Реферат: Проявление инфантилизма

«Тот ребенок, который признает себя ребенком, — мудр

О ребенке, думающем, что он мудр, говорят: „Дитя!“

Чже Цонкапа

инфантилизм человеческий поведение

Впервые использовать термин инфантилизм (от лат. iufantilis – детский) по отношению к человеческому поведению предложил французский невропатолог и психиатор Эрнест Шарль Ласе́г (Lasègue) в 1864 году.

Он обозначал его как — особый вид остановки развития личности на ювенильной ступени. Отмечается в первую очередь эмоциональными характерологическими особенностями, неустойчивостью настроения, плохо контролируемыми влечениями, недостаточностью сознательной и целевой активности, в ряде случаев – поверхностными, незрелыми суждениями. Позднее, немецкий психотерапевт G. Anton (1904) выделял так называемый «парциальный» психический инфантилизм, характеризующийся отсутствием какого бы то ни было интеллектуального дефекта и проявляющийся лишь нарушениями поведения.

В течении последующего века инфантилизм был изучен практически со всех сторон его проявления. Зарубежные школы понимали инфантилизм как:

— сохранение у взрослых физических и психических признаков детства, как низкорослость, детскость в сочетании с незрелостью психики, как задержку развития (Г.Антон, 1913; Андраль, 1970; Е.Бриссо, 1897; Э.Ласег, 1868; П.Лорен, 1871).

— проявление бессознательного и незрелость форм психических защит личности, и как нарушение гормональной деятельности (К.Абрахам, 1924; Э.Джонс, 1924; З.Фрейд, 1927; К.Г.Юнг, 1924; Г.Гуг-Гельмут, 1926)

— развитие сексуальности на инфантильной ступени (А.Кронфельд, 1928; У.Штеккель, 1922; К.Леонгард, 1948).

— проявление парциальной задержки развития, которая связана с истерией (Э.Крепелин 1920-1930; Э.Кречмер, 1924-1927),

— ретардацию развития (А.Гамбургер, 1926; Г.Штутте, 1968)

— задержку аффективного развития (Р.Корбо, 1967).

В России инфантилизм исследовался не так качественно, возможно по причине меньшей актуальности, чем в Европе.

— Инфантилизм представляли как расстройство процесса инволюции детского развития (Л.С.Выготский, 1933),

— форму нарушения интеллектуальной деятельности в рамках задержанного темпа психического развития (И.Б.Шенфиль, 1928; Г.Е.Сухарева, 1959; М.И.Буянов, 1971; А.Гурьева, 1996),

— задержу психического развития (В.В.Лебединский, 1985; Г.Е.Сухарева, 1959; Е.П.Ильин, 2001).

— особенность физического и социопсихологического развития подростка (Е.И.Исаева, 1965; Э.Г.Кельмишкейт, 1969; А.Е.Личко, 1985),

— связь с акцентуациями характера и психопатиями (Г.Е.Сухарева, 1959; А.Е.Личко, 1985; М.И.Буянов, 1986).

— отставание социального взросления молодежи от биологического взросления, как замедленное развитие организма.

— задержка нравственного и социального созревания личности (Ю.Н.Давыдов, 1980; К.К.Платонов, 1984; П.Д.Павленок, 1998),

— характеристика личности (А.В.Петровский, М.Г.Ярошевский, 1990).

В течении века, инфантилизм, как качество личности, изучался в рамках патологии и все больше с ней переплетался. К концу 20 века инфантилизм начали рассматривать как задержку нравственного и социального развития, и как характеристику личности, т.е проявления инфантилизма в процессе развития личности.

На данный момент времени, «инфантилизм» не имеет точно определения, и используется в контексте обозначаемой области.

Таким образом, Инфантилизм классифицируется, по своему проявлению как:

Психологический

Психический

Социальный

Физиологический

Психический инфантилизм – отставание, задержка в развитии психики ребенка, из-за чего поведение ребенка и позже как бы взрослого человека не соответствует возрастным требованиям к нему. Преимущественно отставание проявляется в развитии эмоционально-волевой сферы и сохранении детских качеств личности.

Э.Крепелин одним из первых связал возникновение психопатии с парциальным психическим инфантилизмом (ювенилизм) — задержкой эмоционального созревания, и считал что инфантильная психика содержит в себе ростки будущих психопатий, с одной стороны, и тесное патогенетическое сродство психопатий и наркоманий, с другой, выстраивается следующий континуум: «инфантилизм – психопатия — наркомания». Парциальный личностный дисгармонический инфантилизм составляет основу разных форм личностной патологии, начинающейся с детства, и наиболее выражен у неустойчивых и истерических личностей.

Э. Кречмер также считал незрелость эмоционально-волевой сферы неизменной конституциональной основой психопатической личности. На патогенетическую связь инфантилизма и психопатий также указывают Б. Линдберг, Матес, Г.Ског, О. В. Кербиков, В. В. Ковалев, М. И. Буянов и др.

В 30х годах 20 века впервые выделился «моторный инфантилизм» [Homburger А., 1926], отличающийся от «дебильной двигательности» тем что отсутствуют признаки органических изменений в головном мозге, пирамидные или экстрапирамидные симптомы. Этот термин использовался для обозначения проявлений недостаточности развития двигательных функций, идущей параллельно с запаздыванием умственного развития, проявлениями психического инфантилизма.

Фриц Виттельс описывает в своем труде «Фрейд. Его личность, учение и школа.», как он пришел к определению «нарциссизм» из понятия инфантлизма:

«1907 г. я описал такой тип под именем « женщина-ребенок ». О нарцизме я тогда ничего ещё не знал. Женщина-ребенок, по моему объяснению, была женщина, которая, благодаря преждевременному расцвету своей красоты, слишком рано делается объектом ухаживаний. Таким образом, красивому ребенку нет времени созреть в женщину, и он остается таким, каким его желают.

Женщина-ребенок остается недалекой, детски красивой и детски несдержанной, переходит из рук в руки и должна погибнуть.

Половые болезни и туберкулез намечают в ней свою жертву, а мужчины, которые раньше поклонялись ей, называют ее доступной, потому что она не сохраняет верности.

В моем распоряжении имелось тогда лишь понятие об инфантильном аутоэротизме, и я развил из него часть того, что получило впоследствии название нарцизма. Я прочел эту статью перед ее опубликованием Фрейду. В настоящее время стала доступнее пониманию, чем в 1907 г., притягательная сила, отличающая женщину-ребенка, и ее своебразная сексуальность. Я сказал тогда: женщина-ребенок это первобытная женщина.»

По Г.Е. Сухаревой [1959], различаются органический, дисгармонический и гармонический варианты психического инфантилизма в зависимости от того, к чему примыкают его симптомы — к олигофрении, к психопатиям или норме.

Л. С. Выготский [1933] впервые в истории психологии и дефектологии дал глубокое психолого-педагогическое определение сущности инфантилизма, состоящей в нарушении темпа качественной перестройки психических функций (мышления, внимания, памяти, моторики), при котором психика ребенка сохраняет организацию более, раннего возраста. При этом запаздывает формирование сложных опосредованных форм поведения, образуется недоразвитие личности, что ведет к нарушению всех видов произвольной деятельности. Дети с ЗПР, будучи поставлены в условия обучения и воспитания с учетом этиопатогенеза и структуры их дефекта, достигают, в противовес умственно отсталым детям, высокого уровня образования. Исследование, названное Выготским „естественной историей знака“, которое проводилось Н. Г. Морозовой под его руководством, легло в основу работ по развитию игровой деятельности аномальных детей, по овладению значением слова, грамматическим строем, значением и смыслом письменной речи глухими школьниками.

Социальный инфантилизм — неприятие молодыми людьми новых обязанностей и обязательств, связанных с процессом взросления.

Социокультуральный инфантилизм развивается при неправильном воспитании, длительной социальной и эмоциональной депривации.

Если инфантилизм обусловлен преимущественно социально-психологическими факторами, клинические проявления его приобретают некоторые особенности. Известны описания „инфантилизированного характера“, „синдрома единственного ребенка“, в основе которых лежит изнеживающее воспитание по типу „кумира семьи“, „гиперопеки“ или „гиперпротекции“. При этом могут возникать такие черты, как несамостоятельность, неорганизованность, недостаточность практических навыков, инициативы, невыносливость к психическим нагрузкам, а также недостаточная социальная зрелость и адаптированность.

Известны явления госпитализма у подростков (Hoff H., 1930), когда в условиях депривации формируется инфантильная психика. При этом появляются гипертрофированные интеллектуальные интересы, носящие односторонний характер. Наиболее незрелой оказывается социальная сторона интеллекта и эмоций.

В неблагополучных семьях и закрытых детских учреждениях, в условиях гипоопеки и безнадзорности не наступает своевременной положительной социализации личности, в результате чего не формируются система положительно ориентированных внутренних запретов и система ценностей, преобладают преимущественно утилитарные интересы, потребительское отношение к жизни, неспособность к устойчивым межличностным отношениям, легкость закрепления различных отрицательных привычек, отсутствие контроля за проявлениями своих эмоций, побуждений, влечений. Степень выраженности личностной незрелости может быть различной, что и определяет возможность разной судебно-психиатрической квалификации состояния.

Физиологический инфантилизм — отставание в физическом развитии в силу медицинских, физиологических, а не психологических и социальных причин. Например, ЛаренВ 1871 г. (Lorain) под этим названием описал определенный тип задержанных в общем развитии лиц, сохраняющих и в зрелом возрасте все юношеские черты в отношении роста, пропорций тела и психики (т и п Л о р е н а). Большое значение в этиологии заболевания Лорен придавал врожденному сифилису, малярии, пеллагре. Дальнейшим этапом в изучении И. явилась работа Бриссо (Bris-saud), давшего в 1894 году описание другого инфантильного типа (см. Бриссо болезнь), сохраняющего в результате остановки своего развития не юношеские, а детские пропорции тела и психику (тип Бриссо). Бриссо и особенно Гертог (Hertoghe) считали этиологической основой этих заболеваний гипофункцию щитовидной железы. Дальнейшие исследования показали, что причины и клиническая картина И. могут быть весьма разнообразны. И. может быть наследственным и приобретенным как результат различных заболеваний раннего детства, а также неблагоприятных условий внешней среды («дистрофический И.»). Кроме того Бриссо, Меж, Ганди (Meige, Gandy) и др. ввели еще понятие «позднего И.»—появление синдрома И. с исчезновением вторичных половых признаков и восстановлением детских черт у нормального до того взрослого.

Исходя из широкого понимания И., некоторые авторы относили к И. и такие клинические картины, как дистрофию, случаи карликового роста независимо от наличия или отсутствия других симптомов И. Но уже Фальта (Falta) высказывается против такого смешения различных по существу клиническиъ форм, ограничивая И. теми случаями, в которых остановка развития на детском стадии и задержка роста сопровождаются недоразвитием половых органов, лимф, аппарата, замедленным развитием ядер окостенения, незаращением эпифизарных зон, сохранением детских пропорций членов и психической отсталостью.

Современные авторы (Молчанов) относят к И. лишь случаи отсталости общего развития, выделяя отсталость роста в особую форму нанизма и требуя, чтобы для диагноза И. были налицо по крайней мере главнейшие симптомы отсталости общего развития, а именно — задержка роста, психики и полового созревания.

Психологический инфантилизм — детские черты в мышлении, поведении и эмоциональных реакций при том, что с психикой у этого якобы взрослого человека в порядке. У детей — поведение и реакции, не соответствующие возрастным требованиям к нему — снова при том, что психическая база для того, чтобы возрастным требованиям соответствовать — есть.

Понятие «взрослый ребенок» имеет свое сущетсвование гораздо раньше развития науки. Так, например, в духовных практиках, таких как буддизм, который отличается универсализацией проблем человеческого существования.

В буддистских текстах есть термин «дети существа». В Изречении „Царь самадхи“ (Самадхи Раджа Сутра) сказано:

»Хотя и пищу обретают

благодаря заслугам Будды,

но эти дети-существа

Ему не благодарны".

Словом «дети-существа» обозначена категория простых существ, или существ с обыденным сознанием, т.е. инфантильной личности. Ее базовой характеристикой в буддийских учениях считается «cхватывание Я» («представление о Я») (тиб.: bdag ‘jin), «эгоцентризм» (тиб.: ‘ngar ‘jin), «само-лелеянье» (тиб.: rang gces).

Детям существам противопоставляется взрослый:

«дети-существа» «взрослый»
мотивация
недалекая и узко-эгоистичная альтруистичная, сострадательная, вдохновленная дальними великими целями
эмоциональная сфера
крайне нестабильная, они отличаются реактивностью на объекты: предметы и других существ эмоциональность отличается стабильностью, обузданностью, они избавлены от реактивности
способность к успешной целеполагающей деятельности
– негативная: они во всех своих действиях стремятся к счастью, но, зря суетясь, достигают обратного осмысленно ставят и достигают «цель-для-себя» и «цель-для-других»- тиб.: rang-don, gzhan-don);
рефлексия
– поверхностна, они неспособны к интроспеции и не знают глубинной природы человека полностью владеют интроспекцией и знают свою глубинную природу
постижение, понимание
– наивность: они принимают воспринимаемые объекты за то, чем те представляются, и, главное, себя – за то, чем себе кажутся: главные ошибки этой наивности – представление о себе и объектах как неизменных, единых-целых, независимых постижение реальности обусловлено как возникающей и относительной
система ценностей
непосредственные удовольствия, вызываемые примитивными реакциями — ценности относятся к реализации глубинной природы человека и как высшая ценность выступает альтруизм, эмпатия и помощь другим и реализация своей глубинной природы ради других

Возвращаяюсь к современности и науке, можно сказать что прежде всего инфантилизм как личностная незрелость (инфантильность) проявляется в несформированности на достаточном для данного конкретного возраста уровне эмоционально-волевой сферы личности. Как правило, инфантильность в качестве устойчивой личностной характеристики высоко коррелирует с такими личностными особенностями, как внешний локус контроля, завышенные самооценка и уровень притязаний, эгоцентризм, готовность при любых обстоятельствах атрибутировать ответственность за неудачу другим, обостренное, порой болезненное чувство психологической незащищенности. При этом основным компенсаторным механизмом в данном случае оказываются попытки во что бы то ни стало уйти от необходимости хотя бы более или менее адекватно оценивать объективную социальную реальность, в том числе и путем личностного погружения в реальность виртуальную (например, интернет-аддикция и т. п.). Следует специально отметить, что инфантилизм может сочетаться как с нормальным интеллектуальным развитием, так и с отставанием и опережением в этой сфере. В этом плане личностный инфантилизм вполне правомерно оценивать в качестве своеобразного проявления гетерохронности собственно личностного развития индивида. Это вполне оправдано, конечно, если саму гетерохронность развития личности, переживающей восхождение к социальной зрелости, рассматривать как фактор, который нередко приводит к тому, что в связи с заметным отставанием или наоборот, с явным опережением какой-либо линии развития по сравнению с общим темпом личностного становления, возникает ситуация, при которой ожидания социума, базирующиеся на принятом в рамках конкретного культурно-исторического контекста понимания возрастных норм, не совпадают с характером предъявляемой субъектом активности.

Как отмечает Н. Мак-Вильямс, «социальное и эмоциональное развитие никогда не идет строго прямым путем: в процессе роста личности наблюдаются колебания, которые с возрастом становятся менее драматичными, но никогда полностью не проходят. Практически каждый человек в состоянии сильной усталости начинает хныкать. Подфаза воссоединения в процессе сепарации-индивидуации, которую Миллер описал как универсальную особенность, проявляющуюся в конце второго года жизни каждого ребенка (когда ребенок, начинающий ходить и только что провозгласивший свою независимость от матери, возвращается обратно и прячется под ее юбкой), становится одной из тенденций, присущих каждому человеку. Это возвращение к знакомому способу действия после того, как был достигнут новый уровень компетентности» .

Из сказанного ясно, что инфантилизм представляет собой универсальное психическое явление и в определенной степени присущ каждому человеку. Откровенно девиантные формы его проявления, как правило, связаны с тотальной фиксацией личности на таком виде психологической защиты как регрессия. В психоаналитической традиции регрессию обычно относят к вторичным защитам, действие которых направлено главным образом на снижение тревоги, связанной с интрапсихическими процессами. Однако, поскольку «регрессия является относительно простым защитным механизмом, знакомым каждому родителю, который наблюдал, как ребенок соскальзывает к прежним привычкам...», формирующимся в достаточно раннем возрасте, целесообразно и оправданно, если не с теоретической, то с практической точки зрения, рассматривать ее как промежуточную между первичными и вторичными защитами.

Очень точное описание глубокой регрессии приводится в романе американского писателя Т. Вульфа «Мужчина в полный рост». В результате землетрясения два человека оказались под завалом и пытаются выбраться. При этом один из них, сорокалетний уголовник-рецидивист по кличке «Пять-Ноль», абсолютно уверенный, что уж он-то «знает жизнь» и прошел «огни и воды», в критический момент в ужасе обращается к своему более молодому спутнику:

"— Не бросай меня, брата!

— Да не брошу, не брошу. Отпусти ногу, ползи за мной.

Пять-Ноль послушно отпустил его. Конрад пополз дальше в дыру. Гаваец карабкался за ним. Ползти приходилось на животе, было трудно дышать.… Впереди показались слабые проблески.… Свет проникал сверху, сквозь груду искореженного металла и бетона над их головами. Оказывается, они пробирались по трещине — не шире их плеч и не больше фута высотой.

Пять-Ноль снова отчаянно схватился за Конрада.

— Помогай, брата… помогай… я правда… правда… помогай.

— Отпусти! Ползи лучше!

Но гаваец только сильнее стиснул его ногу, хныча, как ребенок.

Как ребенок… Конрад протянул руку назад и нащупал лицо Пять-Ноль где-то между своих коленей. Он погладил гавайца по щеке, словно тот и правда был малышом, и сказал ласково:

— Пять-Ноль… я с тобой, а ты со мной, мы вместе, и сейчас выберемся отсюда. Слышишь? Выберемся, Пять-Ноль, я все время буду с тобой. Держись, я тебя не брошу. А сейчас ползи, отпусти меня и ползи, толкайся ногами посильнее. Я не брошу тебя. — Конрад продолжал гладить его по лицу в такт словам.

Всхлипы, кашель, причитания,… но судорожная хватка наконец ослабла.

— Хорошо, Пять-Ноль, молодец, теперь пошли" .

Данный отрывок показателен не только с точки зрения описания проявлений регрессии, но и в плане выбора эффективной стратегии с индивидом, пребывающим в таком состоянии.

Изначально на судорожные движения и бессвязные призывы о помощи со стороны Пять-Ноль, в которых отчетливо слышится голос напуганного ребенка, Конрад реагирует резким и абсолютно целесообразным в сложившейся ситуации указанием «Отпусти! Ползи лучше!», адресованным зрелому и сильному Эго товарища по несчастью. Подобного рода реакции (апелляция к взрослой составляющей личности, указание на явную неадекватность поведения и т. п.) на выраженные проявления инфантилизма и регрессии у партнера по взаимодействию являются стереотипными для большинства людей. Такая тактика, как правило, не только не способствует выходу индивида из инфантильного состояния и «переключению» на более зрелые модели социального функционирования, но и, напротив, провоцирует углубление регрессии. Это становится совершенно понятно, если взглянуть на ситуацию с позиций трансактного анализа.

В абсолютном большинстве случаев регрессия означает, что индивид пребывает не просто в эго-состоянии Ребенка, но ребенка депривированного, активно ищущего поддержки и заботы со стороны любящего родителя. И если в ответ на подобный стимул, он получает реакцию Родителя директивного, отдающего жесткие приказы и инструкции, то ощущение депривации, связанное с отвержением, брошенностью, беззащитностью, собственной «малостью» только усиливается. Тем самым создаются реальные предпосылки для дальнейшей регрессии с одновременным усилением инфантильных поведенческих реакций, направленных на то, чтобы «достучаться» в конце концов до «хорошего» Родителя. Если же в ответ на стимул, направленный от эго-состояния Ребенка к эго-состоянию Родителя, следует реакция в логике Взрослый — Взрослый, налицо пересекающаяся трансакция, которая чаще всего приводит к конфликту. Оказавшись же втянутым в открытое столкновение, индивид в состоянии регрессии опять-таки вынужденно использует инфантильные формы борьбы, к которым прибегают маленькие дети в попытках противопоставить себя взрослым.

Гораздо более эффективной стратегией взаимодействия с инфантильными, либо пребывающими в состоянии регрессии личностями является присоединение к актуальному детскому состоянию индивида. Именно такой выход в критической ситуации интуитивно находит герой романа Т. Вульфа. Он не только вербализирует позицию заботливого и надежного родителя, но и подкрепляет ее соответствующим тактильным контактом — гладит Пять-Ноль по щеке — «словно тот и правда был малышом». В результате тот, все еще оставаясь в позиции ребенка, но уже ребенка, обретшего, благодаря родительской поддержке, надежду и уверенность, оказывается способным к действиям, адекватным реальной ситуации.

Выбор оптимальной стратегии взаимодействия в подобных случаях существенно осложнен тем, что социальные проявления инфантилизма и регрессии бывает крайне сложно отличить от демонстративного поведения, для модификации которого вполне оправданы и эффективны такие средства воздействия, как директивное пресечение и целенаправленное игнорирование. «Разведение» этих чрезвычайно схожих на внешнем уровне, но совершенно различных по своим психологической природе и психологическому содержанию форм дезадаптивной активности является важной задачей практического социального психолога. В этой связи стоит отметить, что инфантилизм и регрессия часто, но не всегда проявляются на поведенческом уровне в виде бросающейся в глаза беспомощности, беззащитности, слез, жалоб и т. п. Эти проявления могут также носить характер повышенной агрессивности, грубости, неуживчивости, свойственной многим подросткам.

Также важно понимать, что как регрессию, так и собственно инфантилизм абсолютно неправомерно рассматривать в качестве исключительно негативного, с точки зрения личностного развития и социального функционирования индивида, явление. Очень многие ритуалы, связанные, в первую очередь, с мужеско-женскими отношениями, носят характер игры, участие в которой предполагает определенную регрессию. Более того, как показывают многочисленные исследования, в частности, Э. Берна, И. С. Кона и др., полноценные сексуальные отношения попросту невозможны без регрессии к детским состояниям, а следовательно, и инфантилизма партнеров. Состояния регрессии целенаправленно и широко используются в таких психотерапевтических подходах, как гипнотерапия, психодрама-терапия и ряде других.

Вместе с тем важно еще раз подчеркнуть, что регрессия и личностный инфантилизм в своих крайних проявлениях могут приобретать откровенно патологические формы, не только создающие реальные социально-психологические проблемы, но и угрозу здоровью и жизни как собственно индивида, так и лиц из его социального окружения. В частности, инфантилизм может являться одной из глубинных причин злоупотребления психоактивными веществами, управления автотранспортом в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, повышенной склонности к риску и т. п. Чрезвычайно опасной формой регрессии является так называемая соматизация, или «бегство в болезнь». Такой способ ухода от реальности "… никогда не осознается (а если осознается, это называется просто симуляцией) и может причинить страдание как регрессировавшему, так и связанному с ним другому человеку". Причем, как отмечает Н. Мак-Вильямс, «этот вариант регрессии… обычно оказывается резистентным к изменениям и трудным для психотерапевтического вмешательства». Не менее проблематичным выглядит и «бегство» в психические расстройства, чаще всего депрессивного характера, которые нередко приводят к суицидальным попыткам. Кроме того, депрессия является причиной «синдрома приобретенной беспомощности», суть которого заключается в том, что потерпев неудачу в попытке противостоять неблагоприятным внешним обстоятельствам, люди утрачивают способность к сопротивлению в схожих обстоятельствах, "… так как считают, что все их усилия будут неэффективными". В групповом и организационном контексте патологический инфантилизм не только является очевидным препятствием в процессе поиска, принятия и реализации тех или иных решений, но и может негативно влиять на социально-психологический климат сообщества, «заражая» его пессимизмом, неуверенностью и безответственностью.

Взрослость-зрелость

В современном научном понимании взрослость-зрелость не считается синонимичной физическому возрасту, но считается довольно сложной междисциплинарной проблемой. Проблема взрослость-зрелость рассматривается философией в плане анализа развития личности, социологией с точки зрения проблемы социальной зрелости, педагогикой и возрастной психологией, психиатрией в сфере исследований инфантилизма и других видов нарушений психического развития.

В биологическом плане (на основании полового созревания) считается, что зрелость возникает у девушек – к 21, у юношей – к 25 годам. С точки зрения возрастной психологии, период взрослости многие исследователи подразделяют на раннюю и другие виды взрослости, при этом нижней границей взрослости оказывается 17-20 лет ( ранняя взрослость от 21 года до 25 лет у Д. Бромлея, 17-25 лет у Биррена, от 20 до 25 лет у Э. Эриксона, от 20 до 40 лет у Г. Крайга. Впрочем, по Э. Эриксону, развитие личности продолжается в течение всей жизни. В качестве определения зрелости Э. Эриксон пишет: «Зрелый человек нуждается в том, чтобы быть нужным». Ш. Бюлер считает зрелостью период от 25 лет (создание собственной семьи, реализация призвания, постановка конкретных жизненных целей и самореализация), Р. Гаулд, Д. Левинсон, Д. Вейлант отмечают также как характеристику периода осознание себя как взрослого человека с его правами и обязанностями, сформированность представлений о своей будущей жизни и обозначают границы периода в 23-28 лет. (по Кулагиной И.Ю., Колюцкому).

Кулагина и Колюцкий рассматривают онтогенез человека соотносительно с филогенезом, согласно результатам исследований психологической школы Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева, Д.Б. Эльконина. В контексте развития организмов в целом выявляется развитие общей для живого триады: потребность — деятельность — мотив (предмет потребности), выступающий, как часть внешней среды и как нечто внутреннее — как «опредмеченная потребность» (по Леонтьеву). Родовым отличием психики человека является «наличие речемыслительного социогенного сознания. Развитие человеческого сознания обусловлено развитием системы знаний, а также выработкой морально-нравственных представлений и норм», что «обусловлено процессами интуиции, но более высокого, чем на предыдущем этапе развития психического уровня». Развитие человеческого знания связано с познанием не отдельных сторон, а сути предметов и явлений. Человеку присуще предметное чувство (глубокий непреходящий интерес, увлеченность), пластичность поведения в целом, сдвиг мотива на содержание деятельности – то есть во всех сущностных связях с миром у человека потребности обладают такой же природой: предметом потребности является сам процесс деятельности.

Эти характеристики обретают особое значение для понимания социальной зрелости человека, если иметь в виду, что «зрелость выступает как мера социальности индивида, мера приобщения его к своей родовой сущности». Имея в виду индивида как систему с внутренней структурой в виде потребностей, интересов, ценностей, идеалов и т.д. Ю.Бардин считает, что именно оптимальность функционирования обеспечивает не только направленность развития системы, но и реализацию заложенных в ней возможностей,.а также накопление и развертывание новых возможностей, что является одной из важнейших характеристик развития. Таким образом, в категории зрелость оказываются органически связаны принцип развития и принцип системности. Зрелость выступает одновременно и как критерий развитости систем, и как показатель целостности, организованности систем, являющейся важным направляющим фактором их дальнейшего развития. (…) Зрелость личности первоначально выступает как адаптивность или способность оптимально функционировать в данной социальной систем (…) в своем наиболее развитом виде зрелость личности выступает как субъективность, т.е. способность посредством своей целенаправленной, творчески-преобразующей действительности не только воспроизводить, но и изменять социальное целое.

По своим характеристикам, «зрелая личность — это личность, которая активно владеет своим окружением, обладает устойчивым единством личностных черт и ценностных ориентации и способна правильно воспринимать людей и себя». С точки зрения становления взрослости-зрелости выделяются стадии социализации:

1. первичная социализация или стадия адаптации;

2. стадия индивидуализации;

3. стадия интеграции в общество.

Начиная с А. Маслоу, появилось представление о «пирамиде» мотивов в ходе развития личности. Маслоу говорит о движении от мотивов физиологических в направлении к само-актуализации, другие авторы говорят о движении от гедонистических мотивов к эгоистическим, дальше – к духовно-нравственным, а затем «сущностным» (по Кулагиной И.Ю., Колюцкому). Маслоу вносит определение: «Психическое здоровье «хронологически» незрелой личности понимают как здоровое развитие. Психическое здоровье взрослого человека – по-разному, как самоактуализацию, эмоциональную зрелость, индивидуацию, продуктивность, подлинность, полноценность и т.п. (…) Самоактуализацию определяют по-разному, но в главном все ученые явно согласны друг с другом. Все определения говорят:

(а) о примирении с внутренним Я как «сердцевиной» личности и его проявлении, то есть об осуществлении его скрытых способностей и потенциальных возможностей, об «идеальном функционировании», развитии индивидом всех своих индивидуальных и общевидовых характеристик;

(б) о минимизации заболеваний, неврозов, психозов, понижающих фундаментальные индивидуальные и общевидовые способности человека».

М. Мамардашвили определял так: «Взрослеть – это значит принадлежать к веку и миру просвещения. Я напомню старое определение просвещения – это вовсе не сумма знаний, распространяемая в народе. Европейское понимание просвещения сводится к утверждению, что просвещение есть взрослое состояние человечества, способность человека обходиться без внешних авторитетов, мыслить своим умом и не нуждаться в помочах». В другом месте он отмечает: «Что касается злобы, то это связано с … инфантилизмом. … у нас нет мыслительной традиции, чтобы отдавать себе отчет в своих состояниях, чтобы ясно помыслить: что же я чувствую? почему я ненавижу? почему страдаю? А когда мы неясно это понимаем, то изобретаем себе воображаемых врагов. Словом, злоба во многом идет от инфантилизма»

еще рефераты
Еще работы по психологие