ronl

Реферат: Суфизм

Продолжаем знакомить читателя с мировыми религиозными, философскими, эзотерическими и прочими течениями. На этот раз поговорим о суфизме. Здесь приведём текстовую версию одного из выпусков передачи «Аэростат», что на «Радио России» ведёт премногоуважаемый Борис Борисович Гребенщиков.

Справка из энциклопедии:

«Суфии — мистическая традиция, считающаяся эзотерическим направлением ислама. Суфизм включает в себя разнообразные направления и практики, направленные на очищение сознания и осознание Божественной любви».

А что про себя говорят они сами?

«У суфизма никогда не было родоначальника или исторического происхождения. Он существовал с самого начала, потому в человеке всегда был свет, который является его второй природой; а свет в своём высшем аспекте может быть назван знанием Бога — то есть Суфизмом. Во времена Христа суфии были одними из первых, кто услышал его; во времена Мохаммеда суфии с горы Зафа первыми ответили на его призыв».

Так сказал Хазрат Инайят Хан, суфийский учитель, первым принесший суфизм на Запад в начале XX-го века.

Исторически же суфизм стал известен в XI веке в Средней Азии, распространился по всему Ближнему Востоку, а временем его расцвета принято считать XIII-XVI века.

Цель каждого суфия — это видение Бога. Суть их практики проста: в каждый момент своей жизни суфий с любовью принимает всё, что с ним происходит как проявление Бога. Они считают, что, закончив обучение, нужно не бежать от мира в поисках спасения, но жить в самой гуще жизни, ибо всё, что есть в мире — проявление возлюбленного Бога.

Поэтому главная цель суфия — это избавиться от двойственности и обрести Единство. Ведь нелепо считать, что Бог там, а мы здесь.

Суфии считают, что главным врагом человека является его собственное «Я», как стеной отделяющее его от Создателя.

Есть такая притча: один человек встретил дервиша и спросил — откуда идёшь, странник? Странник ответил: «из ада». «И что ты там делал?» «Мне нужно было огоньку, чтобы раскурить трубку». «И что — дали тебе прикурить?» «Нет, тамошний царь ответил, что у них нет огня. Я, конечно, спросил — как же так, в аду и без огня? Хозяин ада ответил мне: „Говорю тебе, у нас нет огня; каждый приходит сюда со своим собственным“. Этот огонь — и есть наше собственное „я“. Борьба с этим „я“ — и есть та самая „великая священная война“, подлинный джихад. А метод справиться с „я“ — »перестать воображать, что Бог отсутствует".

Суфизм дал миру огромное количество прекрасных поэтов. Суфии вообще склонны изъясняться притчами или стихами — что неудивительно: как ещё можно сказать о том, что больше всяких слов?

Но большая часть суфийской литературы написана так, что удивляет тех, кто не знает её внутреннего смысла. В стихах великого Хафиза Бог едва упоминается, в поэмах Джами — вообще о Нём ни слова; Омар Хайям пишет только о вине, возлюбленной и одиночестве. Что это за духовность? И действительно, в стихах суфиев формально мало религиозности.

Дело в том, что эти поэты справедливо боялись, что как только их признают «духовными», им всегда придется выглядеть «духовными», говорить «духовно» и вести себя «духовно». А это — верный метод потерять свободу и стать двуличными демагогами. Словами легко спекулировать — а Истина выше любых слов.

Центральная тема жизни суфия — свобода души.

Как говорит великий поэтсуфий Джелаладдин Руми :

«Душа на земле — в тюрьме, и она будет оставаться там, пока живёт на земле».

Человек может давать или не давать себе в этом отчёта, но в каждой душе есть глубочайшая жажда подняться над этой тюрьмой, вырваться из этого плена; и утолить эту жажду можно лишь духовным достижением.

Поэтому суфии советуют: «Живи в мире, но будь не от мира».

Джелаладдин Руми был уважаемым человеком; писал книги. Но однажды в его доме появился оборванный дервиш. Руми, по своему обычаю, вежливо приветствовал его. Дервиш подошёл к столу, где лежала книга, над которой работал Руми, и выкинул её в окно. Руми воззрился на него в изумлении. «Неужели тебе не надоело писать и читать» — сказал дервиш, «теперь вместо книги изучай жизнь. Ведь все вещи, которые кажутся важными — что они будут значить в момент, когда ты покинешь этот мир? Гораздо важнее то, что уйдет вместе с тобой, потому что решение этой проблемы приведёт тебя в вечность». После этого разговора Руми осознал, что важно не приобрести знание, а жить этим знанием; важно не говорить, а быть. Он отказался от своего уважаемого ранга и ушёл скитаться вместе с этим просветлённым дервишем.

Через несколько месяцев дервиш исчез, и Руми погрузился в глубокую печаль: от прежней жизни он отказался, а учитель, который дал ему новую жизнь, оставил его. Эта печаль и стала его посвящением: из этой боли родилась его подлинная душа. Руми стал величайшим из поэтовсуфиев.

Обучение суфиев строится на отношениях «учитель-ученик»; только учитель знает, что нужно ученику на каждом этапе его обучения, и даёт ему это. Обсуждать это со стороны — невозможно; по книгам суфием не стать.

Однако — в общих словах — продвижение по Пути достигается медитацией, постоянной памятью о Создателе и очищением психики от негативных мыслей и чувств. Ключ к Пути — это любовь к Богу и людям, независимо от их расы, религии и национальности; любовь без мыслей о вознаграждении. И она не умозрительная, а совершенно простая, проще ничего не бывает.

Когда понимаешь, что тебя нет, а есть только Бог, частичкой которого являешься и ты, и все остальные живущие на земле, начинаешь видеть истину. И лучше её ничего нет. Баязид сказал: «30 лет я искал Бога. Но когда я присмотрелся внимательнее, я увидел, что в действительности это Бог искал меня».

А бывает, что духовные наставления передаются вне зависимости от расстояния между учителем и учеником; несущественны даже рамки времени — таким образом, ученик может получить наставления от учителя, находящегося в тысячах километров от него, или вообще давно оставившего своё физическое тело. И это — не фантазия, а реальный факт жизни.

Мансур иль-Халладж, находясь в экстазе от созерцания Божественной истины, ходил по улицам и кричал: «Я — Истина». Понятно, что он не говорил это о себе; он был в состоянии, которое называется «Фанаа» — исчезновение своего «я» перед лицом Бога. Но по законам ислама подобное богохульство наказывается смертью. Несмотря на любовь и уважение, которое люди испытывали к Мансуру, закон есть закон. Он был жестоко казнён. Но когда его тело сожгли и пепел сбросили в реку, пепел образовал там слова «Я — Истина».

Многие говорят: «я верую только в Моисея» или «я верую только в Христа». Некоторые говорят, что верят только в Веды — или другие древние писания.

Но суфию всё равно — кто сказал; ему важно только что сказано. Он учится у каждого учителя. Он принимает слова Христа и Библию; он видит истину в Коране и Веданте. Он видит во всём одно писание; во всех формах одну истину.

Он никогда не скажет, что какая-то религия чужда ему.

В любом храме он видит Единственного, всё того же, живого Бога, а не идолов. И при этом его истинный храм — это его собственное сердце, в котором живет Возлюбленный Господь.

Вопрос не в том, какой религии человек следует; вопрос в том, чтобы жить этой религией. В сердце каждого человека находится сокровище и религия существует для того, чтобы помочь человеку обрести его.

Дело суфия — объединить религию и жизнь, сделать повседневную жизнь восторженной молитвой. Это звучит, как красивые слова, но на самом деле просто и очевидно.

Сейчас духовность стала отделена от материальной жизни, и поэтому Бог отделён от человечества. Дело суфия — донести до сознания мира: можно погрузиться так глубоко в своё сердце, что увидишь — в глубине сердца ты един со всей жизнью, со всеми душами. И извлечь из этого источника гармонию, красоту, мир и силу.

Хадрат Сухаил бин Абдулла Тустари сказал: «Каждый день Господь говорит нам: „Любимый мой! Каждый день я мечтаю встретить тебя, но ты не помнишь Меня. Я приглашаю тебя к Себе, но ты отворачиваешься. Я старательно убираю препятствия и беды с твоего пути, но ты совершаешь всё новые и новы грехи. Как ты несправедлив ко Мне!“.

Для суфия Бог не в высочайшем раю, но рядом с ним, вокруг него, в нём самом. И тогда рай — на земле, и вся земля — рай. Тогда нет никого живее, чем Бог; нет никого, более понятного, чем Бог; все имена и формы наполнены Богом. Каждое слово молитвы, произносимой суфием — живое слово. Оно не только приносит ему благословение — оно приносит благословение всем вокруг него.

Такая молитва — единственно истинная; когда человек молится так, всё, о чём он молится, даётся ему. Только когда человек видит Бога во всём, он действительно видит Бога.

И напоследок – вот, как сказал один суфий: „Есть три пути узнать что-то. Вот, например, пламя. Можно услышать о пламени; можно увидеть его своими глазами; и, наконец, можно протянуть руку в огонь. Мы, суфии, хотим сгореть в Боге“.

Так пусть же это удастся всем, кто этого хочет.

Спасибо вам!

еще рефераты
Еще работы по релгии и мифологии