Реферат: Лэнгли

Лэнгли – это не просто застывшая архитектура зданий, не только мраморные плиты вестибюлей и ухоженные лужайки и аллеи парка. Не одна лишь существующая картинная галерея, в которой когда-то займут место и портреты будущих директоров ЦРУ. Это живой организм и целая философия взглядов с ее разведывательными доктринами, программами и планами отдельных операций; гигантский спрут, стремящийся опутать весь мир своими длинными щупальцами.

В годы «холодной войны» ЦРУ, с его огромными материальными, финансовыми и кадровыми ресурсами, вооруженное новейшими достижениями научно-технической мысли, использовалось Вашингтоном в качестве основного инструмента проведения подрывной работы против СССР. Военно-политические и разведывательные доктрины определяли Советский Союз как главного противника США.

Разрабатывались стратегические концепции, готовились многочисленные разведывательные операции, – Лэнгли в эту пору недаром называли в США и во всем мире ведомством «холодной войны».

Руководители Лэнгли с завидным постоянством подчеркивали, что советский фронт представляет собой приоритетное направление в деятельности ЦРУ. Одни, признанные «ястребы» Аллен Даллес, Ричард Хелмс, Уильям Кейси, не маскировали своей почти патологической ненависти к нашей стране. Другие предпочитали более сдержанные выражения и эвфемизмы; так, Уильям Уэбстер заявил: «Советский Союз будет оставаться основным объектом нашей деятельности по сбору разведывательных сведений в 90‑е годы. Его военный потенциал, его попытки расширить свое влияние в мире и его напористая деятельность в области разведки создают угрозы для безопасности Соединенных Штатов».

В рамках противостояния двух общественно-политических систем, капитализма и социализма, а также возникших после Второй мировой войны военно-политических союзов, возглавлявшихся США и СССР, – противостояния, подчас принимавшего формы ожесточенного соперничества за влияние в мире, проходила разведывательно-подрывная деятельность американских спецслужб против Советского Союза. США стремились к военному превосходству, и обе стороны не отказывались от силовых подходов к решению проблем в мировой политике. Тон задавали американцы; они не скрывали, что их цель – максимально ослабить СССР, подорвать его экономический и оборонный потенциал, обострить внугриполитическую обстановку, дискредитировать вооруженные силы и органы государственной безопасности. Это определяло конкретные действия американских спецслужб.

«Наши разведывательные возможности остаются лучшими в мире, – заявил Джордж Буш-старший в 1991 году в Лэнгли, прибыв туда уже в качестве президента США. – Разведка необходима нам для упрочения и расширения завоеваний свободы в борьбе против тоталитаризма». Сотрудникам ЦРУ этот эвфемизм Буша-отца очень понравился, тем более что в Лэнгли, пережившем в конце восьмидесятых очередную полосу неудач, всегда нуждались в поддержке высшей власти.

Президент Буш-старший не сказал ничего нового и необычного. Драматические признания важности разведки в условиях прекращения «холодной войны» и чуть ли не для «выживания» Америки содержались в выступлениях самих руководителей Лэнгли. Все они призывали конгресс, ведавший бюджетными ассигнованиями на разведку, не сокращать расходов на ЦРУ и разведывательное сообщество в целом. Джордж Тенет, в частности, убеждал, что ЦРУ «иначе не сможет работать и начнет давать сбои». Капитолий внял слезным мольбам директора ЦРУ. Теперь одобренный конгрессом бюджет разведывательного сообщества приблизился к пику расходов на разведывательные цели, достигнутому, когда хозяином Лэнгли был Уильям Кейси. Таким образом, начиная с 1998 года бюджет США на разведку стал вновь распухать и достиг астрономической суммы 29–30 миллиардов долларов, одна десятая часть которой традиционно приходится на ЦРУ, – это не считая секретных статей бюджета и вопреки требованиям либералов в конгрессе, настаивавших на тотальном реформировании разведслужбы. Кстати, Билл Клинтон, в ходе кампании 1996 года снова усадивший Уильяма Кейси в Белый дом, в порыве популизма и с учетом требований о перестройке в ЦРУ обещал сократить бюджет спецслужб на 7,5 миллиарда долларов в течение пяти лет. После избрания, «позабыв» об этих посулах и уступая настояниям руководства разведки, он отказался от своих обязательств.

Между тем в 90‑х годах тучи над ЦРУ стали быстро сгущаться, требования реформ приобретали лавинообразный характер, да и причин и просто поводов для этого хватало. О некоторых из них автор уже упоминал.

На одном из первых мест в длинном ряду прегрешений разведки оказалось драматическое положение в московской резидентуре ЦРУ, потерпевшей серьезный урон от советских органов государственной безопасности в самые последние годы существования СССР. Чем только не пытались объяснить провалы резидентуры.

В вину американской разведке ставился прокол в Индии и Пакистане: ЦРУ не уследило за тем, как у этих двух соперничающих государств появилось ядерное оружие, превратившее этот регион в опаснейший очаг конфликта. Разведка не сумела узнать эту тайну вплоть до момента проведения Дели и Исламабадом ядерных испытаний, хотя Пакистан считался самым надежным союзником Вашингтона в Юго-Восточной Азии и ЦРУ чувствовало себя там как рыба в воде. Поставленные перед этим конфликтом, США, несмотря на все усилия, не сумели помешать дальнейшему распространению оружия массового уничтожения среди «пороговых» государств. Теперь Вашингтон оказался перед еще более грозной опасностью: ядерное оружие и средства его доставки к целям попали к тем силам в Пакистане, которые могли солидаризироваться с талибами.

Досадный сюрприз преподнесла ЦРУ одна из стран – «изгоев» – КНДР, – осуществив запуск баллистических ракет. ЦРУ не выполнило задания Белого дома покончить с ненавистным для США режимом Саддама Хусейна в другом государстве-изгое – Ираке. Да и с другими странами, которых Вашингтон наградил этим названием, дело обстояло не лучше.

Запоздалое осуждение вызвала деятельность ЦРУ в Индонезии, Лаосе, Конго, Заире, Гватемале и других странах. Выплывали наружу факты минной войны ЦРУ против Никарагуа, поставок оружия Ирану для борьбы с Ираком, а Багдаду для военных действий против Тегерана.

В СНБ да и в самом ЦРУ не были удовлетворены действиями спецслужб, попытавшихся наказать Судан и Афганистан за предоставление своей территории лицам, взорвавшим американское посольство в Кении и Танзании. После трагедии 11 сентября 2001 года на ЦРУ обрушился шквал атак за дружбу с тем, кого мигом обвинили в случившемся. Разведку осуждали за неудачную охоту на бен Ладена, обвиненного в организации терактов против дипломатов представительства США в этих странах и военных объектов в Йемене. Заметим, что охота на «террориста номер один» продолжается до сих пор и приобрела впечатляющий размах после трагических событий в Нью-Йорке и Вашингтоне в сентябре 2001 года. Нам еще придется вернуться к бен Ладену, отношения которого с Вашингтоном изобилуют массой загадочного.

Затем на ЦРУ обрушилась волна критики за сокращение ряда зарубежных резидентур; не избежали того же и госдепартамент, Белый дом и сами законодатели – отчасти после разъяснений, что именно снижение бюджетных расходов на международную деятельность США в 80–90‑е годы привело к сокращению дипломатических и консульских представительств Вашингтона во многих государствах мира – от Каморских островов и Экваториальной Гвинеи, Афганистана и Эстонии до Германии, Египта, Бразилии, Франции, Польши и Австрии. Американские посольства во второй половине 90‑х годов имелись в 157 странах, что создавало солидную базу для размещения посольских резидентур и подрезидентур в консульских учреждениях, существовавших отдельно от посольств. По американским источникам, в дипломатических представительствах Соединенных Штатов схема распределения должностей обычно такова: 5–10 процентов – сотрудники госдепартамента; 30–35 процентов занимает министерство обороны; остальное приходится на другие гражданские ведомства. Во всех этих учреждениях и упрятаны разведчики ЦРУ.

ЦРУ досталось (и, возможно, не по делу) за то, что оно проглядело финансовый кризис в Юго-Восточной Азии, потрясший Южную Корею, Филиппины, Индонезию и Таиланд и затронувший Японию. В конгрессе оказались безжалостны: ЦРУ должно отрабатывать вложенные в него деньги налогоплательщиков.

Может быть, это нарекание пришлось не по адресу, но зато вполне по адресу – другое тяжеловесное обвинение: проспали ситуацию в Советском Союзе. Бывшие руководители ЦРУ Уэбстер и Гейтс, правившие в Лэнгли в этот период и вызванные в конгресс для дачи объяснений, оправдывались – у ЦРУ в СССР весьма ограниченные возможности: американцы не имеют контактов с лидерами национальных республик, где вызревают зерна недовольства центральной властью; выходы на Политбюро ЦК КПСС отсутствуют, и информация оттуда не поступает; к тому же агентурная сеть разведки, по существу, ликвидирована в 80‑е годы советской службой контршпионажа.

Потом нападавшие взялись за внутренние порядки в Лэнгли, подвергнув критике всеобщую секретность, которой он окружил себя, а также сокращение числа зарубежных резидентур разведки, последовавшее, кстати, за урезанием ассигнований, а вовсе не из-за свертывания разведывательной деятельности по каким-то иным причинам. Обратили внимание на частую смену шефов ЦРУ, являющихся одновременно руководителями Центральной разведки, – пятеро за период с! 99! года, притом шеф ЦРУ, при котором происходило «разбирательство», Джордж Тенет, назначен на этот пост в 1997 году. Многовато для государства, похваляющегося своим стабильным политическим строем и правопорядком.

Совсем некстати для ЦРУ возникло разбирательство по делу Джона Дейча, обвиненного в серьезных прегрешениях на посту руководителя разведки. И уж вовсе не украсила репутацию ЦРУ загадочная смерть одного из ведущих работников Научно-технического директората ЦРУ Рика Януцци. В Лэнгли 46-летний Януцци слыл «гением информационной революции», – Джордж Тенет считал его смерть «огромной личной потерей». Самое странное, пожалуй, что в ЦРУ хранили долгое молчание по поводу «очевидного самоубийства» Рика Януцци, о чем поспешил оповестить мир один из дотошных вашингтонских журналистов. А раз так, уход из жизни Януцци немедленно вызвал появление массы толков и пересудов. Тут же возникла версия о связи его самоубийства с развернутой Вашингтоном шумной кампанией по «делу Ханссена» (сотрудник ФБР, обвиненный в контакте с российской разведкой) и в целом с «охотой на «кротов».

Но наибольшее раздражение, переходящее в истерию, вызвали громкие дела сотрудников ЦРУ, обвиненных в шпионаже в пользу Советского Союза и его правопреемницы России. Дела «кротов» КГБ, основательно подорвавшие, по признанию руководителей Лэнгли, фундамент ЦРУ и попортившие его репутацию, породили эффект разорвавшейся бомбы, вызвали волну резкого неудовольствия по отношению к Лэнгли и серию официальных демаршей Вашингтона нашей стране, играющей, дескать, не по правилам и срывающей сотрудничество США и России. Поистине двойная мораль в действии – что положено Юпитеру, не положено быку.

Атаки на ЦРУ шли с разных сторон – и из Капитолия, и от средств массовой информации. Благодаря ораторскому искусству конгрессменов, умению и ловкости журналистов обвинения обрастали красочными подробностями, удивлявшими и возмущавшими Лэнгли. Самые яростные критики не стеснялись в непарламентских выражениях. Бывший министр обороны Лео Эспин, которого Клинтон назначил руководить специальной комиссией по реформам разведывательного сообщества, говорил (конечно, на публику) о возможности «упразднения ЦРУ». Один из наиболее суровых и радикальных борцов с ЦРУ член комитета по разведке конгресса США Мойнихен требовал ликвидации ЦРУ с передачей его персонала государственному департаменту. Штаб-квартиру ЦРУ в Лэнгли он предлагал оставить в качестве «реликта «холодной войны»», подобно армейским фортам времен войн с индейцами.

В Лэнгли не на шутку встревожились, опасаясь сокращения ассигнований, боясь оказаться «второсортной организацией» (из заявления Джорджа Тенета) или вообще остаться без работы. Можно понять психологию американских разведчиков, потерявших «главного противника» и веру в «священную миссию» ЦРУ. Многих опытных сотрудников разведки уволили, или они сами поспешно покидали Лэнгли, рассчитывая устроиться на более прибыльных местах – в бизнесе. В связи с неудачами ЦРУ в 1995 году вынужден покинуть свой пост Джеймс Вулси; не смог закрепиться на своем посту в Лэнгли Роберт Гейтс.

Отбивая наскоки критиков и недоброжелателей, в Вашингтоне стали подчеркивать, что теперь, после завершения «холодной войны», Лэнгли займется совершенно невинными делами, в частности сбором экономической информации. Это было своего рода камуфляжем существа подлинной деятельности, которую ЦРУ поручалось проводить в новых условиях.

Нет, конечно, никто в высшем руководстве Вашингтона и не мог подумать о том, чтобы упразднить ЦРУ, но изменения в разведывательной системе считались неизбежными. Тем не менее «обижать» разведку не собирались. Директор ЦРУ Вулси, выступая в конгрессе, заявил: «Роль разведки в мире после окончания «холодной войны» не уменьшилась. Сегодня ей приходится решать больше задач, сталкиваясь с совершенно незнакомым противником, но средства и методы работы остались прежними». Лидеры США знали: кто владеет информацией, тот владеет миром.

Геополитическая буря, прогремевшая на Земле в конце XX века, пронеслась по американской разведке, оставив на ней заметные следы. Неминуемые реформы ЦРУ связаны с распадом Советского Союза, появлением новых очагов нестабильности в мире, ростом опасности международного терроризма и контрабанды наркотиков непосредственно для США. Однако в значительной мере они вызваны просчетами и поражениями американских спецслужб, в первую очередь ЦРУ; вместе с тем – стремлением получить действенный рычаг для закрепления ведущей роли США как единственной сверхдержавы мира.

За реформирование ЦРУ активно взялись Джон Дейч, а затем его преемник, назначенный в Лэнгли, как и Дейч, Клинтоном и удержавшийся в седле при Джордже Буше-младшем, добившемся совсем неубедительной победы на президентских выборах 2001 года. Планы и предложения Дейча и Тенета приняты за основу, – так цитадель разведки на Потомаке выглядит сегодня.

Реформаторы начали с того, что в 1998 году переименовали штаб-квартиру ЦРУ в Лэнгли в Центр национальной разведки имени Джорджа Буша. Напомним, что Буш-старший с января 1976-го по январь 1977 года возглавлял Лэнгли и пользовался немалым уважением сотрудников разведки. Вероятно, те, кто направил Буша в Лэнгли, рассчитывали таким оригинальным способом удалить его с политической арены. В этом случае они просчитались – в 1991 году Буш-старший стал президентом Соединенных Штатов.

Центр национальной разведки – звучит внушительно и гордо, как вступление к торжественной мессе; в Вашингтоне любят броские, выразительные названия. Но все-таки Лэнгли – это что-то более близкое, почти родное для тех, кто долгие голы обитал в этом комплексе зданий на берегу реки Потомак, в пригороде столицы Соединенных Штатов, и продолжает там работать сегодня: для тех, кто так или иначе связал свою судьбу с разведкой на много лет.

Необходимо сразу подчеркнуть, что в Лэнгли вовсе не произошло тотального реформирования, как ожидали многие либералы и просто критики ЦРУ. Перемены не задели основных функций и инструментов американской разведки и ее нацеленности на широкомасштабную агентурную деятельность и проведение «специальных операций». И все же несправедливо утверждать, что гора родила мышь. Более того, особое внимание уделено укреплению Оперативного директората – главного подразделения ЦРУ и всего разведывательного сообщества, занимающегося агентурной работой за пределами США, – восстановлению его престижа, сильно пострадавшего в последние годы. «Специальные операции» из арсеналов Лэнгли не только не исчезли, но, как можно судить на основании фактов недавнего времени, их количество и роль в подрывной деятельности существенно возросли. Разве что их стали еще тщательнее маскировать, стараясь не допустить, чтобы «торчали уши Вашингтона», и не прибегали к совсем уж одиозным формам, таким, как направление наемных убийц к лицам, которых намеревались ликвидировать. В этом случае устранение неугодных иностранных деятелей поручалось ракетам и бомбам. Тут же следовали все новые попытки уничтожить президента Ирака Саддама Хусейна, а затем ряд операций с целью устранить руководителя Югославии Слободана Милошевича. В ЦРУ слов на ветер не бросают. Директор разведки недаром говорил о необходимости «сложных и дорогостоящих тайных акций». Снова эвфемизм, но очень красноречивый. Неизбежное «новшество», подпитанное щедрыми финансовыми вливаниями, – качественный рост информационно-аналитического потенциала за счет найма на работу способных аналитиков и других специалистов, оснащения разведки самой передовой техникой, в том числе сверхмощными компьютерами.

Что представляет собой современная структура ЦРУ, читатель может увидеть на схеме (это то, что руководство Лэнгли считает возможным обнародовать). В ЦРУ ныне не четыре директората, как было, скажем, в 80‑е годы, а пять. Новый – Директорат планирования, функции которого в Интернете определяются так: «планирование и координация деятельности разведки, отслеживание новых направлений в специализации разведывательной информации, а также обеспечение связи с потребителями информации». Ну что ж, в основном понятно, чем должен заниматься директорат.

Наиболее крупные перемены в ЦРУ, как мы уже убедились, затронули Оперативный и Информационно-аналитический директораты, их структуру и кадры.

В Оперативном директорате нет больше советского отдела и пришедшего ему на смену в 90‑е годы отдела Центральной Евразии. Теперь это управление Центральной Евразии, с входящим в него отделом России и СНГ Возникли новые, подотчетные директорату резидентуры в странах СНГ, на Балканах и в некоторых других государствах; восстановлен ряд резидентур, расформированных в предыдущие годы. Для борьбы с проникновением иностранных агентов и в целях внедрения «кротов» ЦРУ в иностранные спецслужбы усилено управление контрразведки ЦРУ в Оперативном директорате. Появился Центр по борьбе с терроризмом, возросла его роль в операциях разведки. На работу в директорат приглашаются уволенные ранее опытные разведчики.

В соответствии с требованиями времени Информационно-аналитический директорат тоже подвергся значительным реформам. Появилось управление анализа информации по СНГ; усилена работа подразделения, которое призвано анализировать и оценивать разведывательные материалы о «признаках назревания кризисных ситуаций». Набирает силу управление глобальных проблем. Наряду с тем, что в СНБ и лично президенту направляются важные телеграммы из резидентур, руководству США докладывается ежедневная разведывательная сводка. Информационно-аналитический директорат захлестывается потоком информации, создающим проблему ее обработки и объективной и своевременной оценки.

Не остается в стороне от перемен и Научно-технический директорат. Его забота – внедрение в практику работы ЦРУ достижений научно-технической революции. А она, как известно, находится в движении, постоянно производя на свет новые образцы техники и информатики, которые разведка должна взять на вооружение, если найдет где их применить, – особенно в наш век господства новых технологий и информационных систем. В этой сфере, как никогда, важен союз с частным бизнесом и использование технологий и изобретений, появляющихся за рубежом, в том числе у друзей и партнеров.

Бурные события 80–90‑х годов и начала нового столетия настоятельно требовали от Вашингтона повышенного внимания к контрразведывательным службам. Так, в мае 1994 года президент Клинтон подписал директиву о реорганизации деятельности всех спецслужб в области контрразведки. Учреждался Национальный совет по политике в области контрразведки во главе с помощником президента по национальной безопасности. В его состав назначались представители ЦРУ, ФБР, РУМО и еще четырех органов, входивших в разведывательное сообщество. Создавалась также Межведомственная группа по контрразведывательным операциям для координации действий американских государственных учреждений. Были расширены полномочия ФБР, включая право наводить порядок в ЦРУ. Пока и само ФБР не оказалось под огнем критики за «дело Ханссена». ЦРУ теперь могло злорадствовать – не только ему выпала участь служить приютом для иностранных «кротов».

При президенте Джордже Буше-младшем появилась новая служба национальной безопасности – Управление внутренней безопасности. Решение об образовании этого ведомства принято после трагедии 11 сентября, всколыхнувшей всю Америку. Теперь это уже министерство.

Реформирование Лэнгли на этом не кончится. События в мире развиваются слишком быстро и бурно, и ЦРУ необходимо поспевать за ними, а может быть, и опережать, если это окажется возможным.

Уже в текущем голу Джордж Буш-младший подписал директиву о ревизии деятельности разведки. Директор ЦРУ Тенет, министр обороны Рамсфельд и государственный секретарь Пауэлл будут решать, как в нынешних условиях добывать разведывательную информацию и как лучше ее анализировать для внутреннего потребления и препарировать для мира.

еще рефераты
Еще работы по военной кафедре