Реферат: Жизнь и творчество С.А. Есенина

Реферат

по литературе

на тему:

«Жизненный и творческий путь С.А. Есенина»

Ученика 11 класса

МОУ Нижнешибряйская СОШ

Уваровского района

Тамбовской области

Медведева Дмитрия

2007 год

План

Введение

Биография

Автобиография

Хронологическая таблица

Природа и лирический герой

Анализ стихотворения

История России и поэт

Заключение

Список используемой литературы

Введение

Русская классическая поэзия формирует в человеке любовь к родной природе, уважение к родному дому. И именно Сергей Есенин посвятил свое творчество природе, Родине и любви. Мне захотелось подробнее узнать о его творчестве и о жизни, о том как он писал стихи, какие трудности переживал в своей жизни. Современники считали Сергея Александровича достойным приемником пушкинской славы, но в отличие от А.С. Пушкина у Есенина была короткая жизнь и загадочная смерть.

Я думаю, что творческое наследие Есенина очень близко нашим сегодняшним представлениям о мире, где человек — только частица живой природы, не противостоящая, а зависящая от него. Проникнув в мир поэтических образов Есенина, мы начинаем ощущать себя в природе, как дома. Эти чувства помогут нам сохранить человечность, а значит, и человечество.

Биография

Родился Есенин 21 сентября (4 октября) 1895 года в селе Константиново Рязанской губернии в семье крестьянина Александра Есенина. Мать будущего поэта, Татьяна Титова, была выдана замуж помимо своей воли, и вскоре вместе с трехлетним сыном ушла к родителям. Затем она отправилась на заработки в Рязань, а Есенин остался на попечении бабушки и дедушки (Федора Титова), знатока церковных книг. Бабушка Есенина знала много сказок и частушек, и, по признанию самого поэта, именно она давала «толчки» к написанию первых стихов.

В 1904 году Есенина отдают на обучение в Константиновское земское училище, а затем церковно-учительскую школу в городе Спас-Клепики.

В 1910-1912 Есенин довольно много пишет, и среди стихов этих лет уже встречаются вполне сложившиеся, совершенные. Первый сборник Есенина «Радуница» вышел в 1916 году. Песенный склад стихов, вошедших в книгу, их бесхитростно-искренние интонации, мелодика, отсылающая к народным песням и частушкам, — свидетельство того, что пуповина, связывающая поэта с деревенским миром детства, была еще весьма прочна в период их написания.

Само название книги Радуница нередко связывают с песенным складом стихов Есенина. С одной стороны, Радуница — это день поминовения усопших; с другой — это слово ассоциируется с циклом весенних народных песен, которые издавна назывались радовицкими или радоницкими веснянками. По сути одно и не противоречит другому, во всяком случае, в стихах Есенина, отличительная черта которых — потаенная грусть и щемящая жалость ко всему живому, прекрасному, обреченному на исчезновение: Будь же ты вовек благословенно, что пришло процвести и умереть… Поэтический язык уже в ранних стихах поэта своеобразен и тонок, метафоры порой неожиданно выразительны, а человек (автор) чувствует, воспринимает природу живой, одухотворенной (Там, где капустные грядки… Подражание песне, Выткался на озере алый свет зари..., Дымом половодье зализало ил. ., Хороша была Танюша, краше не было в селе. .).

После окончания Спасо-Клепиковского училища в 1912 Есенин вместе с отцом приезжают в Москву на заработки. В марте 1913 Есенин вновь отправляется в Москву. Здесь он устраивается помощником корректора в типографию И.Д. Сытина. Анна Изряднова, первая жена поэта, так описывает Есенина тех лет: «Настроение было у него упадочное — он поэт, никто не хочет этого понять, редакции не принимают в печать, отец журит, что занимается не делом, надо работать: Слыл за передового, посещал собрания, распространял нелегальную литературу. На книги набрасывался, все свободное время читал, все свое жалованье тратил на книги, журналы, нисколько не думал, как жить… ». В декабре 1914 Есенин бросает работу и, по словам той же Изрядновой, «отдается весь стихам. Пишет целыми днями. В январе печатаются его стихи в газете „Новь“, „Парус“, „Заря“...»

Упоминание Изрядновой, о распространении нелегальной литературы, связано с участием Есенина в литературно-музыкальном кружке крестьянского поэта И. Сурикова — собрании весьма пестром, как в эстетическом, так и в политическом отношениях (его членами состояли и эсеры, и меньшевики, и большевистские настроенные рабочие). Ходит поэт и на занятия народного университета Шанявского — первого в стране учебного заведения, которое можно было бесплатно посещать вольнослушателям. Там Есенин получает основы гуманитарного образования — слушает лекции о западноевропейской литературе, о русских писателях.

Тем временем стих Есенина становится все увереннее, самобытнее, порою его начинают занимать и гражданские мотивы (Кузнец, Бельгия и др.). А поэмы тех лет — Марфа Посадница, Ус, Песнь об Евпатии Коловратке — одновременно и стилизация под древнюю речь, и обращение к истокам патриархальной мудрости, в которой Есенин видел и источник образной музыкальности русского языка, и тайну «естественности человеческих отношений». Тема же обреченной скоротечности бытия начинает звучать в стихах Есенина той поры в полный голос:

Все встречаю, все приемлю,

Рад и счастлив душу вынуть.

Я пришел на эту землю,

Чтоб скорей ее покинуть.

(1914)

Известно, что в 1916 в Царском Селе Есенин посетил Н. Гумилева и А. Ахматову и прочел им это стихотворение, которое поразило Анну Андреевну своим пророческим характером. И она не ошиблась — жизнь Есенина действительно оказалась и скоротечной, и трагичной...

Тем временем Москва кажется Есенину тесной, по его мнению, все основные события литературной жизни происходят в Петербурге, и весной 1915 поэт решает перебраться туда.

В Петербурге Есенин посетил А. Блока. Не застав того дома, он оставил ему записку и стихи, завязанные в деревенский платок. Записка сохранилась с пометкой Блока: «Стихи свежие, чистые, голосистые… ». Так благодаря участию Блока и поэта С. Городецкого Есенин стал вхож во все самые престижные литературные салоны и гостиные, где очень скоро стал желанным гостем. Стихи его говорили сами за себя — их особая простота в совокупности с «прожигающими» душу образами, трогательная непосредственность «деревенского паренька», а также обилие словечек из диалекта и древнерусского языка оказывали на многих вершителей литературной моды завораживающее действие. Одни видели в Есенине простого юношу из деревни, по мановению судьбы наделенного недюжинным поэтическим даром. Другие — например, Мережковский и Гиппиус, готовы были его считать носителем спасительного, по их мнению, для России мистического народного православия, человека из древнего затонувшего «Града Китежа», всячески подчеркивая и культивируя в его стихах религиозные мотивы (Иисус-младенец., Алый мрак в небесной черни., Тучи с ожереби) (Ржут, как сто кобыл.).

В конце 1915 — начале 1917 годов стихи Есенина появляются на страницах многих столичных изданий. Довольно близко сходится в это время поэт и с Н. Клюевым, выходцем из крестьян-старообрядцев. Вместе с ним Есенин выступает в салонах под гармошку, одетый в сафьянные сапожки, голубую шелковую рубашку, препоясанную золотым шнурком. Роднило двух поэтов действительно многое — тоска по патриархальному деревенскому укладу, увлечение фольклором, древностью. Но при этом Клюев всегда сознательно отгораживался от современного мира, а мятущегося, устремленного в будущее Есенина раздражали наигранное смирение и нарочито-нравоучительная елейность своего «друга-врага». Неслучайно несколько лет спустя Есенин советовал в письме одному поэту: «Брось ты петь эту стилизационную клюевскую Русь: Жизнь, настоящая жизнь Руси куда лучше застывшего рисунка старообрядчества...»

И эта «настоящая жизнь Руси» несла Есенина и его попутчиков на «корабле современности» все дальше. В разгаре. Первая мировая война, по Петербургу расползаются тревожные слухи, на фронте гибнут люди: Есенин служит санитаром в Царскосельском военно-санитарном госпитале, читает свои стихи перед великой княгиней Елизаветой Федоровной, перед императрицей. Чем вызывает нарекания со стороны своих петербургских литературных покровителей. В том «глухом чаду пожара», о котором писала А. Ахматова, все ценности, как человеческие, так и политические, оказались перемешаны, и «грядущий хам» (выражение Д. Мережковского) возмущал не меньше, чем благоговение перед царствующими особами...

Сначала в революционных бурных событиях Есенин прозревал надежду на скорые и глубокие преобразования всей прежней жизни. Казалось, преображенные земли и небо взывали к стране и человеку, и Есенин писал: О Русь, взмахни крылами, / Поставь иную крепь! / С иными временами. / Встает иная степь… (1917). Есенина переполняют надежды на построение нового, крестьянского рая на земле, иной, справедливой жизни. Христианское мировоззрение в это время переплетается в его стихах с богоборческими и пантеистическими мотивами, с восхищенными возгласами в адрес новой власти:

Небо — как колокол,

Месяц — язык,

Мать моя — родина,

Я — большевик.

(Иорданская голубица, 1918).

Он пишет несколько небольших поэм: Преображение, Отчарь, Октоих, Иония. Многие строки из них, звучавшие порою вызывающе скандально, шокировали современников:

Языком вылижу на иконах я

Лики мучеников и святых.

Обещаю вам град Инонию,

Где живет божество живых.

Не менее знаменитыми стали строки из поэмы Преображение:

Облаки лают,

Ревет златозубая высь...

Пою и взываю:

Господи, отелись!

В эти же революционные годы, во времена разрухи, голода и террора Есенин размышляет об истоках образного мышления, которые видит в фольклоре, в древнерусском искусстве, в «узловой завязи природы с сущностью человека», в народном творчестве. Эти мысли он излагает в статье Ключи Марии, в которой высказывает надежду на воскрешение тайных знаков древней жизни, на восстановление гармонии между человеком и природой, при этом полагаясь, все на тот же деревенский уклад: «Единственным расточительным и неряшливым, но все же хранителем этой тайны была полуразбитая отхожим промыслом и заводами деревня».

Очень скоро Есенин понимает, что большевики — вовсе не те, за кого хотели бы себя выдавать. По словам С. Маковского, искусствоведа и издателя, Есенин «понял, вернее, почуял своим крестьянским сердцем, жалостью своей: что произошла не „великая бескровная“, а началось время темное и беспощадное… ». И вот настроение приподнятости и надежд сменяется у Есенина растерянностью, недоумением перед происходящим. Крестьянский быт разрушается, голод и разруха шествуют по стране, а на смену завсегдатаям бывших литературных салонов, многие из которых уже эмигрировали, приходит весьма разношерстная литературная и окололитературная публика.

В 1919 Есенин оказывается одним из организаторов и лидеров новой литературной группы — имажинистов. (ИМАЖИНИЗМ [от французского image — образ] — направление в литературе и живописи. Возникло в Англии незадолго до войны 1914-1918 (основатели его — Эзра Поунд и Уиндгэм Люис, отколовшиеся от футуристов), на русской почве развилось в первые годы революции. Русские имажинисты выступили со своей декларацией в начале 1919 в журналах «Сирена» (Воронеж) и «Советская страна» (Москва). Ядро группы составляли В. Шершеневич, А. Мариенгоф, С. Есенин, А. Кусиков, Р. Ивнев, И. Грузинов и некоторые др. Организационно они объединялись вокруг издательства «Имажинисты», «Чихи-Пихи», книжной лавки и небезызвестного в свое время литовского кафе «Стойло Пегаса». Позднее имажинистами выпускался журнал «Гостиница для путешествующих в прекрасном», прекратившийся в 1924 на четвертом номере. Вскоре после этого группа распалась.

Теория Имажинистов основана принципом поэзии, провозглашает примат «образа как такового». Не слово-символ с бесконечным количеством значений (символизм), не слово-звук (кубофутуризм), не слово-название вещи (акмеизм), а слово-метафора с одним определенным значением является основой И. «Единственным законом искусства, единственным и несравненным методом является выявление жизни через образ и ритмику образов» («Декларация» имажинистов). Теоретическое обоснование этого принципа сводится к уподоблению поэтического творчества процессу развития языка через метафору. Поэтический образ отождествляется с тем, что Потебня называл «внутренней формой слова». «Рождение слова речи и языка из чрева образа, — говорит Мариенгоф, — предначертало раз и навсегда образное начало будущей поэзии». «Необходимо помнить всегда первоначальный образ слова». Если в практической речи «понятийность» слова вытесняет его «образность», то в поэзии образ исключает смысл, содержание: «поедание образом смысла — вот путь развития поэтического слова» (Шершеневич). В связи с этим происходит ломка грамматики, призыв к аграмматичности: «смысл слова заложен не только в корне слова, но и в грамматической форме. Образ слова только в корне. Ломая грамматику, мы уничтожаем потенциальную силу содержания, сохраняя прежнюю силу образа» (Шершеневич, 2×2=5). Стихотворение, являющееся аграмматическим «каталогом образов», естественно не укладывается и в правильные метрические формы: «vers libre образов» требует «vers libre’a» ритмического: «Свободный стих составляет неотъемлемую сущность имажинистской поэзии, отличающейся чрезвычайной резкостью образных переходов» (Мариенгоф). «Стихотворение — не организм, а толпа образов, из него может быть вынут один образ, вставлено еще десять» (Шершеневич)).

Их лозунги, казалось бы, совершенно чужды поэзии Есенина, его взглядам на природу поэтического творчества. Чего стоят, например, слова из Декларации имажинизма: «Искусство, построенное на содержании… должно было погибнуть от истерики». В имажинизме Есенина привлекало пристальное внимание к художественному образу, немалую роль в его участии в группе играла и общая бытовая неустроенность, попытки сообща делить тяготы революционного времени.

Тягостное чувство раздвоенности, невозможность жить и творить, будучи оторванным, от народных крестьянских корней вкупе с разочарованием обрести «новый град — Инонию» придают лирике Есенина трагические настроения. Листья в его стихах шепчут уже «по-осеннему», свистят по всей стране, как Осень, Шарлатан, убийца и злодей и прозревшие вежды. Закрывает одна лишь смерть...

Я последний поэт деревни — пишет Есенин в стихотворении (1920), посвященному своему другу писателю Мариенгофу. Есенин видел, что прежний деревенский быт уходит в небытие, ему казалось, что на смену живому, природному приходит механизированная, мертвая жизнь. В одном из писем 1920 он признавался: «Мне очень грустно сейчас, что история переживает тяжелую эпоху умерщвления личности как живого, ведь идет совершенно не тот социализм, о котором я думал… Тесно в нем живому, тесно строящему мост в мир невидимый, ибо рубят и взрывают эти мосты из-под ног грядущих поколений».

В то же время Есенин работает над поэмами Пугачев и Номах. Фигурой Пугачева он интересовался уже несколько лет, собирал материалы, мечтал о театральной постановке. Фамилия же Номах образована от имени Махно — руководителя Повстанческой армии в годы Гражданской войны. Оба образа роднит мотив бунтарства, мятежного духа, свойственный фольклорным разбойникам-правдоискателям. В поэмах явственно звучит протест против современной Есенину действительности, в которой он не видел и намека на справедливость. Так «страна негодяев» для Номаха — и тот край, в котором он живет, и вообще любое государство, где… если преступно здесь быть бандитом, / То не более преступно, чем быть королем...

Осенью 1921 в Москву приехала знаменитая танцовщица Айседора Дункан, с которой вскоре Есенин сочетался браком.

Супруги отправляются за границу, в Европу, затем в США. Поначалу европейские впечатления наводят Есенина на мысль о том, что он «разлюбил нищую Россию, но очень скоро и Запад, и индустриальная Америка начинают казаться ему царством мещанства и скуки.

В это время Есенин уже сильно пьет, часто впадая в буйство, и в его стихах все чаще звучат мотивы беспросветного одиночества, пьяного разгула, хулиганства и загубленной жизни, отчасти роднящие некоторые его стихи с жанром городского романса. Недаром еще в Берлине Есенин пишет свои первые стихи из цикла Москва кабацкая:

Снова пьют здесь, дерутся и плачут.

Под гармоники желтую грусть...

Брак с Дункан вскоре распался, и Есенин вновь оказался в Москве, не находя себе места в новой большевистской России.

По свидетельству современников, когда он впадал в запои, то мог страшно „крыть“ советскую власть. Но его не трогали и, продержав некоторое время в милиции, вскоре отпускали — к тому времени Есенин был знаменит в обществе как народный, „крестьянский“ поэт.

Несмотря на тяжелое физическое и моральное состояние, Есенин продолжает писать — еще трагичнее, еще глубже, еще совершенней.

Среди лучших стихов его последних лет — Письмо к женщине, Персидские мотивы, небольшие поэмы Русь уходящая, Русь бесприютная, Возвращение на Родину, Письмо матери (Ты жива еще, моя старушка?.), Мы теперь уходим понемногу в ту страну, где тишь и благодать…

И, наконец, стихотворение „Отговорила роща золотая“, в котором сочетаются и истинно народная песенная стихия, и мастерство зрелого, много пережившего поэта, и щемящая, чистая простота, за которую его так любили люди, вовсе далекие от изящной словесности:

Отговорила роща золотая

Березовым, веселым языком,

И журавли, печально пролетая,

Уж не жалеют больше ни о ком.

Кого жалеть? Ведь каждый в мире странник -

Пройдет, зайдет и вновь оставит дом.

О всех ушедших грезит конопляник

С широким месяцем над голубым прудом...

В конце декабря 1925 Есенин приезжает из Москвы в Ленинград. В ночь на 28 декабря в гостинице „Англетер“ Сергея Есенина убили спецслужбы инсценировав самоубийство.

Посмертная судьба произведений Есенина в советской России во многом связана с большевистской идеологией и ее вождями. Особенно заметную роль в унижении и практически запрещении произведений поэта сыграли Злые заметки Н. Бухарина, где он, в частности, писал: „Идейно Есенин представляет самые отрицательные черты русской деревни, так называемого “национального характера»: мордобой, внутреннюю величайшую недисциплинированность, обожествление самых отсталых форм общественной жизни..."

Так вплоть до периода «оттепели» середины 50-х годов Есенина издавали крайне редко и в основном одно и то же. Зато многие его произведения распространялись в списках, ходили по рукам, на стихи Есенина создавали песни, которые были горячо любимы и хорошо известны в самых широких слоях общества.

Автобиография

Я сын крестьянина. Родился в 1895 году 21 сентября в Рязанской губернии. Рязанского уезда. Кузьминской волости.

С двух лет, по бедности отца и многочисленности семейства, был отдан на воспитание довольно зажиточному деду по матери, у которого было трое взрослых неженатых сыновей, с которыми протекло почти все мое детство. Дядья мои были ребята озорные и отчаянные. Трех с половиной лет они посадили меня на лошадь без седла и сразу пустили в галоп. Я помню, что очумел и очень крепко держался за холку.

Потом меня учили плавать. Один дядя (дядя Саша) брал меня в лодку, отъезжал от берега, снимал с меня белье и, как щенка, бросал в воду. Я неумело и испуганно плескал руками, и, пока не захлебывался, он все кричал: «Эх, стерва! Ну, куда ты годишься?» «Стерва» у него было слово ласкательное. После, лет восьми, другому дяде я часто заменял охотничью собаку, плавая по озерам за подстреленными утками. Очень хорошо я был выучен лазить по деревьям. Из мальчишек со мной никто не мог тягаться. Многим, кому грачи в полдень после пахоты мешали спать, я снимал гнезда с берез, по гривеннику за штуку. Один раз сорвался, но очень удачно, оцарапав только лицо и живот да разбив кувшин молока, который нес на косьбу деду.

Среди мальчишек я всегда был коноводом и большим драчуном и ходил всегда в царапинах. За озорство меня ругала только одна бабка, а дедушка иногда сам подзадоривал на кулачную и часто говорил бабке: «Ты у меня, дура, его не тронь. Он так будет крепче».

Бабушка любила меня изо всей мочи, и нежности ее не было границ. По субботам меня мыли, стригли ногти и гарным маслом гофрили голову, потому что ни один гребень не брал кудрявых волос. Но и масло мало помогало. Всегда я орал благим матом и даже теперь какое-то неприятное чувство имею к субботе.

По воскресеньям меня всегда посылали к обедне и, чтобы проверить, что я был за обедней, давали 4 копейки. Две копейки за просфору и две за выемку частей священнику. Я покупал просфору и вместо священника делал на ней перочинным ножом три знака, а на другие две копейки шел на кладбище играть с ребятами в свинчатку.

Так протекало мое детство. Когда же я подрос, из меня очень захотели сделать сельского учителя, и потому отдали в закрытую церковно-учительскую школу, окончив которую, шестнадцати лет, я должен был поступить в Московский учительский институт. К счастью, этого не случилось. Методика и дидактика мне настолько осточертели, что я и слушать не захотел.

Стихи я начал писать рано, лет девяти, но сознательное творчество отношу к 16-17 годам. Некоторые стихи этих лет помещены в «Радунице».

Восемнадцати лет я был удивлен, разослав свои стихи по журналам, тем, что их не печатают, и неожиданно грянул в Петербург. Там меня приняли весьма радушно. Первый, кого я увидел, был Блок, второй — Городецкий. Когда я смотрел на Блока, с меня капал пот, потому что в первый раз видел живого поэта. Городецкий меня свел с Клюевым, о котором я раньше не слыхал ни слова. С Клюевым у нас завязалась, при всей нашей внутренней распре, большая дружба, которая продолжается и посейчас, несмотря на то, что мы шесть лет друг друга не видели.

Живет он сейчас в Вытегре, пишет мне, что ест хлеб с мякиной, запивая пустым кипятком и моля бога о непостыдной смерти.

За годы войны и революции судьба меня толкала из стороны в сторону. Россию, я исколесил вдоль и поперек, от Северного Ледовитого океана до Черного и Каспийского моря, от Запада до Китая, Персии и Индии.

Самое лучшее время в моей жизни считаю 1919 год. Тогда мы зиму прожили в 5 градусах комнатного холода. Дров у нас не было ни полена.

В РКП я никогда не состоял, потому что чувствую себя гораздо левее.

Любимый мой писатель — Гоголь.

Книги моих стихов: «Радуница», «Голубень», «Преображение», «Сельский часослов», «Трерядница», «Исповедь хулигана» и «Пугачев».

Сейчас работаю над большой вещью под названием «Страна негодяев».

В России, когда там не было бумаги, я печатал свои стихи вместе с Кусиковым и Мариенгофом на стенах Страстного монастыря или читал просто где-нибудь на бульваре.

Самые лучшие поклонники нашей поэзии проститутки и бандиты. С ними мы все в большой дружбе. Коммунисты нас не любят по недоразумению.

За сим всем читателям моим нижайший привет и маленькое внимание к вывеске: «Просят не стрелять!»

Хронологическая таблица

21 сентября (4 октября) 1895г. — родился Сергей Есенин.

1904г. — Есенина отдают на обучение в Константиновское земское училище, а затем церковно-учительскую школу в городе Спас-Клепики.

1912г. — Есенин переехал в Москву.

Осень 1913г. — знакомство с Анной Романовной Изрядновой.

21 декабря 1914г. — рождение первого сына Сергея Есенина Юрия.

1914г. — первая публикация стихотворений в газете «Новь» и журналах «Парус», «Заря».

Весной 1915г. — Есенин переезжает в Петроград, где знакомится с Н.А. Клюевым, З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковским, А.А. Блоком.

1916г. — первый сборник стихов «Радуница»

1916г. — Есенин призывается в армию.

Весной 1917г. — знакомство с Зинаидой Райх.

1918г. — в Петрограде выходит вторая книга стихов Есенина «Голубень», затем «Преображение».

1919г. — Есенин оказывается одним из организаторов и лидеров новой литературной группы — имажинистов.

1920г. — знакомство с Надеждой Вольпин.

1920г. — поэмы «Русь уходящая», «Песнь о великом походе», «Русь советская», «Анна Снегина», «Черный человек»; драматические поэмы «Пугачев» и «Страна негодяев».

1920г. — выходит сборник стихов «Москва кабацкая».

19 сентября 1920г. — встреча с Галиной Бениславской.

3 октября 1921г. — знакомство с Айседорой Дункан.

1922г. — Есенин и Дункан сочетались браком.

1922-1923гг. — Есенин и Айседора совершают длительную поездку по Западной Европе и США.

1923г. — они разошлись.

1924 — 1925гг. — Есенин путешествует по Закавказью. В то же время выходит сборник «Персидские мотивы», стихотворения «Русь уходящая», «Письмо к женщине», «Письмо матери», «Стансы».

1925г. — знакомство с Софьей Толстой.

27 февраля 1925г. — Есенин пишет свое последнее стихотворение «До свиданья друг мой, до свиданья… ».

28 февраля 1925г. — в гостинице «Англетер» Сергея Есенина убили спецслужбы, инсценировав самоубийство.

Природа и лирический герой

Поэзия Есенина… Чудесный, прекрасный, неповторимый мир! Мир, который близок и понятен всем, Есенин — истинный поэт России; поэт, который к вершинам своего мастерства поднялся из глубин народной жизни. Его родина — Рязанская земля — вскормила и вспоила его, научила любить и понимать то, что окружает всех нас.

Здесь, на рязанской земле, впервые увидел Сергей Есенин всю красоту русской природы, которую он воспевал в своих стихах.

Поэта с первых дней жизни окружал мир народных песен и сказаний:

Родился я с песнями в травном одеяле.

Зори меня вешние в радугу свивали.

В духовном облике в поэзии Есенина ярко выявились черты народа — его “беспокойная, дерзкая сила”, размах, сердечность, душевная неуспокоенность, глубокая человечность. Вся жизнь Есенина тесно связана с народом. Может быть, поэтому главными героями всех его стихотворений являются простые люди, в каждой строчке чувствуется тесная, не ослабевающая с годами связь поэта и человека — Есенина с русскими крестьянами.

Сергей Есенин родился в крестьянской семье. “В детстве я рос, дыша атмосферой народной жизни", — вспоминал поэт. Уже современниками Есенин воспринимался как поэт “великой песенной силы”. Его стихи похожи на плавные, спокойные народные песни. И плеск волны, и серебристая луна, и шелест тростника, и необъятная небесная синь, и голубая гладь озер — вся красота родного края воплотилась с годами в стихи, полные любви к русской земле и ее народу:

О Русь — малиновое поле

И синь, упавшая в реку, -

Люблю до радости и боли

Твою озерную тоску...

“Моя лирика жива одной большой любовью, — говорил Есенин, — любовью к Родине. Чувство родины — основное в моем творчестве”. В стихах Есенина не только “светит Русь”, не только звучит тихое признание поэта в любви к ней, но и выражается вера в человека, в его великие дела, в великое будущее родного народа. Поэт каждую строчку стихотворения согревает чувством безграничной любви к Родине:

Равнодушен я стал к лачугам,

И очажный огонь мне не мил,

Даже яблонь весеннюю вьюгу

Я за бедность полей разлюбил.

Мне теперь по душе иное...

И в чахоточном свете луны

Через каменное и стальное

Вижу мощь я родной стороны.

С поразительным мастерством раскрывает перед нами Есенин картины родной природы. Какая богатая палитра красок, какие точные, порой неожиданные сравнения, какое чувство единства поэта и природы! В его поэзии, по словам А. Толстого, слышится “певучий дар славянской души, мечтательной, беспечной, таинственно-взволнованной голосами природы". Все у Есенина многоцветно и многокрасочно. Поэт жадно вглядывается в картины обновляющегося весною мира и ощущает себя его частицей, с трепетом ожидает восхода солнца и долго засматривается на блестящие краски утренней и вечерней зари, на небо, покрытое грозовыми тучами, на старые леса, на поля, красующиеся цветами и зеленью. С глубоким сочувствием Есенин пишет о животных — “братьях наших меньших". В воспоминаниях М. Горького об одной из встреч с Есениным и его стихотворении “Песнь о собаке” прозвучали такие слова:. “… и, когда произнес последние строки:

Покатились глаза собачьи

Золотыми звездами в снег -

на его глазах тоже сверкнули слезы".

После этих стихов невольно подумалось, что С. Есенин не столько человек, сколько орган, созданный природой исключительно для поэзии, для выражения неисчерпаемой “печали полей, любви ко всему живому в мире и милосердия, которое — более всего иного — заслужено человеком".

Природа у Есенина — не застывший пейзажный фон: она живет, действует, горячо реагирует на судьбы людей и события истории. Она — любимый герой поэта. Она все время влечет Есенина к себе. Не пленяют поэта красота восточной природы, ласковый ветер; и на Кавказе не покидают думы о родине:

Как бы ни был красив Шираз,

Он не лучше рязанских раздолий.

Стихотворение

«Отговорила роща золотая…»

Отговорила роща золотая

Березовым, веселым языком,

И журавли, печально пролетая,

Уж не жалеют больше ни о ком.

Кого жалеть? Ведь каждый в мире странник -

Пройдет, зайдет и вновь оставит дом.

О всех ушедших грезит конопляник

С широким месяцем над голубым прудом.

Стою один среди равнины голой,

А журавлей относит ветер в даль,

Я полон дум о юности веселой,

Но ничего в прошедшем мне не жаль.

Не жаль мне лет, растраченных напрасно,

Не жаль души сиреневую цветь.

В саду горит костер рябины красной,

Но никого не может он согреть.

Не обгорят рябиновые кисти,

От желтизны не пропадет трава,

Как дерево роняет тихо листья,

Так я роняю грустные слова.

И если время, ветром разметая,

Сгребет их все в один ненужный ком...

Скажите так… что роща золотая

Отговорила милым языком.

Анализ стихотворения

Это стихотворение великого русского поэта Сергея Александровича Есенина, прожившего короткую, но ослепительно яркую жизнь, трагически оборвавшуюся в тридцать лет. Почти все его стихотворения связаны с природой и человеком.

В этом стихотворении поэт создает яркий, красочный мир природы. Лирический герой стихотворения восхищается «широким месяцем над голубым прудом», костром «рябины красной». Он ощущает себя неотъемлемой частью природы. Лирический герой — уже не молодой человек. На его глазах происходит осеннее увядание природы. Он видит, что «журавли печально улетают», что «отговорила роща», голые равнины. Такое состояние природы отражает состояние души лирического героя. Он одинок, ему грустно, вспоминает веселую юность и «души сиреневую цветь». Ему никого и «ничего в прошедшем не жаль». Лирический герой понимает, что все в мире проходит, и нет ничего вечного. Природа тоже “умирает", но она способна возродиться. И лирический герой пытается вылечить душу от грусти и тоски слиянием с природой, слиянием с прекрасным.

Необычно не только содержание стихотворения, но и его форма. Чтобы лучше воздействовать на читателя, Есенин добивается совершенства формы и изысканности рифмы. Это произведение отличается плавностью, напевностью, мелодичностью.

Стремясь полнее и ярче выразить свои эмоции, поэт использует различные художественные средства. Например, Есенин часто употребляет олицетворение (журавли не жалеют, грезит конопляник). Это оживляет мир стихотворения, делает его одухотворенным, очеловеченным, и в этом единым. Метафору (костер рябины красной) и эпитеты (березовый язык, ненужный ком) придают стихотворению плавность и поэтичность. Сравнение (как дерево роняет тихо листья, так я роняю грустные слова). Эти изобразительные средства придают художественной картине мира, нарисованной поэтом, яркий, зримый, наглядный, почти осязаемый характер.

Сергей Александрович Есенин действительно — поэт гениальный и удивительный. Ему удалось передать в стихотворении сокровенные человеческие чувства, удалось нарисовать живописную картину природы во всей ее прелести и очаровании.

История России и поэт

Есенин, не сворачивая, идет одной дорогой вместе со своей Родиной, со своим народом. Поэт предчувствует великие перемены в жизни России:

Сойди, явись нам, красный конь!

Впрягись в земли оглобли...

Мы радугу тебе — дугой,

Полярный круг — на сбрую.

О, вывези наш шар земной

На колею иную.


В автобиографии Есенин пишет: “В годы революции был всецело на стороне октября, но принимал все по-своему, с крестьянским уклоном". Он принял революцию с неописуемым восторгом:

Да здравствует революция

На земле и на небесах!

В поэзии Есенина появляются новые черты, рожденные революционной действительностью.

Стихи Есенина отражают все противоречия раннего периода становления советов в стране. Буйный революционный пафос в начале 20-х годов, когда в жизнь проводилась новая экономическая политика, сменился пессимистическими настроениями, которые отразились в цикле “Москва кабацкая".

Поэт не может определить своего места в жизни, чувствует растерянность и недоумение, страдает от сознания душевной раздвоенности:

Россия! Сердцу милый край!

Душа сжимается от боли.

Уж сколько лет не слышит поле

Петушьи пенья, песий лай.

Уж сколько лет наш тихий быт

Утратил мирные глаголы.

Как оспой, ямами копыт

Изрыты пастбища и долы.

Какая боль чувствуется в трагедийной песне поэта о междоусобном раздоре, который рвет “страну родную в край из края", тревога за будущее России. Мучительно встает перед ним вопрос: “Куда несет нас рок событий?”

Ответить на этот вопрос было нелегко, именно тогда и происходит ломка в духовном восприятии поэтом революции, рухнули его утопические планы. Есенин думает и страдает об обреченной деревне:

Только мне, как псаломщику, петь

Над родимой страной аллилуйя.

Ход времени неутомим, и Есенин это чувствует, все чаще появляются строки, полные душевного смятения и тревоги:

Я последний поэт деревни,

Скромен в песнях дощатый мост.

За прощальной стою обедней

Кадящих листвой берез.

Противоречивость Есенина наиболее драматично сказывается в его раздумьях о будущем деревни. Все ярче проявляется приверженность поэта к крестьянству.

В стихах Есенина слышится тоска по природе, которую потеряет цивилизация.

Незабываем есенинский “красногривый жеребенок”:

Милый, милый, смешной дуралей,

Ну куда он, куда он гонится?

Неужель он не знает, что живых коней

Победила стальная конница?

У Есенина противопоставление города и деревни приобретает особенно обостренный характер. После заграничной поездки Есенин выступает как критик буржуазной действительности. Поэт видит пагубное воздействие капиталистического уклада на души и сердца людей, остро чувствует духовное убожество буржуазной цивилизации. Но заграничная поездка оказала свое влияние на творчество Есенина. Он вновь вспоминает знакомую ему с юности “тоску бесконечных равнин”, но теперь, однако, его уже не радует “тележная песня колес”:

Равнодушен я стал к лачугам,

И очажный огонь мне не мил,

Даже яблонь весеннюю вьюгу

Я за бедность полей разлюбил.

Картины прошлого вызывают страстную жажду обновления родной деревни:

Полевая Россия! Довольно

Волочиться сохой по полям!

Нищету твою видеть больно

И березам и тополям.

Я не знаю, что будет со мною...

Может, в новую жизнь не гожусь,

Но и все же хочу я стальною

Видеть бедную, нищую Русь.

Не эта ли обжигающая сердце и душу правда чувств особенно дорога нам в стихах Есенина, не в этом ли подлинное величие поэта?

Сергей Есенин глубоко знал крестьянскую жизнь России, и это способствовало тому, что он смог стать истинно народным поэтом.

О чем бы ни писал Есенин: о революции, о крестьянском укладе жизни — он все равно возвращается к теме родины. Родина для него является чем-то светлым и писать о ней — смысл всей его жизни:

Я люблю родину,

Я очень люблю родину!.. .

Родина и тревожит, и успокаивает поэта. В его лирических произведениях звучит безграничная преданность Родине, преклонение перед ней:

Но и тогда,

Когда во всей планете

Пройдет вражда племен,

Исчезнет ложь и грусть, -

Я буду воспевать

Всем существом в поэте

Шестую часть земли

С названьем кратким “Русь".

Из есенинских стихов встает образ поэта-мыслителя, кровно связанного со своей страной. Он был достойным певцом и гражданином своей Родины. По-хорошему он завидовал тем, “кто жизнь провел в бою, кто защищал великую идею", и с искренней болью писал “о днях, растраченных напрасно”:

Ведь я мог дать

Не то, что дал,

Что мне давалось ради шутки.

Есенин был яркой индивидуальной личностью. По словам Р. Рождественского, он обладал “тем редким человеческим свойством, которое называют обычно смутным и неопределенным словом “обаяние”… Любой собеседник находил в Есенине что-то свое, привычное и любимое, — ив этом тайна такого могучего воздействия его стихов".

Сколько людей согревали свои души у чудодейственного костра поэзии Есенина, сколько наслаждались звуками его лиры. И как часто они были невнимательны к Есенину-человеку. Может быть, это и погубило его. “Мы потеряли великого русского поэта… ” — писал М. Горький, потрясенный трагическим известием.

Заключение

Лишь в последнее десятилетие в печати появились новые версии о причине гибели С.А. Есенина. Все они сводятся в основном к тому, что поэт не покончил жизнь самоубийством, а был убит. Основой для них служат воспоминания современников, изучение политической обстановки в стране, сопоставление событий последних дней жизни Сергея Есенина, анализ документов, фотографий и посмертных масок поэта.

Расследовать это дело непросто. Сколько людей, знавших хорошо Сергея Есенина и намеревавшихся опубликовать о нем воспоминания, трагически погибло. Юрий Изряднов, сын поэта, был расстрелян в 1937 году. Убита и вторая жена Есенина Зинаида Райх, собиравшаяся написать о нем воспоминания.

Остаются лишь документы, которые были составлены на месте события.

«Акт о самоубийстве Есенина» составил приехавший в гостиницу участковый надзиратель второго отделения Ленинградской милиции Н. Горбов (орфография и пунктуация сохранены):

«Прибыв на место мною был обнаружен висевший на трубе центрального отопления мужчина в следующем виде, шея затянута была не мертвой петлей, а только одной правой стороной шеи, лицо обращено к трубе и кистью правой руки схватился за трубу, труп висел под самым потолком и ноги от пола были около 1,5 метров, около места, где обнаружен был повесившийся лежала опрокинутая тумба, а канделябр, стоящий на ней, лежал на полу. При снятии трупа с веревки и при осмотре его было обнаружено на правой руке выше локтя с ладонной стороны порез, на левой руке на кисти царапины, под левым глазом синяк, одет в серые брюки, ночную белую рубашку, черные носки и черные лакированные туфли. По представленным документам повесившийся оказался Есенин Сергей Александрович писатель...»

Картина, по мнению современных исследователей, получилась довольно странная. Синяк под левым глазом, петля, предназначенная, кажется, лишь для того, чтобы удержать тело в висячем положении, рука, обхватившая трубу центрального отопления, — все это должно было породить определенные сомнения. К тому же, при росте Есенина примерно 168 см и высоте потолков в «Англетере» пять метров поэт должен был совершить огромный прыжок в высоту и успеть обернуть ремень от чемодана вокруг трубы. Если же предположить, что он сначала встал на тумбу, высота которой не превышает полутора метров и которую нашли опрокинутой, то и тогда он должен был подпрыгнуть вверх на 1,5 метра, закрепить ремень, потом обмотать его вокруг шеи и соскочить вниз, причем тумба должна была упасть где-то рядом. Но ее нашли поодаль прислоненной к шкафу.

Несмотря на эти и другие вызывающие вопросы моменты, участковый надзиратель выводит: «Акт о самоубийстве»...

Когда в 4 часа дня тело отправляли в Обуховскую больницу для вскрытия, оказалось, что поэта нечем укрыть: исчез его пиджак. Когда и куда — неизвестно. Устинова достала откуда-то кимоно, а «Борису Лавреневу пришлось написать расписку от правления Союза писателей на взятую для тела простыню». Вскрытие тела С. Есенина было произведено судмедэкспертом Александром Григорьевичем Гиляревским 29 декабря 1925 г. Результаты вскрытия были изложены в «Акте».

Пиджак, считается, на самом деле был, но исчез из номера Есенина. Его так и не нашли. Что касается «багровой полосы», то, по данным акта эксперта, это была «вдавленная борозда длиной около 4 см и шириной 1,5 см на лбу» и появилась она «от давления при повешении». Исследователь жизни и творчества Есенина Н. Сидорина считает, что на лбу поэта была «не „вдавленная борозда“, а глубочайшая рана… На фотографиях зияет абсолютно круглая дыра под правой бровью как продолжение борозды… Поскольку след от удара или от пули почти сливается с бороздой, на него и не обращали внимания в течение 60 лет. Годы репрессий, застоя. Но посмертная маска Есенина ужасает всех, кто ее видел».

После гибели поэта со слов очевидцев в печать проникли весьма интересные сведения. О том, что на правой руке Есенина был кровавый след, что в комнате стоял полнейший разгром, и особенно важно упоминание о восковом, бледном цвете лица предполагаемого самоубийцы, совершенно не свойственном для тех, кто лишает себя жизни через повешение. В одну из газет проникло сообщение о лезвии бритвы и воротничке, аккуратно положенных на столе в номере гостиницы. Журналисты предположили, что Есенин сначала вскрыл вену, но не хватило мужества, и он повесился. Но тогда Есенин с разрезанной веной должен был искать веревку, привязывать ее высоко над головой, так что кровь должна была залить и его, и веревку. Однако об этой детали в акте Н. Горбова — ни слова.

Что касается веревки, точнее, ремня от чемодана, то петля, как следует из акта судмедэкспертизы, не захватила шею. И участковый надзиратель Н. Горбов засвидетельствовал, что «шея была затянута не мертвой петлей». По мнению исследователей, это указывает на то, что смерть наступила не от того, что Есенин задохнулся в петле. Подтверждением для них этому служит и то, что никто из очевидцев не сказал о том, была ли на шее поэта странгуляционная борозда, которая очень ярко должна была выделяться на шее повесившегося. Остается гадать, была ли причиной смерти пресловутая «вдавленная борозда» на лбу, или Есенин был подвешен к трубе отопления уже в полубессознательном состоянии, сжимая рукой трубу инстинктивно. Или что-то еще...

Медики и исследователи творчества поэта С. Демиденко и Ф. Морохов считают, что С. Есенин был избит, серьезно ранен, а затем задушен подушкой, а самоубийство — только инсценировка.

Версия Хлыстова.

В 1985 году по всем этим фактам, документам за дело взялся следователь Хлыстов. Ему анонимно прислали фотографию, Сделанную после смерти поэта. По всем выше перечисленным фактам Хлыстов составил сою версию смерти Есенина.

По мнению следователя, версия самоубийства, не имеет под собой никаких очевидных доказательств, а одни опровержения — рука, сжимавшая трубу, напряженные мышцы шеи, и «неудачная» первая попытка с надрезом вен, причем он порезал себе правую руку, являясь правшой, не говоря уже о синяках, якобы «незамеченных» до этого. Есть даже свидетельство о том, как двое мужчин выходили из его номера.

По, мнению следователя, на самом деле следующее, двое мужчин, скорее всего знакомые поэту, беседовали с ним, причем один сидел напротив стола, за которым сидел Есенин, а второй подошел к Есенину сзади, и накинул ему на шею удавку. И синяки на лице Есенина объясняются тем, что поэт, сопротивляясь, «сдвинул» удавку с шеи на губу. Видя такое сопротивление, второй человек ударил поэта тяжелым предметом по голове, и, пока он был без сознания, его задушили и повесили.

Есенин ушел из жизни, но живет неповторимое песенное есенинское слово. Казалось бы, все, о чем рассказывает Есенин в стихах, он рассказывает о себе. Но все это глубоко волнует каждого из нас. За личной судьбой поэта встает его время, его эпоха. Из далеких двадцатых годов поэт незримо шагнул в наше время и дальше в будущее.

Время не властно над поэзией Есенина. Давно ушли в прошлое многие события, волновавшие поэта, изменилась реальность, питавшая его стихи. Но каждое новое поколение открывает для себя в Есенине нечто близкое и дорогое, потому что его поэзия рождена любовью к человеку, сочувствием к нему, высокими гуманистическими идеалами.

Список используемой литературы

1. С.А. Есенин Сочинения. // Художественная литература 1988 г.

2. Э. Хлыстаков. Неизвестный С. Есенин. // Москва 1990 г.

3. А.Л. Казаков. Как жил Есенин. // 1991 г.

4. И. Лысцов. Убийство С. Есенина. // Молодая гвардия 1990 г.

5. И. Эренбург. Смерть Есенина // Лит. Россия 1990 г.

еще рефераты
Еще работы по литературе: зарубежной