Реферат: Роль и место музыкальной субкультуры в музыкально-эстетическом развитии подростка

Министерство образования Российской Федерации

Самарский государственный педагогический университет

Кафедра педагогики и психологии

Курсовая работа по педагогике

«Роль и место музыкальной субкультуры в музыкально-эстетическом развитии подростка»

Выполнил:

Студентка 31 «б» группы

Глушенкова Е. А.

Проверил:

Доцент

Абросимова Т. Н.

Самара

2008

План

Введение

1. Теоретические основы проблемы процесса музыкально-эстетического развития подростков.

2. Психофизиологические особенности и особенности субкультуры подростков.

3. Современные педагоги о роли субкультуры в развитии подростка.

Заключение.

Список литературы.

Введение

Каждое поколение имеет право в награду за свои труды и полезную деятельность шить себе брюки по своему вкусу и сидеть на стульях, которые ему нравятся. И вешать на стены то, что хочется, а не то, что противно.

Н. Акимов «Не только о театре»

Музыкальная субкультура является одной из важнейших частей подростковой субкультуры. Подросток принадлежит к какой-либо малой группе, которую он считает для себя значимой. Такой группой для подростка чаще всего и становится какая-либо музыкальная субкультура, поскольку именно в ней ему приходится общаться больше всего. И нередко случается так, что ему приходится долго добиваться принятия в определенную группу, доказывать свое право на состояние в ней, принимать установленные правила и порядки. Так же в подростковых увлечениях проявляется и реализуется чрезвычайно важное для формирующейся личности чувство принадлежности: чтобы быть вполне «своим», нужно и выглядеть «как все», и разделять общие увлечения. Кроме того, мода — средство самовыражения: юношеский стиль претендует на уникальность и экспериментальность, всячески подчеркивая свое отличие от «взрослого»; стоит только старшим принять его, как этот стиль сразу утрачивает свой динамизм.[1] Несомненно, не только музыкальная субкультура имеет все вышеперечисленные характеристики, но именно она привлекает наше внимание своей смелостью и эпатажностью, своей яркостью и разнообразием. Именно поэтому актуальность темы исследования заключается в том, что наше внимание привлекает проблема музыкально-эстетического развития подростка. Особенный интерес вызывает проблема влияния музыкальной субкультуры на и развитие личности подростка.

Задачи:

— раскрыть сущность понятий процесса музыкально-эстетического развития подростков;

— охарактеризовать психофизиологические особенности и особенности субкультуры подростков;

— раскрыть основные идеи современных педагогов о роли субкультуры в развитии подростка.

Объект исследования: процесс музыкально- эстетического развития подростка.

Предмет исследования: роль и место субкультуры в развитии подростка.

Цель исследования: теоретически изучить проблему музыкально-эстетического развития подростка, определить роль и место музыкальной субкультуры в музыкально-эстетическом развитии подростка.

§1. Теоретические основы проблемы процесса музыкально-эстетического развития подростков

Для того чтобы определить как в широком смысле понимается термин «музыкальная субкультура» и какое значение она имеет в музыкально-эстетическом развитии подростка, необходимо для начала понять что такое культура и как из этого определения сформировался новый термин или явление- субкультура.

Определение «культуры» неоднозначно. Например, под словом «культура, культурный» можно подразумевать совершенно разные вещи — их понимание во многом зависит от уровня образования и интеллектуальных запросов рассуждающих, а так же от целей и задач разговора.

Культура — это совокупность производственных, общественных и духовных достижений людей. Так же культура- это высокий уровень чего-либо, высокое развитие, умение. Например, голоса у певцов, физическая культура.[2]

Культура (лат. cultura) – первоначально обработка и уход за землёй (лат. agricultura), с тем чтобы сделать её пригодной для удовлетворения человеческих потребностей, чтобы она могла служить человеку (отсюда – «культура техники земледелия»). В переносном смысле культура – уход, улучшение, облагораживание телесно- душевных и духовных склонностей и способностей человека; соответственно существует культура тела, культура души и духовная культура. В широком смысле культура есть совокупность проявлений жизни, достижений и творчества народа или группы народов. Уровень и состояние культуры можно понять, только исходя из развития истории культуры; в этом смысле говорят о примитивной и высокой культуре; вырождение культуры создает и бескультурье, и «рафинированную культуру». Если говорить о различии между культурой и цивилизацией, можно сказать, что оно состоит в том, что культура — это выражение и результат самоопределения воли народа или индивида («культурный человек»), в то время как цивилизация- совокупность достижений техники и связанного с ними комфорта.[3]

В зависимости от тех или иных установок даются самые различные определения культуры. Для одних культура – накопленный опыт человечества, для других – произведенные материальные и духовные ценности, для третьих – система знаков, для четвертых – система регулятивов человеческой деятельности, для пятых – информация и т.д. А. Швейцер пишет, что “в наиболее общих чертах культура это прогресс, материальный и духовный прогресс, как индивидов, как и всевозможных сообществ”. Сущность культуры, по его мнению, двояка, она слагается из господства разума над силами природы и из господства разума над человеческими убеждениями и помыслами. Д.Белл под культурой понимает “царство экспрессивного символизма и выразительности”. “Культура – это то, что отличает человека от животных” — заявляет Л.Г.Ионин. – Культура – это характеристика человеческого общества”.[4]

Как отмечал Ж — П. Сартр, «культура никого и ничего не спасает и не оправдывает. Но она дело рук человека, в ней он ищет свое отражение, в ней он узнает себя, только в этом критическом зеркале он может увидеть свое лицо ».[5]

Абраам Моль в своем рассмотрении культуры подразделяет ее на культуру индивидуальную и культуру социальную. А сам термин «культура», по Молю, охватывает именно «совокупность интеллектуальных элементов, имеющихся у данного человека или у группы людей и обладающих некоторой стабильностью, связанной с тем, что можно назвать «памятью мира» или общества». Индивидуальная культура — это «экран знаний», сформированный в сознании человека; на этот экран проецируются получаемые из внешнего мира новые стимулы-сообщения, и на этой основе строятся восприятия, то есть формы, способные получить дальнейшее выражение в словах и знаках. Вполне понятно, что на личном уровне эти «экраны» различны по обширности (эрудиция), по глубине, «плотности» и оригинальности. Но, так или иначе, они обусловлены общим состоянием «коллективной культуры» (Моль называет эту культуру в целом «социокультурной таблицей»). Именно эта имеющаяся в обществе «социокультурная таблица» и «дает пищу для интеллектуальной жизни большинства людей на Западе».[6]

Ушедшее тысячелетие оставило нам не только тяжелые последствия войн, революций и технического прогресса. Оно принесло с собой принципиально новые способы существования культуры. В его последнее, двадцатое столетие появилось новое словечко, совсем неслучайное, так как ему соответствовало нечто до сих пор неслыханное, то, что было уже и до двадцатого столетия, но к чему теперь подобралось имя, а потому и обрисовалась его суть. Это слово (или явление)- субкультура.

В широком смысле под субкультурой понимается частичная культурная подсистема «официальной» культуры, определяющая стиль жизни, ценностную иерархию и менталитет ее носителей. То есть субкультура — это подкультура или культура в культуре. Под субкультурой часто понимается культура какой-либо социальной или демографической группы. Выделяются также субкультуры основных этапов жизненного цикла: детская, молодежная, культура пожилых.[7]

Само понятие «субкультура» сформировалось в результате осознания неоднородности культурного пространства, ставшей особенно очевидной в урбанизированном обществе. Прежде под «культурой» понималась господствующая этическая, эстетическая, мировоззренческая система — профессиональная, поддерживаемая элитами и исходящая от элит. Все, что за ее пределами, — область профанного, бытового, — лишалось статуса «культуры». Хотя появление термина «субкультура» в научной литературе относят к 30-м гг. ХХ в., настоящее распространение он получил в 1960-70-х гг., в связи с исследованиями молодежных движений. Поначалу на первый план выступает приставка «sub» (т.е. «под-»), обозначая скрытые, неофициальные культурные пласты, подстилающие «дневную поверхность» господствующей культуры. Это понятие использовалось в ряду таких, как subterraneanculture (подземная культура) и underground (подполье). В том же контексте (в применении к идеологии и практике молодежного протеста против ценностей общества потребления, трудовой этики и технократической цивилизации) использовалось и понятие «контркультура», определявшее идеологию молодежи как разрушающую всякую культуру вообще, противостоящую культуре как таковой. Отсюда видно, что понятие «субкультура» первоначально обозначало явления, воспринимавшиеся как не- или вне- культурные. Со временем, однако, оно получило иной смысл.[8]

Прежде всего приставка «суб -» в современном контексте, как мы уже говорили, подразумевает, что речь идет о подсистеме культуры как целого. Субкультура не представляет собою самостоятельного целого. Ее культурный код формируется в рамках более общей системы, определяющей основу данной цивилизации и целостность данного социума (ее мы и обозначаем словом «культура»). Субкультуры, как ее подсистемы, опираются на ее культурный код (общий для большинства их и обеспечивающей их взаимопонимание), а кроме того, ориентированы на постоянный диалог с нею. Этот диалог может принимать формы «обновления культуры», ее «развития», «восстановления традиций»- или «противостояния», «разрушения» и прочее, но он необходимый элемент самосознания и самоопределения субкультур. Каждая из них определяется, прежде всего, по отношению к культуре (господствующей, общепринятой, материнской и т.п.), противопоставляя ей свои нормы и ценности, либо черпая в ней обоснования этих норм.[9]

Субкультура может отличаться от доминирующей культуры языком, манерой поведения, одеждой и т. д. Как писал в своей статье Ю.Хомутинников «…если копать глубже, обнаруживается иная, куда более любопытная подоплёка. Слово субкультура недаром имеет корень «культ». И как всякий культ, любая субкультура имеет свою атрибутику, свои признаки, свои «опознавательные знаки», служащие своего рода «метками»: ты не носишь такую одежду, как мы, ты не носишь такую причёску, как мы, ты используешь в своей речи своей речи совсем иные акценты; ты — не такой как мы, ты не «наш», ты «чужой», тебе не место среди нас. Да — именно для расставления акцентов «свой-чужой», для идентификации и самоидентификации и используется символика и атрибутика субкультур».[10]

Так же для определения термина «субкультура» в своей статье к словарю Даля обращается Отто фон Фаустле:"...Данный термин состоит из двух частей: корня «культура» и приставки «суб -». Следовательно, получаем понятие «субъективная культура». Чтобы углубиться в данное словосочетание, используем толковый словарь Даля. Определение культуры – «Образование, умственное и нравственное», и определение субъективности – «Субъективное, то, что свойственно субъекту или производно от его деятельности; характеристика знания, выражающая те моменты, в которых знание не вполне точно и всесторонне воспроизводит познаваемый объект». В итоге имеем: субкультура – умственное и нравственное образование личности, исключающее ее многогранное и разностороннее развитие ..."[11]

Основой субкультуры могут быть образ жизни, определённые политические взгляды, стиль музыки.

Так что же такое «музыкальная субкультура»?

Музыкальная субкультура является одной из важнейших частей подростковой субкультуры. Кроме того, подросток принадлежит к какой-либо малой группе, которую он считает для себя значимой. Часто такой группой для подростка становится его школьный класс, поскольку именно в нем ему приходится общаться больше всего.

Музыка — это часть подростковой субкультуры, по мнению многих психологов (Райс Ф., Мудрик А. В., Кон И. С., Мухина В. С. и др.) — самая значительная. В доказательство этого можно привести тот факт, что при знакомстве подростков одним из первых задается вопрос «А что ты слушаешь?» А. В. Мудрик считает, что следование моде — конструирующий признак именно подростковой субкультуры. Принадлежность к музыкальным направлениям в какой-то мере есть следование моде. В то же время можно наблюдать некую «моду на музыку». Попав в новую для себя малую группу, подросток может вместе с другими ее атрибутами принять музыку, свойственную этой малой группе. Вообще, массовость является особенностью подростковой музыкальной субкультуры.[12]

Наиболее известные музыкальные субкультуры:

Альтернативщики

Молодежная субкультура cформировалась при смешении металистов, панков и рэпперов. Неагрессивны, выделяются дружелюбием друг к другу и к другим. Являются анархистами. Для альтернативного металла характерны и тяжёлые гитарные риффы, присущие металу, и черты экспериментальной музыки — нетрадиционные тексты песен, нечётный музыкальный размер, необычные технические приемы, неприятие условностей и традиций тяжёлой музыки, соединение метала с самыми разнообразными музыкальными жанрами.

Готы

Представители готической субкультуры, вдохновлённой эстетикой готического романа, эстетикой смерти, готической музыки и фильмов.

Достаточно широко представлена оккультная символика — используются пентаграммы (как обычные, так и перевернутые), перевернутые кресты, восьмиконечные звезды (символы хаоса). Также используется множество различных символов смерти — украшения с гробиками, черепами, и т. д.

Основной музыкой, входящей во вкус готов, является готик-рок. Музыка и стиль групп отличается как мрачными текстами о судьбе, любви и смерти, так и мрачным имиджем.

В более поздний период возникло течение готик-метал. Музыка готик-метал отличается медленным, вязким звучанием с активным использованием клавишных. Часто вокалистками выступают женщины, либо используется дуэт «красавица и чудовище» — высокий, «оперный» женский вокал и низкий мужской (распространено использование классических инструментов как настоящих оркестров, так и синтезатора).

Металлисты

Это молодёжная субкультура, вдохновлённая музыкой в стиле метал, появившаяся в 80-е годы. Субкультура металлистов тесно связана с субкультурой байкеров, в связи с симпатией последних к тяжёлой музыке и симпатии первых к мотоциклам (как к символу свободы).

Среди всех молодёжных субкультур, получивших распространение в современности, субкультура металистов одна из немногих не является деструктивной, так как причиной объединения её представителей является именно увлечение тяжёлой музыкой, которая (за исключением некоторых групп) учит человека добру и уважению и прививает высокие моральные ценности.

Моды

Британская молодёжная субкультура, сформировавшаяся в конце 1950-х г. в среде лондонской мелкой буржуазии и достигшая пика в середине 1960-х г. Отличительной чертой модов было их особое внимание к внешнему виду, любовь к музыке (от джаза, ритм-энд-блюза и соула до рок-н-ролла и ска). С модами также стала ассоциироваться музыка таких британских рок-групп как Small Faces, Kinks и The Who (на основе альбома которых в 1979 году вышел фильм «Квадрофения»).

Панки

Панк, панки, панк-рокеры, пункера (от англ. punk — отбросы) — контр-культура, возникшая в середине 1970-х годов в США и в Великобритании, характерной особенностью которой является любовь к быстрой и энергичной рок-музыке (панк-року) и свободе, протест против истеблишмента, консерватизма, авторитаризма, национализма и радикального капитализма, а также приверженность идеалам антирасизма и антифашизма.

Относительно сырой и грубый звук, основанный всего лишь на нескольких аккордах- именно так можно охарактеризовать панк. К концу 1960-х вызывающе примитивное звучание, в соединении с вульгарной манерой поведения на сцене, стала культивировать американская команда The Stooges. Её лидер, Игги Поп, отвергал музыкальные утончённости, ценил в рок-н-ролле необузданный драйв, выступал на концертах вымазанным в собственной крови и заканчивал бесчинства на сцене тем, что «нырял» в толпу фанатов.

Ска

Ска (англ. Ska) — музыкальный стиль, появившийся на Ямайке в конце 1950-х гг. Возникновение стиля связано с появлением звуковых установок (англ. «sound systems»), позволявших танцевать прямо на улице.

Звуковые установки — не просто стереоколонки, а своеобразная форма уличных дискотек, с ди-джеями и их передвижными стереосистемами, с возраставшей конкурентной борьбой между этими ди-джеями за лучший звук и лучший репертуар и так далее.

Для стиля характерен раскачивающийся ритм 2/4, когда гитара играет на четные удары барабанов, а контрабас или бас-гитара подчеркивает нечетные. Мелодия исполняется духовыми инструментами, такими, как тромбон и саксофон. Среди мелодий ска можно встретить джазовые мелодии. Музыка ска обрела популярность к середине 60-х гг.

Oi!

Oi музыкальное направление, возникшее в Англии в самом конце 70-х годов как ответвление панк-рока.

Oi! является «панком для рабочего класса». Эта музыка имеет более медленное звучание, чем панк-рок, но нисколько не уступает панку в агрессивности и порой даже превосходит его. Музыка проста, нередко песня в стиле Oi! — это три аккорда, вокал обычно грубый (бывают исключения, например Deadline).

Основные темы: насилие, футбол, алкоголь, бары, женщины, а также истинные мужские качества, такие как сила, достоинство, и, конечно же, тягостная, скучная жизнь рабочего фабрики или завода.

Риветхеды

Молодежная субкультура, образовавшаяся в конце 80-х начале 90-х, в США, на базе поклонников музыки в жанре индастриал.

Термин «Риветхед» произошел от английского словосочетания – «Заклепщица Ройз» (Roise The Riveter), олицетворявшей женщин, работающих во время Второй Мировой Войны на заводах.

Большинство современных риветов слушают пост-индастриал. Но это направление не является основным. Есть также любители «старой школы индастриала», которые не признают пост-стили, а слушают лишь группы 1974-1981 годов или современных исполнителей, которые придерживаются той же «олдскульной» тематики и ритмов. Основой субкультуры являются идеи и представления о значении существования ложной системы ценностей нашего времени, о кризисе экономических и социальных отношений, о вере в то, что мы живем в период начала «межвременья». Для риветхедов характерно восприятие мира через архитектуру и шум, где архитектура – урбанистическое окружение, а музыка – технологический шум.

Рокеры

Рок-музыка (англ. Rock) — обобщающее название многих направлений современной музыки, существующих с середины 1950-х годов. Для рока характерно использование электромузыкальных инструментов, творческая самодостаточность (для рок-музыкантов характерно исполнение композиций собственного сочинения). Содержание песен варьирует от лёгкого и непринуждённого до мрачного, глубокого и философского. Часто рок-музыка противопоставляется поп-музыке и т. н. «попсе», хотя чёткой границы между понятиями «рок» и «поп» не существует, и немало музыкальных явлений балансируют на грани между ними.

Отличительная черта классической рок-музыки — неизменный ритм, поддерживаемый ритм-секцией. Солирующим инструментом является обычно электрогитара. Также в большинстве рок-групп присутствует вокалист. Если в начале своего развития рок-музыка лежала в основном в рамках блюзовой гармонии, то теперь отдельные её направления имеют мало общего в музыкальном отношении.

Скинхеды

Аполитичная субкультура, возникшая в Англии под влиянием модов и ямайских рудбойз в шестидесятые годы XX века. Тесно связана с танцевальной музыкой регги и ска, и современной музыкой Oi!..

Стрейт-эйджеры

Straight edge (англ. четкая грань, сокращённо sXe) — более философское ответвление хардкор-панк контр-культуры, политико-мировоззренческое движение, характерными чертами которого являются полный отказ от наркотиков (включая законные алкоголь и табак), разборчивость в половых связях, а также политические взгляды, характерные всему панк-движению.

Изначально возникший в среде американских панк-рок-исполнителей как призыв против популяризации образа «грязного вечно непросыхающего панка, в начале 80-х стал довольно распространённым выбором среди американских панков, особенно в Вашингтоне и Бостоне, где образовались очень мощные хардкор-сцены.

Фолкеры

Субкультура любителей музыки в стиле фолк и фолк-рок. Всех их объединяет увлечение музыкальными традициями разных народов — от древних кельтов до современных перуанцев.

Для фолкеров характерно смешение фольклорных мотивов с образами, заимствованными из фэнтези-литературы и эзотерических традиций.

Хип-хоп

Молодёжная субкультура, появившаяся в США в конце 1970-х в среде афроамериканцев. Для неё характерны своя музыка (также называемая «хип-хоп»), свой жаргон, своя мода, танцевальные стили (брейк-данс и др.), графическое искусство (граффити) и свой кинематограф.

Музыка хип-хопа состоит из рэпа (ритмичного речитатива с чётко обозначенными рифмами) и ритма, задаваемого ди-джеем; в то же время нередки композиции без вокала. В такой комбинации исполнители рэпа называют себя «эм-си» (англ. MC – Microphone Controller или Master of Ceremony), по-другомуцеремонимейсиер. В задачу одного или нескольких ди-джеев входит программирование ритма на драм-машине, сэмплирование (использование фрагментов чужих композиций, особенно партий баса и синтезаторов), манипуляции с виниловыми пластинками и иногда «битбоксинг» (вокальная имитация ритма драм-машины). На сцене музыканты часто сопровождаются танцевальным ансамблем.

Эмо-кидс

Представители субкультуры, образовавшейся на базе поклонников музыки в жанре эмо и родственных стилей.

Эмо-киды — это как правило подростки с жёсткими, прямыми, чёрными волосами. Причёска набок, косая, рваная чёлка до кончика носа, закрывающая один глаз, а сзади короткие волосы, торчащие в разные стороны. Для текстов песен характерны темы страданий, жизненной несправедливости, суицид. Музыка отличается жестким и четким ритмом, где главную роль играют гитара, ударные и вокал (скрим). [13]

Выводы

— Под культурой понимаются убеждения, ценности и выразительные средства, которые являются общими для определённой группы людей и служат для упорядочения опыта и регулирования поведения членов этой группы. Воспроизводство и передача культуры последующим поколениям лежат в основе процесса социализации-усвоения ценностей, верований, норм, правил и идеалов предшествующих поколений.

— Система норм и ценностей, отличающих группу от большинства обществ, называется субкультурой. Она формируется под влиянием таких факторов, как возраст, этническое происхождение, религия, социальная группа или местожительство. Ценности субкультуры не означают отказа от национальной культуры, принятой большинством, они обнаруживают лишь некоторые отклонения от нее. Однако большинство, как правило, относится к субкультуре с неодобрением или недоверием.

— Основной фактор, привлекающий молодежь в субкультуры — стремление приобрести внешние, формальные характеристики, позволяющие выделяться из общей обезличенной массы населения мегаполиса.

Музыкальная субкультура является одной из важнейших частей подростковой субкультуры. Кроме того, подросток принадлежит к какой-либо малой группе, которую он считает для себя значимой. Часто такой группой для подростка становится его школьный класс, поскольку именно в нем ему приходится общаться больше всего.

Музыкальные субкультуры очень чувствительны к внешним изменениям. Интересно, что практически все музыкальные стили: джаз, готика, хип-хоп, рэйв, когда-то были распространены повсеместно. Каждый раз это был следующий шаг музыкальной моды, который, впрочем, надолго не затягивался.

§2. Психофизиологические особенности и особенности субкультуры подростков

Подростковый возраст обычно характеризуется как переломный, переходный, критический, но чаще всего как возраст полового созревания. Л.С. Выготский различал три точки созревания: органического, полового и социального. У человека в истории развития общества точки полового и социального развития совпадали, и это отмечалось обрядом инициации, тогда как органическое созревание наступало обычно еще через несколько лет. У современного ребенка все линии развития разошлись. Теперь мы наблюдаем сначала половое созревание, затем органическое и спустя некоторое время — социальное. Это расхождение и обусловило возникновение подросткового возраста.

Французский историк и этнограф Ф. Ариес предположил, что подростковый возраст возник в ХIХ веке, когда контроль родителей за развитием ребенка продолжался до брака. В настоящее время в развитых странах мира этот период жизни имеет тенденцию к постепенному увеличению. По современным данным он охватывает почти десятилетие — от 11 до 20 лет.

Л.С. Выготский также подходил к подростковому периоду как к историческому образованию. Как и Л.П. Болонский, он считал, что особенности протекания и продолжительность подросткового возраста заметно варьируются в зависимости от уровня развития общества. Согласно взглядам Л.С. Выготского, подростковый возраст- это самый неустойчивый и изменчивый период, который отсутствует у дикарей и при неблагоприятных условиях «имеет тенденцию несколько сокращаться, составляя часто едва приметную полоску между окончанием полового созревания и наступлением окончательной зрелости».

Во второй половине ХХ века французский психолог Б. Заззо также изучал подростков из различных социально-экономических слоев общества, чтобы выявить их личные представления о продолжительности подросткового возраста. Б. Заззо показала, что начало отрочества почти все они относят к 14 годам, связывая его с половым созреванием. Однако представления о сроках его окончания расходятся. Рабочие и низкоквалифицированные служащие считают, что их отрочество закончилось в 19 лет, инженернотехнологические работники отодвигают этот срок до 20 лет, предприниматели и лица свободных профессий- до 21 года. Таким образом, субъективная средняя продолжительность отрочества колеблется в зависимости от социального положения и длительности образования в целом от 4 до 7 лет.

По отношению к подросткам, их психическому развитию и судьбе, существенное значение имеют особенности исторического времени, в котором происходит их жизнь. В кризисный период развития российского общества известный московский учитель А. Тубельский пишет в «Общей газете»: «Старшие поколения- те, кому за 20, за 30 и больше, росли с идеалами и жизненными ценностями. Их можно было принимать так или не принимать, но они были. И на этой основе каждое поколение, так или иначе, определяло свое будущее. Жизнь сегодняшних подростков трагична в буквальном смысле. У них уже сложилось ощущение своей ненужности в обществе. Чем в основном озабочены родители и педагоги? Накормить, одеть, дать образование, помочь поступить в институт. Зачем, ради чего; как жить дальше — на эти вопросы нет ответов ни у старших, ни у самих 11-16 летних».

Л.С. Выготский подробно рассматривал проблему интересов в переходном возрасте, называя ее «ключом ко всей проблеме психологического развития подростка». Он писал, что все психологические функции человека на каждой ступени развития, в том числе и в подростковом возрасте, действуют не бессистемно, не автоматически и не случайно, а в определенной системе, направляемые конкретными, отложившимися в личности стремлениями, влечениями и интересами. В подростковом возрасте имеет место период разрушения и отмирания старых интересов, и период созревания новой биологической основы, на которой впоследствии развиваются новые интересы.

Л.С. Выготский перечислил несколько основных групп наиболее ярких интересов подростков, которые он назвал доминантами. Это «эгоцентрическая доминанта» (интерес подростка к собственной личности); «доминанта дали» (установка подростка на большие масштабы, которые для него гораздо более субъективно приемлемы, чем ближние, текущие, сегодняшние); «доминанта усилия» (тяга к сопротивлению, преодолению, к волевым напряжениям, которые иногда проявляются в упрямстве, хулиганстве, борьбе против воспитательского авторитета, протест и других негативных проявлениях); «доминанта романтики» (стремление подростка к неизвестному, рискованному, к приключениям, к героизму).

Согласно Л.С. Выготскому, существенные изменения происходят в этом возрасте и в развитии воображения. Под влиянием абстрактного мышления воображение «уходит в сферу фантазии». Говоря о фантазии подростка, Л.С. Выготский отмечал, что «она обращается у него в интимную сферу, которая скрывается обычно от людей, становится исключительно субъективной формой мышления, мышления исключительно для себя». Подросток прячет свои фантазии «как сокровеннейшую тайну и охотнее признается в своих проступках, чем обнаруживает свои фантазии».

Л.С. Выготский отмечал также еще два новообразования возраста. Это развитие рефлексии у подростка и на ее основе самосознания. Развитие рефлексии у подростка, писал он, не ограничивается только внутренними изменениями самой личности, в связи с возникновением самосознания для подростка становится возможным и неизмеримо более глубокое и широкое понимание других людей. Развитие самосознания, как никакая другая сторона душевной жизни, считал Л.С. Выготский, зависит от культурного содержания среды.

В концепции Д.Б. Эльконина подростковый возраст, как всякий новый период, связан с новообразованиями, которые возникают из ведущей деятельности предшествующего периода. К концу младшего школьного возраста у ребенка возникают новые возможности, но он еще не знает, что он собой представляет. Решение вопроса «Что я такое?» может быть найдено только путем столкновения с действительностью. Особенности развития подростка в этом возрасте проявляются в следующих симптомах:

— Вновь возникают трудности в отношениях с взрослыми: негативизм, упрямство, безразличие к оценке успехов, уход из школы, так как главное для ребенка происходит теперь вне школы.

— Детские компании (поиски друга, поиски того, кто может тебя понять).

— Ребенок начинает вести дневник. Многие из исследователей сообщали о «тайных тетрадях и дневниках», в которых подросток «находит исключительно свободное убежище, где никто и ничто его не стесняет. Предоставленный самому себе, он свободно и независимо выражает свои внутренние, подчас глубоко интимные переживания, волнующие мысли, сомнения и наблюдения».

Сравнивая себя с взрослым, подросток приходит к заключению, что между ним и взрослым никакой разницы нет. Он начинает требовать от окружающих, чтобы его больше не считали маленьким, он осознает, что также обладает правами. Центральное новообразование этого возраста возникновения представления о себе как «не о ребенке»; подросток начинает чувствовать себя взрослым, стремится быть и считаться взрослым, он отвергает свою принадлежность к детям, но у него еще нет ощущения подлинной, полноценной зрелости, но зато есть огромная потребность в признании его взрослости окружающими. Виды взрослости выделены и изучены Т.В. Драгуновой. Они многообразны:

— Подражание внешним признакам взрослости — курение, игра в карты, употребление вина, особый лексикон, стремление к взрослой моде в одежде и прическе, косметика, украшения, приемы кокетства, способы отдыха, развлечений, ухаживания. Это самые легкие способы достижения взрослости и самые опасные. Подражание особому стилю веселой, легкой жизни социологи и юристы называют «низкой культурой досуга», при этом познавательные интересы утрачиваются, и складывается специфическая установка весело провести время с соответствующими ей жизненными ценностями.

— Равнение подростков мальчиков на качества «настоящего мужчины». Это- сила, смелость, мужество, выносливость, воля, верность в дружбе и т.п. Средством самовоспитания часто становятся занятия спортом. Интересно отметить, что многие девушки в настоящее время также хотят обладать качествами, которые веками считались мужскими.

— Социальная зрелость. Она возникает в условиях сотрудничества ребенка и взрослого в разных видах деятельности, где подросток занимает место помощника взрослого. Обычно это наблюдается в семьях, переживающих трудности, там фактически подросток занимает положение взрослого. Здесь забота о близких, благополучие их принимает характер жизненной ценности. Многие мальчики стремятся овладеть разными взрослыми умениями (слесарничать, столярничать и т.п.), а девочки — готовить, шить, вязать. Начало подросткового возраста — очень благоприятное время для этого. Поэтому психологи подчеркивают, что необходимо включать подростков на правах помощника в соответствующие занятия взрослых.

— Интеллектуальная взрослость. Она выражается в стремлении подростка что-то знать и уметь по-настоящему. Это стимулирует развитие познавательной деятельности, содержание которой выходит за пределы школьной программы (кружки, музеи и т.п.). Значительный объем знаний у подростков- результат самостоятельной работы. Учение приобретает у таких школьников личный смысл и превращается в самообразование.

Что становится главным для подростка в школе? Дети общаются, их отношения строятся на кодексе товарищества, полного доверия и стремления к абсолютному взаимопониманию. В этот период учебная деятельность для подростка отступает на задний план. Центр жизни переносится из учебной деятельности, хотя она и остается преобладающей, в деятельности общения. Главное происходит на переменах. Туда выплескивается все самое сокровенное, сверхсрочное, неотложное. Интересно складывается система отношений с учителем: то место, которое ребенок занимает внутри коллектива, становится даже важнее оценки учителя. В общении осуществляется отношение к человеку именно как к человеку. Как раз здесь происходит усвоение моральных норм, осваивается система моральных ценностей. Здесь идет мыслимое и воображаемое проигрывание всех самых сложных сторон будущей жизни. Это единственная деятельность, в которой будущая жизнь может быть мысленно «продействована».

Основное новообразование этого возраста — социальное сознание, перенесенное внутрь. По Л.С. Выготскому, это и есть самосознание. Контролирование своего поведения, проектирование его на основе моральных норм – это и есть личность. По Д.Б. Эльконину, все новообразования подросткового возраста, как в капле воды, отражаются в отношении подростка к девушке: достаточно посмотреть на эти отношения, чтобы увидеть всю систему моральных норм, усвоенных личностью.

Характеризуя подростковый возраст, Л.И. Божович писала: « В течение этого периода ломаются и перестраиваются все прежние отношения ребенка к миру и к самому себе… и развиваются процессы самосознания и самоопределения, приводящие, в конечном счете, к той жизненной позиции, с которой школьник начинает свою самостоятельную жизнь».

В переходный период происходят преобразования в самых различных сферах психики. Кардинальные перемены касаются мотивации. В содержании мотивов на первый план выступают мотивы, которые связаны с формирующимся мировоззрением, с планами будущей жизни. Что касается механизма действия мотивов, то они возникают «на основе сознательно поставленной цели и сознательно принятого намерения». Именно в мотивационной сфере, как считала Л.И Божович, находится главное новообразование переходного возраста.

С мотивационной сферой тесно связано нравственное развитие школьника, которое существенным образом изменяется именно в переходном возрасте. Как писала Л.И. Божович, «выражая определенные отношения между людьми, нравственные нормы реализуются в любой деятельности, которая требует общения,- производственной, научной, художественной и др.» Усвоение нравственного образца происходит тогда, когда он совершает реальные нравственные поступки в значимых для него ситуациях. Но это усвоение не всегда проходит гладко. Совершая различные поступки, подросток больше поглощен частным содержанием своих действий. «В результате,- писала Л.И. Божович,- он приучается вести себя соответственно данному образцу, но не может осознавать его обобщенный нравственный смысл». Процессы эти весьма глубинные, поэтому часто изменения, происходящие в области нравственности, остаются не замеченными ни родителями, ни учителем. Но именно в этот период существует возможность оказать нужное педагогическое влияние, потому что вследствие «недостаточной обобщенности нравственного опыта» нравственные убеждения подростка находятся еще в неустойчивом состоянии.

Одновременно с развитием убеждений формируется нравственное мировоззрение, которое представляет собой систему убеждений, что приводит к качественным сдвигам во всей системе потребностей и стремлений подростка.

Еще одно новообразование, возникающее в конце переходного периода, Л.И. Божович называла «самоопределением». С субъективной точки зрения оно характеризуется осознанием себя в качестве члена общества и конкретизируется в новой общественно значимой позиции. Самоопределение возникает в конце учебы в школе, когда человек стоит перед необходимостью решать проблему своего будущего. Оно основывается на уже устойчиво сложившихся интересах и стремлениях субъекта, предполагает учет своих возможностей и внешних обстоятельств, оно опирается на формирующееся мировоззрение подростка и связано с выбором профессии. Оно как системное новообразование, связанное с формированием внутренней позиции взрослого человека, возникает значительно позже и является завершающим последний этап онтогенетического развития личности ребенка.

А в конце переходного периода самоопределение характеризуется не только пониманием самого себя — своих возможностей и стремлений, но и понимание своего места в человеческом обществе и своего назначения в жизни.[14]

Говоря о роли музыкально-эстетического развития, можно отметить, что проблема совершенствования форм и методов музыкально-эстетического воспитания приобретает сегодня особую актуальность и это связано с тем, что ведущими сферами реализации функции и потенциалов культуры является образование и досуг. Эти две сферы жизнедеятельности находятся в постоянной системной связи и взаимодополняют друг друга.

Не для кого не секрет, что в стадии хронического кризиса находятся театры, клубные учреждения, музеи, библиотеки, кинотеатры. Роль высокого искусства в современной жизни заметно уменьшилась, особенно такого искусства, которое требует от аудитории определенной активности и эстетической культуры. Несмотря на то, что правительство принимает различные меры, направленные на приобщение к культурным ценностям, развитию нравственного и художественно-эстетического образования проблема эта с каждым днем все больше усугубляется.

Реальный процесс музыкально-эстетического развития подростков происходит на уровне музыкального воспитания и образования. В последние десятилетия произошло отчуждение образования от духовности личности. Музыкальное образование потеряло эстетическую ориентацию, превратилось в однонаправленное обучение какому-либо виду исполнительской деятельности, а в современных экономических условиях стало уделом немногих. Сложившаяся кризисная ситуация в массовом музыкальном воспитании привела к потере поколений слушателей, что отразилось на музыкальной жизни общества. Несмотря на то, что по объему обхвата населения музыкальное искусство за счет радио, телевидения носит почти всеобщий характер, живые источники музыкальной культуры – концерты, театры, филармонии посещаются недостаточно интенсивно. А общение с серьезной музыкой рассчитано именно на непосредственное ее восприятие. В результате богатство классической и современной академической традиции, фольклорная культура оказываются недоступными для понимания современного массового слушателя. Между тем, определяющим критерием состояния музыкальной культуры общества, служит отношение слушателей к музыке классических жанров. Следовательно, проблема формирования культуры подростков в настоящее время выдвинута в центр всеобщего внимания.

Формирование профессиональных основ музыкально-эстетической культуры должно включать знания и представления о закономерностях искусства, структуре и восприятии произведения, механизмах функционирования культуры. Эстетическая специфика литературы, музыки, живописи – все эти слагаемые работают на развитие духовного содержания подростка.

Одна из основных задач воспитания – творческое развитие формирующейся личности, которое наиболее эффективно воздействует на подростка, когда он сам является «творцом» и это качество можно реализовать в условиях внеклассной работы. Сущность этого процесса заключается в художественно-воспитательном воздействии на участников через: а) приобретение, создание, хранение, а также распространение и пропаганду художественных ценностей; б) выработку художественных ценностных ориентаций участников коллектива, посредством приобщения человека к искусству.

Таким образом, музыкальное искусство, освоенное чувством и разумом человека, а также практически – через творческую музыкально-эстетическую деятельность, может активно использоваться в воспитательных целях.

В чем же состоит воспитательная направленность музыки?

¨ В современных условиях музыка воплощает в себе совокупный результат осуществления всех возможных функций музыкального искусства в процессе их социальной реализации.

¨ Воспитательная функция музыки – функция высшего порядка, поскольку ее целевое назначение предполагает переход от реализации единичных функций к качественно новому их проявлению в практике воспитания подрастающего поколения.

¨ Воспитательная функция музыки становится ее важнейшей содержательной функцией, определяющей значение музыкального искусства в жизни общества.

В целом современная теоретическая и практическая платформа музыкально-эстетического воспитания подростков предполагает практическую активизацию социально-художественного начала в человеке. Многообразные задачи музыкально-эстетического воспитания (формирование музыкальной культуры, пути развития любви к музыке, вооружение знаниями, помогающими самостоятельно в ней разобраться) являются продуктивными целями гармонического развития, как самого человека, так и совершенствование творческих способностей личности.[15]

Если говорить о художественных предпочтениях подростков, можно сказать, что большинство старшеклассников не имеет устойчивого художественного вкуса, искусство для них — главным образом развлечение. Сами они постоянно жалуются на скуку, пустую трату времени и неумение организовать свой досуг. Обращая внимание на роль музыки, можно отметить, что на данный момент лидирующая роль музыки как самого «юношеского» искусства общепризнанна. Благодаря своей экспрессивности, связи с движением и ритмом музыка лучше, чем какое-либо другое искусство, позволяет подростку оформить и выразить свои эмоции, смутные переживания, которые невозможно передать словами, разве что в поэзии: ведь она тоже своего рода музыка.

В отличие от чтения, требующего уединения и сосредоточенности, восприятие музыки может быть как индивидуальным, так и групповым. Создавая общее настроение, музыка является важным средством межличностной коммуникации. В сочетании с танцем или пением она составляет не только фон, но и важный компонент общения.

Привилегированное место музыки в подростковой субкультуре обусловлено также тем, что она творится самой молодежью. «Молодой писатель» или «молодой режиссер» в нашей стране — это обычно люди среднего возраста. Книги о подростках и для подростков пишут люди, которые вышли из этого возраста. Стихи, песни и музыку юноши сочиняют сами о себе и для себя, здесь больше непосредственного самовыражения и меньше самоконтроля, в частности эстетического. Естественно, это увеличивает количество однодневок, импонирующих сегодня и отсеивающихся назавтра. Но молодежь это не заботит.

Юношеская субкультура не является чем-то независимым, цельным и законченным. Ее содержание всегда производно от культуры взрослых и большей частью вторично по отношению к ней. Она весьма неоднородна, включая в себя множество разных, подчас враждебных друг другу течений. Кроме того, как и все юношеские свойства, она текуча и изменчива. Тем не менее, она социально и психологически реальна и имеет целый ряд постоянных компонентов: специфический набор ценностей и норм поведения; определенные вкусы, формы одежды и внешнего вида; чувство групповой общности и солидарности; характерная манера поведения, ритуалы общения. Ее наиболее общие возрастные свойства лежат на поверхности. Например, юноши и девушки всегда хотят быть современными. Но «современность» нередко понимается как сумма внешних признаков, слепое следование сиюминутной моде. Поэтому многие юношеские увлечения и причуды краткосрочны, рассчитаны на внешний эффект и, подчеркивая собственную «новизну», довольно тривиальны по содержанию. Взрослым трудно понять, как могут развитые, неглупые старшеклассники придавать такое большое значение покрою штанов, длине волос или писать яростные письма протеста в редакцию газеты, напечатавшей критическую заметку о манере исполнения полюбившегося им певца. Но эти моды и причуды надо рассматривать не изолированно, а в социально-психологическом контексте юношеского жизненного мира.

Молодежная мода, будь то одежда или прическа, часто вызывает нарекания и раздражение взрослых. Но конфликты этого рода были всегда. Дело не только в разнице вкусов отцов и детей, а в том, что дети хотят отличаться от старших, и легче всего это сделать именно с помощью внешних аксессуаров. Одежда и весь внешний облик человека есть не что иное, как способ коммуникации, посредством которого личность информирует окружающих людей о своем статусе, уровне притязаний, вкусах и т. д.

Но и, конечно же, причина, по которой подростки всегда хотят выделиться, быть замеченными абсолютно всеми – это желание выделиться, привлечь к себе внимание, которое свойственно людям любого возраста. Однако взрослый, сложившийся человек делает это незаметно, используя свое общественное положение, трудовые достижения, образованность, культурный багаж, опыт общения и многое другое. У юноши, который только начинает жить, социальный багаж, как и умение его использовать, гораздо беднее. Вместе с тем, встречаясь с новыми людьми, он гораздо чаще взрослого оказывается именно в ситуации «смотрин».

Например, девочка в шестнадцать лет — юная королева. Перед ней одна за другой распахиваются самые заманчивые жизненные двери. На нее обращают внимание двадцатилетние, а то и двадцатипятилетние парни, она кокетничает со всеми подряд, жизнь набирает высоту, словно самолет на взлете. А парень в те же годы? Для него это возраст комплексов, косноязычия и прыщей. Но стоит надеть на шею железную цепь, а на запястье железный браслет, а на куртку приклепать десяток железных блямб — и жизнь в корне меняется. Теперь он не мальчик без имени и лица — теперь он «металлист». И незнакомые парни, каторжно звеня цепями, на улице подходят к нему как к своему. И взрослые оборачиваются с интересом и страхом. И девочки сгорают от любопытства и жаждут познакомиться. Всем кажется, что человек, на котором столько железа, и живет не так, как мы, а лучше, рискованней, азартней. О нем пишут в газетах, говорят по радио. При таком количестве черного металла даже в желтом металле особой необходимости нет — и без того в центре внимания.

Словом, нехитрый маскарад позволяет подростку решить целую кучу личных проблем, в том числе и самую важную: окружающее человечество безоговорочно признает факт его существования на земле…

А почему столь хаотична смена пристрастий, почему после музыки стрижка, а потом танец, а потом гоняют на мотоциклах, а потом нитка на запястье и манера жить? Да просто потому, что все это не имеет значения. Новому поколению нужен новый фирменный знак, новый флажок, новый клич, на который сбегутся сторонники. Главное, чтобы знак был заметный, а флаг яркий, а клич громкий. Робкий вызов просто не заметят, ношеную перчатку не поднимут.[16] «Металл» — годится, брейк — годится, зеленые волосы — в самый раз»[17]

Отношение к молодежной субкультуре отчетливее всего проявляется в спорах о музыке. Здесь представлены два полюса. Одни представители старшего поколения категорически отрицают современную рок и поп-музыку, считают ее антихудожественной, безнравственной, вредной для здоровья, социальноопасной. Другие относятся к ней либерально-снисходительно, объясняя музыкальные увлечения молодежи исключительно возрастными особенностями: дескать, музыка эта, конечно же, несерьезна, но ее бессмысленно запрещать, перебесятся — сами поймут. Однако и осуждение, и снисходительное похлопывание по плечу очень редко сочетаются с действительным знанием и пониманием предмета. Между тем он достаточно сложен. Даже сами термины «бит», «поп», «рок» далеко не однозначны.

Люди, требующие запрета или ограничения рока, ссылаются на факты агрессивного поведения подростков во время и после рок-концертов. Но акты вандализма, драки и тому подобное происходят иногда и после футбольных матчей, и никто не винит в этом футбол. Кстати, английские психологи, изучавшие эту проблему, нашли, что наиболее агрессивные футбольные хулиганы на самом деле плохо разбираются в футболе, они приходят на стадион не ради игры, а для того, чтобы устроить дебош. Повышение культуры футбольного «боления» — одно из средств профилактики такого поведения. Может быть, так же обстоит дело и с музыкой?

Психологические функции рока так же разнообразны, как и он сам и его поклонники. Одному он дает разрядку эмоционального напряжения, яркие телесные переживания. Другому — чувство внутреннего, духовного освобождения, отключения от прозы будней. Третьему — ощущение коммуникативной легкости, слияния с группой.

Одна и та же музыка может по-разному воздействовать на разных людей. Герой толстовской «Крейцеровой сонаты» боится — и небезосновательно! — Моцарта и Бетховена. Вот его рассуждения:

«… Страшная вещь музыка. Что это такое? Я не понимаю. Что такое музыка? Что она делает? И зачем она делает то, что она делает? Говорят, музыка действует возвышающим душу образом — вздор, неправда! Она действует, страшно действует, я говорю про себя, но вовсе не возвышающим душу образом. Она действует ни возвышающим, ни принижающим душу образом, а раздражающим душу образом. Как вам сказать? Музыка заставляет меня забывать себя, мое истинное положение, она переносит меня в какое-то другое, не свое положение; мне под влиянием музыки кажется, что я чувствую то, чего я, собственно, не чувствую, что я понимаю то, чего не понимаю, что могу то, чего не могу. Я объясняю это тем, что музыка действует, как зевота, как смех; мне спать не хочется, но я зеваю, глядя на зевающего; смеяться не о чем, но я смеюсь, слыша смеющегося»[18]

Нонельзя забывать и о престижной функции рок-музыки. Компетентность в этих вопросах для подростков чрезвычайно важна. Хорошее знание популярных ансамблей, певцов и их репертуара, обладание новыми записями стало одним из средств завоевания престижа у сверстников. Отсутствие таких знаний воспринимается как отсталость. Учитывая известную конформность юношеских групп, эта мода способствует нивелированию художественных вкусов, часто на довольно низком уровне. Все это сталкивает воспитателя с множеством проблем, причем не только эстетических.

Педагог не обязан разделять все музыкальные увлечения молодежи, но он должен знать, каковы они, и учитывать это в своей работе. Музыкальные клубы, дискотеки, обсуждение музыкальных новинок, обучение школьников игре на популярных инструментах — все это снимает с молодежной музыки ореол запретности и одновременно повышает общий уровень музыкальной культуры.

Не нужно идеализировать молодежную субкультуру. Наряду с потенциалом обновления она имеет свои опасности. Обособление юношеского мира от взрослых порождает культурный и социальный провинциализм, психологию гетто, обитатели которого живут своими сугубо частными, локальными интересами. При отсутствии высоких социально-нравственных символов групповая солидарность может цементироваться только образом общего врага, каковым являются все дальние и ближние. [19]

Как говорил Мяло К.:«Хотим мы того или нет, современная молодежная субкультура транснациональна по своему характеру и наделена высокой способностью к экспансии, в том числе и к экспансии ее вандалических пластов». Относиться ко всем ее разновидностям одинаково терпимо — значит уравнивать тех, кто бьет, с теми, кого бьют. Самая приставка «суб» указывает не только и не столько «на многообразие равноправных и бурно расцветающих типов культуры, сколько на бросающуюся в глаза и не могущую не вызывать тревогу неспособность подростковой субкультуры преодолеть свою замкнутость и ограниченность, выйти на уровень вопросов общечеловеческого и общегражданского значения. Само по себе ее интенсивное дробление на группы и подгруппы в эпоху глобальных проблем и перед лицом универсальной задачи формирования планетарного мышления — симптом опасный»[20]

Так что же с ними делать?

Первая, привычная нам стратегия — осуждение и запретительство — уже доказала свою неэффективность. Нетерпимость общественного мнения только способствует усугублению подросткового нигилизма и манерничанья.

Вторая стратегия — всеобъемлющее принятие любых молодежных течений и ассимиляция их в деятельности комсомола и других официальных организаций — также нереальна: не все течения молодежной субкультуры нас устраивают, да и сами они на такую ассимиляцию не пойдут.

Остается последнее — диалог.[21] «Не бороться и не заискивать, не пугаться и не пренебрегать, а учиться сотрудничать! Сотрудничать и ломать наши упрощенные представления о собственном обществе. Понять его сложную внутреннюю структуру, не отсекая элементы, кажущиеся излишними, «привнесенными». Работая с «неформальной» молодежью, мы сами должны научиться жить в неформальном обществе»[22]

Иными словами, вместо «вынесения» молодежи на периферию общественных отношений, в сферу досуга, спорта, развлечений под предлогом ее собственного потребительства и инфантилизма следует использовать ее творческий потенциал.

Выводы

Подростковый возраст – это возраст “пытливого ума, жадного стремления к познанию, возраст кипучей энергии, бурной активности, инициативности, жажды деятельности”. Поведение и деятельность подростка во многом определяются особенностями самооценки. В учебной деятельности подростка имеются свои трудности и противоречия, но есть и свои преимущества, на которые может и должен опираться педагог.

— В этом возрасте проявляются элементы деструктивного поведения (тяга к курению, воровству, обмануть и т.д.). Подростки порой не дисциплинированны, энергичны, тревожны, очень активны, особенно проявляют активность при выполнении классных, общественных поручений, при уборке кабинета, школьной территории и т.д. (что говорит о высокой физиологической энергии), правда эта активность может уступить место утомляемости. Желание сохранить тайны и секреты у них соседствует с неумением хранить эти тайны и секреты от окружающих, младшие подростки часто ябедничают друг на друга, начинают давать друг другу “прозвища”, которые сохраняются вплоть до окончания школы. У многих подростков наблюдается завышенная самооценка своих возможностей (“я все могу сделать сам”), эгоистическое самоутверждение, при котором ребенок радуется, если у одноклассника неприятности, если одноклассник оказался униженным или менее успешным, чем он. Подростки очень ранимы и обидчивы. Очень любят подростки бравировать вещами, предметами, нарядами, которые есть только у них, но отсутствуют у остальных товарищей. Сейчас мы наблюдаем, как среди подростков идет разделение в классах на детей обеспеченных родителей и на детей из малообеспеченных семей (это особенно ярко проявляется в городах), на первое место ставится богатство, а не знания. Весьма активно в подростковом возрасте идет формирование “малых групп”. Нельзя не упомянуть и вопрос о взаимоотношениях между подростками и учителями. Положение учителя само по себе не гарантирует уважительного отношения со стороны подростков, и наставник должен обладать определенными качествами и вести себя определенным образом, чтобы заслужить такое к себе уважение. От того, как учитель, сможет проявить себя при работе с подростками, зависит их отношение к нему в процессе дальнейшего обучения в школе. Строгость нужна, но ее следует сочетать с настойчивостью, вежливостью и занимательностью изложения нового материала.

— Оригинальную концепцию возрастного подхода разработала Л.И. Божович, которая опиралась на введенное Л.С. Выготским понятие о социальной ситуации развития. Фундаментальным является сформированный ею тезис о том, что подлинно возрастной подход предполагает не только учет тех свойств, которые ярко проявляются на данном возрастном этапе, но и опору на те особенности, которые еще не полностью проявились на данной ступени развития, которым принадлежит будущее. С точки зрения Л.И. Божович, возрастной подход – это воспитание ребенка с учетом перспектив его развития.

— Отношение к молодежной субкультуре отчетливее всего проявляется в спорах о музыке. Здесь представлены два полюса. Одни представители старшего поколения категорически отрицают современную рок и поп-музыку, считают ее антихудожественной, безнравственной, вредной для здоровья, социальноопасной. Другие относятся к ней либерально-снисходительно, объясняя музыкальные увлечения молодежи исключительно возрастными особенностями: дескать, музыка эта, конечно же, несерьезна, но ее бессмысленно запрещать, перебесятся — сами поймут. Однако и осуждение, и снисходительное похлопывание по плечу очень редко сочетаются с действительным знанием и пониманием предмета.

— Одна из основных задач музыкально-эстетического воспитания – творческое развитие формирующейся личности, которое наиболее эффективно воздействует на подростка, когда он сам является «творцом» и это качество можно реализовать в условиях внеклассной работы. Сущность этого процесса заключается в художественно-воспитательном воздействии на участников через: а) приобретение, создание, хранение, а также распространение и пропаганду художественных ценностей; б) выработку художественных ценностных ориентаций участников коллектива, посредством приобщения человека к искусству.

§3. Современные педагоги о роли субкультуры в развитии подростка

В последние три-четыре десятилетия устойчивый интерес исследователей вызывают молодежные субкультуры. Связано это, как нам представляется, с тем обстоятельством, что молодежные субкультуры, или часть их стали важным средством эволюционного обновления современного общества и трансформации его в постсовременное. Молодежные субкультуры и молодежная контркультура, по нашему мнению, выявили свое значение как часть механизма культурных инноваций, благодаря которому общество постмодерна может рассматриваться как более толерантное к иным точкам зрения, более плюралистичное, более раскованное и интеллектуальное.

Большинство современных исследователей отечественных молодежных движений обращены к ситуации «субкультурного бума» конца 80 — 90 гг. Ситуация начала XXI в., когда этот «бум» в основном миновал, изучена меньше. Обращает внимание и то обстоятельство, что преимущественно изучаются субкультуры молодежи Москвы, реже Санкт-Петербурга. Исследований молодежных субкультур в провинции гораздо меньше. Это в известной мере оправданно, так как субкультурная активность является характерной чертой молодежи больших городов.

Хочется отметить разделение истории «самодеятельных движений» (т.н. неформальных организаций) И.Ю.Сундиева на три своеобразных «волны». Он пишет: «Нередко все инновации в молодежном движении середины века ассоциировались со «стилягами» – эпатажной и контркультурной группой городской молодежи, ставшей своеобразным символом «первой волны» т.н. «неформалов». Главным достижением этой «первой волны» стало значительное оздоровление общественного сознания, ломка стереотипов периода «культа личности».

«Вторая волна» определялась как внутренними, так и внешними условиями – c середины 60-х годов молодежное движение приобретает важную свою оставляющую – рок-музыку. Именно в этот период (конец 60-х – начало 70-х годов) большинство молодежных объединений начинают приобретать черты «классического неформалитета»: аполитичность, квазиинтернационализм, ориентированность, на внутренние проблемы. В молодежную среду входят и постепенно становятся модными наркотики».

Особую популярность приобретают всевозможные мистические, эзотерические, трансцендентные учения, верования и т.п. Началом «третьей волны» молодежных движений можно считать 1986 год: существование неформальных групп было признано официально, тема «неформалитета» становится сенсацией»[23]

Стихийно возникающие молодежные субкультуры называют то неформальными, то любительскими, то самодеятельными. С точки зрения Лисовского, наиболее адекватным представляется термин «самодеятельные объединения»; и вот почему:

«1. Так как они складываются на принципе добровольности и являются организационно самостоятельными. 2. В большинстве заняты каким-то видом деятельности в расчете на реальную отдачу». Вот почему термин «неформалы» является не совсем точным.

Эти объединения можно назвать и «альтернативными», так как они часто являются нетрадиционными и выступают с оппозиционной точки зрения по отношению к «академическим» или мэйнстримовским формам культурной жизни.[24]

Хочется остановиться на таком движении, входящем в состав субкультуры, как «неформалы».

Многие из неформалов – люди весьма неординарные, талантливые. Они проводят на улице дни и ночи напролет, не зная, зачем. Этих молодых людей никто не организовывает, не заставляет приезжать сюда. Они стекаются сами – все очень разные, и в тоже время чем- то неуловимо похожие. Многим из них, молодым и полным сил, часто хочется выть по ночам от тоски и одиночества. Многие из них лишены веры, во что бы то ни было и оттого мучаются собственной ненужностью. И, пытаясь разобраться в себе, отправляются на поиски смысла жизни и приключений в неформальные молодежные объединения.

Необходимо преодолевать существующие в сознании многих людей стереотипы, создающие ошибочное представление о «неформалах» как о подростках, инфантильных молодых людях, интересы и заботы которых и нестандартность поведения являются якобы лишь «детской болезнью», обязанной уйти с возрастом. Уйти в «неформалы» молодых людей побуждает внутренние одиночество, потребность в друзьях, конфликты на учебе и дома, недоверие к взрослым, протест против лицемерия и неискренности «взрослой» культуры. Почти каждый восьмой пришел в группу, потому что «не знал, как жить дальше»[25]

Конечно, по мере взросления многие уходят из неформальных групп. Однако, как показывают наблюдения и социологические исследования, возраст многих членов объединений сильно варьирует – от 12 до 25-30 лет. Среди них представители различных социальных групп – инженерно-технические работники, студенты, рабочие, учащиеся, встречаются даже пенсионеры.[26]

Юные «неформалы» своей активностью постоянно испытывают взрослых на умение мыслить нешаблонно, аргументировано спорить, действовать по убеждению, а не по традиции.

Сегодня надо помогать людям, стремящимся, пусть и непривычным образом, проявить свою гражданскую позицию, заявить о собственном мнении. Для того, чтобы судить – во благо или во вред своим членам и обществу в целом действует группа или объединение, нужно изучать их деятельность, идти на контакт с ними.

Писатель и публицист Леонид Жуховицкий предложил три «модели» отношения к «неформалам»:

1. не относиться никак, т.е. просто принимать их как факт, спокойно и с пониманием;

2. более трудоемкая, но и более продуктивная – поощрять и стимулировать их творческое начало, выделяя хотя бы скромные средства на всевозможные смотры, конкурсы и фестивали;

3. считать «неформалов» датчиками на теле эпохи, внимательно изучать их показания и не обижаться на этот нестандартный инструмент познания.[27]

Хочется отметить некоторые особенности психологии неформальности. Психология неформальности включает в себя много слагаемых. Стремление быть самим собой лишь первое из них. Это именно стремление при отсутствии умения быть самим собой. Подросток озабочен поиском смысла «Я», отделением себя «истинного» от себя «неистинного», определением своего предназначения в жизни – настойчиво увлекает на путь поиска чего-то необычного. А определить это необычное очень просто. Если взрослые не запрещают – это дело обычное и потому скучное. Если запрещают – вот он, тот самый сладкий плод. Второе слагаемое психологии неформальности – зарождение и поддержание. Он начинает подрожать, даже не замечая, что постепенно обычным становится и этот его маскарад. Зарождение и поддержание облегчают задачу выделение из окружающей среды — ломать голову приходится только первым. Остальные же, как послушное стадо, идут следом. Третье слагаемое – стадный инстинкт. Групповым он кажется лишь внешне. Глубинно, психологически это стадное поведение. И пусть стремление выделиться, обрести автономность и независимость носит индивидуальный характер – одному выделиться трудно. А в куче – легче. Заражение и подражание, наслаиваясь на индивидуалистическое стремление к выделению, искажает цель, ради которой подросток предпринимает неформальные действия, в итоге не выделяет, а растворяет подростка в толпе себе подобных. Подавляющее большинство неформальных группировок держаться не на сознательном единстве – это бывает у подростков редко, а на одинаковости одиночества входящих в нее членов. Непременный атрибут почти любого стада и одновременно еще одно слагаемое психологии данного типа – наличие конкурентов, оппонентов, недоброжелателей и даже врагов. Ими могут стать практически кто угодно: подростки с соседнего двора, и поклонники иной музыки, и просто взрослые. Тут действуют все те же выделения и обособление, но уже не на индивидуальном, а групповом уровне. Не соглашаясь с миром взрослых, подросток приходит в неформальную группировку, и его стихийный протест начинает распространяться и на других неформалов. «Врагов» может быть очень много. Поддержание образа врага — одно из условий существования подобных групп. [28]

Каковы же мотивы участия подростков в неформальных объединениях и субкультурах?

Во-первых, следует отметить, что присоединение к неформальной группе (субкультуре) – нормальный и закономерный выбор подростка. Исходные мотивы, приводящие его в неформальные группы, оцениваются исследователями как естественные для данного возраста. Так, И.П. Башкатов полагает, что «вовсе не извращенные естественные потребности подростков в модной одежде, сексуальном удовольствии, престижных предметах, употреблении спиртного, наркотических веществ и т.п., а социальная потребность в общении, самоутверждении, престиже, стремление улучшить свою жизнь толкают их к взаимодействию с другими людьми. И такими людьми оказываются не родители, не педагоги и даже не «нормальные» сверстники, а такие же как они, «отверженные» подростки, стихийно объединившиеся в неформальные группы». Выбор конкретной неформальной группы чаще является несвободным, ибо подросток обычно вынужден присоединяться к той группе, что доминирует на территории его проживания (социализации). Причины вступления в группы:

— одиночество – 27%;

— непонимание родителей – 24 %.

Среди прочих причин были названы:

· стремление к защищенности;

· обособленность;

· подражание, группирование;

· свобода;

· эмоциональная насыщенность общения;

· стремление компенсировать недостатки традиционных институтов семьи и школы.

Черты характера, которые нравятся им в подростках из группировок:

o умение постоять за себя (54%),

o смелость (40%),

o независимость (35 %).

Во-вторых, отличительной чертой общения подростков во многих стихийных неформальных субкультурах является беспредметность. Когда у коммуникации в группе появляется постоянный предмет, группа переходит в новое качество. Этот постоянный предмет впоследствии, как правило, и определяет тип субкультуры, принятый в группе: романтико-эскапистская или, может, гедонистско-развлекательная, радикально-деструктивная или полуделинквентная, – т.е. определяет ее, группы, ценности и образ жизни. Изменение предмета коммуникации, особенно, – появление постоянного предмета — есть зачастую первый симптом культурных перемен на микросоциальном уровне.

Объединение в субкультуры подростков можно рассматривать как средство выхода внутренней активности, реализации потребностей самоидентификации, самоутверждения, свойственным отнюдь не только подростковому возрасту. Более того, некоторые неформальные объединения выполняют полезную функцию, направляя и управляя социальной активностью молодежи.[29]

Исследования в этой области педагогики, социологии и психологии необходимы для разрешения того кризиса, который переживает сегодня Россия. Только тщательные и систематические исследования в области развития социальной работы с молодежью могут помочь понять причины происходящего в нашем обществе конфликта поколений. Необходимо понять суть молодежных исканий, отрешиться от безусловного осуждения того, что несет с собой молодежная субкультура, дифференцированно подходить к явлениям жизни современной молодежи. Также необходимо понять, что молодому человеку нужно определить границы своих реальных возможностей, узнать, на что он способен, утвердиться в обществе.[30] Подтверждением этому может служить следующая цитата Эриксона: «Молодой человек должен, как акробат на трапеции, одним мощным движением опустить перекладину детства, перепрыгнуть и ухватиться за следующую перекладину зрелости. Он должен сделать это за очень короткий промежуток времени, полагаясь на надежность тех, кого он должен опустить, и тех, кто его примет на противоположной стороне».

Выводы

-В последние три-четыре десятилетия устойчивый интерес исследователей вызывают молодежные субкультуры. Связано это, как нам представляется, с тем обстоятельством, что молодежные субкультуры, или часть их стали важным средством эволюционного обновления современного общества и трансформации его в постсовременное. Все чаще стали появляться новые молодежные течения, которые привлекают подростков своей оригинальностью, неординарностью, новым способом выделится из «толпы», стать замеченным и значимым в своей группе. Все чаще на этот феномен начинают обращать свое внимание исследователи и педагоги.

-Стихийно возникающие молодежные субкультуры, объединения можно назвать и «альтернативными», так как они часто являются нетрадиционными и выступают с оппозиционной точки зрения по отношению к «академическим» или мэйнстримовским формам культурной жизни.

-Среди отличительных черт подростка-неформала — стремление быть самим собой лишь первое из них. Это именно стремление при отсутствии умения быть самим собой. Подросток озабочен поиском смысла «Я», отделением себя «истинного» от себя «неистинного», определением своего предназначения в жизни – настойчиво увлекает на путь поиска чего-то необычного.

-Объединение в субкультуры подростков можно рассматривать как средство выхода внутренней активности, реализации потребностей самоидентификации, самоутверждения, свойственным отнюдь не только подростковому возрасту.


[1] Кон И.С. Психология ранней юности. Юношеская субкультура. С.12.

[2] Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1991

[3] Философский энциклопедический словарь. М., 1997

[4] Негодаев И.А. Информатизация культуры.

[5] Емельянов Ю.Н. Введение в культурантропологию. СПб. 1992. С.25.

[6] Моль А. Социодинамика культуры: Пер. с фр. / Предисл. Б. В. Бирюкова. Изд. 3-е. — М.: Издательство ЛКИ, 2008. — 416 С.

[7] Культурология: Учебник для студентов технических вузов (Под ред. Н.Г. Багдасарьян). – М.: Высш. школа, 1999.

[8] Щепанская Т.Б. Традиции городских субкультур \\ Современный городской фольклор. М.: РГГУ, 2003.

[9] Щепанская Т.Б. Традиции городских субкультур \\ Современный городской фольклор. М.: РГГУ, 2003.

[10] Хомутинников Ю., Субкультуры. Прошлое, настоящее, будущее. 2007.

[11] Фаустле О. Субкультура как регресс индивидуализации личности.

[12] Петров Д. Зависимость принадлежности к музыкальным течениям и социального положения в малой группе. 2007.

[13] www.genon.ru

[14] Обухова Л. Ф., Возрастная психология. Учебник.- М., Российское педагогическое агентство. 1996.

[15] Князева М.М. Влияние музыкально-эстетического воспитания на развитие личности. М., 1992.

[16] Кон И.С. Психология ранней юности. Юношеская субкультура. С. 11-13.

[17] Жуховицкий Л. Что делать с этой молодежью? // Софийские новости. 1987.

[18] Толстой Л. Н. Крейцерова соната // Собр. соч.: В 12 т.— М.: Художественная литература. 1958.— Т. 10.— С. 324.

[19] Кон И.С. Психология ранней юности. Юношеская субкультура. С. 16 – 17.

[20] Мяло К. Уроки Эйзеля//Иностранная литература.— 1987.— № 1.— С. 185.

[21] Кон И.С. Психология ранней юности. Юношеская субкультура. С. 17 – 18.

[22] Левичева В. Неформальные группы: ищем себя // Смена.— 1987.— № 12.— С. 5.

[23] Лисовский В.Т. Советское студенчество: соц. очерки. – М.: Высшая школа, 1990. – С. 159.

[24] Лисовский, В. Указ. Соч. – С.169.

[25] Кравченко А.И. Введение в социологию: учебное пособие для 10-11 кл. общеобразовательных учреждений. – М.: Просвещение, 1997.- С. 55.

[26] Лисовский, В. Указ. Соч. – С. 169.

[27] Жуховицкий Л. Что же делать с этой молодежью?// Юность, 1988, №9.- С. 120.

[28] Ольшанский Д.В. “Неформалы: групповой портрет в интерьере”- М: Педагогика, 1990г.

[29] Косарецкая С.В. О неформальных объединениях молодежи / С.В. Косарецкая, Н.Ю. Синягина. – М.: ВЛАДОС, 2004. – С. 16-21.

[30] Кон И.С. Краткий словарь по социологии. Социология молодежи. — М., 1988г.

еще рефераты
Еще работы по педагогике