Реферат: Значимость восточного учения и способы приобретения отдельных культурных навыков духовного развития для европейской личности

МЕЖДУНАРОДНЫЙ ГУМАНИТАРНЫЙ ИНСТИТУТ

им. Е.П. РОМАНОВОЙ

ФАКУЛЬТЕТ ГУМАНИТАРНЫЙ

Кафедра психологии

Специальность 020400 «Психология »

Допустить к защите

Зав. учебной частью

«____» 2010 г.

КВАЛИФИКАЦИОННАЯ (ДИПЛОМНАЯ) РАБОТА

На тему: «Значимость восточного учения и способы приобретения отдельных культурных навыков духовного развития для европейской личности»

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

Глава 1. Характеристики, необходимые для понимания восточных тонкостей отдельных элементов боевого искусства

1.1 Распространение восточных боевых искусств во всём мире, краткое пояснение о развитии, культуре и философии айкидо

1.2 Пояснение к понятию «Ки», как неотъемлемой составляющей боевого искусства и организма человека

1.3 Исторически-философский подход к пониманию «Ки», а также интерес учёных различных направлений к понятию «Ки». Объяснение этого понятия Уэсибой-мастером айкидо

1.4 Положительное использование «УМА»

1.5 Рассмотрение общепсихологического свойства «внимание» по отношению к «Ки» понятию

1.6 Психологическое соотношение Востока и Запада по К.Г. Юнгу с элементами исторических хроник

Глава 2. Методики айкидо и их психологическое и психофизическое объяснение

2.1 Объединение «УМА» и «ТЕЛА»

2.2 Успокоение «УМА»

2.3 Расширение «Ки»

Глава 3. Анализ исследования

3.1 Значение айкидо

3.2 Этапы развития

3.3 Язык движений

3.4 Наблюдение

3.5 Барьеры самовыражения личности и освобождения от них

Заключение

Литература


ВВЕДЕНИЕ

На современном этапе развития общества, в связи с бурными политическими, экономическими и социальными преобразованиями, европейцы совсем забыли о духовном значении и образовании, что неизбежно ведет к нездоровому психологическому состоянию общества. Именно этими факторами обусловлена актуальность проблемы влияния восточного боевого искусства «айкидо» на личность.

Психологическое здоровье – это важнейший резерв человеческого организма. Это первичный и важнейший фактор, влияющий на межличностные отношения, работоспособность, развитие творчества и науки на Земле.

В этом вопросе Восток пока ещё не утратил до конца духовную культуру со своими традициями, которые способствуют гармоническому развитию личности. Восток, чаще всего, выражает свою культуру, духовность и традиции через свои боевые искусства, т.к. они более объективно выражают свою сущность.

Европейская культура в настоящее время, на наш взгляд, как раз нуждается в приобретении некоторого положительного опыта, способствующего развитию утраченной духовной культуры. Поэтому, в нашей работе пойдёт речь о положительном влиянии восточного боевого искусства на европейскую личность.

В нашем варианте мы будем рассматривать, самое интеллектуальное «чистое», с точки зрения знатоков восточных боевых искусств, боевое искусство, название которому – Айкидо.

Айкидо, в переводе с японского, означает ПУТЬ(ДО) ГАРМОНИИ(АЙ) ЭНЕРГИИ(КИ). Гармонии самых основных человеческих качеств, гармонии с окружающим миром или просто искусство Мира.

По данным статистики этот вид боевого искусства набирает популярность во всех европейских странах, в том числе и в России. С каждым годом, всё больше желающих приобщиться к этому загадочному и благородному искусству. Это может быть искреннее желание изменить себя и окружающий мир, это может быть потому, что в айкидо нет ограничений в возрастных категориях, может кто-то просто хочет научиться искусству самообороны, но самое главное то, что айкидо – это очень красивый и элегантный вид боевых искусств, развивающий личность во всех связях и отношениях.

В Европе он стал даже гораздо популярней, чем на своей родине, в Японии. Что касается России, то совсем недавно, лет пятнадцать назад, мы даже не слышали об этом уникальном боевом искусстве. В 1995 году нам показали впервые голливудскую кинокартину, где в качестве полицейского и мастера незнакомого нам боевого искусства сыграл главную роль, популярный американский актёр – Стивен Сигал. «Тут всё сразу и началось». Появились вопросы: «А как он это сделал?», «Почему так легко, безо всякого усилия и напряжения, но так эффективно?», «Что это за стиль, и чьё происхождение?». Однако, ничего странного здесь нет и не было. Действительно, долгое время в СССР, Федерация восточных боевых искусств была закрыта (1982 г.), т.е. этот вид боевого искусства не преподавался в СССР. До запрета, ему обучались секретные спецслужбы и, конечно, богатые люди, которые могли за определённо-значительные «взносы в развитие» обучаться в Японии.

В 1995 году уже в России, открылась первая школа в Москве, а затем и в Санкт-Петербурге, их численность составляла всего 500 человек. В 2000 году в нашей стране уже насчитывалось более 2-х тысяч учеников. В настоящее время, в России открыто более пятисот клубов и школ, численность которых возросла до 25 000 человек. И это не удивительно, ведь в этом виде боевого искусства развиваются те качества, которые необходимы для полноценной личности. Европейская личность нуждается в айкидо, так как оно даёт человеку то, что ему нужно, то есть духовное развитие, кроме физического и интеллектуального, что также является неотъемлемой составляющей айкидо.

Основателем айкидо является японский мастер боевых искусств Морихей Уэсиба (1883-1969г.г.). Он создал его на основе таких боевых искусств, как дзю-дзюцу и кен-дзюцу, которые сам изучил и довёл их до совершенного мастерства. В один прекрасный день, как говорит нам легенда, к нему пришло просветление, и тогда он свернул «прямолинейность и напористость», выше указанных боевых искусств, в «спираль» и на основании спиралевидных движений создал совершенно отличный, но гениальный вид боевого искусства, о котором в нашей работе пойдёт речь.

Методологическую основу исследования составляют важнейшие философские положения о социальной, деятельностной, духовной сущности человека и многофакторном характере развития его личности.

Теоретическую основу нашего исследования составили работы: выдающегося знатока Востока и психиатра К.Г. Юнга, основателя боевого искусства айкидо Морихея Уэсибы, Киссёмары Уэсибы – сына основателя и мастера айкидо, европейского мастера айкидо Стена Роубела, классического произведения по дзэн буддизму Д.Т. Судзуки и практике дзэн Сэкиды Кацуки, а также великого философа Конфуция.

Научная новизна и теоретическая значимость исследования заключается в выявлении положительного воздействия айкидо на гармоническое развитие личности, а именно, на развитие интеллекта, физиологии и духовности в гармонии.

Основной метод, на который мы опирались в данной работе – теоретический (изучение и анализ психологической, социологической и духовной литературы).

В процессе подготовки и проведения данного исследования мы поставили следующие цели:

1. Изучить необходимый теоретический материал, касающийся восточного боевого искусства айкидо, и культуры Востока.

2. Сформулировать значимость восточного учения и способы приобретения отдельных культурных навыков духовного развития для европейской личности.

3. Рассмотреть, в контексте исследуемой проблемы, психологические и психофизиологические аспекты восточной и европейской личности.

4. Исследовать возможности влияния восточного боевого искусства на развитие европейской личности.

Предметом нашего исследования является восточное боевое искусство айкидо, а объектом – европейская личность, в контексте исследуемой проблемы.

Мы выдвигаем гипотезу:

Восточное боевое искусство айкидо оказывает положительное влияние на европейскую культуру и на развитие и совершенствование личности.

В процессе достижения целей исследования и доказательства гипотезы, мы решает следующие задачи:

1. Познакомиться с основами боевого искусства айкидо.

2. Дать характеристику понятию «Ки», как неотъемлемой части боевого искусства.

3. Привести научное объяснение существования «Ки».

4. Обосновать понятие положительного использования «УМА», как изменение качества личности.

5. Объяснить, с психологической точки зрения, схожесть свойства человеческой психики «внимания», в восточной и европейской культуре, и его взаимодействие с «Ки» понятием.

6. Разобрать соотношения между культурами Востока и Запада.

7. Дать психологическое пояснение методик, применяемых в айкидо.

8. Провести анализ исследования айкидо с необходимым в данном контексте обсуждением, а именно проанализировать: значение айкидо, наблюдения за этапами развития циклов, язык движений айкидо и преодолений барьеров на пути познания.

9. Сформулировать выводы.

Структура нашей работы такова:

— во введении обосновываются актуальность проблемы, цель, задачи, объект, предмет, гипотеза и методы исследования;

— в первой главе рассматриваются необходимые для понимания характеристики элементов восточного боевого искусства и культуры;

— во второй главе содержатся методики, применяемые в обучении айкидо и их психологическое — психофизиологическое пояснение;

— в третьей главе мы проводим анализ нашего исследования;

— в заключении мы формулируем выводы нашего исследования.


Глава I. Характеристики, необходимые для понимания восточных тонкостей отдельных элементов боевого искусства

1.1 Распространение восточных боевых искусств во всём мире, краткое пояснение о развитии, культуре и философии айкидо.

С каждым годом у традиционных систем физического и духовного самосовершенствования появляется всё больше поклонников. Открываются всё новые школы, клубы, ассоциации йоги, цигун и ушу. Издаются специальные книги, брошюры, журналы, китайские «внутренние» боевые искусства, которыми ещё лет пять назад могли заниматься лишь отдельные счастливчики, и о которых «в простом народе» ходили самые невероятные слухи, кажется, становится фактом нашей культурной жизни. Это уже произошло с тайцзи-цюанен, это сейчас происходит с синьи-цюанен. На очереди – загадочная система багуа-чжан.

Японское айкидо тоже хорошо приживается на нашей почве. В настоящее время, на мой взгляд, в России, это самый сложный и загадочный вид боевых искусств, который нам придётся покорить. Практически во всех крупных городах есть места, где можно приобщиться к «искусству Мира» мастера Уэсибы. Книг и брошюр по айки-до издано много, но в них, в основном, — описания технических приёмов, а не духовных, энергетических, психологических аспектов.

Айкидо можно перевести как Путь Духовной Гармонии. Это искусство растворения в Природе и объединение с Ней. Нет никакой двойственности, нет никакой борьбы, нет никакого противника. Есть только действия нашего собственного духа в гармонии с духом Вселенной. Приёмы, или техники айкидо, суть воплощения этой гармонии.

Айкидо — это путь примирения. Это воплощение принципа единства всех существ. Морихей Уэсиба, Основатель Айкидо, называл своё искусство «путём великого примирения и компасом, указывающим на то, что в религиях называется Царствием Небесным или Великим Космосом».

Так нужно ли начинать поединок, если нет врага, в мире, где нет противостояния, во Вселенной, которая является, как писал Уэсиба, «единой семьёй Господа всех богов»? Наш Путь и наша миссия заключается в том, чтобы быть едиными с Центром и строить прекрасную «чистую землю», подобную райскому Саду, — уже в этом мире. Это возможно только с помощью искреннего сердца, полного любви и миролюбия.

Глубоко постигнуть Путь можно лишь испытав состояние Айки-победы. Войдя в него благодаря неустанным тренировкам, сознаёшь: «Истина непобедима, поэтому я — непобедим». Убеждённые в том, что Истина восторжествует, мы идём вперед с непреклонной решимостью преобразовать всё зло мира в добро, и дальше – к состоянию, в котором нет ни того, ни другого. Вот как мы одерживает победу. Над кем? Над самим собой! «Когда побеждает Истина, а мы побеждаем себя, тогда-то и свершается жизненное назначение каждого из нас», — говорил Основатель Айкидо Морихей Уэсиба. И вот почему никто из практикующих не может удовлетвориться достигнутым.

Все японцы едины в убеждении, что сущность будо (пути воина) заключается в совершенствовании его духа. И в то же время, можно привести много печальных примеров того, как изменяли себе и убивали себя, так называемые мастера меча, потому что им не хватало самоконтроля, или они теряли свою целостность. Если мы не хотим проследовать по их стопам, нужно стремиться к достижению Айки-Победы. Конечно, Основатель айкидо предпринимал широчайшие исследования физических техник боя, но его духовные искания были во много раз обширнее. Чем больше он учился, тем яснее понимал, что одной лишь физической силы и техники – недостаточно. Они не приносили ему полного удовлетворения. Ему нужно было войти в сферу духа и преодолеть очередной барьер, чтобы дальше развивать своё тело и своё мышление. навык духовный европейский личность айкидо

Основатель рассказывал, что однажды он почувствовал озарение (инсайт) и ощутил себя воплощением золотого бодхисаттвы* Майтрейи. Это и было началом Айкидо. Рассказы Основателя свидетельствуют о том, что секрет айкидо заключается в единстве духа, ума и тела, их гармонии; в единстве, добытом в упорной борьбе. Таким образом мы видим, что Основатель шёл от тела к сознанию и от искусства – к Пути.

Он говорил: «Мы должны быть сильными. Какое бы зло ни явилось в мир, мы должны быть способны изгнать его и защитить справедливость. Поскольку айкидо явилось плодом длительных теоретических и практических исследований, оно находится в полном согласии с естественными законами Вселенной. Оно соприкасается с духом вселенной, всё тело того, кто практикует айкидо, наполняется этим духом. Он получает больше силы, чем даже можно представить».

Основатель объяснял: «Этот мир должен управляться человеком. Эта Вселенная – для человека. Закрывший глаза, не видит. Но откройте глаза, отбросьте своё эго и себялюбивые желания, и смотрите – вся Вселенная – для вас!» Высшее состояние айкидо – это единение с духом Вселенной. Вот почему его называют «будо единства».

Основатель говорил также: «Айки – это выражение самой Истины. Это способ созывать всех людей, нападающих на нас, и примириться с ними в любви. Когда они во гневе нападают на тебя, улыбайся и мирись с ними. Это – истинный путь Айки».

Сын Морихея Уэсибы, Киссёмару Уэсиба, просматривая старинные рукописные свитки, заметил, что можно иногда встретить слова вроде «техника айки» или «бросок айки». Но объяснения этих понятий очень абстрактны. «Не позволяйте противнику айкизировать вас». Это означает: не втягивайтесь в «гармонию духа» своего противника. Сомнительно, что глубинный смысл слова «айки» в те времена был понятен всем.

И только такой великий человек, как Морихей Уэсиба продемонстрировал высший путь айкидо как отдельного элемента системы будо, — системы, все составляющие которой опирались, в основном, на технику и силу. Он утверждал: «Путь будо – в том, чтобы слиться с сердцем Вселенной и выполнять миссию любви и защиты всех существ с помощью великого Духа, который – в каждом из нас. Техники будо – это лишь средство достижения этой цели». Посвятив всю свою жизнь изучению будо, безжалостно тренируясь и постигнув саму его суть, высшей целью своей практики Основатель видел духовное совершенствование. В результате ему удалось сплавить техники айки в «поток Духа, силу духа или силу души». Так он положил начало наиболее техничной и духовной составляющей японского будо.

Морихей Уэсиба (1883-1969 г.г.) – Основатель айкидо был первым, кто по-настоящему открыл мир айки и его цели. От дзюцу к до, от «техники» к «Пути» — вот направление бесконечной эволюции к цели, указанной Мастером.

Об этом удивительном человеке можно говорить бесконечно, например, будучи небольшого роста (156 см), он однажды вырвал с корнем сосну примерно 15 см в диаметре, а в другой раз передвинул камень, который не могли сдвинуть с места десять человек. Но нам рациональней поговорить о понятии КИ (энергия, дух), чтобы в дальнейшем лучше понять, как это понятие влияет на человеческий фактор, а точнее, на организм в целом.

1.2 Пояснение к понятию «Ки», как неотъемлемой составляющей боевого искусства и организма человека

В наш век стремительное развитие техники вторгается в каждую клеточку нашей жизни. И этот процесс не имеет конца. Новые достижения всё более впечатляющи: людей заменяют компьютеры, нажатия одной кнопки достаточно для того, чтобы начать ядерную войну.

И, не смотря на это, мир постепенно начинает вспоминать, что именно человек – это тот, для кого должны работать машины, и никакого другого пути нет. Наконец многие уже поняли, что наука, при всех её достижениях, слишком мало может нам помочь в том, чтобы понять самих себя или реализовать свои потенциальные возможности.

Нет смысла ждать, пока это сделает за нас наука. Каждый из нас должен сам позаботиться о том, чтобы понять свою «истинную природу и свою силу». Китайский классик Сайконтан сравнил человечество с нищим, который просит подаяние у ворот, забыв о бесконечной силе, которой наделил его космос. Мы и сейчас поступаем так – и в общественной, и в личной жизни. Великие люди всех времён никогда не пренебрегали предоставленной им силой. Будда и многие другие имена, которые не столь известны, умели объединить ум и тело для того, чтобы реализовать свою истинную природу и свою силу. Но средний человек считает таких людей не от мира сего (белой вороной и т.д.). Ему кажется, что кто-то прикоснулся к ним волшебной палочкой, и он не может понять, что сила Будды, христианского святого или даже великого бизнесмена или политического деятеля заложена в каждом из нас. Вместо того, чтобы дать увянуть этому потенциалу, мы должны с благодарностью принять его. Нам необходимо приложить усилия к тому, чтобы он проявился, и помочь то же самое сделать другим людям, — в этом и есть смысл истины жизни!

Человек подходит к морю, наклоняется и зачерпывает воду ладонями. «Это — моя вода», — утверждает он. В каком-то смысле он, конечно, прав. Временно, она его. Но, в конечном счёте, вода принадлежит океану. Стечёт ли она с его рук на песок или испарится, станет частью облака и выпадет на землю в виде дождя, именно в океан вернётся «его» вода. (Восточная мудрость).

Так же и наша жизнь. Мы окружили небольшую часть Ки * Вселенной своим телом и заявляем: «Это — моё». Ки, которая даёт нам жизнь, — это частица Ки Вселенной, точно так же, как вода, которую держит наш, стоящий на берегу человек, — частица океана.

Однако, в отличие от жителя побережья, которому следует сознательно и специально наклониться, чтобы зачерпнуть воды из моря, получение жизненной силы происходит постоянно и стихийно. Наша личная Ки неотделима от Ки Вселенной, и между ними происходит непрерывный обмен. (По М. Веллеру – это постоянное преобразование энергии).

В этом сущность жизни: обмен Ки или энергии между нами и Вселенной, непрерывное течение её туда и обратно. Когда поток энергии сильный и беспрепятственный, мы – здоровы. Когда поток энергии временно остановился, мы теряем сознание. Когда поток остановился полностью и навсегда, мы умираем.

Энергетический обмен, в основном, происходит во время сна, а именно, – во время глубокого сна, который является единственным временем, когда большинство людей может по-настоящему расслабиться. Мозг человека получает Ки из космоса в периоды глубокого расслабления, когда электрическое колебания мозга становятся регулярными.

Именно поэтому даже девяти-десяти часов прерывистого сна недостаточно для того, чтобы почувствовать себя отдохнувшим, тогда как может хватить четырёх часов, если сон был спокойным и никем не нарушался. Сон – основная потребность жизни. Человек с сильной Ки может прожить десять или даже двадцать дней без пищи, но пяти дней без сна оказывается достаточно, чтобы его убить (за исключением особых случаев). В японском языке для этого существует специальное слово – киси, что означает «смерть от нехватки Ки». На всём протяжении истории для того, чтобы сломить заключенного, его надолго лишали сна. Трёх бессонных суток всегда было достаточно, чтобы получить признание самого закоренелого преступника.

В последние десять или пятнадцать лет в моду вошло употребление снотворного. Эти таблетки оказывают анестезирующее (афектически-парализующее) действие на мозг. А в состоянии, подобном смерти, личная Ки не может пополняться за счёт Ки Вселенной, поэтому обычные признаки привычки к снотворным – нехватка энергии, депрессия, и, в конечном счёте, испорченное здоровье.

1.3 Исторически-философский подход к пониманию «Ки», а также интерес учёных различных направлений к понятию «Ки». Объяснение этого понятия Уэсибой – мастером айкидо

Человек, подобно другим созданиям или предметам, возникает «почти из ничего», из неделимой субстанции, из которой создана Вселенная. Христиане называют её «Богом», буддисты называют её «Буддой», члены Сока Гаккаи (необуддийской секты в Японии) называют её «Гохонзон». Всё это имена, данные различными культурами и на различных языках, одного и того же «предмета», подобно тому ка то, что мы называем «рука» по-русски, по-японски будет «тэ».

Абсолютный универсум изначально один. Появились две противоположные силы — и родился относительный, или «предметный» мир. Мы привыкли думать, что относительный мир, который мы видим и слышим вокруг себя, только один, забывая об абсолютном мире, который стоит за ним. Во Вселенной абсолютное количество Ки неизменно, в то время как сама Ки или энергия находится в непрерывном движении. Буддисты говорят: «Это то, что не рождается и не погибает. Оно не грязное и не безупречное. Оно не увеличивается и не уменьшается».

В 1974 году сын основателя айкидо Киссёмару Уэсиба проводил шестинедельный семинар во время летнего семестра в Фулертон-Колледже, штат Калифорния. Там был введён новый курс под названием «Развитие Ки». Это была попытка навести мосты между психологическим воспитанием, которое касалось исключительно сознания, и физическим воспитанием, которое имело дело только с телом. Но, в конечном счёте сознание и тело – это одно целое, между ними не существует никаких границ. Ум – это очищенное тело, тело – неочищенный ум. Киссёмару говорил, что неразумно рассматривать их как две отдельные вещи. Он в течение многих лет пытался внедрить в академических кругах представление о единстве сознания и тела. Коллеги в Японии прислушивались к нему. В Америке на это обратили внимание в Гавайском Университете и в Колледже Левиса и Кларка. И вот Фулертон-Колледж зашёл столь далеко, что ввёл новый курс.

В семинаре Киссёмары Уэсибы приняли участие более 300 человек, включая врачей, юристов, профессоров и студентов. Присутствовали д-ра Терри Гантер и Джордж Брид с кафедры психологии университета в Южной Дакоте, а также д-р Мелвин с кафедры физики и миссис Мелвин с кафедры музыки Пенсильванского университета. Присутствовали также д-р Стив Саймон, философ, и д-р Луа Сан Цзай, психолог из Фулертон-Колледжа. Доктор Цзай Вырастил и воспитал вместе собаку, кота и мышь, и статья об этом эксперименте была опубликована в LifeMagazine. Он с иронией заметил, что человеческие существа не могут жить вместе, тогда как на это способны даже кошка с собакой. Этот учёный был выдвинут на соискание Нобелевской премии.

Киссёмару Уэсиба вёл занятия по развитию Ки в Айкидо в большом гимнастическом зале Фулертон-Колледжа, и каждый день в течение часа, отведенного на ланч, отвечал на вопросы, хотя он никогда не собирался читать лекции университетским профессорам. Однажды к нему обратился доктор Мелвин с вопросом:

— Звук и свет можно выразить математически. А можно ли сделать то же самое с Ки (энергией)? Кто-нибудь пытался это сделать?

По тому, как был задан вопрос, Киссёмару понял, что он думает о Ки, как о количестве колебаний в секунду, и что от него ускользает то, что лежит в самой основе. Поэтому мастер решил, насколько это возможно, объяснить ему всё с помощью математических терминов.

— Да, — сказал мастер Киссёмару, — это возможно.

— Вы можете дать мне математическое выражение для Ки? – серьёзно продолжал профессор.

— Конечно, — сказал мастер айкидо. – Основной объект математики – единица, не так ли? Доктор Мелвин кивнул.

— Вселенная одна. Человек один. Булыжник один. Все они иогут быть представлены с помощью числа «один», мастер поднял вверх палец.

— Вот единица. Если я уменьшу её размер вдвое, то, что останется будет всё той же единицей. Если я бесконечно буду уменьшать её вдвое, станет ли она когда-нибудь нулём?

— Нет, — сказал профессор, — не станет. Но ведь вы можете уменьшить не только её размер, но и её численное значение.

— Да, верно. И всё равно она не станет нулём. Если есть единица, всегда существует её половина. У половины – своя половина. Ки — это бесконечно большое множество бесконечно малых частиц.

Все зааплодировали. Это было не то, чего ждал доктор Мелвин, но это было определённо математическое объяснение.

Вот таким образом, не имея учёной степени в области математики, Киссёмару Уэсиба, мастер и сэнсэй Айкидо, в считанные минуты доказал существование того, чего нельзя увидеть, нельзя услышать, его нельзя пощупать и понюхать. Одним словом он доказал профессору существование Ки (энергии, духа) математическим путём – в чём очень плохо разбирался.

Его объяснение является современным переложением очень трудного отрывка из древнебуддийского текста Ханя Сингё. Если эту мысль выразить словами, её очень трудно ухватить, но выраженная подобным образом математически, она становится понятной даже ребёнку.

Отсюда следует – Ки – основная единица Вселенной. Она представляет собой бесконечно большое множество бесконечно малых частиц. Всё в конечном счёте состоит из Ки. Если мы теперь перенесём это представление на глубины индивидуального (бесконечно малого) человеческого сознания, то нам откроется, что же такое универсальный Разум Вселенной, который руководит всем мирозданием, любя и охраняя всё живое. Понимание природы универсального Разума – это основа понимания духа мира, и как результат – творческого слияния с природой.

Сегодня человечество окончательно запуталось в своих попытках концептуализировать внешний и внутренний миры. Единственная его надежда – прийти к пониманию абсолютного мира, который лежит под этим относительным миром (и в его основе), к пониманию Ки.

Справедливо утверждение, что Бог – синоним любви. Вполне оправданно также и утверждение о том, что Вселенная безжалостна. Всё, на самом деле, зависит от точки зрения. Если вы хотите всегда быть счастливыми, бодрыми, вам следует смотреть на светлую сторону всего, что окружает вас и что внутри вас: — гласит восточная мудрость, — если вас привлекает мрак и страдания – смотрите на тёмную сторону вещей; вы сможете прожить жизнь в слезах или с улыбкой. (Основатель Айкидо Морихей Уэсиба).

На Востоке ум принято считать не интеллект человека, а нечто большее (мудрость, дух), что стоит над интеллектом, т.к. интеллект не может быть абсолютным и законченным.

Таким образом, если мы решим смотреть по положительную сторону вещей, мы обязательно поверим, что путь Вселенной – это путь любви. Мы должны учиться положительно использовать свой ум и расширять свою Ки и своё сознание. Если же мы захотим смотреть на тёмную сторону жизни, то путь наш будет примерно таким: вера в то, что жизнь в своей основе не милосердна, отрицательное использование ума, вечное недовольство и потеря Ки.

Если же мы хотим усилить свою Ки, физическую энергию и жизнеспособность, и преуспеть во всех своих начинаниях, мы должны приложить усилия к тому, чтобы стать одним целым с Ки Вселенной. «Когда Вы расширите свою Ки,» — говорит учитель Айкидо – Киссёмару Уэсиба, — «в ваше тело вольются свежие её запасы». Вот почему нам так необходимо положительно использовать свой ум и расширять свою Ки и сознание.

Для того, чтобы стать единым с Ки Вселенной, необходимо согласовывать свои ум и тело. Объединение ума и тела – фундамент здания, корни, которые питают дерево. Например: небоскрёб может быть построен только на прочном фундаменте. Высокий раскидистый дуб без прочной корневой системы – фантазия. Современная цивилизация терпит непрерывные провалы в своём стремлении вырастить цветы раньше, чем разовьются их корни. Мы наследуем в своих индивидуальных усилиях этот прочный подход. Отсюда следует, что если мы хотим оставаться бодрыми и энергичными, прежде всего мы должны попытаться объединить свой ум, тело и дух в одно целое, а сделать это можно с помощью занятий такого вида восточного боевого искусства, как Айкидо, т.к. Айкидо – это и есть гармония нашего ума, тела и духа вместе взятого.

Наши движения отражают наши привычки – то, как мы думаем, взаимодействуем, воспринимаем внешние раздражители и реагируем на них. На татами (половое покрытие, смягчающее удар при падении) можно многое узнать о собственных привязанностях. Работа с разными партнёрами позволяет общаться без слов. И всё же даже без вербального общения можно почерпнуть многое в процессе взаимообмена чувственными импульсами, облачёнными во внешние формы атаки и защиты. Подобно тому, как писатель оттачивает своё перо, так и изучающий искусство Айкидо ученик, переживает свои взлёты и падения.

Короткие остановки на пути помогают как глоток свежего воздуха и формируют новый взгляд на вещи. На каждом этапе пути появляются свежие идеи, и накапливается новый опыт. Остановки на пути разрушают старые стереотипы и способствуют дальнейшему совершенствованию.

Расставаясь с устаревшими воззрениями и установками, мы делаем это без сожаления об утраченном. Позади остаются старые декорации, былые учителя и наше прежнее «я». То, что стало частью нашей натуры, не исчезает бесследно, но освобождает место для новых свершений. Прошлое, есть не что иное, как благодатная почва для сегодняшнего роста.

Вновь и вновь возвращаясь к истокам, мы освобождаемся от ложных чар и иллюзии собственного совершенства. В этом смысле человек должен выйти за рамки обманчивого эгоцентризма и косного мышления и найти новые положительные пути самореализации.

Каждое действие (наши слова, поступки и внешнее проявление чувств) порождает равное по силе противодействие. Тело (сома) – это средство самовыражения и восприятия ответов на наши послания. Искусство айкидо может многое рассказать о качествах личности, её мотивировках, взаимоотношениях с другими людьми, ценностных приоритетах, духовности и манере поведения. Также айкидо само по себе несёт положительное использование ума и не может без этого существовать, а отсюда следует, в организме человека происходит правильный энергообмен, т.е. энергопреобразование.

1.5 Рассмотрение общепсихологического свойства «Внимание» по отношению к «Ки» понятию

Внимание имеет обыкновение рассеиваться, намерения меняются, и модели мускульной активности, сохраняя одну и ту же внешнюю форму, варьируются в зависимости от обстоятельств.

Абсолютно понятно, что внимание – это особое свойство человеческой психики. Оно не существует самостоятельно – вне мышления, восприятия, работы памяти, движения. Психическая деятельность не может протекать целенаправленно и продуктивно, если человек не сосредоточится на том, что он делает.

Это понятие понятно для европейской психологической науки, оно понятно и для восточной науки, но для европейцев оно на этом заканчивается, а на Востоке, особенно в боевых искусствах «внимание» ещё и используют для развития Ки, а именно, для целенаправленного энергетического воздействия (силового, лечебного), энергообмена (медитация) и энергопреобразования.

Если только можно было бы включить в группу сенсорных раздражителей центральной нервной системы (вкусовым, слуховым, зрительным, тактильным и обонятельным), общепризнанный фактор, известный во всём мире, как энергетический раздражитель, именно раздражитель, так как энергия может воздействовать на ощущения и состояния индивида в равной степени, а возможно и в большей, эволюция развития личности пошла бы совсем иным путём, более продуктивным и целесообразным, так как энергией, которая присутствует реально везде и во всём можно управлять с помощью обыкновенного внимания. Но внимание нужно изначально пропустить через сознание, так как внимание не может существовать самостоятельно. Получилась очень простая схемка, но с многозначительными выводами и совсем другими, отличными от прежних, возможностями для формирования и развития личности.

Энергия (Ки), также как и другие раздражители нашего ощущения (зрительные, слуховые и т.д.), может положительно или отрицательно влиять на любые человеческие факторы, например, творчество или физиологию.

И во всём этом, нам как раз, постоянно, как самый лучший друг, помогало бы наше внимание. Дело остаётся, как говорится, «за малым». Нам всего лишь нужно научиться чувствовать Ки и, посредством внимания, направлять это Ки в нужное место нашего организма. Отсюда следует определение, например, для нашей медицины: Здоровье – это сосредоточение внимания на энергии (Ки), направленное в организм человека.

Как можно было забыть и как должно быть стыдно европейским учёным, которые сами же постоянно говорят об энергии, не приспособить этот фактор к психологическим свойствам. Ведь ещё в античные времена Аристотель рассматривал энергию в человеческом организме, как душу или дух, что выглядит более убедительно. Он объяснял, для лучшего понимания и представления, что «дух – это лоцман на корабле», где человеческий организм – это корабль, а лоцман – это душа или энергия.*

Пользуясь моментом было бы не позволительно процитировать определение «души» (энергии), в то время, когда многие психологи утверждают, что определения «души» нет, и никто его не давал. Видимо, они не читали знаменитого «трактата о Душе» самого Аристотеля, где очень ясно оно представлено, и вот как выглядит: «Душа – есть единственное законченное осуществление естественно-органической материи».

С гордостью хочу заметить, что это был европейский учёный, и это определение было дано так давно, что если бы мы не забыли его, но наверняка уже научились управлять, с помощью своего внимания, той самой энергией или Ки – которую практикуют на Востоке в своих боевых искусствах совсем другие люди, с абсолютно отличным от европейского, духовным развитием и фундаментом.

Но на самом дел, дело не в том, у кого какой фундамент, дело в том. Что хоть они не забыли о значении Ки (энергии), и в настоящее время несут это понятие всему миру.

Доказать то, чего не видно, не слышно, что нельзя потрогать и «понюхать» — это очень сложно, но это можно реально ощутить, и это – факт. В нашем случае этому нужно научиться делать произвольно, через наше сознание, посредством внимания, как это делают, к сожалению, далеко не многие люди, даже практикующие боевые искусства.

Карл-Густав Юнг, будучи талантливым психотерапевтом, другом Фрейда и основоположником теории коллективного бессознательного, даже организовал «поход в Индию» с целью провести параллель между духовным развитием и культурой Востока и Запада, но к сожалению, как он утверждает, это очень трудно, так как европейское духовное развитие, а вместе с ним, и

культура утратили своё истинное значение вместе с постоянными изменениями в христианском «кодексе» слишком давно. Однако ему удалось доказать и обосновать, в своей книге «О психологии восточных религий и философий», то существенное различие между Востоком и Западом, а именно, — восточной личностью и западной личностью, в духовном и культурном отношении. А также подчеркнул то положительное, что ещё может взять для себя европейская личность из восточных учений, тем более, что европейцу, на своём заторможенном этапе развития, брать «для себя», как раз, ни в коем случае не стоит и не следует.

В своих исследованиях Юнг подчёркивает, что Гёте, в своём произведении «Фауст», так же пытался провести параллель между Востоком и Западом, вдохнуть восточную мудрость через Мефистофеля в Фауста, но так же безуспешно. Но о взглядах выдающегося психотерапевта и учёного Юнга К.Г. мы поговорим чуть ниже, так как мы непроизвольно отдаляемся от темы, хотя понятие «внимание», взаимосвязь его с энергией (Ки) на Востоке считается одним целым, так как только при совокупности понятий, которые мы рассматриваем, следует гармоничное развитие личности и человеческого организма в общем.

Нельзя быть просто внимательным, можно быть внимательным, только совершая какую-либо работу. Поэтому вниманием называют избирательную направленность сознания на выполнение определённой работы. Формы проявления внимания многообразны. Оно может быть направлено как на работу жизненно важных органов, так и на работу органов чувств, так и на образовательную и духовную программу. Оно может быть произвольным, непроизвольным и после произвольным, и нести в каждом случае определённую направленность и концентрацию.

Теперь попробуем направить наше внимание с помощью сознания на энергию, которая находится в нашем организме. На Востоке, особенно в боевых искусствах, эту процедуру практикуют для того, чтобы почувствовать и ощутить прилив сил (энергии), «налиться ею». Кстати, на Востоке, эти проявления и манипуляции с Ки очень хорошо заметны просто в разговоре между друг-другом, например, японцы, произнося слова, как будто выпускают энергию, обозначая свою значимость.

Представьте, что концентрируя ваше внимание на энергии во всём теле, и постепенно всё ваше тело наполняется необыкновенной силой, например, повторяя случай с Морихеем Уэсибой, основателем боевого искусства Айкидо, будучи небольшого роста, смог вырвать, с возделывавшегося поля, сосну диаметром пятнадцать сантиметров, которая мешала крестьянам. С помощью только физической силы он этого бы никогда бы не сделал, это ещё раз говорит нам в качестве доказательства присутствия Ки (энергии), произвольно направленным вниманием.

Допуская такие доводы, что с помощью сосредоточения внимания на энергии, и допуская её присутствие в каждом организме, можно также и допустить, что с энергией можно управлять любыми процессами и механизмами материального существования.

Делать сейчас какие-либо утверждения или доказательства научным путём, было бы глупо и некрасиво, но если взять и хотя бы немного пофантазировать, то перед нашим взором открывается совсем другой, отличный от этого «иллюзорного» мира, мир, в котором хочется жить и наслаждаться гармонией жизни каждому человеку на Земле, который достиг такого совершенства. Даже можно предположить, что все живые существа Земли (Восточная философия), в такой ситуации были бы равны между собой в относительном, конечно, смысле. По крайней мере, можно представить насколько красивей, совершенней была бы жизнь: архитектура, художественные произведения, наука, мир в целом, экология, культура и т.д.

Понятие «внимание» на Востоке воспринимается гораздо глубже, чем на Западе. Это понятие наиболее значимое для Востока. Оно несёт в себе не только «уважение и милосердие», как на Западе, это также и понятие о сохранении древнейшей культуры и традиций, т.е. «внимание» на Востоке направлено во внутрь самого себя индивидуально (интравертно).

Для того, чтобы глубже проникнуться в Восточные понятия, то, что нам не понятно и, скорей всего, не будет, если там не родился и не вырос, или, как сказал бы Юнг, «если не имеешь фундамента сроком в 4000 лет». А так как, для раскрытия темы, нам необходимо немного углубиться в восточную культуру и философию, целесообразно обратиться к знатоку этого «тонкого» дела, Карлу-Густаву Юнгу, который будучи околдован тайными загадками и интересом к этому народу, стране и культуре, задался целью и посетил Индию в поисках ответов на вопросы, о чём в последствии написал замечательную книгу «О психологии восточных религий и философий», и тем самым приоткрыл глаза европейскому человеку на Восток.

1.6 Психологическое соотношение Востока и Запада по К.Г. Юнгу с элементами исторических хроник

В настоящее время стало модно интересоваться тем, что покрыто тайной, где тонкая связь различных понятий была закрыта для европейцев. Многое, конечно, ещё скрыто от чужого взора, и это, конечно, правильно. Но что касается боевых искусств, здесь нет никакой тайны, но сначала, конечно, нужно изучить и понять восточную культуру и природу происхождения. Истории известно, что все веяния Востока берут своё начало в Индии, поэтому целесообразно и поговорить об этой загадочной стране.

Всякому, кто посетил Индию, трудно избавиться от впечатления, что здесь поработала чуждая европейцу установка сознания, иное видение – если он не пришёл к этой мысли ещё раньше под воздействием тысячи других впечатлений от индийской жизни – пишет Юнг.

В бесчисленных гранях бьющего через край богатства индийской духовности отображается видение души, которое поначалу кажется чуждым и недоступным для получившего греческую выучку рассудка европейцев. Наш ум воспринимает вещи, наш глаз, как говорит Готтфрид Келлер, «пьёт то, что удержали ресницы от златой полноты мира». Мы делаем выводы относительно внутреннего мира на основании полноты внешних впечатлений. Мы даже выводим содержание внутреннего из внешнего согласно принципу: «нет ничего в рассудке, чего ранее не было в чувствах». «В Индии этот принцип, кажется, не работает», — говорит Юнг. Индийское мышление и образность лишь явлены в чувственном мире, но не выводятся из него. Несмотря на часто поразительную чувственность этих образов, по своей подлинной сущности они нечувственны, если не сказать сверхчувственны. Это не чувственный мир тел, цветов и звуков, не человеческие страсти, возрождаемые творческой силой индийской души в преображённой форме или с реалистическим пафосом. Скорее, это мир метафизической природы, лежащий ниже или выше земного, и из него прорываются в знакомую нам земную картину странные образы.

Если внимательно приглядеться к производящим необычайное впечатление воплощения богов, представленных танцорами Катхакали с юга Индии, то мы не видим ни одного естественного жеста. Всё тут странно, недо – или сверх – человечно. Они не ходят по-людски, но скользят, они думают не головой, но руками. Даже их человеческие лица исчезают за голубой эмалью масок. Знакомый нам мир не предлагает ничего хоть сколько-нибудь сравнимого с этим гротескным великолепием. Такого рода зрелище как бы переносит нас в мир сновидений – единственное место встречи с хоть чем-то похожим. Но танцы Катхакали или храмовые скульптуры никоим образом не ночные фантомы – это динамически напряжённые фигуры, законообразные и органичные до мельчайших деталей. Это не пустые схемы и не отпечатки какой-то реальности; скорее, это ещё не бывшие, потенциальные реальности, которые в любое мгновение готовы переступить порог бытия.

Тот, кто всем сердцем предаётся этим впечатлениям, скоро замечает, что индийцам эти образы кажутся не сном, а реальностью в полном смысле слова. Они и в нас затрагивают нечто безымянное своей почти ужасающей жизненностью. И чем они глубже захватывают, тем заметнее сновиденческий характер нашего чувственного мира – мы пробуждаемся от снов нашей самой непосредственной действительности и вступаем в мир богов.

Сначала европеец замечает в Индии во всём явленную телесность. Но не эту Индию видит сам индиец, не такова его действительность. Действительность – это не то, что действует. Для нас действительно то, что связано с миром явлений, для индийца действительна душа. Мир для него – видимость, его реальность близка тому, что мы называем сновидением.

Это странное противоречие между Востоком и Западом находит своё выражение, прежде всего, в религиозной политике. Мы говорим о религиозном поучении или подъёме. Бог для нас – Господь Вселенной, у нас есть религия любви к ближнему, в наших вознёсшихся ввысь церквах возвышаются алтари.

Индиец же говорит о дхьяне, медитации и погружении, божество пребывает внутри всех вещей и, прежде всего, человека. От внешнего здесь движутся к внутреннему; например, в старых индийских храмах алтари опущены на два – три метра ниже уровня земли; то, что мы стыдливо скрываем, то для индийца — священный символ. Мы верим в деяние, индиец – в неподвижное бытие. Наша религиозная практика заключается в молитве, почитании, превознесении, а у индийца главнейшим занятием является медитация (йога) – погружение в состояние, которое бы мы, европейцы, назвали бы бессознательным, но которое сам он полагает состоянием наивысшего сознания.

С одной стороны, медитация есть самое выразительное проявление индийского духа, с другой стороны, она выступает как тот самый инструмент, с помощью которого и достигается это состояние.

Но Юнг категорически против именно такого рода медитации для европейской личности, объясняя тем, что у Европы и Востока абсолютно разный фундамент, разные корни, и глубокое погружение в подсознание, посредством медитации для европейца очень опасно!

Наша современная психология знает, что личностное бессознательное является лишь верхним слоем, покоящимся на фундаменте совсем иной природы. Он обозначается нами как коллективное бессознательное. Основанием для такого обозначения служит то обстоятельство, что, в отличие от личностного бессознательного с его чисто личностным содержанием, образы глубинного бессознательного имеют отчётливо мифологический характер. Иначе говоря, по форме и содержанию они совпадают с теми повсюду разлитыми, изначальными представлениями, которые лежат в основании мифов. Они имеют уже не личностную, но сверх личную природу и присущи всем людям.

Поэтому они обнаруживаются во всех мифах и сказках всех времён и народов, а равно и у тех индивидов, которые не имеют ни малейшего представления о мифологии.

Наша западная психология на деле достигла того же, что и восточная с помощью медитации, а именно: она в состоянии достичь глубинного слоя бессознательного и дать его научное описание. Мифологические мотивы, наличие которых установлено исследованием бессознательного, многообразны, но они соединяются в концентрически – радиальном порядке, в центре, или в сущности, коллективного бессознательного. В силу удивительного согласия между воззрениями медитации и результатами психологического исследования, Юнг избрал для этого центрального символа санскритский термин «мандала», что значит «круг».

Здесь вероятен вопрос: но как же наука дошла до таких утверждений? На этот вопрос можно ответить двояко.

Во-первых, исторически. При изучении, скажем, средневековой натурфилософии, мы видим, что для символизации центрального принципа она постоянно прибегает к форме круга, чаще всего поделённого на четыре части. Это представление, очевидно, позаимствовано из церковных аллегорий четверичности, которая обнаруживается в бесчисленных образах Rex gloriaec четырьмя евангелистами, в четырёх сторонах рая, четырёх ветрах и т.д.

Второй путь является эмпирико-психологическим. На определённой стадии психологического лечения (из практики Юнга К.Г.) пациенты начинают спонтанно изображать такие мандалы – либо потому, что они им снятся, либо по причине неожиданно ощутимой нужды в изображении упорядоченного единства, чтобы компенсировать душевный хаос. Сходный процесс протекал, например, у швейцарского святого – блаженного брата Николая фон дер Флюэ. Результаты мы доныне можем видеть в Заксельнской приходской церкви, в изображении видения о троице. Ему удалось упорядочить ужасающее видение, потрясшее его до самых глубин, с помощью символики круга, почерпнутой из книжки одного немецкого мистика.

Между христианской и буддийской мандалами имеется тонкое, однако, огромное различие. Христианин никогда не скажет по ходу созерцания: «Я – есмь Христос», но вместе с Павлом признает: «И уже не я живу, но живёт во мне Христос». В нашей же сутре сказано: «Ты узнаёшь, что ты — Будда». В основе своей оба исповедания тождественны, поскольку буддист достигает этого знания, лишь когда он уже «анатман», то есть лишён самости. Но в формулировке содержится и безграничное отличие: христианин достигает своей цели в Христе, буддист узнаёт, что он – Будда. Христианин выходит из преходящего и привязанного к «Я» мира сознания, буддист же остаётся на вечном основании своей внутренней природы, единство которой с божеством или универсальной сущностью.

Восточная культура изначально пришла из Индии, перекочевала сначала в Китай, а затем и в Японию. Айкидо – это японское боевое искусство, но корни его, как нам видно, пришли из Индии, вот почему говоря о Востоке и его искусстве, мы всегда должны помнить откуда оно возникло.

Продукт развития медитации, что входит в процесс обучения восточными боевыми искусствами, в западном варианте весьма трудно сравнивать с тем, что представляет собой медитация в Индии. Дело в том, что восточное учение встретилось на Западе с особой ситуацией, с таким состоянием умов, которого Индия не знала ранее. Для этой ситуации характерно строгое размежевание между наукой и философией, которое в той или иной мере существовало на протяжении примерно трёхсот лет до того времени, как «медитация» стала известна Западу. Начало этого раскола – специфически западного феномена – в действительности относится к Возрождению, к XV в. Именно в это время пробуждается широкий и страстный интерес к античности, вызванный падением Византийской империи под ударами ислама. Впервые в Европе не осталось, пожалуй, ни одного уголка, где бы не знали греческий язык и греческую литературу. Великая схизма в Римской церкви была прямым результатом этого вторжения так называемой языческой философии. Появился протестантизм, который вскоре охватил всю Северную Европу. Но даже такое обновление христианства не могло удержать в рабстве освобождённые умы европейцев.

Протестантские секты, своими атаками на авторитет Римской церкви в значительной мере разрушили веру в Церковь, как необходимое орудие божественного спасения. Вся тяжесть авторитета была возложена, таким образом, на индивида, а вместе с тем и невиданная ранее религиозная ответственность. Отсутствие исповеди и отпущения грехов обострило моральный конфликт, отяготило индивида проблемами, которые ранее за него решала церковь.

На Востоке люди обходились всегда без всякой исповеди – путём медитации и, решая все свои проблемы через себя, внутри себя – «встретившись с Буддой», Запад же, в настоящее время нашёл более простой и эффективный метод для того, чтобы решить какие-либо внутренние и внешние конфликты или просто выговориться, освободившись тем самым от накопившихся навязчивых идей или просто «внутреннего груза» — люди посещают психолога.

В самом деле, таинства, в особенности церковная месса, гарантировали индивиду спасение посредством священного ритуала, имеющего силу, благодаря священнослужителям. Единственное, что требовалось от индивида — это исповедь, покаяние, епитимия. Теперь же, с распадом ритуала, осуществлявшего за индивида всю эту работу, он вынужден стал обходиться без божественного отклика на свои поступки и мысли. Вот этой-то неудовлетворённостью индивида и объясняется спрос на системы, которые обещали бы хоть какой-то ответ, явную или хотя бы поданную знаком благосклонность к нему иной силы (высшей, духовной или божественной).

С точки зрения Карла-Густава Юнга для конфликта между верой и знанием нет никакой почвы, обе стороны необходимы, ибо по отдельности нам недостаточно ни только знания, ни одной лишь веры.

Поэтому, когда «религиозный» метод, например, медитация, занятия восточными боевыми искусствами, изучение культуры, истории Востока, в то же время рекомендуется в качестве метода «научного» (влияние восточного боевого искусства на умственные, физиологические способности европейской личности), можно быть уверенным, что он найдёт на Западе широкую публику. Восточное искусство вполне отвечает этим чаяниям. Помимо притягательности всего нового и очарования полупонятного, есть ещё немало причин тому, что к восточному искусству стекаются поклонники. Прежде всего, оно не только предлагает долгожданный путь, но также обладает непревзойдённой по глубине философией. Кроме того, Восточное искусство содержит в себе возможность получать контролируемый опыт, например, в Айкидо, так как это искусство является зеркалом гармонии интеллекта, физиологии и духа, то сразу можно определить по ученику, что он из себя представляет, также как и сам ученик может дать себе самооценку, а тем самым удовлетворяет страсть учёного к «фактам». Более того, глубокомысленность Айкидо, её почтенный уровень интеллектуальности, покрывающий все сферы жизни, — всё это обещает неслыханные возможности, каковые не устают подчёркивать миссионеры.

Отсутствие у нас на Западе духовной ориентации граничит, со слов Юнга, с психической анархией, поэтому, говорит Юнг, — «любая религиозная или философская практика равнозначна хоть какой-то психологической дисциплине», — иными словами, это метод психической гигиены.

Многие число физические процедуры Айкидо представляют собой также средство физиологической гигиены, намного превосходящие обычную гимнастику или дыхательные упражнения, так как Айкидо представляет собой не просто механику, но имеет философское содержание. Тренируя различные части тела, Айкидоист соединяет их в единое целое, подключает их к сознанию и духу, как то с очевидностью следует из упражнений пранаямы, где прана – это и дыхание, и универсальная динамика космоса. Если любое деяние индивида является одновременно событием космическим, то «лёгкое» состояние тела (инервация) сочетается с подъёмом духа (всеобщая идея), и благодаря такому сочетанию рождается жизненное целое. Его никогда не произвести никакой «психотехнике», будь она даже самой что ни на есть научной. Занимаясь таким восточным боевым искусством, как Айкидо, — его практика немыслима и неэффективна – без тех идей, на которых она базируется. В Айкидо удивительно совершенным образом сливаются воедино физическое и духовное.

На Востоке, где лежат источники этих идей и этой практики, где непрерывная традиция на протяжении более четырёх тысячелетий создавала необходимые состояния духа, занятие медитацией является превосходным методом слияния тела и сознания. Такое их единение вряд ли можно поставить под сомнение. Тем самым создаются предрасположенности, делающие возможным интуитивное видение, трансцендирующее само сознание.

Восточное мышление с легкостью оперирует такими понятиями, как прана (дыхание). Иное дело – Запад. Обладая дурной привычкой верить и развитым научным и философским критицизмом, он неизбежно оказывается перед дилеммой: либо попадает в ловушку веры и без малейшего проблеска мысли заглатывает такие понятия, как прана, атман, чакра, самадхи и т.п., либо его научный критицизм разом отбрасывает их как «чистейшую мистику». Раскол западного ума с самого начала делает невозможным сколько-нибудь адекватное использование возможностей медитирования в чистом виде. Она становится либо исключительно религиозным делом, либо чем-то вроде гимнастики, контроля за дыханием, сосредоточения внимания на собственном сознании для решения поставленной задачи. Мы не находим здесь и следа того единства и той природной целостности, которые столь характерны для практикующего восточного человека. Восточный человек никогда не забывает ни о теле, ни об уме, тогда как европеец всегда забывает то одно, то другое. Благодаря этой забывчивости он завоевал сегодня весь мир. Восточному человеку и в голову не пришло, чтобы изобретать ядерное оружие, потому, что он помнит не только о собственной природе, но также о том, что он и сам принадлежит природе. Европеец, наоборот, располагает наукой о природе и удивительно мало знает о собственной сущности, о своей внутренней природе. Для восточного человека знание метода, позволяющее ему контролировать высшую силу природы внутри и вовне самого себя, представляется дарованным свыше благом. Для европейца же подавление собственной природы, и без того искажённой, добровольное превращение себя в некое подобие робота показалось бы чистейшим адом.

В легендах говорят, что восточные мастера боевых и не только, искусств, могут двигать горы, хотя было бы, пожалуй, затруднительно найти тому доказательства. Европеец тот способен поднимать горы на воздух, и Мировая война принесла горькое осознание того, на что он может быть способен, когда интеллект, сделавшийся чуждым природе, утрачивает всякую узду.

Карл-Густав Юнг как европеец сказал: — «Я не пожелал бы другим европейцам ещё больших «контроля» и власти над природой, будь она внутренней или внешней. К стыду своему, я должен признаться, что самые светлые мои прозрения (бывали среди них и совсем недурные) обязаны своим появлением тому обстоятельству, что я всегда поступал как раз противоположно предписаниям восточной практики медитации».

Пройдя свой путь исторического развития, европейская личность настолько удалилась от своих корней, что ум её в конце концов раскололся на веру и знание; подобно тому, как всякое психологическое преувеличение всегда разрывается на внутренне ему присущие противоположности.

Восточное боевое искусство, созданное Морихеем Уэсибой менее чем сто лет назад, является на наш взгляд тем самым элементом которое помогает европейской личности вновь соединить такие состовляющие как веру и знание, так как Айкидо это гармония этих составляющих и не соединив их ученик никогда ничего не достигнет в этом виде.

Юнг считает, что европейцу нужно возвращаться не к Природе – на манер Руссо, — а к своей собственной натуре. Он должен заново открыть в себе естественного человека.

Однако вместо этого европеец обожает системы и методы, способные лишь ещё более подавить в человеке естественное, которое всё время становится европейцу поперёк дороги. Поэтому европейская личность наверняка станет употреблять медитацию во зло, ибо психические предрасположенности у него совсем иные, нежели у человека Востока.

Так и в Айкидо, когда учитель говорит, что нужно ограничиться, например, «дыханием», значит так и надо поступать, не стоит лезть в своё подсознание – это не для европейца. В Айкидо, а именно в техниках айкидо, уже заложено всё то, что нужно для развития любой личности будь то европейская или азиатская, не имеет никакого значения, так как эти техники являются универсальными и всё это носит название – искусство Мира. И невольно хочется предположить, что это искусство было создано, хоть и в Японии японцем, но всё таки не только для японцев, а для всех людей любой национальности, для нас.

Юнг говорит – «Изучай йогу, медитируй, и ты многому научишься, но не пытайся применять её, поскольку мы, европейцы, попросту не так устроены, чтобы правильно употреблять эти методы. Индийский гуру всё тебе объяснит, и ты сможешь во всём ему подражать. Но знаешь ли ты, кто применит йогу? Иными словами, знаешь ли ты, кем являешься, как ты сам устроен?»

Анализируя происходящее в настоящее время можно сказать, что сила науки и техники в Европе столь велика и несомненна, что нет нужды упоминать всё то, что благодаря им сделано или может быть сделано, перечислять всё изобретённое. Перед лицом таких изумительных возможностей можно лишь содрогнуться. Сегодня совсем иной вопрос приобретает тревожный смысл: кто применяет всю эту технику? В чьих руках находится эта сила? Временным средством защиты в настоящий момент является государство – ведь это оно охраняет гражданина от огромных запасов ядовитых газов и всяких адских машин разрушения, каковые можно изготовить к любому необходимому моменту времени. Наши технические навыки сделались настолько опасными, что самым настоятельным является вопрос не о том, что ещё можно сделать, но о том человеке, которому доверен контроль над всеми этими достижениями. Это и вопрос о том, каким образом изменить сознание западной личности, чтобы она смогла избавиться от чувства привычности этих ужасающих возможностей техники. Куда важнее лишить его иллюзии всевластия, нежели ещё более усиливать в нём ложную идею, будто всё ей доступно, всё, чего она ни пожелает. В Германии можно услышать: «Там, где есть воля, найдётся и путь» — этот лозунг уже стоил однажды жизни миллионам людей.

Цитируя Юнга, можно сказать, что западная личность не нуждается в большем господстве над природой, внешней или внутренней. Господство над обеими достигло у него чуть ли не дьявольского совершенства. К сожалению, при этом отсутствует ясное понимание собственной неполноценности по отношению к природе вокруг себя и к своей внутренней природе. Европеец должен понять, что не может делать всё, что ему заблагорассудится. Если он не дойдёт до осознания этого, то будет сокрушён собственной природой. Он не ведает того, что против него самоубийственно восстаёт его собственная энергия.

Конечно, между восточным боевым искусством и Индийской йогой ничего общего нет. Но всё-таки отдельные похожие элементы встречаются, например, для сосредоточения внимания на успокоении нервной системы и правильности дыхания, это необходимо. Для безошибочного выполнения элементов самообороны, используя при этом силу и энергию противника против него самого – спокойствие и невозмутимость является здесь самым главным качеством. В отличии от йоги в Айкидо при медитации дальше этих границ не заходят, Айкидоистам это просто не нужно. Но как говорится «научи дурака молиться он и лоб расшибёт». По этому необходимо ещё раз с помощью швейцарского – психотерапевта К.Г. Юнга, дать пояснение, чем может грозить злоупотребление йогой для европейского человека.

Много говорят и пишут об опасностях, которые заключает в себе йога, особенно пользующаяся недоброй славой кундалини – йога. Искусственно вызванное психотическое состояние, которое у некоторых предрасположенных индивидумов при определённых обстоятельствах очень просто может перейти в настоящий психоз, и есть эта опасность, к которой следует относиться со всей серьёзностью. Здесь и впрямь речь идёт об опасных вещах, с которыми – говоря на западный манер – не следует иметь «дела». Это было бы вмешательством в судьбу, доходящим до последних глубин человеческого бытия и способным распечатать источник таких страданий, о которых в здравом уме и не грезилось. Им соответствуют адские мучения состояния чоннид, которые описаны в знаменитой тибетской книге мёртвых – «Бардо Тходол».

Текст в этой книге написан задом на перёд и читать её надо с конца. А отрывок перевода из этой книги выглядит таким образом:

Бог смерти набросит верёвку на твою шею и потащит тебя; (он) отрубит тебе голову, вырвет себе сердце, выпустит потроха, высосет твой мозг, выпьет твою кровь, пожрёт твою плоть и обгложет тебя до костей: а ты не сможешь умереть. Даже когда твоё тело будет разрублено на куски, оно вновь восстанет. Раз за разом разрубаемое, оно готовит тебе ужасную боль и муку.

Эти мучения лучше всего передают характер опасности тела бардо, которое в качестве «subtlebody»* являет собой видимый облик души умершего. Психологическим эквивалентом этого расчленения выступает психическая диссоциация в своей губительной форме – шизофрения (расщепление сознания). Эта наиболее часто встречающаяся душевная болезнь заключается главным образом в выраженном неадекватном агрессивном состоянии, с одной стороны упраздняющем нормальное торможение, которое исходит от сознания, а тем самым с другой стороны, запускающем ничем не сдерживаемую игру бессознательных доминант.

Этот переход от состояния сидпа к состоянию чоннид представляет собой, таким образом, опасное изменение направлений и ориентаций сознательного состояния в обратную сторону, принесение в жертву безопасности, которую даёт сознательное ощущение себя как Я, и отпускание себя в крайне рискованную игру хаотически возникающих фантастических образов. Фрейд, сказав, что Я – это «единственное гнездилище страха», выразил тем самым очень верную и глубокую интуицию. Страх перед самопожертвованием таится внутри и за спиной любого Я, ведь этот страх – не что иное как часто лишь с трудом подавляемое требование бессознательных сил получить полное господство. Любому самостановлению (индивидуации) приходится преодолевать этот опасный узкий проход, ибо в целокупности «самости» есть и ужасное, нижний или верхний миры душевных доминант, от которых Я с трудом и лишь в известной степени эмансипировалось некогда, получив более или менее воображаемую свободу.

Это освобождение – конечно, необходимое героическое предприятие, хотя и отнюдь не нечто окончательное, ибо представляет собой лишь порождение субъекта, которому для полноты нужна ещё встреча с объектом. Поначалу кажется, будто этот объект – мир, с такою-то целью раздутый при помощи проекций. Ищут и находят себе проблемы, ищут и находят себе недруга, ищут и находят любезное сердцу и дорогое, и сладко сознавать, что всё это плохое и хорошее – там, в зримом объекте, где можно побеждать, наказывать, уничтожать или давать счастье. Но сама природа не всегда позволяет этому состоянию райской невинности сохраняться долго. Есть и всегда были люди, которые не могут удержаться от интуитивного понимания того, что мир и переживание мира имеют одну и ту же природу и отражают, в сущности, что-то такое, что сокрыто в глубинах самого субъекта, в его собственной транссубъективной действительности. Эту-то глубочайшую интуицию и предполагает, по ламаистическому учению, состояние чоннид, почему Чоннид Бардо и имеет подзаголовок «Бардо переживания действительности.» А та действительность, которая переживается в состоянии чоннид, есть действительность мысли. «Формы мысли» выступают в качестве действительности, фантазия принимает реальный облик. Только эти «формы мысли» — это категории не рассудка, а силы воображения. Поскольку построения фантазии в самом широком смысле всегда наглядны, то её формы априори носят характер образов, а именно типических образов, которые Юнг по этой причине вслед за Августином и назвал архетипами.

Так как западный человек с легкостью обращает всё в технику, то, в принципе, верно, что все, имеющее видимость метода, для него или опасно или бесполезно. Поскольку йога есть форма гигиены, она столь же полезна, как и всякая другая система. Однако в более глубоком смысле йога означает нечто совсем иное, куда большее.

Йога – это освобождение сознания от всякого порабощения, отрешение от субъекта и объекта. Но так как мы не можем отрешиться от того, что является для нас бессознательным, то европеец должен для начала знать, что он собой представляет как субъект. На Западе мы называем его бессознательным. Техника йоги применима исключительно к сознательному уму и воле. Такое предприятие обещает успех лишь в том случае, если бессознательное не обладает заслуживающим внимания потенциалом; иначе говоря, если в нём не содержится значительная часть личности. В противном случае сознательные усилия останутся тщетными. Все судороги ума породят карикатуру или вызовут прямую противоположность желаемому результату.

Богатая метафизическая и символическая мысль Востока выражает важнейшие части бессознательного, уменьшая тем самым его потенциал. Когда йог говорит «прана», он имеет в виду нечто много большее, чем просто дыхание. Слово «прана» нагружено для него всею полнотой метафизики, он как бы сразу знает, что означает прана и в этом отношении. Европеец его только имитирует, он заучивает идеи и не может выразить с помощью индийских понятий свой субъективный опыт. Мы более чем сомневаемся в том, что европейская личность станет выражать свой соответствующий опыт, даже если она способна получить его посредством таких интуитивных понятий, как «прана».*

Первоначально «йога»-«дзен», или просто медитация, на Востоке это означает одно и то же, и переводится как – «учение без писания, где слова и мысли не имеют смысла», представляла собой естественный интровертивный процесс, в котором имеются различные вариации. Интроверсия ведёт к своеобразным внутренним процессам, которые изменяют личность. На протяжении нескольких тысячелетий интроверсия организовывалась как совокупность достаточно сильно отличающихся друг от друга методов. Сама индийская йога принимает многочисленные и крайне разнообразные формы. Причиной этого является изначальное многообразие индивидуального опыта. Не всякий из этих методов пригоден, когда речь идёт об особой исторической структуре, каковую представляет собой личность европейца. Скорее всего, соприродная европейцу йога имеет неведомые Востоку исторические образцы. Сравнимые с йогой методы возникли в двух культурных образованиях, которые на Западе соприкасались с душой, так сказать, практически – в медицине и в католическом целительстве души. Что же касается мидицины, то ближе всего к йоге подошли бы методы современной психотерапии. Психоанализ Фрейда возвращает сознание пациента во внутренний мир детских воспоминаний, к вытесненным из сознания желаниям и влечениям. Его техника – это логическое развитие исповеди, искусственная интроверсия, целью которой является осознание бессознательных компонентов субъекта.

Несколько отличается метод так называемой аутогенной тренировки, предложенный профессором Шульцем,** — этот метод сознательно сочетается с йогой. Главная цель – сломать перегородки сознания, которые служат причиной подавления бессознательного.

Метод Карла-Густава Юнга, подобно фрейдовскому, основывается на практике исповеди. Как и Фрейд, Юнг уделяет особое внимание сновидениям, но стоит подойти к бессознательному как их пути расходятся. Для Фрейда оно представляет собой какой-то придаток сознания, куда свалено всё то, что несовместимо с сознанием индивида. Для Юнга бессознательное есть коллективная психическая предрасположенность, творческая по своему характеру. Столь фундаментальное различие точек зрения ведёт и к совершенно различной оценке символики и методов её истолкования.

Процедуры Фрейда являются в основном аналитическими и редукционистскими. Юнг добавляет к этому синтез, подчёркивающий целесообразный характер бессознательных тенденций развития личности. В этих исследованиях обнаружились важные параллели с йогой – особенно с Кундалини-йогой, а также с символикой тантрической, ламаистской йоги и параллели с китайской йогой даосов. Эти формы йоги со своею богатой символикой дают Юнгу бесценный сравнительный материал при истолковании бессознательного. Но в принципе Юнг, как он сам говорил, не применял методов йоги, поскольку на Западе «ничто не должно насильно навязываться бессознательному».* «Нашему сознанию присущи ущербные интенсивность и узость действия, а потому эту, и без того доминирующую тенденцию нет нужды ещё более усиливать». Юнг считал, что напротив, нужно делать всё для выхода бессознательного в сознание, для освобождения от жёстких препон сознания. С этой целью Юнг использовал метод активного воображения, заключающийся в особого рода тренировке способности выключать сознание (хотя бы относительно), что представляет бессознательному возможность свободного развития.

Именно по такому же методу, основатель Айкидо, восточного боевого искусства, Морихей Уэсиба создал уникальную методику, заключающуюся в особой технике, где бессознательное произвольно переходит на передний план и на такой именно базе практиковал и преподавал своё учение. Он объяснял своим ученикам, насколько важно «чистое» сознание или хотя бы отключённое во время боя и к каким последствиям может привести «рабочее», (затуманенное) сознание. И в этом он был абсолютно прав, ведь при работе сознания, в боевом искусстве, могут возникнуть какие угодно мысли, эмоции, страх, а это на прямую ведёт к моментальному поражению и даже смертельному. Ученики должны были тренеровать в первую очередь отключать частично своё сознание от посторонних внешних раздражителей, чтобы быть абсолютно спокойными при отработке, изо дня в день, различных техник, нарабатывая мастерство до интуитивного уровня, то есть другими словами говоря, отражение отаки противника или нескольких противников, должно осуществляться на бессознательном уровне. Если результат был достигнут и имобилизация противников осуществлялась спокойно, без каких-либо усилий то есть бессознательно, Морихей Уэсиба присваивал квалификацию мастера айкидо.


Глава II. Методики Айкидо и их психологическое и психофизиологическое объяснение.

2.1 Объединение «УМА» и «ТЕЛА»

Айкидо – это не только набор определенных элементов и боевых техник, это и скрытая, но эффективная методология.

Большинство людей, не разобравшись как следует в предмете, принимают видимое за реальное – это большая ошибка.

Так, на примере с айсбергом, можно рассмотреть ситуацию, когда люди видят айсберг большим куском льда, который плавает на поверхности. Поскольку они не видят 85 процентов основной массы, скрытой под водой, у людей складывается иллюзорное представление о реальности. Подобным примером может послужить то, что многие люди измеряют силу человека его физической силой, и это также считается иллюзорным заблуждением.

На самом деле, точно так же, как у айсберга есть основная скрытая часть, истинная сила человека, заключающаяся в объединении силы и ума, только так, мы сможем использовать на 100% всю силу и энергию человека.

Например, в одной старинной японской сказке, рассказывается о немощной старушке, у которой загорелся дом. Когда она увидела происходящее, она схватила огромный сундук, наполненный наиболее ценными для неё вещами, и вынесла его из горящего дома. Когда огонь был погашен, она попыталась вернуть сундук обратно, но не смогла сдвинуть его с места.

Психологически это можно объяснить тем, что даже у старушки в экстремальной ситуации отключилось сознание того, что она больная, слабая и старая, её ум и тело объединились бессознательно, что выдало такой эффект. Тот самый эффект, который Юнг хотел «поставить на производство», и при котором каждый человек, умея произвольно отключать сознание и давать бессознательному выходить тогда когда ему это требуется, тем самым управлять скрытым энергетическим потенциалом в полном объёме, расширяя его с каждым разом.

Каждый из нас прекрасно сознаёт разницу между состоянием разделённых ума и тела и состоянием, когда они согласованы. И эта разница огромна. Но если это так, то почему так мало людей упражняются в их объединении? Потому что, независимо от того насколько важным или волнующим кажется им объединение ума и тела, оно находится за пределами их привычных возможностей. Ум не имеет ни цвета, ни формы, ни границ. Тело же материально и конечно. Объединение столь различных вещей кажется невозможным, во всяком случае в повседневной жизни. Заботы и проблемы (внешние и внутренние раздражители), которые окружают нас со всех сторон, закрывают от нас эту цель.

И тем не менее объединение УМА и ТЕЛА вовсе не такая сложная вещь. Она кажется сложной потому, что люди упорно сохраняют об УМЕ и ТЕЛЕ представление как о противоположностях. Однако оба они берут своё начало от энергии (Ки) и в конечном счёте представляют одно целое.

2.2 Успокоение «УМА»

Если рассматривать УМ как осознанный иллюзорно приобретённый опыт + интеллект, которому всегда мешают эмоции или внешние и внутренние раздражители, то с бессознательным умом (восточное состояние «НЕ УМА»)*, всё гораздо проще.

Вот как нам это состояние «не ума» преподносит восточная философия: водная гладь – суть поверхность массы воды. В своём естественном состоянии она не имеет ряби. Зачерпните немного ковшом, не потревожив её, и вода останется спокойной. Если же, насмотревшись на штормовые волны, которые разрушают морскую гладь, вы решите, что естественное состояние воды – это беспокойное движение, проведите ещё один опыт. Опустите руку в потревоженную воду, чтобы её успокоить. Поверхность воды возмутится ещё больше, в противоположность тому, к чему вы стремились.

То же самое происходит и с УМОМ. Мозг всё время посылает электромагнитные колебания, которые принято называть «энцефалограммой мозга». Эти колебания продолжаются до тех пор, пока мозг жив. Если мы будем исходить из допущения, что наш мозг по своей природе беспокоен, его колебания не смогут стать равномерными, сколько бы мы ни прилагали усилий к тому, чтобы их успокоить. Приказ мозгу успокоиться создаёт свои собственные колебания. Когда же мы думаем о том, что полностью спокойны, сама эта мысль тоже создаёт колебания. Мы не можем объединить ум и тело, или стать одним целым с энергией Вселенной, если мы своими мыслями постоянно вносим возмущения в энцефалограмму мозга.

Что же делать в этом случае?

Прежде всего, мы должны решить, что первичным состоянием нашего ума является покой. Неплохо подумать о колебаниях, успокоив их на половину (отбросить те мысли и эмоции, которые легче всего уйдут из сознания). Затем таким же делением и отниманием продолжить процесс и свести его к минимуму, — колебания станут бесконечно спокойными. Однако надо всегда помнить, что они никогда не станут равными к нулю. Энергия Вселенной лежит на бесконечном, никогда не кончающемся пути к нулю. Если мы остановим колебания на их пути к нулю, они утратят своё динамическое движение – они станут нулём, а это покой смерти, — о чём всегда предупреждал нас Юнг. Другими словами сознание нужно сводить к минимуму, т.е. концентрируя внимание на чём-то одном, например, дыхании, тогда не будут мешать ненужные мысли и эмоции, и это состояние покоя будет благотворно влиять на организм человека.

Живой покой всегда в движении и содержит бесконечную энергию. Покой смерти не содержит ни живой силы, ни энергии. Эти два покоя совершенно различны. Мы должны поддерживать свой ум на пути к бесконечно малому. Это и есть покой и объединение ума и тела.

Однако это легко только на словах, особенно для европейца, с его совершенно отличным фундаментом от восточного человека, разница которого составляет более трёх тысяч лет; — Юнг К.Г., в выше приведённых примерах и пояснениях. Совсем другое – делать. Наш век не даёт времени на то, чтобы лет десять или двадцать просидеть в горах, предаваясь медитации. Дисциплина ума и тела, которая не может быть применена в повседневной жизни, бесполезна. Создатель и основатель боевого искусства Айкидо Морихей Уэсиба посвятил годы метафизическим наукам и экспериментам, которые позволили ему вывести четыре основных метода, которых, по ево мнению, будет достаточно каждому желающему, чтобы объединить ум и тело в повседневной жизни и расширить свои возможности в любой области, где присутствует интерес и желание.

Первый метод: сосредоточение внимания на одной точке (или чём-то одном, например, дыхании).

В этом методе необходимо принять правильную и удобную позу и сосредоточить внимание на низе живота, это обеспечивает правильное и ровное дыхание, за счёт приспускания диафрагмы лёгких.

Хотя ещё до сих пор некоторые считают, что сила должна находиться в нижней части живота, на самом деле это место для концетрации ума, а не для помещения силы. Если мы сосредоточиваем внимание на одной точке в нижней части живота, ум автоматически концентрируется на так называемом третьем глазе (именуемом в Японии тэнтэй).

С психологической точки зрения, сосредоточение внимания на чём-то одном, особенно малом это ни что иное, как отвлечение сознания от насущных и глобальных проблем – (внешних раздражителей), а также от эмоциональных переживаний – внутренних раздражителей, и это на самом деле очень полезно, так как дыхание становится спокойным и ровным, чуть замедленным, происходит релаксация организма, хотя это уже относится ко второму методу, но это не столь важно, так как все четыре метода – это одно целое.

В третьем методе рекомендуется заняться мысленными командами с целью поддерживания центра тяжести в нижней части тела, это легко можно осуществить с помощью обычных представлений, (развивается воображение), например мы можем представить, что мы тетраэдеры (пирамиды), и сразу почувствуем хорошую устойчивую позицию.

Этот метод часто практикуется в Айкидо, так как в айкидо не занимаются бессмысленным наращиванием силы физическим путём, результат достигается более интеллектуальным и более результативным методом представления и воображения, например, если мастер вытянет руку и представит себе, что она у него железная, то на ней запросто сможет повиснуть человек, также можно разломать об неё деревянную палку, при этом на руке никогда не останется никаких следов ушиба – феномен человеческого организма в целом, определяющий тренировку не физических упражнений, а мыслей.

2.3 Расширение «Ки»

В четвёртом методе предлагается расширить свою Ки (энергию).

Как это можно объяснить с психологической точки зрения?

Начнём с того, что люди со слабой энергетикой в жизни очень вялые, пассивные, по ним сразу можно увидеть присутствие этого фактора и сказать – у них слабая Ки.

Чтобы расширить свою Ки (энергию), в первую очередь, нужно верить в то, что вы делаете это. Другими словами, мы должны использовать свой ум положительно. Например, звук свободно распространяется в пространстве, распространяется беспрепятственно и свет. Нет никаких причин для того, чтобы наша умственная энергия не могла вести себя так же. Подобно воде, стремительно извергающейся из пожарного шланга, энергия течет или даже брызжет из нас, если мы в это искренне верим то умеем управлять ею. Подобная мысль может показаться странной, но это только потому, что энергия невидима, но она действительно реально присутствует и каждый из нас её когда-нибудь ощущал, нужно только подумать и вспомнить, как в какой-то момент, когда-то, вы, в своём внутреннем ощущении готовы были свернуть и переделать весь мир в один миг, — вот сколько энергии в вас, в тот момент, пресутствовало! А для достижения этой цели достаточно всево лишь думать о Ки, собирать её с положительно рассматриваемых любых предметов и обмениваться ей с Ки Вселенной используя эти четыре метода.

Подводя итог этим методам можно сказать, что хотя для согласования ума и тела существует четыре метода, нет необходимости использовать все четыре одновременно. Скептик может сказать: «Я не могу держать своё сознание бесконечно далеко и концетрироваться на одной точке в нижней части живота в одно и то же время – сознание у меня только одно». И он, конечно, прав. Невозможно делать две противоположные вещи одновременно. Например, никому ещё не удавалось стоять, когда он лежит, или стоять и лежать одновременно.

Однако совсем иначе обстоит дело с четырьмя методами, потому что оказывается, что все они говорят об одном и том же. Если мы удовлетворим любой из них, мы удовлетворим всё. Если мы потерпим поражение с одним, мы не справимся и со всеми остальными. Условно говоря, первый и четвёртый – это методы ума, а второй и третий – методы тела. Но так как ум и тело в конечном счёте одно и то же, то все четыре метода имеют дело с одним и тем же.

В Айки-до не обязательно сосредоточивать внимание на точке и сидеть или лежать в удобной позе, в самой технике этого боевого искусства заложены эти все методы. Не удивительно то, что по началу освоения только самых первых, простых ступеней, даже если ты был хорошо физически подготовлен и имел квалификацию по какому-то другому боевому искусству, новичку они даются с большим трудом, но проходит время и ты, не замечая для себя самого удивляешься, заглядывая назад и вспоминая свои первые шаги. И уже совсем по другому смотришь на происходящее вокруг самого себя. Всё изменилось. Ведь Айкидо, это не только отражение гармонии твоего тела, ума и духа, не только твоё истинное зеркало, это и искусство Мира. И если ты постоянно практикуешь, твоё мировоззрение меняется в лучшую, положительную сторону, оно преображается, и тебе хочется большего, и так до бесконечности.


Глава III. Анализ исследования

3.1 Значение айкидо

Изучение – это процесс обретения знания и усвоение этого знания на уровне практического применения. Результатом обучения является приобретение навыков. Так, в айкидо базовые техники предполагают методики влияющие на развитие и совершенствование личности. Для познания необходимо изучить законы движения собственного тела и научиться применять эти законы не только в спортивном зале но и в повседневной жизни. Мы узнаём, что эффективность – следствие более глубокого осознания самих себя в этом мире и понимания силовых линий противника. Мы узнаём, что дыхание поддерживает наши движения. Мы начинаем постигать тонкости еле заметных мускульных усилий, структурной и нервной деятельности и учимся воплощать эти знания в практике. Мы осознаём всю мощь крупных мускулов нашего тела и обретаем власть над более мелкими мышцами конечностей. Мы постигаем свой центр, ту область в нижней части живота, которая и есть исток и начало каждого движения.

Практические занятия любым искусством служат зеркальным отражением нашего отношения к окружающему миру и способом взаимодействия с этим миром. В этом смысле длительное изучение такого искусства, как айкидо, приобретает особое значение. Постигая его принципы вне безопасных стен тренировочного зала, мы постоянно наращиваем потенциал для духовного роста.

Как известно, тело играет роль своего рода механизма взаимодействия и общения. Оно многое говорит о нашей природе и контактах с другими людьми. Есть немало технических возможностей для того, чтобы определить, насколько особенности нашего ЭГО приближаются к нашему истинному «Я» или соответствуют ему. Развитие восприимчивости порождает навыки более гармоничного общения с окружающими. Мы начинаем чувствовать намерения и предвосхищать поступки противника или партнёра, что позволяет вести более конструктивный диалог.

Живя в настоящем времени, человек не уравновешен, замкнут от новых концепций и перспектив, не способен трезво и непредвзято выбирать варианты ответов на вечно меняющиеся вопросы, которые задаёт нам жизнь через айкидо постигается ценность межличностных контактов и многое узнаётся о природе истинной силы. Получая сигналы от противника, практикующие айкидо развивают способность гармонизировать силу и в конечном счёте устанавливать контроль над энергией взаимодействия. В итоге, конфликтная ситуация подчиняется нашей воле.

Способность к более продуктивному самовыражению укрепляет человека в стремлении продолжать служение искусству. Однако все цели предполагают завершение, конец; в нашем случае истинной целью является поступательное движение вверх по спиральному пути эволюции духа. С практикой приходят сила и радость освобождения от пут условностей и привычных стереотипов. Именно тогда проявляется истинное «Я» человека. Приобретённая с опытом способность проникновения в суть вещей поддерживает процесс познания и саморазвития, что, в свою очередь, ведёт к спонтанному, интуитивному восприятию потока жизни.

3.2 Этапы развития

Закон цикличности распространяется как на природу в целом, так и на человеческую жизнь. Процесс познания также цикличен. В начале обучения внимание сосредоточено на изучении технических приёмов и демонстрации способности контролировать противника. Если партнёр по тренировке благожелателен, то может возникнуть ложное чувство собственного превосходства. Если же по той или иной причине партнёр оказывает жестокое сопротивление, мы начинаем задумываться о правильности применения технических приемов или начинаем сомневаться в собственных способностях. В любом случае наше внимание сосредоточено на внешнем контроле за партнёром.

Техника исполнения приёмов может быть большой и малой. В начале обучения, когда мы полны энтузиазма, движения могут быть внешне энергичными, размашистыми и достигать большой амплитуды. С приобретением первых навыков создаётся впечатление, что нам всё по плечу, а весь мир лежит у наших ног. Каждое движение дышит задором и самоуверенной юностью.

На следующем этапе обучения становится очевидным, что для исполнения тех или иных приёмов не требуется столь значительных энергетических затрат, а внешняя отвага вовсе не означает фактической эффективности. Энергетические затраты сводятся к минимуму, пространство для выполнения приёма сужается, и наше внимание переключается от конечностей к энергетическому центру (Ки) тела. Техника остаётся по сути той же, но исполнение приёмов приобретает новые черты.

Затем мы начинаем осознавать, что внешнее исполнение – это лишь грубое средство достижения контроля над противником. Однако в рамках этой «грубой оболочки» имеется немало способов для личного самовыражения.

Всё это напоминает Т-тренинг Бихевиористического направления или знаменитую психодраму Якоба Морэна, протекающие невербально.

Цикличность подразумевает возможность выбора. Сами циклы редко повторяются, но дают возможность осознать, что гибкое и творческое отношение к любой комбинации обогащает нас неповторимым личным опытом. Циклы дают нам возможность раз от раза улучшать результаты и на основе предыдущего опыта формировать новое многомерное миропонимание.


3.4 Язык движений

Наши движения отражают наши привычки – то, как мы думаем, взаимодействуем, воспринимаем внешние раздражители и реагируем на них. На татами можно многое узнать о собственных привязанностях. Работа с разными партнёрами позволяет общаться без слов. И всё же даже без вербального общения можно почерпнуть многое в процессе взаимообмена чувственными импульсами, облачёнными во внешние формы атаки и защиты.

Стэн Роубел – мастер Айкидо говорит — «Движения говорят о том, кем мы являемся и как взаимодействуем с окружающим миром. В то же время точность послания искажается личным восприятием адресата. Подобно движению, восприятие обусловлено ожидаемой реакцией. Ощущения говорят о том, как мы видим и трактуем возможности и противодействие внешнего мира и как мы определяем свою принадлежность к этому миру».

При движении наше восприятие впитывает в себя буквально поток альтернативных возможностей. Это напоминает сцену, на которой установлены многочисленные зеркала. То, что мы видим, представляет собой многослойный информационный пирог. Иными словами, воспринимаемая информация имеет отношение не только к тому, что находится перед нами, но и ко всем окружающим нас объектам. Мы сами выбираем объект наблюдения и объект взаимодействия. Мы сами выбираем нашу реальность.

3.5 Наблюдение

На протяжении четырёх лет мы наблюдали за тем, что привлекает людей в айкидо. Их мотивировки и приоритеты были разными, но всех объединяло одно – стремление обогатить собственную жизнь чем-то существенным. Одни хотели обрести навыки самообороны, другие просто поддерживать физическую форму, третьи изучить медитативные аспекты движения в потоке или получить от занятий нечто большее – то, что трудно высказать словами.

На основе опыта наблюдения за собственными движениями мы пытались выяснить особенности движений новичков.Их способность к кинестезическому (получению информации о движении и положении собственного тела) восприятию разнообразна. Одни демонстрируют спортивную удаль, другие не могут отличить левую руку от правой. Одни полностью выкладываются на тренировках, других пугают даже незначительные физические усилия. Происходит своего рода процесс естественного отбора, во время которого одни ученики продолжают совершенствовать свои навыки, а другие больше не появляются в тренировочном зале. По поводу последних можно сказать, что этот опыт не пришёлся им по нраву, так как они ожидали более быстрого эффекта. Но мы хотим напомнить, что айкидо – это интеллектуальное и очень сложное боевое искусство и требует постоянной работы над самим собой, поэтому здесь нечему удивляться – «каждому своё».

На самом деле мы не знаем истинную причину их ухода, так как знакомство с ними было непродолжительным. Поведение самих учеников и их взаимодействие друг с другом вызывают несомненный интерес. В этой связи возникают вопросы: заложен ли потенциал дальнейшего постижения в структуре личности человека? Способствуют ли тренировки самовыражению личности? Хочет ли он выглядеть более привлекательным, сексуальным или ему всё равно, лишь бы быть приобщённым к чему-либо значимому, и заводить новые, нужные знакомства.

Движения являются отражением внешних факторов, определяющих качества нашей личности. Люди становятся людьми в процессе «окультуривания», на который влияют общество, родители, школа, семья, события повседневной жизни. Этот процесс формирует реакцию человека на внешние раздражители. Ответная реакция может быть преходящей или может прочно укорениться в сознании как базовый принцип самовыражения.

Если стремление к самовыражению в движении заложено в каждом из нас, то чем отличается спортсмен от нетренированного человека? Вероятно, разница их потенциалов не так уж велика. Скорее всего, различие следует искать в их способности к восприятию. В самом деле, учебные методики продиктованы современными подходами к обучению.

Движения не ограничиваются исполнением технических приёмов, уклонением от ударов или преднамеренными падениями. Они тесно связаны с техникой дыхания, способами структурного и функционального совершенствования, отношением к окружающей среде и тем, как мы чувствуем и познаём окружающий мир на уровне внутреннего восприятия. Движение – это результат и одновременно причина внешнего самовыражения.

Исходя из того, что у каждого человека существует некий нереализованный потенциал, может быть, следует сосредоточить усилия на поиске истинного «Я», вместо того чтобы акцентировать внимание на внешней форме боевого искусства, т.е. сводить все свои сознательные мысли к минимуму, для высвобождения бессознательного с чем бы обязательно согласился доктор Юнг, так как именно только таким путём для европейской личности можно достигнуть совершенства в айкидо, а значит и возвратить утраченную духовность. Внешняя форма айкидо, может стать своего рода посредником в процессе самопостижения. Она способствует становлению личности и её самореализации. Следовательно, если человек готов к восприятию новой информации, методы айкидо дадут возможность познать самого себя и встать на путь самосовершенствования.

3.6 Барьеры самовыражения личности и освобождение от них

В определённом смысле наши поступки в значительной степени предопределены. Влияние родителей формирует самосознание ребёнка, его отношение к людям и окружающей среде. Школа, церковь, соседи, общество и культурные традиции устанавливают барьеры, ограничивающие свободу действий. Это продиктовано соображениями общего блага и общественного порядка. Конформизм и общественная мораль подавляют свободу выражения индивидуума и ограничивают выбор моделей поведения набором привычных стереотипов. В процессе становления личности ограниченные возможности реализуются согласно раз и навсегда установленным правилам. На уровне подсознания свобода приносится в жертву во имя контроля над другими людьми и собственного влияния на окружающих. Негласные запреты настолько ограничивают выбор, что не оставляют места для неординарный поступков и способов самовыражения.

Например, если кто-то схватил вас за руку и вы считаете, что для освобождения от захвата вам следует потянуть руку на себя, то каковы будут ваши действия, если этот приём не сработает? Если удар направлен вам в голову, а за спиной стена, что вы предпримете, не имея возможности для отступления?

Запреты ограничивают способы самовыражения и применения силы. Внутренние и внешние факторы формируют предубеждённость, существенно ограничивающую способность познавать, думать, экспериментировать и действовать. Стереотипы поведения настолько укоренились в нашем сознании, что их предательская сущность часто остаётся незамеченной.

Практика боевого искусства айкидо бросает вызов нашему восприятию, способности к критическому мышлению и ответной реакции на ограничения. Его тайна скрыта в неограниченном многообразии различных техник, основанных на манипулировании силы противника, можно сказать издевательство над агрессией.

С осознанием функционального многообразия исчезает категоричность суждений. Более не существует правильных или неправильных путей; для эффективного взаимодействия при любых жизненных обстоятельствах открыты все дороги. Подобно тому как существует множество технических приёмов и вариантов их использования, есть немало возможностей взаимодействия с партнёром. «Растворяясь» в своём противнике, вы обнаружите новые возможности для ведения боя даже в том случае, если ваша первая реакция была традиционной. Непрерывный и осмысленный диалог позволяет проявлять гибкость в любой ситуации.

Например: иногда мы попадаем под влияние внешней силы, позволяя ей устанавливать над нами контроль, не осознавая, что подобное влияние есть не что иное, как призыв к самоконтролю. Так же как страх порождает новый взгляд на вещи, внешние силы несут новое знание, способное сломать барьеры внутренней закрепощённости.

Итак, кто и что влияет на сознание, наделяя его силой закрепощать, подавлять и управлять? Слияние – это интуитивный ответ, выработанный в процессе длительных тренировок, свободный от ограничений словесного выражения и вовлекающий в поток, несущий не созидание, но единение. Этот процесс имеет одну цель – освобождение от внутренней скованности и действий, обусловленных рефлекторным защитным механизмом. Слияние подразумевает соотнесение собственной энергетики с силой противника. При этом противостояние трансформируется в непрерывный поток движения.


Заключение

Используя описательный метод исследования мы пришли к выводу, что соучаствовать в творческом развитии, такого восточного боевого искусства, как айкидо – значит приобретать новые навыки, стремиться к более глубокому пониманию духовной мудрости. С обретением этих качеств практикующий становится опытным и знающим мастером, а значит также становится значимой личностью. Развитие искусства не предполагает демонстрацию глубокой физической силы и волевых установок. Подобная порочная практика препятствует самосовершенствованию на пути к более высоким уровням мастерства.

Самосознание и осмысление собственных отношений с другими людьми помогают свернуть с проторённой дороги самовыражения. Открываются новые возможности для изучения сенсорного восприятия, наблюдения за характерными жестами и привычками и применения новых методов взаимодействия между собственным эго и окружающей средой.

Изменение является естественным результатом исследования, проверки и взятия на вооружение новых методов. Когда у человека есть выбор, он избавляется от тревожных мыслей, страха и чувства беспомощности, на смену которым приходят самообладание и умиротворённость. Предвзятость суждений исчезает, по мере того как вы начинаете понимать и воспринимать как должное множественность путей постижения одного и того же явления. Одновременно у вас появляется выбор способа ответных действий. Вы более не связаны по рукам и ногам и меньше тревожитесь по поводу правильности собственных действий, так как варианты боевого взаимодействия многочисленны. Наличие выбора позволяет действовать наилучшим образом и постоянно совершенствовать своё мастерство.

Мышцы тела хранят воспоминания о былой напряжённости, структурных и организационных особенностях прошлого опыта. Эти воспоминания определяют уникальность каждого индивидуума. Они влияют на то, как мы видим, думаем, чувствуем, осязаем и действуем. Они формируют наш облик и то, какими мы видим самих себя как участников драматических событий собственной жизни. Считается, что мышечное напряжение и нервно-мышечная активность создают предпосылки для всей деятельности индивидуума и становятся своего рода «кинестезическими отпечатками пальцев». Эти воспоминания сродни привычным моделям поведения, которые, в свою очередь, формируют представления человека о самом себе.

Ментальная проекция собственной личности внушает чувство комфорта и заставляет нас действовать соответствующим образом. С восприятием нового на кинестезическом уровне, например в случае адаптации самосознания к новой стойке, структурная функциональность обретает зримые черты. Новые ощущения оставляют свой след и на внутреннем уровне.

Айкидо располагает определёнными средствами, с помощью которых мы можем посмотреть на себя со стороны глазами других людей. Эти средства способствуют нашему единению с другими людьми. Взяв их на вооружение, личность познаёт себя на всех уровнях: физическом, биомеханическом, интеллектуальном, эмоциональном и духовном. Они подобны двусторонним зеркалам, позволяющим одновременно видеть партнёра, наблюдать за собственным поведением и контролировать намерения партнёра.

Стен Роубел, мастер айкидо сказал: «Айкидо – это процесс. Предубеждённость и стремление к заранее предопределённому результату принижают ценность поступка и самого искусства жить. Результат взаимодействия с противником может быть нейтральным, вдохновляющим или жестоким. Он может вызвать всплеск эмоциональной энергии либо принести умиротворение и покой. Период между началом и концом и есть жизнь с её впечатлениями, опытом и уроками. Исток подразумевает возникновение потока, течение которого дарует нам жизненный опыт со всеми его возможностями».

В айкидо существует система проверок, включающая как официальные испытания, проводимые в процессе обучения, так и непосредственный жизненный опыт вне стен тренировочного зала. Во время тренировочных спонтанных схваток (рандори) многократно демонстрируется способность «сохранять своё лицо», равно как и эмоциональная, духовная и физическая зрелость участников. Иными словами, проверка качеств личности осуществляется ежесекундно и непрерывно, то есть в потоке.

Частью потока, или процесса, наблюдения, эмоционального переживания, обучения и практического опыта, является оценка личных достижений, которые постепенно приближаются к уровню истинной сущности человека. В этом смысле практика боевого искусства с целью самообороны гармонизирует физические, интеллектуальные аспекты личности. В результате отношения с другими людьми и с окружающей средой также становятся более гармоничными. Таким образом, изучение восточного боевого искусства является средством постижения нашей истинной природы.

Происходит непрерывное совершенствование личности и её подсознательных мотивировок. Спиральные циклы постижения повторяются по мере эволюционного развития индивидуума, а сам процесс обучения с каждым новым циклом наполняется новым знанием и мудростью.


Литература

1. Юнг Карл-Густав О психологии восточных религий и философий пер. с швейц. изд-во «Медиум», М.: 1994

2. Киссёмару Уэсиба Айкидо – искусство мира пер. с япон. изд-во «София», Киев: 1997

3. Роубел Стэн Айкидо для самопознания пер. с англ. изд-во «ФАИР-ПРЕСС», М.: 2002

4. Конфуций Суждения и беседы пер. с кит. изд-во «Азбука-классика», Санкт-Петербург: 2005

5. Фрейд З. Остроумие и его отношение к бессознательному; Страх; Тотем и табу. пер. с нем. изд-во «Попурри», Минск: 1999

6. Морено Я. Психодрама пер. с англ. изд-во «ЭКСМО-Пресс», М.: 2001

7. Годфруа Ж. Что такое психология: В 2-х томах перевод с франц. изд-во «Мир», М.: 1996

8. Дружинин В.Н. Психология изд-во «Питер», Санкт-Петербург: 2002

9. Аристотель Трактат о душе изд-во «Питер» С.-П.: 2002

10. Веллер М. Ввё о жизни изд-во «Пароль», Санкт-Петербург: 2004

11. Карамов С. Оружие ушу: Практика владения традиционным китайским оружием изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2000

12. Рольф Бранд Айкидо: Учение и техники гармоничного развития перевод с немецкого, изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2000

13. Ким Су Тэквондо: Ча Ён Рю – естественный путь перевод с английского, — М.: 2001

14. Ларин А. Кабудо: Искусство работы с традиционным японским холодным оружием изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2000

15. Мастер Чой. Хапкидо: Базовый курс пер. с англ., изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2001

16. Мастер Чой. Хапкидо: Практическое руководство пер. с англ. — М.: 2001

17. Мао ДжаВэн. Оздоровительная китайская гимнастика пер. с англ., изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2001

18. Вольф Х. Дзюдо: Техника самообороны пер. с нем., изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2001

19. Иванов-Катанский С. Базовая техника каратэ изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2001

20. Иванов-Катанский С. Комбинационная техника каратэ изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2000

21. Иванов-Катанский С. Высшая техника каратэ изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2001

22. Иванов-Катанский С. 400 приёмов будзюцу. изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2001

23. Фолке А. Айкибудо пер. с фр., изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2000

24. Ояма М. Это каратэ пер. с англ., изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2001

25. Вон Кью-Кит. Тай-цзи цюань: Полное руководство по теории и практике пер. с англ., изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2000

26. Суино Н. Искусство японских мастеров меча: Руководство по Иайдо Эйсин-Рю пер. с англ., изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2001

27. Сиода. Динамика Айкидо пер. с англ., изд-во «Гранд-Фаир», М.: 2001

28. Судзуки Дайсэцу Основы Дзэн-Буддизма пер. с англ., изд-во «Одиссей», Бишкек: 1993

29. Кацуки Сэкида Практика Дзэн пер. с англ., изд-во «Одиссей», Бишкек: 1993

30. Джеймс М. Рождённые выигрывать пер. с англ., изд-во «Мир», М.: 1995

31. Берн Эрик. Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры. пер. с англ., Минск: 1992

32. Рушман Э.М. Физкультура и спорт. Надо ли убегать от стресса? изд-во «Прогресс», М.: 1990

33. Гримак Л.П. Резервы человеческой психики: Введение в психологию активности М.: Политиздат, 1989. – 319 с.

34. Ильенков Э.В. Что такое личность? изд-во «Мир», М.: 1991

35. Хьел Д., Зиглер Д. Теории личности изд-во «Прогресс», М.: 1997

36. Леонтьев А.Н. Деятельность, сознание, личность. /Психология личности/ под ред. Ю.Б. Гиппенрейтер, А.А. Пузырея. изд-во МГУ, — М.: 1982

37. Бурно М.Е. Терапия творческим самовыражением. изд-во «Мир», М.: 2000

38. Выготский Л.С. Психология искусства. изд-во «Прогресс», М.: 1987

39. Лэндрет Г.Л. Игровая терапия: Искусство отношений. изд-во «Мир», М.: 1994

40. Чалдини Р. Психология влияния. — СПб: 1999.

41. Юрч У. Преодолевая «НЕТ». изд-во «Прогресс», М.: 1993.

42. Саотома М. Айкидо и гармония в природе пер. с англ., изд-во «Шамбала» София: 2002

43. Азими К.С. Учебник медитации изд-во «Армита-Русь», М.: 2005

44. Болдорев М. Антология Дзэн изд-во «Аркаин», М.: 2004

45. Сарангерол Зов шамана, древние традиции и духовные практики пер. с англ., изд-во «Гранд», М.: 2003

46. Рошаль В.Н. Энциклопедия символов изд-во «Сова», Санкт-Петербург: 2005

47. Хамфрис Крисмас Дзэн-Буддизм пер. с англ., изд-во «Гранд», М.: 2003

48. Нобуёси Панура Айкидо и передача традиции пер. с франц., София: 2002

49. Коментарии – Фримантл Ф., Тунгпа Чогьян Тибетская книга мёртвых (Бардо Тходол) перевод София: 2003

50. Коваль С.Н., Холин Ю.Е. Философия и практика дзэн для карьеры и успеха изд-во «Феникс» Ростов-на-Дону: 2006

51. Рама Шарака Жизнь души пер. с инд. изд-во «Амира-Русь», М.: 2004

еще рефераты
Еще работы по психологие