Реферат: Российско-японские отношения после Второй мировой войны

Введение

На сегодняшний день по экономическому потенциалу Япония является второй после США страной, опережая не только Россию, но и страны Европы. В последнее время складывающееся информационное общество постепенно выдвигает на первый план в международных отношениях не военную силу государства (хотя этот фактор до сих пор остается самым значимым), а его экономическую и информационную мощь. Именно поэтому Япония, не обладая ни ядерным оружием, ни даже собственной армией, в отношении внешней безопасности во многом завися от США, тем не менее, не только проводит вполне самостоятельную внешнюю политику, но и является одной из самых влиятельных стран не только в Азиатско-Тихоокеанском регионе, но и во всем мире.

Представляется излишним напоминать о том, насколько важны для России отношения с таким соседом, в особенности в условиях складывающейся гегемонии США. Необходимо отметить, что российско-японские отношения на протяжении всего времени их существования никогда не были абсолютно безоблачными. Достаточно напомнить только тот факт, что между нашими странами прошли две войны, оставившие после себя существенную проблему в виде спора о принадлежности Курильских островов.

И тем не менее в России настоящего времени Япония не воспринимается как враг или даже соперник (в отличие от США), напротив в нашей стране существует устойчивый интерес к Японской культуре, традициям, полезным было бы освоение японского опыта подъема экономики. Таким образом, актуальность данной работы обусловлена с одной стороны сложностью и неоднозначностью российско-японских отношений, а с другой стороны – их важностью.

Цель работы: проанализировать российско-японские отношения после Второй мировой войны.

Задачи работы:

1. Рассмотреть динамику развития российско-японских отношений после Второй мировой войны.

2. Проанализировать современное состояние российско-японских отношений.

3. Выявить роль территориальных споров во взаимоотношениях России и Японии

Развитие российско-японских отношений

В результате продвижения россиян на Курильские острова с севера, а японцев – с юга к середине ХХ века российско-японская граница сложилась между островами Итуруп и Уруп. Эта граница была юридически зафиксирована Трактатом о торговле и границах между Россией и Японией от 26 января (7 февраля) 1855 г., который мирным путем установил, что острова Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи являются территорией Японии, а острова к северу от Урупа – территорией России.

По российско-японскому Трактату от 25 апреля (7 мая) 1875 г., острова от Урупа до Шумшу были мирным путем уступлены Россией Японии в обмен на уступку Японией России прав на остров Сахалин.

С заключением Трактата о торговле и мореплавании между Россией и Японией от 27 мая (8 июня) 1895 г. Трактат 1855 г. утратил силу, но одновременно была подтверждена действенность Трактата 1875 г.

В соответствии с Портсмутским мирным договором между Россией и Японией от 23 августа (5 сентября) 1905 г. Россия уступила Японии часть острова Сахалин южнее пятидесятой параллели северной широты. В свете российских и японских документов того периода очевидно, что со времени установления в 1855 г. российско-японских дипломатических отношений принадлежность островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи ни разу не ставилась Россией под сомнение.

В Конвенции об основных принципах взаимоотношений между СССР и Японией от 20 января 1925 г., провозгласившей установление дипломатических отношений между Советским Союзом и Японией, Советский Союз согласился, что Портсмутский договор 1905 г. остается в силе.

В Англо-американской декларации (Атлантической хартии) от 14 августа 1941 г., к которой Советский Союз присоединился 24 сентября 1941 г., сказано, что «США и Великобритания не стремятся к территориальным и иным приобретениям» и «не согласятся ни на какие территориальные изменения, не находящиеся в согласии со свободно выраженным желанием заинтересованных народов».

В Каирской декларации США, Великобритании и Китая от 27 ноября 1943 г., к которой 8 августа 1945 г. присоединился Советский Союз, отмечается, что союзники «не стремятся ни к каким завоеваниям для самих себя и не имеют никаких помыслов о территориальной экспансии». Одновременно в декларации сказано, что цель союзников заключается, в частности, в том, чтобы «изгнать» Японию с территорий, «которые она захватила при помощи силы и в результате своей алчности».

Крымское (Ялтинское) соглашение трех великих держав (СССР, США и Великобритании) по вопросам Дальнего Востока от 11 февраля 1945 г. предусматривало в качестве одного из условий вступления СССР в войну против Японии «передачу Советскому Союзу Курильских островов». Советский Союз утверждал, что благодаря Ялтинскому соглашению было получено юридическое подтверждение передачи ему Курильских островов, включая острова Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи. Япония придерживается той позиции, что Ялтинское соглашение не является решением относительно окончательного территориального урегулирования и что Япония, которая не была участником данного соглашения, ни юридически, ни политически не связана его положениями.

В Потсдамской декларации США, Великобритании и Китая от 26 июля 1945 г., к которой 8 августа 1945 г. присоединился Советский Союз, зафиксировано, что условия Каирской декларации будут выполнены и японский суверенитет будет ограничен островами Хонсю, Хоккайдо, Кюсю, Сикоку и менее крупными островами, которые укажут союзники. Япония 15 августа 1945 г. приняла Потсдамскую декларацию и капитулировала.

В Пакте о нейтралитете между СССР и Японией от 13 апреля 1941 г. стороны обязались взаимно уважать территориальную целостность и неприкосновенность друг друга. В Пакте указывалось, что он сохраняет силу в течение пяти лет и что если ни одна из договаривающихся сторон не денонсирует Пакт за год до истечения срока, он будет считаться автоматически продленным на следующие пять лет.

После того, как Советский Союз объявил о желании денонсировать советско-японский Пакт о нейтралитете 5 апреля 1945 г., Пакт должен был утратить силу 25 апреля 1946 г. Советский Союз объявил войну Японии с 9 августа 1945 г.

В конце августа – начале сентября 1945 г. Советский Союз занял острова Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи, а Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 февраля 1946 г. эти территории были включены в состав РСФСР.

В Сан-францисском мирном договоре с Японией от 8 сентября 1951 г. зафиксирован отказ Японии от всех прав, правооснований и претензий на Курильские острова и южную часть о. Сахалин. Договор, однако, не устанавливал, к какому государству переходят упомянутые территории. Советский Союз этот договор не подписал.

Вопрос о пределах Курильских островов, от которых Япония отказалась по Сан-францисскому договору, затрагивался в заявлении директора договорного департамента МИД Японии К. Нисимуры в парламенте Японии 19 октября 1951 г., в заявлении парламентского заместителя министра иностранных дел Японии К. Мориситы в парламенте Японии 11 февраля 1956 г., в памятной записке государственного департамента США, являющихся одним из составителей этого договора, правительству Японии от 7 сентября 1956 г.

Поскольку Советский Союз не подписал Сан-францисский мирный договор, между Советским Союзом и Японией были проведены отдельные переговоры о заключении мирного договора. Однако из-за расхождения позиций сторон по его территориальной статье согласия достигнуто не было.

В обменных письмах между первым заместителем министра иностранных дел СССР А.А. Громыко и полномочным представителем правительства Японии С. Мацумото от 29 сентября 1956 г. зафиксировано согласие сторон на продолжение после восстановления дипломатических отношений переговоров о заключении мирного договора, включающего и территориальный вопрос. Обмен указанными письмами открыл путь к восстановлению советско-японских дипломатических отношений и подписанию Совместной декларации СССР и Японии.

Совместная декларация СССР и Японии от 19 октября 1956 г. прекращала состояние войны и восстанавливала дипломатические и консульские отношения между двумя странами. В Совместной декларации зафиксировано согласие СССР и Японии на продолжение после восстановления нормальных дипломатических отношений переговоров о заключении мирного договора, а также согласие Советского Союза на передачу Японии островов Хабомаи и Шикотан после заключения мирного договора.

Совместная декларация СССР и Японии была утверждена парламентом Японии 5 декабря 1956 г. и ратифицирована Президиумом Верховного Совета СССР 8 декабря 1956 г. Обмен ратификационными грамотами был произведен в Токио 12 декабря 1956 г.

В 1960 г. Советский Союз в связи с заключением нового японо-американского договора безопасности дополнительно обусловил возвращение Японии островов Хабомаи и Шикотан выводом с японской территории всех иностранных войск. В ответ правительство Японии выдвинуло возражение, заключающееся в том, что нельзя в одностороннем порядке менять содержание Совместной декларации СССР и Японии, которая является договором, ратифицированным парламентами обеих стран.

Позднее с советской стороны стали делаться заявления о том, что территориальный вопрос в отношениях между СССР и Японией решен в результате второй мировой войны и как таковой вообще не существует.

В Совместном советско-японском заявлении от 10 октября 1973 г. по итогам переговоров на высшем уровне в Москве было отмечено, что «урегулирование нерешенных вопросов, оставшихся со времен второй мировой войны, и заключение мирного договора внесут вклад в установление подлинно добрососедских и дружественных отношений между обеими сторонами».

В Совместном советско-японском заявлении от 18 апреля 1991 г. по итогам переговоров на высшем уровне в Токио сказано, что стороны провели «переговоры по всему комплексу вопросов, касающихся разработки и заключения мирного договора между СССР и Японией, включая проблему территориального размежевания, с учетом позиций сторон о принадлежности островов Хабомаи, острова Шикотан, острова Кунашир и острова Итуруп». В Заявлении подчеркивается также важность ускорения работы по заключению мирного договора.

После образования в декабре 1991 г. Содружества Независимых Государств и признания Японией Российской Федерации в качестве государства-продолжателя СССР переговоры по мирному договору, которые велись между СССР и Японией, продолжаются между Японией и Российской Федерацией.

За прошедший период в российско-японских отношениях произошли крупные позитивные изменения, в основе которых – осуществление российским руководством политики демократических и рыночных реформ и последовательная поддержка этого курса Правительством Японии, а также стремление Токио к более самостоятельной и инициативной роли в мировых делах.

Отношения с Японией развиваются в качественно новом формате: обоюдная приверженность универсальным демократическим ценностям, отсутствие идеологической и военной конфронтации, ослабление японской стороной прежде плотной увязки расширения двусторонних связей с нерешенными проблемами, наличие глубокой взаимной заинтересованности в сотрудничестве на международной арене в постконфронтационный период. На высшем уровне согласованы базовые принципы развития отношений:

· взаимное доверие,

· взаимная выгода,

· долгосрочность,

· тесное экономическое сотрудничество.

Это позволило выйти на исторический результат – подписание в Москве в ноябре 1998 г. в ходе встречи на высшем уровне Московской декларации, поставившей задачу строительства между двумя странами долгосрочного созидательного партнерства.

Поддерживается регулярный и доверительный диалог на высшем уровне. Состоялись неофициальная встреча президента России В.В. Путина с премьер-министром Японии Ё. Мори в Санкт-Петербурге (апрель 2000 г.), встреча В.В. Путина с Ё. Мори в 2000 г. на Окинаве и в Брунее в ходе форума АТЭС в ноябре 2000 г., официальный визит В.В. Путина в Токио в сентябре 2000 г.

25 марта 2001 г. в Иркутске состоялась рабочая встреча президента Российской Федерации В.В. Путина с премьер-министром Японии Ё. Мори, в ходе которой было подтверждено обоюдное понимание стратегического значения российско-японских отношений для обеих стран и под этим углом зрения подчеркнуто намерение продолжать их поступательное развитие, прежде всего в таких приоритетных областях как стратегическое взаимодействие на мировой арене, расширение торгово-экономического и иного практического сотрудничества, продолжение переговоров о заключении мирного договора, включая взаимоприемлемое решение проблемы пограничного размежевания.

По итогам встречи подписано Иркутское заявление президента Российской Федерации и премьер-министра Японии о дальнейшем продолжении переговоров по проблеме мирного договора.

7 мая 2001 г. состоялся телефонный разговор В.В. Путина с новым премьер-министром Японии Дз. Коидзуми, который возглавил правительство Японии в конце апреля 2001 г. Стороны договорились сохранять преемственность курса на поступательное развитие двусторонних отношений на основе достигнутого к настоящему моменту позитива.

В программной речи в парламенте Японии 7 мая 2001 г. Дз. Коидзуми подчеркнул намерение твердо сохранять преемственность всех предшествующих позитивных достижений, включая результаты Иркутской встречи на высшем уровне.

В целом уровень двусторонних торгово-экономических связей нельзя признать удовлетворительным, хотя тенденции к улучшению наблюдаются. В 2000 г. товарооборот составил 5,125 млрд. долл. (рост на 21,3% по сравнению с 1999 г.). В 1994 г. учреждена и действует Российско-Японская Межправительственная комиссия по торгово-экономическим вопросам (МПК). Ее очередное, четвертое заседание состоялось 2 ноября 2000 г. в Москве.

Для поддержки российских реформ правительство Японии предоставило России кредитно-финансовое содействие в разных формах на общую сумму, превышающую 6 млрд. долл.

Происходит освоение новых, «закрытых» ранее областей сотрудничества: контакты по военной линии, между пограничными и правоохранительными ведомствами и т.д. В августе 1999 г. руководителями военных ведомств впервые был подписан Меморандум о создании основ для развития диалога и контактов между Министерством обороны Российской Федерации и Управлением обороны Японии. В ходе официального визита В.В. Путина в Японию в сентябре 2000 г. подписаны Меморандум о сотрудничестве между правительством Российской Федерации и правительством Японии в правоохранительной области и Меморандум об основах развития сотрудничества между Федеральной пограничной службой Российской Федерации и Управлением безопасности на море Японии.

Развиваются культурные, гуманитарные, молодежные обмены, связи по линии парламентов и общественности.

Активизируются диалог и взаимодействие России и Японии по международным вопросам как двух влиятельных держав и членов «большой восьмерки». В сентябре 2000 г. на высшем уровне подписано Совместное заявление о взаимодействии Российской Федерации и Японии в международных делах. Россия поддерживает кандидатуру Японии в постоянные члены Совета Безопасности ООН.

В отношениях с Японией остается нерешенным вопрос о международно-правовом оформлении российско-японской государственной границы и заключении мирного договора. Переговоры по данному вопросу ведутся на высшем уровне, а также в рамках созданной в 1998 г. Совместной российско-японской комиссии по вопросам заключения мирного договора под руководством министров иностранных дел.

Имеется и ряд других проблемных аспектов:

· не отвечающие потенциалу двустороннего сотрудничества объем и динамика взаимной торговли, а также масштабы японских инвестиций в российскую экономику;

· не всегда эффективное использование российской стороной японского кредитно-финансового содействия;

· отказ Токио перерегистрировать на Россию собственность бывшего СССР в Японии (до урегулирования вопроса о советской загрансобственности между Россией и Украиной) и др.

Нынешнее состояние отношений между Россией и Японией в целом можно охарактеризовать как наиболее благоприятное за всю историю общения двух стран, и лидеры двух стран, похоже, осознают важность и необходимость дальнейшего улучшения отношений, в том числе, и через продолжение кропотливой работы по сближению позиций сторон с целью заключения мирного договора.

Вместе с тем территориальная проблема по-прежнему остается для Токио знаковой, и японская сторона всегда крайне болезненно реагирует на ситуации, когда, по её мнению, происходит сбой в продвижении к решению вопроса согласования российско-японской государственной границы, хотя и не подвергает при этом сомнению важность комплексного развития отношений с Россией.

Современное состояние российско-японского сотрудничества

В результате активного диалога на различных уровнях в последние годы в российско-японских связях углубилось доверие и взаимопонимание, и они достигли самого высокого за всю историю их развития уровня, определены магистральные направления движения двух стран к построению созидательного партнерства.

За короткий срок со времени официального визита Президента В.В. Путина в Японию в сентябре 2000 года до визита Премьер-министра Дз. Коидзуми в Россию в январе 2003 года состоялось пять встреч на высшем уровне. Использовались различные возможности для осуществления тесных контактов между министрами иностранных дел. Утвердилась практика обменов визитами на уровне руководителей оборонных ведомств. Кроме того, до настоящего времени состоялось шесть заседаний Межправительственной комиссии по торгово-экономическим вопросам под сопредседательством заместителя Председателя Правительства Российской Федерации и Министра иностранных дел Японии. Активно осуществлялись контакты между руководителями министерств и ведомств Российской Федерации и Японии, способствовавшие решению практических вопросов двустороннего сотрудничества. Углубились также связи по линии высших законодательных органов двух стран.

В результате продолжавшихся до настоящего времени энергичных переговоров между двумя странами достигнуты важные договоренности, в том числе Совместная декларация СССР и Японии 1956 года, Токийская декларация о российско-японских отношениях 1993 года, Московская декларация об установлении созидательного партнерства между Российской Федерацией и Японией 1998 года, Заявление Президента Российской Федерации и Премьер-министра Японии по проблеме мирного договора 2000 года и Иркутское заявление Президента Российской Федерации и Премьер-министра Японии о дальнейшем продолжении переговоров по проблеме мирного договора 2001 года. Создан механизм для подготовки решения этого сложного вопроса – сформирована Совместная российско-японская комиссия по вопросам заключения мирного договора, возглавляемая министрами иностранных дел обеих стран, в рамках которой учреждены подкомиссии по пограничному размежеванию и совместной хозяйственной деятельности.

Осуществлен комплекс мер по разъяснению общественности обеих стран важности поступательного развития российско-японских отношений и заключения мирного договора. Проводились различные двусторонние форумы и семинары, включая Российско-Японский форум «Российско-японские отношения в Азиатско-Тихоокеанском регионе в условиях глобализации», подготовлен «Совместный сборник документов по истории территориального размежевания между Россией и Японией». Это способствовало активному обсуждению проблематики мирного договора между экспертами, учеными и специалистами двух стран. В дискуссиях на эту тему также активно участвовали парламентарии обеих стран. В результате сделан совместный вывод о том, что для продвижения переговоров по вопросу о заключении мирного договора необходимо обеспечение в двусторонних отношениях атмосферы, избавленной от эмоций и предвзятости.

Углублению взаимопонимания между двумя народами способствовало осуществление безвизовых обменов между жителями островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи (далее именуемые «острова») и японскими гражданами, т.н. свободных посещений островов, а также других контактов. С 1991 года в таких обменах приняли участие около 10 тыс. граждан России и Японии.

Обеспечивается успешный промысел рыболовными судами Японии в районе островов на основе подписанного в 1998 году Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Японии о некоторых вопросах сотрудничества в области промысла морских живых ресурсов.

Правительством Японии по линии Комиссии по содействию в течение последних 10 лет оказывалось содействие жителям островов.

В последние годы активно развивалось российско-японское взаимодействие в решении актуальных международных проблем в рамках ООН, «восьмерки», а также механизмов Азиатско-Тихоокеанского региона, таких как форум Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество (АТЭС), Асеановский региональный форум (АРФ) и др.

Россия и Япония укрепляли взаимодействие в интересах эффективной борьбы с международным терроризмом, актуальность которой существенно возросла после событий сентября 2001 года в США. В ноябре 2002 года состоялись первые российско-японские консультации по противодействию международному терроризму.

Расширялось сотрудничество в области контроля за вооружениями, разоружения и нераспространения. Россия и Япония координировали действия в рамках международных нераспространенческих режимов и способствовали продвижению многостороннего диалога по разоруженческой проблематике.

Осуществлялось взаимодействие в рамках созданного в 1993 году Комитета по сотрудничеству в целях содействия в области ликвидации подлежащего сокращению в Российской Федерации ядерного оружия. При содействии Японии был создан и начал функционировать комплекс по переработке жидких радиоактивных отходов «Ландыш» на Дальнем Востоке России. Между соответствующими организациями двух стран последовательно развивалось сотрудничество в области изучения способов утилизации избыточного оружейного плутония с использованием российских реакторов на быстрых нейтронах, и уже проведена предварительная утилизация. Кроме того, Россия и Япония взаимодействовали по линии Международного научно-технического центра (МНТЦ).

В последние годы кардинально расширился круг обсуждаемых в ходе консультаций по линии МИД России и МИД Японии региональных вопросов, укрепилась координация действий в решении актуальных международных проблем. По линии соответствующих подразделений МИДов проводятся консультации по внешнеполитическому планированию, полезные с точки зрения определения средне- и долгосрочных перспектив развития международной обстановки.

Сотрудничество в торгово-экономической и научно-технической сферах относится к числу стратегических приоритетов российско-японских отношений. В последнее время обеими странами предприняты шаги по развитию взаимодействия в этих областях, в том числе созданы и функционируют диалоговые механизмы как на правительственном уровне, так и с участием представителей деловых кругов.

Важную роль в развитии двусторонних торгово-экономических отношений сыграла принятая в сентябре 2000 года «Программа углубления сотрудничества в торгово-экономической области», в которой были определены основные ориентиры соответствующего взаимодействия России и Японии. Развитию экономических связей и урегулированию нерешенных проблем способствовала деятельность Российско-Японской межправительственной комиссии по торгово-экономическим вопросам.

Наряду с этим, регулярно осуществлялись двусторонние контакты между представителями деловых кругов, в частности, регулярно проводились совместные заседания Российско-японского и Японо-российского комитетов по экономическому сотрудничеству. Кроме того, в июне 2001 года состоялся визит в Россию делегации Федерации экономических организаций Японии (Кэйданрэн).

Россия приветствует применение с марта 2002 года Банком международного сотрудничества Японии в отношении Внешторгбанка России новой формы банковского кредита, не требующего гарантий со стороны Правительства Российской Федерации, а также предпринятые Японией меры по смягчению условий внешнеторгового страхования сделок с Россией.

Переходу России к рыночной экономике способствовало техническое и интеллектуальное содействие со стороны Японии, направленное на ускорение реформ в Российской Федерации, оказывавшееся в том числе по линии Японских центров, Центров малого и среднего предпринимательства, учрежденных на Дальнем Востоке России Японской ассоциацией содействия торговле с Россией и странами Восточной Европы («РОТОБО»), а также Японской организации содействия развитию внешней торговли («ДЖЕТРО»). До настоящего времени около 18 тыс. россиян приняли участие в различных семинарах, организованных в семи созданных на территории Российской Федерации Японских центрах, и около 2200 человек прошли стажировку в Японии.

Развивалось сотрудничество в области энергетики. Проведены российско-японские межправительственные консультации по вопросам энергетики, и проведено ТЭО с целью отобрать проекты в рамках «совместного осуществления», предусмотренного Киотским протоколом.

Представители деловых кругов двух стран активно участвуют в международных проектах Сахалин-2, в рамках которого уже начата добыча нефти, и Сахалин-1, где ведется подготовка к началу выпуска продукции. Кроме того, частными компаниями проведено ТЭО строительства газопровода между Сахалином и Японией, по результатам которого сделан вывод о технологической и коммерческой перспективности данного проекта.

Проводились заседания Российско-Японского комитета по вопросам охраны окружающей среды, в рамках различных международных механизмов развивалось российско-японское сотрудничество по глобальным экологическим проблемам, прежде всего по проблемам изменения климата.

На основе имеющихся двусторонних соглашений осуществлялось взаимовыгодное сотрудничество в области рыболовства. С января 2002 года активно проводятся российско-японские консультации по проблемам борьбы с незаконным промыслом и контрабандой морепродуктов, по итогам которых достигнуты важные результаты с точки зрения сохранения морских живых ресурсов и поддержания порядка в ходе промысла.

Осуществлялось взаимодействие по линии Российско-Японской комиссии по научно-техническому сотрудничеству и Российско-Японской комиссии по сотрудничеству в космосе. Контактировали между собой, в том числе в рамках форума «Россия-Япония. Передовые науки и технологии», представители деловых кругов. Продвигалось сотрудничество на частном уровне в космической области.

Ведутся переговоры по выработке нового межправительственного Соглашения о воздушном сообщении. Развитию сотрудничества в области воздушного сообщения способствовали консультации между авиационными властями Российской Федерации и Японии.

В июле 2002 года состоялась Конференция по развитию сотрудничества в области туризма на Дальнем Востоке, растет интерес деловых кругов обеих стран к этой сфере.

В результате предпринятых Российской Федерацией и Японией усилий произошло заметное расширение связей между оборонными и правоохранительными ведомствами двух государств, что стало важным фактором укрепления взаимного доверия.

В области оборонных контактов дважды осуществлен обмен визитами Министра обороны Российской Федерации и Начальника Управления обороны Японии, регулярно проводились взаимные поездки делегаций высокопоставленных представителей оборонных ведомств, успешно осуществлялись межведомственные консультации, а также взаимные визиты боевых кораблей, утвердилась практика проведения совместных учений по поиску и спасанию на море и тренировок.

Между правоохранительными ведомствами России и Японии получило развитие сотрудничество в области противодействия международному терроризму, международной организованной преступности, включая незаконный оборот наркотиков и оружия и нелегальные пересечения границ, а также браконьерскому промыслу морепродуктов. В последние годы неоднократно проводились двусторонние и многосторонние консультации с участием представителей ведомств, обеспечивающих безопасность на море.

Россия и Япония, исходя из того, что расширение культурных и гуманитарных обменов способствует развитию межгосударственных связей, укреплению дружбы и взаимопонимания, последовательно развивали связи в этой области, основанные на глубоком интересе российского и японского народов к культуре друг друга. В июле 2002 года вступило в силу двустороннее Соглашение о культурных связях.

К настоящему времени 1396 человек приняли участие в программах молодежных обменов, что способствовало углублению взаимопонимания между народами России и Японии.

В мае 2001 года и в мае 2002 года проведены российско-японские форумы на тему «Российско-японские отношения в Азиатско-Тихоокеанском регионе в условиях глобализации».

В октябре 2002 года между консульскими властями России и Японии проведены консультации, итоги которых способствовали дальнейшему расширению обменов между гражданами двух стран.

Проблема северных территорий в российско-японских отношениях

150 лет назад 7 февраля 1855 года в Симоде был подписан Трактат о торговле и границах, в котором была определена граница между Россией и Японией (она прошла между Урупом и Итурупом). В настоящее же время территориальный вопрос уверенно стоит на повестке дня. В формулировке российско-японского Плана действий, принятого президентом В.В. Путиным и премьер-министром Дз. Коидзуми 10.01.2003, он звучит так: «активизировать переговоры в целях скорейшего выхода на решение еще остающихся проблем, исходя из понимания того, что Совместная декларация СССР и Японии 1956 года, Токийская декларация о российско-японских отношениях 1993 года, Иркутское заявление Президента Российской Федерации и Премьер-министра Японии о дальнейшем продолжении переговоров по проблеме мирного договора 2001 года и другие договоренности составляют базу для переговоров с целью заключения мирного договора путем решения вопроса о принадлежности островов и достижения таким образом полной нормализации двусторонних отношений. Обе страны подтверждают, что при проведении переговоров весьма важно поддержание в российско-японских отношениях атмосферы взаимопонимания, доверия и широкого взаимовыгодного сотрудничества по различным направлениям» (Раздел 2. Переговоры по мирному договору: «Преодолеть трудное наследие прошлого и открыть новые горизонты широкого российско-японского партнерства»). Наличие территориальной проблемы вряд ли позволяет говорить о «беспрецедентном в своей истории уровне» отношений между странами.

Разумеется, российско-японские отношения в политической области определяются не только нерешенной территориальной проблемой, которая де-факто возникла по окончании Второй мировой войны, но и динамикой ее решения. А «динамика» эта по мнению многих экспертов достаточно неутешительна. Усугубляет ситуацию невнятная официальная позиция России в отношении того, как в стратегическом плане должна решаться территориальная проблема, и бескомпромиссная позиция Японии, которая требует «возвращения четырех островов» (островов Хабомаи, Шикотан, Кунашир и Итуруп), невзирая на ряд объективных факторов, ставящих под большое сомнение обоснованность таких притязаний. В последнее время по вопросу территорий обострились отношения Японии с Китаем и Кореями, что увеличивает пропасть между Россией и Японией, поскольку России выгодно вести дела со странами-соседями, с которыми у нее нет территориальных проблем, а деловая активность китайцев и корейцев в дальневосточных регионах России во многом определяет вектор развития данного региона.

Эти и ряд других причин позволяют некоторым специалистам говорить о системном кризисе российско-японских отношений, правда, завуалированном дипломатической риторикой с обеих сторон, поскольку никто из московских и токийских чиновников не желает признавать промахи своей дипломатии. Несомненно то, что одна из функций в работе дипломатов – нивелировать шероховатости в отношениях между странами во имя позитивной динамики их развития. Но никак нельзя переходить грань, за которой «черное» выдается за «белое«.

Сегодня в российском обществе Япония не воспринимается как «враг», хотя, например, в Сахалинской области есть политические силы, активно использующие территориальный спор для нагнетания страстей. В России отношение к Японии двоякое. С одной стороны существует устойчивый интерес к японской культуре (поэзия, икэбана, оригами, чайная церемония, манга, анимэ и др.), спорту (дзюдо, каратэ, айкидо, кэндо и др.), языку, кухне, достижениям науки, техники, медицины. В России огромное количество общественных организаций, ориентированных на Японию. С другой стороны у Японии к России есть территориальные претензии, причины которых многие граждане России просто не понимают и поэтому реагируют на них крайне негативно. Так и не была решена задача «активизировать усилия по разъяснению общественному мнению своих стран важности заключения мирного договора». Созданные для этого общественно-бюрократические организации – Российский комитет XXI века (председатель – Ю.М. Лужков) и российско-японский Совет мудрецов (сопредседатель российской части – Ю.М. Лужков) – как не приступили к «разъяснению», так, видимо, уже и не приступят. Кабинет министров Японии 06.01.1981 принял решение в ознаменование заключения Трактата о торговле и границах (г. Симода, 1855 г.) считать 7 февраля «днем Северных территорий». Япония также практикует выпуск политических карт, на которых южные Курильские острова окрашены в цвет Японии. А России от СССР достался «день всенародного торжества» – 3 сентября – «Праздник Победы над Японией» (Указ Президиума ВС СССР от 02.09.1945). Сахалинской областной думе этого оказалось мало и она призывает Государственную Думу вписать в федеральный закон «О днях воинской славы (победных днях) России» (№32-ФЗ от 13.03.1995) день 3 сентября как «день победы над милитаристской Японией». Но у Государственной Думы иные планы: в принятом в первом чтении законопроекте о памятных датах России 3 сентября назван «днем солидарности в борьбе с терроризмом». Представляется более конструктивным учредить межгосударственный «день российско-японской дружбы», что безусловно было бы поддержано общественностью двух стран.

Сегодня Москва и Токио оказались неспособными решать территориальную проблему. С российской стороны слышатся рассуждения о целесообразности поездки президента В.В. Путина в Японию в юбилейный год 150-летия установления межгосударственных отношений только в случае наличия пакета документов. Дата встречи на высшем уровне неизвестна, но должна быть определена в ходе визита в Японию главы МИДа России С.В. Лаврова 30–31 мая 2005 года. Как бы в ответ на переносы визита президента России, премьер-министр Дз. Коидзуми ставил под сомнение свой приезд в Россию на празднование 60-летия победы над фашизмом. Наверняка дипломаты нивелируют все эти «шероховатости», в конечном итоге визит японского премьер министра в Москву уже состоялся, но есть более серьезные сходства между Москвой и Токио, имеющие далеко идущие последствия.

1. И в России, и в Японии углубляются проблемы с соседними государствами. Но если в первом случае причина этому – внешняя политика Москвы, отсутствие политической воли и понимания важности формулирования стратегических внешнеполитических и внешнеэкономических целей, то во втором – оторванная от реальности политика «твердости и решительности» в отношении соседей, проводимая правящей Либерально-демократической партией во главе с Дз. Коидзуми.

2. Тенденции таковы, что и в России, и в Японии усиливаются националистические настроения. Но если Япония страна законопослушных граждан, которые никогда не преступят черту между порядком и хаосом у себя дома, то для России победа националистических сил может оказаться просто фатальной. Недаром уже сейчас в России началась явная и скрытая бескомпромиссная борьба за 2008 год.

3. Но самое важное сходство между двумя странами – все увеличивающийся отрыв власти, формулирующей и реализующей внешнеполитические доктрины, от общества, весьма далекого от личностных, групповых и клановых интересов партийной «элиты». В марте 2005 года на пресс-конференции по случаю утверждения бюджета премьер-министр Дз. Коидзуми заявил: «Я совершенно не считаю, что Япония потеряла доверие своих соседей, ведь наши отношения с Южной Кореей, Китаем и Россией успешно развивается». Но уже в апреле в Китае и Южной Корее начались погромы японских магазинов и избиения подвернувшихся под руку экстремистам японцев.

Вышеизложенное позволяет сделать следующие выводы в плане российско-японских отношений.

1. России необходимо четко сформулировать свою позицию по мирному договору с Японией: каким образом Россия готова решать территориальную проблему.

Если признавать действенность Совместной российско-японской декларации 1956 года, то надо говорить о том, что после подписания мирного договора с Японией острова Хабомаи и Шикотан перейдут Японии через оговоренные в мирном договоре сроки. При этом нужно решать две серьезные пропагандистские задачи: во-первых, разъяснять российской общественности необходимость следования Россией нормам международного права и выполнения взятых на себя обязательств советской эпохи по 9 пункту Декларации 1956 года и, во-вторых, разъяснять японской общественности правильность данной позиции России. Все аргументы для этого имеются. Российский и японский народы достаточно мудры для того, чтобы принять такой вариант решения проблемы.

Доминирующая в России альтернатива вышеуказанному варианту единственна. Если во главу угла ставить не саму Декларацию 1956 года, а памятные записки правительства СССР правительству Японии от 27.01.1960 и правительства Японии правительству СССР от 05.02.1960, фактически дезавуирующие пункт 9 Декларации 1956 года, то российская сторона получает «право» отстаивать статус-кво в территориальном вопросе. С формальной точки зрения мирный договор может включать в себя любое решение территориальной проблемы. Если Япония не собирается заключать мирной договор с Россией на условиях Декларации 1956 года, то Россия, исходя из нежелания Японии следовать Декларации 1956 года, может не утруждать себя обязательствами по передаче Японии островов Хабомаи и Шикотан. Именно эта позиция, в частности, была ключевой на заседании экспертного совета Комитета Совета Федерации по международным делам, состоявшемся 30.03.2005. Россия и Япония по-разному понимают «историческую справедливость». Если Япония, исходя из своих «понятий», считает оправданной свою агрессию против Китая и Кореи, то Россия, исходя из своих «понятий», говорит о том, что силовой захват Советской армией в августе-сентябре 1945 года Курильских островов также исторически обоснован и не подлежит никакой ревизии.

Следует отметить следующее. Если Россия будет буквально следовать Совместной советско-японской декларации 1956 года, то передача островов Хабомаи и Шикотан окажется делом только России и Японии. Если исходить из «возвращения» Японии «северных территорий» (т.е. южных Курильских островов), то это может расцениваться как пересмотр итогов Второй мировой войны. Поскольку именно в Сан-Францисском мирном договоре 1951 года Япония отказалось «от всех прав, правооснований и претензий на Курильские острова и на ту часть острова Сахалин и прилегающих к нему островов, суверенитет над которыми Япония приобрела по Портсмутскому договору от 5 сентября 1905 года».

Претензии Японии на Южные Курилы, а, возможно, и другие Курильские острова и Южный Сахалин, зафиксированы в резолюции Палаты представителей японского парламента «Об ускорении развития японо-российских связей в свете 150-летия установления межгосударственных отношений» (22.02.2005). Даже МИД России, всегда вяло реагирующее на выступления японской стороны по вопросу «северных территорий», в своем комментарии от 24.02.2005 признает: «К сожалению, в принятом документе японская сторона в очередной раз увязывает активизацию развития двусторонних отношений с решением проблемы территориального размежевания на своих условиях. Более того, используются такие формулировки, смысл которых можно трактовать не иначе как расширение сферы японских притязаний к России в дополнение к уже имеющимся и неприемлемым для нас территориальным требованиям». В последний раз аналогичная резолюция Палаты представителей японского парламента «Об ускорении решения проблемы Северных территорий» была принята 10 лет тому назад (08.06.1995). Япония продемонстрировала то, что согласие между партиями в японском парламенте важнее, чем российско-японские договоренности последнего десятилетия, в которых «северные территории» определяются как «четыре острова».

России необходимо четко заявить о том, что ни при каких условиях острова Кунашир и Итуруп не будут переданы или проданы Японии. У России существуют формальные обязательства по Декларации 1956 года в отношении островов Хабомаи и Шикотан, но отдавать Кунашир и Итуруп ни СССР, ни Россия никогда не обещали. В документах последнего времени говорится о том, чтобы продолжать переговоры по мирному договору с тем, чтобы выработать мирный договор «путем решения вопроса о принадлежности островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи». России пора уже определиться: кому принадлежат вышеуказанные острова сейчас и кому могут принадлежать в будущем. Прошло достаточно времени, чтобы Россия смогла ответить на этот вопрос себе и Японии. Впрочем, в российских официальных текстах говорится о «решении вопроса о принадлежности» островов, тогда как в тех же самых японских официальных текстах часто используется другой оборот: «решить проблему, касающуюся возвращения» островов. В этот «лингвистический» вопрос тоже желательно внести ясность.

При нынешней власти в Японии, когда премьер-министр Дз. Коидзуми занимает «жесткую» позицию по территориальным вопросам в отношении Китая, Кореи и России, поддерживает вторжение армии США в Ирак без резолюции ООН (а Япония стремится занять место в СБ ООН), создает почву для пересмотра и переписывания истории в учебниках японских школ в сторону смягчения негативных оценок военной агрессии Императорской Японии, ожидать каких-либо позитивных сдвигов в решении территориального спора между Россией и Японией, безусловно, не приходится. Однако отсутствие четкой позиции российской стороны во многом провоцирует наступательность Токио. Национальные интересы России в отношении Японии должны быть ясно сформулированы и доведены до сведения японской стороны. Тогда в Японии рассеются иллюзии по поводу того, что Россия вдруг проявит «слабость» и согласится на японский вариант решения территориального спора. Именно отсутствие однозначной позиции у официальной России, в отличие от Японии, есть признак слабости отечественной государственной политики в отношении Японии. Заяви позицию, аргументируй и последовательно придерживайся ее, и тогда японские политики, занимающие «жесткую» позицию, потеряют точку опоры.

При нынешней власти в России ожидать появления четко сформулированной позиции по отношению к территориальным притязаниям Японии также не приходится. Складывается впечатление о том, что президента В.В. Путина беспокоит не столько Япония, сколько проблемы внутри страны. Внутренняя политика на укрепление вертикали власти себя не оправдывает, попытки сформировать в России «гражданское общество» оказались явно неудачными, отстраненные от власти бывшие «элиты» затаились и ждут своего часа, непродуманные реформы вновь приводят к резкому обострению социальной напряженности, коррумпированность чиновников всех уровней дискредитирует действующую власть, крупный, средний и малый бизнес не видят в политике Кремля никаких для себя реальных улучшений, цены растут, инфляция превышает запланированную, возрастает разрыв между богатыми и бедными, активизируются и структурируются оппозиционные силы, Кремль начал поиск «врагов» не только среди террористов. И этот негатив проявляется на фоне бешеных цен на нефть и роста отчислений в стабилизационный фонд. Россия встала на путь, который ведет к кризису в государстве и смене привыкшего к сытой жизни за постъельцинский период путинского окружения. Внутренняя опасность для действующей власти очевидна.

Все, что мешает развитию отношений между странами и народами, должно быть ликвидировано. Это профессиональный долг политиков и дипломатов. Окончательное решение территориального спора между Россией и Японией, которое должно получить одобрение российской и японской общественности, в конечном счете выгодно обеим сторонам. К нему надо стремиться. Оно должно основываться на действующих договоренностях и обязательствах сторон. В выступлении президента России на совместной пресс-конференции по итогам встречи с премьер-министром Японии Ё. Мори 25 марта 2001 года (г. Иркутск) В.В. Путин сказал: «Что касается пункта 9 Декларации, касающегося как раз судьбы островов Шикотан и Хабомаи, то для его единообразного понимания необходима дополнительная работа экспертов двух государств». Необходимо наконец привлечь этих экспертов и начать двусторонние согласования.

Положение, при котором Япония и Россия более чем через полвека после окончания войны не имеют мирного договора, трудно признать нормальным. Однако дипломатические отношения между нашими странами восстановлены уже более сорока лет назад и развиваются с переменным успехом, но явно не худшим образом. Договор же не был заключен, потому что до последнего времени японская сторона жестко увязывала свое согласие с решением так называемого «территориального вопроса», существование которого советская сторона многие десятилетия просто отказывалась признать.

Воздержавшись от категоричных суждений относительно справедливости или несправедливости территориальных претензий Японии, можно отметить, что эту проблему должен рассматривать Международный суд. Именно он полностью компетентен разрешать такого рода споры, не урегулированные в двустороннем порядке, а его решения в равной степени обязательны для обеих сторон. Известно, что Япония ни разу не пыталась прибегнуть к его услугам, хотя официально заявляла не только об исторических, но и юридических правах на спорные территории. Мотивы этого, полагаю, очевидны: не имея гарантий, что спор будет разрешен в их пользу, лидеры Японии решили уберечь себя от возможной «потери лица» в случае неуспеха, потому что, как и в вопросе о постоянном членстве в СБ ООН, на карту поставлена национальная гордость страны и персонально ее элиты. Интересно, что Я. Накасонэ и его окружение не отвергают этот вариант, так что если бы Япония смогла добиться стопроцентной гарантии успеха, территориальный спор, наверно, решался бы в Гааге, а не в Москве и Токио.

Единственной надеждой Японии было и остается «политическое решение», т.е. получение согласия на передачу территорий на тех или иных условиях напрямую от российского руководства. И здесь Токио как минимум три раза имел шанс добиться успеха.

Первый раз – во время переговоров 1956 г., когда премьер-министр И. Хатояма как политик популистского типа сосредоточил все усилия на восстановлении дипломатических отношений любой ценой, а его министр иностранных дел М. Сигэмицу как дипломат считал главной целью мирный договор и ради этого готов был пойти на существенное смягчение японских условий.

Хатояма получил искомое, но Сигэмицу потерпел неудачу, поскольку политическая близорукость Н. Хрущева и Д. Шепилова и недооценка ими внутриполитических факторов, воздействовавших на позицию японских представителей, не позволили им оценить меру уступок, на которые решились их партнеры.

Второй раз, при М. Горбачеве, японцы могли фактически «купить» острова, как это произошло с воссоединением Германии и признанием Республики Корея. Персональная дипломатия Я. Накасонэ, С. Абэ, И. Одзавы и И. Суэцугу, шедшая в обход традиционных дипломатических каналов и ориентированная на М. Горбачева и А. Яковлева, могла принести гораздо большие результаты, если бы не обструкционистская позиция консервативного истеблишмента, обвинявшего их в безответственности, предательстве национальных интересов и едва ли не в государственной измене.

Наконец, некое политическое решение могло быть достигнуто во время октябрьского визита в Токио Б. Ельцина в 1993 г., пока Россия находилась в шоке после того, как президент успешно «преодолел длительную политическую конфронтацию» с парламентом (формулировка японской Голубой книги по внешней политике за 1993 г.).

Создается впечатление, что Токио ожидал от М. Горбачева односторонних уступок, а когда он не привез с собой никакого «сувенира», вовсе разочаровался в дальнейших попытках договориться с Москвой. Б. Ельцин активно использовал «курильскую карту» против М. Горбачева во время их политического противостояния в 1990–1991 гг., но затем сам перешел к активной «дипломатии да», воплощением которой стал А. Козырев. В 1993 г. момент снова был упущен из-за негибкости Токио.

Позиция японского истеблишмента в 1985–1995 гг. определялась убеждением, что в улучшении и развитии отношений заинтересована прежде всего Россия, а потому она должна заплатить за это соответствующую цену. Руководство Японии, дипломаты, ученые, аналитики в течение всего этого времени полагали, что ради «японских денег», будь то инвестиции, технологии или гуманитарная помощь, российские руководители готовы на все. Но то, что было верно или по крайней мере могло сработать в один период, стало неприменимым в другом.

Очевидно, что Япония просто не в состоянии «влить» в российскую экономику столько денег, чтобы они смогли радикально исправить или вообще хоть сколько-нибудь заметно улучшить положение, зависящее прежде всего от внутренних факторов. А ради суммы, которую Япония могла бы реально предложить, ни один российский руководитель не пойдет на передачу спорных территорий, равносильную политическому самоубийству в условиях жесткого противостояния «всех со всеми». В условиях пребывания на посту премьер-министра России Е. Примакова (кстати, немало сделавшего для улучшения отношений с Японией при М. Горбачеве) это было совершенно очевидно.

Первым из японских лидеров последних лет правильно оценил ситуацию Р. Хасимото: он понял, что внутриполитические проблемы в связи с будущим договором стоят не только перед японским премьером, но и перед российским президентом, а потому договор должен быть представлен как взаимовыгодный обмен, а не односторонняя уступка. Хотя откровенно негативный «образ России» в японских СМИ не переменился к лучшему (он до сих пор невыгодно отличается от «образа Японии» в российских СМИ, как государственных, так и частных), позиция МИД с вступлением в должность Ю. Икэды претерпела существенные изменения.

Официальные документы, включая Белые и Голубые книги по внешней политике, стали уделять отношениям с Россией заметно больше внимания, а содержание их стало более конструктивным. Новый «евразийский» курс Хасимото выразился также в активизации отношений с бывшими союзными республиками Средней Азии.

Как и при прежних переговорах с советским руководством, большую роль сыграла персональная дипломатия. Результатом «встреч без галстуков» Хасимото и Ельцина в Красноярске (ноябрь 1997 г.) и Кавано (март 1998 г.) стала договоренность приложить все усилия для заключения долгожданного договора к 2000 г., чтобы не «тащить» эту проблему в новое столетие. Договоренность была подкреплена серией встреч министров и заместителей министров иностранных дел, а также визитом К. Обути в Москву в ноябре 1998 г. уже в качестве премьер-министра. Японская дипломатия наконец-то проявила способность идти на разумные уступки, прежде всего в вопросе очередности решений: порядок «территории – договор», явно неприемлемый для России, видимо, будет заменен на «договор – территории». Однако пока говорить о договоре еще рано.

В российско-японских отношениях последних лет несомненно возросла роль китайского фактора. Долгие годы КНР благожелательно рассматривалась Японией как безусловный противник СССР и противовес «советской угрозе», т.е. как если не союзник, то по крайней мере меньшее из двух зол. Но распад СССР и сокращение российского военного присутствия на Дальнем Востоке и в АТР в целом в сочетании с мощным экономическим прогрессом Китая и ростом его военной мощи изменили баланс сил в регионе в его пользу. Более того, Москва и Пекин не только покончили с враждой прошлых лет, но и объявили о переходе к стратегическому партнерству.

Теперь Японии приходится считаться с союзом России и Китая, которые в отдельных вопросах могут выступить против нее единым блоком. Поэтому японские лидеры предпочитают не злить континентального гиганта, неизменно подчеркивая, что считают Тайвань частью КНР и не поддерживают политику «двух Китаев», как об этом заявил Р. Хасимото во время обсуждения в парламенте новых Основных направлений японо-американского военного сотрудничества.

Голубая книга по внешней политике 1997 г. уделила Китаю и отношениям с ним особенно много внимания, специально подчеркнув, что «стабильные отношения между Японией, США и КНР жизненно важны для мира и стабильности в АТР». Россия в этот официальный перечень почему-то не попала, но наиболее дальновидные японские аналитики прекрасно понимают, что без нее не обойтись.

Иными словами, повышение статуса Японии в ООН и заключение мирного договора с Россией являются наиболее трудными и ответственными задачами, которые стоят сегодня перед японской дипломатией. Несмотря на многосторонний и многоаспектный характер обеих проблем, их успешное решение зависит прежде всего от самой Японии – ее политиков и дипломатов, а также общественных деятелей, аналитиков и журналистов, чью роль не следует преуменьшать. Обладает ли она «здесь и теперь» потенциалом, необходимым для достижения желаемого результата, покажет будущее.

Заключение

В целях дальнейшего развития российско-японских отношений и укрепления взаимодействия на международной арене России и Японии необходимо стремиться активизировать диалог на высшем уровне путем придания регулярного характера контактам между руководителями Российской Федерации и Японии, активного использования возможностей организации встреч между ними в ходе многосторонних форумов, регулярного проведения телефонных разговоров, в том числе по «горячей линии» между Кремлем в Москве и Канцелярией Премьер-министра Японии в Токио, вопрос о создании которой согласовывается.

Желательно также прилагать дальнейшие усилия к расширению контактов на высоком уровне путем активного осуществления встреч между министрами иностранных дел, поддержания практики взаимных визитов Министра обороны Российской Федерации и Начальника Управления обороны Японии, регулярного проведения заседаний Межправительственной комиссии по торгово-экономическим вопросам и использования возможностей для встреч ее Сопредседателей, других контактов на уровне министров и руководителей ведомств, включая встречи на многосторонних международных форумах.

Необходимо содействовать, исходя из того, что активные межпарламентские контакты служат важным фактором упрочения позитивных тенденций в российско-японских отношениях, дальнейшему расширению обменов между представляющими народы своих стран депутатами парламентов путем осуществления взаимных визитов Председателей верхней и нижней палат Федерального Собрания Российской Федерации и Председателей палат Представителей и Советников Парламента Японии, обменов между парламентскими комиссиями и депутатскими ассоциациями, межпартийных обменов и контактов по различным вопросам между отдельными депутатами.

Российской Федерации и Японии, необходимо продолжать процесс поиска взаимоприемлемого решения проблемы заключения мирного договора. Для этого следует активизировать переговоры в целях скорейшего выхода на решение еще остающихся проблем, исходя из понимания того, что Совместная декларация СССР и Японии 1956 года, Токийская декларация о российско-японских отношениях 1993 года, Иркутское заявление Президента Российской Федерации и Премьер-министра Японии о дальнейшем продолжении переговоров по проблеме мирного договора 2001 года и другие договоренности составляют базу для переговоров с целью заключения мирного договора путем решения вопроса о принадлежности островов и достижения таким образом полной нормализации двусторонних отношений.

Необходимо также прилагать усилия для дальнейшего развития безвизовых обменов между жителями островов и японскими гражданами, уделяя при этом особое внимание таким формам, как молодежные и детские контакты, изучение языка друг друга, а также совершенствования практики т.н. свободных посещений островов с учетом договоренности об организации максимально облегченного режима таких поездок;

Литература

1. Игнатьев Г.А. Российская историография 90-х гг. о проблеме островов Малой Курильской гряды в российско-японских отношениях // Вестник новгородского государственного университета №25, 2003

2. Казаков О. Системный кризис в российско-японских отношениях? // russia-japan.nm.ru

3. Кошкин А. Курилы: биография островов // Вопросы истории. 1995. №1.

4. Кунадзе Г.Ф., Саркисов К.О. Размышляя о советско-японских отношениях // Мировая экономика и международная жизнь». 1989. №5. С. 83–93.

5. Млечин Л. И вновь встает нерешенный вопрос о Японии и островах // Новое время. 1992. №20. С. 36.

6. Накасонэ Я., Мураками Я., Само С., Нитобэ С. После «холодной войны». М., 1993

7. Носов М. Зрелое партнерство на фоне экономической конкуренции // Япония. 1994/1995. – М., 1995

8. Прокопенко С. Возможный путь развития российско-японских отношений // www.kuriles.ru

9. Пунжин С. СССР – Япония: можно ли при помощи права решить проблему «северных территорий» // Советское государство и право. 1991. №7. С. 104.

10.Совместное заявление об официальном визите в Японию Председателя Правительства Российской Федерации М.М. Касьянова, 16 17 декабря 2003 года //http://www.embjapan.ru

11.Такахара К. Коидзуми хочет вернуть острова – Россия пока молчит //http://www.inopressa.ru/

12.Токийская декларация о российско-японских отношениях 13 сентября 1993 г.

13.Тууделепп А. Японский внешнеполитический потенциал: достижения, неудачи, задачи ///http://www.embjapan.ru

14.Фергузон Д. Япония, Россия и США сближаются в духе Теодора Рузвельта //http://www.inopressa.ru/

еще рефераты
Еще работы по международным отношениям