Реферат: Romania-correct

ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ.

Румыния — государство на юго-востоке Европы, в бассейне нижнего Дуная. На востоке омывается Черным морем. Территория — 237,5 тыс. кв. км. Население — 23,2 млн. человек (1990 г): 90% — румыны, 6,9%- венгры, 3,1%- немцы, есть и представители других национальностей. Столица — Бухарест (2,3 млн. жителей). Государственный язык — румынский. Верующие — преимущественно православные. Румыния состоит из 40 административных единиц — уездов, самостоятельная административная единица — столица Бухарест.

Румыния — президентская республика. Президентом Румынии в настоящее время является Ион Илиеску. Представительный орган, осуществляющий законодательную власть — Национальное собрание, состоящее из двух палат: Сената и Собрания депутатов. Крупнейшей парламентской партией является Партия социальной демократии. Важнейшие оппозиционные партии объединены в Демократическую конвенцию.

Высшую судебную власть осуществляет Верховный суд. Кабинет министров — важнейший орган исполнительной власти. В центральной и северной частях Румынии расположены горы Восточные и Южные Карпаты и Трансильванское плато, на западе -Западные Румынские горы, на юге — Нижнедунайская равнина, на юго-востоке — плато Добруджа. Климат умеренный, континентальный. На равнинах средние температуры января от 0 до -5 градусов, июля от 20 до 23 градусов. В год выпадает 300-700 мм осадков (в горах до 1500 мм). Главная река — Дунай. 27% территории леса, главным образом в горах; на равнинах (большая часть их распахана) — степная и лесостепная растительность. В I в. до н. э. — III в. н. э. населявшие территорию Румынии гето-дакийские племена вели борьбу с Римом. В начале II в. н. э. область расселения даков попала под господство Рима и была превращена в римскую провинцию Дакию. После ухода римлян (217) на территории Румынии оседали племена готов, гепидов, авар, в VI-VII веках поселились славяне. В XIV веке образовались феодальные государства — Валахия и Молдова, попавшие в XVI веке под османское иго.

Румыния образовалась в 1859 году в результате объединения княжеств Молдовы и Валахии под властью одного избранного представительными собраниями господара Александра Кузы, который получил титул князя румынского. В 1866 году Куза был низложен, на престол избран принц Карл (из дома Гогенцоллернов) и введена новая конституция. В 1877 году Румыния заключила союз с Россией против Турции и провозгласила свою независимость.В 1881 году Румыния была провозглашена королевством. Румыния участвовала во 2-й Балканской войне (1913), в 1916 на стороне Антанты вступила в 1-ю мировую войну. В 1918 г. Румыния захватила Бессарабию и Северную Буковину, которые в 1940 г. она возвратила СССР.

В 1927 году король Кароль II был изгнан из страны. Королем стал его пятилетний сын Михай.В 1930 г. Кароль вернулся на родину, и Михай стал престолонаследником с титулом великого воеводы.

ГЛАВА 1. 23 АВГУСТА 1944 ГОДА.

В предвоенные годы Румыния была отсталой аграрной страной.

Основным занятием 3/4 населения было сельское хозяйство. Сельскохозяйственные продукты составляли значительную часть экспорта. Мелкие и средние крестьяне, опутанные долговой кабалой, разорялись. В деревне существовали феодальные пережитки.

Промышленность была слабо развита. По экономическому потенциалу Румыния отставала от западноевропейских стран почти на 100-150 лет. Значительных размеров достигали только добыча нефти, разработка леса и некоторые другие отрасли, интересовавшие иностранный капитал. По данным 1938 г., доля иностранного капитала в нефтяной промышленности составляла почти 92%, в производстве электроэнергии и газа — 95%, в металлургии — 74%, в химической промышленности-72%, в деревообрабатывающей — 70%.Многие отрасли промышленности использовали импортное сырье. Господствовавшие в экономике Румынии нефтяные монополии сотрудничали с гитлеровской Германией.

Германия при содействии румынской буржуазии и помещиков превращала Румынию в антисоветский плацдарм. Осенью 1940 г., после того как Северная Трансильвания решением Гитлера была передана Венгрии, Кароль вторично удалился в эмиграцию. Генерал Ион Антонеску стал премьер-министром страны по форме и диктатором по существу. Формально сохранялась парламентская монархия. 18-летний Михай стал монархической ширмой для военно-фашистской диктатуры Антонеску. Королевским указом Антонеску был присвоен титул «кондукэтора» — фюрера, вождя нации. В начале октября 1940 г. в Румынию были введены крупные соединения немецких войск.

22 июня 1941 г. румынский диктатор генерал Ион Антонеску отдал приказ войскам перейти границу по реке Прут и «разгромить врага на Востоке». Король Михай выразил ему признательность «за радость пережить дни славы предков». 1 июля началось форсирование Прута.

На первых порах вступление в войну пользовалось определенной поддержкой румынской общественности. Здесь, безусловно, сказалось отношение населения к событиям июня 1940 г., когда в состав Советского Союза вошли Бессарабия (оккупированная в 1918 г. румынскими войсками) и никогда не принадлежавшая России Северная Буковина. Против СССР Румыния выставила второй по численности после гитлеровского военный контингент. 15 ноября 1943 г. Антонеску, произведенный к тому времени в маршалы, свидетельствовал в письме Гитлеру: «В 1942 г. мы дали 26 дивизий с самым лучшим вооружением и послали на фронт почти всю тяжелую артиллерию. На Дону и под Сталинградом мы потеряли 18 дивизий, а остальные 8 дивизий были уничтожены на Кубани. Мы потеряли 250 тыс. человек и вооружение 24 дивизий.» К началу 1944 г. потери румынских войск на фронте достигли 660 тыс. человек. Поражения рассеивали шовинистический угар. Страна, истощенная войной и обобранная гитлеровскими оккупантами, бедствовала. Нарастала оппозиция режиму Антонеску. В армии ширилось де-

зертирство. Рабочие бастовали. Крестьяне саботировали поставки продовольствия. Интеллигенция была обеспокоена судьбой родины, увлекаемой диктатором в пропасть. Лидеры формально распущенных, но продолжавших существовать «исторических партий» — национал--либеральной (НЛП) и национал-царанистской (НЦП), прежде безоговорочно поддерживавшие Антонеску, стали искать выход из тупика. Поначалу это проявилось в осуждении безбрежно-завоевательной программы (освоения так называемой Транснистрии, т. е. земель между Днестром и Бугом с центром в Одессе, и создания «Великой Румынии») и выдвижении «программы-минимум» (Бессарабия и Северная Буковина). Позднее начался активный поиск выхода из надвигавшейся катастрофы путем договоренности с Великобританией и США.

Организатором сопротивления режиму Антонеску была Коммунистическая партия Румынии (КПР), находившаяся в подполье. Заслуги коммунистов в патриотическом движении несомненны. КПР являлась единственной подитической силой, с самого начала выступавшей против союза с гитлеризмом. Во второй половине 1943 г. по инициативе КПР возник Патриотический антигитлеровский фронт с участием нескольких демократических организаций. Лидеры национал-либеральной и национал-царанистской партий в него не вошли. Они уповали на то, что из войны удастся выйти с помощью Великобритании и США, возлагая при этом надежды на так называемый балканский вариант, выдвигавшийся английским премьер-министром Черчиллем. Последний, рассчитывая, что силы западных держав, врезавшись клином в континент, тем самым преградят Советской Армии путь как на Запад, так и на Балканы, выступил с идеей удара в «мягкое подбрюшье Европы». Но этот план не был реализован. Успехи советских войск летом — осенью 1943 г. были так велики, а вероятность для англо-американской экспедиции застрять на Балканах столь реальна, что возникла иная «угроза»: как бы «красные» не добрались до Ла-Манша, пока англо-американцы распутывают балканские узлы. На союзной конференции в Тегеране (конец 1943 г.) были согласованы сроки открытия второго фронта во Франции.

Лидеры румынских «исторических партий» развернули лихорадочную активность по установлению контактов с западными союзниками СССР. Они направили своих эмиссаров в Анкару и Каир, производили зондажи в Мадриде и Стокгольме. Антонеску им не мешали даже пытался подключиться к этим контактам. Соблюдая союзническую лояльность, дипломаты Англии и США советовали в ответ вступить в переговоры с правительством СССР.

27 марта 1944 года Советская Армия перешла румынскую границу. 2 апреля Советское правительство заявило: «Вступление советских войск в пределы Румынии диктуется исключительно военной необходимостью и продолжающимся сопротивлением войск противника» и «не преследует цели приобретения какой-либо части румынской территории или изменения существующего общественногостроя». 12 апреля В.М.Молотов предал гласности следующее условие перемирия с Румынией, воспринятое в мире как великодушное: разрыв с гитлеровской Германией и совместная с антигитлеровской коалицией борьба против нее; восстановление довоенной советско-румынской границы; возмещение СССР убытков, причиненных ему действиями румынских войск и оккупацией; освобождение союзных военнопленных; обеспечение союзным войскам свободы передвижения по Румынии в соответствии с потребностями войны. В советском заявлении говорилось о возвращении Румынии Северной Трансильвании, которая осенью 1940 г. по решению Гитлера и Муссолини была передана Венгрии.

Антонеску отверг эти предложения и объявил, что переходит к тотальной войне. Но он уже не был хозяином положения в стране. В апреле 1944 г. коммунисты и социал-демократы достигли соглашения о создании Единого рабочего фронта. Тогда же 66 видныхученых, членов Академии и профессоров Бухарестского университета обратились к Антонеску с открытым письмом, призывая немедленно прекратить войну. В июне был образован Национально-демократический блок (коммунисты, социалисты, царанисты, либералы), ставивший целью добиться выхода Румынии из войны и присоединения ее к Объединенным Нациям, устранения Антонеску и установления в стране конституционного демократического режима.Но согласия между участниками блока не было, лидеры НЛП и НЦП продолжали маневры, добиваясь сепаратного договора с западными державами и высадки в Румынию англо-американского десанта. В то же время они пытались подвигнуть Антонеску согласиться на перемирие.

Критический момент наступил в августе 1944 года. 20 августа прорывом войск 2-го Украинского фронта началась Ясско-Кишиневская операция («Ясско-Кишиневские Канны») против 900-тысячной группировки противника (25 немецких и 22 румынских дивизии). Руководители четырех партий установили контакт с королем. Одновременно они поддерживали отношения с СССР в целях подписания перемирия через г-на Штирбея в Каире и посла Советского Союза в Стокгольме Александру Коллонтай.

Было решено, что генерал Аурел Алдя поедет в Москву с полномочиями от короля и Национально-демократического блока с целью заключить перемирие. Однако возникшие трудности военного и технического характера воспрепятствовали выполнению миссии генерала Алдя. Тем не менее по специальным дипломатическим каналам союзники были проинформированы о состоянии духа румын, о решении партий, короля и вооруженных сил.

И все-таки выход из числа сателлитов «оси» и присоединение к коалиции задерживались, поскольку маршал Антонеску, вернувшийся с фронта, почувствовал: что-то готовится. Хотя партии действовали в обстановке секретности, вся страна знала, что события стремительно приближаются к роковой развязке. Диктатор начал предпринимать всяческие меры противодействия тому, что, как он подозревал, должно произойти. Чтобы помешать ему принять решительные меры, союзники решили ускорить государственный переворот. После того, как была достигнута договоренность о дате и способах совершения государственного переворота, была сделана последняя попытка склонить маршала Антонеску самого заключить перемирие. Вечером 22 августа блок четырех партий попросил Иона Михалаке, поддерживавшего личные отношения с Антонеску, постараться убедить маршала в том, что интересы страны требуют прекращения всяких отношений с гитлеровской Германией, вывода из Румынии немецких военных соединений и заключения мира. С этой целью маршалу предлагалось попросить перемирия. На следующий день, 23 августа, утром, собравшись в доме одного из руководителей национал-либералов Дину Брэтиану, все представители партий, за исключением руководителя коммунистов Лукрециу Пэтрэшкану, преследуемого полицией, попросили Джордже Брэтиану сделать последнюю попытку договориться с маршалом от имени блока четырех партий: срочно поехать в Снагов и потребовать ясного ответа на предложение, сделанное Ионом Михалаке, — либо «да», либо «нет».

Ион Антонеску согласился. Около четырех часов дня он явился к королю вместе со своим однофамильцем, вице-премьером и министром иностранных дел Михаем Антонеску. Произошел бурный разговор. Маршал настаивал на том, чтобы испросить согласия немцев на заключение Румынией перемирия. Перед лицом такого слепого упрямства король объявил обоих Антонеску арестованными. Немедленно вслед за этим во дворец были вызваны и также арестованы генералы Василиу, заместитель государственного секретаря по внутренним делам, и Пантази, военный министр. Через четверть часа члены нового правительства были утверждены в должности; государственный переворот был закончен. Все было сделано таким образом, что гестапо ничего не знала. В десять часов вечера по радио передали воззвание короля, а также закон-декрет об амнистии. Так вся страна узнала о произошедшей перемене.

Король Михай объявил о прекращении военных действий. Эта акция короля имела огромное значение: по конституции он являлся верховным главнокомандующим вооруженных сил страны, и поэтому армия безоговорочно выполнила приказ о прекращении огня. Ни одно воинское подразделение не выступило на защиту свергнутого диктатора.

Но было необходимо обсудить условия вывода немецких войск из страны таким образом, чтобы не пострадало население. Во дворец были вызваны полномочный посол Германии барон Манфред фон Киллингер и командующие немецкими войсками в Румынии генералы Хансен и Герстенберг. Их поставили в известность, что Румыния порвала связи с «осью» и перешла на сторону антигитлеровской коалиции и что немецкие войска смогут беспрепятственно уйти из страны, не будучи разоруженными, при условии, если высшее немецкое командование отдаст приказ о мирном отступлении. Генерал Хансен дал честное слово, что выполнит эти условия. Тем не менее на следующий день столица подверглась ожесточенной бомбардировке. Честное слово немецкого генерала было грубо нарушено, а жители Бухареста пережили три дня и три ночи чудовищного обстрела с огромным числом жертв и материальным ущербом.

В Румынии оценка 23 августа 1944 г. зависела от политической конъюнктуры. Вначале фигурировал термин «исторический акт», затем — «восстание», «национальное восстание», «антифашистское национальное вооруженное восстание». 23 августа объявлялось «днем освобождения Румынии Советской Армией от фашистского гнета». В 1969 г. была выпущена медаль в честь «25-летия освобождения Родины». В последние годы диктатуры клана Чаушеску 23 августа стало считаться началом «антифашистской и антиимпериалистической революции социального и начционального освобождея. Сейчас румынские историки оценивают 23 августа 1944 г. или как „день национального предательства“, или как „исторический спасительный акт короля и исторических партий“.

ГЛАВА 2. РОЖДЕНИЕ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РУМЫНИИ.

23 августа 1944 г. диктатура Антонеску была свергнута. В стране началась революция, в ходе которой была установлена диктатура пролетариата. Румыния повернула оружие против гитлеровской Германии. На заключительном этапе Румыния сражалась вместе с Советским Союзом до полного разгрома фашизма; румынские войска участвовали в освобождении Венгрии и Чехословакии. Урон, причиненный во время второй мировой войны, и военные расходы составили более 1 млрд. долларов.

Румынская компартия в довоенный период была расколота на 2 крыла: „национальное“ (Георге Георгиу-Деж, Георге Апостол, Лукрециу Пэтрэшкану) и „московское“, состоящее в основном из работников Коминтерна (Ана Паукер, Василе Лука, Иосиф Кишиневский).До 23 августа 1944 г. вся РКП насчитывала менее 1000 членов. Прибывшая в Румынию Анна Паукер в те бурные дни выразила убежденность, что компартия вскоре станет правящей в стране, а в ответ на удивление собеседника заявила: „Во время отдыха Советской Армии в Румынии партия увеличит свои ряды на тысячи и десятки тысяч человек.“ Она, по-видимому, знала, что говорила: уже к концу 1947 г. РКП выросла до 803831 человека. Реальная власть в партийном руководстве принадлежала поначалу „московской“ фракции, хотя из тактических соображений Сталин выдвинул на первый план „национал-коммуниста“ Дежа.

6 марта 1945 г. было создано первое демократическое правительство во главе с видным политическим деятелем Петру Гроза, приступившее к глубоким демократическим преобразованиям, в том числе аграрной реформе (март 1945 г.). На первых послевоенных парламентских выборах (ноябрь 1946 г.) блок демократических партий во главе с коммунистами одержал решительную победу над „историческими партиями“ — национал-либеральной и национал-царанистской. По требованию народа 30 декабря 1947 г. король Михай был вынужден отречься от престола, решением парламента страна была провозглашена народной республикой.

Политическим событием большой важности явилось объединение коммунистической и социал-демократической партий и создание на съезде (февраль 1948 г.) единой Румынской рабочей партии. В начале 1948 г. были образованы высшие и местные органы государственной власти — Великое национальное собрание и народные советы. 13 апреля 1948 г. была принята новая конституция. На первой послевоенной национальной конференции (октябрь 1945 г.) началась разработка румынского варианта административно-командной системы экономических и общественных отношений. Суть этой системы — копирование сталинской „модели“ общественного развития. В дальнейшем к этому добавился откровенный национализм.

Болезнь Сталина и развязанная им в 50-е гг. антисемитская кампания способствовали падению престижа „коминтерновцев“ в РКП.В 1952 г. „фракционная группа“ А.Паукер и В.Луки была окончательно устранена с пути, а в июне этого же года был сформирован новый секретариат ЦК РКП, где преобладали представители национального крыла. Руководителем страны стал Георге Георгиу-Деж. Впервые в партийную элиту вошел Николае Чаушеску. В соглашении о перемирии с Румынией, подписанном СССР от имени союзников еще 12 сентября 1944 г. в Москве, Советское правительство исходило из безусловного признания независимости и суверенитета страны. СССР первым признал народно-демократическое правительство Румынии и установил с ним 6 августа 1945 г. дипломатические отношения.

Благодаря твердой позиции СССР мирный договор, подписанный в феврале 1947 г. в Париже, не затронул независимости Румынии. 14 декабря 1955 г. Румыния вступила в ООН. Экономическое сотрудничество с Советским Союзом и другими социалистическими странами сыграло важную роль в укреплении на родного хозяйства Румынии. 8 мая 1945 г. правительства СССР и Румынии подписали соглашения об экономическом сотрудничестве и товарообмене, что способствовало решению проблем послевоенного возрождения румынской промышленности. В тяжелые годы хозяйственной разрухи, усугубленной двухлетней засухой 1945-1946 гг., Советский Союз предоставил Румынии 400 тыс. т. зерна. Поставки сырья (железной руды, кокса, хлопка) из СССР позволили наладить работу целого ряда отраслей румынской промышленности.

Советско-румынский Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи был подписан 4 февраля 1948 г. в Москве. Аналогичные договоры были заключены Румынией с Болгарией — 16 января 1948 г., Венгрией — 24 января 1948 г., Чехословакией — 21 июля 1948 г., Польшей — 26 января 1949 г. В январе 1949 г. Румыния вместе с СССР и другими социалистическими странами приняла участие в создании Совета Экономической Взаимопомощи, а в мае 1955 г. подписала в Варшаве вместе с ними Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи. Капиталистические страны объявили экономический и политический бойкот молодой республике, стремились к ее изоляции на мировой арене, препятствовали принятию Румынии в Организацию Объединенных наций.

С начала 1950-х годов в Румынии был взят курс на развитие тяжелой промышленности, проходивший на экстенсивной основе, преимущественно за счет перелива средств из сельского хозяйства, где по сталинской схеме, хотя и с меньшими потерями, — в 1962 г. была завершена „сплошная коллективизация“. В 50-е годы, используя материальную помощь и кредиты СССР, ГДР, Чехословакии, румынское руководство добилось прогресса в экономическом развитии страны.Был реконструирован или построен заново ряд крупных промышленных предприятий.

По мере утверждения командно-административной системы в Румынии и особенно после ХХ съезда КПСС в стране стал возрождаться национализм. Отчасти это было вызвано желанием поставить предел слишком уж рьяным попыткам вмешательства советских руководителей во внутренние дела страны. Кроме того, когда лидерам коммунистов стало ясно, что опираться исключительно на Советскую Армию неблагоразумно, они решили обрести прочную социальную базу внутри страны. Из двух возможных путей — построения потребительского „гуляш-социализма“ или утверждения безудержного национализма — румынские руководители выбрали второй. После смерти Сталина советско-румынские разногласия обостряются. В ходе „десталинизации“ Хрущев пытался сменить лидеров в восточноевропейских странах-сателлитах. Деж принимает ответные меры: казнит единственного соперника — Л.Пэтрэшкану, навесив ему ярлык „агента империализма“.

На V|| съезде РКП в 1955 г. впервые говорится о „румынском пути к социализму“. К концу своей жизни Георгиу-Деж сумел добиться для Румынии более автономного положения в „социалистическом содружестве“. В конце 50-х годов из страны были выведены части Советской Армии.

В 1964 г. в советском журнале „Экономическая жизнь“ была опубликована статья некоего Валева, в которой излагался план „межгосударственного экономического комплекса в зоне нижнего Дуная“. Эта сугубо академическая публикация дала румынскому руководству повод для резкой отповеди и последующего развязывания националистической кампании. Ее закреплением стала принятая на апрельском (1964 г.) Пленуме ЦК Румынской рабочей партии „Декларация о независимости“. После этого румынское руководство заняло особые позиции в Совете экономической взаимопомощи (СЭВ) и в Организации Варшавского Договора (ОВД). 21 августа 1965 г. была принята новая конституция, провозгласившая страну Социалистической Республикой Румынией.

ГЛАВА 3. НОВЫЙ КОНДУКЭТОР.

В 1965 г. Деж внезапно умирает, и начинается борьба за „кафтан“ генсека. Поднаторевшие в политических интригах „бароны“, которые схлестнулись у гроба Дежа, боялись друг друга и поэтому сошлись на безобидной, всех устраивающей кандидатуре Н.Чаушеску.

В интервью 4 января 1990 г. Свободному румынскому телевидению И.Г.Маурер, бывший в 1965 г. премьер-министром, заявил:»Ошибку назначить Чаушеску Генеральным секретарем совершил я". Выдвигалось и другое предложение — избрать на этот пост Г.Апостола, но оно не прошло из-за «противодействия министра внутренних дел А. Дрэгича и скрытой оппозиции Н. Чаушеску». По словам Маурера, члены румынского руководства опасались, что в случае, если в стране начнется открытая борьба за власть, в страну под этим предлогом могут быть вновь введены советские войска. Чаушеску казался тогда Мауреру человеком хотя и недостаточно образованным, но «с большим желанием учиться, следовательно, человеком с открытым умом, который слушает и пытается понимать». Николае Чаушеску родился 26 января 1918 г. в селе Скорничешти уезда Олт. Он был одним из десяти детей крестьянина Андруце. Закончив начальную школу, он впервые приехал в столицуи начал работать подмастерьем сапожника. Тогда ему было 11 лет.15-ти лет Николае вступил в Союз коммунистической молодежи.Большую часть своего времени он стал проводить на уличных демонстрациях. Впервые он был захвачен полицией в 1933 г., а затем аресты следовали один за другим.

Практически все военные годы он провел в тюрьме. В его лагере коммунисты были сгруппированы в бараке номер 8, где старостой был лидер компартии Г.Георгиу-Деж. Чаушеску исполнял принём роль денщика или адъютанта. Это позволило Чаушеску войти вдоверие к «первому коммунисту страны», приблизиться к кругу партийных «баронов» и впервые прикоснуться к реальной борьбе за власть.

Незадолго до восстания 23 августа 1944 г. 26-летний Чаушеску вышел на свободу. Сразу же он становится генсеком СКМ (румынского комсомола). На национальной конференции РКП в октябре 1945 г. его избирают в состав ЦК партии, а еще через год — депутатом парламента. С 1948 г. он — заместитель министра сельского хозяйства, а с 1950 г. — заместитель министра национальной обороны в чине генерал-лейтенанта, начальник высшего политического управления. Перед этим он закончил 8-месячные курсы в Академии имени М. Фрунзе в Москве.

С точки зрения достигнутой независимости румынский лидер видимым образом обгонял чехословацкого, поскольку к августу 1968 года он более решительно (или, по крайней мере, более демонстративно) порвал с Советским Союзом, нежели Дубчек. Советские войска не ступали на румынскую землю с 1958 года; румынские вооруженные силы бойкотировали военные учения Варшавского пакта, и среди стран-участниц Варшавского Договора Румыния оказалась своего рода парией, ее даже перестали приглашать на важные межправительственные совещания. В отличие от Чехословакии, Румыния к тому же была менее расположена поддерживать международную политику СССР, о чем свидетельствует протокол голосования в ООН; она также осмелилась, невзирая на ярость Москвы, установить «нормальные» отношения с враждебным Советскому Союзу китайским руководством. Визит де Голля в Румынию в мае 1968 года и широко разрекламированный визит Чаушеску к Тито в Югославию свидетельствовали о том, что внутри Варшавского пакта существует страна, намеренная сохранить свое лицо и идти своим путем.

Он всячески демонстрировал (чего не делал Дубчек) решимость Румынии дать отпор советской интервенции. В речи, обращенной к рабочим-партийцам и выпускникам военных училищ, Чаушеску позволил себе вызывающие намеки: «Нет и не может быть никаких оправданий для чьих-либо попыток осуществить вооруженное вмешательство во внутренние дела любой из социалистических стран участниц Варшавского Договора». Два дня спустя, 16 августа, он полетел в Прагу и подписал с Дубчеком «Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи». Договор не давал ответа на важнейший вопрос: окажет ли Румыния вооруженную помощь в случае нападения на Чехословакию? Будучи в Праге, Чаушеску охарактеризовал договор исключительно как результат совместных усилий, направленных «против агрессивной политики империалистических кругов», что, однако, мало кого ввело в заблуждение. По возвращении в Румынию, буквально накануне вторжения СССР в ЧССР, он заверил рабочих автомобильного завода, что «судьба чехословацкого народа в надежных руках». «В лице чешского народа, — сказал он, — мы видим прекрасного друга в нашей общей борьбе за социализм.» На следующий день советские войска вместе с символическими частями болгарской, восточногерманской и польской армий пересекли границу Чехословакии. Дубчек и его соратники были схвачены и силой привезены в СССР. Разумеется, Чаушеску не мог не предвидеть подобного поворота событий; к его чести надо сказать, что и здесь он не отступил. 21 августа во время внушительного митинга на Дворцовой площади он заявил взбудораженной, оживленной толпе, что вторжение СССР в Чехословакию — «это колоссальная ошибка, серьезная угроза миру в Европе и судьбе социализма, постыдное пятно в истории революционного движения». «Нет и не может быть оправдания военному вмешательству во внутренние дела братского социалистического государства,- добавил он,- никто извне не имеет права указывать, каков должен быть путь социалистического строительства в каждой отдельной стране». На защиту независимости «нашей социалистической отчизны», объявил Чаушеску, он призывает бросить силы «вооруженной национальной гвардии, состоящей из рабочих, крестьян и интеллигенции». Благодаря своей принципиальной позиции по этому вопросу Чаушеску буквально в одночасье стал не только национальным героем, но и политической звездой мировой величины. Его публичное выступление 21 августа 1968 г. с резким осуждением ввода войск ОВД в Чехословакию надолго закрепило на Западе мнение о нем как о «диссиденте в социалистическом лагере». Его обращение к участникам многотысячного митинга в Бухаресте было безоговорочно поддержано народом и снискало ему широкую популярность в стране и за рубежом. На Западе этот шаг Чаушеску был воспринят с пониманием, ибо выстраивался в один ряд с особой позицией Румынии в отношении ближневосточного конфликта 1967 г., а также с сепаратным, без учета интересов союзников по Варшавскому Договору, установлением дипломатических отношений между Румынией и ФРГ. Сохранение после июньской войны 1967 г. на Ближнем Востоке дипломатических отношений с Израилем стало впоследствии главным аргументом при решении конгрессом США вопроса о предоставлении Румынии режима наибольшего благоприятствования в торговле. Позиция Запада не была поколеблена даже тем, что Чаушеску в самый разгар «культурной революции» в Китае поддерживал отношения с ним, объясняя это «необходимостью совместной защиты от советской угрозы». Отношение Запада к Чаушеску изменилось лишь в начале 1980-х гг., когда он первым из руководителей восточноевропейских стран «заклеймил» развитие событий в Польше.Причина, заставившая Чаушеску осудить советскую интервенцию и поддержать Дубчека, заключалась в том, что в глубине души он знал: рано или поздно его собственное «диссидентство» может спровоцировать Советский Союз на вторжение в Румынию.Таким образом, скорее сама идея советской интервенции, нежели ее конкретная причина, заставила Чаушеску так бурно отреагировать. Западные советологи поставили Дубчека и Чаушеску в один ряд. Их сходство всячески подчеркивалось (как оказалось впоследствии, абсолютно неправомерно), а все различия в их характерах и методах руководства игнорировались. Во время августовских событий 1968 года Чаушеску вел усиленную подготовку по ликвидации остатков коллективного руководства РКП и дискредитации соратников Георгиу-Дежа — старой гвардии, представлявшей, по его мнению, серьезную угрозу его авторитету и амбициям. Западу же был важен только тот факт, что и Дубчек, и Чаушеску стремятся покончить со статусом сателлитов.

Запад же не замедлил откликнуться на поведение Чаушеску в августе 1968. Еще в дни оккупации Чехословакии его посетил Майкл Стюарт, министр иностранных дел Великобритании, и хотя МИД Великобритании неизменно подчеркивало, что речь идет исключительно об англо-румынских экономических связях, всем было очевидно, что таким образом британское правительство хотело выразить уважение и поддержку независимой позиции Чаушеску. Его истинный триумф, однако, состоялся год спустя, когда Румынию посетил Ричард Никсон. Это был первый визит Никсона в коммунистические страны в качестве президента США. Он, правда, уже однажды (в 1967 году) нанес «частный визит» в Румынию (где ему был оказан прием, по протоколу полагающийся только главе государства) и еще тогда выразил свое благожелательное отношение к Чаушеску. Визит Никсона задал тон: с августа 1968 года Румынию стало модно посещать.

Став генеральным секретарем, Чаушеску вскоре завел практику приглашать в Румынию выдающихся политических деятелей, тщательно при этом выбирая гостей и с большим стратегическим искусством организуя их пребывание в стране.

После инцидента с Чехословакией в течение ряда лет Чаушеску в глазах Запада числился рыцарем без страха и упрека. Истинную суть его натуры западные лидеры прозрели значительно позже, нежели сами румыны. В 1978 году, когда Румыния была самой тоталитарной страной в самом восточном блоке, Чаушеску все еще сочли достойным приглашения в Букингемский дворец в качестве личного гостя королевы Елизаветы. В 1983 году Джордж Буш (в то время вице-президент) по-прежнему называл его «хорошим коммунистом». Симпатии США к Чаушеску несказанно усилились после его решения игнорировать бойкот Олимпийских игр 1984 года. В действительности самое недвусмысленное намерение стать вторым румынским кондукэтором Чаушеску обнаружил по прошествии всего трех дней после отъезда президента Никсона. 6 августа 1969 года состоялся Х съезд Румынской коммунистической партии, и, не дожидаясь его конца, Чаушеску изменил устав: отныне генеральный секретарь переизбирался не Центральным комитетом, а делегатами съезда, органа не в пример более послушного. Перерыв между съездами увеличивался с четырех до пяти лет. Августовский съезд положил конец и любой потенциальной угрозе со стороны старой гвардии Георгиу-Дежа — ни Апостол, ни Стойка не были вновь избраны в ЦК. Невиданное доселе неистовое идолопоклонство, впервые продемонстрированное съездом по отношению к Чаушеску (что он сам воспринял как должное) тоже не предвещало ничего хорошего. Несколько сотен делегатов в едином порыве вскакивали с мест и подолгу аплодировали ему, беспрестанно скандируя: «Чаушеску — народ». На съезде он добавил еще один титул к растущему реестру своих заслуг: он стал председателем Национального совета Фронта демократии и социалистического единства, а вскоре, 14 марта 1969 года, приобрел еще два — председатель Совета обороны и Верховный главнокомандующий вооруженными силами. Культ личности развивался по знакомой схеме. В газете «Скынтейя» стали появляться подробные описания жизни нового кондукэтора в его собственном изложении: «Будучи крестьянским сыном, я изведал гнет помещиков, а с одиннадцати лет и капиталистическую эксплуатацию». Увы, он очень быстро поверил этим подхалимским глупостям и к 1970 году уже стал видимым образом терять связь с действительностью. «Люди вроде меня, — заявил он в начале 70-х годов министру здравоохранения,- появляляются раз в пятьсот лет». Под руководством Чаушеску, сообщалось в одной из статей, румынская экономика «достигла такой степени развития, что вызвала восхищение всего мира». Последнего соперника — И.Г.Маурера Чаушеску убрал с политической арены в 1974 г. Предметом спора были степень централизации управления, а также темпы и масштабы индустриализации. Победил в этом споре Чаушеску. В марте того же года Чаушеску принимает присягу президента Румынии. Начинается эпоха культа личности. Еженедельно президент выступает на многотысячных митингах с речами, на руководителей всех звеньев обрушивается лавина «ценных указаний».

ГЛАВА 4. ЭКОНОМИКА «ЗОЛОТОЙ ЭПОХИ» ЧАУШЕСКУ.

Приговор, вынесенный мировой демократической прессой «зололотой эпохе» румынского кондукэтора, предельно краток: геноцид собственного народа. Конечно, все это было — и голод, и холод, и отсутствие необходимых медикаментов, и высокий уровень детской смертности. Я попытаюсь поглубже разобраться в истоках «непопулистской» внутренней политики Румынии 70-80-х годов.

Общее ослабление социалистической системы в начале 1970-х годов заставило развитый Запад перейти от обременительной «холодной» войны к войне более страшной — экономической, войне долгов и кредитов. Так военное противостояние двух систем сменилось грандиозным ростовщичеством, которое было выгодно для Запада, так как он давал «взаймы» неперспективные, отработанные технологии, продукты перепроизводства, денежные средства, сохраняя за собой определенный контроль за их использованием. А получить собирался и долг, и набежавшие проценты валютой и сырьем. К тому же, когда за столом переговоров сидят два лидера, и один из них — должник, в переговорах уже нет равенства, посследний становится более сговорчивым. Нередко валютные долги можно частично вернуть их политическими эквивалентами. Крупные стратегические ошибки, допущенные румынским руководством в национальной экономике в начале 70-х годов, когда будущее казалось светлым и безоблачным, всей стране пришлось искупать в 80-е ценой огромных народных жертв Румыния после прихода к власти Чаушеску взяла курс на закупку дорогостоящих проектов по строительству гигантов химических, металлургических, нефтеперерабатывающих производств, оборудования в США, Франции, Италии и ФРГ. Румыния стала развивать торговые отношения более чем со 150 странами, а к 1987 г. вышла на 12-е место в мире по годовому объему торговли. В структуре румынского экспорта, выросшего с 1967 по 1987 год более чем в 9,6 раза, стали преобладать изделия с высокой степенью обработки (62% всего экспорта). Чаушеску рассудил со многих точек зрения правильно: экспортировать выгодно только готовый продукт. «Сырьевой» же путь ведет к неуклонному обнищанию собственной экономики и к росту колониальной зависимости. Он хотел превратить Румынию в некий перевалочный пункт между Западом и Востоком, ориентированный на переработку восточного сырья.

Роковым для Румынии стал 1972 год, когда Международный банк реконструкции и развития открыл для нее крупный источник получения долгосрочных кредитов. Обнадеженный гарантиями, Чаушеску строил, без оглядки брал кредиты и займы у Запада, традиционный экспорт нефтепродуктов (12-14 млн. тонн ежегодно) позволял Румынии тогда покрывать выплаты по этим долгам. Как ему казалось, он наконец-то нашел свою независимую нишу в системе Запад-Восток. Страна из традиционно аграрной на глазах превращалась в индустриальную, объем промышленной продукции вырос более чем в 6 раз по сравнению с 60-ми годами, а с 1944-м — в 100 раз. Процесс этот, как известно из мировой практики, очень тяжелый, требующий значительных капиталовложений, вернуть которые в скором времени мало кому удавалось.

«Подвел» и энергетический кризис середины 70-х годов, и резкий взлет цен на нефть, которые Румыния стала закупать в больших количествах для реализации амбициозных планов Чаушеску. Добывая ежегодно 10-11 млн. т нефти, Румыния стала закупать почти вдвое больше. При этом объемы перерабатывающейся в стране нефти быстро возрастали (с 22,6 млн. т в 1982 г. до 30,6 млн т в 1989 г.) как в целях расширения экспорта нефтепродуктов за рубеж, так и для нужд нефтехимии — планы ее форсированного развития, лишенные реальной основы, разрабатывались под руководством «академика» Елены Чаушеску. До 1979 г. кондукэтора выручала поддержка иранского шаха, который преподнес Чаушеску поистине бесценный подарок в виде бартерного соглашения на иранскую нефть по твердым ценам. Низвержение шаха привело к коренному пересмотру иранского договора. С 1979 года Румынии пришлось расплачиваться за нефть валютой по мировым ценам, а заводы, построенные на банковские кредиты, были весьма энергоемкими предприятиями. Один алюминиевый комплекс в Слатине потреблял столько же энергии, сколько весь Бухарест.

В погоне за индустриализацией совершенно не принимались в расчет энергетические затраты, между тем себестоимость продукции некоторых румынских предприятий была в 3-4 раза дороже западных аналогов. Все это не имело особого значения, пока мировые цены на нефть были низкими, но с резким скачком цен румынская промышленность оказалась в тяжелом состоянии.

Только к концу 70-х годов румынское руководство осознало, что попало в экономическую ловушку: страны Запада вовсе не нуждались в продукции огромных мощностей румынских заводов-гигантов, как не нуждаются они в готовом продукте или даже в полусырье. «Независимая» политика привела к тому, что СССР вместе с другими соседями Румынии по восточному блоку не мог использовать эти мощности, так как они изначально не были интегрированы в экономику СЭВ, да и бартерный «валютный» рубль СЭВ не принимался западными банками. СРР бросилась в страны третьего мира, но они оказались бедны и не способны заключать сделки в таких объемах, хотя и нуждались в румынской продукции. Румынию уверенно ставил на колени преуспевающий Запад.Перед страной встала жестокая альтернатива: плыть по течению все возрастающей задолженности, или превратить 23-миллионную страну в одного большого донора. Был выбран второй путь, а для этого Румынии было необходимо ежегодно обеспечивать позитивное сальдо торгового баланса в размере 2 млрд. долл., в связи с чем внутренний рынок начисто лишался тех товаров, которые можно было экспортировать, в частности продовольственных. Одновременно с этим резко сокращался импорт с Запада, за счет которого вплоть до 1981 года в большей мере обеспечивалась нормальная работа и модернизация промышленных предприятий.Круг замыкался. Вот некоторые цифры этого бега против течения: 1980 г.-долг 11 млрд. долларов; 1981-й — 10,1; 1985-й — 7; 1986-й — 6,4… Но Запад не мог позволить Румынии выйти из долговой ямы. По кредитам, предоставленным СРР после 1980 года, сальдо ее задолженности Международному банку реконструкции и развития в 1987 г. увеличилось на 50% (около 250 млн. долларов). Это явилось следствием того, что изменения валютных курсов были применены только в отношении должников, а также следствием валютных махинаций со стороны МБРР. Западные страны выравнивали и утрясали свои финансовые отношения за счет восточных соседей, но самое главное — пытались всеми силами удержать последних в процентном ярме своих кредитов. В результате увеличения задолженности Румынии МББР «по валютному риску» она понесла значительные финансовые потери, выплачивая большие денежные взносы и процентные ставки. В двух словах, нужно было не только сохранить взятый темп выплаты, но и увеличить его к возросшим процентам, а для этого приходилось искать новые внутренние возможности, ломать уже действующую модель. 11 млрд долларов изначального долга в итоге вылились для Румынии в 21 миллиард! Но разве можно в долларовом исчислении оценить те жертвы, которые понес румынский народ, количество голодных стариков и неродившихся детей?! В середине 1980-х годов мировая демократическая пресса много писала о нехватке продовольственных продуктов в СРР, об экономических санкциях в отношении румынского продовольственного экспорта. Гуманный Запад, поборник прав человека, мог без особого труда, учитывая катастрофическое положение в стране,«смягчить» условия выплаты долгов, но не сделал этого!

Экономия на всем, даже жизненно необходимом, была возведена в ранг государственной политики. Согласно официальным инструкциям, в квартире разрешалось зажечь только одну лампочку мощностью 15 ватт, использование холодильников и других бытовых электроприборов зимой категорически запрещалось, равно как и употребление газа для обогрева жилых помещений. Нарушения выявлялись созданной с этой целью «экономической полицией» и карались штрафами, а затем и отключением газа и электроэнергии. Горячая вода в квартиры практически не подавалась, а телевидение работало 2-3 часа в сутки. Потребление электроэнергии на душу населения в Румынии было тогда самым низким в Европе.

Страна была вынуждена сесть на голодный паек. Вновь были введены продовольственные карточки, отмененные в 1954 г., и разработана «программа научного питания». Потребление мяса соксократилось с 45 кг на душу в 1980 г. до 37,2 в 1988 году. С начала 80-х годов в Бухаресте стали все чаще появляться истощенные и босые крестьяне, а крестьянские дети, выбегая к проходящим поездам, просили хлеба.

На внутренний рынок поступало всего около 14,6% готовых текстильных изделий, 11,6% обуви, 6,3% бензина, производившихся в стране. В последние годы правления Николае Чаушеску каждод невную пищу людей в основном составляли хлеб, сладкий перец и брынза. Кусок мяса тогда был роскошью, а лучшим подарком считался маленький кулечек с натуральными кофейными зернами. Особенно тяжелыми были зимы, когда людям приходилось жить в домах при температуре в 10-12 градусов. Конечно, первыми не выдерживали старики… В некоторых особо неблагополучных уездах страны новорожденных младенцев регистрировали лишь в возрасте шести месяцев, тем самым скрывая от мировой общественности истинные цифры детской смертности, вызванной недоеданием и отсутствием лекарств.

Румыния не брезговала ничем. Она была единственной страной восточного блока, которая превратила эмиграцию в доходное дело. Чаушеску рассуждал просто и ясно: тот, кто родился, вырос, получил бесплатное образование и медицинское обслуживание в одной стране, не может просто так поменять ее на другую, не расплатившись по всем счетам. За каждого немца, покидающего Румынию, ФРГ вносила на румынские внешние счета по 5 тысяч западногерманских марок, а еврейские общины Запада были вынуждены платить адекватную сумму в американских долларах за каждую «голову». При этом отъезжающий обязывался по румынским законам сдать свое имущество — ценности, машину, дом — специальной государственной оценочной комиссии. Такая «работорговля», вызывавшая крайнее раздражение в цивилизованном мире, давала в казну государства определенный стабильный приход в СКВ, который также шел в уплату западного долга.

Мы можем самыми мрачными красками живописать «золотую эпоху» Чаушеску, ненавидеть и презирать этого человека, сравнивать его с Гитлером, Сталиным, с кем угодно, но мы не можем не признать исторический факт: страна стала единственным в мире государством, выплатившим долги. И — соответственно – получившим возможность свободно распоряжаться всей поступающей от внешней торговли валютой. 12 апреля 1989 года на Пленуме ЦК РКП Николае Чаушеску торжественно заявил всему миру о полной выплате Румынией внешней задолженности.

Сам факт того, что Румыния избавилась от внешнего долга, остался почти незамеченным в глазах мирового общественного мнения. Почему? Было на практике доказано, что внушительный валютный долг можно вернуть, и делать сие нужно быстро, так как любое затягивание этого болезненного процесса приводит к быстрому разрушению национальной экономики. 3 млрд. долларов — такую сумму должна была выплачивать Румыния по процентам своих долгов приблизительно каждый год. Десять, двадцать, тридцать, сорок лет. До бесконечности – такие долги не отдают, подобного случая не было в мировой практике. Чаушеску же долг вернул.

ГЛАВА 5. СЕКУРИТАТЕ.

Нигде, даже, пожалуй, и в СССР при Сталине не было такого всемогущего сыскного аппарата, как в Румынии при Чаушеску. Румынская секретная полиция проникла во все сферы румынской жизни, ее боялись больше самого Чаушеску, и она пользовалась ещеболее мрачной славой, чем советский КГБ. Причина заключалась нетолько в том, что Секуритате теснейшим образом сотрудничала с РКП на всех ее уровнях, но и в том, что тайная полиция (более гибкая и многофункциональная организация, нежели КГБ) пронизала все уровни государственной деятельности. Румынское министерство торговли было не просто рассадником агентов Секуритате, но, по существу, ее собственным ведомством. Секуритате обладала также самостоятельной сетью торговых компаний с дочерними филиалами за рубежом и даже банками. Она к тому же в большой степени опиралась на информационную агентурную сеть, действующую внутри РКП.

Румынская тайная полиция была настолько вездесущей, что в итоге превратилась в своего рода пугало; ее и без того достаточно большая власть многократно увеличилась в воображении румын. Как-то раз в середине 80-х годов Мариану Челак (известную диссидентку и архитектора) привезли на большой завод, чтобы наглядно продемонстрировать сыскные способности охранков. Все телефонные разговоры записывались на пленку, и в качестве доказательства ей представили кассету под номером 6432. «Главный абсурд состоял в том, — рассказывала она, — что, хотя они действительно записывали все разговоры, никто очевидным образом этими разговорами больше не интересовался и не анализировал их содержания. Одного сознания, что все записывается и прослушивается, оказалось достаточным, чтобы превратить людей в трусов. Инструментом Секуритате было обычно человеческое чувство страха.»

Вот что сказал Ливиу Турку, бывший сотрудник тайной полиции, в 1987 г. эмигрировавший в США: «Представьте себе огромный аппарат, распускающий слухи и наводящий страх и ужас, и созданную им атмосферу, в которой люди панически боятся, что, если они допустят хоть малейшую оплошность, квалифицированную как акт неповиновения Чаушеску, они бесследно исчезнут. Именно страх парализовал румынское население; самым выдающимся образцом дезинформации был слух, специально распускаемый Секуритате, что каждый четвертый румын является ее осведомителем.» Начиная с 1978 года, Румыния все больше попадала в тиски тяжелого экономического кризиса. Первая забастовка шахтеров (после долгих и жарких дебатов по поводу рабочего графика и урезанных пенсий) произошла в сентябре 1972 года в долине Жиу.Еще более мощная забастовка вспыхнула в августе 1977 года и охватила 35 тысяч человек; в ходе репрессий, устроенных Секуритате, два инженера, выступивших на стороне рабочих, погибли в «автомобильной катастрофе». Попытка создать «независимый» профсоюз закончилась отправкой зачинщиков в психиатрические больницы, а остальных — под суд за «преступления против социализма». Однако в октябре 1981 г. горняки вновь забастовали.На этот раз Секуритате не ограничилось карательными отрядами и отдельными расправами; она депортировала в другие районы страны такое количество шахтеров и членов их семей, что состав населения в долине Жиу коренным образом изменился. Секуритате перевела в этот район часть бывших военнослужащих, а также своих собственных агентов, срок контракта с которыми в скором времени истекал, и произвела их в шахтеры. Это отчасти объясняет поведение шахтеров в последующем. По мере того как государственный штурвал ускользал из рук Чаушеску, Секуритате во все возрастающей степени из сугубо репрессивного аппарата превращалась в систему управления. Если она не могла вылечить экономику, то по крайней мере была способна обеспечить послушание. Кроме того, она была готова в случае нужды предупредить Чаушеску о готовящемся против него заговоре, ибо Кондукэтор хорошо знал по опыту прошлого, что в смутные времена пост генерального секретаря становился весьма и весьма опасным.

Постепенно сыскная деятельность Секуритате распространилась и за рубеж; началась слежка за дипломатами, подозреваемыми в излишнем «либерализме». Корнелиу Мэнеску, один из самых талантливых румынских дипломатов, представитель Румынии в ООН и позднее министр иностранных дел, сообщил в телеинтервью (в январе 1990 года), что «в конце концов наши посольства почти повсеместно превратились в вотчины Секуритате». Хотя между министерствами иностранных и внутренних дел как будто бы существовала договоренность о пропорциональном соотношении в посольствах настоящих дипломатов и агентов Секуритате, к середине 70-х годов процент сотрудников тайной полиции резко и необоснованновозрос.

Секуритате тратила на свои нужды поистине бесчисленные средства, и, вероятно, Чаушеску иногда сам поражался, куда уходятденьги. «Я подсчитал, — сказал диссидент Силвиу Брукан, — для того чтобы просто держать под наблюдением и меня и мой дом, то если задействовать персонал, машину и т. д., они расходовали в среднем 200 тысяч лей в месяц.

В число любимых проделок Секуритате входила расправа с эмигрировавшими диссидентами, причем руками наемных убийц нерумынского происхождения. Однако налаженная система иногда давала осечку. Так произошло, когда тайная полиция в 1981 году попыталась уничтожить двух самых известных румынских изгнанников — Вирджила Тэнасе и Пауля Гому. Агент по имени Хайдуку, направленный во Францию для того, чтобы нанять убийц, немедленно предложил свои услуги французской службе безопасности. Писателей-диссидентов сразу законспирировали, а Кондукэтора дезинформировали сообщением о том, что покушение якобы состоялось. Через длительный промежуток времени перевербованный агент Хайдуку все же раскрыл карты, поставив Чаушеску в крайне щекотливое положение. Этим инцидентом поспешил воспользоваться президент Франсуа Миттеран, давно искавший предлог, чтобы отменить намеченный на 1982 год официальный визит в Румынию. Любимейшим чтением супругов Чаушеску были секретные документы, собранные Секуритате, особенно те, что касались интимных сторон жизни их ближайших коллег и сподвижников по РКП. Когда после смерти Елены Чаушеску в Весеннем дворце вскрыли ее личный сейф, то наряду с драгоценностями в нем обнаружили большое количество запечатанных конвертов, содержащих в себе свежие развернутые донесения Секуритате о высокопоставленных румынских сановниках, приближенных к Елене. Одной из первоочередных задач Секуритате считалось наблюдение за детьми Чаушеску. Силвиу Брукан имел возможность собственными глазами убедиться в том, с какой тщательностью работала Секуритате. После революции ему удалось раздобыть досье на самого себя, причем это был экземпляр, сделанный тайной полицией для личного пользования Чаушеску. Досье было красиво оформлено, толщиной и форматом напоминало сброшюрованный киносценарий. В правом верхнем углу переплета было начертано „совершенно секретно“ и „в одном экземпляре“; о том, что это копия лично для Чаушеску, свидетельствовал неестественно крупный шрифт донесений. (Николае был близорук, но терпеть не мог очки, которыми не пользовался даже дома. Поэтому все доклады печатались для него особым шрифтом, по размеру почти в три раза превышавшим обычные типографские стандарты.) Досье на Брукана, случайно сохраненное румынским рабочим, посланным в числе многих других после смерти Чаушеску на уничтожение архивов Секуритате, было столь подробным, что содержало некоторые детали о его прошлой жизни, о которых он сам давным-давно забыл. Этот 100-страничный документ показывал, что в течение нескольких десятилетий он находился под неусыпным наблюдением Секуритате и что некоторые из его ближайших друзей регулярно поставляли о нем информацию, ибо ряд фактов нельзя было добыть из других источников. Брукану также попал еще один, правда более короткий,»компромат" на самого себя. Когда происходили события, способные особенно заинтриговать Чаушеску, Секуритате изготавливала для него особые переплетенные буклеты. Буклет о Брукане докладывал о его телефонном разговоре с журналистом из Би-би-си, произошедшем в 1989 году; между прочим, буклет был не напечатан, а написан от руки профессиональным каллиграфом, работавшим в штате тайной полиции, причем сделано это было с невероятным мастерством. Лишь едва заметные следы чернил на оборотной стороне листа указывали на ручную работу. Наряду с такого рода документами, контейнерами свозившимися в кучу и сжигавшимися в марте 1990 года, существовали также сотни доносов на представителей высшего партийного эшелона, поскольку Чаушеску шпионил не только за врагами или мнимыми оппонентами, но также, и в первую очередь, за собственными подчиненными. Электронный шпионаж за министрами, областными партсекретарями, высшим командным составом и правительством был делом обычного рода. В гостиницах целые этажи отдавались под установку подслушивающих устройств, а все туристические бюро были общеизвестными вотчинами Секуритате. Говорили, что каждый десятый, а может быть, и каждый четвертый румын служил штатным или внештатным осведомителем Секуритате. Тайная полиция распространяла слух о том, что все телефоны в Румынии оснащены «жучком», благодаря чему Секуритате имеет возможность прослушивать свыше 10 миллионов телефонных разговоров. Несомненным остается лишь факт, что в тот или иной период своей жизни каждый румын независимо от социального статуса не избежно сталкивался с неким образованным и очаровательным нез накомцем, досконально все о нем знавшим и усиленно предлагавшим ему наладить необременительное, но постоянное сотрудничество с Секуритате; причем очень часто объекты внимания тщетно напрягали свое воображение, силясь понять, какая может быть логическая связь между ним и проблемами безопасности. Когда один ведущий архитектор-проектировщик спросил своего собеседника, какую пользу он может принести своими донесениями, ему был дан ответ: «Вы работаете в той области, о которой нам мало что известно». Очевидно, смысл тотального дознания заключался в устройстве такого государственного порядка, при котором Секурита те в любой сфере — в больницах, школах, университетах, типографиях, банках, театрах — в любой момент могла проверить степень благонадежности подданных. В книге «Красные горизонты» Пачепа приводит множество свидетельств маниакальной одержимости Чаушеску электронными подслушивающими устройствами, и, вне всякого сомнения, дай ему волю, с течением времени он нашпиговал бы «жучками» всю страну. В действительности в этом не было особой нужды, ибо румыны и так были убеждены, что их телефоны и спальни прослушиваются, что никто не может избежать слежки. Что больше всего отличало Секуритате от тайной полиции других тоталитарных стран, так это культурный и социальный уровень ее осведомителей. Разумеется, всегда существовали вульгарные стукачи, работавшие на Секуритате по приказу партии. Однако в связях с охранкой подозревались и многие видные врачи, писатели и кинорежиссеры. Осведомителями становились даже ведущие интеллектуалы, например, известный переводчик французского поэта Анри Мишо и писатель-диссидент Саша Ивасюк. Контингент тайной полиции представлял собой довольно мощную силу, ибо Секуритате в течение многих лет вербовала как самых блестящих, так и самых беспринципных государственных служащих, для многих из которых попасть туда означало получить хорошее университетское образование. Хотя в Секуритате имелся необходимый «джентельменский набор» головорезов и заплечных дел мастеров, в целом это была очень профессиональная организация. Повозможности Чаушеску следил за тем, чтобы убийства и самые грубые формы устрашения проводились не румынами, а заезжими «гастролерами» (обычно палестинцами). Это обстоятельство, очевидно, и породило совершенно безосновательный слух о том, что во время событий 22-25 декабря 1989 года стрелковые отряды и снайперы, орудовавшие на улицах Бухареста, были подразделениями «арабских боевиков». К середине 80-х годов высший командный состав Секуритате со всей очевидностью осознал, что Николае и Елена Чаушеску становятся тормозом общественного развития. К 1989 году, когда перестройка в советском союзе шла полным ходом, уже многие понимали, что Чаушеску обречен. Секуритате к этому времени совершенно прекратила информировать супругов об истинном отношении к ним румынского народа. Пресмыкательство и естественное желание избежать неприятностей и личных унижений постепенно привели к тому, что Секуритате ограничивалась поставкой только такой информации, которая была угодна обоим Чаушеску, к тому же в последние годы их правления личные помощники Елены просматривали всю корреспонденцию, ложившуюся на президентский «поднос», и отбрасывали все «неподходящее», что могло бы задеть достоинство президента. В конце концов этот уникальный инструмент наблюдения, усмирения и подавления совершенно утратил свою важнейшую функцию барометра общественного мнения. Секуритате пережила революцию без какого-либо существенного ущерба; она была переименована в Румынскую разведывательную службу (SIR).

ГЛАВА 6. РУМЫНСКИЙ ДИКТАТОР.

Экономические шаги Н.Чаушеску можно в какой-то мере оправдать. Но нельзя забывать о многих его делах и поступках, которыми он охарактеризовал себя как тоталитарный вождь. Эти поступки жестоко отразились на судьбах румынских граждан. В годы «золотой эпохи» ощутимо проявилась пропасть между кондукэтором и 3,8-миллионной массой членов Румынской компартии. Власть клана Чаушеску покоилась не только на моральной и физической эксплуатации подавляющего большинства рядовых партийцев, но и на неустойчивом, «подвешенном» положении среднего, а подчас и руководящего звена партии.

Для упрочения своего положения «вождя партии и нации» и обеспечения лояльности Чаушеску завел на каждого из видных партийных и государственных функционеров компрометирующее «досье». Он, например, угрожал одному из старейших членов руководства партии и главных участников свержения диктатуры Антонеску в августе 1944 г., Э.Боднэрашу, бывшему министру обороны, обнародованием данных о прежних связях его с ведомством Берии. Для поддержания неуверенности в высшем и среднем руководящем звене Чаушеску систематически проводил кадровые перестановки -«ротации», порождавшие неуверенность в будущем и боязнь высказывать свое мнение. Показателем кризисного состояния румынского общества явилось и то, что между ХIII (1984 г.) и ХIV (1989 год) съездами РКП «ротация» затронула почти половину партийной номенклатуры (более 10 тыс. человек), в том числе 8 секретарей ЦК РКП, 40 из 41 первых секретарей уездов, большинство заместителей премьер-министра и министров. С другой стороны, в стране не создавались концлагеря для политических заключенных, как это было при Сталине, отдельные неугодные люди сидели в обычных тюрьмах, для многих административным наказанием становился домашний арест. Оппоненты Чаушеску — Трофин, Никулеску, Мизил, Илиеску — хотя и теряли позиции в партийной иерархии, но никогда не арестовывались, не допрашивались, не подвергались репрессиям. Чаушеску практически никогда не прибегал к насилию, если мог достигнуть цели иным путем — запугиванием, обманом, коррупцией. Он придерживался мудрого правила: не создавать мучеников.

Согласно существовавшим инструкциям, общение любого из румынских граждан с иностранцами могло проходить лишь в присутствии свидетелей, а о содержании разговора необходимо было наследующий же день сообщить в письменной форме «куда следует». Обладателям пишущих машинок было вменено в обязанность регистрировать их в милиции, а администраторам ресторанов — снять с окон шторы.

Не смотря на бедственное положение Румынии, статистические данные тсчательно подделывались.

Особенно подкосила сельское хозяйство кампания по так называемой «систематизации» — ликвидации нескольких тысяч «неперспективных» сел и созданию «социалистических агрогородов», а на деле — строительству в целях «социалистического переустройства села» скороспелых и плохо оборудованных многоэтажных бараков, куда принудительно переселяли крестьян. Политика «систематизации» была частью «великих преобразований эпохи Чаушеску». Увековечить ее были призваны престижные сооружения, дворцы и каналы, создававшиеся, по существу, рабским трудом армии и заключенных. «Венцом» всех этих сооружений должны были стать помпезный «Проспект победы социализма» и «Дворец весны» в Бухаресте, при строительстве которых уничтожили многие исторические памятники румынской столицы. Все стройки «золотой эпохи» требовали гигантских по масштабам страны расходов.

В принятом в 1989 г. венгерским парламентом документе отмечалось:«Осуществление проекта (»систематизации") означало бы для национальных меньшинств Румынии разрушение их материальных и духовных корней, рассеивание их общин, человеческие трагедии, в конечном счете — их насильственную, ускоренную ассимиляцию". Нет ничего удивительного в нарастании протеста против режима Чаушеску. Начиная со второй половины 70-х годов в Румынии неоднократно возникали стихийные забастовки. Подавляли их с неизменной жестокостью, как это произошло в Брашове 15 ноября 87 года, когда рабочие штурмом взяли мэрию, обнаружив там банкетные столы, ломившиеся от всякой снеди по случаю избрания «первого уездного лица» в Великое национальное собрание. Возмущенные рабочие сорвали со стен кабинетов портреты Чаушеску и сожгли их на площади перед мэрией. Выступление рабочих Брашова было потоплено в крови. Против диктатуры протестовали и старые коммунисты, и представители интеллигенции. Мужественную акцию предпринял член РКП с 1944 г. К. Пырвулеску, выступив в 1979 г. на X|| съезде партии с резкой критикой Чаушеску. Сегодня известно и о предпринятой в середине 80-х годов попытке устранения Чаушеску путем заговора высших военных чинов. Акция была задумана генералом армии И.Ионицей, являвшимся в 1966-1976 гг. министром обороны и устраненным с этого поста по настоянию Е.Чаушеску за отказ повысить в должность генерала тогда еще никому не известного майора И.Чаушеску. Вступив в 1983-1984 гг. в более тесный контакт с генерал-майором Шт. Костялом, вместе с которым в 50-е годы учился в военной академии в Москве, а также с близким ему генералом Н. Милитару, Ионица разработал несколько вариантов плана свержения Чаушеску, одним из которых предусматривался военный переворот в момент зарубежного визита диктаторской четы. При этом предполагалось арестовать наиболее близких к Чаушеску лиц, а затем силами войск бухарестского гарнизона овладеть радио и телевидением, чтобы обратиться с воззванием к народу и получить его поддержку. Была намечена и дата переворота: 15-17 октября 1984 г., когда должен был состояться визит Чаушеску в ФРГ. Но еще в сентябре воинская часть, которая должна была осуществить эту акцию, была отправлена на уборку кукурузы, а ее командир уволен в отставку. Вскоре после этого Ионицу и Милитару вызвали «наверх», где им было предложено прекратить всякие контакты с Костялом, который был вскоре арестован. В 1987 году Ионица скончался, а Милитару продолжил конспиративную деятельность в армейской среде, получил доступ к подразделениям, охранявшим ЦК и президентский дворец, что сыграло большую роль в ходе событий 22 декабря 1989 г.

В апреле 1989 г. в адрес Чаушеску было направлено открытое «Обращение шестерых», подписанное старыми членами партии и его бывшими соратниками — А. Бырлэдяну, К. Мэнэску, К. Пырвулеску, Т. Рэчану, С. Бруканом и Г. Апостолом. Они призывали «к изменению политического курса, пока это еще не поздно», приводя конкретные факты нарушения диктаторским режимом румынской конституциии Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (1975 г., Хельсинки). Все они оказались под домашним арестом.

Чаушеску не терпел возражений, высказанных даже в самой корректной форме. Это привело к тому, что члены партийного руководства и правительства не сообщали ему фактов, которые, по словам одного из них, «могли бы вызвать президентскую истерику». В результате Чаушеску «умудрялся руководить страной не на основе информации, даже и извращенной, а исходя из „собственных измышлений, не имевших ничего общего с действительностью“ Возомнив себя „сверхчеловеком“, он не удостаивал нормальным обращением даже лиц высокого ранга. Во время визита в США он прилюдно орал на министра иностранных дел, посла и главу постпредства Румынии в Нью-Йорке, которые не смогли выполнить его приказ немедленно установить свяэь с государственным секретарем США С. Вэнсом.

Поднявшийся на вершины власти, Чаушеску был логическим воплощением созданной в Румынии системы.Она характеризовалась разорением большинства и беспрецедентным обогащением верхушки. „Дворец весны“, где проживало семейство Чаушеску, отличался роскошью, нагромождением самых дорогих предметов (даже краны в ванной у Николае были золотыми, а у Елены — серебряными). Диктаторская чета питала пристрастие к бриллиантам. Начальник охраны (он же шеф разведывательной службы) М.Пачепа, сопровождавший Чаушеску в зарубежных поездках, свидетельствовал, что, закупая драгоценности (конечно же, за государственный счет), Елена заставляла сопровождающих ее лиц торговаться, приговаривая, что „не следует обогащать капиталистов коммунистическими деньгами“.

Опасаясь медленно действующих ядов, которыми враги могли ропитать его одежду, Чаушеску ежедневно менял свой гардероб, ключая верхнее платье и обувь. Приготовленные для одноразового использования в течение года 365 костюмов, пар обуви и т.д. содержались в особом помещении при определенной температуре, под усиленной охраной и надзором инженера-химика и после употребления уничтожались. В зарубежные поездки диктаторская чета брала с собою постельное белье и собственную кухню. На стенах приходской церкви на родине Чаушеску в селе Скорничешти появились стилизованные изображения его родителей и деда с бабкой, которым художник придал портретное сходство с диктаторской четой.

В период „золотой эпохи“ Николае Чаушеску был полновластным хозяином страны.

ГЛАВА 7. ПАДЕНИЕ ДИКТАТОРА.

Ухудшение внутреннего положения сопровождалось усилением внешних проявлений культа личности Чаушеску. Всего за месяц до декабрьских событий, в ноябре 1989 г., заседания ХIV cъезда РКП сопровождались скандированием лозунгов: „Чаушеску — РКП!“,»Чаушеску и народ!".В июне 1989 г. политический еженедельник «Lumea» отмечал: «С чувством глубокого удовлетворения и патриотической гордости коммунисты, все граждане социалистической Румынии всецело одобрили решение пленума предложить Х|V съезду переизбрать товарища Николае Чаушеску — героя среди героев, выдающегося руководителя нации, гениального зодчего социалистической Румынии, выдающуюся личность современности — на высшую должность Генерального секретаря РКП».

Вопреки панегирикам внутреннее недовольство в стране неуклонно возрастало. Не сулили ничего хорошего срывы в экономике, нараставшая нехватка продовольствия, жесткий режим экономии электроэнергии и газоснабжения, приводившие в зимнюю пору к массовым заболеваниям и смертям; поборы и штрафы, тяжелый принудительный труд. Но еще в середине декабря 1989 г. ничто, казалось, не предвещало перемен. Газета «Scantea», орган ЦК РКП, за 20 декабря пестрела фотоснимками, запечатлевшими визит президента Социалистической республики Румынии в Иран. Однако бросалось в глаза, что на этот раз Чаушеску совершил этот ставший последним в его политической карьере официальный государственный визит без жены. На следующий день, 21 декабря, фотография Елены Чаушеску — также в последний раз в ее жизни – появилась на первой полосе последнего в истории номера «Scantea». На той же газетной полосе публиковался президентский указ о введении чрезвычайного положения на территории уезда Тимиш, а также текст выступления Чаушеску по радио и телевидению, из которого следовало, что 16 и 17 декабря «группы хулиганов» спровоцировали в Тимишоаре серию инцидентов «под предлогом противодействия законному судебному решению» (речь шла о попытке насильственной депортации венгерского реформаторского пастора Л.Текеша, взятого под защиту местным населением). За спиной этих групп, как следовало из выступления президента, действовали «реваншистские, ревизионистские и империалистические круги различных стран», цель которых — «подорвать независимость, целостность и суверенитет Румынии», вернуть страну «ко временам чужеземного господства», ликвидировать «социалистические завоевания».

Диктатор еще до отбытия в Иран предпринял попытки подавить «мятеж». 17 декабря под его председательством состоялось последнее заседание Политисполкома ЦК РКП, где, угрожая снять с постов министра обороны, командующего силами госбезопасности и внутренних войск, он приказал стрелять по «мятежникам». Приказав открыть огонь по демонстрантам, Чаушеску впервые натолкнулся на возражения министров обороны, внутренних дел и госбезопасности. Как явствует из стенограммы заседания и свидетельства одного из его участников, диктатор после этого заорал: «Тогда выбирайте себе другого Генерального секретаря!» — и направился к выходу из зала заседаний. По всей вероятности, это было предусмотрено заранее разработанным сценарием. Кто-то побежал за Чаушеску, умоляя вернуться, женщины зарыдали, а Елена заявила: «Оставьте в покое товарища Чаушеску, я попытаюсь убедить его не подавать в отставку». Через несколько минут он вернулся, и заседание продолжилось. В тот же день он провел засекреченную «телеконференцию» военного руководства всех уездов, объявив боевую тревогу и приказав привести вооруженные силы в состояние повышенной боевой готовности, а по «мятежни-

кам открывать огонь без предупреждения».

По мере того как волнения стали охватывать другие уезды Румынии, в борьбу против «мятежников» вступали родственники от бывшего в Иран Чаушеску. Елена вызывала к себе то одного, то другого генерала, которым, однако, удалось в конечном счете из бежать массового кровопролития. А сын Чаушеску Нику, занимавший пост первого секретаря РКП в уезде Сибиу, отдал приказ стрелять в демонстрантов.

Утром 21 декабря, пока толпа прибывала, партийные руководители, в чью обязанность входило воодушевлять собравшихся, привычно заклеймили «контрреволюционных подстрекателей», ответственных за все беды Румынии, и вновь подтвердили свою несокрушимую верность Кондукэтору. Стоя на балконе здания ЦК, расположенного в центре Бухареста, Чаушеску начал свою речь. Она лилась под привычный аккомпанемент «стихийного» волнения масс — верноподданических лозунгов «застрельщиков» и послушных, заученных аплодисментов, завершавших банальные, набившие за последние годы оскомину фразы о торжестве «научного социализма» и блестящих достижениях Румынии во всех мыслимых областях. Так продолжалось минут восемь, и вдруг где-то в глубине 100 тысячной толпы началось волнение совсем иного рода: послышались святотатственные свист и шиканье, а затем скандирование «Ти-ми-шо-а-ра».

Румынское телевидение, благодаря неподвижно установленным в нескольких точках площади камерам, продолжало трансляцию митинга. Взорвалось несколько гранат со слезоточивым газом, и гневный ропот толпы неудержимо нарастал: раздались крики «Чаушеску, народ — это мы!», «Долой убийц!», «Румыния, проснись!» и воодушевленное пение запрещенных довоенных патриотических песен. Все это телекамеры передали в эфир, они же зафиксировали замешательство на балконе: запинающегося, сбитого с толку Чаушеску и его жену Елену, прошептавшую: «Пообещай им чего-нибудь». Явно обеспокоенный, Чаушеску прервал брань в адрес хулиганов и всенародно возвестил о повышении заработной платы, пенсий и денежных пособий малоимущим семьям, а также об увеличении студенческих стипендий на 10 лей (что по рыночному валютному курсу составляло тогда 2-3 американских цента). Шум и свист усилились, и Чаушеску, абсолютно не готовый к подобному поведению толпы, вообще замолчал. В телекамерах отразился его озадаченный, затравленный взгляд. Телезрители увидели, как человек в военной форме подошел к Чаушеску, взял его под руку и увел с балкона. Непостижимым образом, именно в этот самый момент экраны погасли, когда же, три минуты спустя, они заработали снова, перед зданием ЦК уже бушевал кромешный ад. Новости о случившемся мгновенно разлетелись по всему Бухаресту, и тысячи людей высыпали на улицы города. Манифестации продолжались всю ночь, и тогда же снайперы из Секуритате принялись стрелять в людей без разбору. В ту ночь в бухарестские больницы поступило 85 человек с огнестрельными ранениями, убитых было еще больше. Как и в Тимишоаре, молва преувеличила количество жертв в десять, в двадцать, в сотню раз. Невзирая на стрельбу, людские толпы скопились вокруг ппартийных зданий, на Университетской площади и перед румынским телецентром. Стрельба продолжалась всю ночь, но определить, кто виновник – убийцы из Секуритате или им вторят также и армейские подразделения, -было совершенно невозможно. Царила полнейшая неразбериха, усугубляемая еще и тем, что некоторые части тайной полиции носили военную форму. Ходили упорные слухи, что Чаушеску бросил в бой десантно-диверсионный отряд, укомплектованный арабами, проходившими под руководством Секуритате «военно-террористическую» подготовку в Румынии. Слух этот так и не подтвердился. Тогда еще мало кто знал, что основная масса и без того колеблющихся румынских вооруженных сил (за исключением лишь некоторых подразделений Секуритате) перешла в ту ночь на сторону демонстрантов. Этому предшествовали следующие события: 16 декабря, после нескольких недель крайней напряженности, в Тимишоаре вспыхнули яростные антиправительственные демонстрации. На следующий день (17 декабря) Чаушеску обвинил министра обороны Василе Милю в неповиновении и пригрозил ему отставкой в случае, если он не отдаст румынским войскам приказ стрелять в народ. Генерал вроде бы подчинился, но, как оказалось, только в присутствии Чаушеску. Он не издал приказа — и к вечеру 21 декабря был обнаружен мертвым; официальная версия назвала это «самоубийством», неофициальная — расправой, санкционированной Чаушеску. Даже спустя месяцы подлинные обстоятельства его смерти остались невыясненными. Несомненно было только одно — смерть Мили заставила высший командный состав всех трех родов войск осознать (если они еще не сделали этого), что отныне Чаушеску — битая карта. Глава Секуритате, генерал Юлиан Влад, по-видимому, уже пришел к подобному заключению. Утром 22 декабря, то есть на следующий день после злополучного выступления Чаушеску, солдат, взобравшись на танк, стоящий на Университетской площади, демонстративно отстегнул магазин от автомата и помахал ими толпе. С этого момента по всей Румынии пронесся новый клич: «Армия — с нами».

В то утро людская толпа все еще заполняла площадь у здания ЦК, и, что уже совершенно непостижимо, муж и жена Чаушеску все еще находились внутри здания. Они провели здесь ночь, обсуждая ситуацию со своим штабом. Дворня оставалась здесь же. Как рассказывал позднее один из членов свиты, каждый следил за каждым; если бы кто-нибудь ушел, его бы сразу записали в предатели. Ни генерал Влад, ни другие ренегаты ни малейшим намеком не выдали, что уже списали Чаушеску со счетов. Давно поднаторевшему в искусстве подхалимажа Владу не стоило большого труда скрывать свои подлинные чувства. По правде говоря,«засветиться» на том, что он считает положение Чаушеску безнадежным, действительно было слишком рискованным. Во всяком случае, им были хорошо известны маниакальная забота вождя о личной безопасности и колоссальные меры предосторожности, принятые для того, чтобы ничто не могло застать его врасплох.

Для защиты Чаушеску были созданы подразделение войск специального назначения («команда Альфа») и отборные части из сверхсрочников. Как вскоре стало известно мировой общественности, разветвленная сеть подземных туннелей (некоторые из них представляли собой модифицированную канализационную систему) соединяла резиденцию Чаушеску с партийными канцеляриями, оснащенными пультами связи, спальнями и бункерами. Супруги вполне могли воспользоваться этой подземной системой кроличьих ходов и благополучно покинуть Бухарест. Почему они так долго оставались в здании ЦК, не предпринимая попыток к бегству, и почему они в итоге предпочли бежать вертолетом и практически без охраны, хотя 80 отборных солдат, спрятанных в подвалах их постоянной бухарестской резиденции — Весеннего дворца — были приведены в состояние боевой готовности, остается загадкой, объяснить которую могли бы только сами Николае и Елена.Возвратившись в страну, диктатор попытался выступить перед многолюдной манифестацией на Дворцовой площади. Встреченный свистом и градом камней, он велел открыть огонь по собравшимся. Расстрелом руководил его брат, Николае Андруцэ, — генерал-лейтенант, лично стрелявший в толпу.

Диктаторская чета 22 декабря через подземный переход перешла из президентского (бывшего королевского) дворца в здание ЦК и бежала на вертолете, дежурившем на крыше. После этого находившийся среди демонстрантов профессор П.Роман провозгласил с балкона того же здания: «Сегодня, 22 декабря, диктатура Чаушеску пала. Провозглашаем власть народа». В тот же день был сформирован Фронт национального спасения как орган всех здоровыхсил нации, выступивших против диктатуры. ФНС возглавили Петре Роман и Ион Илиеску.

Победа революции была обеспечена и закреплена переходом армии на сторону восставшего народа. Важнейшую роль сыграл при этом министр обороны генерал-полковник В.Миля, который отказался передать армейским подразделениям приказ Чаушеску о расстреле демонстрантов Тимошиары, а затем — расстрелять манифестантов на Дворцовой площади в Бухаресте, мотивируя это тем, что «в воинском уставе он не нашел статьи, где бы говорилось, что народная армия может воевать против собственного народа». По приказу Чаушеску Миля был тут же убит. В ходе декабрьских событий выяснилось, что армия находилась в значительно худшем положении, чем силы госбезопасности (зарплата и довольствие офицера «секуритате», например, в несколько раз превышали жалованье армейского офицера, армейские части использовали на стройках), и, может быть, поэтому в решающий момент поддержала народ.

Бежавшая из столицы чета Чаушеску сделала первую остановку в Снагове — вблизи своей летней резиденции в 40 км к северу от Бухареста. Чаушеску позвонил в «секуритате», в какие-то воинские подразделения и в Сибиу — сыну Нику. Согласно одной из версий, когда стало ясно, что побег из страны невозможен, вертолет был брошен в сельской местности, вблизи города Тырговиште. Бывший диктатор и его жена в сопровождении двух охранников захватили машину с водителем и, угрожая ему оружием, приказали ему ехать вперед. Водитель — некто Петришор — рассказывал, что Елена предлагала спрятаться и переждать в лесу, а Николае считал, что они должны прибегнуть к помощи рабочих. Однако во время остановки у первого же предприятия рабочие забросали машину камнями, выкрикивая: «Смерть преступникам!» Это страшно расстроило Чаушеску. В Тырговиште они пытались найти убежище в здании местного комитета РКП, но их туда не пустили. После бесполезных поисков пристанища они остановились у Центра по охране предприятий, где люди, смотревшие телевизор, сначала неповерили, что перед ними Чаушеску, а затем вызвали военных. 25 декабря Чаушеску были подвергнуты суду военного трибунала. Прокурор Джику Попа судил Чаушеску по обвинению в «геноциде, повлекшем 60 тысяч человеческих жертв; подрыве государственной власти путем организации вооруженных акций против народа; нанесении ущерба государственному имуществу разрушением и повреждением зданий; организации взрывов в городах; подрыве национальной экономики; попытке бегства из страны с использованием средств, хранящихся в иностранных банках, на общую сумму более 1 млрд. долларов».

Начало судебного процесса и появление прокурора было для четы совершенно неожиданным. За годы своего правления они потеряли ощущение действительности. Членов судебной коллегии раздражало поведение обвиняемых, которые отрицали все обвинения. Несмотря на спешку, судебный процесс был законным, подчеркнул Войкулеску. Например, чтобы отложить исполнение приговора, Чаушеску могли опротестовать обвинение. По свидетельству защищавшего Чаушеску адвоката, заслушав смертный приговор, Чаушеску, будучи убежден в несерьезности всего происходящего, заявил прокурору: «То, что вы говорите, — клевета. Когда все это закончится, я отдам вас под суд». Чета Чаушеску не была казнена назначенными для этого исполнителями. Ненависть к ней была настолько велика, что, как только их вывели во двор, находившиеся там военные открыли по ним беспорядочный огонь, что говорит о настроениях в армии.

Существует и такая версия — был расстрелян двойник Чаушеску. Ложному расстрелу румынского диктатора посвятил свой крупный материал журналист Л.Сучевеану в номере бухарестского еженедельника «Кувинтул». Заголовок такой: «Чаушеску спасен от смерти?» Анализируя фотографии расстрелянного диктатора за несколько минут до смерти и при захоронении, автор утверждает, что речь идет о двух различных людях. На первом снимке — следы многочисленных кровоподтеков, на втором их вообще нет. На первом — виден некий старик около 80 лет (Чаушеску было 72 года), на втором — человек между 55-60 годами. На первом снимке он в белой рубашке, как и на скором процессе, на втором — он одет совершенно по-другому.

Но главным доказательством для журнала служат слова врача, который после расстрела констатировал смерть. Он заявил после осмотра расстрелянного, что «убитый страдал катарактой». Между тем известно, что у Чаушеску этой болезни глаз не было. Автор сенсационной публикации приводит еще несколько примеров, доказывающих, по его мнению, замену Чаушеску двойником. Хотя, констатирует журнал, телевизионные снимки нескольких минут перед казнью обошли весь мир, момент самого расстрела на пленке не зафиксирован. Наивно утверждение оператора о том, что у него случились непорядки с видеокассетой и он-де не успел поставить новую...

Суд над Чаушеску стал прологом развала и гибели правящего клана (по некоторым данным, численность его родственников и свояков в различных звеньях секретариата РКП достигала 300-400 человек. Среди прямых родственников диктатора выделялся его сын Нику (39 лет). Следствием установлено, что в результате его приказа открыть огонь по участникам мирной демонстрации в Сибиу 21-22 декабря было убито 89 и ранено 219 человек. Кроме Нику, перед судом предстали двое других детей Чаушеску — Валентин и Зоя, которые обвинялись в использовании в личных целях государственного имущества. При ЦК РКП было создано «Бюро по обслуживанию и снабжению» высших функционеров партии и членов их семей. Оно бесплатно предоставляло им квартиры, мебель, одежду, продукты питания. В 1989 г. бюджет этого бюро составил 70 млн. лей (10 млн. долларов). Уже упоминавшийся выше брат диктатора Николае Андруцэ был обвинен в совершении убийств при отягчающих обстоятельствах и в подстрекательстве к геноциду. А другой его брат, Марин, находившийся на посту главы торгпредства в Австрии, сразу же покончил жизнь самоубийством. Еще один брат Чаушеску, Илие, генерал-лейтенант, занимал пост заместителя министра обороны, а сестра диктатора Елена Бэрбулеску, имея четырехклассное образование, получила степень доктора истории и должность главы школьного инспектората в родном уезде Олт, где прославилась травлей честных людей, коррупцией и хищениями. При аресте у нее были конфискованы банковские чеки на сумму около полумиллиона лей (50 тысяч долларов). Брат Чаушеску Ион был заместителем министра сельского хозяйства.

ГЛАВА 8. ПЕРВЫЕ ШАГИ НОВОЙ ВЛАСТИ.

В результате декабрьского переворота в Румынии носитель то талитарного контроля — Румынская коммунистическая партия – в одночасье оказалась на обочине общественного развития. Это позволило очень быстро организоваться общественным силам различных направлений и начать заполнять возникший политический вакуум. После нескольких десятков лет безраздельного господства коммунистической номенклатуры было положено начало формированию многопартийной политической системы, основанной на политико-идеологическом плюрализме.

Достаточно очевидно, что развитие постдиктаторской Румынии рисовалось номенклатурным реформаторам по типу советской перестройки. Однако политическая смерть и развал РКП, и особенно ярко выраженная антикоммунистическая (а не только антидиктаторская направленность выступлений населения, смешали все расчеты. Новая власть в лице фронта национального спасения не решалась включить в свои программные заявления и нормативные акты какие-либо упоминания о социализме, пусть даже в варианте «обновленном», «демократическом», с «человеческим лицом», или хотя бы о «социалистическом выборе».

Растерянность и неуверенность руководства ФНС прошли только после преодоления колебаний относительно того, обнаруживать ли свою приверженность «неокоммунизму» (о чем, кстати, лидеры оппозиции заговорили практически сразу же после переворота). Действительно, ФНС пришел к власти с помощью испытанных коммунистических методов. Правда, нельзя забывать, что в условиях Румынии другого пути просто не было. Куда важнее оказалось и для Совета ФНС, и для оппозиции то обстоятельство, что коммунистическая номенклатура, формально отождествив себя с целями ФНС (а в силу присущего ей оппортунизма это оказалось совсем не трудно), «перетекла» в его территориальные советы – местные органы новой власти. Тем самым она создала себе удобные позиции для блокирования и саботажа любых прогрессивных, но неугодных ей решений, принимаемых центральной властью, и для оказания давления на эту власть.

В немалой степени именно с данным обстоятельством были связаны маневры руководства ФНС по вопросу о судьбе коммунистической партии как организации, породившей диктатуру, а затем ставшей покорным орудием в ее руках, попытки перенести всю тяжесть ответственности перед народом на поверженного диктатора, членов его семьи и ряд его ближайших приспешников, а саму РКП объявить просто более несуществующей.

Руководство ФНС встало, однако, на третий путь. Создав организационные структуры ФНС как политического движения и возглавив его, оно «купило» лояльность части старой номенклатуры, но принесло с собой новую программу, содержавшую отказ от идеологической доктрины марксизма-ленинизма, от социализма и коммунизма как конечной цели и от демократического (а на деле неизменно бюрократического) централизма как метода организации и функционирования. Стало ясно, что политическое руководство страны обнаружило склонность к более далеко идущей и достаточно глубокой трансформации тоталитарных структур, доставшихся ему в наследство от прежнего режима.

Первые хозяйственные декреты преследовали ясную цель — ликвидировать наиболее одиозные проявления экономической политики Чаушеску. Реорганизация торговли, прекращение экспорта продовольственных товаров и ограничение вывоза нефтепродуктов были призваны содействовать удовлетворению насущных потребностей населения. В сельском хозяйстве были приостановлены планы «систематизации», отменены ограничения цен на крестьянском рынке. Крестьянам выделили наделы размером до 0,5 га.

Осуществляя переход к рыночным отношениям, Румыния приняла специальный законодательный акт по предпринимательству.Декрет-закон Румынии «Об экономической деятельности на основе свободной инициативы» был призван создать исходный импульс для развития и поддержки предпринимательства, устранить существующие в законодательстве ограничения в предпринимательской деятельности, которая в ряде случаев рассматривалась как уголовное преступление.

6 января 1990 г. был опубликован этот закон и вступил в силу через 30 дней. В нем определяется, что в целях лучшего удовлетворения потребностей в товарах и в услугах для населения, эффективного использования ресурсов, сырья и материалов, гражданами, проживающими в Румынии, могут создаваться мелкие предприятия с числом работающих не более 20 человек, доходные общества, семейные общества. Разрешается также свободная деятельность физических лиц.

Мелкие предприятия могут создаваться по инициативе физических лиц. Прием на работу на мелких предприятиях производится на основе трудового договора, а заработная плата устанавливается по согласию сторон. Могут наниматься и работники государственных предприятий. Они работают на мелких предприятиях в свободное время. Работники мелких предприятий пользуются правом социального обеспечения наравне с работниками государственных предприятий. Работники мелких предприятий имеют право вступать в профсоюзы. Мелкие предприятия и их персонал имеют права и обязанности, предусмотренные для государственного сектора.

Порядок эксплуатации имущества предприятий, амортизации его основных фондов, распределения доходов и работы устанавливается организаторами предприятия и может быть изменен только предпринимателями. Финансовые средства, необходимые для деятельности мелких предприятий, создаются из личных средств и из банковских кредитов.

Уездные управы могут сдавать внаем мелким предприятиям необходимые им помещения в государственных зданиях, включая прилегающие территории. Перестройка и оборудование собственных или взятых внаем зданий могут производиться только по разрешению управы. Государсвенные или кооперативные предприятия, имеющие в своей собственности машины, оборудование и установки, могут их продавать или сдавать внаем мелким предприятиям.

Предприятия должны иметь своего бухгалтера и обязаны составлять на каждое полугодие бухгалтерский баланс и публиковать его в «Правительственном вестнике» в течение десяти дней после проверки его финансовыми органами.

Финансовые средства мелких предприятий в национальной валюте хранятся на банковских счетах. Суммы в валюте могут храниться только на счетах в Румынском банке для внешней торговли. Из сумм в валюте, получаемых от экспорта, 50% перечисляется в национальной валюте предприятию по действующему курсу, а остаток остается в распоряжении предприятия.

Предприятие в его отношениях с физическими и юридическими лицами, а также перед юридическими органами представляется лицом, которое его основало.

Другой законной формой производства являются доходные общества, которые учреждаются в количестве не более десяти человек на основании контракта.

Семейные общества в Румынии объединяют членов одной семьи с единым хозяйством. Предпринимательством могут заниматься и физические лица в области услуг или реализации определенной продукции. На доходные и семейные общества, а также физических лиц распространяются все основные условия хозяйствования мелких предприятий.

Регистрация всех перечисленных видов предпринимательской деятельности осуществляется уездной управой. Подоходный налог на прибыль мелких предприятий, доходных обществ, семейных обществ и с заработка лиц, осуществляющих свободную предпринимательскую деятельность, устанавливается в зависимости от рода деятельности и социального вклада.

Мелкие предприятия и доходные общества могут объединяться,

но только с согласия Национальной комиссии по легкой промышленности и услугам. Этим законом был дан мощный толчок развитию мелкого бизнеса в стране.

ГЛАВА 9. НАЧАЛО ПОЛИТИЧЕСКОЙ БОРЬБЫ.

В условиях усиления требований оппозиции об отставке правительства и руководства ФНС последнее пошло на реорганизацию высшего законодательного органа — Совета ФНС- во Временный совет национального согласия (ВСНС) путем включения в него представителей всех зарегистрированных партий, обеспечив ФНС (имеется в виду созданное под новые задачи политическое движение) по меньшей мере половину мест. С образованием политического движения ФНС, заполнившего собой левую часть политического спектра Румынии, завершился начальный этап перехода к многопартийной политической системе. Содержанием его было образование собственно политических партий и движений, выработка ими своих программ и, естественно, возникновение конфликтных отношений правых и левых организаций при отсутствии согласованных правил политической игры. Был восстановлен ряд довоенных политических партий правого

и правоцентристского толка, прежде всего традиционно называемых в Румынии историческими. Национал-царанистская христианская демократическая партия (НЦХДП) считает себя преемницей запрещенной в 1947 г. Национал-царанистской партии. Своей социальной базой считает сельское население, часть интеллигенции, верующих. Однако попытки НЦХДП обрести поддержку крестьянства в ходе выборов 1990 г. ощутимых результатов не дали. Фактически НЦХДП стала партией консервативно настроенной интеллигенции и горожан.

Национал-либеральная партия (НЛП) также была под запретом при коммунистах. В апреле 1990 г. возрожденная партия (председатель — Р.Кымпяну) насчитывала 200 тыс. человек, ее социальная база — интеллигенция, студенчество, часть рабочих столицы и крупных промышленных центров. Требует гарантии индивидуальных свобод как условия раскрепощения творческих сил во всех сферах деятельности, обеспечения реального разделения властей, восстановления демократии, гражданских свобод, создания механизма контроля за бюрократией; в области экономики — приватизация предприятий и рыночные реформы, обеспечение профсоюзных свобод и права на забастовку, вовлечение рабочих в управление и участие в доходах предприятий. В политическом спектре Румынии НЛП представляет центр.

Возродилась и Социал-демократическая партия, поглощенная КПР в 1948 году. Председателем ее стал С. Кунеску. Эта партия выступила с резкой критикой всего, что связано с деятельностью коммунистов в области идеологии, экономики и политики. Приватизацию считает единственным путем к процветанию, но полагает необходимой предварительную психологическую подготовку трудящихся. Как социал-демократическая партия рассчитывала на поддержку трудящихся, но в ходе выборов 1990 г. ее не получила. Ко времени назначенных на апрель, а затем перенесенных на 20 мая 1990 г. президентских и парламентских выборов число зарегистрированных партий достигло 88. Можно сказать, что в сложившемся к тому времени политическом спектре акцент в целом был смещен вправо, хотя большинство сколь-нибудь влиятельных партий склонны были считать себя центристскими.

Возникновение огромного для небольшой страны количества партий, вероятно, закономерно в обществе, пытающемся перейти от тоталитарной диктатуры к той или иной форме демократии. Здесь прежде всего появилась реакция на внезапное исчезновение силы, подавляющей политический и идеологический плюратизм и навязывающей искусственное единство, а также на отсутствие в период диктатуры каких-либо форм общественной самоорганизации.

В период с момента создания ВСНС как своеобразного минипарламента до парламентских выборов в Румынии едва ли можно было говорить о подлинной демократии или функционирующей политической системе плюралистического типа, хотя формально существовали практически все элементы того и другого. Политологический анализ происходивших в Румынии событий свидетельствовал, что диктатура номенклатурного слоя не канула в Лету, а лишь видоизменилась.

Очень быстро обнаружилось, что новая власть (здесь речь не идет о намерениях лидеров ФНС) руководствовалась в своих заявлениях и мероприятиях не столько демократическими убеждениями, сколько соображениями конъюнктуры. Сам переворот конца 1989 г. был направлен не против власти номенклатуры как таковой, а явился, в сущности, результатом ее раскола и был в немалой степени элементом мимикрии, способом приобретения номенклатурой новой легитимности.

Подлинная демократия, разумеется, не была и не могла быть целью номенклатуры, поскольку работала бы против ее интересов. Элементы демократии в Румынии пробивали себе дорогу лишь потому, что ни внешние, ни внутренние условия уже не позволяли помешать их возникновению. Из-за потери тотального контроля номенклатуре оставалось лишь включиться в жизнь в создающейся демократической среде, по возможности придавая ей приемлемый для себя вид. Свержение верхушки тоталитарного режима дало желанную возможность номенклатуре, особенно той ее части, которая вполне осознала неизбежность грядущих перемен, лишить их радикальности, дозировать их с тем, чтобы успеть реализовать свою сверхзадачу — приватизировать государственную собственность и тем самым адаптироваться к жизни при ином общественно-политическом строе.

Ввиду неуступчивости ФНС и отсутствия действенного механизма регулирования и разрешения политических разногласий в рамках ВСНС оппозиции пришлось неоднократно прибегать к «уличной демократии», чтобы оказать давление на власти. Об остроте политической напряженности свидетельствуют, например, проводившиеся с 22 апреля по 13 июня 1990 г. в центре Бухареста беспрерывные антикоммунистические митинги и акции протеста, направленные против ФНС и правительства.

Характерно, что даже результаты президентских и парламентских выборов, на которых победили ФНС и лично Илиеску, избранный на пост президента Румынии, не погасили накала страстей. Новое руководство, до выборов стремившееся избегать острой реакции на происходившее, после получения мандата на выборах решилось на репрессивные акции против демонстрантов, вызвав столкновения.

Оружием толпы на переполненных автотранспортом улицах города стала бутылка с бензином. Страшная разрушительная сила этого оружия особенно сильно проявилась в мае 1990 г, в «пик» событий на Университетской площади. В ночь с 13 на 14 мая толпы оппозиционно настроенных горожан, среди которых было много цыган, окружили румынское телевидение с требованием добиться «гласности». Не получив доступа к «открытому микрофону», толпа стала штурмовать здание.

Румынское телевидение представляет собой многоэтажную башню, на крыше которой стоит антенна. Перед зданием — газоны, кое-где кусты, в общем, открытая территория. Толпа со всех сторон окружила этот куб из стекла и бетона, внутри которого заперлись в ожидании штурма полицейские и малочисленная группа десантников. Был взломан пункт приема стеклотары, расположенный поблизости. На угнанных грузовиках откуда-то из центра также привезли пустые бутылки. Патрули из добровольцев тормозили все проезжающие машины и заставляли водителей сливать бензин. Тем, кто оказывал сопротивление или пытался уехать, пробивали заостренными железными палками бензобаки, крошили лобовые стекла и фары. Залитые «зажигалки» перетаскивали на линию огня прямо в ящиках.

С нескольких этажей толпу пытались отогнать водяными струями из брандспойтов, чего явно было недостаточно. Метание «зажигалок» выглядело следующим образом: осажденный объект был разделен на сектора, выбирались наиболее уязвимые места — подвалы, складские помещения, технические комнаты. Отдельные незаметные люди руководили толпой, показывали нужные окна. В атаку шли три цепи нападающих. Первая выбивала камнями стекла, другая метала «зажигалки», остальные подносили ящики с приготовленными бутылками, камнями, выполняя роль тыла. Шумными возгласами восторга толпа приветствовала меткое попадание, а «чемпион», как футболист, забивший гол, поднимал руки. Туда, где разгорался пожар, методически подкидывали новые бутылки – для поддержания огня. А в это время первая цепь не давала пожарникам тушить пламя, отгоняя их камнями внутрь здания. Что же пережили за эти часы полицейские, журналисты, техники, находив шиеся внутри здания? «Мы предпочли бы сгореть в здании телецентра, чем быть забитыми до смерти толпой»,- признались потом отдельные работники телевидения.

Подоспевшие вскоре армейские части, которые, как потом выяснилось, были вообще не в курсе происходящих в Бухаресте событий, не дали окончательно сжечь телецентр без единого выстрела, в считанные минуты, разогнали толпу по соседним улицам. Многие из пойманных участников штурма пытались доказать свою непричастность к событиям, но солдаты требовали протянуть руки — запах бензина разрешал все сомнения.

Правительство вновь (как и в феврале 1990 г. при схожих обстоятельствах) обратилось за помощью к шахтерам. Они прибыли в город уже на рассвете и направились к зданию правительства для защиты его от оппозиционно настроенных бунтовщиков. Грозным валом прокатились они утром по всему городу, разъезжая на самосвалах, наводя страх и ужас на горожан, арестовывая и избивая всех подозрительных. Два молодых человека были избиты в кровь стальными прутьями лишь потому, что какая-то старуха заявила, что они студенты. В течение двух дней шахтеры были полновластными хозяевами города. Наводя «порядок», они разгромили штаб квартиры ряда оппозиционных партий и независимых изданий.

Положительным результатом указанных драматических и даже трагических событий явилась несколько большая сдержанность основных участников политического процесса. Кроме того, благодаря президентским и парламентским выборам политическая борьба хоть отчасти вошла в рамки более цивилизованных, парламентских процедур.

Президентом Румынии стал Ион Илиеску, получивший 87% голосов избирателей. Илиеску родился и вырос в Олтенице, в семье рабочих-железнодорожников. В 1944 году его отца исключают из коммунистической партии из-за разногласий с тогдашним лидером Георгиу-Дежем. В том же 1944 году Ион вступает в Союз коммунистической молодежи. Он прилежно учится, поступает в Бухарестский политехнический институт. Как одного из лучших студентов, его посылают в Московский энергетический институт (факультет гидроэнергетики). В 1955 году молодой специалист приходит в Румынский институт исследований и проектирования в области энергетики инженером-проектировщиком. И только накопив знания, жизненный опыт, И. Илиеску соглашается на освобожденную комсомольскую и партийную работу. Его избирают первым секретарем СКМ. Уже тогда Илиеску начал работать в том направлении, которое в итоге отдалило его от номенклатуры. В 1971 году его назначают секретарем ЦК РКП по делам пропаганды. Начинается его скрытое для многих противостояние с Чаушеску.

Расстановка политических сил в стране после выборов осталась, в сущности, той же, что и в период подготовки к ним, т. е. неблагоприятной для оппозиции. Это достаточно наглядно иллюстрирует распределение мандатов в парламенте, состоящем из двух палат: Собрания депутатов (387 чел.) и Сената (119 чел.). ФНС получил в них соответственно 263 и 92 места, Демократический союз румынских венгров — 29 и 12, НЛП — 29 и 9, Экологическое движение Румынии — 12 и 1, НЦХДП — 12 и 1, Партия национального единства румын Трансильвании — 9 и 2, Демократическая аграрная партия Румынии — 9 и 0, Социал-демократическая партия Румынии — 2 и 0. Остальные места разделили между собой другие партии и независимые кандидаты.

Экологическое движение Румынии (ЭДР) возникло в первые недели после падения диктатуры Чаушеску (председатель ЭДР -Т.Майореску). Девиз движения — «Чистый человек, чистая страна, чистый мир». В целом ЭДР поддержал ФНС, но борется и за свои специфические цели — защиту окружающей среды, борьбу с любыми загрязнениями, экологически грамотное хозяйствование, защита памятников природы, истории, культуры. ЭДР выступает также за политику открытости, диалога с любыми народами, против насилия и нетерпимости, за соблюдение прав человека и сокращение вооружений, вплоть до их полной ликвидации. Партия национального единства румын Трансильвании была создана 15 марта 1990 г. как оппонент ДСРВ для отстаивания интересов румын Трансильвании. Платформа этой партии перекликается с принципами союза «Ватра ромыняскэ» («Румынский очаг»), часть членов которого в известной мере заражены антивенгерскими настроениями. Сам факт быстрого появления в Трансильвании двух партий, отстаивающих интересы представителей двух национальностей, свидетельствует об очень непростой ситуации в этом регионе. Обострение межнациональных отношений стало печальной закономерностью стран, переходящих от тоталитарных режимов к демократии.

В отличие от ЭДР Румынская экологическая партия (председатель — Ю.Дрэгич) сразу заявила о своей полной независимости от ФНС. Что же касается общеэкологических целей, то они у этих двух политических сил, естественно, во многом схожи. Выдвигаемые цели и задачи отражены в названии Румынской демократической социалистической партии (председатель — М.Кырчумэреску). При этом сторонники партии отдают приоритет развитию личности, индивида, укреплению его прав. Заслуживает внимания и Социалистическая партия труда, образованная путем слияния осколков РКП и вновь созданной Демократической партии труда. Она выступает в качестве внепарламентской левой оппозиции. Возглавил партию один из бывших деятелей режима Чаушеску — И.Вердец.

ГЛАВА 10. ТРУДНОЕ НАЧАЛО ЭКОНОМИЧЕСКИХ РЕФОРМ.

Победа ФНС на выборах, по существу, означала, что коммунисты получили шанс попытаться вывести страну из глубочайшего кризиса, в который она была ввергнута благодаря политике их прежнего руководства. Сама судьба ФНС стала полностью зависеть от успешной реализации экономических и политических реформ в стране, глубоко пораженной тоталитаризмом. В борьбе между различными концепциями развития в посткоммунистический период в качестве основных альтернатив выделились социал-демократическая и либерально-демократическая тенденции, не очень отличающиеся друг от друга. Возглавлявшие парламентскую оппозицию лидеры национал-либералов вынуждены были критиковать кабинет П. Романа не за существо предлагавшихся мер, а лишь по поводу методов и темпов преобразований. Следует отметить, что с момента падения диктатуры ни одна политическая партия — как из союзниц ФНС, так и из среды оппозиции — не смогла противопоставить платформе ФНС сколько-нибудь существенно отличающуюся программу. Разногласия между ФНС и оппозицией существовали не столько в сфере программных целей, сколько в вопросе об отношении к коммунистам, прежде всего к номенклатурным кадрам старого режима.

Появилась новая очень влиятельная партия — Демократический Фронт Национального Спасения. Ряд партий объединились в оппозиционную Конвенцию за установление прав человека, позднее переименованную в Демократическую конвенцию.

В течение 1990-1991 гг. в Румынии произошли заметные перемены в политической сфере.

В конце июня 1990 г. на совместном заседании сената и палаты депутатов был одобрен состав кабинета министров. Премьер-министр Петре Роман изложил программу правительства, рассчитанную на 2 года.

Повсеместно ощущалась нехватка продовольствия, электроэнергии, с перебоями работали предприятия.Правительство Романа намеревалось решать возникшие проблемы путем радикальных экономических реформ, базирующихся на децентрализации экономики, приватизации, привлечении иностранного капитала, предоставлении льгот предприятиям, продукция которых ориентируется на запросы рынка.

Был принят закон о приватизации. Конфискованные после 1945 года дома, квартиры, земля (не более 10 га) возвращались прежним владельцам, или им выплачивалась денежная компенсация. Государственные предприятия преобразовывались в акционерные корпорации. Но этот переход от социализма к капитализму был очень болезненным. Осуществляя перевод экономики на рыночные отношения, правительство столкнулось со значительными трудностями. Либерализация экономики привела к росту цен (за исключением двух десятков наименований товаров первой необходимости). К январю 1991 уровень инфляции достиг 200-300%. По сравнению с 1989 годом производство в 1990 году, по официальным данным, упало на 26%, а по мнению председателя Национал-либеральной партии Раду Кымпяну — более чем на 50%. Число безработных достигло 500 тысяч.

В газетах постоянно появлялись все новые и новые сообщения о хищениях машин и квартирных кражах, грабежах и убийствах в Бухаресте. «Обычные последствия бедности», — так объясняла ситуацию столичная полиция. Порожденный нуждой цинизм двигал молодыми парнями, которые с наступлением темноты грабили на улицах беззащитных стариков. Этот же цинизм двигал и родителями, которые посылали несовершеннолетних дочерей в дорогие отели для иностранцев, чтобы те своим телом добывали вожделенную валюту.

Курс на приватизацию и либерализацию цен вызвал народные волнения.

25 сентября 1991 года четыре тысячи шахтеров из долины Жиулуй, самовольно захватив два пассажирских поезда, прибыли в Бухарест, чтобы встретиться с премьер-министром страны Петре Романом. Еще раньше горняки приглашали лидера к себе на «крепкую беседу», чтобы познакомить его со своим уровнем жизни в условиях либерализации цен. Премьер отказался, сославшись на неотложные дела, да и к тому же за год до этого шахтерам была значительно увеличена заработная плата. Тогда горняки сами прибыли в столицу, чтобы жечь и штурмовать то самое здание своего правительства, которое они год назад отчаянно защищали. Шахтеров ждали в Бухаресте, и слух о том, что первые отряды с минуты на минуту прибывают на железнодорожный вокзал Беняса, быстро полетел по городу. Начали пустеть улицы, люди в спешке перепарковывали с тротуаров во внутренние дворы и гаражи свои автомашины. Полицейские нервничали. В воздухе Бухареста запахло психологической гарью предстоящих беспорядков. Кто-то из шахтеров, недовольный общим тоном газеты «Ромыния Либерэ», пообещал в одном из телевизионных интервью «выяснить отношения» с газетой по дороге в город.

Четыре тысячи рабочих встречал отряд всего в полсотни полицейских — значит, им разрешили войти в город. О том, что шахтеры настроены агрессивно, уже знали, по дороге они разнесли в пух и прах железнодорожный вокзал в одном небольшом городе, разгромив попутно несколько частных магазинов.

Чумазые, в горняцких касках с фонариками, в черных комбинезонах и резиновых сапогах, окруженные своими же активистами, следившими за порядком, они шутили и огрызались на вопросы репортеров. В ожидании прибытия второго поезда по команде лидеров они послушно сели на перроне, уверенные, сознавая свою силу. «Мы настроены решительно и не уйдем из столицы, пока небудут удовлетворены наши политические и экономические требования»,- отвечали они журналистам, поигрывая перед камерами пал ками и стальными прутьями. Кто-то мелом написал на вагоне:«Петре Роман, спускайся к нам в забой, от тебя будет больше пользы там, чем в кресле премьер-министра!»

После прихода второго поезда колонны горняков организованно прошли пешком в центр города, оставив без внимания опустевшую редакцию газеты «Ромыния Либерэ». Шахтеры расположились на площади Виктория и устроили сидячую забастовку перед зданием правительства. В считанные часы они обросли толпами жителей Бухареста. Так начиналось это — в первые часы еще мирное — противостояние власти и народа, вызванное процессом либерализациицен.Снова произошел штурм телецентра. После неудавшейся попытки завладеть домом правительства на площади Виктория отряды шахтеров переместились в район телевидения и несколько часов осаждали его. Они были менее организованны, чем их предшественники с Университетской площади, но более смелы и настойчивы. Все та же территория снова стала ареной уличных гражданских боев. Отличительная деталь: полиция и части специального назначения снова не применили против возмутителей спокойствия огнестрельного оружия. Почему? Да потому, что это означало бы полную дискредитацию существующего режима. Если бы такое произошло, то на общем демократическом фоне правительству Румынии не оставалось бы ничего другого, как подать в отставку. Один полицейский сказал тогда: «Я сдал автомат и не завидовал сам себе, когда стоял со щитом и дубинкой. Я очень боялся быть оторванным от своей цепи. Мне пришлось на себе испытать эту „ахиллесову пяту“ демократии.

В этот раз для борьбы с шахтерами в Бухаресте применили испытанное западными демократиями оружие — »хлопушки" и слезоточивый газ. Когда толпа с «зажигалками» наготове приближалась на опасно близкое расстояние к цепи полицейских, охранявших объект, в ее ряды по команде выбрасывались специальные взрывпакеты, разрывавшиеся с большим грохотом, но не причинявшие телесных повреждений. Звуковой эффект вызывал инстинктивное чувство страха.

Сначала на узких улицах Бухареста газы отбросили горняков, но вскоре атакующие разобрались в механизме воздействия вещества на организм. Выяснилось, что газ вызывает сильное слезовыделение, раздражая не столько глаза, сколько носоглотку. Тогда рабочие использовали смоченные водой носовые платки, чтобы дышать через них.

Пострадали же в основном жители данного района. Газ тяжелее воздуха, и поначалу даже не придаешь особого значения шипящими крутящимся на асфальте цилиндрикам. Но постепенно газ вытесняет воздух и начинает подниматься, доходит через какое-то время до головы, начинает сильно щипать глаза. Инстинктивно хочется проморгаться, вытереть глаза, но этого нельзя делать, слезы потекут ручьем, и тогда становишься полуслепым, полубес помощным, как маленький ребенок. Газ осел в низинах, и жители близлежащих домов, живущие на первых этажах, на несколько дней были вынуждены перебраться в другое место, пока газ не рассеялся. Долго еще, проезжая это место на машинах, люди были вынуждены закрывать окна. В рукопашных схватках с полицейскими шахтеры применили изобретенное ими еще год назад оружие — полутораметровые металлические палки, нарубленные из толстого стального троса. Гибкая, в чем-то использующая эффект штурмовой полицейской дубинки, эта «палица» способна перебить позвоночник человека даже в бронежилете.

В качестве другого оружия шахтеры использовали также дорожностроительную технику — бульдозеры, гусеничные экскаваторы, просто грузовики.Разогнав многотонные махины, их как таран направляли на здание, попутно поджигая. Под прикрытием таких своеобразных танков-крепостей шли на штурм. Среди шахтеров было немало стариков, пенсионеров, инвалидов. Либерализация цен больно ударила по их карманам. Не в силах участвовать в боях с полицейскими, они разбирали руками булыжную мостовую.

Многое еще можно было бы рассказать об ужасах этих гражданских беспорядков, главная побудительная причина которых заключалась в экономической политике государства. Чего же добились шахтеры в результате своего похода на столицу? По большому счету — ничего. Их политическое требование об отставке премьер-министра, представлявшего, по мнению некоторых из них, интересы французского и израильского капитала в стране, было в конце концов удовлетворено. Он ушел с занимаемого поста, но не спустился в забой, как они хотели, а остался лидером Фронта Национального Спасения. Кресло премьер-министра занял Теодор Столожан.

ГЛАВА 11. ВЫБОРЫ.

На 9 февраля 1992 года были назначены выборы в местные органы власти. Румыния подошла к ним в труднейшей обстановке. Зима обрушила на людей невыносимую стужу. В условиях энергетического кризиса это означало подрыв экономики и ухудшение условий жизни людей. За прошедшие после свержения Чаушеску годы реальные доходы населения уменьшились на 20%. Сто раз приходилось подумать человеку, прежде чем купить килограмм картофеля, лука или газету. Однако если в магазине и на городском базаре превалировал пессимизм, то среди парламентариев, журналистов, политиков настроения были не столь мрачными, хотя и они не снимали от холода пальто даже в своих кабинетах. Здесь они не только делились своими впечатлениями от длинных очередей, переполненных автобусов, замков, повешенных на воротах многих предприятий, больших и малых. Появились вполне конкретные данные, которые свидетельствовали о том, что лед на реке приватизации все-таки тронулся.

Усилилась активность различных политических партий в преддверии выборов. Демократы, боясь проиграть выборы, пошли на политический шаг, который еще сильнее накалил обстановку в стране. Центральная избирательная комиссия отказалась зарегистрировать Румынскую социалистическую рабочую партию для того, чтобы она смогла участвовать в выборах.

Это решение было мотивировано тем, что РСРП, по мнению ЦИК, стала «повторением Румынской коммунистической партии в новых условиях». Но РСРП была полна желания способствовать процессу демократических преобразований, выходу Румынии из экономических трудностей. РСРП имела авторитет в широких массах. Руководство РСРП обратилось к правосудию. Но районный суд Бухареста принял решение: Румынская социалистическая рабочая партия не может участвовать в выборах.

Острота предвыборной борьбы порой настораживала и даже вызывала страх. Ведь почти 140 политических партий, разбившись на коалиции, блоки, группировки, вели ожесточенную борьбу за то, чтобы посадить своих выдвиженцев в кресла руководителей городских и сельских администраций. Всего «кресел» — 42951, а претендентов на них было около 140 тысяч.

Подавляющее большинство из 16,6 миллиона румынских избирателей выполнили свой гражданский долг — опустили бюллетени на выборах в местные органы власти. А ведь до последнего дня перед выборами авторы прогнозов за малым исключением говорили об апатии в обществе, резком снижении политической активности румын. Но оказалось, что ни холод в квартирах и домах, ни рост цен, ни безработица не сковали дух, не нейтрализовали политическую энергию людей. А может быть, именно эти факторы, то есть отчаяние вместе с надеждой на то, что к власти на местах придут люди, которые вылечат страну, вдохнули огонь активности? Главным оппонентом правящего Демократического Фронта Национального Спасения выступила Демократическая конвенция, состоящая из 14 партий. В Бухаресте кандидат от Демократической конвенции набрал 40% голосов, а его соперник от Демократического Фронта Национального Спасения — 30%.

В сентябре состоялись парламентские выборы. Обе ветви ФНС участвовали в них как отдельные партии. Некоторые политические формирования Румынии включили в списки кандидатов в члены парламента граждан Республики Молдова. По спискам Демократического фронта национального спасения в сенат Румынии баллотировался молдавский поэт Григоре Виеру. В румынский парламент прошли лидеры Христианско-демократического народного фронта Молдовы М.Друк и Ю.Рошка, активные сторонники этого движения поэтесса Л.Лари и Н.Дабиж, а также бывший министр обороны Молдовы И.Косташ. До выборов им было предоставлено румынское гражданство.

Демократический фронт национального спасения выиграл выборы в парламент. ДФНС завоевал в Собрании Депутатов 117 мест из 340, а в Сенате — 49 из 143 (Демократическая конвенция соответственно 82 и 34).

Осенью прошли и президентские выборы. Они прошли в два тура. Первый тур был отборочным. После его окончания борьбу запост главы государства должны были продолжить двое.

Главным соперником Иона Илиеску, представителя Демократического фронта национального спасения, был кандидат Демократической конвенции Румынии, 53-летний ректор Бухарестского университета Эмиль Константинеску. Козырей у него было немало. Главный — он не нес ответственности за экономические трудности, переживаемые страной, в том числе за 50-процентное повышение розничных цен, которое было осуществлено незадолго до выборов. Свою кандидатуру выдвинул бывший глава правительства Молдавии Мирча Друк. Экс-премьер, кандидат сначала от экологического движения, а потом как независимый пытался сделать президентскую карьеру на обещаниях присоединить Молдову к Румынии. Но оказалось, что румынам Молдовы мало.

Монархисты рассчитывали на экс-короля Михая. Но он смалодушничал, отказался от гонок за президентство, чем, естественно, ослабил правых.

Вперед же вышел Ион Илиеску. Хотя против него пустили в ход мощнейшие пропагандистские орудия не только в самой Румынии, но и за рубежом. Договорились до того, что кандидата от Демократического фронта национального спасения объявили «советским агентом». Но Илиеску выиграл первый раунд. Илиеску не только предлагал программу выхода из экономических тупиков — он что-то конкретно делал для этого. Больше того, мужественно принимал упреки в том, что многое не получается… Вот почему такой сильный противник, как П.Роман, лидер Фронта Национального Спасения, чей кандидат не вошел в первую двойку, с горечью и досадой заявил: «Очень грустно, но самой влиятельной партией в Румынии остается коммунистическая!»

Во втором туре президентских выборов Ион Илиеску набрал 60% голосов избирателей.За Эмиля Константинеску проголосовали 40%. В выборах приняло участие около половины из 16 млн. избирателей.

Противники Илиеску решили, что он обвел их вокруг пальца, сфотографировавшись с Майклом Джексоном. Эти снимки, превращенные в красочные плакаты, сразу оттеснили на задний план портреты Э.Константинеску.

-Надо было пригласить Софию Ротару спеть что-нибудь в штаб-квартире Демократической конвенции, — задним числом рассуждал один из ее деятелей, — тогда чаша весов по крайней мере выровнялась бы. Что и говорить, Майкл Джексон помог Илиеску. Часть молодежи не могла сказать «нет» человеку, принявшему ее кумира. Но, думается, если бы Ротару согласилась, а Джексон заболел и объехал Бухарест стороной, ясно: верх все равно одержал бы ДФНС. Конечно, личное обаяние, зрелость и мудрость (3 марта 1993 года Илиеску исполнилось 63 года), крепкое здоровье, умение вести диалог, эрудиция и выдержка сыграли свою роль.

ГЛАВА 12. «ПРОФСОЮЗНЫЙ ТЕРРОРИЗМ» И КОРРУПЦИЯ.

Экономическая ситуация в стране все ухудшалась и ухудшалась. Крупные предприятия не могли найти потребителей своей продукции. Росла безработица. В какой-то мере смягчала это положение возможность создать свое небольшое дело: открыть часовую мастерскую, прачечную, столовую, парикмахерскую.В Румынии все большую роль стал играть мелкий и средний бизнес, который сталбурно развиваться после принятия в январе 1990 г. декрет-закона «Об экономической деятельности на основе свободной инициативы». Но появление мелких частных и акционерных предприятий, конечно же, не могло решить всех проблем румынской экономики. Всемирный банк отказал Румынии в получении заключительной выплаты по займам примерно в 150 миллионов долларов. В качестве причины было названо неблагоприятное состояние экономики страны.

«Пик» забастовок пришелся на август 1993 года. Сначала забастовали шахтеры крупнейшего угледобывающего региона Румынии Валя Жиулуй. Почти 10 дней вся страна с тревогой следила за тем, как разворачивался в Валя Жиулуй трудовой конфликт между горняками и правительством. С тревогой не только потому, что от работы 46 тысяч шахтеров этого угледобывающего бассейна зависит обеспечение теплом граждан зимой, но и потому, что за горняками Валя Жиулуй давно закрепилась в Румынии репутация бунтарей. Так, после декабрьских событий 1989 года они в сложные для страны политические моменты трижды совершали «походы на Буха рест, сопровождавшиеся избиением мирного населения, столкновениями с полицией, хулиганскими выходками. Да и в этот раз лидер горняков председатель Лиги шахтерских профсоюзов Мирон Козма вновь пытался припугнуть правительство Румынии очередным „походом на столицу“. Однако кабинет министров проявил твердость и с самого начала расценил требования шахтеров увеличить

среднюю зарплату до 268 тысяч лей, что в 3 раза превышало средние заработки по стране, как чрезмерные.

Используя электронные средства массовой информации, кабинету министров удалось доказать населению, что требования шахтеров выглядят просто возмутительными по сравнению с доходами остального населения Румынии. В итоге правительство смогло не только расколоть шахтерскую лигу М.Козмы, из которой вышло несколько горняцких профсоюзов, но и сплотило против забастовщиков практически все политические силы Румынии. В результате входе состоявшихся 10 августа переговоров Лига шахтерских профсоюзов была вынуждена согласиться с предложенной премьер-министром Румынии Н.Вэкэрою тарифной ставкой 166 тыс. лей. А с каждым горняком отныне стал заключаться индивидуальный трудовой договор. Однако с завершением девятидневной шахтерской стачки, каждый день которой, по данным агентства Рейтер, обходился стране в 600 тысяч долларов, испытание для кабинета министров не закончилось. Вслед за горняками всеобщую забастовку объявили машинисты румынских железных дорог, которые также потребовали повышения зарплаты.

И на этот раз правительство не было намерено идти на поводу у избирателей.

Если в первые дни забастовки в сообщениях румынского радио и телевидения отмечалась частичная блокада железных дорог, то к шестому дню стачки, заявил министр транспорта Паул Теодору, „забастовка парализовала все железнодорожные центры страны, включая международное пассажирское и грузовое сообщение“.

О том, что накал страстей был достаточно высоким, свидетельствует и тот факт, что неизвестные пригрозили даже взорвать железнодорожный вокзал в Брашове. К счастью, угроза оказалась ложной. Взрывного устройства обнаружить не удалось. Однако это подтвердило слова министра труда и социальной защиты Д.М.Попеску, что Румыния столкнулась с настоящим „профсоюзным терроризмом“.

Забастовка вошла в новую стадию после того, как свыше двухсот железнодорожников в Яссах на северо-востоке Румынии объявили забастовку.

Сложившуюся ситуацию в стране премьер-министр Румынии Николае Вэкэрою расценил как „чрезвычайно сложную“, потребовав в ультимативной форме прекратить стачку и приступить к работе. Однако и после этого поезда не двинулись по своим маршрутам. Лишь только крайнее решение кабинета министров, доведенное до сведения лидеров профсоюза послать в железнодорожные депо отряды полиции, возымело действие. Железнодорожное движение в Румынии возобновилось. „Угроза полицией, отрядами жандармерии и разрывом трудовых договоров с машинистами заставила забастовщиков возобновить работу“, — заявил лидер свободного профсоюза машинистов И.Влад.

Так закончилась самая крупная в посткоммунистический период забастовка профсоюза машинистов, в течение недели парализовавшая не только все железнодорожное сообщение страны, но и застопорившая движение транзитных поездов на границах с сопредельными государствами.

Стачка, заявил президент Румынии Ион Илиеску, нанесла удар по всем отраслям национальной экономики, подорвала снабжение горючим и продовольствием. В мае 1993 года парламент Румынии утвердил персональный состав комиссии по расследованию фактов коррупции среди высокопоставленных чиновников. В комиссию, состоящую из 13 сенаторов и депутатов, были включены представители всех главных политических партий и общественных движений. Было раскрыто много сенсационных случаев коррупции. В качестве обвинителей выступили высшие чины румынской армии.

Полковник обвинил в контрабанде драгоценных металлов, наркотиков и угнанных из Западной Европы легковых автомобилей как минимум восемь генералов и столько же полковников МВД Румынии. Согласно показаниям полковника Кэпэцыне, в порту Констанца в грузовых контейнерах, предназначенных для отправки в Ливан, вместо грузов, обозначенных в документах, были семь лимузинов, украденных на Западе. Как показал Кэпэцыне, в качестве платы за украденные в Западной Европе „мерседесы“ и „линкольны“ в Румынию из стран Ближнего Востока поступали наркотики.

Еще одной сенсацией стало разоблачение махинаций Петре Романа, лидера Фронта Национального Спасения, бывшего премьер-министра, депутата парламента. Он был обвинен в фальсификации документов и злоупотреблении служебным положением. Опираясь на документы расследования, проведенного контрольной комиссией при премьер-министре, газета „Адевэрул“ обвинила Романа в махинациях с пятнадцатью виллами и квартирами, которые он, находясь на посту главы правительства, распределил между нужными его людьми.

Cемья лидера Фронта национального спасения, состоящая из четырех человек, расположилась в одиннадцатикомнатной вилле с тремя ванными комнатами, специальной комнатой-холодильником, в окружении сада, площадь которого составляет почти две тысячи квадратных метров. Арендная плата за дом, состоявший ранее на балансе румынской компартии и предназначавшийся для зарубежных гостей, должна составлять 2583 доллара. Бывший же премьер росчерком перасократил ее в тысячу раз. А свою квартиру в центре Бухареста площадью 140 квадратных метров сдал в аренду румыно-итальянской фирме. Закон запрещает владельцам частных квартир быть одновременно съемщиками принадлежащей государству жилой площади. Поэтому Петре Роман был вынужден освободить виллу. Наряду с объективными экономическими факторами непрекращающиеся забастовки, а также укоренившаяся на всех уровнях власти коррупция мешали Румынии выйти из кризиса.

ГЛАВА 13. ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКИЕ СВЯЗИ

И МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ.

К лету 1993 года внешний долг Румынии составил 2,3 миллиарда долларов (в начале января он составлял 2,1 миллиарда долларов).

Николае Чаушеску, прежде чем его свергли и казнили, успел полностью выплатить внешние долги страны. Но за последние три года посткоммунистические правительства сделали займы для проведения экономических реформ. Во внешний долг Румынии входят кредиты, полученные от Международного валютного фонда и Мирового банка, ссуда от Ирака (1,6 млрд. долларов), от Египта (400 млн. долларов) и от Сирии (100 млн. долларов). Румыния задолжала также около 780 миллионов рублей Германии, Чехии, Словакии, Польше, Венгрии и России. И должна еще получить сумму в размере 29,5 миллиона рублей от Албании и Болгарии. В сентябре 1993 года премьер-министр Румынии Н.Вэкэрою побывал в Москве, где провел переговоры с премьером В.Черномырдиным и был принят президентом Б.Ельциным. Все поставленные цели достигнуты, заявил он по возвращении в Бухарест.

Десятки цыганских семей, спасшихся от расправы под защитой полицейских и жандармов, 4 убитых и 13 сожженных домов – таков печальный итог самосуда, который учинили жители села Хедерень, что в трансильванском уезде Муреш, над своими односельчанами-цыганами.

Поводом для погрома послужил бытовой конфликт между безработным цыганом и его односельчанином-румыном, конфликт, закончившийся смертью румына.

Весть о происшедшем с быстротой молнии распространилась по окрестным населенным пунктам. К месту трагедии устремились сотни людей, одержимых желанием изловить и наказать виновных. Что и было сделано: дом цыгана был сожжен, сам он, а также его брат, к конфликту отношения не имевший, были подвергнуты самосуду. Однако „суд Линча“ не охладил страсти толпы: были разгромлены и сожжены еще 12 домов, в которых проживали цыганские семьи. В огне погиб еще один человек. Только стянутым подразделениям полиции удалось остановить насилие. Вскоре после трагедии император цыган Румынии Юлиан | Рэдулеску потребовал от главы госбезопасности провести расследование всех случаев нарушения прав цыган, доложить о них руководству страны и возместить нанесенный его народу ущерб.

»Чаша терпения ромов переполнена", — предупредил Юлиан |.Цыган в Румынии преследуют четыреста лет, говорится в открытом письме императора. В 1941 году в целях «расового оздоровления» страны свыше 600 тысяч цыган были насильственно выселены в Приднестровье. Депортация сопровождалась открытым грабежом. У выселенных было конфисковано почти полтора миллиона лошадей, 6 тонн золота и свыше 11 тонн серебра. От голода и холода погибло более 35 тысяч человек.

Письмо цыганского императора дополнила публикация в оппозиционной газете «Ромыния либерэ»: из двух с половиной миллионов проживающих в стране цыган большинство не имеет работы, свышеполовины из них неграмотны.

По мнению газеты, в цыганских кланах формируются преступные группировки, организованные по типу итальянской мафии, а также расистско-экстремистские организации. В равной степени, впрочем, это относится и к румынам. Национал-патриотическая газета «Великая Румыния» недавно намекнула на существование подпольной организации «Борьба против цыган». В ответ на это один из вице-президентов общины цыган Румынии Иван Георге пригрозил: если не будут найдены виновные в смерти цыган из села Хэдэрень, «однажды ночью Румыния запылает со всех концов». Снять остроту проблемы, по мнению «Ромынии либерэ», могло бы принятие законов, направленных на развитие традиционных цыганских ремесел, привлечение глав кланов к разрешению конфликтов, создание широкой образовательной системы, которая помогла бы цыганам интегрироваться в общество. Однако, с сожалением отмечает газета, в сегодняшней Румынии подобные реформы врядли возможны: цыган в стране не ожидают перемены к лучшему.

«Мы говорили года 2-3 назад, что смешно создавать здесь независимое, процветающее, неделимое государство по типу Швейцарии, что между Украиной и Румынией не может возникнуть ничего другого, кроме новой Северной Ирландии, нового Кипра, нового Ливана. Именно это и случилось… Чтобы потери были наименьшими, мы все должны осознать: единственный выход — в объединении с матерью-родиной Румынией». ( Мирча Друк, лидер Христианско-демократического народного фронта, экс-премьер Молдовы. «Цара» — газета ХДНФ, 3 ноября 1992 г.) «Если мы выйдем из рублевой зоны и оформим все это политически, то вполне естественно, что с нас потребуют перехода на обменные операции по мировым ценам и скорее всего в твердой валюте. На мой взгляд, Молдова с ее экономическим потенциалом вряд ли в обозримом будущем станет Швейцарией. К нашему сожалению, она не в состоянии быть абсолютно самостоятельной с экономической точки зрения. Реальность такова, что Молдова должна быть чьим-то сателлитом. К сожалению, это наша роль на сегодняшний день. Если мы откажемся от этой роли по отношению к России или СНГ, то, для того, чтобы выжить и не потерпеть крах,

нам понадобится более сильный партнер». ( Мариан Лупу, начальник отдела в Министерстве внешнеэкономических связей Молдовы. «Республика» — газета Социал-демократической партии Молдовы, N27, ноябрь 1992 г.)

Но конкретные шаги к объединению делаются с трудом. Весной 1992 года в Молдове побывал Ион Илиеску. Национальный совет объединения Молдовы и Румынии потребовал от руководителей двух стран «Договор о братстве и интеграции». Но во время визита договор подписан не был. Но уже через год Румыния стала активно помогать Молдове.Члены палаты депутатов приняли закон о финансировании некоторых видов деятельности в отношениях с Республикой Молдова, который предусматривал создание специального фонда в размере нескольких миллиардов лей. Из этих средств стали финансировать программу экономической интеграции и подготовки в Румынии кадров для Молдовы, направили в соседнюю республику школьные учебники, улучшили условия работы контрольно-пропускных пунктов на совместной границе.

Когда Молдова отказалась ратифицировать Устав СНГ, президент Румынии Илиеску выступил с заявлением, в котором сказал, что Румыния будет содействовать Молдове в преодолении любых эконо мических трудностей, вызванных этим решением.

Румыния приступила к модернизации вооруженных сил и изменению военного законодательства: соответствующий закон был принят в начале октября 1993 года сенатом.

-Новое законодательство позволит нам создать мощную армию с эффективной системой руководства. Бухарест желает модернизировать вооруженные силы в соответствии со стандартами, существующими в НАТО,- заявил министр обороны К.Никулае Спирою. По его словам, Румыния намерена если и не вступить, то на первых порах присоединиться к Североатлантическому союзу. Согласно данным министерства национальной обороны, свыше 51 процента румын высказываются за вступление или присоединение к НАТО в качестве ассоциированного члена. По их мнению, это способно гарантировать безопасность страны в случае нападения извне. Что же касается возможного агрессора, то почти 56% опрошенных считают, что им может стать Венгрия, свыше 36% — Россия, более 13% опасаются пасть жертвой коварных замыслов Украины. Не случайно Россия, не имеющая сегодня даже общих границ с Румынией, оказалась в глазах ее жителей потенциальным противником: обывателя старательно убеждает в этом здешняя пресса. Практически не проходит и дня, чтобы на страницах газет не появились материалы о «коварном русском мужике».

Что же касается собственных вооруженных сил страны, то сейчас их численность составляет 200 тысяч человек, а в случае объявления мобилизации под ружье могут быть поставлены еще около 600 тысяч. По словам министра обороны К.Н.Спирою, оборонная промышленность Румынии способна производить весь комплекс вооружений для пехоты, некоторые виды ракет, военные корабли, бронетранспортеры и танки, вертолеты и даже два типа истребителей-бомбардировщиков. В последнее время отношения Румынии с Россией обострились. Прежде всего из-за «дела Илашку». Речь идет о суде над шестью сторонниками Народного фронта Молдовы во главе с Илией Илашку, обвиненных в убийстве двух должностных лиц в Приднестровье весной 1992 года. Прокурор Приднестровской республинки потребовал вынести троим из них смертный приговор.

Президент Румынии Ион Илиеску обратился к президенту Ельцину с просьбой помочь прекратить продолжение суда. Илиеску обратился с такой же просьбой к президенту Молдовы Снегуру, Совету Европы, организации «Эмнисти интернэшнл» и Совещанию побезопасности и сотрудничеству в Европе. Такие шаги предпринял президент.

Румынская толпа не могла остаться в стороне. Во-первых, она осадила российское посольство в Румынии. На тротуаре, вдоль ограды, опоясывающей здание посольства, выстроилась цепочка полицейских. Рядом дежурили несколько машин с одетыми в гражданское сотрудниками румынской госбезопасности. Сами же пикетирующие расположились на тротуаре через дорогу от посольства. Группа небольшая, но состав ее постоянно менялся. Участники пикета потребовали от руководства Румынии более решительных действий. В интервью газете «Ромыния либерэ» один из пикетчиков, рабочий завода «Фаур», заявил: «Почему мы не можем, сев на танки, отправиться в Приднестровье и спасти Илашку?» Другие пикетчики предлагали «взять в заложники кого-нибудь из русских. Только так можно обращаться с русскими». В знак солидарности с пикетчиками водители машин, проезжающих мимо представительства России, непрерывно сигналили. Делали они это по команде одного из участников пикета, который с плакатом «Сигнальте в поддержку Илашку» разместился на обочине проспекта Киселева.

Предложение редакции газеты «Адвэрул» переименовать проспект, где находится посольство России, в «Бульвар Илашку», было одобрено на внеочередном заседании местного муниципального совета Бухареста. На нем же приговоренным судом Тирасполя за «террористическую деятельность» Илашку и его товарищам были присвоены звания почетных граждан Бухареста. Решением муниципального совета перед посольством России была установлена железная клетка, типа той, в которой содержались обвиняемые в терроризме в зале Тираспольского суда. кировало заявление о том, что Молдова станет российской губернией со столицей в Тирасполе. Отвечая на вопросы корреспондента газеты «Ромыния либерэ», что он думает о судьбе приговоренного к смертной казни судом Приднестровья Илие Илашку и его товарищей, Жириновский ответил: «Виновны. Используя румынское оружие, они совершщали преступления, насиловали женщин. За это бандитов из Кишинева ждет расплата. Суворов освободил Молдову от турок. А там, где пролилась русская кровь,- русская земля..»

Антиросс ийские настроения румын проявились не только в пикетировании посольства. В декабре 1993 г. в Бухаресте две ночи подряд неизвестные сбрасывали с постаментов и разбивали памятники русским и советским писателям и поэтам.

Жертвами ночных вандалов стали изваяния Льва Толстого, Максима Горького, Владимира Маяковского, Тараса Шевченко. Судя повсему, разрушители заранее готовились к этой акции, посколькув не освещенном ночью парке отыскать скульптуры, расставленные на различных аллеях, крайне трудно.

Осквернению подверглось и кладбище советских воинов на окраине румынской столицы, с которого были сорваны металлические ворота с пятиконечными звездами. С монумента советским воинам, установленного в центре кладбища, неизвестные сорвали и разбили мемориальные плиты с надписью на русском и румынском языках: «Вечная слава советским солдатам, погибшим на румынской земле».

Помимо национализма, все большую опасность для Румынии начинает составлять фашизм. К личности маршала Иона Антонеску, первого кондукэтора Румынии, проявляется все больший интерес. Его начинают считать героем. В стране была образована и фашистская партия. Бывший полицейский Йоника Катенеску, собрав журналистов, объявил, что он восстанавливает в Румынии фашистское движение. Его официальное название — национальная легионерская партия. Цель — «борьба за справедливость в стране» методами, основанными на идеологии и морали «коричневых». Экономические трудности — далеко не единственная проблема, с которой нужно справиться современной Румынии.

Культура: традиции и современность

В жизни румынского общества прочно утвердились социалистические нормы отношений. Образ жизни населения, его семейный и общественный быт, уровень образованности, освоения культурных ценностей не имеют ничего общего с жизнью народа в патриархальной довоенной Румынии.

Начнём знакомство с традициями Румынии с описания деревенских дворов. И в горно-холмистой зоне Румынии, где преобладает скотоводство, и в зоне с преобладанием земледелия встречаются дворы различных типов — от незамкнутого с не связанными друг с другом постройками и до закрытого двора с хозяйственными помещениями, подведёнными под одну крышу.

Во всех крестьянских дворах неизменный вид имеет лишь одна постройка – летняя кухня с открытым очагом, над которым на цепи подвешен котёл. Чтобы не топить печей в комнате летом, именно здесь готовят пищу. Жилые дома обычно стоят в глубине двора, повёрнутые к улице фасадом.

По строительному материалу и внешнему оформлению дома имеют местные различия. В степных районах на юге до начала второй половины нашего столетия дожили жилые трёхраздельные и даже многокомнатные землянки, покрытые камышом, соломой или досками. Часто внутренние стены таких землянок обшивались массивными дубовыми брёвнами или тёсом. Характерной особенностью этих землянок было центральное расположение тёплых сеней с очагом и устьем хлебной печи. По другую сторону помещения с очагом пристраивалась кладовка. Такая жилая землянка была универсальным жилищем на юге страны. Затем наиболее зажиточные крестьяне стали ставить наземные жилые дома. В старину дома часто строили из плетня обмазанного глиной. Камень и обожённый кирпич стали употреблять лишь со второй половины 20 – го века.

Во внутренней планировки румынских домов выделяется два традиционных типа: южный и северный. Первый, подобный типу планировки в землянке, встречается на большей части страны. В северных районах распространен второй тип — трёхраздельный: холодные сени – посередине, а по бокам располагаются жилая комната (кэмара) и горница (каса маре).

У румын почти отсутствует понятие «красный угол». Наиболее почётной считается восточной стеной, на которую люди вешали иконы. Большое значение в украшении помещений имеют декоративная керамика и расшитые полотенца. Непременной принадлежностью жилой комнаты является резной или расписной сундук для приданого. В наши дни в народный быт широко вошла городская покупная мебель, почти вытеснившая глухие неподвижные лавки и самодельную мебель.

Готовая одежда городского типа всё шире распространяется в самых отдалённых районах страны. Мужская одежда состоит из холщовой рубахи и белых штанов из шерстяной материи или холста. Обязателен шерстяной или кожаный пояс и безрукавка. Головным убором мужчинам служат смушковые шапки (кэчулэ).

Традиционный женский костюм состоит из двух основных элементов: рубахи (кэмаше) и поясной несшитой одежды. Последняя держится на узком орнаментируемом поясе. На ногах мужчины и женщины прежде носили сыромятные постолы (опинчи).

В пище румын заметное место занимает растительные продукты. В прошлом мамалыга из кукурукзы заменяла широким массам хлеб. Излюбленными блюдами румын являются мититеи (люля-кебаб) и голубцы (сарма). Из напитков распространены самодельные виноградные вина и крепкая фруктовая водка – цуйка. Из горячих напитков принят чёрный кофе.

Современная румынская семья – малая семья, состоящая из мужа, жены и детей. В отдельных случаях вместе с ними живут родители одного из супругов.

Все хозяйственные и семейные вопросы решали в основном мужчины. У скотоводов жизнь девушки отличалась большей замкнутостью. Только по праздникам ей разрешалось выходить за пределы своего двора, да и то под присмотром старшей женщины. Как правило, в этих семьях девушка знакомилась со своим будущим мужем только тогда, когда он приходил к ней на обручение.

За годы народной власти коренным образом изменилось положение румынской женщины. Она стала полноправным членом общества, впервые получив право избирать и быть избранной, право на равную с мужчинами оплату за свой труд.

Традиционное сватовство устраивалось при помощи сватов. К девушке приходил жених со сватами, на столе в доме стояла тарелка, на которую парень клал кольцо, а девушка платок. В случае обоюдного согласия каждый из них брал вещ другого.

Сама свадьба обычно назначалась на субботний вечер и длилась до понедельника или вторника. Начиналась она раздельно у жениха и невесты (мальчишник и девичник). Заканчивалась свадьба обрядом повязания головы молодой. Посаженная мать меняла её девичью причёску на женскую и надевала ей на голову женский головной убор. С этой минуты она не могла показаться на люди простоволосой.

Социалистические преобразования и подлинная культурная революция, совершившаяся в Румынии за годы народной власти, сказались и на народных обычаях. Так, с исчезновением социального неравенства исчезли и браки по принуждению.

Значительную роль в укреплении связей между сёлами играли ярмарки устраиваемые по большим праздникам. Из разных концов страны на них съезжались люди не только для продажи товаров, но и для развлечения. Здесь заключались различные договоры и сделки.

С повышением культурного уровня населения отмечается распространение атеизма, особенно в городах. Но не мало ещё верующих, главным образом в деревне. Христианская церковь приспособила календарную обрядность румын к церковным праздникам. Наиболее почитаемым праздником было рождество. Перед праздником резали свиней, приготовляли колбасы, голубцы и специальные печения. В сочельник дети колядовали по домам, поздравляя хозяев и получая за это подарки. Заканчивался праздник хождением ряженых: одевались «козой», «оленем».

В наши дни целый ряд обычаев, связанных с рождеством, перенесён на Новый год, который отмечается более широко чем рождество.

Помимо традиционных праздников румыны отмечают и новые даты: 23 августа – День освобождения страны от фашистского ига, 30 декабря День провозглашения республики.

Прикладное искусство Румынии связано с давним развитием ремесла. В первую очередь надо отметить богатую вышивку крестом также с вкраплением золотой или серебряной нити, развито ковроткачество.

Древнее гончарное ремесло в наши дни переживает второе рождение. Встречаются три вида керамики: чёрная неглазурованная, красная неглазурованная иглазурованная.

Резчики по камню были известны уже с фракийской эпохи. В этой области ремесло достигло высокого художественного мастерства.

Наиболее богатой областью румынского фольклора является лирическая песня – дойна, народные танцы – хора (хоровод), брыу (танцующие становятся в полукруг, положив друг другу руки на плечи).

Художественная литература зародилась в Румынии в конце 19 – в начале 20 в. Ярким представителем реализма 70 – 80 годах прошлого века были писатель И. Л. Караджале и поэт М.Эминеску.

Быстро развиваются печать и издательское дело, кинематография и.т.д..

Мировую известность получил румынский театр.

Румынская скульптура 20 – го в. представленна произведениями неприходящей ценности. К. Брынкуш, Д. Пачуря, К. медря – вот лишь несколько имён из созвездия художников первой величины.

Имеет свои достижения и румынская архитектура. Самые старые сооружения – 15 век. В них прослеживается византийско- сербское и час тично готическое влияние.

ИСПОЛЬЗОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА:

1) «Вопросы истории» NN 9-10 1991 г. — А.А.Языкова. Крах «золотой эпохи» Чаушеску.

2) «За рубежом» NN 5, 9, 14, 16 1991 г.

3) «Известия» NN 95, 105, 142, 152-154, 156, 173, 183, 195, 197, 198, 232, 242, 246 1993 г.

4) «Иностранная литература» NN 4, 5-6 1992 г.- Эдвард Бэр. Це-

луй руку, которую не можешь укусить.

5) Малый энциклопедический словарь. Том II (выпуск IV). — Издательство Брокгаузъ-Ефронъ. Издание II-е, вновь переработанное и значительно дополненное. Санкт-Петербург, 1909 г.

6) «Наш современник» N6 1992 г. — Алексей Борзенко. Румынский секундомер бежит быстрее.

7) «Новая и новейшая история» N6 1991 г.- 23 августа 1944 г. в Румынии.

8) «Общественные науки и современность» N3 1992 г. — Н.Довженко. Политические силы в постсоциалистических обществах. Румыния.

9) «Правда» NN 182, 226 1991 г. NN 13, 30, 34, 70, 114, 121,134, 137, 168, 170, 185, 186, 195, 208, 225 1992 г.

10) «Предприниматель» N3 1992 г. — С.И.Кретов. Предпринимательство: сущность, директивы и перспективы.

11) Советский энциклопедический словарь. — Москва, «Советская энциклопедия», 1987 г. Издание четвертое.

12) Страны мира. Справочник. — Москва. Издательство политической литературы. 1991 г.

13) «Финансовые известия» NN 41, 44 1993 г.

14) «Эхо планеты» N1 1994 г. — Н.Морозов. Румынская дубинка из мешка.

еще рефераты
Еще работы по остальным рефератам