Реферат: Проблема "героя времени"

Введение

Темакурсовой чрезвычайно актуальна т.к. Тургенев задумал Рудина как выразителяисторической задачи своего поколения. Можно предположить, что такой герой могбы появиться в настоящее время.

         Самой важной из общественныхпроблем времен Тургенева была проблема «лишнего человека». «Лишний человек»оказывается предметом дискуссии, в ходе, которой сталкиваются различные точкизрения, эти дискуссии непременно возникнут и в третьем тысячелетии. Потому, чтоспоры о «герое времени» будут существовать всегда т.к. «герой времени» являетсяотражением всего происходящего.

         Цель данной работы — раскрытьтему и выявить проблему

«героя времени».

         Данная курсовая работа имеетследующее построение: она включает в себя три главы. В первой — раскрываетсяистория создания романа.

         Тургенев долго колеблется воценке исторической роли Рудина, и поэтому дважды перерабатывал роман. Преждевсего, он стал перерабатывать страницы, посвященные юношеским годам Лежнева иРудина, а затем эпилог романа. Время от времени он прочитывал Некрасову главы истраницы, написанные заново, и встречал горячее одобрение с его стороны.

         Дружеские советы помоглимногое уяснить Тургеневу, Некрасов в одном из писем предрекал, что «выйдетзамечательная вещь. Здесь в первый раз Тургенев явится самим собою… эточеловек, способный дать нам идеалы, насколько они возможны в русской жизни».

          В свою очередь глава подразделяется на раздел,который называется «Прототип главного героя»

         Прототипом главного герояявился Михаил Бакунин, близкий друг Тургенева по московскому кружку Станкевича.Не бесследно прошли для писателя годы дружбы с Михаилом Бакуниным. Он воплотилв Рудине многие черты внешнего и внутреннего облика Бакунина.

«Я в Рудинепредставил довольно верно его портрет»,- указывал позднее Тургенев. И этодействительно удалось ему. «Я никогда не мог творить из головы, — признавалсяТургенев. — Мне для того, чтобы вывести какое-нибудь вымышленное лицо,необходимо избрать себе живого человека, который служил бы мне как быруководящей нитью».

         Вторая глава — самая важная,она раскрывает тему курсовой. Вопрос о познании потребностей будущего своегонарода выдвигается в романе «Рудин» как основной вопрос времени, и что оченьважно в прямую зависимость от него ставится вопрос о предназначении человека.

         Передовые люди 40-х годовискали выхода то в философии, то в искусстве. Они очень много читали, умелитонко воспринимать прекрасное в природе и в человеке, своим восторженнымотношением к искусству увлекали других. Они превзошли своих дряблых и анемичныхпредшественников тем, что их горячее слово жадно слушала молодежь.

         Рудин умен, талантлив,благороден, в нем не угас огонь любви к истине, он готов всегда «жертвоватьсвоими личными выгодами», он с увлечением говорит о высоком призвании человека.Такие как Рудины, убеждал Тургенев своим романом, готовили почву для грядущихбоев. Выявив же их недостатки, писатель этим помогал преодолению их. Таким помнению Тургенева должен быть герой нового времени.

          Третьяглава, которая повествует о судьбе «лишнего человека», как об образе колоритноми противоречивом. Герцен настаивал на необходимости отличать «лишних людей»прошлого — «без вины виноватых», от «лишних людей» нынешних, «отопрелых, нервнорасслабленных юношей, теряющихся перед упругостью практической работы и чающихдарового разрешения трудностей и ответов на вопросы, которые они иногда ясно немогли поставить».

        

Прошломного лет, а вопрос о положительном значении героя тургеневского романа непереставал волновать лучших людей России. В романе «Рудин» И.С. Тургеневпытается осмыслить свою эпоху, выделив в ней самое важное. А самой важной изобщественных проблем недавнего прошлого становится для него проблема «лишнегочеловека».  

         В заключении говорится означении романа. Рудин не может быть героем нового времени, но он сделал всевозможное в его положении, чтобы такие герои появились.

                Для работынад данной курсовой были взяты следующие источники:

·<span Times New Roman"">       

П.Г. Пустовойт «И.С. Тургенев-художник слова»;

·<span Times New Roman"">       

Юрий Лебедев «Тургенев»;

·<span Times New Roman"">       

Галина Винникова «Тургенев и Россия».

                Наиболее полно раскрыть суть темы курсовой, проблемыгероя времени в романе И.С. Тургенева «Рудин», помогла книга Галины Винниковой«Тургенев и Россия». В ней отражена драматическая судьба тургеневскогопоколения. Так, обобщив в образе Покорского лучшие черты поколения Рудина иЛежнева, Тургенев создал еще один тип деятеля русского освободительногодвижения, демократизм и активное начало которого были наиболее близки тем, ктов конце пятидесятых годов выходил на арену политической борьбы.

         Писатель теперь как бырасширил рамки изображения поколения, разбуженного декабристами. Онохарактеризовал его и глубже и с самых разных сторон.

         При этом, он как бы подчеркнули связь между поколением уходившим в жизнь, что было замечено еще егосовременниками.

         Книга очень хорошо раскрываетобраз «лишних людей». В период нарастания революционной ситуации в 1859-1860годах представители революционно-демократической критики, которые в моментвыхода романа отнеслись к нему положительно, теперь увидев в «лишних людях»предшественников враждебных им либералов, изменили и свое отношение к Рудину.

         Вокруг «лишних людей» исвязанной с ними проблемой 30-40-х годов вспыхнула полемика между Чернышевскими Добролюбовым, с одной стороны, и Герценом, с другой.

         Герцен утверждал: «…времяОнегиных и Печориных прошло. Теперь в России нет лишних людей, теперь к этимогромным запашкам рук недостает. Кто теперь не найдет дела, …тот в самом делепустой человек…»

1. История создания романа

          Впервыероман был напечатан в журнале «Современник», 1856, №№ 1 и 2.

На рукописи авторская пометка:«Рудин. Начат 5 июня 1855 года, в воскресенье, в Спасском, кончен 24 июля 1855г., в воскресенье, там же, в 7 недель. Напечатан с большими прибавлениями вянварской и февральской книжках «Современника» за 1856 год.

         Под «большими прибавлениями»Тургенев подразумевает свои переработки отдельных глав романа и дописываниеновых при подготовке «Рудина» к печати.

          <span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA">[1]Писалон этот роман очень «деятельно», «трудился так, как еще ни разу в жизни нетрудился», писал его «с любовью и обдуманностью».

          То было время «самопознания и критики», когдаон весь был поглощен обдумыванием замысла романа — к этому моменту как раз былзакончен его план, предваренный списком персонажей, — Тургенев писал: «Бываютэпохи, где литература не может быть толькохудожеством — а есть интересы высшие поэтических интересов. Момент самопознанияи критики так же необходим в развитии народной жизни, как и в жизни отдельноголица…».

          1855год внезапно обрушил на Тургенева такой противоречивый поток жизненныхвпечатлений, столкнул его с такими конфликтами, что волей- неволей  приходилось задумываться и о себе, и о людяхсвоего поколения. Время ставило перед ними решительные и прямые вопросы, требуяот них столь же решительного и последовательного действия. Разговоры и споры втесном кругу единомышленников, некогда определявшие смысл существованиякультурной части русского дворянства, теперь никого не могли удовлетворить.Время «слова» уходило в прошлое, сменялось новой эпохой, звавшей мыслящегочеловека на дело, на практическое участие в политической жизни страны. Вобществе назревали крутые перемены, касавшиеся в первую очередь судьбы двухсословий России- дворянства и крестьянства.

         В такой историческойатмосфере, летом 1855 года, Тургенев приступил к работе над романом «Рудин»,произведением во многом автобиографическим. Главный герой его — человектургеневского поколения, сформировавшийся в конце 30-х — начале 40-х годов,один из лучших представителей культурного дворянства. Рудин получил блестящееобразование сначала в кружке Покорского (прототип Н.В. Станкевич), а потом вБерлинском университете. В облике Рудина современники узнавали друга ТургеневаМ.А. Бакунина, хотя в процессе работы над романом Тургенев и пытался затушеватьчерты сходства с ним.

         Тургенева волновал вопрос, чтоможет сделать дворянский герой в условиях, когда перед обществом встали конкретныепрактические задачи. Сначала роман назывался «Гениальная натура». Под«гениальностью» Тургенев понимал способность к просвещению, разносторонний ум иширокую образованность, а под «натурой» — твердость воли, острое чувствонасущных потребностей общественного развития, умение претворять слово в дело.

         По мере работы над романом этозаглавие перестало удовлетворять Тургенева. Оказалось, что применительно кРудину определение «гениальная натура» звучит иронически: в нем есть«гениальность», но нет «натуры», есть талант пробуждать умы и сердца людей, нонет сил и способностей вести их за собой.

          Ссередины 1855 года друзья Тургенева по «Современнику» с нетерпением ждали егоприезда в Петербург. Они уже знали, что он написал роман, и горели желаниемскорее услышать его.

         После чтения «Рудина» вредакционном кружке (а состоялось оно в первые же дни приезда писателя вПетербург в октябре 1855 года) у друзей Тургенева возникли пожелания, чтобы онотчетливее оттенил фигуру главного героя. Некрасову и некоторым другимлитераторам был ясен и подтекст романа, и сложность исторического фона, накотором развертывался сюжет, и значение деятельности тех лиц, которые послужилиавтору прототипом (Бакунин, Станкевич и др.).

          <span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA">[2]Дружескиесоветы помогли многое уяснить Тургеневу. И он принял их, как всегда, «безпризнака самолюбивого укола». Его постоянная готовность проверять себясказывалась в частности в том, что он редко отдавал печатать свои произведения,не выслушав мнения тех, кому доверял.

          Прежде всего, он стал перерабатывать страницы,посвященные юношеским годам Лежнева и Рудина, а затем эпилог романа. Время отвремени он прочитывал Некрасову главы и страницы, написанные заново, и встречалгорячее одобрение с его стороны. Сообщая о работе Тургенева над эпилогом,Некрасов в одном из писем предрекал, <span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA">[3]что«выйдет замечательная вещь. Здесь в первый раз Тургенев явится самим собою… эточеловек, способный дать нам идеалы, насколько они возможны в русской жизни».

         Появление романа в печати вызваломного толков и споров в литературных кругах и среди читателей.

         Критик «Отечественныхзаписок» рассматривал Рудина лишь как бледную копию предшествующих героеврусской литературы — Онегина, Печорина, Бельтова. Ему возражал Чернышевский в«Современнике», отмечая, что Тургенев сумел показать в образе человека новойэпохи общественного развития. Сопоставив Рудина с Бельтовым и Печориным,Чернышевский подчеркнул, что «это люди различных эпох, различных натур, — люди,составляющие контраст один другому».

         В кратком, но интересномотзыве Некрасова раскрыт глубокий смысл тургеневского романа, в которомписатель изобразил лучших людей, «стоящих еще недавно во главе умственного ижизненного движения… Эти люди имели большое значение, оставили о себе глубокиеи плодотворные следы. Их нельзя не уважать, несмотря на все их смешные илислабые стороны. Они, вообще говоря, оказывались несостоятельны при практическомприложении своих идей к делу, — отчасти потому, что еще недостаточноприготовлена была почва к полному осуществлению их идей, отчасти потому, что,развившись более с помощью отвлеченного мышления, нежели жизни, которая даваладля их воззрений и чувств одни отрицательные элементы, они действительно жилиболее всего головою… Эту отрицательную сторону полно и прекрасно изобразилТургенев. Не столь ясно и полно выставлена им положительная сторона в типе«Рудиных».

         Почему же это произошло?Некрасов знал, какие рифы должен был обойти Тургенев при создании центральногообраза романа. Ведь поэт был в известной мере свидетелем последнего этапатворческой истории «Рудина». Он дал понять в своей рецензии, что не все тутзависело от авторской воли.

         Некрасов высказалпредположение, что автор романа, «сознавая в себе очень сильное сочувствие ксвоему герою, опасался увлечения, излишней идеализации и вследствие того иногданасильственно старался смотреть на него скептически. Оттого характер Рудинадействительно не столь отчетливо представлен… Но не ясность его, однако же, нетак велика, чтобы трудно было читателю угадать и те его черты, которыеоставлены несколько туманными».

         Здесь Некрасов имел в видуфинальную часть романа, где Рудин предстает скитальцем, когда все планы егорушились один за другим. Он на подозрении у властей, его отправляют на жительствов деревню, но проступок, за который он подвергается гонению, преднамереннозатушеван, остается не вполне ясным для читателя.

         «Мы не все стороны его жизнизнаем одинаково хорошо; но тем не менее, он живой является нам, и появлениеэтой личности… при всех своих недостатках, производит на читателей впечатлениечрезвычайно сильное и плодотворное, какого очень давно уже не производила ниодна русская повесть».

         Заканчивая рецензию, Некрасоввыражал уверенность, что для Тургенева «начинается новая эпоха деятельности,что его талант приобрел новые силы, что он даст нам произведения еще болеезначительные, нежели те, которыми заслужил в глазах публики первое место внашей новейшей литературе после Гоголя».

         <span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA">[4]Вписьме к Тургеневу Сергей Тимофеевич Аксаков говорил о жизненности изображениятипа Рудина и отметил, что роман «возбуждает много не мелких вопросов ираскрывает глубокие тайны духовной природы человека».

         Салтыков — Щедрин внекрологе Тургеневу назвал Рудина, наряду с Базаровым и Инсаровым, носителемдобрых чувств, подлинным мучеником.

         Надо заметить, что Тургеневпервый в русской литературе нарисовал картину гибели на баррикаде передовогорусского человека за общее революционное дело.

         И знаменательно, что вглазах своих современников Тургенев стал политическим деятелем именно споявлением «Рудина», который был воспринят всеми передовыми людьми как большоеобщественное явление.

         «Приближалось  — свидетельствует, вспоминая об этой поредеятельности Тургенева,<span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA">[5]Анненков,- время общественных, в прямом смыслеслова романов и для Тургенева, превративших его в политического деятеля. Ононачалось с появления повести «Рудин» Впервые является тут почти историческоелицо, давно занимавшее как самого автора, так и русское общество, своим смелоотрицательным, пропагандирующим характером».

         Опубликование «Рудина» былобольшой радостью для Тургенева. Однако это была, пожалуй, единственная радость,которую принес ему 1856 год.

1:1 Прототип главного героя

          Кработе над романом «Рудин» Тургенев приступил в 1855 году в разгар Крымскойвойны. Смерть Николая <span Times New Roman""><span Times New Roman"">І

возродила надежды и силы передовых людей,открыла перед писателями возможность более глубокого изображения жизни России.Отошедшая в прошлое эпоха сороковых годов еще ждала своего художника.

         Чуткость Тургенева кобщественным веяниям, его способность угадывать потребности века подсказалиему, что настало время показать в художественных образах  пройденный этап исторического развития, тесносвязанный с настоящим и будущим родины.

         Рудин должен был явиться, помысли автора, завершающей типической фигурой передового дворянскогоинтеллигента сороковых годов со всеми сильными и слабыми сторонами его натуры.

         Никто из беллетристов не могбы выполнить эту задачу так успешно, как Тургенев. Ведь он был не тольковнимательным свидетелем, но в известной мере и участником того идейногодвижения, в котором блистали имена друзей его юности: Станкевича, Грановского,Бакунина.

         Молодые годы Тургенева прошлив стенах трех университетов — Московского, Петербургского и Берлинского. СМосковским тесно связано было имя Станкевича, сумевшего объединить в своемкружке лучших представителей университетской молодежи

         В Петербурге началась дружбаТургенева с будущим выдающимся профессором истории Грановским. Потом судьбаопять соединила юношей в Берлинском университете, где Грановский познакомилТургенева со Станкевичем.

         В это время из России в Берлинприехал слушать университетские лекции близкий друг Станкевича по московскомукружку Михаил Бакунин, ставший в последствии известным революционером. Здесь онузнал Тургенева — они как бы протянули руки друг другу.

         Натуры их были совершенноразличны; насколько Иван Сергеевич был мягок, уступчив, нерешителен, настолькоМихаил Бакунин — энергичен, настойчив, деятелен. Но противоположностьхарактеров не помешала им сойтись и полюбить друг друга. Поселившись вместе водной квартире, они работали с утра до позднего вечера. Отдыхая, усаживались зашахматы или проводили время в прогулках и разговорах. С жадным вниманием слушалТургенев рассказы Бакунина о встречах его в Москве с Белинским, Герценом,Станкевичем…

          <span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA">[6]Бакунинобладал способностью заражать окружающих энтузиазмом, целеустремленностью,увлекать их в сферы высших интересов. Но все же долго сохранять равныеотношения с ним было трудно из-за противоречивости его сложной натуры. Сначалаон покорял людей глубоким умом, богатством природных дарований, порывамисильной души. Но по мере того как проступали теневые стороны его характера — себялюбие,деспотизм, пренебрежение к окружающим, — друзья или охладевали к нему, илирезко порывали с ним.

         Так произошло в конце концов,и в этом случае. Дружба Тургенева и Бакунина стала постепенно ослабевать.

         <span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA">[7]…Казалось, все это было так недавно. А многое уже отошло в историю. «Иных ужнет, а те далече…» Нет Станкевича и Белинского, Герцен в изгнании, Бакунин вказемате Шлиссельбургской крепости. В год написания «Рудина» уходит из жизниГрановский…

         И вот в середине пятидесятыхгодов в журнале «Современника» появляются почти одновременно три крупныхпроизведения, посвященных эпохе предшествующего десятилетия, — поэма Некрасова«Саша», роман Тургенева «Рудин» и «очерки гоголевского периода русскойлитературы» Чернышевского.

          Этистоль различные по жанру произведения внутренне перекликаются между собой. Неслучайно, заканчивая пятую статью «Очерков гоголевского периода», гдерассказывается история кружка Станкевича- Белинского, Чернышевский адресуетчитателей к роману Тургенева. «И кто хочет перенестись, — говорит он, — насколько минут в их благородное общество, пусть перечитает в «Рудине» рассказЛежнева о временах его молодости и удивительный эпилог повести г. Тургенева».

         Автору «Рудина» хорошо былазнакома атмосфера студенческого кружка Покорского, где протекли молодые годыего героя. «Когда я изображал Покорского, — рассказывал Тургенев, — образСтанкевича носился передо мной».

         А рядом вставал другой образ,фигура центрального лица романа. Не бесследно прошли для писателя годы дружбы сМихаилом Бакуниным. Теперь ему хотелось воплотить в Рудине многие чертывнешнего и внутреннего облика Бакунина.

         «Я в Рудине представилдовольно верно его портрет», — указывал позднее Тургенев. И это действительноудалось ему, если говорить о характере, о наружности, о манере поведения и опривычках его героя. Но портрет не мог быть полным и законченным, потому что невозможно было показать Бакунина- революционера, показать его в действии, дажесмутно намекнуть на его революционную деятельность было опасно, многое должнобыло остаться недосказанным или завуалированным. Путь прямого биографическогоповествования неизбежно привел бы писателя к неразрешимым трудностям.

         И он, поэтому сознательнооставляет в стороне политическую деятельность Бакунина, рисуя Рудинаидеалистом- просветителем, обреченным на мучительное бездействие вкрепостнической России.

    

Теряябиографическое сходство с Бакуниным, образ Рудина, в который автор принес чертыи некоторых других деятелей той эпохи, приобретал благодаря этому типический характер.<span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA">[8]«Ведь… Рудин — это и Бакунин, и Герцен, и отчасти сам Тургенев, а эти люди…недаром прожили свою жизнь и оставили для нас превосходное наследство», — замечает Максим Горький.

         «Я никогда не мог творить изголовы, — признавался Тургенев. — Мне для того, чтобы вывести какое-нибудьвымышленное лицо, необходимо избрать себе живого человека, который служил бымне как бы руководящей нитью».

         Внешне Рудин имеет много общихчерт с Бакуниным: «Курчавый, смуглый, с лицом неправильным, но выразительным иумным, с жидким блеском в быстрых, темно-синих глазах, с прямым широким носом икрасно очерченными губами». Сходство с Бакуниным обнаруживается и в салонном,полупоэтическом, полуфилософском красноречии Рудина, в его умении <span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA">[9]«пришпиливатьслово, как бабочку булавкой».

         Друзья Тургенева, неразделявшие его ранних симпатий к Бакунину, сделали ряд критических замечаний,подчеркнув при этом, что в образе Рудина Бакунин слишком идеализирован.Тургенев согласился с ними и решил переделать роман. В процессе этойпереработки писатель допустил крайность: темные краски при описании героя настолько были сгущены, что Рудин предстал чуть ли не фанфароном и лицемером.Тургенев сам испугался своего героя и необъективности авторского отношения кнему и снова решил подвергнуть роман исправлению. Все эти переработки не моглине сказаться на идейном содержании и на композиции романа, не могли не породитьряд противоречий в характере главного героя и в отношении к нему других персонажей.

         Противоречия в характереРудина и оценке его деятельности автором следует рассматривать в связи сидейной борьбой эпохи как отражение жизненных противоречий той поры (впротивном случае Тургенев не соглашался бы с различными мнениями друзей, из которыхкаждый подмечал кое-что существенное). Вместе с тем нельзя сводить типическийобраз Рудина только к его прототипу Бакунину, ибо Рудин, как и всякий тип,значительно шире своего прототипа.

         В письме к М.А. Маркович онсообщал: «Что за человек Бакунин, спрашиваете Вы? Я в Рудине представилдовольно верный его портрет: теперь это Рудин, не убитый на баррикаде». Однако Тургенев никогда не считал, чтоРудин- копия Бакунина. Вот что по этому поводу он писал С.Т. Аксакову: «Мнеприятно <…> что Вы не ищете в Рудине копии с какого-нибудь известноголица».

2. Герой времени — Рудин

В конце40-х и в первой половине 50-х годов в связи с углублением кризисафеодально-крепостнического строя усиливается борьба междулиберально-дворянскими и революционно-демократическими тенденциями в русскомобществе. В различных слоях русской интеллигенции разгораются ожесточенныеспоры по целому ряду общественных вопросов: о необходимости отмены крепостногоправа, о путях дальнейшего развития России, об отношении русских людей кзападной культуре, к наследию исторического прошлого своей родины, наконец, олюдях-героях эпохи, которым может принадлежать будущее. В русском обществе вэти годы обнаруживается несколько течений философской и политической мысли.

         В этой сложной историческойобстановке Тургенев пытается найти положительного героя эпохи.«Тургенева-романиста следовало бы назвать летописцем идейно-общественногодвижения в России, — пишет Н.И. Пруцков. — Он запечатлел разные эпохи в этомдвижении. Период идей дворянского просвещения, период Рудиных, у него сменилсяпериодом идей народнических». Поэтому вполне естественно, что в романахТургенева нет широких картин быта и нравов помещичьего и чиновничьего общества,как это встречается у Гончарова. Для Тургенева повседневный быт всего лишь фон,а не один из главных объектов изображения.

          <span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA">[10]«Рудин»открывается контрастным изображением нищей деревни и дворянской усадьбы. Однаутопает в море цветущей ржи, другая омывается волнами русской реки. В одной — разорениеи нищета, в другой — праздность и призрачность жизненных интересов. Причемневзгоды и беды «забытой деревни» прямо связаны с образом жизни хозяевдворянских гнезд. Умирающая в курной избе крестьянка просит не оставить безприсмотра свою девочку-сиротку: «Наши-то господа далеко…»

         Здесь же читатель встречаетсяс Лежневым и Пандалевским. Первый- сгорбленный и запыленный, погруженный вбесконечные хозяйственные заботы, напоминает «большой мучной мешок». Второй-воплощение легкости и беспочвенности: «молодой человек небольшого роста, влегоньком сюртучке на распашку, легоньком галстучке  и легонькой серой шляпе, с тросточкой вруке». Один спешит в поле, где сеют гречиху, другой — за фортепиано, разучиватьновый этюд Тальберга.

         Пандалевский — человек-призракбез социальных, национальных и семейных корней. Даже речь его — парадокс. Он«отчетливо» говорит по-русски, но с иностранным акцентом, причем невозможноопределить, с каким именно. У него восточные черты лица, но польская фамилия.Он считает своей родиной Одессу, но воспитывался в Белоруссии. Столь женеопределенно и социальное положение героя: при Дарье Михайловне Ласунской онне то приемыш, не то любовник, но скорее всего — нахлебник и приживала.

         Черты «беспочвенности» вПандалевском абсурдны, но по-своему символичны. Своим присутствием в романе оноттеняет призрачность существования некоторой части состоятельного дворянства.Тургенев искусно подмечает во всех героях, причастных к кружку ДарьиМихайловны, нечто «пандалевское».

         Есть скрытая ирония, чтоожидаемого в салоне Дарьи Михайловны барона Муффеля «подменяет» Дмитрий Рудин.Впечатление диссонанса рождает и внешний облик героя: «высокий рост», но«некоторая сутуловатость», «тонкий голос», несоответствующий его «широкой груди»,-и почти символическая деталь — «жидкий блеск его глаз».

         Рудин умен, талантлив,благороден, в нем не угас огонь любви к истине, он умеет зажечь этот огонь вдругих людях (Наталья, Басистов); он с увлечением говорит о высоком призваниичеловека, о значении науки и просвещения, о будущности своего народа, критикуетбесплодный скептицизм, клеймит позором малодушие и лень, любит музыку, ценитпоэзию, красоту, готов всегда «жертвовать своими личными выгодами», обладаетудивительной способностью схватывать в проблеме главное. Лежнев так говорит обэтой его способности:<span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA">[11]«Стройный порядок водворялся во всем, что мы знали, все разбросанное вдругсоединялось, складывалось, вырастало перед нами, точно здание, все светлело,дух веял всюду… Ничего не осталось бессмысленным, случайным: во всемвысказывалась разумная необходимость и красота…».

         Рудин получил прекрасноеобразование. Он учился в Московском, Гейдельбергском и Берлинскомуниверситетах. Он увлекался философией Гегеля и, подобно многим современникамТургенева, стал гуманистом и просветителем. Рудин- первый герой Тургенева,которого писатель вывел из круга личных переживаний.

         Рудин во всем был сразупоставлен писателем выше своих предшественников.

         Из прочитанного Рудин умелизвлекать «все общее, хватался за самый корень дела и уже потом проводил отнего во все стороны светлые, правильные нити мысли, открывал духовныеперспективы». Он умел заставлять своих слушателей почувствовать себя «как быживыми сосудами вечной истины, орудиями ее, признанными к чему-то великому».

         Страстный пропагандист икрасноречивый оратор, Рудин, веря в то, что ему открылись многие великиеистины, умел увлекать сердца, умел заставлять верить. А он знал, что человекдолжен верить в себя, в силу своего ума.

         Онговорит: «…людям нужна эта вера: им нельзя жить одними впечатлениями, им грешнобоятся мысли и не доверять ей…»

         И Рудин прославляет ум,которому свойственно «стремление к отысканию общих начал в частных явлениях»

         Он прославляет науку и образование.Прославляет потому, что уверен- именно они дают человеку столь необходимую емуверу в себя. Он не сомневается, что всякая научная система и философия, преждевсего, основаны на знании главных законов, начал жизни, на знании, добытомчеловеческим умом.

         Наука и образование, а также ита вера в себя, которую с их помощью приобретает человек, открывая необходимыеему законы жизни, — главное для Рудина. Он убежден, что это и есть то крепкоеначало и та твердая почва, не имея которых человек не может понять смысла своейжизни. «…если у человека, — говорит Рудин- нет крепкого начала, в которое онверит, нет почвы, на которой он стоит твердо, как может он дать себе отчет впотребностях, в значении, в будущности своего народа? Как может он знать, что онможет сам делать…»

         Таким образом, вопрос опознании потребностей будущего своего народа выдвигается в романе «Рудин» какосновной вопрос времени, и что очень важно — в прямую зависимость от негоставится вопрос о предназначении человека.

          Истинноенаслаждение для Рудина- созерцание и познание сущности жизни. При этом онсчитает, что «самолюбие — архимедов рычаг, землю с места можно сдвинуть, но чтов то же время тот только заслуживает название человека, кто умеет овладетьсвоим самолюбием, как всадник конем, кто свою личность приносит в жертву общемублагу…»

         Другое дело- себялюбие,эгоизм. Он говорит: «Себялюбие- самоубийство. Себялюбивый человек засыхаетсловно одинокое, бесплодное дерево; но самолюбие как деятельное стремление ксовершенству, есть источник всего великого… Да, человеку надо надломить упорныйэгоизм своей личности, чтобы дать ей право себя высказывать!»

         Поэтому Рудин и обрушивается стакой силой на эгоистов и скептиков. Он утверждает, что эгоизм и скептицизмпорождают бессилие и бесплодие, что ум, направленный на одно отрицание, беднеети сохнет, а сущность жизни ускользает, остается непознанной им. «Порицать,бранить имеет право только тот, кто любит»,- говорит Рудин.

          Так отрицание только во имя отрицания уже здесьотвергается Тургеневым. Отрицание во имя любви, а значит — ради созиданиялучшего провозглашает здесь его герой как главную и самую дорогую изоткрывшихся ему истин.

         В красноречии героя естьнекоторый изъян. Он говорит увлекательно, но «не совсем ясно», не вполне«определительно и точно». Он плохо чувствует реакцию окружающих, увлекаясь«потоком собственных ощущений» и «не глядя ни на кого в особенности». Он незамечает, например, Басистова, и огорченному юноше неспроста приходит в головумысль: «Видно он на словах только искал чистых и преданных душ».

         И все же, несмотря на личныедостоинства Рудина, заметно отличающие его от других представителейпровинциального дворянского общества (Пандалевского, Пигасова, Волынцева, ДарьиМихайловны Ласунской), в нем обнаруживается ряд черт, обусловленных временем иобстоятельствами, которые дают основан

еще рефераты
Еще работы по литературе, лингвистике