Реферат: А.А. Фет

Детские годы.
Афанасий Афанасьевич Фет (Шеншин) родился 29 октября (по новому стилю – 10 ноября) 1820 года. В документальной биографии его многое не совсем точно – неточна и дата рождения. Интересно, что сам Фет отмечал как день своего рождения 23 ноября.
Место рождения будущего поэта – Орловская губерния, деревня Новоселки, недалеко от города Мценска, родовое имение отца, Афанасия Неофитовича Шеншина.
Афанасий Неофтович многие годы своей жизни, начиная с семнадцати лет, провел на военной службе. Участвовал в войне с Наполеоном. За доблесть, проявленную в сражениях, награжден орденами. В 1807 году, по болезни, ушел в отставку (в звании ротмистра) и стал служить на поприще гражданском. В 1812 году он избирается на должность мценского уездного предводителя дворянства.
Род Шеншиных принадлежал к древним дворянским родам. Но богатым отец Фета не был. Афанасий Неофитович пребывал в постоянных долгах, в постоянных домашних и семейных заботах. Может быть, это обстоятельство отчасти объясняет его сумрачность, его сдержанность и даже сухость и по отношению к жене, матери Фета, и по отношению к детям. Мать Фета, в девичестве Шарлотта Беккер, принадлежавшая по рождению к немецкой зажиточной бюргерской семье, была женщиной робкой и покорной. В домашних делах решающего участия не принимала, но воспитанием сына, по мере своих сил и возможности занималась.
Интересно и отчасти таинственна история ее замужества. Шеншин был вторым ее мужем. До 1820 года жила она в Германии, вДармштадте, в доме отца. Видимо, уже после развода с первым мужем, Иоганном Фетом, имея на руках малолетнюю дочь, она встретилась с 44-летним Афанасием Неофитовичем Шеншиным. Тот находился в Дариштадте на излечении, познакомился с Шарлотой Фет и увлекся ею. Кончилось все тем, что он уговорил Шарлоту бежать с ним в Россию, где они и обвенчались. В России, очень скоро по приезде, Шарлота Фет, ставшая Шеншиной, родила сына, нареченного Афанасием Шеншиным и крещенного по православному обряду.
В детстве Фета было и грустное и хорошее. Хорошего даже, пожалуй, больше чем плохого. Многие из первых учителей Фета оказались недалекими в том, что касается книжной науки. Но была другая школа – не книжная. Школа естественная, непосредственно-жизненая. Более всего обучали и воспитывали окружающая природа и живые впечатления бытия, воспитывал весь уклад крестьянского, сельского быта. Это, безусловно, важнее книжной грамоты. Больше всего воспитывало общение с дворовыми, простым людьми, крестьянами. Один из них – Илья Афанасьевич. Он служил камердинером у отца Фета. С детьми Илья Афанасьевич держался с достоинством и важностью, он любил наставлять их. Кроме его воспитателями будущего поэта явились: обитатели девичьих – горничные. Девичьи для юного Фета – это самые последние новости и это чарующие предания и сказки. Мастерицею рассказывать сказки была горничная Прасковья.
Первым учителем русской грамоты, по выбору матери, стал для Фета отменный повар, но далеко не отличный педагог мужик Афанасий. Афанасий скоро научил мальчика буквам русского алфавита. Вторым учителем был семинарист Петр Степанович, человек, видимо, способный, решивший учить Фета правилам русской грамматики, но так и не научивший его читать. После того как Фет лишился учителя-семинариста, его отдали на полное попечение старика-дворового Филиппа Агофоновича, занимавшего при деде Фета должность парикмахера. Будучи сам неграмотным, Филипп Агафонович ничему научить мальчика не мог, не при этом заставлял его упражняться в чтение, предлагая читать молитвы. Когда Фету пошел уже десятый год, к нему наняли нового учителя-семинариста, Василия Васильевича. При этом – для пользы в воспитании и обучении, для возбуждения духа соревнования – решено было учить вместе с Фетом также и приказчикова сына Митьку Федорова. В близком общении с крестьянским сыном Фет обогатился живым знанием жизни. Можно считать, что большая жизнь поэта Фета, как и многих других русских поэтов и прозаиков, началась встречею с Пушкиным. Стихи Пушкина заронили в душу Фета любовь к поэзии. Они зажгли в нем поэтический светильник, пробудили первые поэтические порывы, дали почувствовать радость высокого рифмованного, ритмического слова.
В доме отца Фет прожил до четырнадцати лет. В 1834 году поступил в пансион Крюммера в Верро, где он многому научился. Однажды Фету, который до того носил фамилию Шеншин, пришло письмо от отца. В письме отец сообщал, что отныне Афанасий Шеншин, в соответствии с исправленными официальными бумагами, должен именоваться официальными бумагами, должен именоваться сыном первого мужа матери, Иоанна Фета, - Афанасием Фетом. Что же произошло? Когда Фет родился и его, по тогдашнему обыкновению, крестили, он был записан Афанасьевичем Шеншиным. Дело в том, что Шеншин обвенчался с матерью Фета по православному обряду лишь в сентябре 1822 года, т.е. через два года после рождения будущего поэта, и, значит, законным отцом его считать не мог.
Начало творческого пути.
В конце 1837 года, по решению Афанасия Неофитовича Шеншина, Фет покидает пансион Крюммера и отправляет в Москву для подготовки к поступлению в Московский университет. Прежде чем Фет поступил в университет, он в течение полугода прожили, проучился в частном пансионе Погодина. Отличился Фет при обучение в пансионе и отличился при поступлениях в университет. Первоначально Фет поступил на юридический факультет Московского университета, но вскоре передумал и перешел на словесное отделение.
Серьезное занятие стихотворчеством начинается у Фета уже на первом курсе. Стихи он записывает в специально для того заведенную «желтую тетрадь». В скором времени количество сочиненных стихотворений доходит до трех десятков. Фет решает показать тетрадку Погодину. Погодин передает тетрадку Гоголю. А через неделю Фет получает от Погодина тетрадку обратно со словами: «Гоголь сказал, это несомненное дарование».
Судьба Фета не только горькая и трагичная, но и счастливая. Счастливая уже тем, что великий Пушкин первым открыл ему радость поэзии, а великий Гоголь благословил на службу ей. Стихи заинтересовали сокурсников Фета. И в это время Фет познакомился с Аполлоном Григорьевым. Близость Фета с А. Григорьевым становилась все более тесной и скоро перешла в дружбу. В итоге Фет переезжает из дома Погодина в дом Григорьева. Позднее Фет признался: «Дом Григорьевых был истиной колыбелью моего умственного я». Фет и А. Григорьев постоянно, заинтересованно душевно общались друг с другом.
Оказывали они поддержку друг другу и в трудные минуты жизни. Григорьев Фету, – когда Фет особенно остро чувствовал отверженность, социальную и человеческую неприкаянность. Фет Григорьеву – в те часы, когда была отвергнута его любовь, и он готов был бежать из Москвы в Сибирь.
Дом Григорьевых стал местом сборища талантливой университетской молодежи. Здесь бывали студенты словесного и юридического факультетов Я. П. Полонский, С. М. Соловьев, сын декабриста Н. М. Орлов, П. М. Боклевский, Н. К. Калайдович. Вокруг А. Григорьева и Фета образуется не просто дружная компания собеседников, но род литературно-философского кружка.
В пору пребывания в университете Фет выпустил первый сборник своих стихов. Называется он несколько затейливо: «Лирический пантеон». В издание сборника деятельности помогал Аполлон Григорьев. Сборник оказался убыточным. Выход «Лирического пантеона не принес Фету положительного удовлетворения и радости, но, тем не менее, заметно воодушевил его. Он стал писать стихи больше и энергичнее, чем прежде. И не только писать, но и печататься. Его охотно печатаю два крупнейших того журнала «Москвитянин» и «Отечественные записки». Более того, некоторые стихи Фета попадают, в известную в то время «Хрестоматию» А. Д. Галахова, первое издание которой вышло в 1843 году.
В «Москвитянине» Фет начал печататься с конца 1841 года. Редакторами этого журнала были профессора Московского университета – М. П. Погодин и С. П. Шевырев. С середины 1842 года Фет начал печататься в журнале «Отечественные записки», ведущим критиком которого был великий Белинский. В течение нескольких лет, с 1841 и до 1845-го, Фет напечатал в этих журналах 85 стихотворений, в том числе и хрестоматийное стихотворение «Я пришел к тебе с приветом...».
Первая беда, постигшая Фета, связана с матерью. Мысль о ней вызывала в нем нежность и боль. В ноябре 1844 года наступила ее смерть. Хотя ничего неожиданного в смерти матери не было, весть об этом потрясла Фета. Тогда же, осенью 1844 года, умирает скоропостижно дядя Фета, брат Афанасия Неофитовича Шеншина, Петр Неофитович. Он обещал оставить Фету свой капитал. Теперь он умер, а деньги его загадочным образом исчезли. Это было еще одним потрясением.
И у него начинаются финансовые проблемы. Он решает пожертвовать литературной деятельностью и поступить на военную службу. В этом он видит для себя единственный практически целесообразный и достойный выход. Служба в армии, позволяет ему вернуть социальное положение, в котором он пребывал до получения того злополучного письма от отца и которое он считал, своим, принадлежащим ему по праву.
К этому следует добавить, что военная служба не была противна Фету. Напротив, когда-то в детстве он даже мечтал о ней.
Основные сборники.
Первый сборник у Фета был издан в 1840 году и назывался «Лирический пантеон», был издан только с одними инициалами автора «А. Ф.». Интересно, что в том же году вышел из печати и первый сборник стихотворений Некрасова – «Мечты и звуки». Одновременность выхода обоих сборников невольно наталкивает на их сопоставление, и сопоставляют их часто. При этом обнаруживается общность в судьбе сборников. Подчеркивается, что и Фета и Некрасова постигла неудача в их поэтическом дебюте, что оба они не сразу нашли свой путь, свое неповторимое «я».
Но в отличие от Некрасова, вынужденного скупить тираж сборника и уничтожить его, Фет отнюдь не потерпел явной неудачи. Его сборник и критиковали, и хвалили. Сборник оказался убыточным. Фету не удалось даже возвратить затраченные им на печать деньги. «Лирический пантеон» – это книга во многом еще ученическая. В ней заметно влияние самых разных поэтов (Байрона, Гете, Пушкина, Жуковского, Веневитинова, Лермонтова, Шиллера и современника Фета Бенедиктова).
Как отмечал критик «Отечественных записок», в стихах сборника видна была неземная, благородная простота, «грация». Отмечалась и музыкальность стиха – то качество, которое в высшей степени будет свойственно и зрелому Фету. В сборнике наибольшее предпочтение отдавалось двум жанрам: балладе, столь излюбленной романтиками («Похищение из гарема», «Замок Рауфенбах» и др.), и жанру антологических стихов.
В конце сентября 1847 года он получает отпуск и едет в Москву. Здесь в течение двух месяцев усердно занимается своим новым сборником: составляет его, переписывает, сдает в цензуру, получает даже цензурное разрешение на издание. Между тем время отпуска истекает. Издать сборник он так и не успел – должен был возвращаться в Херсонскую губернию, на службу.
Снова приехать в Москву Фет смог только в декабре 1849 года. Тогда-то он и завершил дело, начатое два года назад. Теперь он делает все в спешке, помня свой опыт двухгодичной давности. В начале 1850 года сборник выходит в свет. Спешка сказалась на качестве издания: в нем множество опечаток, темных мест. Тем не менее, книга имела успех. Положительные отзывы о ней появились в «Современнике», в «Отечественных записках», в «Москвитянине», то есть в ведущих журналах того времени. Успех она имела и в читательской публике. Весь тираж книги разошелся в течение пяти лет. Это не такой уж долгий срок, особенно если сравнивать с судьбой первого сборника. Тут сказалась и возросшая известность Фета, основанная на его многочисленных публикациях начала 40-х годов, и новая волна поэзии, которая отмечалась в России в те годы.
В 1856 году Фет издает еще один сборник, которому предшествовало издание 1850 года, включавшее 182 стихотворения. В новое издание, по совету Тургенева, перенесено 95 стихотворений, из них только 27 оставлены в прежнем виде. Основательной или частичной правке подвергалось 68 стихотворений. Но вернемся к сборнику 1856 года. В литературных кругах, среди ценителей поэзии, он имел большой успех. Основательной статьей на новый сборник откликнулся известный критик А. В. Дружинин. Дружинин в статье не только восхищался стихотворениями Фета, но и подверг их глубокому анализу. Особо подчеркивает Дружинин музыкальность фетовского стиха.
В последний период его жизни издается сборник его оригинальных стихотворений – «Вечерние огни». Вышли в свет в Москве, в четырех выпусках. Пятый был подготовлен Фетом, но издать его он уже не успел. Первый сборник вышел из печати в 1883 году, второй – в 1885 году, третий – в 1889 –м, четвертый – в 1891-м, за год до его смерти.
«Вечерние огни» – основное название сборников Фета. Второе их название – «Собрание неизданных стихотворений Фета». В «Вечерние огни», за редким исключением, включались действительно еще не издававшиеся до того времени стихотворения. Главным образом те, которые Фет написал после 1863 года. Перепечатывать произведения, созданные ранее и вошедшие в сборники 1863 года, просто не было надобности: тираж сборника так и не разошелся, желающие могли эту книгу купить. Наибольшую помощь при издании оказали Н. Н. Страхов и В. С. Соловьев. Так, при подготовке третьего выпуска «Вечерних огней', в июле 1887 года, в Воробьевку приехали оба друга.
Журнальная и редакторская деятельность Фета.
Первое знакомство с Тургеневым состоялось в мае 1853 года. И, наверное, после этого и началась журнальная деятельность Фета. Но до этого Фет печатал свои стихотворения в известных тогда журналах «Отечественные записки» и «Москвитянин». Спасском Фет читал Тургеневу свои стихи. Фет взял с собой и свои переводы из од Горация. Этими переводами Тургенев был больше всего восхищен. Интересно, что фетовские переводы Горация заслужили похвалу не только Тургенева – высокую оценку дал им «Современник».
На основе своих путешествий 1856-ого года, Фет написал большую статью под заглавием «Из-за границы. Путевые впечатления». Она была напечатана в журнале «Современник» – в №11 за 1856 год и в №2 и №7 за 1857 год.
Фет занимается переводами не только с латинского, но и с английского: усердно переводит Шекспира. И сотрудничает не только в «Современнике», а и в других журналах: «Библиотека для чтения», «Русском вестнике», с 1859 года – в «Русском слове», журнале, ставшем позднее очень популярным благодаря участию в нем Дмитрия Ивановича Писарева. В 1858 году Фету приходит мысль об создании совсем нового, чисто литературного журнала, которым бы руководили, кроме него, Л. Толстой, Боткин и Тургенев.
В 1859 году Фет порвал сотрудничество с журналом «Современник». Предпосылки к этому разрыву служило объявление войны «Современником» литературе, которую он считал безразличной к интересам дня и к прямым нуждам трудового народа. Кроме этого «Современник» опубликовал статью, резко критикующею фетовские переводы Шекспира.
В феврале 1860 года Фет купил имение Степановка. Здесь он и хозяйничал семнадцать лет. Именно, хорошей знание сельской жизни и сельской деятельности в Степановке позволили Фету создать несколько публицистических трудов, посвященных деревне. Очерки Фета так и назывались: «Из деревни». Они были опубликованы в журнале «Русский вестник».
В деревне Фет занимался не только сельскими делами и написаниями очерков, но переводил труды немецкого философа Шопенгауэра.
Личная судьба Фета.
После смерти Петра Неофитовича, у Фета начинаются финансовые проблемы. И он решает пожертвовать литературной деятельностью и поступить на военную службу. 21 апреля 1845 года Фет был принят унтер-офицером в кирасирский (кавалерийский) Военного Ордена полк. К этому времени он почти совсем простился с поэзией. В течение трех лет, с 1841 по 1843 год, он много писал и много печатался, но в 1844 году, видимо по причине известных нам тяжелых обстоятельств, заметен спад в творчестве: в этом году он написал всего десять оригинальных стихотворений и перевел тринадцать од римского поэта Горация. В 1845 году создано всего пять стихотворений.
Конечно, и в годы службы у Фета были подлинные радости – высокие, истинно человеческие, духовные. Это, прежде всего встречи с приятными и добрыми людьми, интересные знакомства. К таким интересным знакомствам, оставившим по себе память на всю жизнь, относится знакомство с супругами Бражескими.
С семейством Бржеских связано у Фета еще одно, особенно важное событие: через них он познакомился с семьей Петковича. В гостеприимном доме Петковичей Фет встретил их молодую родственницу, Марию Лазич. Она стала героиней его любовной лирики. Когда Фет встретился с Лазич, ей было 24 года, а ему 28. Фет увидел в Марии Лазич не только привлекательную девушку, но и на редкость культурного человека, музыкально и литературно образованного.
Мария Лазич оказалась близкой Фету по духу – не только по сердцу. Но она была такой же бедной, как Фет. И он, лишенный состояния и твердой социальной основы, не решил связать с нею свою судьбу. Фет убеждал Марию Лазич, что им нужно расстаться. Лазич соглашалась на словах, но порвать отношения не могла. Не мог и Фет. Они продолжали встречаться. Вскоре Фету пришлось по служебной надобности на время уехать. Когда он вернулся, его ждала страшная весть: Мария Лазич уже не было в живых. Как рассказали Фету, в тот трагический час она лежала в белом кисейном платье, читала книгу. Закурила и спичку бросила на пол. Спичка продолжала гореть. От нее загорелось кисейное платье. Через несколько мгновений девушка вся была в огне. Спасти ее не удалось. Ее последние слова были: «Спасите письма!». И еще она просила не винить ни в чем того, кого она любила...
После трагичной кончины Марии Лазич к Фету приходит в полной мере осознание любви. Любви неповторимой и единственной. Теперь он всю жизнь будет вспоминать, будет говорить, и петь об этой любви – высокими, прекрасными, удивительными стихами.
...Та трава, что вдали на могиле твоей,
здесь на сердце, чем старее оно, тем свежей...
В конце сентября 1847 года он получает отпуск и едет в Москву. Здесь он усердно занимается своим новым сборником, сдает в цензуру проходит ее, но издать сборник ему не удалось. Он должен был возвратиться в Херсонскую губернию, на службу. Сборник был издан спустя лишь 3 года. Издает он его в спешке, но, не смотря на это сборник, имеет большой успех.
2 мая 1853 года Фета переводят в гвардию, в уланский полк. Гвардейский полк был расквартирован вблизи Петербурга, в Красносельском лагере. И у Фета появляется возможность, еще, будучи на военной службе, войти в петербургскую литературную среду – в круг самого знаменитого и самого прогрессивного тогда журнала «Современник».
Более всего Фет сближается с Тургеневым. Первое знакомство Фета с Тургеневым состоялось в мае 1853 года в Волково. Потом Фет по приглашению Тургенева посетил его имении Спасское-Лутовиново, где Тургенев по правительственному приговору находился в ссылке. Разговор между ними в Спасском был посвящен главным образом литературным делам и темам. Фет взял с собой и свои переводы из од Горация. Этими переводами Тургенев был больше всего восхищен. Тургенев редактировал и новый сборник оригинальных стихотворений Фета. Новый сборник стихотворений Фета вышел в 1856 году. Когда выходит в свет новое издание стихотворений Фета, он берет на год отпуск по службе и использует его не только для литературных дел, но и для путешествия за границу. За границей Фет был дважды. Первый раз ездил наскоро – за своей старшей сестрой Линой и для расчета по делам наследства матери. Поездка оставил мало впечатлений.
Второй его путешествие за границу, состоявшееся в 1856 году, было более продолжительным, и более впечатляющим. На основе своих впечатлений Фет написал большую статью заграничных впечатлений под заглавием «Из-за границы. Путевые впечатления».
Путешествуя, Фет посетил Рим, Неаполь, Геную, Ливорно, Париж и другие, знаменитые итальянские и французские города. В Париже Фет познакомился с семейством Полины Виардо, которую любил Тургенев. И все-таки путешествие за границу не принесло Фету сколько-нибудь устойчивой радости. Напротив, – за границей более всего он тосковал и хандрил. Он почти уже дослужил до чина майора, который должен был автоматически вернуть ему утерянное дворянство, но в 1856 году новый царь АлександрII, специальным указом установил новые правила ля получения дворянства отныне имеет право на дворянство имеет не майор, а только полковник.
«По состоянию здоровья ожидаю, скорее смерти и смотрю на брак как на вещь для меня недостижимую». Слова Фета о недостижимости брака были сказаны Фетом меньше чем за год до женитьбе на Марии Петровне Боткиной.
Мария Петровна было родной сестрой Василия Петровича Боткина, известного писателя, критика, близкого друга Белинского, друга и ценителя Фета. Мария Петровна принадлежала к большой купеческой семье. Семь Боткиных была не только талантливая, но и дружная. Будущая жена Фета находилась в семье на особом положении. Братья жили собственной жизнью, старшие сестры были выданы замуж и имели свои семьи, только Мария Петровна оставалась в доме. Ее положение казалось ей исключительно и сильно ее угнетало.
Предложение Фетом было сделано, и в ответ на него последовало согласие. Было решено вскоре же отпраздновать свадьбу. Но случилось так, что Мария Петровна должна была, не откладывая ехать за границу – сопровождать больную замужнею сестру. Свадьбу отложили до ее возвращения. Однако Фет не стал дожидаться возвращения невесты из-за границе – поехал за нею сам. Там, в Париже, состоялся обряд венчания, и была сыграна скромная свадьба.
Фет женился на Марии Петровне, не испытывая к ней сильного любовного чувства, но по симпатии и по здравом размышлении. Такие браки часто бывают не менее удачными, нежели браки по старости. Брак Фета был удачным по самому нравственному счету. О Марии Петровне все знавшие ее говорили только хорошо, только с уважением и неподдельной приязнью.
Мария Петровна была хорошей женщиной образованной, хорошей музыкантшей. Она стала помощницей мужу, привязана к нему. Это Фет всегда чувствовал и не мог не быть благодарным.
К февралю 1860 года у Фета созрела мысль о приобретение имения. К середине года он осуществляет свою мысль-мечту. Имение Степановка, которое он купил, находилось на юге того же Мценского уезда Орловской губернии, где было расположено и его родное имение Новоселки. Это был довольно большой хутор, размером в 200 десятин, расположенный в степной полосе, на голом месте. Тургенев по этому поводу шутил: «жирный блин и на нем шиш», «вместо природы... одно пространство».
Здесь Фет и хозяйничал – в течение семнадцати лет. Здесь он проводил большую часть года, лишь зимою выезжая ненадолго в Москву.
Хозяином Фет был не просто хорошим – истовым. Его истовость в сельских трудах и устройстве имения имела серьезные психологические обоснование: он на деле возвращал себе причастность к классу дворян-помещиков, устранял великую, как ему казалось, несправедливость по отношению к себе. В Степановке Фет обучил двух крестьянских детей грамоте, построил для крестьян больницу. Во время недорода и голода помогает крестьянам деньгами и другими средствами. С 1867 года и на протяжении десяти лет Фет исполнял должность мирового судьи. К своим обязанностям относился серьезно и ответственно.
Последние годы жизни.
Последние годы жизни Фета отмечены новым, неожиданным и самым высоким взлетом его творчества. В 1877 году Фет продает старое имение, Степановку, и покупает новое – Воробьевку. Имение это расположено в Курской губернии, на реке Тускари. Получилось так, что и в Воробьевке Фет неизменно, все дни и часы, занят работой. Поэтической и умственной работой.
Как бы ни была важна для Фета переводческие труды, самым большим событием в последние годы его жизни был выход сборников его оригинальных стихотворений – «Вечерние огни». Стихи поражают, прежде всего, глубиной и мудростью. Это одновременно светлые и трагичные раздумья поэта. Таков, например, стихотворения «Смерть», «Ничтожество», «Не тем, Господь, могуч, непостижим...». Последнее стихотворение – слава человеку, слава вечному огню духа, который живет в человеке.
В «Вечерних огнях», как и во всей поэзии Фета, много стихотворений о любви. Прекрасных, неповторимых и незабываемых стихотворений. Одно из них «Александре Львовне Бржеской».
Видное место в поздней лирики Фета занимает природа. В его стихах она всегда тесно связанна с человеком. У позднего Фета природа помогает решать загадки, тайны человеческого бытия. Через природу Фет постигает тончайшую психологическую правду о человеке. Под конец жизни Фет стал богатым человеком. Указом императора Александра II ему вернули дворянское достоинство и столь желанную для него фамилию Шеншин. Его пятидесятилетний литературный юбилей в 1889 году был отмечен торжественно, пышно и вполне официально. Новым императором Александром III еему было пожаловано звание старшего ранга – камергер.
Фет умер 21 ноября 1892 года, не дожив двух дней до семидесятидвухлетия. Обстоятельства его смерти таковы.
Утром 21 ноября больной, но бывший еще на ногах Фет неожиданно пожелал шампанского. Жена, Мария Петровна, напомнила, что доктор этого не разрешил. Фет стал настаивать, чтобы она немедленно поехала к доктору за разрешением. Пока запрягали лошадей, Фет волновался и торопил: «Скоро ли?» Марии Петровне на прощанье сказал: «Ну, отправляйся же, мамочка, да возвращайся скорее».
После отъезда жены он сказал секретарше: «Пойдемте, я вам продиктую». – «Письмо?» – спросила она. – «Нет». Под его диктовку секретарша написала вверху листа: «Не понимаю сознательного преумножения неизбежных страданий. Добровольно иду к неизбежному». Под этим сам Фет подписался: «21 ноября, Фет (Шеншин)».
На столе у него лежал стальной разрезальный ножик в виде стилета. Фет взял его. Встревоженная секретарша вырвала. Тогда Фет, не отказавшись от мысли о самоубийстве, отправился в столовую, где в шифоньерке хранились столовые ножи. Он пытался открыть шифоньерку, но безуспешно. Вдруг, часто задышав, широко раскрыв глаза, он упал на стул.
Так к нему пришла смерть.
Через три дня, 24 ноября, произошел обряд отпевания. Отпевали в университетской церкви. Потом гроб с телом Фета отвезли в село Клейменово Мценсконо уезда Орловской губернии, родовое имение Шеншиных. Там Фета и похоронили.
Список литературы: Маймин Е. А. Афанасий Афанасьевич Фет: Книга для учащихся. – Москва: Просвещение 1989 г.
еще рефераты
Еще работы по отечественной литературе