Реферат: Технократия

Эволюция технократических процессов

Правительство, сформированное С. Кириенко весной 1998 г., почти сразу же журналисты окрестили «кабинетом технократов». Между тем понятие «технократия» имеет глубокое научное содержание, и признание правомерности применения данного понятия к современному российскому правительству будет означать вступление нашей страны в принципиально новый этап развития. В этой связи целесообразно проследить эволюцию технократической идеи на протяжении ряда десятилетий. Следует заметить, что термину «технократия» в отечественной публицистической да и научной литературе не повезло. В советские годы ему придавалось сугубо негативное значение как порождению «буржуазной лженауки». А в последнее время «технократ» напротив, звучит почти исключительно в качестве комплимента. И с тем, и с другим трудно согласиться. Содержание данного понятия достаточно неоднозначно, и со временем оно претерпело значительные изменения.

Термин «технократия» впервые применен американским исследователем В. Смитом в серии статей, опубликованных в 1919 г. в журнале «Industrial Managment». В буквальном переводе с греческого это слово означает «власть мастерства». В дальнейшем понятие получило три обще употребляемых толкования: во-первых, теоретические концепции власти, основанной не на идеологии, а на научно-техническом знании; во-вторых, тип социально-политического устройства общества, практически реализующий принципы этой концепции; в-третьих, социальный слой носителей научно-технического знания, выполняющих функции управления. Центральной в технократических концепциях является идея о возможности эффективного функционирования власти, основанной на научной компетенции, о возможности замены политического субъективного решения решением рациональным и объективным. Основой претензий на впасть для технократов служит все возрастающая роль специальных знаний в управлении не только производственными, но и социально-политическими процессами, а также значение научно-технического прогресса для развития современного общества в целом.

Истоки технократической традиции

В философско-политичсской литературе технократическая традиция имеет давнюю историю. С четко оформленной идеей общества, управляемого носителями знания, учеными, впервые мы, пожалуй, встречаемся у Платона. Великий философ в диалоге «Государство» отстаивает тезис о том, что управлять идеальным государством должно «сословие философов». В XVII веке идея использования научных знаний для управления обществом получила развитие в трудах Ф.Бэкона и Т.Кампанеллы. Однако это можно считать лишь слабым намеком на будущие технократические теории, появление которых стало возможным только на определенной стадии общественного прогресса.

Первую целостную концепцию о влиянии науки, производства и технических специалистов на социально-политические процессы разработал А.Сен-Симон. Приход к власти носителей научно-технического знания рассматривался выдающимся французским мыслителем как закономерный результат общественного развития. Для характеристики будущего общества А.Сен-Симон даже вводит термин «промышленно-научная система». Он утверждал: "… при современном состоянии знаний и цивилизации одни лишь промышленные и научные принципы могут служить основанием общественной организации". Следовательно, управление обществом должно строиться на сугубо рациональных, научных основах. В результате применения рациональных методов управления политика, по мнению А.Сен-Симона, «станет дополнением к науке о человеке». В трудах А.Сен-Симона имеют место две важнейшие составляющие всех более поздних технократических концепций: управление обществом на научных принципах и ведущая политическая роль научно-промышленных специалистов. Однако Сен-Симона правомерно называть предтечей технократизма, а не первым его идеологом.

Для того, чтобы говорить о технократии, прежде всего было необходимо возникновение достаточно многочисленного слоя научно-технических специалистов. А это произошло лишь во второй половине XIX века с завершением промышленной революции в передовых странах, когда началось массовое применение машин в производстве, а затем и в других сферах. Машинная техника радикально изменила повседневную жизнь человека, превратив все существование в действие некоего механизма. Технизация все шире распространялась в индустриальном обществе: от подчинения природы до подчинения всей жизни самого человека. В этой связи представляется чрезвычайно удачным термин «технокультура», примененный Ж.-П.Кантеном для характеристики содержания западноевропейской цивилизации.

В ауре технокультуры все и вся, что хочет быть влиятельным и эффективным, должно сорганизовываться по подобию машин, то сеть должно приобретать точный, обязательный, связанный с внешними правилами характер. Результатом стало формирование устойчивого набора массовых ценностных ориентаций.

Во-первых, это понимание природы как упорядоченной, закономерно устроенной системы, в которой человек разумный, познав ее законы, способен поставить внешний мир под свой контроль. Научная рациональность выступает в качестве важнейшей составляющей в комплексе ценностей технокультуры и задает парадигму деятельности в любой севере.

Во-вторых, идея преобразования мира и подчинения человеком природы, ставшая доминантой технокультуры: преобразующая деятельность рассматривается как главное предназначение человека.

В-третьих, постоянная н все возрастающая нацеленность на перемены, в основе которых лежит научно-технический прогресс. В-четвертых, воспроизводство всех отношений в обществе по аналогии с машинными технологиями, распространение технического мышления на все виды деятельности.

Т.Веблен -«отец технократизма»

Проникновение техники во все сферы жизнедеятельности, организация их по технической парадигме неизбежно ставят проблему взаимодействия технокультуры и власти. Вопрос состоит в том, насколько принципы и методология технокультуры распространяются на властные отношения в обществе. Овладение научно-техническими специалистами властными функциями началось, естественно, в промышленном производстве, которое все более попадало в зависимость от носителей специальных знаний. Научный анализ социально-политических последствий данного процесса первым проделал американский экономист Т.Веблен, признанный во всем мире «отцом технократизма» (справедливости ради следует отметить, что одновременно сходные идеи разрабатывал наш соотечественник А.А.Богданов).

В своем анализе Т.Веблен. будучи экономистом, исходил из логики развития капиталистических производственных отношений. Период монополистического капитализма он рассматривал как кульминацию противоречий между интересами общества и интересами крупных собственников, «капитанов финансов» н «капитанов индустрии». На этой стадии власть капиталистов становится неэффективной, а сами они превращаются в паразитический «праздный класс». Бизнесу противостоят работники крупного машинного производства, которое является центральным звеном экономической структуры общества. По мнению Т.Веблена, работники индустриального машинного производства становятся автоматически заинтересованы в его лучшем функционировании. Стремление в эффективности превращается для них в принцип поведения. Но в отличие от К.Маркса авангардную роль в противостоянии с капиталом Т.Веблен отводил не пролетариату, а техническим специалистам, инженерам.

Уникальная роль в индустриальном производстве. рост численности инженерно-технических работников, их природный ''инстинкт мастерства" делают эту социальную группу, по выражению Т.Веблена, «подлинным генеральным штабом индустриальной -системы». Отец «технократизма» постулировал необходимость поставить производство под полный контроль инженеров: «Материальное благосостояние общества в неограниченных масштабах определяется должной работой этой индустриальной системы и поэтому неограниченным контролем инженеров, которые единственно компетентны руководить». Но инженерно-технические специалисты не должны ограничиваться контролем над производством. Они обладают достаточными знаниями и умением для преобразования всего общества в целом. Для того, чтобы привести отставшие в своем развитии институциональные формы в соответствие с новейшими технологическими изменениями, им необходима только свобода действий.

Интересно, что переход власти к технократам виделся Т.Веблену, так сказать, революционным путем. В сценарии будущих действий рисовалась забастовка инженеров, которая должна завершиться установлением «нового порядка». Успех ее представлялся неизбежным, поскольку вызванный ею паралич индустриального общества заставит капиталистов отказаться от власти. Необходимо лишь создать самостоятельную организацию технических специалистов для координации усилий в общенациональном масштабе. Как только инженеры смогут объединиться и выработать план действий, они легко осуществят задуманное. Т. Веблен утверждал, что даже угрозы «всеобщей забастовки, организованной общенациональным штабом специалистов, будет достаточно, чтобы парализовать индустриальную систему».

После победы забастовки инженеров всю экономическую жизнь страны планировалось подчинить «совету технических специалистов», формирование которого должно происходить путем самоотбора из состава технократической элиты. Сформированный из ведущих специалистов промышленности, транспорта и сферы услуг совет будет действовать, по мнению Т. Веблена, опираясь на принципы «производственной эффективности, экономного использования ресурсов и справедливого распределения потребляемой продукции». Набрасывая самыми общими штрихами утопическую картину общества, которым будут руководить технократы, Т.Веблен практически полностью игнорировал роль политических институтов и их дальнейшую судьбу. Кроме того, в отличие от А.Сен-Симона он не придавал существенного значения роли ученых и оценивал их скорее как консервативную силу.

Таким образом, в момент своего зарождения теория технократии носила довольно радикальный характер. В конце 20-х годов последователи Т. Веблена в США попытались осуществить его идею создания организации технических советов для совершения «революции инженеров». Возникшие организации технократов наделали в первые годы довольно много шума, но никогда не пользовались значительным влиянием на политической арене Америки. Довольно скоро, однако, выяснилось, что Т. Веблен весьма переоценил степень солидарности инженерно-технических работников, их роль в обществе и возможность замены политических институтов производственно-техническими. К началу 40-х годов технократические организации выродились в экстремистское движение, вскоре исчезнувшее с политической сцены США.

От «бунта инженеров» к «революции менеджеров»

Невозможность реализации концепции «бунта инженеров» не означала упадка технократизма. Напротив, идеи о переходе власти к техническим специалистам все шире распространялись в западном обществе, хотя и не в столь радикальной форме, как у Т. Веблена. Основу новой формы технократизма составили теории Д. Бернхейма, П. Сорокина, И. Шумпетера об отделении в условиях зрелого индустриального общества функции управления от функции владения. В этот период речь идет уже о «революции менеджеров», в ходе которой власть переходит от собственников к технократам, но не непосредственно к инженерам, а к слою профессиональных управляющих — менеджеров. Наиболее типичным представителем технократических идей на данном этапе следует признать американского экономиста Д. Гэлбрейта.

Переход власти от одного класса к другому Д.Гэлбрейт связывал с изменением соотношения основных факторов производства, таких, как земля, капитал, труд, знания. Анализируя последствия НТР, Д.Гэлбрейт сделал вывод: «Опыт прошлого дает основания предполагать, что источник власти в промышленном предприятии переместится еще раз — на этот раз от капитала к организованным знаниям. И можно предполагать, что это найдет отражение в перераспределении власти в обществе».

Как отмечает Д. Гэлбрейт, решения, принимаемые на промышленном предприятии. в силу технологических особенностей современного производства являются продуктом деятельности не отдельных лиц. а групп людей. В каждую из них входят специалисты. располагающие информацией по определенной проблеме. Именно это взаимодействие специалистов делает возможным функционирование современного индустриального производства. Принятие решения требует информации, поэтому формальный глава организации или собственник неизбежно отдает часть реальной власти наиболее компетентным специалистам. В результате почти все вопросы решаются в глубинных звеньях производства, и львиная доля управленческих функций принадлежит инженерам, технологам, экономистам и прочим специалистам. Их информация предопределяет окончательное решение. В свою очередь лица, занимающие высокие официальные посты, осуществляют лишь ограниченную власть. Руководители определяют состав групп специалистов, могут переформировывать их в соответствии с меняющимися потребностями, но не могут заменить их знания в процессе принятия решений.

Анализируя указанные перемены, Д. Гэлбрейт пришел к выводу о том, что отныне не собственники и даже не администрация направляет деятельность предприятий и учреждений. Подлинным мозгом современного производства является совокупность специалистов, которую Д. Гэлбрейт назвал «техноструктурой»: «Это совокупность людей, обладающих разнообразными техническими знаниями, опытом и способностями, в которых нуждаются современная промышленная технология и планирование. Она охватывает многочисленный круг лиц — от руководителей современного промышленного предприятия почти до основной массы рабочей силы и включает в себя тех, кто обладает необходимыми способностями и знаниями».

Контроль «техноструктуры» над принятием решений в производственной сфере породил в свое время иллюзии о перенесении данной модели отношений в целом на общество, о политическом доминировании технократии. Практика, однако, показала, что техноструктура не заинтересована в различных общественных переворотах. Политическая роль представителей производственной технократии ограничена строгими рамками, поскольку они не отделяют себя от организации, определяющей их бытие. Первейшей же целью любой организации является самосохранение. Поэтому члены «техноструктуры» не могут вовлечь ее за собой в опасный водоворот политической жизни. Производственная технократия заинтересована в сохранении стабильной социально-экономической ситуации и обеспечении непрерывного роста объемов производства, так как это создает максимально благоприятные условия для ее существования. Решение данных задач невозможно без помощи государства, без благоприятных отношений с правящим режимом. В этой связи, по мнению Д.Гэлбрейта, техноструктура «будет избегать решительного перехода на платформу какой-либо политической партии» и «будет принимать политическую окраску той партии, которая в данный момент стоит у власти». История показала, что технократы действительно благополучно сотрудничали и с фашистскими тоталитарными режимами, и с авторитарными диктаторскими, и с либерально-демократическими.

Нежелание производственной технократии бороться за прямую политическую власть отнюдь не означает отсутствия у нее политических интересов. Просто реализация их достигается своеобразными методами. Как отмечает Д. Гэлбрейт, в любой сфере деятельности перед государством стоят такие задачи, с которыми техноструктура может солидаризироваться «или же, что можно считать правдоподобным, эти задачи отражают приспособление государства к нуждам техноструктуры». Выше уже отмечалось, что техноструктура заинтересована в первую очередь в непрерывном экономическом росте, но ведь в этом заинтересовано и любое правительство. Следовательно, найти совместимость интересов им не так уж и трудно. Формы влияния используются технократией примерно те же, что и на производстве. Ведь в развитом индустриальном обществе отношения столь усложнились, что не существует готовых политических решений, а существует процесс принятия решений, в котором занято много людей на протяжении достаточно длительного времени. Любая политическая или социальная акция нуждается ныне в технических знаниях, абсолютно необходимых для решения проблем, выходящих за пределы интуиции чистых политиков и требующих специфических знаний компетентных специалистов. А с тех пор, как государство стало вмешиваться во все сферы жизни, потребность в экспертах резко возросла. В результате эксперты-технократы, обладающие информацией, могут обеспечивать принятие выгодных им решений. Точнее даже будет сказать — решений, не противоречащих интересам технократии. Это ведет к постепенному сращиванию производственной технократии и государственной бюрократии.

Особо Д.Гэлбрейт выделяет роль «сословия педагогов и ученых», которое не отождествляется с техноструктурой. Оно еще не имеет такого влияния, как технократы-производственники, но его значение стремительно растет. Ученые и педагоги поставляют то, без чего не может существовать техноструктура и индустриальное общество в целом: кадры и информацию. Отмечая частичную близость интересов данного «сословия» и техноструктуры, Д.Гэлбрейт подчеркивает различие их общественно-политических позиций. Ученые в силу своего социального положения и специфики труда обладают большей независимостью и широтой мышления, а также гораздо меньше технократов-производственников связаны в своих действиях узами каких-либо структур. Поэтому в среде ученых преобладает склонность к оппозиционности.

Обрисованная выше ситуация относится к стадии зрелого индустриального общества, когда основную часть технократии составляют производственники: инженеры и менеджеры. На данном этапе технократы приобретают большую и в определенном понимании решающую власть в промышленности, а на государственном уровне ограничиваются влиянием на принятие решений по проблемам, затрагивающим их непосредственные интересы. Именно в этот период вошла в моду концепция «деидеологизации», а некоторые социологи были уверены, что традиционная политика доживает последние дни, вытесняемая управлением на основе рациональной технологии принятия решений. С другой стороны, в это время в общественном мнении появляется понимание возможных опасностей технократии, и поднимается волна критики примитивного техницизма. В частности, большая заслуга в этом принадлежит представителям франкфуртской школы социологии Г.Маркузе, Ю.Хабермасу, Х.Шельски. В их трудах показано, что индустриальное общество, осознавая себя исключительно через идеи и формы, имеющие сугубо научно-техническое содержание и правомерные лишь в этом контексте, тем не менее распространяет их буквально на все. Наука и техника стали превращаться в средство легитимации господства. Правящая элита пытается оправдать развитие общественной системы в своих интересах логикой научно-технического прогресса, заменить традиционную идеологию технократическим эрзацем.

Новая технократическая волна

Несмотря на острую критику, победоносное наступление технократии продолжалось. Неудивительно — ведь ее принципы отвечали логике технокультуры, символ веры которой — рационализм, эффективность, власть над природой. Однако довольно существенно изменяется понимание социальной сущности технократии. В условиях развернувшейся НТР техницизм дополняется сциентизмом. После некоторого падения популярности технократических идей, вызванного кризисом капиталистического индустриального общества на рубеже шести-десятых-семидесятых годов, на Западе начинается «новая технократическая волна». Среди ее представителей видное место занимает один из авторов концепции постиндустриального общества Д. Белл. Подобно Д. Гэлбрейту он говорит о технократии не как об утопическом варианте устройства общества, а как о реально существующем социальном явлении.

Выдвижение технократии выступает закономерным результатом перехода к постиндустриальному обществу. В этой связи первостепенное значение приобретают три из пяти основных характеристик данного общества, сформированные Д. Беллом: центральное место теоретического знания как источника нововведений и формулирования политики, доминирование в профессиональной структуре специалистов и «технического класса», принятие решений на основе новой «интеллектуальной технологии». Наука превратилась, по мнению Д. Белла, в главный стержень общественного прогресса, а кодифицированное теоретическое знание стало основой управления в любой сфере. Рациональное регулирование при помощи интеллектуальных технологий первоначально успешно применялось на уровне отдельных фирм, а с 60-х годов становится неотъемлемым элементом правительственной политики. Результатом указанных изменений становится «сдвиг власти» в пользу носителей специальных знаний.

Неизбежным следствием названных процессов Д. Белл считает перемены в правящей элите. Поскольку в постиндустриальном обществе техническая квалификация становится основой, а образование — средством достижения власти, на первый план выходит научно-техническая интеллигенция, и прежде всего ученые. Причем речь идет не только об управлении экономикой. Именно в политические процессы, по утверждению Д.Белла, научно-технические специалисты вовлечены как никогда ранее. Члены «новой технократической элиты» с их интеллектуальными технологиями (системный анализ, линейное программирование и т.п.) стали теперь «неотъемлемым элементом формулирования и анализа при принятии решений».

Казалось бы, позиция Д. Белла мало отличается от взглядов Д. Гэлбрсйта, кроме того, что последний приоритетной группой считал не ученых, а специалистов-производственников. Однако в отличие от прежних апологетов технократии Д. Белл дает скорее отрицательный ответ на вопрос о возможности превращения научно-технических специалистов в политически господствующий класс. Этому препятствуют по меньшей мере три фактора.

Во-первых, утверждает Д. Белл, наряду со знаниями и образованием важнейшими источниками власти, по крайней мере в настоящее время, продолжают оставаться собственность и политическая деятельность. Следовательно, бюрократия и собственники сохраняют свои позиции в правящей элите.

Во-вторых, научно-технические специалисты не являются монолитно сплоченной группой с едиными интересами. И в реальных политических ситуациях, по мнению Д.Белла, «ученые могут разделяться идеологически, и различные группы ученых будут действовать совместно с различными группами других элит».

Самое же главное препятствие на пути господства технократов — это специфика политической сферы. «Политика в том виде, как мы ее понимаем, — пишет Д. Белл, — всегда имеет приоритет перед рациональным и зачастую нарушает рациональность». Научно-технические знания могут выступать в качестве необходимого компонента политических решений, но идея рационального решения, устраивающего всех, является утопией. Реализовать ее на практике не представляется возможным. Политика — это всегда столкновение интересов различных групп людей, а управление ими — результат компромисса, волевого иррационального решения. Поэтому, как замечает Д. Белл: «Технократ у власти — это просто одна из разновидностей политика, как бы он ни использовал свои технические знания...»

Признавая, что в жизни общества будущего, в том числе и политической области, специалисты будут играть преобладающую роль, Д.Белл не отождествляет эту роль с политическим господством. «Элита знания» может ставить проблемы, инициировать новые вопросы и предлагать технические решения для возможных ответов, но очень часто не обладает властью сказать «да» или «нет». В этой связи технократию можно рассматривать как влияние на власть, соучастие в ней совместно с другими элитами, но не как политическое господство ученых и инженеров. Если А. Сен-Симон мечтал о том времени, когда «правительства не будут больше управлять людьми», то Д. Белл не допускает возможности полной замены политики наукой. Он делает однозначный вывод: «Вопреки мечтам ранних технократов, таких как Сен-Симон, который надеялся. что ученые будут править, стало ясно, что политические отношения занимают важнейшее место в обществе и что отношение знания к власти обычно подчиненное».

Технократическая идеология за последние десятилетия получила распространение практически во всех странах индустриализованного мира. Но в настоящее время она сильно отличается от так называемого классического технократизма, выразителем которого был Т. Веблен. Эволюция технократических идей происходила, во-первых, от надежды на полную замену политики рациональным научным управлением к стремлению максимально деидеологизировать политику и обеспечить всестороннюю научно-техническую экспертизу управленческих решений, а во-вторых, от иллюзий об обществе, в котором у власти находятся исключительно инженеры и ученые, к признанию технократов одной из властвующих элит современного общества.

На стадии зрелого индустриального общества технократия начинает оказывать существенное влияние на политическую власть. Усиление интенсивности данного влияния связано с распространением в обществе технокультуры, рационализирующей и механизирующей все сферы жизнедеятельности. Политическая роль технократии базируется на ее научной компетенции, обладании специализированной информацией и методикой принятия эффективных решений. В этой связи выполнение властных функций технократией имеет как бы два уровня. С одной стороны, научно-технические специалисты на стадии подготовки управленческих решений, выступая в качестве экспертов по отдельным проблемам, обладают возможностью повлиять на конечный результат. С другой стороны, специалисты с техническим образованием стали все чаще занимать руководящие посты, причем не только в промышленной и научной сферах. Образовалась технократическая элита, для которой выполнение непосредственно управленческих функций стало основным содержанием профессиональной деятельности. Большинство современных зарубежных исследователей сходятся на том, что приоритетное значение в настоящее время имеет первый способ воздействия.

Формирование технократии как социального слоя и превращение ее в органический элемент властвующей элиты представляют закономерный результат развития западной техногенной цивилизации. Что же касается современной России, то говорить о значительном политическом влиянии технократии вряд ли правомерно. В советский период специфический вариант технократической элиты представлял директорский корпус совместно с министерской бюрократией, но в настоящее время директора предприятий относятся скорее к категории собственников. Таким образом, старая советская технократия трансформировала свой прежний социальный статус, а новая технократия, соответствующая стандартам западного общества, еще не сформировалась в политическую силу. Поэтому говорить о правительстве технократов в современной России представляется преждевременным.

История технократической партии Санкт-Петербурга.

У нас в России так же имеется технократическая партия. Она получила свое развитие в городе на Неве. рассмотрим подробнее историю ее создания и идеологию. Далее идет статья об истории «История технократической партии Санкт-Петербурга.» Она написана ее лидером Морозовым Юрием Анатольевичем.

Мы, технократы. И это наша суть. Это не профессия, не стиль жизни, не значок на лацкане мундира или отвороте одежды, не штамп в трудовой книжке, не клеймо на роду. Это мировоззрение, это стереотип поведения, это состояние души.

Мы технократы, потому что родились и воспитались такими в нашем родном обществе, потому что такова история нашего народа, нашей цивилизации, нашего человечества, нашей вселенной.

Осознание этого поразительного факта и было началом политической жизни “Технократической партии” как политической организации. И весьма символично что этот общемировой процесс начался именно в России, в Санкт-Петербурге, самом технократичном городе России и пожалуй всего мира, мистическом городе построенном, как концентрированное выражение стремления к прогрессу и развитию целого народа, целой нации.

“Технократическая Партия” родилась 2 февраля 1997 года, в здании стадиона ЛОМО на Чугунной улице ( мы дети чугунных богов), на родном стадионе “Зенита”. Мы родились подобно первому в мире ядерному реактору под трибунами стадиона.

Официальное образование Санкт-Петербургской организации “Технократической Партии” официально состоялось 1 июня 1997 года.

Четыре учредителя Морозов, Пушилов, Андреев и Уваров учредили первую официальную организацию “Технократической Партии”

Рождение и становление нашей партии насквозь пропитано патетической символикой, придающей высокий, героический, даже религиозный настрой всему нашему движению.

Совпадения, граничащие с пророчествами, устилают наш путь.

Даже в мелочах, в деталях, сама судьба и провидение благотворит к нам.

В декабре 1997 года, в день когда Вождь партии — Морозов — относил документы партии на регистрацию, в управление Юстиции Санкт-Петербурга (находящемуся кстати на территории Петровского Адмиралтейства ), в Доме Книге на Невском проспекте, он покупает журнал “Власть-Коммерсант”, где опубликована статья мистическая и символическая, статья предсказание: Статья Кваши “Технократия на грани фантастики”

И как бы замыкая круг “мечта — работа — итог”, после государственной регистрации 10 января 1999 года, в новом здании Национальной публичной библиотеки на Московском проспекте, напротив Парка Победы, вождь читает строго научную статью из ежемесячника “Власть”:

Символика достойная легенды и героического эпоса, достойная русской былины и сказки.

Как бы сама земля Русская помогает нам поднося помощников и помощь на нашем пути.

Само проведение стелит нам дорогу.

Наша история делается сейчас, в это самое время. И ВЫ все, каждый из ВАС может принять в этом удивительном и захватывающем процессе непосредственное участие.

Мы делаем новую историю на виду у всего мира.

Помни, ТЫ сам делаешь историю нашего мира. Своим действием или бездействием!

Наша история делается сейчас, в это самое время. И ВЫ все, каждый из ВАС может принять в этом удивительном и захватывающем процессе непосредственное участие. Мы делаем новую историю на виду у всего мира. Помни, ТЫ сам делаешь историю нашего мира. Своим действием или бездействием!

МОРОЗОВ ЮРИЙ АНАТОЛЬЕВИЧ

Идеология Технократизма.

Технократы считают очевидным следующее.

Человечество в процессе накопления знаний и информации, создало на планете Земля — искусственную среду существования устойчивых явлений природы — техногенных процессов. Эту среду технократы называют — техносферой.

Современная идеология технократического мышления опирается на научный подход в изучении процессов сопровождающих накопление информации и развития техносферы.

Под технократическим мировоззрением до современного момента, в западном обществе понималось обычно два подхода к анализу действительности:

Первый, наиболее старый, связан с периодом в развитии промышленной революции — эпохой пара и механики — когда все процессы в живой и неживой материи пытались объяснить действием сложного сочетания основных физических и химических законов. При этом общественная жизнь объяснялась и приводилась в соответствие с механистическими закономерностями. Технократ — представлял собой своеобразного инженера человеческих душ и общественного сознания — для данного типа технократа был характерен, массово-уравнительный подход к оценке общественных процессов. Целю технократического мировоззрения была всеохватная индустриализация и внедрение достижений прогресса как панацея от всех социальных конфликтов, и метод построения идеального общества всеобщего благоденствия. Этот период можно назвать идеалистическим ( мечтательным ).Индустриализация принесла невиданные плоды материального могущества и силы, общественные группы получили мощные рычаги претворения в жизнь стратегических государственных и мировоззренческих планов — что в результате привело к глобальным войнам и мировому вооружённому противостоянию. Это идея единообразного могущества силы. Идея покорения сил природы.

Второй, более современных, связан с периодом в развитии промышленной революции — эпохой электричества и массмедиа. Технократ — на этом этапе представлял собой вершителя судеб государств и мира — являясь открывателем сил апокалиптического масштаба ( ядерной энергии, ракетных технологий, все проникающего радио общения ). Целью технократического мировоззрения было установление нового мирового порядка, основанного на изобилии массового продукта международном, разделении труда, открытом информационном и торговом пространстве. Итогом этого этапа развития промышленной революции стало появление психологического надлома в общественном сознании ( сверх перенапряжение — рост стрессов, наркомании, преступности и терроризма ), технологического надлома в индустриальном пространстве производства — неравномерность, форсированность, возрастание сверх катастрофичности ( последствия промышленных катастроф увеличиваются до опасных размеров ) и экологического надлома ( исчерпываются резервы само восстанавливаемости биосферы планеты ). Это идея могущества единообразия. Идея полного использования во всём могуществе сил природы.

Новое понимание технократизма ( Петербургская школа ) связано с новым этапом промышленной революции — революции в средствах обработки, хранения и передачи информации.

Технократ — на наступающем этапе промышленной революции стремиться быть строителем гармонии во всех сферах, используя информационное могущество современных технологий. Целью технократического мировоззрения становиться создание и поддержание гармоничного баланса сил и результатов деятельности человеческого общества, и распространение могущества техногенной цивилизации за пределы планеты Земля.

Это ИДЕЯ — ТЕХНОКРАТИЧЕСКОЙ ИМПЕРИИ. " PAX TEXNOKRATUS " — единства в разнообразии. Иерархии силы основанной на интеллектуальном и информационном могуществе. Это идея — контроля над могуществом сил природы во имя устойчивого существования мироздания во всём его многообразии.

Это идея Галактической Империи — основанной на единстве мира материи, биосферы, техносферы и ноосферы ( сферы разума ) и распространение этого гармоничного сочетания на доступное пространство мироздания.

Технократический суперпроект

Тезисы.

1.У России нет собственного обособленного пути. Все достижения в достижении национальной независимости, и государственного величия, Россия обретала тогда, когда шла по столбовой дороге мировой общечеловеческой цивилизации, показывая пример остальным народам. Когда поражала мир грандиозными суперпроектами, добиваясь авторитета скорее духовного чем силового. И наоборот все застойные и кризисные явления возникали тогда когда властная элита замыкалась в себе, в своём самодовольстве.

Когда я слышу слова об «особом пути Руси» мне слышатся в этих звуках блеяние козла-провокатора ведущего животных на бойню. Мне слышится шёпот наводчика банды нашептывающего вознице совет съехать с проторенной дороги в лесок, на не торенную дорожку. Мне слышится шипение удава проглотившего добычу и мечтающего отлежаться в укромном уголке. Шипение той части (большей) национальной элиты которая сдрейфила, дала слабину и прогнулась, перед соперником и дружно, скопом и единогласно сдав страну, в надежде, что «барин облагодетельствует», а когда получили кукиш без масла, начала вопить что её обманули и требовать все переиграть.

Как бы не была велика Россия, она не остров в океане — Россия неотрывная и природная часть МИРА ЛЮДЕЙ. Оторвать Россию от МИРА значит обречь Русь на судьбу могикан. А я не желаю и не буду становиться последнем из могикан, и не дам провокатором сделать ЭТО.

Народ не бессмертен. Русь — Мать земля кормилица вручена нам нашими предками именно потому что они были СИЛЬНЕЙШИМИ, они справились лучше других народов доказав своё право владеть родиной. Если мы не сможем ответить на вызов истории и доказать свою состоятельность, своё право быть сильнейшими, то нас сомнут и уничтожат более сильные народы. Россия не Европа, здесь слабейший просто гибнет.

2. Кризис в котором пребывает Россия — это часть общемирового кризиса, охватившего весь мир людей, только в России как в фокусе он сконцентрировался во всей своей полноте. Этот общемировой кризис — кризис роста.

3. Прошедшего не вернуть. То что было утеряно безвозвратно. Но мы можем идти вперед, выбиваясь из последних сил, теряя и оставляя. Подобно остатком Хуну бегущих из Китая, чтобы выжить и превратиться в потрясателей вселенной — Гуннов. Вперёд, вперёд и только вперёд. В малодушии и отчаянии — смерть.

4. Перед человечеством открываются захватывающие, поистине космические перспективы, человечество действительно выросло из своей колыбели — планеты Земля, и этот подросток грозит рассыпать тесную для него лоханку. Пришло время нам всем взрослеть и становиться действительно ответственным — разумным племенем ХОМО САПИЕНС. Всему человечеству срочно нужно пройти инструктаж и переподготовку для новой, космической роли. Человечество выросло и теперь за ошибки придётся платить очень жестоко. Но в то же время если мы не сдрейфим, если мы сможем ответить на вызов истории, то как зрелым и ответственным людям достаётся достаток, так человечество получит «горы хлеба и бездну могущества».

5.Проблемма человечества номер один — неумение справиться с управлением теми грандиозными силами что вызвал к жизни прогресс начавшийся в Европе пятьсот лет назад, феноменальный прогресс цивилизации давший нам все блага современной цивилизации. Эта проблема в управлении производственным и государственным механизмом. Мы, развитые страны европейской цивилизации, постепенно машинизировали стороны нашей жизни начиная от самых простых и поднимаясь постепенно всё выше по шкале сложности. Мы заменили ноги тягловых животных, на колёса механического транспорта. Руки ткача, на бесперебойность машины.… Кропотливость счетовода на молниеносность компьютера.

Настала очередь заменить всевластие бюрократа и управленца — на исполнительную безошибочность механического менеджера, оставив за собой — за людьми величие и власть царей природы. Во всём развитом мире передовые мыслители осознали, хронический анахронизм бюрократии как государственного и промышленного института управления современным промышленно развитым государством ( право глупо доверять управление технологическими процессами на ядерной электростанции исключительно людям, на том основании что это очень ответственная должность — к чему это приводит указывает опыт Чернобыля ).

Если мы люди не перейдём на более высокую ступень развития, куда нас выталкивает неумолимость прогресса, то нас всех (или более ленивую разумом и жадную часть человечества). Шустрые киборги и искусственный интеллект выкинут нас на обочину цивилизации. Свято место пусто не бывает.

Мы — люди должны идти впереди прогресса и тогда мы люди останемся хозяевами положения.

Отдав машине машинное и оставив человеку человечное, мы как синтетическая цивилизация в сто, тысячу и миллионы раз увеличим свой совокупный потенциал, высвободив грандиозные массивы творческой созидательной силы людей, фантазию, искусство, изобретательность, вдохновение…. Мы сможем начать освоение грандиозных просторов космоса и воистину сделаем человечество бессмертным и космически великим.

Это и есть столбовой путь ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, а Россия имеет шанс первой ринуться по этому пути увлекая за собой и Америку и Европу и Китай и остальное население нашей планеты. Но это в том случае если МЫ не сдрейфим перед трудностями и найдём в себе силы сделать единственно правильное решение — отказаться от роли начальников и руководителей и стать властителями, отказаться от министерского портфеля в пользу скипетра и державы.

России уже нечего терять, а приобрести мы сможем вселенную.

Управление и общество

Империи синтезируются инноваторами, а разлагаются бюрократами.

За пять тысяч лет имперского строительства на планете Земля рождалось, развивалось и разрушалось сотни малых и больших империй.

Рождение империй питается энергией преодоления перепада уровней жизни между бедными и голодными элитами нарождающихся этносов и средним уровнем жизни окружающих их благополучных этносов. Эту энергию рождает жажда приобщения к цивилизации в душах варваров. Эту энергию я называю энергией социального синтеза.

Разложение империй питается той же энергией но уже с противоположным знаком. Эту энергию рождает жажда раздела добытых благ и наслаждения ими, сейчас немедленно, чтобы не досталось другим, в сердцах вождей и их столоначальников. Эту энергию я называю энергией социального разложения.

Империя создаётся элитой и элитой же и разрушается. Элита погибает вместе с империей и империя погибает вместе с элитой.

Советская империя создавалась партийной элитой — номенклатурой сталинской бюрократии. Элита смогла победить, но не смогла обеспечить передачу наследственных черт — а это значит, что политически она оказалась бесплодна. Элита достигла совершенства в процессе осуществления централизованного бюрократического управления, но оказалась неспособной ответить на вызов поставленной научно-технической революцией в индустрии управления ( индустрии менеджмента ).

Советскую империю развалила её элита — номенклатура. Убийство империи -преступление, и если вы хотите узнать, кто это сделал, смотрите, кому это было выгодно. Чиновничество в России умножилось и обогатилось — единственное из всех сословий ( даже приобрело новое название — «новые русские»)- это и есть обвинение и приговор.

Но разделив империю и изменив фасад и название государственного здания, элита не решила главный вопрос — вопрос «о власти» — вопрос об управлении. Элита так и не решила вопрос об создании эффективной системы управления и не нашла решения кадрового вопроса.

Элита развалила советскую империю, но питаясь энергией распада и благоденствуя в этот час, элита подсознательно чувствует временность своего успеха, эфемерность благополучия которого опирается на инерцию психологии населения империи, основная масса которого, ещё не осознала катастрофы и пытается жить, опираясь на сложившийся стереотип поведения гражданина советской империи. Но скоро он рухнет и начнётся РУССКИЙ БУНТ. А это значит коллапс цивилизации на территории России и, по большому счёту на территории бывшей советской империи ( а это не только территория СССР, но и территории бывших советских сателлитов и территории влияния, и территории потенциальных участников распада империи — Западная Европа, Ближний Восток, Япония ).

Русский Бунт — это фашизм в квадрате, нет в кубе. Это начало Апокалипсиса всей современной цивилизации.

Как только до подсознания народа дойдёт, что в Москве нет державного правительства — что король-то ГОЛЫЙ, народ начнёт Русский Бунт и будет искать ВОЖАКОВ — коих найдётся много и они будут рвать друг друга, страну и весь мир в клочья, для этого много людей не надо: Римская империя в 100 миллионов населения была разрушена варварами общей численностью не более 5 миллионов.

Нужна новая элита. И такая элита в России есть — это ТЕХНОКРАТИЯ — элита технократов от ВПК, промышленности, вооружённых сил — она есть, она огромна и радикально настроена: она и есть тот пороховой заряд, который взорвавшись, может остановить лавину нарождающегося Русского Бунта .

Нужна новая столица — и эта столица есть — вместо одной Москвы — семь столиц, соединённых в единое целое супермощными информационными магистралями, сокращающими в нуль тысячи километров расстояний — Санкт-Петербург, Екатеринбург, Ростов-на-Дону, Красноярск (или Новосибирск), Владивосток, Нижний Новгород, Самара.

Это старый но верный путь, Российских строителей державы, от Рюрика до Петра и Ленина, начинать новую эпоху со смены столицы, с переезда на новое место, оставляя позади себя весь смрад и гниль обречённого и разлагающегося старого государственного механизма. К этому пути развития привык народ, приспособился и собственно в таких условиях и выковывал свой народный, национальный характер.

Власть в государстве — это власть элиты, это возможность осуществлять функции адекватного данной обстановке управления государственным механизмом.

В современном мире вопрос о власти — это вопрос об управлении. Властвует тот кто может наиболее эффективно управлять.

Наличие рычагов власти в руках элиты не означают саму власть. Мало иметь в руках руль, нужно уметь управлять машиной, и чем выше скорость движения механизма власти, тем опаснее находиться за рулём, не обладая достаточными профессиональными и физическими возможностями осуществлять управление. Образно говоря, если произойдёт катастрофа, первого кого будут БИТЬ, будет водитель и его помощники.

Каждый день и каждый час элита должна доказывать своё право элитного положения, иначе элита немедленно и беспощадно маргинализуется, превращаясь в трутней общества, обречённых на заклание. Образно говоря, если раньше достаточно было показать меч, чтобы все крестьяне повиновались самураю, то теперь этим мечём нужно прекрасно владеть, чтобы отбиться от орды вооружённых до зубов разбойников. Лучше быть, чем казаться.

Технократическая партия — партия технократов — рождёна в петровском сердце России.

Технократическая партия создана для консолидации технократической элиты, молодой, зубастой, голодной и отчаянной — именно такие элиты и созидают империи.

Технократия кардинально решает как вопрос о власти, так и вопрос о кадрах.

Решает чётко и однозначно — управление должно быть поставлено на индустриальную основу ( опыт Американского менеджмента ) и автоматизировано, опираясь на системы «искусственного интеллекта» и системы глобального сбора, передачи и хранения информации ( оригинальный опыт России ) — это ИНТЕРНЕТ по русски — гигантский парламент в сто миллионов депутатов.

Кадры должны подбираться исключительно по профессиональным способностям и квалификации. Все успехи и неудачи специалиста фиксироваться и предоставляться для анализа профессиональной компетентности и пригодности.

Продвижение по иерархической кадровой структуре производиться по эффективности получаемых результатов, добиваясь приближения к максимальному соответствию специалиста, занимаемой должности и выполняемой работе.

Мощная ротация и передвижение кадрового состава — основа наличия кадровой преемственности.

Образованная в феврале 1997 года, Технократическая Партия, начала медленно но неуклонно увеличивать темп своего развития, создавая свою, оригинальную, идеологию и мировоззрение, формируя высший партийный состав, элиту партии из молодых и талантливых специалистов и инициативных личностей, обладающих всеми качествами нарождающейся элиты.

Медленно, подобно камушку скатывающемуся с вершины горы, партия затягивает в своё движение, всех встреченных ею по дороге, от компьютерного мастера и молодого программиста-виртуоза, до тинэйджера — хакера и кибер-панка, от пенсионера ком-ортодокса до монархиста-патриота и суетливо ищущего новую опору молодого функционера госаппарата, от националиста до космополита и далее, далее, далее. Медленно но неизбежно, затягивая всех в процесс синтеза нового мира.

Внутри народной гущи, в самом сердце Санкт-Петербурга, питаясь Петровским духом, под камертон имперской архитектуры, выковывается сила, силища способная ворочать мирами. Обладая поистине галактическим масштабом мысли, партия уже сейчас приобретает характер общемирового, общечеловеческого движения, ей тесно, душно в общероссийских, общесоюзных, обще евразийских пределах, да что там говорить, тесно и в колыбели человечества планете Земля.

А многие совершенно напрасно плачутся, что Россия умирает. Нет! не пропадает, матушка-Русь, она затаилась чтобы собраться в тугой клубок мускулов перед своим очередным космического масштаба рывком.

Этика технократии.

Тезисы.

Этические нормы технократии определяются природой и логикой постиндустриального общества, в варианте непрерывности продолжения прогресса, необходимостью соблюдать определённые правила поведения в техногенной структуре постиндустриального общества, необходимостью осознания человечеством факта потери лидирующего положения в техноструктуре.

Эта работа — попытка очертить этические принципы постиндустриального общества.

Основные этические принципы можно определить так:

Не греши. Соблюдай табу. Разумей. Бди. Живи и благоденствуй.

-Общество должно быть построено функционально. У здания общественной организации должен быть чёткий план строительства, жизни и реконструкции.

-Человеческое общество живущее в техногенном обществе должно разумно осознавать, что живёт благополучно за счёт благополучного функционирования в первую очередь ноосферы, техносферы, затем биосферы.

(Уважай отца своего и мать, почитай землю свою)

-Человеческое общество живущее в техногенном обществе должно обязывать каждого своего члена, соблюдать технологическую дисциплину поддержания техногенных процессов обращения энергии и материи (круговорота) в обществе — соблюдать техногенную экологию.

(не укради; ни убий; око за око, зуб за зуб)

-Человеческое общество живущее в техногенном обществе должно разумно осознавать, что непрерывно подвергается опасности быть уничтожаемым теми могущественными силами, что обеспечивают кругооборот техносферы, общество обязано бдительно следить за появлением разрушительных процессов и само разрушительных процессов внутри общества и беспощадно блокировать эти процессы.

( бди, самоубийство — великий грех)

-Человеческое общество живущее в техногенном обществе должно разумно осознавать, что необходимо признать законность существования разумных существ с искусственно созданными носителями разума (киборгов, киберов, виртуальных интеллектов, сигомов, андроидов, геноидов), и строить свои отношения с этими расами разумных существ на основах сбалансированного взаимного существования.

(все мы твари Божие, возлюби ближнего своего, как самого себя)

-В техноструктуре постиндустриального общества на всех ступенях управления должны работать специалисты, соответствующей квалификации.

(принцип элит, не возжелай власти — каждому своё)

-На ответственных управленческих узлах, должны находиться оптимально лучшие специалисты, из реально возможных.

(принцип элит, пусть победит сильнейший — (спортивная этика Британии))

-В техноструктуре постиндустриального общества на всех ступенях производства должны применяться специализированные технологические процессы.

(принцип элит, каждому овощу своя грядка)

-На ответственных (определяющих) ступенях техногенного производства должны применяться оптимально лучшие технологии, из реально возможных.

( принцип элит, стремись к красоте и совершенству — эстетическое чувство)

-Технологический круговорот в техносфере должен быть энергетически сбалансирован и максимально возможно приближен к оптимально минимальным энергетическим потерям (системное энергосбережение, рациональное обращение энергии).

(стремись к гармонии, не чревоугодничай, не прелюбодействуй)

-Техносфера не должна замыкаться сама в себе, должен быть обеспечена непрерывная экспансия освоения мирового космического пространства — галактическая экспансия.

(Плодитесь и размножайтесь)

-Техносфера не должна отвергать новизну, необходимо давать разумный шанс новому.

(мир в жизнь входящему)

Комментарии.

Этические принципы — основа мировоззрения разумного существа.

На этой основе формируются мировые религии и закладываются основы цивилизаций.

Данные тезисы раскрывают этические основы, технократического мировоззрения, и возможно ( и мы технократы надеемся, что это нам удастся сделать) станут основой новой мировой религии, галактического масштаба, объединяющие различные формы разумных существ.

Появление данных этических норм закладывалось во время длительного процесса гуманистического, либерального прогресса, европейской цивилизации на протяжении пятисотлетнего периода начиная с эпохи Ренессанса (эпохи Возрождения).

История:

— этические принципы протестантизма — стали основой передового развития Нидерландов в 16 и 17 веке, социальная, экономическая, научная и промышленная революция, эпоха географических открытий.

— этические принципы англиканской церкви и имперского мышления стали основой передового развития Великобритании в 17 и 18 веке, социальная, экономическая, научная и промышленная революция, эпоха географических открытий.

— этические принципы либерального государства США, стали основой передового развития США в конце 18 и начале 19 веке .

— этические принципы построения корпоративного государства после Великой депрессии в США (а также в Японии и Германии), стали основой супериндустриального бума в США (Японии, Германии и Южной Корее).

Построение постиндустриального(технотронного, информационного) общества, требует нового развития этических основ мировоззрения соответствующих новым стереотипам поведения диктуемых новыми технологиями общественной жизни.

Развитие предшествующих обществ, исчерпавших возможности развития, дает материал для формирования проекта нового общества использующего достижения предшественников и реализующего новые неиспользуемые возможности. Этот проект и выражается в постулатах новой этики, нового мировоззрения.

Этические нормы технократии определяют основные закономерности построения технократической цивилизации.

еще рефераты
Еще работы по политологии