Реферат: Поварнин С.: О теории и практике спора

УНИВЕРСИТЕТ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ ОБРАЗОВАНИЯ

Факультет: Бизнес, Маркетинг,Коммерция

Дисциплина: Логика

Тема контрольнойработы:     По: Поварнин С.: О теории и практике спора

Ф.И.О. студента: Спрыжков Игорь Максимович

Курс: 4.          Семестр: 7.               Номерзачётной книжки: 1818

Дата сдачи: _____________________

Ф.И.О. преподавателя: СувороваА.Н.

Оценка: _________________________                         Подпись:_________________________

Дата проверки: __________________

<span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-font-kerning:8.0pt;mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language: AR-SA">
План

 TOCo«1-2» n

Глава I. О доказательствах

Глава II. О доказательствах (продолжение)

Глава III. Спор из-за истинности мысли

Глава IV. Спор из-за доказательства

Глава V. Виды спора

Глава VI. Виды спора (продолжение)

Глава VII. Условия для начала спора

Глава VIII. Наши доводы в споре

Глава IX. Доводы противника

Глава X. Логический такт и манера спорить

Глава XI. Уважение к чужим убеждениям

Глава XII. Некоторые общие замечания о споре

Раздел I. Общие сведения о спореГлава I. О доказательствах

1. Прежде чем говорить о споре и его осо­бенностях, надохотя бы в самых общих чертах ознакомиться с доказательствами. Ведь спор со­стоитиз доказательств. Один доказывает, что такая-то мысль верна, другой — что онаоши­бочна.

Та мысль, для обоснования истины или лож­ности которойстроится доказательство, называ­ется тезисомдоказательства. Вокруг нее долж­но вращаться все доказательство. Она —конеч­ная цель наших усилий.

Вот почему первоетребование от приступа­ющего к серьезному доказательству или спо­ру — выяснитьспорную мысль, выяснить те­зис.

2. Три необходимых и достаточных пункта при выяснениитезиса: а) все неясные для нас понятия, в него входящие; б) его «количе­ство»и в) «модальность».

а) Если смысл слова в тезисе не вполне ясен и отчетлив, тонадо «определить» это «слово» или понятие. Для этого напрактике существуют два средства: а) самому своими силами определить понятие;б) воспользоваться уже го­товыми чужими определениями (!). Второй способ болеепредпочтителен. В качестве источника определения можно воспользоватьсяэнциклопедией или др. научной литературой. Не следует доверять тому, что«когда-то об этом читал», определения следует разумно заучивать. Следуетпомнить, что одно и тоже понятие может иметь несколько определений.

б) Для ясности и отчетливости мышления надо знать, об одном литолько предмете идет речь или обо всехбез исключения предметах данного класса, или не обо всех, а о некоторых (большинстве, многих, почтивсех, нескольких и т. п.). Иногда приходится выяснять, всегда ли свой­ствен предмету тот признак, который ему при­писывается,или не всегда. Без этого тоже мысль часто бывает неясной. Выяснение этогопункта называется выяснени­ем суждения (значит, и тезиса) по «количест­ву». Там, где«количество» тезиса неясно, тезис называется неопределенным по количеству.

в) Затем надо выяснить, каким мы суждени­ем считаем тезис, несомненно истинным, досто­верным и несомненно ложным или же только вероятным в большей или меньшей степени,очень вероятным, просто вероятным и т. п. Или же нам опровергаемый, например,тезис кажется только возможным: нетдоводов за него, но нет доводов и против. Опять-таки в зависимости от всегоэтого приходится приводить различные способы доказательства.

Может показаться, что на такое выяснение требуется слишкоммного времени и эта трата излишняя. На самом деле время, потраченное навыяснение, всегда окупается, ча­сто в сто крат. Иногда и так, что стоит тольковыяснить тезис, как станет очевидно, что и спорить-то не из-за чего.

        Глава II. О доказательствах (продолжение)

1. В доказательство истинности или ложности тезиса мыприводим другие мысли, так называе­мые доводыили основания доказательства. Этодолжны быть такие мысли, а) которые считаем верными не только мы сами, но и тотчеловек или те люди, кому мы доказываем,и б) из ко­торых вытекает, что тезисистинен или ло­жен.

2. Каждый важный довод в доказательстве надо рассмотретьотдельно и тоже выяснить,— так же выяснить, как мы выяснили тезис. Эта работаоберегает от массы ошибок и значительных затрат времени. — Не надо доверяться «первому взгляду» идумать, что выяснять не требуется.

3. Ошибки в доказательствах бывают, глав­ным образом, трехвидов: а) или в тезисе, б) или в доводах, в основаниях, или в) в связи междудоводами и тезисом, в «рассуждении».

Ошибки в тезисе состоят в том, что мы взя­лись доказыватьодин тезис, а на самом деле доказали или доказываем другой. Эта ошибканазывается от­ступлением от тезиса.Бывает, что человек видит, что те­зиса ему не защитить или не доказать,— и на­рочноподменивает его другим так, чтобы про­тивник не заметил. Это называется подменой тезиса. Бывает и так, что прямочеловек забыл свой тезис. Это будет потерятезиса и т. д.

4. Ошибки в доводах бывают чаще всего две: а) ложный довод,б) произвольный довод. Лож­ный довод — когда кто-то опирается на явно лож­нуюмысль. Произвольный же до­вод — такой, который хотя и не заведомо ло­жен, ноеще сам требует должного доказательст­ва.

5. Наконец, ошибки в «связи» между основа­ниями итезисом («в рассуждении») состоят в том, что тезис не вытекает, не следует из ос­нованийили же не видно, как он следует из них.

6. Какие бывают ошибки в рассуждении, под­робнее учитлогика.

Глава III. Спор из-за истинности мысли

1. Не следует думать, что достаточно встре­тить «спорную мысль», чтоб сейчасже сделать ее, при желании, «тезисом спора». Она всегда требуетнекоторого предварительного исследова­ния и обработки, прежде чем взять из нееэтот тезис. Найти и точно указать, в каком именно пун­кте мы не согласны сданной мыслью,— значит «установить пункт разногласия». Это должнобыть исходной точкой каждого правильного спора.

2. Нужно при­обрестинавык быстро, иногда «моментально» на­ходить и пересматривать все места, в которых возможноразногласие с данной мыслью. Особен­но необходим этот навык в некоторыхспециаль­ностях,— напр., в юридической практике спора.

3. Установка пунктов разногласия делается обыкновенно темпутем, что мы, в противопо­ложность неправильному взгляду противника в данномпункте, выдвигаем свой, несовместимый сним взгляд как истинный. Эти две несов­местимые и борющиеся одна с другой мыслина­зываются тезисом и антитезисом спора. Те­зис — та мысль,которая выделена из спорной мысли; антитезис — мысль, выдвинутая в про­тивовестезису и, обыкновенно, установившая пункт разногласия. Борьба между двумя этимимыслями и составляет сущность наиболее важ­ных правильных споров.

4. Надо стараться, чтобы антитезис (а, следовательно, итезис) были возможно про­ще ивыражены короче. Во всяком случае,про­махом является составной антитезис,состоя­щий сразу из двух и более мыслей. Поэтому, встретившись с составными антитезисами,необходимо сейчас же расчленить их насостав­ные элементарные суждения и рассматривать каждый пункт разногласия отдельно.

Глава IV. Спор из-за доказательства

1. Часто задача спора не опровергнуть или оправдать ка­кую-нибудьмысль, а только показать, что она недоказана противником, не оправдана или неопровергнута им.

Следует помнить, что неудачноедоказатель­ство, взятое само по себе, означает только, что человек не сумелоправдать или опроверг­нуть тезис, а истинности или ложности те­зиса не касаетсявовсе.

Для того чтобы оправдать или опровергнуть тезис, всегданужно еще особое, специальное до­казательство его истины или ошибочности.

2. Спор из-за доказательства и начинается ина­че, чем спориз-за мысли. Если доказательство приведено уже противником, мы прямо нападаемна него, не касаясь тезиса. Если же противник только высказал мысль, не доказавее, а мы по­чему-либо не желаем нападать на саму эту мысль, а предпочитаемпроверить ее основания, то мы «требуемдоказательства» её. Собеседник обыкновенно приводит свои доказательства.Мы опро­вергаем их и, если это удалось, приходим к вы­воду, что мысль эта не доказана, и тем удов­летворяемся.

3. В споре из-за доказательства антитезис в большинстве случаев (когда дело идет о достоверности тезиса) не играетсовершенно никакой роли. Поэтому его обыкновенно и не выделяют и не имеют ввиду.

За антитезис мы беремся в таких случаях обычно лишь тогда,когда, окончив спор о дока­зательстветезиса, напр., выяснив, что доказа­тельство ошибочно, мы переходим к спору об истинности тезиса. Сочетаниеобоих этих ви­дов спора практикуется часто и очень желатель­но, если оновозможно; только обе части такого составного спора надо вести, резко разграничи­ваяодну от другой, резко отделяя их задачи.

4. Из всего сказанного в этих двух главах следует, что выбор между спором из-за мысли и споромиз-за доказательства обычно принадлежит нападающейстороне, оппоненту. Защитнику жетезиса (или «держателю тезиса») обычно остается одно: принять предложенный спор или отказатьсяот него, «отклонить спор».

Эта способность «нападения» в некоторых случаях ив искусных руках дает ему некоторое преимущество. Нападающий может выбрать туформу спора, какая легче и выгоднее в данном случае для него и затруднительнеедля против­ника.

Глава V. Виды спора

1. Кроме спора из-за тезиса и из-за доказа­тельства, естьразные другие виды спора, разли­чаемые с разных других точек зрения. Их тожеочень важно запомнить.

Бывает спор сосредоточенныйи бесформен­ный. Сосредоточенный спорверти­тся около одного центра, одного средоточия, не отходя от него в стороны. Бесформенный же спор не имеет такогосредоточия. Это самый низший из подобных ви­дов спора.

Наибольшее значение при решении какого-нибудь вопроса имеют,конечно, сосредоточенные споры. Они, в свою очередь, могут вестись бес­порядочно или по извест­ному плану. Бесформенный же спор всегда бес­порядочен.

2. Можно вести спор вдвоем, один на один. Это будет простой, одиночный спор. Но часто спорведется между несколькими лицами, из ко­торых каждое вступает в спор или состороны защиты тезиса, или со стороны нападения. Это будет сложный спор.

Сложный спор вести в порядке и правильно труднее, чем спорпростой. Между тем в сложном споре лучше всего представляется возможность,выслушать и взвесить все или многие доводы в пользу тезиса или против него илучше оценить их сравнительную силу.

Одной из самых трудно преодолимых преград к хорошему ведениюспора является обычное у людей неуменьеслушать другого человека.

3. И простой и сложный споры могут происхо­дить при слушателях и без слушателей. Иногда это различие имеет огромное, решающее влия­ниене только на характер спора, но и на ис­ход его.

Нужен исключи­тельный характер или долгий навык, чтобы со­вершенноне обращать внимания на слушателей и спорить как бы один на один. Нужно сильно«закалить себя в битвах», чтобы достигнуть этой цели. На человеканервного и не закаленного сочувствие или несочувствие слушателей всегда действуетили возбуждающим, или угнетающим образом.

4. В споре при слушателях, если мы, конеч­но, заботимся обих мнении, приходится приме­няться не только к противнику, но и к слуша­телям.Иной довод, напр., годился бы без слу­шателей; при слушателях мы его не пустимв ход — по той или иной причине. Должны ис­кать другого довода. От такихслучаев один только шаг до особого типа спора — спора для слушателей.

Этот тип споров встречается очень часто, особеннообщественной жизни. Тут люди спо­рят не для приближения к истине, не для того,чтобы убедить друг друга, а исключительно,что­бы убедить слушателей илипроизвести на них то или иное впечатление.

5. Кому приходится часто спорить при слу­шателях, тот долженознакомиться на практике с «психологией слушателя». Прежде всего,надо помнить, что большинство людей очень плохо умеют «слушать» чужиеслова, особенно если речь не задевает их насущных, наиболее живых и реаль­ных интересов. Но если человекдаже ста­рается внимательно слушать, это еще не значит, что он «слышит»,т. е. понимает сущность того, что выговорите.

Что касается простого слушателя,не участвующего в споре, его положение обычно еще хуже. Можно выделить дваглавных типа слушателей. Одни явились с предвзятым мнением,   симпатиями,  антипатиями.   Дру­гие — не имеютникакого мнения по данному вопросу или не имеют «твердого» мнения. Пер­вые будут поддерживать«своего», ему сочувст­вовать, ловить его мысли — какие в силах уло­вить— и не слушать или явно пристрастно слушать его противника. Вторые — будутсудить о ходе спора главным образом повнешним при­знакам: по авторитету, по уверенному тону од­ного, по робостивозражений другого, по отно­шению к спору «знатоков предмета» и т.д., и т. д. И у первых и у вторых мысль работает очень мало.

То же, хотя и в меньшей степени, можно сказать и обольшинстве читателей. Умение читать— далеко не частая вещь.

6. Спор устный и спорписьменный также сильно отличаются во многих отношениях.

В устном споре, особенно если он ведется при слушателях,часто очень важную роль игра­ют «внешние» и психологические условия.Тут огромное значение имеет, напр., внушение: вну­шительная манера держаться иговорить, само­уверенность, апломб и т. д. Затем огромное преимущество в устномспоре получает быстрота мышления. Большое преиму­щество в устном споре прислушателях имеет также уменье говорить метко и остроумно и т. д. Все этивнешние преимущества или совсем уничтожаются в письменном споре, или сглажи­ваются,и более может выступить на первый план внутренняя, логическая сторона спора.

7. Письменный спор, если взять его вообще, гораздо болеепригоден для выяснения истины, чем устный. Но зато письменный спор имеет другиенедостатки. Он тянется слишком долго — иногда несколько лет. Читатели (зани­мающиездесь место слушателей) успевают за­быть его отдельные звенья и не всегда имеютвремя и возможность восстановить их в памяти. Этим иногда широко пользуютсяспорящие для безнаказанного искажения мыслей противника, для ответов не посуществу и т. д., и т. д.

Глава VI. Виды спора (продолжение)

1. Чрезвычайно важны различия споров, за­висящие от различия целей, которые ставят себеспорщики, от различия мотивов, покоторым вступают в спор.— Рассматривая споры по их целям, можно выделить пять наиболее важных типов спора. Каждый из этих типов имеетсвои особенности по отношению: а) к выбору тезиса и доводов, б) к желательноститого или иного противника, в) к допущению или недопущению сомнительных приемовспора.

2. Спор может служить средством для разъяс­нения истины, для проверки какой-либо мысли, для испытания обоснованности ее. Этоттип спора в смешанных формах встре­чаетсядовольно часто. В чистом, выдержанном до конца виде этот тип спора встречаетсяредко, только между очень интеллигентными и спокойными людьми. Такой спор естьпо существу совместное рассле­дование истины. Это высшая форма спора, са­маяблагородная и самая прекрасная. Особенности «проверочных споров»:тезис берется из области, интересующей обоих спорщиков; приемы спора чисты ибезукоризненны; доводы берутся самые сильные с точки зрения их исти­ны, икаждое новое возражение вызывает только новый интерес; и, наконец, желателенпротивник, приблизительно равный по силам.

3. Спор может иметь задачей не проверку истины (истина уженам известна), а убеждение в нейпротивника. Такого рода спор является уже сравнительно низшею формой спора.В нем в свою очередь можно различать два наиболее важных оттенка, разные поценности: а) споря­щий может убеждать противника в чем-либо, в чем сам глубокоубежден (тут задача иногда са­мая бескорыстная); б) спорящий может убеждатьпотому, что «так нужно», «так полезно» для какой-нибудь цели.

Каков бы ни был оттенок спора для убежде­ния, спор этотвсегда отличается от чистого спо­ра первого типа. Прежде всего, разумный чело­векпринимается спорить здесь лишь тогда, ког­да тезис таков, что в нем можно убедить про­тивника. Тут интересендля убеждающего не тезис, а противник. Противник сильный обыкновенно вовсе нежела­телен. Новое возражение в чистом споре этого типа тоже не вызывает ниудовольствия, ни интереса. Приемы в этом типе спора тоже часто нельзя назватьчистыми.

4. Еще ниже часто стоит спор, когда цель его неисследование, не убеждение, а просто по­беда.Само собою разумеется, что в подобных спорах часто при­емами не стесняются.«Победителей не судят». Лишь бы победа была поэффектнее. Кстати, тольков подобных спорах часто необходим и такой жалкий прием, как «оставить засобой последнее слово». С доводами в этом споре обычно еще менеецеремонятся. Часто и разби­рать «тонкости» не считают нужным: не всели равно, чем хватить противника — шпагой по всем правилам или оглоблей противвсяких пра­вил. Суть-то ведь одна. Верят ли спорщики в истинность тезиса или неверят, дело второстепенное.

Само собою, разумеется, что споры этого типа ведутся чаще всегоперед слушателями.

И в споре для убеж­дения, и в споре для победы спорщикичасто пользуются не столько логикой, не доводами рассудка, сколько средствами ораторского искусства.

5. Четвертый, не столь яркий и определен­ный типспора, но встречающийся довольно час­то,— спорради спора. Своего рода искусство для искусства. Спорт.

6. Совершенно не встречается теперь в чис­том виде пятый тип спора: спор-игра,спор-уп­ражнение. Сущность этого типа выражена в его названии. Он процветал,в древнем ми­ре. Спорят двое; один из собеседников только предлагал вопросы,другой только давал ответы. Отвечающий мог говорить исключительно«да» или «нет». Цель спрашивающе­го — вынудить усобеседника согласие с утвер­ждением, противоречащим тезису, который тот взялсязащищать, т. е. привести его к противо­речию с самим собою.

Глава VII. Условия для начала спора

1. Все, что мы говорим (или пишем) в спо­ре, должно служитьглавным образом для трех целей: 1) для оправданиясвоих мыслей, или 2) для опровержениямыслей противника, или 3) для осведомления.

Осведомление — очень важная часть в споре и в искусных руках— незаменимое орудие. Осведомление в споре то же, что разведка при военныхдействиях. Без нее нельзя уверенно ни нападать, ни защищать­ся.

Применяется осведомление в самых различ­ных случаях.

2. Первая задача осведомления в споре и са­мого спора — выяснить, как понимает наш про­тивник спорный тезис, если мы этого вполне точноне знаем. Вообще же сле­дует применять «осведомление путем вопросов»в легкой, естественной, разговорной, по возможно­сти незаметной форме. Этомузначительно помо­гает практика.

3. Особенно трудный пункт для осведомле­ния — смысл того илииного слова, как пони­мает его противник. Очень часто у него чрезвы­чайносмутное представление о смысле данного слова, хотя иногда он сам уверен, чтоотлично понимает это слово. Тогда спор обопределениях слова. В целях экономии времени нужно добиться только достаточное для данного спора определение.

4. Если мы и противник наш ясно понимаем смысл слова, норазлично, то часто лучше всего кому-нибудь «поступиться» своимопределением или же совсем отбросить спорное слово, заменив его другим, болееподходящим словом или выра­жением.

5. Когда тезис выяснен, спорщикам лишний раз представляетсяслучай решать, вступать ли в спор из-за этого тезиса с данным противником илилучше отказаться от спора.

Существуют такие тезисы, о которых серьез­ный спорщик приобычных условиях никогда не спорит. Таковы, напр., недоказуемые тезисы.

6. Что касается лиц, с которыми предстоит вступить в спор,то тут часто приходится делать еще более строгий выбор, если, конечно, естьвозможность уклониться от спора. Мудрость всех веков и народов предостерегаетот споров с глупцами.

Не сле­дует, конечно, без нужды спорить с грубым и дерзкимчеловеком.

Кроме того, что позволительно между«мужественными» друзья­ми,то не принято и недопустимо, когда спо­ришь просто со знакомым или незнакомымчело­веком.

7. К числу нежелательных спорщиков отно­сятся явные софисты,с которыми спорить без нужды можно лишь тогда, когда мы знаем, что можем«проучить» их, задав им словесную встрепку. Имеется и еще много лиц,с которы­ми не следует спорить. Всех не перечислить. Есть люди, положительно не способные к пра­вильному спору,напр., «истеричные спор­щики».

8. Надо заметить, что иногда спор навязыва­ется, провоцируется, чтобы привести его к ссо­ре или ккакой-нибудь еще более скверной це­ли.

9. Иногда и тезис сам по себе подходящий, и противник сам посебе такой, что с ним можно спорить. И тем не менее глупо вступить с ним в спорбез необходимости. Это тогда, когда те­зисне подходит к противнику. Чаще всего, когда тезис таков, что доказательствоего не мо­жет быть понято противником или (если спор для слушателей) слушателями.Чем невежест­веннее или тупее человек, темменее он спосо­бен понять и принять какую-либо сложную мысль или сложноедоказательство. «Попробуй­те надеть на руку перчатку с четырьмя пальца­ми.Ваше затруднение будет совершенно одина­ково с затруднением вложитькакое-нибудь сложное понятие в голову, лишенную соответст­венной сложнойспособности»,— говорит Спен­сер.

10. Вот почему честный спор с подобными людьми о подобныхвопросах невозможен, нелеп. Зато для софиста в подобных случаях — открытое  поле действия.  Вместо сложной истинноймысли он подсунет ложную простую и вполне понятную мысль, по плечу собеседнику,и подкрепит ее ложным, но про­стым и понятным доказательством, и вы будетепобеждены — если не прибегнете тоже к улов­кам и софизмам.

Глава VIII. Наши доводы в споре

1. Выбор доводов, как уже вскользь упомина­лось не раз,определяется задачами, которые мыставим спору. Желая проверить истинукакой-нибудь мысли, мы выбираем в пользу ее самые сильные с нашей точки зрения основания. Же­лая убедить кого-нибудь, выбираем доводы, ко­торыедолжны казаться наиболее убедительными ему.Желая победить противника, выбираемдо­воды, которые более всего могут поставить его в затруднение. В споре дляубеждения слушателей мы приспособляемвыбор доводов не столько к противнику, сколько к слушателям и т. д.

2. Споры для убеждения (честные споры) требуют не только выбора доводов, соответствен­ногопротивнику или слушателям, но и соответ­ственного изложения доказательства.

3. Надо помнить, однако, что правило соот­ветствия речипониманию тех, для кого она предназначена, исполняется и вообще довольно плохо.Иногда от недомыслия. Человек, напр., искренно убежден, что чем больше насажаетв речь иностранных слов, тем это красивее, эф­фектнее, «благороднее»или больше выказывает его образование и ум.

И он иногда не ошибается в эффекте, если имеет в видуслушателей и читателей, не при­выкших мыслить, наслаждающихся трезвоном слов.Но иногда трезвон иностранных слов пускается в ход в споре и с целью: хотятотуманить, ог­лушить противника или слушателей (или чита­телей). Одурманенныеголовы пере­стают понимать и то, что могли бы понять, и тупая мысль тупогософиста может легко сойти за бездну глубокомыслия.

4. Совершенно невозможно дать какие-либо общие правила нахождения доводов. Тут все за­висит отнаших знаний в данной области, от быстроты мышления, сообразительности и т. д.,и т. д.— Но если тезис таков, что о нем при­ходится спорить часто, то полезно,а иногда и необходимо собирать и запоминать все доводы за него и против него, свозражениями против последних и защитой первых. (т.е. стать «специалистом»в спорах на дан­ную тему).

5. Каждый наш довод, который оказался до­статочно сильным,надо заставить по возможно­сти «отработатьвполне» («разжевать» его как следует противнику или слушателям,использовать со всех его выгод­ных сторон до конца, а уже затем хвататься задругой довод). Другой недостаток — «размазывать»довод, останавливаться на нем дольше, чем нужно, или излагать его такмногословно, что слушателям и противнику иногда нет сил тер­петь.

Хороший спорщик при обычных условиях ста­рается главные своидоводы выразить кратко, метко и ярко, чтобы они сразу были поняты и врезались впамять. Так выраженный довод ме­нее подвергается возможности извращения и ис­каженияво время спора.

6. Наконец, некоторые ошибочно думают, что чем больше ониприведут доводов, тем лучше. Это бывает далеко не всегда.

Обычно полезнее приводить только наиболее сильные до­воды, ао слабых — разве упоминать вскользь, мимоходом, чтобы показать, что мы непридаем им особого значения. Это дает право не ввязы­ваться в спор из-за них.

Глава IX. Доводы противника

1. Что касается доводов противника, то пер­вая обязанностьи, во всяком случае, одно из важнейших свойств хорошего спорщика — уметь ихвыслушать, точно понять и оценить. Безумения слушать — хороший спорщик немыслим. Это первое и одно из неизбежныхусловий уменья спорить. Это фундамент искусстваспо­ра.

2. Если доводов несколько, то надо стараться выделитьпорознь их, хотя бы из целого моря слов, в котором они часто разведены, облечьв краткие фразы и выяснить, каквыясняли те­зис, не скупясь на осведомление.

3. Когда противник приводит какой-нибудь довод против нашегомнения, против нашего те­зиса — для защиты необходимо убедиться в двух вещах:а) что довод этот истинен, правилен, б) что он действительно противоречит наше­мумнению и несовместим с последним.Только при этих двух условиях из неговыте­кает ложность нашей мысли.

4. Рассматривая несовместимость довода про­тивника с нашеймыслью, мы иногда открываем не только, что он совместим с последней, но что более того: он служит выгодным доводом в пользу нашей мысли.

Этому использованию доводапротивника для доказательства нашеготезиса соответствует дру­гой, обратный случай, тоже часто встречающий­ся призащите, но нередко упускаемый защи­тою: довод оказывается несовместимым нестоль­ко с нашим тезисом, сколько с тезисом против­ника (антитезисом) или скаким-нибудь его ут­верждением. Он иногдаразрушает тезис самого противника. Такие доводы нападения называют­ся «самоубийственными» и дают вруки защите случай для очень эффектного удара.

Оба эти случая применения довода противника против него же самого называются общим именем: возвратного удара   или   возвратного  довода   и в искусных рукахявляются очень эффектными моментами спора.

Глава X. Логический такт и манера спорить

По отношению к доводам противника хоро­ший спорщик долженизбегать двух крайностей: 1) Он не должен упорствовать, когда или доводпротивника очевиден, или очевидно правильно доказан; 2) он не должен слишкомлегко согла­шаться с доводом противника, если довод этот покажется ему правильным.

1. Упорствовать, если довод противника сразу«очевиден» или доказан с несомненною очевид­ностью, неумно и вреднодля спорщика. Ясно, что человек не имеет достаточно мужества и честно­сти илюбви к истине, чтобы сознаться в ошиб­ке. Иногда даже с точки зрения так­тикивыгодно сразу прямо, открыто и честно признать свою ошибку: это может поднятьува­жение и доверие со стороны противника. Надо помнить и то, что, раз ошибкузаметили, ее уже не скроешь: противник, вероятнее всего, сумеет использовать еево всем объеме.

2. Однако, если спор важен и серьезен, ошибочно ипринимать доводы противника без са­мой бдительной осторожности. Здесь, как и вомногих других серьезных случаях, надо «семь раз примерить и один отрезать».

3. Мерила этой требовательности и осторож­ности для каждогоотдельного случая — «здра­вый смысл» и особый «логическийтакт». Они помогают решить, очевидно ли данный довод до­стоверен и нетребует дальнейшей проверки или же лучше подождать с согласием на него; доста­точенли он при данном споре или недостато­чен. Если довод кажется нам убедительным имы не можем найти против него возражений, но осторожность все-таки требуетотложить согласие с ним и прежде поразмыслить о нем получше, то мы обычноприбегаем к трем способам, что­бы выйти из затруднения. Самый прямой и чес­тный— условное принятие довода. Самыйупотребитель­ный прием — другой: объявлениедовода произ­вольным. Мы требуем доказательств его от про­тивника, несмотряна то, что довод и кажется нам достоверным.

Наконец, очень часто пускаются в ход раз­ные уловки, начинаяс позволительных, вроде обычного «оттягивания ответа» на довод,кончая разными непозволительными уловками, о которых речь будет дальше.

4. Большое, нередко огромное значение в споре имеет манера спорить. Здесь тоже суще­ствуетмножество различных разновидностей и оттенков. Одни споры ведутсяпо-«джентльменски», по-рыцарски; другие — по принципу: «на войне — как на войне»; третьи — прямо«по-хамски». Джентльменский спор — самая высо­кая форма этой лестницыформ спора. В таком споре никаких непозволительных уловок не до­пускается.Спорщик относится к противнику и его мнениям с уважением, никогда не спускаясьдо высмеивания, пренебрежительного тона, «лич­ностей», насмешек, грубостейили неуместных острот. Он не только не пытается исказить до­воды противника илипридать им более слабую форму, но, наоборот,— старается оценить их во всей ихсиле, отдать должное той доле истины, которая в них может заключаться, «бытьспра­ведливым» к ним и беспристрастным.

Но во многих «боевых» спорах, спорах с со­фистами,которые не стесняются в приемах и т. д., эта манера спорить не всегдаприложима. Тут поневоле приходит­ся применяться к требованиям практики. Позво­лительнаи меткая, убийственная острота, и раз­ные уловки, чтобы избежать уловокпротивника, и т. д. Раз война, так война. Но и тут есть черта, за которуючестный в споре человек ни­когда не перейдет.— За этой чертой начинаются уже«хамские» приемы спора.

«Хамский спор», прежде всего, отличается от­крытымнеуважением или пренебрежением к мнениям противника. Если спорщик допускаетгрубые уловки, вроде «срывания спора» или «па­лочныхдоводов», если он допускает пренебрежительный или презри­тельный тон,хохот, глумление над доводами противника; если он унижается до грубых «лич­ностей»,грубых слов, близких к брани, насмеш­ливо переглядывается со слушателями,подмиги­вает им и т. д., и т. д.— то это все особенно­сти той манеры спорить,которую нельзя не на­звать «хамской». Спорить с противни­ком, которыйпридерживается этой манеры спо­ра, без необходимости не следует.

Из других подобных видов «манеры спорить» надо,пожалуй, отметить тоже нежелательную «чичиковскую» манеру, прикоторой получается только видимость спора; по крайней мере, серь­езный спор — невозможен.

5. Огромнейшее значение имеют для манеры спора уменьевладеть собою и особенности тем­перамента. Чрезвычайно важно, спорим ли мыспокойно, хладнокровно или возбужденно, взвол­нованно, яростно. Тут можносказать в виде правила: при прочихусловиях, приблизительно равных, всегда и неизменно одолевает более хладнокровныйспорщик.

Мало того, спокойствие спорщика, если оно не подчеркиваетсянамеренно, часто действует благотворно и на горячего противника, и спор можетполучить более правильный вид. Наобо­рот, горячность, раздражение и т. д.стремятся тоже передаться противнику, и благодаря этому спор может иногдапринять тот характер, к ко­торому относится народная шуточная поговорка:«что за шум, а драки нет?»

Спокойная, уверенная и рассудительная аргу­ментация нередкодействует удивительно убежда­юще. Вообще, хороший спор требует прежде всегоспокойствия и вы­держки. Горячий спорщик, постоянно впадаю­щий в возбужденноесостояние, никогда не бу­дет мастером устного спора, каким бы знани­емтеории спора и логики ни обладал, как бы остр ум его ни был.

Но и здесь, конечно, надо избегать крайно­стей. Спокойствиене должно переходить в «вя­лость» или в «деревянность».Нельзя приме­нять и того «утрированного», преувеличенного спокойствияи хладнокровия, какое многие при­меняют, когда противник особенно «горячит­ся»,т.к. это иногда «подливает только масло в огонь».

Глава XI. Уважение к чужим убеждениям

1. Важное условие настоящего, хорошего и честного спора  — уважениек убеждениям и верованиям противника, если мы ви­дим, что они искренни.

Это условие соблюдается очень редко. Обычно люди живут еще «звериным обычаем» вобласти мысли, т. е. склонны считать человека, который держится других убеждений,или идиотом, или мерзавцем и, во всяком случае, настоящим «врагом».Это, конечно, признак или некультурного и невеже­ственного, или же узкого ума.

Одним словом, уважение к чужой вере и к чужим убеждениям,есть один из важнейших ви­дов уважения к человеческой личности. Где ма­лопервого, там мало вообще и последнего.

2. Как «глубоко правдивые» убеждения, так ипонимание их ценности и уважение к ним чаще всего вырабатываются трудом,страданиями, опытом жизни...

3. Здесь, кстати, можно привести некоторые соображения,помогающие иным бороться со склонностью считать наше мнение истиною, а остальные— чепухой, результатом недомыслия или нечестности.

Во-первых, просты и несомненны (для обыч­ных целей) лишьистины нашего обычного опы­та. Но чем сложнее и отвле­ченнее истина, тем менееона «проста» и тем труднее достигнуть правильной уверенности в ней.Между тем огромное множество людей со­вершенно не понимает этого.

4. Второе, чего не следует забыть, это — ложная мысль в большинстве случаев ложнатолько отчасти. Но не следует забы­вать и того, что и большинство «истин», выхо­дящих за пределы простогообычного опыта, то­же не «чистыеистины», что в них есть тоже примесь заблуждения большего илименьшего, которого мы оценить теперь не в силах. Оценят другие, оценят потомки.И мысль об этом долж­на постоянно смягчать самоуверенность и узость нашегомышления и способствовать тому, чтоб относиться ко всем взглядам, дажесовершенно противоположным, с полным вниманием и без пренебрежения.

5. Степень убежденности не пропорциональна количествузатраченной на нее умственной работы, и, быть может, общее правило таково: что чем менее уверенность основана на рассуждении,  тем крепче за нее держатся.

Помня все эти соображения и применяя к се­бе, а не только кдругим, человек значительно убавит самоуверенность собственной мысли, а вместес этим возрастает уважение к праву дру­гих людей мыслить и решать вопросыпо-свое­му,— что играет очень немалую роль в пра­вильном споре.

Глава XII. Некоторые общие замечания о споре

1. Для того чтобы сознательно вести правиль­ный сосредоточенныйспор, нужно обладать од­ним довольно редким уменьем: нужно уметь «охватывать спор», т. е. всевремя держать в памяти общую картинуданного спора, отдавая себе отчет, в каком он положении находится, чтосделано, что и для чего мы делаем в дан­ную минуту. И ни на одну ми­нуту ненадо упускать главной цели спора: те­зиса.

2. Во многих спорах разногласие между нами и противником втезисе и в доводах таково, что оно зависитот разногласия в других, более об­щих и глубоких вопросах, часто в принципах – «корнях спора».

3. Часто приходится выяснять корни спора сообща спротивником. Если же оба спорщика не видят, что суть их разногласия в корняхспора, и не ищут этих корней, спор обращается часто в ряд неосмысленных ибесцельных схваток.

Спор из-за принципов «для победы» — пус­той спор.О нем нечего и говорить. Спор «для убеждения», как уже сказано, редкоприводит к цели, если у противника есть в данном отноше­нии твердые принципыили «природные склонно­сти» к определенным принципам. Можно всту­патьв такой спор лишь из необхо

еще рефераты
Еще работы по психологии, общению, человеку