместо этого кто-то когда-то разделил имущество. Учреждение частной собственности“перевернуло вверх дном законы природы”, исказило страсти людей, породило жадность.Возникла “всеобщая чума – частный интерес – эта изнурительная болезнь всякого общества”.В результате для подчинения людей порядку пришлось издать великое множество “жестокихи кровавых законов, против которых природа не перестает возмущаться”.

Морелли настойчиво подчеркивал связь государства,политики, морали с отношениями собственности. Он возражал Монтескье, различавшемупринципы демократии, аристократии, монархии и деспотизма: “Все они покоятся, – писалМорелли, – в большей или меньшей мере, на собственности и интересе”. При сохранениичастной собственности, рассуждал Морелли, концентрация богатств неизбежно ведетк тому, что демократия превращается в аристократию, аристократия – в монархию, ата – в тиранию; поэтому совершенно бессмысленно искать наилучшую форму правления;пока не уничтожены собственность и порожденные ею частные интересы, никакие политическиепреобразования не приведут к положительному результату.

Морелли излагает понимание свободы, отличноеот того, которое обосновывали буржуазные просветители:

“Истинная политическая свобода человекасостоит в беспрепятственном и безбоязненном пользовании всем, что может удовлетворитьего естественные и, следовательно, законные желания”. Такая свобода обеспечиваетсятолько восстановлением общественной собственности, соответствующей природе человека.Поэтому первый закон будущего общества гласит: “В обществе ничего не будет принадлежатьотдельно или в собственность кому бы то ни было, кроме тех вещей, которыми он будетдействительно пользоваться для своих нужд и удовольствий или для своего повседневноготруда”.

К “основным и священным” относятся такжезаконы, определяющие право и обязанность каждого гражданина трудиться “сообразносвоим силам, дарованиям и возрасту”, право получать прокормление и содержание наобщественный счет.

Кроме “основных и священных” в “Кодексеприроды” содержатся законы распределительные, или хозяйственные, земельные, об общихпорядках, о роскоши, о форме правления, о воспитании, о научных занятиях, о наказанияхи др. (всего 118 законов).

В концепции Морелли заметно влияние идейПлатона, изложенных не только в книге “Государство”, но и в сочинении “Законы”.

Морелли полагал, что все стороны жизниграждан должны детально регламентироваться правом. С пятилетнего возраста все детипомещаются в предназначенные для этого дома. “Их пища, одежда и первоначальное обучениебудут везде совершенно одинаковыми, без всяких отличий… От 10 до 30 лет молодыелюди каждой профессии будут носить форменное платье из одной и той же материи, чистое,но обыкновенное и подходящее для их занятий”. С 30-летнего возраста каждый гражданин“будет одеваться по своему вкусу, но без особой роскоши. Он будет также кормитьсяв своей семье, соблюдая умеренность в еде и напитках”.

Должностные лица обязаны пресекать излишествав еде и одежде, строго следить за тем, “чтобы никакое украшение не могло доставитькому бы то ни было преимуществ или особого внимания. Всякое тщеславие будет подавляемостаршинами и отцами семейств”.

Законы определяют, кто в каком возрастечем должен заниматься (ремесло, земледелие), когда какую одежду носить, когда вступатьв брак. Предписано даже, в каких науках допускается свобода проницательности ума,в каких вольнодумство запрещается.

Считая свою теорию единственно научной,отражающей истинный дух законов природы, Морелли полагал необходимым принять особыемеры для того, чтобы человечество в будущем не отклонилось от этих законов. Истинаодна, заблуждений много, рассуждал Морелли. При этом истина – мерило чрезвычайнотонкое и точное. При малейшем отступлении от нее стремительно нарастает лавина ошибоки человечество скоро оказывается в безвыходном лабиринте заблуждений и порожденныхими несчастий. Поэтому “Кодекс природы” содержит особые “законы о научных занятиях,долженствующие помешать блужданиям человеческого ума и всяким трансцендентным мечтаниям”.

В обществе будут запрещены умозрения вобласти “морали и метафизики” (к ним относятся общие понятия о божестве, человеке,разуме). Будут разрешены исследование тайн природы (прикладные, полезные науки)и усовершенствование полезных для общества искусств. Однако число лиц, посвятившихсебя наукам и искусствам, будет ограничено, причем они не освобождаются от обязательногодля всех (от 20 до 25 лет) труда в земледелии.

Строгая цензура и государственный надзорза науками и искусствами, тотальная регламентация жизни, деятельности, помыслов,вкусов, одежды, семейного положения каждого члена общества оправдывались тем, чтоинтересы общества стоят выше интересов личности:

“Целое стоит больше, чем часть, даже наилучшая;все человечество стоит больше, чем наилучший из людей, и нация заслуживает предпочтенияпред самой почтенной семьей и самым уважаемым гражданином”.

Морелли – сторонник централизованногов масштабах страны производства и распределения, строго регламентированного закономи управляемого государственной властью.

Основная задача государства – охранятьзаконы, не допуская повторения ошибок, уже породивших когда-то возникновение частнойсобственности и связанные с ней бедствия. Государство организуется как орудие осуществлениязаконов природы, т.е. лишь как власть исполнительная и наблюдательная. Посколькузаконы природы едины для всего человечества, “будет только одна конституция, толькоодин правительственный механизм под разными названиями”. Этот механизм может бытьустроен по-разному. Возможна демократия отцов семейств. Соблюдение и исполнениезаконов природы в большем порядке и с большей скоростью, пишет Морелли, обеспечиваетсяв “аристократии” (правительство мудрецов, назначенное народом). Еще большая точностьи правильность в движениях политического механизма достигаются в “монархии”, которая,не забывает добавить Морелли, никогда не выродится в тиранию, если в нее не проникнетсобственность.

В проекте законов будущего общества Мореллиописывает оригинальную форму организации власти, основанной на суверенитете законовприроды. Нация делится на провинции, провинции включают города, которые де-\ лятсяна трибы, трибы – на семьи. Из отцов семейств образуется сенат города, из представителейгородских сенатов – Верховный сенат Нации. Сенаты подчинены власти законов.

Особенность государственного устройствав том, что все должности замещаются “по очереди” – освободившуюся должность занимает(на год или пожизненно) тот из состоящих на предшествующей должности, чья очередьподошла (отец семейства становится главой трибы, глава трибы – начальником городаи т.д.). Своеобразный проект демократии без выборов связан, очевидно, с отрицательнымотношением Морелли к политической деятельности, с опасением, что выборы могут вкакой-то мере поколебать равенство членов общества.

Главы триб, начальники городов и провинций,глава Нации осуществляют надзор за соблюдением законов, за работами, снабжениеми распределением. Вторая система должностных лиц образуется из мастеров и старшинкорпораций (производственных объединений); они входят в советы городов, посылающихдепутатов в Верховный совет Нации, подчиненный Верховному сенату. Сенаты запрашиваютмнение советов по вопросам производства, труда, воспитания, распределения и другими учитывают его при принятии решений. Сочетание этих двух систем (общенациональнойи производственной) органов и должностных лиц должно обеспечить компетентность руководствапроцессами производства, потребления, воспитания.

Подобно ряду Других социалистов, Мореллипредполагал сохранение в будущем обществе уголовных законов. Наиболее тяжкими преступлениямипризнаются убийство, а равно попытка “посредством интриги либо иным путем уничтожитьсвященные законы с целью ввести проклятую собственность”. Виновный заключается “навсю жизнь, как буйный помешанный и враг человечества, в построенную на кладбищепещеру”.

Менее тяжкие преступления (неповиновениедолжностным лицам или родителям, оскорбление словом или действием) должны каратьсятюремным заключением от одного дня до нескольких лет. В числе наказаний – лишениеправа занимать определенные должности на время или навсегда. Труд как средство исправленияне применяется; напротив, легкие упущения или неаккуратность могут наказыватьсялишением всякого занятия на несколько часов или дней, “дабы праздностью же наказатьпраздность”.

Путь к восстановлению попранных законовприроды Морелли видел в просвещении. Бедственное положение людей, порожденное ошибочновведенной частной собственностью, побуждает их стремиться вернуть “золотой век”,восстановить законы, соответствующие природе человека. Морелли обращается к царствующиммонархам с призывом способствовать прогрессу разума, исправить ошибки политики иморали: “Чтобы успеть в этом, начните с предоставления истинным мудрецам полнойсвободы нападать на заблуждения и предрассудки, поддерживающие дух собственности.Раз это чудовище будет низвергнуто, постарайтесь, чтобы воспитание укрепило этусчастливую реформу”.

Предвидя, что дух собственности и частногоинтереса воспротивится учреждению общности имуществ, Морелли высказывает мысль онеобходимости принуждения и подавления возможных возмущений против восстановлениязаконов природы. “Наша гипотеза не исключает строгой власти, укрощающей эти первыенеудовольствия и принуждающей на первых порах к обязанностям, которые упражнениесделает затем легкими, а очевидная их полезность заставит полюбить”.

Энгельс называл учение Морелли “прямокоммунистической теорией”. Теория Морелли оказала значительное влияние на идеологиюбабувистов (см. § 7), а также на теории французских коммунистов 30–40-х гг. XIXв., особенно на “Путешествие в Икарию” Э. Кабе (см. гл. 18).

Во Франции XVIII в. возникли и развивалисьтеории общинного безгосударственного социализма и коммунизма. Одна из них изложенав произведении сельского священника Жана Мелье (1664–1729 гг.), вошедшем в историюпод названием “Завещание”.

В “Завещании” содержится своеобразноепонимание естественного права. Одной из центральных идей Мелье является идея правтрудящегося народа: “Противно разуму и справедливости обременять народные массыневыносимым бременем и к тому же отдавать их в жертву несправедливости и угнетениюсо стороны тех, кто причиняет им всяческое зло… Нет справедливости в том, чтобыодни несли все тяжести труда и неудобства жизни, а другие, не зная заботы и труда,наслаждались одни всеми благами и удобствами жизни”.

В “Завещании” резко осуждаются высшиесословия феодального общества, монархия и церковь. “Вся куча религий и политическихзаконов представляет лишь тайные системы несправедливости; с помощью религии, –обращался Мелье к крестьянам, –… князья и сильные земли грабят вас, попирают, притесняют,разоряют и тиранят вас под предлогом управления вами и поддержания общественногоблага”.

В концепции Мелье нет идеи общественногодоговора, положившего начало обществу и государству. Коль скоро для общего труданеобходимо объединение усилий народа и управление им, невозможно предположить реальноесуществование обособленных, отдельных индивидов, а тем самым “естественного состояния”,предшествовавшего общественному. Что касается современного государства, то началоему положено не “всеобщим соглашением”, а обманом, насилием, принуждением, при помощикоторых на спины трудящегося народа взвалили целую махину тиранов, попов, дворян,чиновников.

В “Завещании” красочно изображена военно-бюрократическаямашина абсолютной монархии, громадная иерархия “подлых слуг тирании”, помогающихфеодалам и богачам грабить и угнетать народ.

Резкой критике подвергся и правовой стройабсолютистской Франции.

Ряд страниц “Завещания” посвящен критикечастной собственности. Мелье относит частную собственность к одному из заблуждений,оправдываемых христианской религией (к ним относятся также: вопиющее неравенствосостояния людей, существование тунеядцев, неравенство между различными семьями,нерасторжимость брака, тираническое правление царей). Частная собственность порождаетжадность; отсюда – обогащение наиболее сильных, хитрых и ловких, злых и недостойных,с одной стороны, обнищание народных масс – с другой.

Осуждение феодализма и частнособственническогостроя в учении Мелье связано с программой народной революции. Мелье четко определялслои, против которых должна быть направлена революция. Обращаясь к трудящимся, онписал: “Это не кто другой, как гордая, надменная родовая знать, которая живет средивас, попирая и угнетая вас; это не кто другой, как все эти чванные чиновники вашихкнязей и королей, все эти гордые наместники и губернаторы городов или провинций,все эти заносчивые сборщики податей и налогов, все эти кичливые откупщики и канцелярскиечиновники и, наконец, все эти важные прелаты и церковники, епископы, аббаты, монахи,захватчики доходных мест и все другие богатые господа, дамы и девицы, которые ничегодругого не делают, кроме как развлекаются и предаются всякого рода приятному времяпрепровождению,в то время как ты, бедный народ, занят день и ночь работой, несешь на себе все тяготыработы в знойный полдень, все бремя государства”.

Будущее общество Мелье представлял в самыхобщих чертах. Жители каждой деревни, города, местечка должны составить общину. Онибудут “сообща пользоваться одной и той же или сходной пищей, иметь одинаково хорошуюодежду, одинаково хорошие жилища, одинаково хороший ночлег и одинаково хорошую обувь;с другой стороны, должны все одинаково заниматься делом, т.е. трудом или каким-нибудьдругим честным и полезным занятием”.

Об организации управления в будущем обществеМелье писал кратко: “Все это должно происходить не под руководством лиц, желающихвластно-тиранически повелевать другими, а исключительно под руководством самых мудрыхи благонамеренных лиц, стремящихся к развитию и поддержанию народного благосостояния”.

Организацию управления будущим обществом,описанную Мелье, трудно назвать государственной. При строе общности отпадут причинывойн, смут и мятежей, не станет судебных процессов по поводу собственности, а такжеворовства и других корыстных преступлений. “Все города и другие общины, граничащиедруг с другом, должны стараться заключить между собой союз и хранить нерушимый мири единение между собой, дабы помогать друг другу в нужде, ибо без такой взаимопомощине может быть общественного благосостояния”.

Сочинение Мелье распространялось в рукописях;извлечения из него, опубликованные Вольтером (1762 г.), содержали почти исключительнолишь философские и антирелигиозные идеи. Поэтому “Завещание” Мелье оказало некотороевлияние лишь на развитие атеистической, антиклерикальной идеологии предреволюционнойФранции. Полный текст “Завещания”, содержащий весь комплекс революционных и коммунистическихидей, был издан в 1864 г.

Оригинальную концепцию разработал бенедиктинскиймонах Леже-Мари Дешан (1716–1774 гг.), сочинение которого “Истина, или Истиннаясистема” в рукописи читали Дидро и другие просветители.

История человечества, по Дешану, делитсяна три этапа. Сначала было “состояние дикости”, когда люди не знали ни собственности,ни власти, ни законов; они были разъединены и невежественны. Затем люди перешлив “состояние законов”, когда возникли неравенство, собственность, а также укрепляющиеих законы человеческие и божественные. “Состояние законов” бедственно для человечества.Неравенство достигло крайних степеней. Социальный порядок поддерживается насилием(человеческие законы, “шпага”) и обманом (божественные законы, церковь). Полезныесословия (земледельцы, ремесленники, пастухи) находятся в пренебрежении и угнетении,над ними господствуют бесполезные сословия (дворяне, духовенство, чиновники). Царят“безумие нравов”, обман и насилие.

Постепенное раскрытие и распространениеистины должно обусловить переход к “состоянию нравов, равенства, или истинного естественногозакона”, в котором исчезнут частная собственность, законы, короли, сословия. В “состояниинравов” не будет религий, войн, судов, торговли, мошенничества, банкротства, спекуляции,воровства, уголовных законов, городов, храмов, лувров, крепостей, арсеналов, трибуналов,монастырей, академий, госпиталей, тюрем. Люди будут жить поселками, сообща работатьи пользоваться общими домами, амбарами, складами, постройками. Жизнь станет простойи близкой к природе. Исчезнут все произведения искусства, театры, величественныедворцы, сады и парки, изысканные блюда, драгоценные камни и т.п. Будут сожжены всекниги. Люди будут носить простые удобные одежды, употреблять в пищу хлеб, овощи,фрукты, молоко, масло, мед, яйца. Все будут абсолютно равны в моральном отношении.Сознание морального единства людей и простота жизни приведут к отпадению надобностине только в принуждении, но и в руководстве, управлении.

Ряд идей “Истинной системы” Дешана близокк идеям “Кодекса природы” Морелли. Это – противопоставление законов природы “искусственнымзаконам”, острое осуждение частной собственности, представление о закономерном переходечеловечества от одного состояния к другому, грубый аскетизм и всеобщая уравнительность.Но в ряде существенных пунктов выводы Дешана и Морелли резко расходятся. Морелли– за централизованное тотальное государственное руководство всей жизнью общества,основанного на общественной собственности. Выводы Дешана противоположны – он противкакой-либо власти человека над человеком в будущем обществе и даже управления им.

§ 6. Основные направления политико-правовой мысли в периодВеликой французской революции

Политико-правовые доктрины и программы,с которыми выступали представители Просвещения, нашли свое практическое воплощениев ходе Великой французской революции (1789–1794 гг.). В процессе развития революциипроизошло неизбежное размежевание третьего сословия, объединявшего в своих рядахбуржуазию, крестьянство и городскую бедноту, что выразилось в разнообразии политическихлозунгов, программ, проектов законодательных актов.

В истории Великой французской революциипринято различать три главных этапа. На первом из них (1789– 1792 гг.) власть захватилисторонники крупной буржуазии – конституционалисты. Они стремились к компромиссус дворянством и выступали с идеями конституционной монархии. На втором этапе (1792–1793гг.) государственная власть переходит к жирондистам – представителям республиканскинастроенной буржуазии. Наконец, на третьем этапе (1793–1794 гг.) была установленареволюционная диктатура якобинцев, выражавших интересы мелкой буржуазии, крестьянстваи городских низов.

Идеологи каждой из названных группировокопирались на политические учения Вольтера, Монтескье, Руссо и других мыслителей,используя выдвинутые ими идеи при осуществлении революционных мероприятий и разработкеконституционных актов.

Крупнейшими идеологами лагеря конституционалистовбыли Оноре де Мирабо, прославившийся своими речами против абсолютизма, ЭмманюэльСиейес и Антуан Барнав. Для них были характерны призывы к объединению против ненавистнойаристократии и абсолютизма (Мирабо), идеи всеобщего равенства и свободы. В брошюре“Что такое третье сословие?”, получившей широкое распространение накануне революции,Сиейес проводил мысль о единстве третьего сословия, доказывал, что в отличие отпривилегированного меньшинства оно составляет большинство нации.

26 августа 1789 г. Учредительным собраниембыла принята Декларация прав человека и гражданина, где торжественно провозглашалось:“Люди рождаются и остаются свободными и равными в правах”. Декларация закреплялаестественные и неотъемлемые права человека (на свободу, собственность, безопасностьи сопротивление угнетению), равенство граждан перед законом, а также принцип разделениявластей. Значение Декларации состояло в том, что она была одним из первых конституционныхактов, провозгласивших формально-юридические свободу, права и равенство граждан.

Последующее развитие революции и особенновыступления трудящихся масс, требовавших продолжения и углубления революционныхначинаний, напугали крупную буржуазию. Уже в конце 1789 г. был принят декрет, которыйвразрез с положениями Декларации прав человека и гражданина устанавливал делениеграждан на активных и пассивных по цензовому признаку, лишал последних избирательныхправ. Господство крупных собственников было окончательно закреплено Конституцией1791 г., установившей в стране ограниченную монархию.

В результате народного восстания в 1792г. к власти пришли жирондисты (от названия департамента Жиронды, откуда были избраныв Национальное собрание многие представители этой группировки). Лидерами жирондистоввыступали Жак Бриссо и Жан Ролан. Для политической платформы жирондистов характерназащита республиканского строя. Ссылаясь на Руссо, они отстаивали принципы народногосуверенитета, общей воли как основы законодательства и др. Законодательными актами,принятыми в период их правления, была отменена монархия, а также ликвидировано делениеграждан на активных и пассивных по цензовому признаку. Проведенные в этот периодконституционные мероприятия имели большое историческое значение, поскольку впервыев мировой практике было установлено республиканское представительное правление вунитарном государстве (Французская республика объявлялась единой и неделимой). Темсамым была практически доказана возможность учреждения республики в большом государствебез федеративного устройства, что значительно повлияло на последующую разработкуидей представительной демократии. Отражая настроения основных слоев буржуазии, жирондистымедлили с разрешением аграрного вопроса, противились установлению твердых цен, проводилиполитику, направленную на защиту свободного предпринимательства в ущерб интересампростого народа.

Восстание, вспыхнувшее в Париже 31 мая– 2 июня 1793 г., передало власть в руки якобинцев. Вождями якобинского движениябыли Максимилиан Робеспьер и Жан Поль Марат. Лидеры якобинского движения ясно осознавали,что для окончательной ликвидации феодализма во Франции, защиты достижений революциии утверждения подлинного народовластия необходимо провести целый ряд революционныхпреобразований. Робеспьер проводил в связи с этим различие между конституционными революционным правительствами. Задача конституционного правления, доказывал он,состоит в том, чтобы обеспечить спокойную жизнь республики на основе конституции.Задача же революционного правления заключается в том, чтобы создать республику,т.е. завоевать свободу в борьбе. “Революция – это война свободы против ее врагов;Конституция – это режим победоносной и мирной свободы”. Будущее конституционноеустройство Франции мыслилось якобинцами в форме демократической республики, гденаряду с представительной демократией получит широкое распространение непосредственноеволеизъявление народа.

Якобинская Конституция 1793 г. предусматривала,в частности, что законодательные акты, принятые законодательным собранием, должныпоступать на утверждение избирателей. При обсуждении в Конвенте проекта этой Конституциибольшие споры породила проблема частной собственности. В составленном Робеспьеромпроекте Конституции и предпосланной ей Декларации прав человека и гражданина собственностьне включалась в число естественных и неотъемлемых прав человека (ими признавалисьтолько права на существование и на свободу). Это положение проекта вызвало ряд возражений,побудивших Робеспьера изменить свои взгляды. В принятой Конвентом Декларации правсобственность (наряду с равенством, свободой и безопасностью) отнесена к числу естественныхи неотъемлемых прав человека, для обеспечения которых установлено правительство.

Решительно продолжая и доводя до концаантифеодальную, буржуазную революцию, якобинцы радикально искореняли феодальнуюсобственность на землю, но в период их правления действовал декрет о смертной казниза одно лишь предложение “аграрного закона” и всякого другого закона против земельной,торговой и промышленной собственности. Они осуществляли революционные меры противспекуляции, реквизировали продовольствие и устанавливали максимальные цены, но провозгласиличастную собственность естественным правом и порой проявляли робость и непоследовательностьв обеспечении неимущих. Они провозгласили право на труд, но установили максимумзаработной платы и оставили в силе закон Ле-Шапелье, запрещавший организацию рабочихсоюзов и собраний. В последний период диктатуры якобинцев террор был направлен нетолько против аристократов и жирондистов, но и против “подозрительных”, т.е. всехинакомыслящих, казавшихся опасными якобинским вождям. Доведя до конца буржуазнуюреволюцию, отстояв революционные завоевания от феодальной реакции и интервенции,якобинская диктатура исчерпала себя и пала в результате термидорианского переворота(1794 г.), осуществленного в интересах крупной и средней буржуазии.

В процессе развития революции некоторыемыслители, принадлежащие к якобинскому клубу (Буассель) либо сочувствующие жирондистам(Ретиф), выдвигали проекты переустройства Франции на основе общности имуществ. Тогдаже появились термины “коммунисты”, “коммунизм”. Эти проекты сколько-нибудь широкойподдержки и известности в тот период не получили.

 

§ 7. Проблемы государства и права в документах “Заговора воимя равенства”

Переворот 9 термидора (27 июля 1794 г.), привелк установлению власти крупной буржуазии, закрепленной Конституцией 1795 г. Бурноеразвитие капиталистических отношений, коммерческий ажиотаж и спекуляция резко ухудшилиположение трудящихся; буржуазное правительство (Исполнительная директория) жестокоподавляло выступления народных масс, требовавших “хлеба и Конституции 1793 года”.

В марте 1796 г. Бабёф, Марешаль и другиереволюционеры создали “Тайную директорию общественного спасения” для продолженияреволюции и установления подлинного равенства (впоследствии общество называлось“Повстанческий комитет общественного спасения”). Общество составляло и распространялореволюционные и демократические сочинения, стремилось объединить силы народа с силамиармии. Были составлены документы, определявшие конечную цель революции, способыдостижения этой цели, а также разработаны меры, подлежащие немедленному осуществлениюв момент восстания. В мае того же года заговор был раскрыт; Бабёф и Дартэ были осужденык смерти, другие участники заговора – к ссылке.

Признанным руководителем и теоретикомтайного общества был Гракх Бабёф (1760–1797 гг.). Его авторитет был настолько высок,что участников заговора часто называют бабувистами, а разработанную ими доктрину– бабувизмом. Программным документом общества стал “Анализ доктрины Бабёфа, народноготрибуна, преследуемого Исполнительной директорией за то, что он высказывает правду”.

Бабёф и его единомышленники писали, чтобогачи завладели государством “ив роли хозяев диктуют тиранические законы бедняку,скованному нуждой, униженному невежеством и обманутому религией”. Бабувисты ясновыражали мысль, что при сохранении частной собственности “для множества людей пользованиеих правами будет оставаться почти иллюзорным”, поэтому равенство перед законом является“условным равенством”, “красивой и бесплодной фикцией закона”.

Одним из главных достояний бабувизма являетсяразработка идеи революционного правительства, необходимого на период искоренениячастной собственности, организации общества на основе подлинного равенства и общественнойсобственности. Началом этого периода будет свержение буржуазной Исполнительной директории.

Бабувисты предполагали начать восстаниев Париже, откуда революционное движение “легко сообщилось бы демократическим элементамво всей республике”. В день восстания должен был быть учрежден Национальный конвент,состоящий из революционеров. Сразу же будут приняты меры для облегчения положениятрудящихся (бесплатная раздача хлеба народу, обеспечение его продовольствием, вселениенеимущих в дома врагов революции, безвозмездное возвращение народу заложенных вломбарде вещей и т.п.).

Должны были быть приняты законодательныемеры против богачей. Все лица, не занятые полезным трудом, объявляются “иностранцами”.Они не пользуются политическими правами; под страхом смертной казни им будет запрещеноиметь оружие; революционное правительство может отправлять “иностранцев” в местаисправительного труда. “Богачи, не желающие отказаться от своего избытка в пользунеимущих, являются врагами народа”. Народ организуется как военная сила; все, занятыеполезным трудом, получат оружие; народные собрания, состоящие из вооруженных трудящихся,проводят в жизнь законодательные акты Конвента.

Одновременно должны были осуществлятьсямеры, направленные на постепенное искоренение частной собственности. К ним относятся:упразднение права наследования; отмена денег; взимание налогов натурой, причем общийразмер налогов ежегодно увеличивается вдвое, а их сумма распределяется в прогрессивномпорядке; запрет частной торговли с другими народами и т.д. Эти меры в совокупностис политическими ограничениями богачей должны “сделать золото более обременительным,нежели песок и камни”.

В самом начале революции будет созданаБольшая национальная община, организованная на коммунистических началах. Ей передаетсяимущество национальное, общинное, конфискованное у врагов революции; собственностьобщины постоянно возрастает за счет имущества вступающих в нее граждан. Национальнаяобщина является наследником всех собственников. В общину принимаются все желающие,в нее зачисляется молодежь. Национальная община организуется как форма единого вмасштабах страны, централизованного и регулируемого государством народного хозяйства.Бабувисты подчеркивали качественно новые задачи государства, основанного на общественнойсобственности: “Руководство сельским хозяйством и полезными ремеслами – одна изглавных функций суверенной власти”.

В результате законодательных мер переходногопериода частная собственность постепенно (в течение жизни одного поколения, посколькуправо наследования отменяется) будет замена общинной собственностью; все станутчленами Большой национальной общины. Достижение строя общности, или полного равенства,приведет к всесторонней демократизации государства, даст “возможность народу статьна деле сувереном...” Большинству бабувистов демократическое государство представлялосьнеобходимой формой общества, основанного на общей собственности. Однако некоторыечлены тайного общества высказывали иные взгляды на государство и право будущего.

Один из членов Повстанческого комитетаСильвен Марешаль (1750–1803 гг.) вообще был против управления и власти в будущемобществе. Еще в 1793 г. он писал, что в начале истории был период патриархальногоправления, когда люди жили семьями. Затем в результате ошибки возникло гражданскоеобщество; в нем царят всеобщий эгоизм, скрытая война людей, обездоленное большинствокоторых поддерживает существование горстки сибаритов-деспотов. Пороки гражданскогообщества не зависят от формы правления. Все правительства мира являются дефектными.Политические преобразования ничуть не улучшают положение вещей. Человек исчерпалвсе возможные формы правления. Наступило время, чтобы он вернулся к исходному пункту.Возвращение человечества к первоначальной свободе Марешаль мыслил как отделениеот современного общества маленьких ассоциаций, или семей (по 100 человек), поселяющихсяна пустующих землях. В конечном счете распад гражданского общества на общины-поселенияприведет к исчезновению политической власти, законов, кодексов, конституций. “Человекне должен подчиняться человеку; только его отец имеет право им командовать”. Приновом патриархальном правлении не должно быть других различий между людьми, кромеразличий по полу, возрасту и семье. Не будет больших городов, исчезнут многие искусства.“Ну и что же? Будет меньше статуй и больше людей”.

Весной 1796 г. Марешаль вступил в Тайнуюдиректорию. Ему было поручено составить “Манифест равных”. Составленный Марешалемдокумент во многом соответствовал убеждениям членов тайного общества, которое, однако,не приняло его в качестве программного, так как не одобрило двух содержащихся в“Манифесте” положений: “Пусть погибнут, если это необходимо, все искусства, толькобы для нас осталось подлинное равенство” и “пусть исчезнет, наконец, возмутительноеделение на управляющих и управляемых”. По первому из этих положений дискуссия продолжалась;второе было по существу отвергнуто. В будущем обществе предполагалось сохранитьгосударство и конституцию.

По плану бабувистов достижение строя общностидаст возможность осуществить Конституцию 1793 г., принятую в период якобинской диктатуры.

Конституция 1793 г. была действительнымшагом вперед к подлинному равенству, писали бабувисты, – так близко к нему еще никогдане подходили. Поэтому грядущая революция, отменив законодательные акты термидорианскойреакции, должна восстановить ее действие: целью восстания является восстановлениеКонституции 1793 г., свободы, равенства и всеобщего счастья.

Стремясь представить свои планы как последовательноеи естественное продолжение революционно-демократических идей якобинства, бабувистыв то же время резко осуждали содержащиеся в якобинской Конституции положения о частнойсобственности как о естественном неотъемлемом праве человека; были подготовленыи другие уточнения в тексте Конституции, направленные на ее демократизацию и согласованиес принципами коммунистического строя.

Как предполагали бабувисты, при строеобщности “искусство регулирования общественных дел настолько упростится, что скоростанет доступным для всех”. “Вследствие несложности управления будет устранено множествочиновников, отнятых у сельского хозяйства и у полезных ремесел”. “Искусство управления,которое столкновение множества противоречивых интересов делает столь трудным, сводитсявследствие строя общности к вычислению, которое под силу самым неспособным нашимторговцам”.

Активную роль в управлении делами обществабудут играть народные собрания. Бабувистами высказана мысль об участии в работегосударственных органов, ведающих управлением хозяйством, представителей профессиональныхобъединений.

Бабёф и его единомышленники развивалитрадиционную для социализма мысль о простоте законодательства в будущем обществе.Все граждане в процессе обучения будут постигать “законы, чтобы благодаря их изучениюкаждый был осведомлен о своих обязанностях, приобрел способность занимать государственнуюдолжность и высказывать свое мнение по поводу государственных дел”.

Теория Бабёфа и его единомышленников быланаиболее детально разработанной концепцией коммунизма, основанного на государственномрегулировании всех сторон общественной жизни. Производство, потребление, воспитаниеи обучение, общественная и личная жизнь граждан будущего общества должны были, поих мнению, детально регламентироваться при помощи права и государства. Их представленияо будущем строе во многом подсказаны идеями “Кодекса природы” Морелли. Мысль о вечностигосударства и права проистекала также из гиперболизации идеи равенства. Враждебностьк частной собственности они доводили до отрицания ряда достижений культуры и цивилизации,требование материального равенства – до одинаковости людей, уравнения потребностейи талантов. Этим также обусловлены их представления о том, что будущее обществосможет существовать и функционировать только при помощи детальной правовой регламентациии строгого государственного надзора.

В проектах бабувистов выражено определенноенедоверие к развитию наук и искусств, порождающих неравенство знаний. Бабувистыбоялись, что существование наук и искусств как-то поколеблет всеобщее равенство;им было присуще недоверие к лицам, занимающимся умственным трудом. Они “опасались,как бы для людей, которые посвятят себя науке, действительные или предполагаемыепознания не послужили основанием для отличий, превосходства и освобождения от общественноготруда и как бы мнение, которое сложилось об их учености, питая их тщеславие, нетолкнуло их в итоге на пагубные действия, направленные против прав простых и менееобразованных людей, доверие которых будет ими обмануто при помощи лицемерного иопасного красноречия”.

В “Наброске проекта декрета об управлении”говорилось, что преподавательский и научный труд не будет признаваться полезнымтрудом, если занимающиеся им лица не представят свидетельства о гражданстве, выданногов установленной форме. Повстанческий комитет опасался порабощения народа ученымилюдьми, монополистами знаний. “Если, – говорил Комитет, – в государстве создастсякласс, который один только будет сведущ в принципах социального искусства, в законахи управлении, то этот класс скоро найдет в своем умственном превосходстве и особеннов неосведомленности своих соотечественников секрет того, как создать для себя отличияи привилегии. Путем преувеличения важности оказываемых им услуг ему легко удастсязаставить смотреть на себя как на необходимого отечеству покровителя. Прикрашиваясвои дерзкие начинания предлогом общественного блага, этот класс будет все еще говоритьо свободе и равенстве своим мало проницательным согражданам, уже подверженным темболее жестокому порабощению, что это порабощение будет казаться им законным и добровольным”.

Общеобязательным и полезным бабувистыпризнавали преимущественно физический труд. Предполагалось строго регламентироватьобразование, мебель, одежду, “чтобы так называемое изящество мебели и одежды уступиломесто деревенской простоте”, пресекать “манию выставления напоказ своего остроумияи фабрикования книг”. Всем гражданам должен быть обеспечен “одинаковый и честныйсредний достаток”, “умеренный и скромный достаток”. “Граждане будут хорошо питаться,хорошо одеваться, усиленно развлекаться при отсутствии всякого неравенства, всякойроскоши”. Не будет ни столицы, ни больших городов; все дома и мастерские будут построеныпо одинаковым планам; участие в общественных трапезах обязательно; будет запрещеновсе, что не может быть предоставлено каждому; подрастающее поколение воспитываетсяв строжайшей умеренности, в спартанском духе; многие стороны жизни граждан строгорегламентируются государством; вводится религия равенства с догмой бессмертия души.

Идеи Бабёфа и других участников тайногообщества оказали сильное влияние на последующее развитие социалистической идеологии.Процесс бабувистов, а затем издание одним из участников заговора (Буонаротти) книги“Заговор во имя равенства, именуемый заговором Бабёфа” (1828 г.), содержащей историютайной организации и ее важнейшие документы, оказали сильное влияние на развитиеполитической идеологии социализма и коммунизма.

 

8. Заключение

Век Просвещения, как часто называют XVIIIв., был временем наивысшего развития гуманистических и рационалистических начал,существовавших в буржуазной политико-правовой идеологии. Острый кризис феодализма,неизбежность и близость революционных преобразований в наиболее развитых странах,союз буржуазии с народом в общей борьбе против феодализма обусловили широкое распространениеидеалистического убеждения в том, что после уничтожения феодального неравенстваи деспотизма грядет эпоха всеобщего счастья, мира и благоденствия.

Основным методом обоснования политическихи правовых доктрин был рационализм. Просвещение освобождало политико-правовую идеологиюот теологии. Рационалистическое понимание государства и права, сопряженное с веройво всесилие разумного закона, в ряде доктрин уже соединялось с началами историзма,с поиском объективных факторов, влияющих на государство и право.

Буржуазная политико-правовая идеологияФранции XVIII в. в целом продолжила философско-теоретическую работу теоретиков предшествующихвеков. Более глубокую разработку получили уже известные варианты преодоления политическогоотчуждения, свойственного феодализму. В трудах Руссо была по су