Реферат: Советско-германские отношения в конце 1950-х - начале 1970-х гг.

Хакасский государственный университет им. Н.Ф.Катанова

ИНСТИТУТ ИСТОРИИ И ПРАВА

КАФЕДРА ИСТОРИИ

Допустить к защите в ГАК

И.о. зав.кафедрой истории

к.и.н.

_____________В.Н.Асочакова

«___»_____________2000 г.

СОВЕТСКО-ЗАПАДНОГЕРМАНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ

В КОНЦЕ 1950-Х – НАЧАЛЕ 1970- X ГГ.

07.00.03 – всеобщая история

(дипломная работа)

Студент: Симакова Наталия Игоревна

Научный руководитель

и.н. доцент _________Н.А.Баранцева

АБАКАН 2000


ПЛАН

Введение

1. Берлинский кризис 1961 г.

1.1 Причины и предпосылки кризиса

1.2 Эскалация конфликта и его разрешение

2. Советско-западногерманские отношения в 1960-е — начале 1970 – х гг.

2.1 Окончание эры К.Аденауэра

2.2 Политика «наведения мостов» в отношении СССР и «атлантизм»

2.3 Эволюция взаимоотношений СССР и ФРГ и «новая восточная политика»

Заключение

Примечания

Список использованных источников и литературы


ВВЕДЕНИЕ

Вторая половина ХХв. была богата «горячими точками» на нашей планете, вокруг которых возникали кризисные ситуации, достигавшие временами большого накала. К их числу относилась и разделенная Германия, на протяжении четырех десятилетий являвшаяся своеобразным «невралгическим пунктом», осложнения из-за которого сразу же приводили в действие сложный механизм взаимосвязей всей системы международных отношений и немедленно сказывались на мировом политическом климате, о чем свидетельствовали события 1961 г.

Не удивительно поэтому что Германия долгие годы занимала одно из центральных мест в советской внешней политике и дипломатии. При этом Советский Союз последовательно искал пути решения вопросов, связанных с объединением Германии и оздоровлением обстановки в центре Европы, особенно в конце 1950-х-начале 1960-х гг., в период Берлинского кризиса 1961г. ФРГ, в свою очередь, также пыталась решить эти проблемы, без чего нельзя было серьезно думать о повороте европейского континента от «холодной войны» и конфронтации в разрядке. Наиболее выраженным процесс эволюции от напряженной обстановки к ее ослаблению в Европе и в мире был послекризисный период, до начала 1970-х гг. А закончился он подписанием 3 сентября 1970 г. Четырехстороннего соглашения по Западному Берлину.

Цель данной работы – изучить советско-западногерманские отношения в конце 1950-х – начале 1970-х гг.

Для достижения вышеназванной цели необходимо определить причины и предпосылки кризисной ситуации в Берлине 1961 г.; изучить события эскалации конфликта и его разрешения, выяснить его последствия; исследовать взаимоотношения СССР и ФРГ в 1960-е – начале 1970-х гг. и установить, как на них повлиял кризис 1961 г.

Таким образом, объектом исследования данной работы являются международные отношения в Европе после второй мировой войны до периода разрядки начала 1970-х гг., а взаимоотношения двух государств – СССР и ФРГ- служат предметом этого исследования.

По данной теме существует большое количество письменных источников. Среди них можно особо выделить источники личного характера1. Это мемуары дипломатов, послов, государственных и партийных деятелей обоих государств – СССР и ФРГ. Некоторые их этих работ выходили отдельными изданиями, другие публиковались в научных журналах. Главная их ценность заключается в том, что это воспоминания основных участников событий.

К группе источников научного характера можно отнести работы политических и научных деятелей Советского Союза и ФРГ: А.Громыко, Э.Хонеккера, В.Ульбрихта2. В них отражены события послевоенного периода до начала 1970-х гг., а состоят они из статей, публиковавшихся в периодической печати, и речей, произносившихся на различных совещаниях., международных встречах. Эти произведения раскрывают содержание происходивших в мире процессов с марксистско-ленинской точки зрения на теорию международных отношений, внешней политики и дипломатии. Советского Союза, ГДР и других стран Восточной Европы. Автор использовал их только как дополнительные хронологические материалы.

При работе над проблемой советско-западногерманских отношений в конце 1950-х – начале 1970 – х гг. важными источниками для автора явились статистические документы об экономических и торговых связях Советского Союза с зарубежными странами, где можно проследить их развитие в различные периоды времени3.Большинство документов по данной теме находятся в различных архивах: Архиве внешней политики СССР; Центре хранения современной документации и т.д. Поэтому они являются труднодоступными для изучения. Однако, многие документальные источники выходили отдельными сборниками или же печатались в центральной советской и западногерманской прессе. Автор широко использовал соглашения, договоры, декларации, коммюнике, опубликованные в таких периодических изданиях как газеты «Правда», «Известия». Следует обратить особое внимание на следующие документальные сборники: «Внешняя политика Советского Союза», выходящий в СССР с 1961 г. отдельными ежегодными томами; «Документы, заявления и коммюнике Советского правительства с правительствами иностранных государств 1954-1957 гг.»; «Организация Варшавского Договора. Документы и материалы. 1955-1975 гг.»; «Четырехстороннее соглашение по Западному Берлину и его реализация. 1971-1977. Документы»4. В этих изданиях собраны основные документы внешнеполитической деятельности Советского Союза, социалистических стран Восточной Европы и ФРГ. Без них невозможно было бы правильно осмыслить исторические события и рассматриваемую проблему советско-западногерманских отношений в конце 1950-х – начале 1970-х гг.

В советской исторической науке обозначенная выше тема долгое время принадлежала к числу запретных, поскольку затрагивала германский вопрос, а его предписывалось считать закрытым. Следовательно, считалось, что говорить тут было не о чем. Очевидно, любые размышления, а тем более – исследования по поводу того, что он собой представлял, как возник, как и кем решался, какое влияние оказывал на международные отношения вообще и на взаимоотношения СССР и ФРГ, в частности, считались злокозненными попытками его открыть и тем самым «сыграть на руку реваншистам». Позднее, в 1950-1960-х гг. в политике Советского Союза произошел своеобразный процесс разделения проблемы; с одной стороны – это «германский вопрос» как часть комплекса проблем, связанных с европейской безопасностью, с подведением итогов второй мировой войны, с взаимоотношениями двух сверхдержав, а также ФРГ и СССР; с другой – «немецкий вопрос», или «немецкая национальная проблема», в смысле поиска путей к сближению и объединению двух германских государств, то есть дело немцев, а не международного сообщества5. Правда, передать и воспринять это различие на каком-либо другом языке, кроме русского, было затруднительно. Видимо, поэтому вскоре пришлось отказаться от термина «немецкий вопрос». А взамен появилась формулировка «немецкая национальная проблема»6.

В 1960 – 1970-е гг. во внутренней политике СССР начался период стагнации, а в советской исторической науке стали выходить первые работы по международным отношениям. Прежде всего охарактеризуем общие труды по внешней политике7. Главным положительным моментом таких работ как «История дипломатии», «История международных отношений и внешней политики СССР» является широкое использование источниковой базы: документы советского и западногерманского правительств, зарубежная пресса, решения и материалы совещаний на высшем уровне, резолюции и постановления по внешнеполитическим вопросам руководства США, Великобритании, Франции, ФРГ и СССР. Также следует отметить, что на этих коллективных трудах отложилась печать советского времени, поэтому события рассматриваются с точки зрения марксистско-ленинской теории международных отношений. И тем не менее, необходимо добавить, что в них подробно рассмотрены как ход переговоров, совещаний по германскому вопросу, так и их результаты.

Из исследований, связанных непосредственно с Берлинским кризисом 1961 г. и «германской проблемой»8, выходивших в период 1960-1970-х гг., следует особо отметить работу В.Н.Белецкого. Это детально разработанное исследование. Автор проанализировал все сколько-нибудь значительные переговоры и международные встречи по поводу «германских дел». Исследователь постоянно обращался к источникам, до сих пор мало изученным, в частности, к материалам, хранящимся в Министерстве иностранных дел СССР. Поэтому в главах, посвященных Берлинскому Совещанию министров иностранных дел в 1954 г., Женевскому Совещанию глав правительств в 1955 г. и встрече министров иностранных дел в Женеве в 1959 г., можно встретить много новых данных не только о «видимой», открытой части переговоров, но и о том, что происходило за закрытыми дверьми. Важное место занимает глава о Московском договоре от 12 августа 1970 г. о признании нерушимости соответствующих границ и об отказе применения силы, о Четырехстороннем соглашении по Западному Берлину. Автор показал всю напряженность дипломатических переговоров, трудности преодоления типичных подходов в сознании участников, выдвинул точку зрения о выгодности этих договоров для дела мира в Европе. По мнению автора, договоренность была достигнута только в результате решимости правительства В.Брандта-В.Шееля.

В период 1960-1970 –х гг. также сформировался крупный массив исторических трудов, посвященных советско-германским отношениям 1960 – начала 1970 – х гг.9. Практически все работы основаны на широкой источниковой базе: официальная документация, материалы из архива внешней политики СССР, правительственные и межправительственные документы, мемуары, пресса СССР, ФРГ, ГДР, США и Великобритании. В целом можно сказать, что германский вопрос как проблема урегулирования советско-западногерманских споров, если он вообще там затрагивался, трактовался исключительно в разрезе того, как борцы за разрядку его успешно «закрывали», и как безуспешно «реваншисты его пытались открыть». Так, например, в монографии И.С.Кремера «ФРГ: внутриполитическая борьба и внешняя ориентация» подчеркивалось, что новые возможности для политики Федеративной Республики «открылись лишь с установлением дипломатических отношений с Советским Союзом», которые «не были использованы правящими кругами ФРГ, по-прежнему выступавшими против признания итогов второй мировой войны и ратовавшими за восстановление границ бывшего германского рейха по состоянию на 1937 г.»10.

С начала 1980-х гг. ситуация в исторической науке начала медленно, но все же меняться. Произошел пересмотр внешнеполитических доктрин прошлого. Вышло много работ, осветивших взаимоотношения СССР и ФРГ, а также проблему Западного Берлина11. Особо хотелось бы выделить работу Р.Алексеева «СССР-ФРГ: прошлое и настоящее. Советско-западногерманские отношения. 1955-1980 гг.», в которой параллельно с политическими отношениями этих двух государств прослеживались события заключения торгово-экономических договоров, а также культурные контакты. Автор, кроме того, не ограничился рассмотрением позиций правительства и канцлера во внешней политике, но затронул и платформы оппозиционных кругов в этом вопросе.

В работе И.С.Кремера «ФРГ: этапы «восточной политики» проанализирована не только внешнеполитическая деятельность ФРГ в течение трех десятилетий, но и исследованы те институты и факторы, которые оказывали влияние на эту деятельность.

Однако, общим минусом все же остается недостаточная объективность в оценке работы правительства СССР во внешнеполитических делах, как, впрочем, и в оценке деятельности руководства ФРГ.

События последних лет высветили ошибочность концепций многих авторов по германскому вопросу и взаимоотношениям ФРГ с СССР. С начала 1990-х гг. начинается переосмысление советского прошлого и всего, что с ним было связано. В свет вышли труды, изменившие точку зрения на берлинский вопрос и взаимоотношения Советского Союза и Федеративной Республики Германии.12А.Филитов в работе «Германский вопрос: от раскола к объединению. Новое прочтение.» глубоко проанализировал сложные и противоречивые процессы, происходившие в Германии в 1960-е – начале 1970- х гг. В книге есть ответы на вопросы о планах мировых держав в отношении немецкий земли, о причинах трудностей взаимоотношений СССР и ФРГ, о проблеме Берлинского кризиса 1961 г.

Ряд авторов, таких как В.Фураев, Л.Нежинский, В.Карягин, О.Трояновский, в своих трудах попытались ответить на вопросы: кем или чем определялась внешняя политика СССР и ФРГ, какие социально-политические факторы; общественно-политические силы и побудительные мотивы разных личностей повлияли на нее. В.Фураев написал, например, что внешняя политика СССР и ФРГ являлась продолжением внутренней. Длительное время формирование и осуществление внешней политики определялось не только целями этих государств, внутренними и международными условиями, но и узкогрупповым характером решений. В этом В.Фураева поддержал Л.Нежинский.

В работе «ХХ век: основные проблемы и тенденции международных отношений» 12 российских и 11 зарубежных авторов показали разнородные причины международных конфликтов в двадцатом столетии, раскрыли комплекс противоречий ФРГ и СССР, выросших на почве идеологической нетерпимости.

В.Карягин в монографии «Дипломатическая жизнь за кулисами и на сцене» стремился освободить общественное мнение от мифов о «непогрешимости» советской внешней политики и восстановить объективную истину советско-западногерманских отношений в конце 1950-х- начале 1970– х гг.

Таким образом, можно сделать вывод, что историческая наука в вопросе советско-западногерманских отношений обрела чувство реальности, перестала запаздывать в анализе событий. Историки оценили глубину и характер перемен, происшедших в 1960-е гг. во внешней политике ФРГ по отношению к СССР, не стали уходить от освещения острых вопросов, связанных с Берлинским кризисом. 1961 г. Надо сказать, что проблема советско-западногерманских отношений в связи с кризисной ситуацией 1961 г., а также на протяжении последующего десятилетия изучались не только в советской исторической науке.

Так в 1980-1990 – е гг. в ФРГ вышли работы, затрагивавшие вышеназванные проблемы13. В них вопрос советско-западногерманских отношений рассматривался как следствие «холодной войны», как конфронтация в международных отношениях после второй мировой войны, которая отрицательно повлияла на политические, экономические и культурные связи этих двух государств. К.Хакке, например, выдвинул точку зрения, что ФРГ, став экономическим гигантом послевоенной Европы, в политическом плане находилась в положении «карлика». Причем, автор подчеркивал, что в действительности большую роль в этом процессе играли реализованные геополитические планы СССР и США.

Работа «Германия. Факты» дала краткий экскурс об исторических событиях с 1945 г. до настоящего времени. В ней рассмотрены научные, культурные, экономические, общественные и социальные аспекты жизни германского населения.

Г.Шемен в монографии «Страх перед силой. Немцы и их внешняя политика» главный упор сделал на то, что послевоенное существование Германии, разделенной на два государства, было следствием деятельности фашистского рейха во второй мировой войне. Впоследствии самостоятельной внешней политики ФРГ, как заметил автор, практически не было, так как страх перед агрессивностью немцев привел к тому, что за Германию эту деятельность на международной арене проводили западные державы – США, Великобритания и Франция, а также СССР.

В этот же период 1980-1990 – х гг. в ФРГ вышли труды, непереведенные на русский язык.14 Главное отличие их в большей, чем в советских и даже некоторых российских работах, объективности. В них уже нет антисоветской, пропагандистской фразеологии. Появились новые интересные идеи. Так, например, А.Шилдт в статье «Политические решения и установки» выразил точку зрения, что проблема Западного Берлина стала трагическим моментом в жизни немецкого народа, но ее уроки принесли хорошие плоды и многому научили. А.Шилдт считал, что «стена была позором для политических решений Советского Союза, но положительно, позитивно повлияла на дальнейшие советско-западногерманские отношения».15

Х.Кистлер в работе «Федеративная Республика Германия» написал, что хотя эра К.Аденауэра и его политика ассоциировалась в обществе как антикоммунистическая, антисоветская, но «время его деятельности было периодом строительства нового общества, в котором произошли экономическая и общественная модернизации. Консерватизм и антикоммунизм был необходим в тех условиях».16

Сюзанна Лаукс в статье «50 лет Германии в Европе» выразила мнение, что «атлантическая» ориентация во внешней политике ФРГ пагубно повлияла на отношения Германии с ее соседями. Она считает, что ФРГ изначально должна была интегрироваться в Западноевропейский Союз, тогда возможно было бы избежать напряженности в отношениях со странами Восточной Европы, длившихся более четырех десятилетий»17

В статье «Интерес немцев к внешней политике в зеркале изучения общественного мнения» автор Э.Пилл проанализировал причины политизированности общества ФРГ после второй мировой войны и до настоящего времени. Острые международные кризисы, в частности, в Берлине в 1948-1949 гг. и в 1961 г., сильно волновали общество Германии. Большинство граждан были очевидцами происходивших событий, что пагубно повлияло на их отношения к политике вообще, но не заставило отказаться от участия в событиях, поскольку только таким образом, по их мнению, они могли обеспечить свою собственную безопасность».18 Автор также привел отрывочные воспоминания граждан и высказывания политических деятелей того времени: К.Аденауэра, К.Кизингера, Н.Хрущева, Дж.Ф.Кеннеди, Д.Эйзенхауэра и так далее.

Р.Морзей в своей монографии «Федеративная Республика Германия» изложил историю Западной Германии до объединения с ГДР.

Подводя итог всему вышесказанному, хотелось бы отметить, что в последнее время появилось большое количество точек зрения по поводу советско-западногерманских отношений и Берлинского кризиса 1961 г., авторы которых высказали различные мнения о зарождении и развитии причин и предпосылок, приведших к кризисным событиям начала 1960-х гг. По-разному в исторической науке оценивали и их результаты. Это свидетельствует, что проблемы послевоенного устройства Германии на протяжении четырех с лишним десятилетий не решились в один момент с разделением ее на два государства, а также, что германский вопрос не был закрыт с образованием ФРГ и ГДР, а долгое время являлся острым моментом в международных отношениях.

1. БЕРЛИНСКИЙ КРИЗИС 1961 Г.

1.1 Причины и предпосылки кризиса

советский германский берлинский кризис

Вторая мировая война, окончившаяся победой стран антигитлеровской коалиции, обусловила коренные перемены в мире и привела к новой расстановке сил.

Главный итог войны состоял в том, что три государства, претендовавших на мировой господство, фашистская Германия, Италия и милитаристская Япония были сокрушены. Европа, пострадавшая от проходивших на ее территории военных действий, нуждалась в экономических вливаниях для восстановления производства. Позиции Англии и Франции, бывших до второй мировой войны крупными экономическими и политическими гигантами, в международных отношениях были ослаблены. Государством, которое получило наибольшие выгоды от войны, были Соединенные Штаты Америки. Они понесли минимальные, как материальные, так и людские потери. Поставки вооружения союзническим странам позволили деловым кругам Америки укрепить свои позиции. К концу войны, только Соединенные Штаты Америки обладали монополией на ядерное оружие.

Советский Союз, вышедший из второй мировой войны победителем, в отличие от США понес значительные материальные и людские потери. Однако советский народ победил мировой и германский фашизм. Этот факт укрепил позиции социалистической системы и позволил СССР, наряду с Соединенными Штатами, занять ведущее место на международной арене.

В последние месяцы второй мировой войны и в первый послевоенный год ситуация в Европе была в достаточной мере стабильна. В американском правительстве считали, что «сотрудничество с советской Россией было абсолютно необходимо для строительства нового мирового порядка».1 Такого мнения придерживался и президент США Ф.Д.Рузвельт. Его помощник Г.Уайт считал, что главная задача дипломатии Соединенных Штатов сводится к тому, «как изобрести средства, способные обеспечить длительный мир и дружественные отношения между Америкой и Россией. Любая другая проблема в сфере международной дипломатии бледнеет перед этой главной задачей».2

Рузвельт стремился сдерживать непредсказуемую военно-политическую мощь Москвы через интеграцию ее в свои планы. Чтобы добиться этого, он был готов идти на серьезные уступки: по геополитическим вопросам не возражать Сталину в случае требования о создании «пояса безопасности» вокруг СССР; оказать Союзу максимально большую помощь на восстановление промышленности и сельского хозяйства. Включив в свои проекты нового мирового порядка СССР, можно было бы попытаться изменить природу советского строя или же усилить и поднять экономику до такого уровня, когда она могла бы уравновешивать в геополитическом отношении Советский Союз на Западе. США, в свою очередь, могли бы выполнять роль дополнительной силы, которая уравновешивала бы всю систему нового мирового порядка в случае нарушения баланса. В этой системе Германии отводилась минимальная роль, поскольку она могла, с точки зрения Рузвельта, и экономически и особенно идеологически представлять значительную опасность для послевоенного мира.

Эта схема послевоенного устройства мира получила название «плана Уайта» по имени заместителя министра финансов США и использовалась государственным департаментом Соединенных Штатов на протяжении первого послевоенного года. Основным содержанием этого плана была политика сдерживания коммунизма с помощью интеграции Советского Союза в геополитические планы США.

Но со смертью Ф.Д.Рузвельта и приходом в Белый дом Г.Трумэна произошли изменения во внешней политике американского правительства. Новая схема, разработанная советником американского посольства в Москве Дж.Кеннаном, состояла в исключении СССР из нового мирового экономического порядка посредством конфликта. В Вашингтоне считали, что только баланс сил, основанный не на сотрудничестве, а на насилии, мог бы обеспечить мировую стабильность. Однако баланс должен существовать не в биполярном мире, а многополярном. Мировыми центрами этих сил должны стать США, СССР, Великобритания и Европа — с центром в Рурской области. Следовательно, для осуществления этого плана необходимо было восстановить Германию. Опасность, которую она могла представлять как единое и экономически сильное государство, можно было уменьшить, разделив ее с СССР на две части, обязательно оставив Рур в западной зоне. Тогда, с одной стороны, сама Германия будет ослаблена разделом и противостоянием двух ее частей, с другой стороны, Западная Германия станет бастионом против СССР, а, с третьей, — Рурская область будет включена в процесс возрождения всей Европы. А возрождать экономику Европы было необходимо, поскольку, как говорил Дж.Кеннан, «нищета порождает коммунизм».3 Причем Кеннан советовал «отдать» восточно-европейскую часть континента советскому правительству как сферу влияния. Тем не менее необходимо было продолжать, считало руководство Соединенных Штатов, и попытки объединения Германии на выгодных для них условиях, не ослабляя немецкие земли, но исключив в них советское влияние.4

Таким образом, переход американской администрации от «плана Уайта» к схеме Кеннана в 1946 г. означал сознательное обращение к конфликтной методике строительства нового мирового порядка.

Сталин и советское правительство вначале стремились избегать конфликтов. На данном этапе сотрудничество с Западом для СССР было необходимо, чтобы создать экономическую базу для борьбы за социалистический мировой порядок. Главным промышленным и сырьевым источником советское правительство считало Германию и ее Рурскую, Саарскую и Рейнскую области. Согласно договору с западными союзниками о репарациях, власти СССР старались получить из оккупированных германских зон все возможное, начиная от промышленного оборудования, заканчивая сырьем и природными ресурсами.5

Это не устраивало правительства западных держав. Работать согласовано бывшим союзникам стало труднее, противоречия по проблемам послевоенного устройства Германии становились все более острыми. Состоявшаяся в ноябре-декабре 1947г. Лондонская сессия совещания министров иностранных дел провалилась из-за репарационного вопроса. Советская делегация стремилась прежде всего создать общегерманское правительство, объединить Германию, чтобы таким образом использовать все возможные ресурсы ее территории на правах победителя. Естественно, правительство Соединенных Штатов не было довольно советскими попытками усилить свое влияние в оккупированной стране. 19 декабря в Вашингтоне государственный департамент США объявил о своем решении о прекращении репарационных поставок Германии СССР. Осенью того же 1947 г. Москва получила сведения о подготовке американскими властями сепаратной денежной реформы на западе Германии. В ответ Совет Министров СССР принял Постановление от 10 декабря 1947 г., в котором разрешил СВАГ изготовить новые денежные знаки для советской зоны оккупации Германии.

Тем временем западные державы приступили к непосредственной подготовке создания западногерманского государства и его интеграции в западный блок. Положительно эти вопросы были решены на состоявшейся с 23 февраля по 6 марта 1948 г конференции представителей США, Великобритании, Франции, а также стран Бенилюкса. Это совещание и его решение не остались без внимания советской стороны: в Москве в марте этого же года обсуждались и разрабатывались планы введения ограничений на сухопутных коммуникациях Берлина с западными зонами оккупации. В столице Германии западные обозреватели наблюдали перемещения советских танковых соединений. В печати СССР планы Москвы получили название «политико-пропагандисткой компании против действий западных держав в берлинском вопросе»6. Ситуация достигла накала после проведения в Западной Германии 18 июня 1948 г. сепаратной денежной реформы. В ответ советское правительство дало директиву СВАГ о проведении денежной реформы в советской зоне.

В июне 1948 г. СВАГ ввела запрет на транспортное сообщение между Берлином и западными оккупационными зонами.

Конфликт развился с огромной скоростью. Каждая из четырех держав понимала, что приостановить его эскалацию можно лишь за столом переговоров. Состоявшаяся в августе 1948 г. встреча представителей США, Великобритании и Франции со Сталиным не привела к единому мнению.

Основной задачей советского правительства оставалось добиться отказа западных союзников от реализации решений на Лондонской сессии СМИД 1947 г. по подготовке создания западногерманского правительства. И, тем не менее, 1 сентября 1948 г. был созван Парламентский совет для разработки Конституции Западной Германии.

В начале 1949 г., в феврале, была сделана еще одна попытка переговоров об урегулировании берлинского вопроса. Советская сторона предложила отменить все ограничения по связи, транспорту и торговли между Берлином и западными землями Германии, а также между двумя зонами в самом Берлине и в Германии вообще. Единственное условие, которое выдвинуло советское правительство, это созыв сессии СМИД в Париже для решения вопросов о Германии. Это соглашение было реализовано.

Парижская сессия, состоявшаяся в мае – июне 1949 г., не привела стороны к реальной договоренности. Берлин остался расколотым городом с различными валютами, а во всей Германии и на Западе, и на Востоке завершилась подготовка создания двух германских государств7. С самого начала территория была разделена так, что в Восточной Германии оказались земли, менее развитые, чем в Западной в промышленном отношении. Значительная доля германской тяжелой индустрии размещалась в Рурско-Вестфальском районе; на него приходилось 97% всей железной руды, добывавшейся в Германии ( в границах 1937 г), 91% чугуна к 81% каменного угля.8 Здесь были сосредоточены и кадры квалифицированных рабочих. Таким образом, изначально существовал перекос между ФРГ и ГДР в экономическом плане. Впоследствии он усилился в связи с рядом нижеследующих причин. Прежде всего, проведенная в ФРГ сепаратная денежная реформа, дала определенный толчок развитию экономики. Кроме того, промышленность Западной Германии получала большие вливания как со стороны государства, так и извне. Источником государственных субсидий были средства бывшего германского государства. А внешние вливания поступали в связи с планом Маршалла. В сравнении это выглядело следующим образом:9

Внутренние вливания Внешние вливания
1949 г. 15,7 млрд DM 1 млрд. DM
1950 г. 18,5 млрд. DM -

Экономика ФРГ развивалась в другом русле, нежели ГДР. Создавались новые отрасли – нефтехимия, электроприборостроение, производство синтетических волокон и и.д. Изменилась и концентрация производства: в первые послевоенные годы стали возникать картельные соглашения.

Восточная часть Германии, сформировавшаяся как ГДР, не имела тех условий для восстановления экономики, как ФРГ. Прежде всего, она не получила субсидий по плану Маршалла. Денежная реформа, проведенная в 1948г. на ее территории, не дала положительных результатов.

Кроме экономических противоречий между ФРГ и ГДР остались неурегулированными вопросы о дальнейшем существовании. Требовалось решить, будет ли Германия единой. Поскольку в послевоенном мире побежденное немецкое государство не имело право голоса, вопрос о единстве решался державами-победителями: США, СССР, Великобританией и Францией.

До начала обострения ситуации в конце 1958 г., связанной с новым Берлинским кризисом, правительства четырех держав предпринимали попытки объединить ГДР и ФРГ в одно государство.

Первая попытка состоялась на Берлинском совещании министров иностранных дел, проходившем с марта по июль 1951 г. Советская делегация выдвинула следующие требования: провести полную демилитаризацию немецкой территории, вывести оккупационные войска, заключить мирный договор с одной или двумя германскими государствами, а в самую последнюю очередь рассматривать вопрос о единстве Германии и создании общегерманского правительства.10

Представители США, Великобритании и Франции предложили прежде чем заключить мирный договор, объединить оба государства – ГДР и ФРГ. Их не устраивала полная демилитаризация Германии и вывод с ее территории оккупационных войск.

В ходе длительных дискуссий и переговоров, участники совещания не смогли найти компромисс. Встреча закончилась безрезультатно. Основной причиной неудачи было нежелание сторон договориться.11

Второй серьезной попыткой явилась нота И.В.Сталина от 10 марта 1952 г., адресованная правительствам западных держав.12 В ней содержалось предложение в ближайшее время заключить мирный договор с Германией, который с немецкой стороны должно было подписать общегерманское правительство. Прилагался также проект мирного договора, предусматривавший восстановление единства Германии, вывод оккупационных войск в течение года и ликвидацию всех военных баз на ее территории. Канцлер ФРГ К.Аденауэр считал, что эта нота была реакцией на успешную встречу НАТО в Лиссабоне, а главной целью СССР было не допускать создание Европейского Оборонительного Сообщества (ЕОС) с участием Западной Германии. В последовавшей 25 марта 1952 г. ответной ноте правительств США, Великобритании и Франции содержание требование обеспечения подлинной свободы выборов в ГДР и предоставления воссоединившейся Германии права самостоятельно избрать свой международный статус.13 Правительство СССР не согласилось с этими условиями, но надежды на объединение ГДР и ФРГ не оставляло. Стороны обменялись еще шестью нотами, в которых выдвигали те же требования, но не смогли достигнуть договоренности по германскому вопросу. Кроме того, в мае 1952 г. между правительствами США, Великобритании, Франции и ФРГ был подписан Боннский договор о признании независимости Федеративной Республики.14

Третья попытка положить конец расколу Германии состоялась на совещании в Берлине зимой 1954 г. министров иностранных дел. По сути это было новое рассмотрение нот, которыми стороны обменялись в 1952 г. На одном из заседаний английский уполномоченный А.Иден предложил план пяти стадий объединения Германии, обосновавший позицию западных держав в германском вопросе.

Он предусматривал:

1.«Свободные выборы» по всей Германии на основе избирательного закона, подготовленного четырьмя державами, которые должны были проходить под «наблюдением» комиссии четырех держав.

2.Созыв в результате выборов Национального собрания

3.Составление Национальным собранием Конституции и подготовка переговоров по мирному договору.

4.Принятие Конституции и образование общегерманского правительства.

5.Подписание и вступление в силу мирного договора.15

Но советский уполномоченный В.Молотов не согласился с международными гарантиями свободы выборов в ГДР. Не удалось добиться согласия СССР по поводу свободы выбора позиции на международной арене, поскольку Хрущев считал, что это опасно для такой страны как Германия.16

Таким образом, на сессии СМИД в Берлине в 1954 г. компромисс по решению германских проблем достигнут не был, так как все же слишком велики были разногласия сторон по поводу будущего Германии.

К 1955 г. суверенитет ФРГ был признан. Она стала членом НАТО и Западноевропейского союза, до этого несколько лет являясь членом Европейского Объединения Угля и Стали (ЕОУС), а затем Европейского Экономического Сообщества (ЕЭС) и Совета Европы (СЕ).

Руководство НАТО к тому моменту стремилось перевооружить армию ФРГ. Высказывались даже идеи ядерного вооружения. Впервые эти мысли выразил канцлер ФРГ К.Аденауэр в начале 1950 – х гг. В госдепартаменте США их поддержал Дж.Ф.Даллес. Уже в 1957 г. США поставили ФРГ около 70% обещанного оружия.

В марте 1958 г. бундестаг принял резолюцию, которая давала санкции правительству на то, чтобы вооружить бундесвер атомным и ракетным оружием. Резко возросли военные расходы, увеличились бюджетные ассигнования на нужды бундесвера: в 1955 г. — 95,4 млн., в 1956 г. – 3404,4 млн., в 1958 г. – 7974,2 млн. марок.17 Естественно, что такая позиция затрудняла решение германского вопроса.

После вступления ФРГ в Североатлантический Союз, по мнению советского правительства, воссоединение Германии на прежних условиях стало невозможным. В связи с этим 14 мая 1955 г. Советским Союзом и другими социалистическими странами, в том числе и ГДР, был подписан Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи.18

В результате этих событий германский вопрос приобрел иной характер. Воссоединение двух германских государств, имевших различные общественно-политические и экономические системы и входивших в противостоявшие друг другу военные организации, стало, по мнению советского руководства, невозможным.19

И, тем не менее, попытки объединения продолжались. Очередная из них была сделана на Совещании глав правительств СССР, США, Великобритании и Франции в июле 1955 г. в Женеве. Делегации Западных держав выдвинули те же идеи, что и на сессии СМИД в Берлине в 1954 г. – то есть «план Идена». Советская сторона считала, что германские дела должны были решаться в общем контексте обеспечения мира и безопасности в Европе.

Взаимопонимание ФРГ и ГДР относилось, в первую очередь, по мнению представителей СССР, к компетенции самих немецких государств. А главным в германских делах советская делегация считала предотвращение милитаризации ФРГ.20Стороны не смогли договориться по вышеуказанным вопросам, но решили провести как продолжение своей встречи совещание министров иностранных дел, которое проходило с 27 октября по 16 ноября 1955 г. в Женеве. Советская сторона выдвинула требования обеспечения безопасности Европы с тем, чтобы с ее помощью гарантировать благоприятные условия для решения германских дел. Делегация СССР поддержала идею парламента ГДР о создании общегерманского совета для решения всех спорных вопросов, в том числе о мирном договоре Германской Демократической Республики и ФРГ с Советским Союзом.

Западные делегации настаивали на осуществлении «плана Идена».21

В итоге – совещание закончилось безрезультатно.

Следующая попытка объединения Германии была сделана на уровне Организации Объединенных наций. 2 октября 1957 г., польский министр иностранных дел А.Рапацкий на XII сессии Генеральной Ассамблеи ООН выступил с предложением о создании безатомной зоны на территориях Польши, Чехословакии, ГДР и ФРГ и соответственно, о начале переговоров о нормализации взаимоотношений двух немецких государств.22

Правительство ФРГ отклонило это предложение польского министра иностранных дел, а также равноправные переговоры с ГДР вообще. В своем берлинском заявлении от 29 июля 1957 г., сделанном совместно с тремя западными державами, оно настаивало на праве ФРГ на единоличное представительство немецкого народа на международной арене с целью аннексии ГДР и ее включения в НАТО. 5 ноября 1957г. председатель фракции ХДС/ХСС в боннском бундестаге Генрих Кроне открыто изложил позицию боннского правительства по отношению к социалистическим странам, в частности, к ГДР: «Когда мы говорим о воссоединении, мы думаем при этом ни о чем ином, как о ликвидации нынешнего режима власти в оккупационной зоне за «железным занавесом».23

Таким образом, на протяжении десятилетия после Берлинского кризиса 1948-1949 гг. правительства четырех держав – победительниц во второй мировой войне несколько раз пытались урегулировать спорные вопросы, касавшиеся двух германских государств- ФРГ иГДР. Главной проблемой послевоенного мира было существование двух государств на территории бывшей фашистской Германии, которые развивались в рамках различных общественно-политических и экономических систем и входили в противостоявшие друг другу военные организации –НАТО и Организацию Варшавского Договора. Следующим нерешенным вопросом явилось заключение мирного договора, который на протяжении этого десятилетия, до начала обострения обстановки, связанной с Западным Берлином, так и не был подписан. Соответственно, не были урегулированы территориальные споры между ФРГ и ГДР, ФРГ и Польшей.

Далее появились новые проблемы, связанные со стремлением правительств США, Великобритании вооружить бундесвер новым тактическим оружием. То есть, возникала угроза безопасности в Европе.

Ситуация осложнилась в связи с тем, что в декабре 1955 г. правительство Федеративной Республики выразило отношение ко всем странам Восточной Европы, провозгласив «доктрину Хальштейна», названную по имени министра иностранных дел ФРГ. Суть ее заключалась в том, что руководство ФРГ разрывало дипломатические отношения с теми государствами, которые признавали ГДР, поскольку считало, что Федеративная Республика являлась единственным правомочным представителем немецкого народа.24

Но, следует добавить, что позиции непризнания ГДР суверенным государством придерживалось не все население Федеративной Республики. Это была точка зрения правительства и большинства правящей партийной коалиции ХДС/ХСС. Среди общественных кругов существовали группы, выражавшие совершенно противоположное мнение. Прежде всего, это оппозиционная правительству ФРГ социал-демократическая партия Германии.

В первые годы существования Федеративной Республики руководство СДПГ и один из ее лидеров К.Шумахер подчеркивали, что занимают более стойкую и последовательную негативную позицию в отношении Советского Союза, чем все другие западногерманские партии, так как социал-демократы свободны от торговых и других посторонних интересов.25

В 1950- е гг. наметились изменения позиций СДПГ в отношении к Советскому Союзу и его внешнеполитическому курсу.

В решении съезда в 1954 г., проходившего в Западном Берлине, один из лидеров социал-демократов К.Шмидт призывал к нормализации отношений с СССР, предложил бундестагу и канцлеру К.Аденауэру начать переговоры с советским правительством о заключении торгового соглашения. Тогда же социал – демократы выступили против парижских соглашений и курса правительства на включение страны в блок НАТО. Во внешнеполитической части решения съезда 1954 г. в Западном Берлине говорилось: «Социал-демократия требует энергичных усилий Запада вступить на путь переговоров с СССР по вопросу создания региональной системы безопасности. В этой системе воссоединенная Германия должна внести свой вклад в дело поддержания мира».26

Однако, главными во внешнеполитических принципах СДПГ остались антисоветские установки. На Мюнхенском съезде партии в июле 1956 г. один из лидеров Э.Олленхауэр заявил: «СДПГ не признает линию Одер-Нейсе как окончательную границу Германии на Востоке…… Наша задача – это восстановление Германии в границах 1937 г».27

На съезде в Бад-Годесберге в ноябре 1959 г. и в Ганновере в ноябре 1960 г. социал-демократы приняли решение по вопросу оснащения бундесвера современным оружием. Однако, стоит заметить, что, в отличие от точки зрения правительства Западной Германии, эти решения были более осторожными: «ФРГ не должна проявлять активности в деле увеличения числа ядерных держав и в области атомного вооружения бундесвера».28

В целом, позиция СДПГ в период нахождения у власти канцлера К.Аденауэра по вопросу о развитии отношений между СССР и ФРГ носила двоякий характер. С одной стороны, члены партии, в частности К.Шмидт, признавали необходимость конструктивных связей Федеративной Республики с Советских Союзом; с другой — руководители социал-демократов, такие, как Э.Олленхауэр, К.Шумахер, считали невозможным компромисс с советским правительством.

Одной из партий, долгие годы входившей в коалиционные правительства, была Свободная Демократическая Партия, созданная в 1948 г. СвДП стремилась к возрождению экономической и военной мощи Западной Германии, к усилению ее политических позиций в мире. Но, будучи тесно связанными с деловыми кругами, заинтересованными в торговле с Востоком, свободные демократы выражали их стремление к развитию традиционных экономических связей с Советским Союзом и другими странами Восточной Европы.

Начиная с середины 1950-х гг., СвДП выступала с критикой политики «холодной войны», предлагала вступить в переговоры с социалистическими странами. В программе действий, принятой 5 июня 1957 г. в Гамбурге, руководящий деятель партии Т.Делер заявил, что нормальные отношения с СССР необходимы и отклонил «доктрину Хальштейна».29

Характерен также тот факт, что партия свободных демократов считалась с позицией СССР по вопросам европейской безопасности. Об этом свидетельствовало высказывание Т.Делера в 1957 г: «Нельзя не признать того факта, что СССР – великая держава. Следовательно, при всем том, что у нас установлены дружественные отношения с западными партнерами, необходимы также отношения с СССР…»30 Он выступал против атомного вооружения бундесвера и размещения ракет на территории Германии, поддерживал идею создания в Центральной Европе зоны, свободной от ядерного и ракетного оружия».31

Таким образом, СвДП была одной из сил, поддерживавших нормализацию взаимоотношений Советского Союза и ФРГ. К этим силам можно отнести видных общественных деятелей, которые, начиная с 1949 г., объединялись в различные союзы и кружки: Наугеймский кружок, созданный в 1949 г, Френкский кружок, образовавшийся в 1950 г, «Союз немцев» во главе с М.Вебером. Они выступили и за мировое сосуществование стран с различным социально-экономическим и политическим строем, за признание границы по Одеру-Нейсе, за нормализацию отношений ФРГ с ГДР, Чехословакией и Польшей.32

В конце 1950-х гг. движение сторонников улучшения взаимоотношений с Советским Союзом начало организационно оформляться в новое общественное движение, которое впоследствие возглавляло борьбу против новой милитаризации Германии. Оно называлось «Борьба против атомной смерти» и возникло по инициативе СДПГ и профсоюзов. Так как движение не было ограничено партийными или групповыми рамками, оно быстро приобрело массовый характер. Его поддержала и перешедшая в оппозицию правительству ФРГ Свободная Демократическая Партия. Основными программными требованиями этого движения были: прекратить размещение атомного оружия на территории ФРГ, улучшить отношения с СССР и другими странами Восточной Европы, а также ликвидировать агрессивные военные блоки.33

Таким образом, оппозиционные круги в ФРГ существовали с самого первого дня образования и оказывали косвенное влияние на формирование внешнеполитического курса Федеративной Республики.

В решениях германских дел, в том числе по вопросу преодоления раскола Германии, в 1950-е — начале 1960-х гг. одну из главных ролей по-прежнему играли западные державы -–победительницы во второй мировой войне.

По проблеме заключения мирного договора правительство Соединенных Штатов придерживалось мнения, что его можно решить только при условии существования единой Германии. Президент Дж.Ф.Кеннеди в своей предвыборной программе 1960 г. говорил: « Потсдамские соглашения определили существование одной Германии, следовательно, и мирный договор должен быть подписан с объединенным государством».34

В отличие от президента США, глава французского государства выражал иное мнение. Ш.де Голль в заявление для французской прессы в 1958г говорил, что для заключения мирного договора с ФРГ «нужные условия еще не созрели, поэтому сейчас трудно договориться. Решение необходимо отложить».35

Правительство Великобритании придерживалось мнения, что объединения Германии нельзя допустить вообще. Премьер-министр английского государства Г.Макмиллан говорил: «Германия слишком опасна как военный противник, тем более, единая».36

По вопросу Западного Берлина руководство США, в частности, президент Дж.Ф.Кеннеди, считало, что город не должен находиться в юрисдикции ФРГ, но и не являться западной территорией ГДР. Ш.де Голль говорил в 1957 г. в интервью журналу «Фигаро»: «Западный Берлин обладает особым статусом».37

По-разному рассматривали правительства западных держав проблему существования двух германских государств. Если госсекретарь США Дж.Ф.Даллес на совещании глав правительств в Женеве в 1955г. утверждал, что Германия должна быть единой и не признавал ГДР, то Франция, наоборот, стояла за большее раздробление германского государства. Ш.де Голль еще в первые послевоенные годы говорил о необходимости лишить Германию государственности. Это предполагало отсутствие единого правительства, единой военной и внешней политики.38

Исходя, таким образом, из всего вышесказанного, следует сделать вывод, что решение германских проблем вызывало споры не только в правительственных кругах Федеративной Республики Германии, но и в руководстве США, Великобритании и Франции. Хотя общее в позициях западных держав все же существовало: требовалось подвести итоги второй мировой войны и заключить мирный договор с одним или двумя германскими государствами, а также решить проблему взаимоотношений ФРГ и ГДР. Эти нерешенные вопросы создавали напряженность обстановки в Европе. Особенно способствовала открытая граница между столицей ГДР и Западным Берлином. На Западе высказывались идеи закрытия свободного доступа из одной части города в другую. Президент США Дж.Ф.Кеннеди выражал мнение, что если власти ГДР возведут в Берлине стену, то это будет лучшим выходом из ситуации напряженности. Председатель комиссии по иностранным делам сената США У.Фулбрайт заявил: «Не понимаю, почему восточные немцы не закрывают свою границу. Думаю, они имеют на это полное право!».39

Напряженность, о которой говорил президент США Дж.Ф.Кеннеди, росла в связи с экономическим процветанием Западного Берлина. Любой житель ГДР мог посетить его и убедиться, что рыночная экономика, существовавшая в ФРГ, более эффективна, чем плановое хозяйство Восточной Германии.40

В итоге огромное число жителей ГДР перебиралось на Запад через открытую границу в Берлине. В 1959 г. ГДР покинули 144 тыс. человек, в 1960 г. – 203 тыс. человек, в июле 1961 г. – 30 тыс.человек, а лишь за 12 дней августа 1961г. — 48 тыс. граждан Восточной Германии.41 Трудности, в связи с уходом людей на Запад, испытывали оба германских государства: ГДР – так как не хватало рабочей силы, а ФРГ, наоборот, испытывала неудобства из-за большого количества безработных. Не удивительно, поэтому, что даже канцлер Федеративной Республики К.Аденауэр, узнав утром 13 августа 1961 г о событиях в Берлине, воскликнул: «Слава Богу!».42

Исходя из всего вышесказанного, сделаем выводы о причинах и предпосылках, приведших к кризисной ситуации 1958-1961 гг. в Берлине.

Прежде всего это политические причины. В послевоенное время до конца 1950-х гг., в международных отношениях Германия была одним из главных спорных вопросов. С ней не был заключен мирный договор и не были урегулированы территориальные пограничные споры. Попытки стран-победительниц, делавшиеся на протяжении более десяти лет, решить эти вопросы не привели к успеху, потому что слишком разными были позиции договаривавшихся сторон. Ни руководство СССР, ни правительства западных держав не хотели уступать друг другу и не стремились добиться компромисса. Постоянная пропаганда советской угрозы привела к тому, что не только руководящие круги боялись коммунизма, но и население Западной Европы и США считало, что мир на земле установится после уничтожения социализма. Хотя, существовали определенные силы, которые выступали за примирение с СССР. Например, в ФРГ это была Свободная Демократическая Партия.

Если говорить о геополитических предпосылках кризиса 1958-1961 гг. в Берлине, то следует сказать, что схема нового мирового устройства, разработанная Дж.Кеннаном в США, была одной из причин обострения обстановки в центре Европы. Его планы создания конфликтной ситуации с Советским Союзом из-за Германии рано или поздно должны были завершиться столкновением на этой территории. А поскольку послевоенные споры начались в Берлине, то этот город и стал центром кризиса.

Немаловажную роль в возникновении кризиса имели и экономические причины. Как отмечалось, восточногерманская модель была не способна соревноваться с экономикой своего западного соседа.43 Массовое бегство, или «голосование ногами» убеждало в этом как правительства США, так и СССР. Каждый новый этап «советизации» ГДР, то есть внедрение на немецкой земле опыта социалистической коллективизации, индустриализации и культурной революции отражался на составе эмигрантов: рабочие, крестьяне, ремесленники, студенты, инженеры, врачи, юристы.

Нельзя также забывать о субъективном факторе личности Н.Хрущева, а также ряде западных политиков – канцлера ФРГ К.Аденауэра, госсекретаря США при президенте Дж.Ф.Кеннеди Д.Раска и так далее. Эти личности могли в любой момент принять неожидавшиеся от них решения. Один из американских исследователей германской проблемы Ф.Нинкович следующим образом охарактеризовал поведение Н.С.Хрущева в международных делах и в вопросе о Германии: «Три года войны нервов, в ходе которой Советы то отворачивали, то заворачивали вентиль, регулирующий уровень напряженности. Под звук фанфар они драматично объявляли все новые предельные сроки лишь для того, чтобы затем между прочим заявить, что могут и подождать».44 Все это подрывало авторитет советской политики, доверие к ней, а заодно и возможности урегулирования германских проблем.

Эти причины привели к тому, что в 1958 г. в связи с Берлином в очередной раз возникла кризисная ситуация в международных отношениях.

1.2 Эскалация конфликта и его разрешение

Кризис 1961 г. в Берлине оказался затяжным при нестабильности международной ситуации. Он то затухал, то вновь возникал с новой силой.

Обострение обстановки, которое началось в конце 1958 г., носило парадоксальный характер. Это был ответ советской стороны на установку К.Аденауэра на приобщение ФРГ к ядерному оружию, но явился он следствием акции советской стороны.

В кризисном периоде 1958-1961 гг. можно выделить три вершины:

а) ноябрь 1958 г. – май 1959 г.;

б) начало 1960 г. – сентябрь – октябрь 1960 г.;

в) июль 1961 г., когда состоялась венская встреча в верхах, после которой кривая напряженности вновь поползла вверх и до начала возведения стены кризис больше не спадал.

Внешняя канва этих событий достаточно хорошо известна. 10 ноября 1958 г. на митинге советско-польской дружбы Н.С.Хрущев высказался относительно целесообразности отказа от «остатков оккупационного режима в Берлине». В нотах правительствам США, Великобритании и Франции, а также ГДР и ФРГ от 27 ноября 1958 г. было выдвинуто предложение о превращении Западного Берлина в «демилитаризованный вольный город», «в жизнь которого не вмешивалось бы ни одно государство, в том числе и ни одно из существующих двух германских государств». Все державы обязаны были уважать статус Западного Берлина. В заключении советское правительство выразило желание решить вопрос с максимально возможным учетом интересов заинтересованных сторон. В течение полугода Советский Союз обязывался не вносить изменений в существующий ныне порядок военных перевозок США, Великобритании, Франции и Западного Берлина в ФРГ. По истечении этого срока предусматривалось передать контроль над коммуникациями между ФРГ и Западным Берлином полностью в руки правительства ГДР, которое будет осуществлять свой суверенитет на земле, воде и воздухе.45

Проблема Западного Берлина и путей доступа к нему была избрана как объект советского внимания не из-за стремления обеспечить собственную безопасность, а потому, что это было самое чувствительное место для западных держав. В центре аргументации советского лидера был тезис о том, что западные державы «потеряли» права на пребывание в Берлине, что четырехстороннее соглашение по Германии не имело ничего общего с западноберлинской проблемой. И вообще Потсдамские соглашения уже потеряли реальную силу.46 В данном случае советская позиция была нелогичной. Крупнейший немецкий исследователь Э.Шульц отмечал, что тезис об устарелости всех союзнических отношений по Германии подрывал одновременно правовую базу СССР в германском вопросе и ставил под сомнение принципы Потсдамского урегулирования, в том числе и вопрос о границах. Хрущев, как известно, не дошел до прямого денонсирования соглашения по Германии в Потсдаме, но очень близко приблизился к этому47.

10 января 1959 г. последовала серия советских нот. На этот раз в число адресатов были включены все государства, воевавшие с гитлеровской Германией. Их суть состояла в идее заключения мирного договора с побежденным немецким государством, проект которого прилагался к нотам. Это был тщательно разработанный документ из 48 статей. Он практически соответствовал содержанию советского проекта 1952 г. Главное отличие состояло в большей, по сравнению с предыдущим, детализации, в также в том, что с немецкой стороны договор должно было подписывать не одно германское правительство, а два -–ГДР и ФРГ, или даже три – ГДР, ФРГ и правительство Германской конфедерации, в случае ее создания. Специальная 25-я статья, определила «особый статус» Западного Берлина: на основании положений от 27 ноября 1958 г. Наконец, проект содержал недвусмысленное запрещение производства ракетно-ядерного оружия и оснащения им вооруженных сил в обеих частях Германии. Для обсуждения этого проекта и подписания согласованного текста договора предполагалось созвать в двухмесячный срок мирную конференцию в Праге или Варшаве.48

Западные державы выразили протест против советского намерения нарушить существовавший статус Западного Берлина. В западной прессе проект договора и ноты советского правительства называли, соответственно, не иначе, как «двухмесячный» и «шестимесячный ультиматумы», а так же обвиняли СССР в создании «нового международного кризиса».49 Мировая общественность заговорила о непредсказуемости советского лидера. Но одновременно Запад проявил готовность обсуждать германскую проблему в целом, включая – воссоединение. Советская сторона вначале настаивала на своем варианте, исключая проблему воссоединения, что так или иначе, правительство СССР подпишет мирный договор, в крайнем случае с тем германским государством, власти которого этого пожелают, то есть с ГДР. И именно на этой основе передаст Восточной Германии все права контроля над коммуникациями между ФРГ и Западным Берлином. В случае попыток прорыва силой западными державами границ между этими территориями, их встретят, расположенные в ГДР, советские войска.50

Затем последовало смягчение советской позиции, и двухмесячные, и шестимесячные «лимиты» были молчаливо забыты. Многие западные политические деятели выдвинули идею начала переговоров с СССР для достижения компромисса.

В конце января 1959 г. совершили поездку в Москву премьер-министр Великобритании Г.Макмиллан и министр иностранных дел С.Ллойд. В результате была достигнута договоренность о необходимости проведения переговоров по германскому вопросу, а также о Западном Берлине. Затем началось согласование организационных вопросов. Западные державы предлагали провести совещание четырех министров иностранных дел.

В феврале 1959 г. Дж.Ф.Даллес поставил правительство ФРГ в известность о будущем совещании министров иностранных дел, аргументируя это тем, что западные союзники не желают, чтобы из-за Западного Берлина дело дошло до серьезного конфликта.51 Канцлер Федеративной Республики К.Аденауэр настаивал на том, что если будут переговоры, то необходимо их затянуть, поставить неприемлемые для СССР требования и, таким образом, сорвать их, взвалив всю вину на советское правительство.52

Вначале в Москве действительно выдвинули условия: совещание должно было быть с участием глав правительств; затем – о привлечении к участию в совещании министров – представителей Польши и Чехословакии- видимо, для соблюдения паритета: трое от НАТО, трое – от Организации Варшавского Договора. Но затем было снято и это условие.53

В результате обсуждения организационных вопросов предполагавшиеся участники встречи решили, что совещание министров иностранных дел должно было проходить в Женеве в мае 1959 г. как этап к встрече в верхах.54

Последние недели перед Женевской встречей прошли под знаком активной подготовки к нему обеих сторон. 27-28 апреля 1959 г. в Варшаве прошло совещание министров иностранных дел стран – участниц Варшавского Договора. На нем состоялся обмен мнениями и согласование требований в связи с предстоящими в Женеве переговорами.55

Западные державы накануне совещания министров иностранных дел также провели ряд встреч, чтобы сформулировать свои предложения. 2-4 апреля в Вашингтоне состоялось заседание Совета министров стран НАТО, с 13 по 23 апреля проходила встреча в Лондоне представителей США, Великобритании, Франции и ФРГ, а 29-30 апреля – в Париже. Участники этих переговоров подтвердили свои «права» в отношении Западного Берлина и решили заключать мирный договор лишь после проведения общегерманских выборов.56

С 11 мая по 20 июня, с перерывом до середины июля, — и с 13 июля по 5 августа 1959 г. состоялось Женевское совещание министров иностранных дел четырех держав, в котором принимали участие и представители обеих германских государств в качестве «советников на кошачьем положении», как шутили в ФРГ, имея ввиду, что немецкие участники сидели не за общим столом: для них были специально поставлены в отдалении друг от друга два стола.57

На совещании министров иностранных дел делегации западных держав внесли свои предложения по целому ряду вопросов, касавшиеся разоружения, европейской безопасности и германских проблем. Эти предложения носили название «план Гертера». Он предусматривал четыре этапа, в течение которых предполагалось установить четырехсторонний контроль в Берлине; провести выборы в общегерманскую ассамблею, чтобы с ее помощью подготовить проект Конституции объединенной Германии; создать единое правительство и заключить с ним мирный договор, закреплявший территориальные реальности после второй мировой войны. На всех этапах намечалось также достичь договоренности об ограничении вооруженных сил и вооружений четырех держав и других стран и предпринять ряд мер в области европейской безопасности, в частности, по созданию системы инспекции и наблюдения в согласованных районах.58

Таким образом, решение всех проблем упиралось в вопрос «воссоединения Германии» путем «свободных выборов».

По мнению советских представителей, «план Гертера» был сложен и требовал больших усилий для осуществления. Сам же министр иностранных дел США К.Гертер заявлял, что «все части плана связаны между собой и он должен рассматриваться как целое».59Правительство СССР считало, что это приведет лишь к поглощению ГДР Федеративной Республикой и распространению оккупационного статуса на весь Берлин.60 А главным они считали не вопрос объединения, а заключение мирного договора для подведения черты под второй мировой войной.61

Советская делегация выдвинула свой план, предусматривавший временное урегулирование на основе заключения соглашения о временном статусе Западного Берлина и создание общегерманского комитета для подготовки мер по сближению обоих немецких государств, объединению Германии и подготовке мирного договора. Положение западных держав в городе должно было оставаться неизменным на определенный срок (вначале предполагали один год). Временный статус мог быть гарантирован четырьмя державами и ГДР. К гарантиям могла быть привлечена и ООН.62

Западные державы признавали ненормальность положения Западного Берлина. В то же время они возражали против превращения его в вольный город и ликвидации оккупационного режима, а соглашались лишь на поиски какого-то временного урегулирования… При условии сохранения за ними «права пребывания в Западном Берлине, обеспечения им беспрепятственного доступа и свободы передвижения между западными и восточными секторами» они были готовы «ограничить общую численность в своих частях города, имевшимся там числом», не размещать там атомное оружие и ракетные установки; избегать деятельности, нарушающей общественный порядок или права или интересы союзных держав». Для разрешения возможных способов по доступу должна была быть создана четырехстороння комиссия. Гарантом выполнения большинства пунктов предлагалась Организация Объединенных Наций.63

Таким образом, на совещании в Женеве была возможность добиться компромисса, кроме одного, основного вопроса – о юридической базе пребывания западных держав по истечении срока действия временного соглашения.

В итоге совещание закончилось безрезультатно. Хотя стоит отметить, что в его работе были положительные моменты. Прежде всего как представители западных держав, так и советской стороны поняли, что все проблемы и спорные вопросы должны были решаться мирным путем. Кроме того, они договорились о встрече в верхах, которая должна была стать продолжением совещания в Женеве. Так же можно сказать об еще одном положительном нюансе этой встречи: участие в решении комплекса германских дел непосредственно ГДР и ФРГ в лице их представителей – министров иностранных дел Л.Больца и Г.фон Брентано. Этот факт свидетельствовал о том, что правительства СССР, США, Великобритании и Франции признали, что урегулирование вопросов, затрагивавших жизненные интересы немцев, должно решаться с участием обоих германских государств.

Кроме того, участие Германской Демократической Республики в Женевской встрече было так называемым фактическим признанием ее существования как независимого суверенного государства.

Период спада кризисной ситуации продолжила состоявшаяся осенью 1959 г. Кэмп-Дэвидская встреча Н.Хрущева с президентом США Д.Эйзенхауэром. была достигнута договоренность об организации в мае 1960 г. встречи глав правительств четырех держав. Это свидетельствовало о разрядке. Кроме того, на встрече в Кэмп-Дэвиде Н.Хрущев публично признал, что для переговоров «не устанавливается какой-либо ограниченный по времени срок».64

Однако тот, кто после Женевского совещания министров иностранных дел четырех держав и встрече в Кэмп-Дэвиде Н.Хрущева и Д.Эйзенхауэра рассчитывал на спокойствие и улучшение обстановки в Берлине, был большим мечтателем, ибо после отмены ультиматума изменилась, возможно, форма, но не содержание советской политики. Многие были убеждены, что новая атака на Берлин – это лишь вопрос времени.

19 февраля 1960 г. посольство СССР в ФРГ опубликовало сообщение, сделанное в январе советским послом А.А.Смирновым председателю СДПГ Э.Олленхауэру и его заместителю Г.Венеру. В нем подтверждалась позиция, изложенная в предыдущих заявлениях советского правительства относительно германского мирного урегулирования и Западного Берлина, однако, теперь предлагалось «осуществить создание вольного города Западный Берлин по этапам, чтобы облегчить решение этого вопроса».65

На Западе это было расценено как возобновление угрозы подписать сепаратный мир с ГДР.66 Но нельзя, конечно, говорить, что во всем виновато советское правительство. В период подготовки к совещанию в верхах западные державы высказывали мнение, что их права в Берлине не настолько важны, чтобы общественность за пределами Германии считала их нарушение достаточным поводом для вооруженного вмешательства. Президент США Д.Эйзенхауэр говорил, что они не могли бы «оказать противодействие заключению Советским Союзом эвентуального мирного договора с ГДР, поскольку мы ведь сами заключили мирный договор с ФРГ».67

По мере приближения дня созыва совещания в верхах, позиции правительств западных держав и ФРГ становились все более твердыми и непримиримыми. На состоявшейся 12-14 апреля 1960 г. в Вашингтоне встрече министров иностранных дел США, Великобритании, Франции и ФРГ были в основном согласованы требования к совещанию, которые, по сути, не противоречили Женевским предложениям. По-прежнему правительства западных держав связывали урегулирование берлинского вопроса с решением «всей германской проблемы», стремясь к проведению свободных выборов.

Таким образом, сложилась ситуация, при которой достигнуть взаимоприемлемых решений спорных вопросов было трудно. Кульминационным моментом второго пика кризисной ситуации 1958-1960 гг. стал полет над советской территорией американского самолета «Локхид У-2», пилотом которого был летчик США Ф.Г.Пауэрс.

Этот полет послужил своего рода поводом для советской стороны, чтобы сорвать совещание в Париже. Главы государств все же съехались в столицу Франции. В этой ситуации все зависело от того, какую позицию займет американская сторона: перед ее представителями был поставлен вопрос, будут ли наказаны виновные, совершившие этот акт против СССР. Советской делегацией было прямо заявлено, что до разъяснения этой ситуации представители СССР не сядут за стол переговоров. Однако, Д.Эйзенхауэр во время своего пребывания в Париже не стал объясняться с советской стороной. 16 мая на предварительной и единственной встрече глав четырех держав, председательствовал на которой президент Франции Ш.де Голль, советская делегация вновь подтвердила свои условия. Но заявления со стороны американского президента не последовало, поэтому официального открытия совещания так и не состоялось.

После инцидента с американским «У-2» и срыва Парижского совещания на высшем уровне напряженность в международных отношениях вновь увеличилась. Можно даже говорить, что ужесточение обстановки началось еще до полета Пауэрса. Несмотря на это, накал ситуации стал спадать еще до выборов нового американского президента.

Как писал в своих мемуарах Н.Хрущев: «Мы не стали проявлять какой-либо заинтересованности в вопросе выборов президента и вообще в международных делах. Мы сохраняли строгий нейтралитет, чтобы не помогать ни одному из кандидатов».68 Но он считал, что для решения спорных вопросов по Западному Берлину в пользу СССР будет более выгодна победа в США на выборах американского президента Дж.Ф.Кеннеди. После его прихода к власти в американском правительстве в отношении германского вопроса сложились две позиции: одна – найти компромисс с СССР и ослабить напряженность в Западном Берлине, другая – не менять курс прежней американской администрации президента Д.Эйзенхауэра и не идти на уступки советскому правительству.

Первой точки зрения придерживались председатель сенатской комиссии по иностранным делам У.Фулбрайт, фельдмаршал Б.Монтгомери. Вторую поддерживали государственный секретарь Д.Раск, консультант по русским делам Ч.Болен. Но в целом в Вашингтоне считали необходимым избегать дальнейшего обострения отношений с Советским Союзом из-за германских дел и старались найти какое-либо взаимоприемлемое с СССР решение.

Состоявшаяся в июне 1961г. в Вене встреча Дж.Ф.Кеннеди и Н.Хрущева была посвящена решению германского вопроса и проблемы Западного Берлина, а также обсуждению связанных с этим задач разоружения. В первую очередь, оба поставили во главу угла вопрос о Берлине, так как не решив его судьбу, нельзя было решить судьбу Германии в целом и проблему мирного договора.70 И Н.Хрущев, и Дж.Ф.Кеннеди выступили за мирное сосуществование стран с различным социально-экономическим и политическим строем.

По поводу Германии вновь возникли разногласия. Хрущев стремился заключить мирный договор с одной или двумя Германиями.

Такая постановка вопроса не устраивала Дж.Ф.Кеннеди. По его мнению, в соответствии с Потсдамскими соглашениями, договор необходимо было подписать с объединенной Германией.71

В итоге, из-за разногласий, встреча не принесла реальных результатов. Таким образом, была упущена последняя возможность до строительства стены, решить задачи подписания мирного договора и урегулирования проблемы Западного Берлина. Кривая напряженности снова пошла вверх. Особенно явно это стало проявляться после того, как СССР начал афишировать свое намерение подписать мирный договор только с ГДР, пытаясь таким образом оказать давление на мировое общественное мнение и правительства западных держав с целью изменить позицию в свою пользу. Но президент США Дж.Ф.Кеннеди, посчитав такие действия со стороны СССР опасными для положения американских войск в Западном Берлине и ФРГ, стал предпринимать усилия для укрепления позиций Соединенных Штатов в этом регионе. Он назначил представителем США на немецкой земле Л.Клея. Было опубликовано заявление о переводе дополнительных войск в Западный Берлин для усиления гарнизона.72 Таким способом американский президент хотел показать всю серьезность своих намерений.

Н.Хрущев, восприняв это как угрозу, договорился с председателем Государственного Совета ГДР В.Ульбрихтом о закрытии границы, которая разделила бы город строго на Западный и Восточный.73 Это подтверждают материалы Московского Совещания стран-участниц Варшавского Договора, состоявшегося 3-5 августа 1961 г.74 В то же время материалы показывают, что стена замышлялась не как «антифашистский вал» против «агрессии на Западе», а как орудие против граждан ГДР, стремившихся покинуть Восточную Германию.75 В.Ульбрихт сказал по этому поводу на совещании следующее: «Сохранение высокой коньюктуры в Западной Германии и экономическое развитие в социалистическом лагере не позволяют рассчитывать на то, что ГДР в недалеком будущем догонит Западную Германию по уровню жизни населения. В интересах существования и развития ГДР необходимы по этому действенные меры для пресечения вербовки из нашей республики… Необходимо, чтобы в свое время государственная граница ГДР проходящая через Берлин, была закрыта и, чтобы граждане ГДР могли переходить за границу только при наличии соответствующего разрешения на выезд или, поскольку это касается посещения гражданами ГДР Западного Берлина, с особым пропуском».76

Как можно понять из контекста, закрытие границы предполагалось осуществить после заключения мирного договора, когда в условиях прогнозировавшегося обострения международной обстановки и эмбарго против ГДР со стороны Запада экономическое положение там должно было бы ухудшиться и настолько, что поток беженцев стал бы лавинообразным и неуправляемым.

Однако, следует отметить, что уже и в начале августа 1961 г. бегство через Берлин в ФРГ приняло массовый характер. Поэтому на совещании стран-участниц Варшавского Договора в начале августа 1961 г. вполне логично прозвучала реплика польского лидера В.Гомулки: «…Стоит ли ждать принятия мер, целью которых является закрытие доступа с территории ГДР в Западный Берлин? Не принять ли уже сегодня решающие меры в этой области?»77 Гомулка, правда, упомянул, что эти меры должны были носить временный характер.

Материалы совещания не дают прямого ответа на целый ряд вопросов. Когда было принято решение о возведении Берлинской стены? Кто был его инициатором? Возможны ли были другие решения?

Альтернативы возведению стены были и, естественно, рассматривались. Например, предлагавшийся Западом компромисс в виде восстановления четырехстороннего статуса всего Берлина, вовсе не был, с точки зрения В.Ульбрихта таковым. Это означало утрату ГДР своей столицы при сохранении для немцев возможности свободно уходить на Запад. С другой стороны, рекомендованные им в качестве компромисса меры типа ликвидации центра воздушного сообщения в Западном Берлине, или закрытия всех западноберлинских аэродромов, что должно было предотвратить установление воздушного моста, как это было в 1948 – 1949 гг., не имели, конечно, никаких шансов быть принятыми западной стороной.

Таким образом, альтернативы стены практически все были далеки от реальности и означали «непозволительную потерю лица» либо для одной, либо для другой стороны.78

Теоретически, правда, был возможен вариант, при котором социалистический лагерь взял бы на себя роль донора и подпитывал бы экономику ГДР, компенсируя, в частности, потерю рабочей силы в результате бегства в ФРГ при открытой границе. Надо сказать, что В.Ульбрихт выдвинул и практическое предложение в этом плане, поставив вопрос о командировке в ГДР 50 тыс. рабочих и специалистов из СССР и Болгарии, а Хрущев в ответ пообещал, что они женятся на немках и посодействуют созданию интернациональной идиллии.79

Вообще Хрущев довольно активно развивал в своей речи тему необходимости «поддержать жизненный уровень ГДР», «тем более, что будет открытый город». Впрочем, добавил он, «если даже будет закрытая ГДР, все равно надо ей помогать и не допускать в ней снижения жизненного уровня».80

Трудно сказать, рассматривал ли Хрущев серьезно вариант «открытого города», то есть сохранения открытой границы в Берлине. Контекст его речи на Московском совещании стран – участниц Варшавского Договора свидетельствовал в пользу положительного ответа на этот вопрос, из чего следует, что еще за десять дней до 13 августа 1961 г. решение о возведении стены не было принято им окончательно.81 Однако, делать такой вывод из одной единственной фразы вряд ли возможно.

При рассмотрении же общего контекста выступлений на совещании можно отметить, что никто из союзников ГДР по социалистическому лагерю не проявил особой готовности удовлетворить какие-либо конкретные просьбы о помощи, хотя в абстрактном плане все были «за». Вопрос о посылке рабочих как-то больше не упоминался. Заметим, что и 100 тыс. их не смогли бы помочь, так как по расчетам Госплана ГДР, утечка рабочей силы при открытой границе в 1962 г. должна была составить 185 тыс. человек.82

Таким образом, возведение стены оказывалось единственным выходом из положения. Этот вариант имел еще одно преимущество: реакция Запада на строительство заграждений между двумя секторами в городе прогнозировалась как максимально мягкая. Видимо, руководству СССР были известны мнения президента США Дж.Ф.Кеннеди, а также его помощника У.Фулбрайта по этому вопросу.

13 августа 1961 г., как время закрытия границы было выбрано с расчетом, чтобы опередить начало прогнозировавшегося с 15 августа 1961 г. «экономического наступления» Запада против ГДР.83

В ночь на воскресенье, 13 августа, по тревоге были подняты рабочие дружины Берлина, еще через полчаса – Потсдама и Франкфурта – на – Одере. Вместе с пограничной полицией они замкнули кольцо вдоль внешнего обвода Западного Берлина. На рассвете в город вошли моторизованная стрелковая дивизия и танковые подразделения Национальной народной армии ГДР.8Какой была реакция западных держав? Смирились ли они с тем, что им определили место перехода границы? Через несколько дней остался только один проход через контрольно-пропускной пункт «Чекпойнт Чарли» на Фридрихштрассе.

В своих мемуарах В.Брандт, бундесканцлер ФРГ с 1969-1974 гг., написал об этом дне следующее: «Если бы в утренние часы я был более хладнокровен, то заметил бы, что высокоуважаемые господа коменданты были ошеломлены и выглядели беспомощными, не получив никаких указаний свыше. Американец с озабоченным видом намекнул, что из Вашингтона ему дали понять: ни в коем случае нельзя допускать непродуманных действий и тем более чинить препятствия, — ведь никакой непосредственной опасности для Западного Берлина не существует.»8Президент США Дж.Ф.Кеннеди своевременно был обо всем проинформирован. Его интересовало лишь, не нарушены ли права союзников. Летом 1961 г. он заметил: «Я могу привести в движение Союз (то есть НАТО), если он – Хрущев – что-нибудь предпримет против Западного Берлина, но не шевельну и пальцем, если он что-то затеет с Восточным.»86

В столице ФРГ в то время царил двойной страх. Там, с одной стороны, боялись, что американцы проявят чрезмерную пассивность, а с другой– что они поведут себя агрессивно. Никто в правительстве не знал, какие действенные меры предложить в ответ.

Естественно, последовали протесты мировой общественности против действий советского правительства в Берлине. Конфронтация дошла до прямого противостояния танковых соединений советской и американской армий в октябре 1961 г. Но после всего этого кризис пошел на убыль. По существу, все закончилось заявлением Н.С.Хрущева на IV съезде СЕПГ в январе 1963 г. о том, что заключение мирного договора с ФРГ и ГДР не является более особо срочной задачей.87

Подведем некоторые итоги кризиса 1961 г. в Берлине и перечислим факторы, повлиявшие на дальнейшие взаимоотношения СССР и ФРГ.

Прежде всего кризисная обстановка отнюдь не помешала перевооружению бундесвера новым тактическим и стратегическим оружием. Кроме того, Федеративная Республика постепенно увеличивала значение своих вооруженных сил в составе НАТО и Западноевропейского Союза. Таким образом, предлагавшиеся правительством СССР меры по ограничению вооруженных сил и вооружений четырех держав – США, Великобритании, Франции и ФРГ – не были оценены и применены на практике.

Во-вторых, так и не были решены споры о статусе Западного Берлина и проблеме воссоединения, о послевоенных границах и мирном договоре. Предлагавшиеся сторонами варианты и планы, касавшиеся этих проблем, были слишком бескомпромиссными, чтобы претворить их в жизнь. Не последнюю роль здесь сыграло нежелание правительств США, Великобритании, Франции и СССР договориться.

Не разрешились споры о нахождении войск союзников на территории Германии: должны ли они быть выведены или нет; а если нет, то какая юридическая база предполагалась для их пребывания на немецкой земле.

В-третьих, кризис 1961 г., а, точнее, Берлинская стена, сооруженная 13 августа, способствовала успеху лидера ГДР В.Ульбрихта в битве за экономическую стабилизацию Восточной Германии, поскольку остановила исход немцев в ФРГ.

В-четвертых, фактическое отсутствие реакции западных держав на акцию 13 августа 1961 г. вызвало определенный кризис в отношениях их с ФРГ. Велико было разочарование немцев в связи с пассивностью американской стороны. Немцы восприняли жесткую акцию полного замуровывания как чудовищную провокацию, требовавшую немедленных контрмер, а госсекретарь США Д.Раск интерпретировал ее тогда же, 13 августа, как «события внутри советской сферы влияния, не затрагивавшие неприкосновенных для западных держав позиций».88 Ожидавшихся танковых ударов не последовало. Они были позднее и лишь как реакция на изменение процедуры проверки документов у американских военнослужащих, пересекавших границу. Но в данном случае Запад отреагировал именно на попытку ущемить «права победителей», а не права немцев.

И тем не менее, кризисная ситуация, начавшаяся в конце 1958 г. с ультиматума Н.С.Хрущева и завершившаяся 13 августа 1961 г. строительством стены в Берлине, благотворно повлияла на международную обстановку и на последовавшие советско-западногерманские отношения. Прежде всего, западные державы и СССР пришли к выводу, что для решения комплекса спорных вопросов, касавшихся Германии, необходимо участие непосредственно ГДР и ФРГ, поскольку они затрагивали жизненные интересы немцев. Впервые Запад соглашался на участие в переговорах обоих германских государств на Женевской сессии СМИД в 1959 г. Это, в свою очередь, свидетельствовало о признании правительствами США, Великобритании, Франции и ФРГ фактического существования ГДР.

Противостоявшие друг другу западные государства и СССР пришли к мысли, что все спорные вопросы должны решаться только с помощью переговоров, мирным путем. Это положительно повлияло в последовавшее десятилетие на взаимоотношения Советского Союза и ФРГ. Такой точки зрения придерживаются даже те историки, которые не скрывают крайне отрицательного отношения к хрущевским ультиматумам 1958 и 1959гг. Ф.Нинкович, например, пишет в своей работе «Германия и Соединенные Штаты. Трансформация в германском вопросе после 1945 г.»: «Берлинская стена была весьма неэстетичным образцом строительного искусства, однако, она стала краеугольным камнем более импозантного сооружения в сфере дипломатии. Как буря приносит свежесть в затхлую атмосферу, так и кризис, наконец, открыл простор для повседневного урегулирования германской проблемы. Стена, пусть путем насилия, создала стабильность, и последующие двадцать пять лет, будучи не особенно богаты примечательными событиями, дали возможность выработать такое решение, которое ускользнуло от дипломатов в 1945 г».89 Американский историк, в сущности прав, именно после кризиса и строительства стены взаимоотношения между СССР и ФРГ стали складываться более позитивно.

2. СОВЕТСКО-ЗАПАДНОГЕРМАНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ

В 1960-е – НАЧАЛЕ 1970 –х гг.

Напряженность между Востоком и Западом, возникшая из-за Берлинской стены в 1961 г., на протяжении последующего десятилетия вносила отрицательные тенденции в международную обстановку в мире и, в частности, в Германии.

В период с 1961 г. до начала 1970-х гг. практически не произошло изменений позиций советской стороны в отношении двух германских государств. Германская Демократическая Республика по-прежнему поддерживала дружественные связи с Советским Союзом. Во взаимоотношениях с Федеративной Республикой правительство СССР все также пыталось урегулировать спорные вопросы без ущерба для советского государства.

Со стороны Западной Германии в последовавшие после строительства Берлинской стены десять с лишним лет отношение к Советскому Союзу сильно эволюционировало. В этой связи можно выделить следующие этапы внешней политики ФРГ по отношению к СССР:

1)1961 г.- октябрь 1963 г. – период сохранения тенденции охлаждения связей с Советским Союзом и неприятия ГДР;

2)1963-1969 гг. – борьба двух тенденций политики «поведения мостов» со странами восточной Европы и «атлантизма» с его жестким курсом в отношении СССР и восточноевропейских государств;

3)1969-1970 гг. – подписание «восточных договоров».

Таким образом, советско-западногерманские взаимоотношения параллельно со сменами правительств ФРГ эволюционировали от конфронтации к разрядке.

2.1 Окончание эры К.Аденауэра

В первой половине 1960-х гг. развитие двух германских государств продолжалось по пути их дальнейшего размежевания. ГДР и ФРГ, входившие в различные военно-политические союзы – Организацию Варшавского Договора и НАТО, не могли найти общих точек соприкосновения в отношениях друг с другом. Воссоединение, к которому они стремились, становилось невозможным. Единственно разумным и практически достижимым было развитие принципов мирного сосуществования государств с противоположным общественно-политическим и социально-экономическим строем.

Взаимоотношения СССР и ФРГ после возведения Берлинской стены осложнились из-за нерешенности вопроса статуса Западного Берлина. Советский Союз, как указывалось в ноте правительства СССР правительству ФРГ от 17 мая 1963 г., исходил из того, что «Западный Берлин никогда не входил и не может входить в состав Федеративной Республики. Использование правительством ФРГ территории этого города, превращенной в базу НАТО для провокационных и подрывных действий против других государств, отражает его стремление сорвать предпринимаемые усилия по достижению договоренности о нормализации положения в Западном Берлине…».1

В политике правительств США, Великобритании и Франции в германском вопросе появились стремления урегулировать проблемы мирным путем. Так, например, президент Франции Ш.де Голль заявил, что граница по Одеру – Нейсе между Польской Народной Республикой и ФРГ являлась окончательной и не подлежала пересмотру.2 О развитии новых тенденций в Великобритании свидетельствовали нежелание ее правительства принимать участие в рискованных выпадах ФРГ против Советского Союза, а также поворот общественного мнения этой страны к признанию ГДР: в конце 1961 г. во время опроса общественности 59% англичан высказались за признание Германской Демократической Республики.3 В своем выступлении в Американском университете летом 1963 г. Дж.Ф.Кеннеди выразил стремление Вашингтона положить начало определенному улучшению отношений с Советским Союзом.4 Важным моментом на пути ослабления военной опасности стало подписание в августе 1963 г. Московского договора о прекращении ядерных испытаний в атмосфере, в космическом пространстве и под водой.5

И только во внешней политике западногерманского правительства нельзя было заметить какого-либо поворота в сторону реализма. Бонн отказывался урегулировать спорные вопросы с СССР в отношение Западного Берлина. В Западной Германии имелись довольно влиятельные круги, считавшие, что Советский Союз должен «заплатить» за создание системы безопасности в Европе и за свою собственную безопасность.

Поиски американским правительством путей нормализации взаимоотношений с СССР в начале 1960-х гг., особенно при администрации президента Дж.Ф.Кеннеди, привели к напряженности в отношениях между США и ФРГ. Западногерманское правительство опасалось, что в Министерстве иностранных дел и правительстве Соединенных Штатов могут взять верх силы, положительно оценивавшие для себя перспективы переговоров между Востоком и Западом, выступавшие за разрядку напряженности. Как писала западногерманская пресса: «Аденауэр, и без того скептически относившийся к новому «молодому господину» в Белом доме, боялся, что Москва и Вашингтон договорятся за счет немцев».6 Поэтому канцлер ФРГ К.Аденауэр и его кабинет ставили перед союзниками задачу выработки согласованной линии в подходе к предложениям советского правительства по разрядке напряженности.

Политика западногерманских властей базировалась на предпосылке, что отношения СССР с США, Великобританией и Францией должны быть напряженными. В этих условиях, как считал К.Аденауэр, ФРГ, восстановив свою экономическую и военную мощь, заняла бы главенствующую политическую роль в рамках «объединенной Западной Европы» при покровительстве Белого дома. Чем больше обострялись отношения между правительствами западных держав и Советского Союза, тем большие надежды США, Великобритания и Франция возлагали на ФРГ. Соответственно, росли шансы Западной Германии стать первым государством в Европе по экономическим и политическим показателям. Таким образом, канцлер К.Аденауэр, играл на усилении напряженности между Н.Хрущевым с одной стороны, и Дж.Ф.Кеннеди, — с другой.7 Канцлер продолжал ориентироваться на Запад. Следовательно, главным направлением внешней политики ФРГ оставался «атлантизм».

Однако, следует отметить, что содержание «атлантической» политики Федеративной Республики в определенном смысле менялось. В 1950-х гг. это были отношения хозяина и подчиненного, когда Вашингтон играл роль покровителя ослабленного западногерманского союзника, и политика Бонна в значительной мере «делалась» в Вашингтоне.8 Но, в начале 1960-х гг. ситуация изменилась. Экономика Западной Германии обрела к тому времени значительную силу. ФРГ обогнала всех своих европейских партнеров по уровню промышленного производства. Она выпускала около 9% всей промышленной продукции капиталистического мира. В Европейском Экономическом Сообществе на долю ФРГ приходилось в начале 1960-х гг. 61% добычи каменного угля, 47% производства стали, 43% всей производимой электроэнергии, 35% импорта и 39 % экспорта.9 В 1961 г. Западная Германия сравнялась, а в дальнейшем даже опережала США по объему экспорта готовых товаров.10 Таким образом, в первой половине 1960-х гг. экономический потенциал ФРГ позволил ей проводить более самостоятельный внешнеполитический курс. Но в условиях продолжавшейся «холодной войны» правительство К.Аденауэра не стремилась к улучшению отношений с Советским Союзом, а хотело укрепить «атлантическую общность» и «солидарность».

Эта политика конфронтации отрицательно отразилась не только на международной обстановке, но и на экономических, культурных и научных связях между Советским Союзом и Федеративной Республикой.

Торговые отношения между Россией и Германией имели давние исторические традиции. Они были торговыми партнерами на протяжении нескольких веков и хорошо знали возможности друг друга. ФРГ импортировала из Советского Союза в качестве основных товаров пшеницу, рожь и деловую древесину. Возможности импорта советских изделий и товаров не использовались. Главной причиной этого было то, что правительство К.Аденауэра рассматривало проблему развития советско-западногерманской торговли с точки зрения оказания давления на Советский Союз и ставило условием поставок промышленного оборудования политические уступки в деле достижения единства Германии.11

Все торговые соглашения, заключенные до Берлинского кризиса 1961г., требовали решения вопроса о кредитах для их выполнения. Западногерманское правительство выделило необходимые суммы, но заморозило их на счетах в банках. В результате большинство фирм понесли серьезные убытки.12

Кроме того, с 1961 г. торговля между двумя государствами велась не на основе долгосрочных соглашений, а согласно ежегодно утверждавшимся протоколам сроком на один год.19 Это значительно ограничивало возможности экономических связей, не позволяло планировать их на несколько лет вперед.

Даже по заключенным контрактам правительство ФРГ чинило препятствия. Так, например, в соответствии с долгосрочным торговым соглашением 1960 г. между СССР и Федеративной Республикой советские внешнеторговые организации разместили в Германии заказы на поставку труб большого диаметра. Боннское правительство сначала разрешило эти контракты, а затем наложило запрет на вывоз труб, заявив 11 апреля 1963 г., что якобы осуществление заказа угрожает безопасности ФРГ.14

Московское руководство отреагировало на это крайне отрицательно, посчитав, что это акт был направлен на ухудшение отношений между ФРГ и СССР.15

Необходимо отметить, что с немецкой стороны были силы, недовольные такими решениями западногерманского правительства. Прежде всего, это экономические гиганты ФРГ: «Немецкий банк», концерн Круппа, «Сименс», «Тиссен», «Зальцгиттер АГ» и так далее. Эти компании испытывали трудности, связанные с реализацией своей продукции в связи с растущей конкуренцией на Западе, поэтому стремились использовать восточные рынки. Руководители фирм считали, что «и Восток, и Запад могут обойтись без торговли друг с другом, но с ней они будут жить лучше».16

Таким образом, нереалистическая позиция правительства К.Аденауэра во внешней политике привела к его отставке в октябре 1963 г.

Надо отметить, что первое поражение блок ХДС/ХСС потерпел еще в 1961г., когда социал-демократы обошли его справа, вырвавшись на волне антисоветизма, антикоммунизма и демагогии. Но даже не это было их главным успехом. СДПГ в тот момент верно оценила ситуацию: если в 1961г., после возведения Берлинской стены антисоветская политика была актуальна, то уже в 1963г. ситуация радикально поменялась. Надо отдать должное социал-демократам и их лидеру В.Брандту.17Им не вскружил голову конъюктурный успех, достигнутый в 1961г. на платформе «сверхжесткости». Они поняли, что с идеями отрицания компромисса с Советским Союзом невозможно победить на выборах дважды. Тем более после того, как западные державы стали поддерживать идею улучшения отношений с СССР. Кроме того, в ФРГ так же были силы, желавшие примирения с руководством в Москве — это финансовые и экономические круги, торговые компании. Нужны были новые подходы и решения. 15 июля 1963г. в речи на собрании Евангелической академии в Тутцине ближайший сподвижник В.Брандта Э.Бар предложил формулу «изменение через сближение». По сути, это был отказ от «доктрины Хальштейна», признание ГДР и установление с ней полномасштабного сотрудничества, разумеется, при сохранении идеи воссоединения. Кроме того, именно тогда же оппозиция высказалась за урегулирование отношений с СССР.18

Решив использовать методы соперников на выборах 1961г., К.Аденауэр стал выдвигать еще более антисоветские лозунги в 1963 г. и проиграл.

Причем уход правительства К.Аденауэра в отставку не в последнюю очередь был связан с тем, что влиятельные западногерманские круги монополистов проявляли недовольство торговой политикой в отношении Советского Союза, желая нормализации экономических связей.

Все вышесказанное позволяет сделать вывод, что уже в первой половине 1960-х гг. советско-западногерманские взаимоотношения подошли к началу нового этапа – улучшения политических и экономических связей.

2.2 Политика «наведения мостов» в отношении СССР и «атлантизм»

Международная обстановка в середине 1960-х гг. оставалась сложной. Ситуация, возникшая после строительства в 1961 г. Берлинской стены, не была разрешена. Кроме того, в 1962г. произошел Кубинский кризис. В 1964г. усилился рост напряженности во Вьетнаме. Однако, обе стороны отступили от края пропасти, и, после того как Н.С.Хрущева на посту генерального секретаря КПСС сменил Л.И.Брежнев, наступили первые моменты разрядки.

Американцы, французы и англичане улучшали свои отношения с Советским Союзом и поощряли западных немцев действовать в том же направлении. Они достигли примирения на Западе и теперь ставили перед собой такую же цель на Востоке. Правительства западных держав уже не могли более полагаться на старые лозунги достижения разрядки через воссоединение Германии. Необходимо было ставить вопрос в ином ключе: «воссоединение через разрядку».

Сменивший 18 октября 1963 г. К.Аденауэра на посту канцлера ФРГ Л.Эрхард в своем правительственном заявлении в бундестаге высказал противоречивые идеи. С одной стороны, он приветствовал подписанный 5 августа 1963 г. в Москве Договор о запрещении испытаний ядерного оружия в трех сферах и говорил, что правительство ФРГ будет уделять большое внимание улучшению отношений с восточноевропейскими государствами, будет стремиться к устранению предубеждений, расширению экономического обмена и контактов в области культуры,19с другой – канцлер резко выступил против признания существовавшего второго немецкого государства за возвращение к границам 1937 г., за обладание бундесвером атомным оружием и так далее.20Таким образом, в середине 1960-х гг. стержнем программы Бонна явилось стремление приобщить бундесвер к ядерному оружию. Во многом это была реакция на хрущевскую «дипломатию». Арсенал фактов не особенно обогатился с того времени, когда это проект был объектом внимания политиков, ученых и публицистов. Ныне стало больше известно об отрицательном отношении к плану многосторонних ядерных сил (далее МЯС) со стороны высшего американского руководства – президентов Дж.Ф.Кеннеди и Л.Джонсона – и вместе с тем о довольно мощной поддержке, которую проект получал со стороны влиятельных сил США, например, в госдепартаменте.21

Идея МЯС могла появиться и стать актуальной только в обстановке антисоветского психоза и обострения «холодной войны», которая стала возможной в результате предшествовавшего Берлинского кризиса и той политики, в том числе и советской, которая к ним привела.22

С другой стороны, в середине 1960-х гг. под руководством министра иностранных дел Г.Шредера постепенно формировался курс, основы которого были разработаны в Вашингтоне. Он базировался на «политике наведения мостов», взятой на вооружение администрацией президента Л.Джонсона. «Наведение мостов» предусматривало дифференцированный подход к социалистическим странам. Правительство ФРГ с помощью смягчения отношений с некоторыми из них стремилось ослабить их в связи с Советским Союзом, а главное, уменьшить влияние Москвы в ГДР. В принципе это была позитивная идея, потому что ее выразители стремились все же нормализовать отношения с СССР и другими участниками Варшавского Договора.

Начало этой политики было положено еще при К.Аденауэре, когда правительство ФРГ заключило торговое соглашение с Польшей в марте 1963 г. Позднее аналогичные договоры были подписаны в октябре 1963 г. с Румынией, в ноябре 1963 г. – с Венгрией, в марте 1964 г. – с Болгарией.

И, тем не менее, все сказанное позволяет сделать вывод, что позитивные заявления первых недель канцлерства Л.Эрхарда повисли в воздухе, поскольку политика поиска компромисса с СССР развития не получила. С.Дернберг писал, что «Эрхард заложил фундамент, но не построил здания».23 Но даже не это привело к его отставке, а, как считал В.Ежов, закулисная партийная борьба.24 Сменивший Эрхарда К.Кизингер продолжил линию своих предшественников на «атлантическую солидарность», на тесный союз с США. Особенно его поддерживала группа во главе со Г.Шредером. Именно стремлением сохранить и упрочить связи с Вашингтоном объяснялись решительные возражения правительства ФРГ против малейшего сокращения численности американских войск в Западной Европе.

Другая правительственная группа во главе с министром финансов Ф.-И.Штраусом хотела несколько сместить акценты в «западной» политике ФРГ, сделать упор на большее сплочение ЕЭС.

В связи с приходом к власти в 1966г. в ФРГ правительства К.Кизингера в советских заявлениях была вновь изложена та фундаментальная основа, на которой могла бы быть достигнута нормализация советско-западногерманских отношений — признание со стороны ФРГ послевоенных политических и территориальных реальностей. Министр иностранных дел СССР А.Громыко заявил в 1967г.: «Советский Союз не раз отмечал, что Федеративная Республика Германии имеет возможностей не меньше, чем другие страны, для развития нормальных отношений с Советским Союзом. Трудности в отношениях порождаются не нами. Суть дела в том, что ФРГ хочет получить от нас за улучшение отношений ни больше, ни меньше, как отступление от принципов нашей политики в делах Европы, а это исключено.»25 Тем не менее, стремясь к миру, советское правительство проявило готовность к обмену мнениями с ФРГ по вопросу об отказе от применения силы. Обмен мнениями между СССР и Западной Германией, проходивший в период с октября 1967г. по июль 1968г., показал, что правительства обоих государств стремились включиться в процесс разрядки напряженности между Востоком и Западом,26 но каждое – по своим причинам. Обе стороны хотели разрешить спорные вопросы о послевоенных территориальных границах в Европе, о существовании ГДР, стремлении ФРГ к обладанию атомным оружием. Но сделать это они хотели без ущерба для себя.

Тем не менее следует отдать должное правительству К.Кизингера: если его предшественники стремились просто наладить взаимоотношения с СССР, то новый канцлер выразил готовность включить нерешенную проблему раскола Германии в предложения об отказе от применения силы. То есть, появились первые признаки эволюции во внешней политике Федеративной Республики к разрядке.

Основным выразителем этих идей уже тогда был В.Брандт. Выступая в бундестаге 7 июня 1967г., он говорил, что «ставит на первое место улучшение отношений с Советским Союзом, а на второе – дальнейшую нормализацию отношений с государствами, находящимися между ФРГ и СССР».27 Он считал, что определенная «либерализация» внешней политики Федеративной Республики в отношении социалистических стран позволит ей выступить в роли посредника между Западом и Востоком: «Германия столетиями была мостом между Западной и Восточной Европой. Мы постараемся заново построить этот мост».28

В подходе В.Брандта к проблемам внешней политики в эти годы можно отметить и надежды на то, что нормализация отношений с социалистическими странами даст ФРГ определенную свободу маневра на мировой арене.

В своей практической деятельности правительство «большой коалиции» отступало от программных заявлений в бундестаге, касавшихся «восточной политики». Именно в период правления ХДС/ХСС и СДПГ многократно усилилась активность боннской дипломатии, особенно в области экономики и культуры.

Но выступления многих членов правительства, а иногда и самого К.Кизингера, дают достаточно доказательств того, что внутри кабинета почти с самого начала наметились расхождения по вопросам отношений с СССР. Канцлер очень часто выступал в бундестаге в ином тоне, чем министр иностранных дел В.Брандт. В октябре 1967 г. он сделал упор на необходимость противопоставить «колоссальной военной мощи Востока соответствующую мощь Запада».29

Расхождения в правительстве усилились в связи с приближением срока новых выборов. Летом 1968 г. В.Брандт сообщил в бундестаге о своей программе во внешнеполитической области, которая предусматривала «примирение с восточными соседями»,30 что с неизбежностью было связано с признанием существовавших границ.

Выступая в парламенте 25 апреля 1969г., канцлер К.Кизингер высказался против признания статус-кво, сложившегося в Европе после второй мировой войны, вновь заговорил о самоопределении населения ГДР.31 Совершенно очевидно, что в этот период между партнерами по коалиции уже имелись весьма заметные разногласия в определении внешнеполитического курса, в особенности «восточной политики».

Однако, в это время даже в более консервативных кругах, начало созревать убеждение, что требуется решительный разрыв с прошлым. Во второй половине 1960-х гг. в ФРГ активизировались политические силы, выступавшие за изменение отношений с СССР. Призывы к нормализации связей с Москвой все чаще раздавались на страницах печати. Министр иностранных дел В.Брандт в статье, опубликованной в американском журнале «Форин афферс» (апрель 1968 г.), писал о новых акцентах в «восточной политике» ФРГ. Он отмечал, что следует отказаться от прежней позиции Запада, в соответствии с которой предварительным условием смягчения напряженности, нормализации обстановки в Европе объявлялась ликвидация раскола Германии, предусматривавшая поглощение ФРГ Германской Демократической Республики.32

Кроме того, нельзя упускать из виду и экономический фактор. Под воздействием экономического спада 1966 г. и возросших трудностей сбыта промышленной продукции усилился нажим на правительство ФРГ со стороны деловых кругов, требовавших расширить торговлю с СССР.

Управляющий делами «восточного комитета» ФРГ Г.-И.Кирхнер, выступая в конце 1966 г. с программной речью в промышленно-торговой палате Вюрцбург-Швейнсфурта, отметил, что торговля с Востоком открыла бы большие возможности. В апреле 1969 г. он опубликовал статью, в которой вновь ратовал за дальнейшее развитие экономических связей с социалистическими странами.33

Настроение сторонников развития широких экономических связей со странами Восточной Европы выразил член правления компании «Телефункен» М.Шмидт, который назвал наивными попытки использовать торговлю в качестве средства получения политических уступок от СССР.34

Деловые круги к концу 1960-х гг. явно осознали потенциальные возможности развития деловых связей с Советским Союзом. На исходе десятилетия ФРГ переместилась с пятого на первое место в торговом обороте СССР с капиталистическими странами.

Перейдем к дальнейшему анализу эволюции отношений ФРГ и СССР и подробнее остановимся на деятельности Советского правительства в вопросе о статусе Западного Берлина.

Отметим, что Советский Союз проявил готовность приступить к обмену мнениями с западными державами и ФРГ на предмет того, как предотвратить в будущем осложнения вокруг Западного Берлина. Этому были посвящены заседания Политического консультативного комитета государств – участников Варшавского Договора, состоявшиеся в январе 1965 г.35, совещание в Варшаве министров иностранных дел европейских социалистических стран (февраль 1967г.)36 и Карловаровская конференция европейских коммунистических и рабочих партий (апрель 1967 г.).37

Советское правительство выступало в эти годы против так называемых «притязаний ФРГ на Западный Берлин». «Западный Берлин имеет особый статус и не принадлежит Западной Германии», — говорилось в обращении государств – участников Варшавского Договора ко всем европейским странам от 17 марта 1969 г.38

Двухлетние переговоры между СССР и ФРГ относительно соглашения о неприменении силы, начавшиеся в 1966 г., были прерваны по инициативе западногерманской стороны в августе 1968 г. в связи с событиями в Чехословакии. Незадолго до парламентских выборов в ФРГ советское правительство предложило Бонну возобновить переговоры по этому вопросу. Несколько раньше, 10 июля 1969 г., выступая на сессии Верховного Совета СССР, А.Громыко заявил, что советское руководство готово начать четырехсторонние переговоры по берлинскому вопросу. Правительства США, Великобритании, Франции и ФРГ выразили свое согласие.39

Все сказанное позволяет сделать вывод, что старый курс Федеративной Республики во взаимоотношениях с СССР встречал все более сильное сопротивление, как в Советском Союзе, так и в самой Западной Германии. Определенные круги в Бонне понимали бесперспективность проводившейся линии во внешнеполитической области. В деловых кругах возникло недовольство застойным характером политики ФРГ, ее связью только с одним экономическим лагерем – западным рынком. Это привело к повороту в политике Западной Германии по отношению к СССР, появилась «новая восточная политика».


2.3 Эволюция взаимоотношений СССР и ФРГ

и «новая восточная политика»

К концу 1960-х гг. отношения между Западом и Востоком значительно улучшились. Стало расширяться экономическое и научно-техническое сотрудничество между социалистическими и западными государствами. Начали заключаться долгосрочные торговые соглашения, постепенно были сняты особенно нелепые ограничения периода «холодной войны». Рос товарооборот, расширялся туризм. Более регулярным и систематическим стал обмен мнениями и по международным вопросам, что нашло свое выражение в увеличившихся контактах между государственными и политическими деятелями социалистических и капиталистических государств. Стали обычной нормой международные встречи на высшем уровне между представителями стран Востока и Запада. Был подписан целый ряд официальных документов, затрагивавших вопросы смягчения международной напряженности. 40

Все это не могло не сказаться на взаимоотношениях между ФРГ и СССР. С приходом к власти в Западной Германии в 1969 г. правительства В.Брандта — В.Шееля в советско-западногерманских отношениях произошли важнейшие изменения. Новое руководство ФРГ проявило реализм в оценке обстановки в Европе.

Уже первое правительственное заявление канцлера ФРГ В.Брандта в бундестаге 28 октября 1969 г. свидетельствовало о том, что его кабинет намерен сделать серьезный поворот в политике по отношению к СССР: «ФРГ нуждается в мирных связях в полном значении этих слов также и с народами Советского Союза, и со всеми народами европейского Востока. Мы готовы к честной попытке достичь взаимопонимания, чтобы можно было преодолеть последствия катастрофы, которую навлекла на Европу преступная клика».41В интервью западноберлинской газете «Берлинер моргенпост» 10 ноября 1969 г. канцлер заявил, что «есть возможности для усиления практического сотрудничества между Федеративной Республикой и Советским Союзом. Торговля возросла, и одновременно она стала для нас более сбалансированной. Культурный обмен может быть расширен, и можно было бы наладить сотрудничество в области промышленности и техники. Если такое сотрудничество в области экономики и культуры будет успешным, то оно улучшит также и политическую обстановку».42

Уже 30 октября 1969 г. министр иностранных дел ФРГ В.Шеель встретился с советским послом, а 15 ноября 1964 г. посол ФРГ в Москве Г.Аллардт передал Министерству иностранных дел СССР ноту своего правительства, в которой подчеркивалось стремление немедленно начать переговоры с советским руководством о взаимном отказе от применения силы. Выступая в январе 1970 г. в бундестаге с докладом о положении нации канцлер ФРГ, В.Брандт подтвердил, что отказ от применения силы является стержнем его политики, и он должен стать основой улучшения отношений со всеми восточноевропейскими странами».43

Советский Союз, принимал во внимание тот факт, что правительству В.Брандта придется столкнуться с упорным сопротивлением реакции внутри страны по коренным вопросам советско-западногерманских отношений.

Необходимо также отметить, что негативный отпечаток на взаимоотношения с Советским Союзом накладывали планы приобщения ФРГ к ядерному оружию. Подписание Федеративной Республикой Договора о нераспространении ядерного оружия в 1969 г. свидетельствовало о желании нового правительства Западной Германии устранить одно из главных препятствий на пути к нормализации отношений с Советским Союзом.

В конце 1969 г. завязался интенсивный политический диалог между представителями СССР и ФРГ на высоком уровне по вопросам нормализации отношений. Так, в декабре 1969 г. состоялись беседы советской делегации во главе с министром иностранных дел А.Громыко и делегации Федеративной Республики Германии. Имели место контакты в Москве между советскими руководителями и статс-секретарем Э.Баром по подготовке договора двух стран; с 27 июля по 7 августа 1970 г. переговоры велись на уровне министров иностранных дел. Сторонам удалось найти то общее, на основе чего оформлялся Договор между Германией и СССР. Для подписания этого документа в Советский Союз прибыла правительственная делегация ФРГ во главе с федеральным канцлером В.Брандтом. 12 августа 1970 г. состоялось официальное оформление этого акта.44

Заключение договора стало возможным в результате желания двух государств найти компромисс. И, конечно, Советский Союз сыграл в этом не последнюю роль. Главное, чего стремился достичь СССР, это ликвидации остатков второй мировой войны в Европе, закрепления послевоенных политических реальностей, достижения прочного мира и безопасности.

Московский договор стал крупнейшим событием в истории советско-западногерманских отношений. Это было обусловлено его политическим содержанием, позицией сторон по кардинальным проблемам европейской безопасности.

В Договоре был закреплен принцип нерушимости границ в Европе.45 Западногерманские правящие круги осознали, что без признания с их стороны территориального статус-кво в Европе в качестве политического modusvivendiневозможно было достигнуть нормализации отношений с Советским Союзом. В соответствии со статьей 2 Московского договора ФРГ и СССР взяли обязательства разрешать свои споры исключительно мирными средствами в вопросах, затрагивавших безопасность в Европе и международную безопасность, как и в своих взаимных отношениях воздерживаться, согласно статье 2 Устава ООН, от угрозы силой или ее применения.

Подписание Договора стало возможным, когда правительство В.Брандта окончательно отошло от «доктрины Хальштейна» и заявило о готовности строить свои отношения с ГДР на основе равноправия и уважения ее независимости. Внешнеполитическая концепция В.Брандта нашла наиболее полное отражение в докладе « Наша политическая линия на 1970-е гг.», представленном съезду СДПГ в Саарбрюкене в мае 1970 г. «С ответственными деятелями ГДР, — говорил В.Брандт, — мы едины в том, что с немецкой земли не должна больше исходить новая война. Мы должны быть едины в том, что оба германских государства в 1970-е гг. должны нести ответственность за то, чтобы с немецкой земли поддерживался и стимулировался европейский мирный порядок, чтобы прекратилось противостояние и развивалось сотрудничество, с тем, чтобы Европа могла стать континентом мира…… У кого перед глазами разумная цель, состоящая в том, чтобы сделать возможным тесное сотрудничество также и между государствами с различным общественным строем, тот должен исходить из существующего положения».46

Таким образом, окончательный поворот к «новой восточной политике» в отношениях с СССР был налицо. «Если бы ФРГ не начала осуществлять свою новую политику, политику реализма и признания статус-кво, — писал позднее западногерманский исследователь Э.Шульц,- то она неизбежно попала бы в полную изоляцию, так как она все в большей степени воспринималась как препятствие для налаживания политики разрядки. Эта политика с начала 1960-х гг. стала объективной необходимостью в связи с предельно обострившейся ядерной конфронтацией между блоками, смертельной опасностью ядерного конфликта между СССР и США, которую необходимо было, по крайней мере, смягчить и уменьшить».47

В ходе переговоров по подготовке Московского договора, а затем во время визита правительственной делегации ФРГ в столицу Советского Союза, стороны всесторонне обсуждали дальнейшие шаги, которые стали бы возможны после подписания Договора. Результаты переговоров нашли отражение в отдельном документе – «Договоренности о намерениях сторон». Правительство ФРГ заявило о готовности заключить с правительством ГДР договор, который будет иметь общепринятую между государствами обязывающую силу, так же как и договоры ФРГ и ГДР с третьими странами.

Правительства Советского Союза и ФРГ рассматривали эти договоры как необходимую политическую предпосылку для осуществления широких планов экономического, научно-технического и культурного сотрудничества.48 Среди причин, побудивших правящие круги Федеративной Республики заключить Московский договор, следует назвать также опасение Бонна оказаться позади многих западноевропейских стран в деле развития экономических связей с Советским Союзом. Руководство ФРГ рассчитывало на то, что торговля с СССР будет способствовать смягчению возможного экономического спада в Западной Германии.

Взаимная заинтересованность в развитии торгово-финансовых связей воплощалась в конкретных делах. Советские экспортные организации подписали 1 февраля 1970 г. в Эссене с акционерным обществом «Рургаз» соглашение о поставке Советским Союзом в ФРГ в течение двадцати лет 52 млрд. кубометров природного газа. Соглашение на поставку СССР труб большого диаметра было заключено с концерном «Маннесман». В феврале 1970 г. в Москве находилась западногерманская делегация для обсуждения вопросов, связанных с развитием и расширением научно-технических связей.49

В руководстве ФРГ, наконец, отказались от ультимативных требований сначала решить все политические вопросы, а уже потом расширять экономические связи на прочной основе долговременных соглашений.

Далее предстояло решить проблему Западного Берлина, от которой зависело достижение прочной разрядки в Европе. По существу через четверть века после окончания войны, оставались неурегулированными такие вопросы как транспортные связи Западного Берлина с территорией ФРГ, порядок поездок граждан этого города в ГДР, характер связей с Федеративной Республикой и так далее. В проекте Основного закона Западной Германии, обсуждавшемся в 1949 г., Берлин рассматривался как город, находящийся в юрисдикции ФРГ.

Представители США, Великобритании и Франции наложили вето на претензии Федеративной Республики Германии включить Западный Берлин в свой состав. Но попытки присоединить город не прекращались. Ряд политических деятелей считал, что Советский Союз якобы хочет изолировать западную часть Берлина, изменить в нем социально-экономический строй и, в конечном счете, присоединить его территорию к ГДР.50

Переговоры по западноберлинской проблеме начались в марте 1970 г. После напряженной дипломатической борьбы, продолжавшейся полтора года,51 представители четырех великих держав в сентябре 1971 г. подписали соглашение. Стороны были единодушны в том, что связи между западными секторами Берлина и ФРГ должны поддерживаться с учетом того, что эти «секторы по-прежнему не будут являться составной частью Западной Германии и управляться ею и впредь».52

Советский Союз проявил готовность к разумному компромиссу, согласившись с тем, что консульские учреждения ФРГ будут представлять интересы граждан Западного Берлина за рубежом. В соответствии с соглашением СССР получил право открыть в этом городе свое генеральное консульство.53

В заключение хотелось бы отметить, что в 1970-х гг. берлинская ситуация совершенно переменилась. В Берлине уже не возникало кризисов между Востоком и Западом. Городская стена сохранила состояние напряженности между двумя мировыми державами, двумя лагерями, а перспективы воссоединения Германии и Берлина стали менее реальными, чем когда-либо. Однако, при всей грубости этого шага, стена положила конец исходу людей из Восточной Германии и убедила многих в ФРГ, что их прежний расчет на поглощение восточной части Германии должен быть кардинально пересмотрен, что необходимо отказаться от «доктрины Хальштейна» и признать Германскую Демократическую Республику. Отсюда, в конце 1960-х гг. проистекала и германская «Остполитик», начинавшаяся при министре иностранных дел Г.Шредере, члене ХДС, но, связанная прежде всего с именем лидера социал-демократической партии В.Брандта.

Таким образом, начало 1970-х гг. было ознаменовано заметным и прочным улучшением в отношениях между Востоком и Западом, особенно в отношениях Западной Германии с Советским Союзом и ее восточными соседями, включая ГДР. В последнем случае это особенно касалось экономической сферы. Берлин, являвшийся в прошлом реальным или потенциальным центром кризисов, вступил в новую эру мира и стабильности.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Период конца 1950-х — начала 1970-х гг. был наиболее сложным и напряженным в борьбе за урегулирование спорных вопросов, касавшихся Германии и разрешения противоречий между СССР и ФРГ. Это было время чередования обострения ситуации и ее ослабления, заката политики «отбрасывания коммунизма» и «доктрины Хальштейна», появления идеи «изменения через сближение» и «новой восточной политики».

Рассматривая взаимоотношения Советского Союза и Федеративной Республики Германии конца 1950-х – начала 1970-х гг. автор приходит к выводу, что напряжение между этими двумя государствами было следствием нерешенных противоречий после второй мировой войны. Основным геополитическим фактором, повлиявшим на обострение международной обстановки в целом и между СССР и Западной Германии, в частности, была «холодная война». В планах СССР и США побежденная фашистская Германия рассматривалась с различных позиций. Правительство США стремилось восстановить экономику этого государства, чтобы оно стало опорой для ослабленной войной Европы, которая, в свою очередь, должна была явиться рынком сбыта продукции для американской промышленности. Руководство Советского Союза претендовало на существовавшие у Германии промышленные мощности, особенно развитые в Рурской, Саарской и Рейнской областях, чтобы восстановить народное хозяйство СССР, пострадавшее от второй мировой войны. С другой стороны, советское правительство, с помощью постепенной «советизации» восточной части немецких земель, стремилось усилить свои сферы влияния на послевоенной европейском континенте.

Впервые различие целей и планов проявилось в конфликтной ситуации 1948-1949 гг., когда возник Берлинский кризис. Блокада Берлина явилась следствием проведения западными оккупационными властями сепаратной денежной реформы в свой зоне, форсирование создания западногерманского государства и включения его в организацию Североатлантического Договора.

После спада напряженности в 1949 г. в Берлине определились главные противоречия между правительствами США, Великобритании, Франции и СССР в отношении германского государства: заключение мирного договора с побежденным фашистским рейхом, определение дальнейшего существования немецкой территории в рамках одного или двух государств и как следствие – урегулирование вопроса о статусе Западного Берлина. Нерешенность этих проблем отрицательно влияла на развитие советско-западногерманских отношений вплоть до нового обострения обстановки в столице Германии. Попытки разрешения вышеназванных спорных вопросов возникали на протяжении всего междукризисного периода до 13 августа 1961 г. Но различные позиции США, Великобритании, Франции, с одной стороны, и СССР – с другой, привели к тому, что компромисс найден не был. Главной причиной была коренная противоположность требований, выдвигавшихся разными странами на международных встречах и переговорах, проходивших с 1951 г. по 1961 г. Основная позиция руководящих кругов Запада сводилась к формуле «объединения ГДР и ФРГ» и заключение мирного договора с одной Германией. Правительство СССР, наоборот, стремилось в первую очередь решить вопрос о мирном соглашении, а уже после – об единстве Германии.

К концу 1950-х гг. к этим противоречиям добавились экономические, явившиеся следствием различного характера промышленно-финансового развития двух государств – ФРГ и ГДР. Они выразились в массовом уходе жителей Восточной Германии на Запад через открытую границу в Берлине. А в результате вхождения ФРГ в НАТО появился еще один спорный вопрос во взаимоотношениях ФРГ и СССР – вооружение бундесвера новым тактическим и стратегическим оружием в рамках единых воинских сил Североатлантического Союза.

Все вышеназванные противоречия привели к новой кризисной ситуации в конце 1950-х гг. В условиях кульминационного момента конфронтации между противостоящими друг другу сторонами – западными державами и СССР — необходимо было решение, предотвратившее прямое военное столкновение. Этим решением явилось строительство стены как границы между двумя государствами в Берлине. Автор считает, что именно ее появление спасло мир от новой войны, новых жертв, закрыв доступ в ФРГ восточным немцам. Напряжение вокруг Западного Берлина сохранялось еще непродолжительное время, но кризис все же был преодолен.

Берлинский кризис 1961 г. показал, что противоречия, приведшие к нему, окончательно разрешены не были и оказывали влияние на отношения ФРГ и СССР в последовавшее десятилетие. И, тем не менее, именно конфронтация 1961 г. в Берлине положительно повлияла на дальнейшие международные и советско-западногерманские отношения. Прежде всего, обе стороны поняли, что спорные вопросы необходимо решать мирным путем, не доводя дело до военного столкновения. Об этом свидетельствуют переговоры представителей США, Великобритании и СССР, предшествовавшие подписанию 5 августа 1963 г. Договора о запрещении испытаний ядерного оружия в трех сферах, а также встречи делегации СССР и ФРГ перед подписанием 12 августа 1970 г. Московского Договора и 3 сентября 1971 г. Четырехстороннего соглашения по западному Берлину.

Также необходимо отметить, что именно после кризисного периода Федеративная Республика Германия стала полноправным политическим и экономическим партнером СССР, о чем свидетельствуют подписания вышеназванных договоров, а также расширения торговых, промышленных и научных связей между двумя государствами.

К началу 1970-х гг. советско-западногерманские отношения переменились. В Берлине уже не возникало кризисов между Востоком и Западом. Во внешнеполитической ориентации ФРГ появилась «новая восточная политика», которая в период канцлерства В.Брандта привела к подписанию Четырехстороннего соглашения по Западному Берлину в 1971 г. Советско-западногерманские отношения вступили в новую эру мира и стабильности.

ПРИМЕЧАНИЯ

ВВЕДЕНИЕ

1 Абрасимов П.А. Вспоминая прошедшие годы. Четверть века послом Советского Союза..-М., 1992; Брандт В. Воспоминания / Пер. с нем.- М., 1991; Мемуары Н.С.Хрущева // Вопросы истории.- 1990.- №№ 1-12; — 1991.- №№ 1-12; — 1992.-№№ 1-3,6-9,11-12;-1993.-№№2-10;-1994.-№№1-8,10-12.

2 Громыко А.А. Во имя торжестваа ленинской внешней политики. Избранные статьи и речи.-М.,1979; Хонеккер Э. Избранное. Речи и статьи (1971-1978 г.г.).- М., 1979; Ульбрихт В. Избранные статьи и речи / Пер. с нем. – М.,1961.

3 Внешняя торговля Союза ССР за 1956-1971 г.г.: Статистический обзор в 14-ти томах.- М., 1958-1971; StatistischesJahrbuchfurBRD. 1961.- Dusseldorf, 1962; Экономические отношения СССР с зарубежными странами. 1917-1967: Справочник.-М.,1967.

4 Внешняя политика Советского Союза и международные отношения: Сборник документов. 1961-1975.-М., 1962-1976; Декларации, заявления и коммюнике советского правительства с правительствами иностранных государств. 1954-1957. –М.,1957; Документы. Конференции европейских коммунистических и рабочих партий в Карловых Варах 24-26 апреля.1967.-М.,1967; Варшавское совещание европейских государств по обеспечению мира и безопасности в Европе. 1955. Материалы.-М.,1955; Организация Варшавского Договора. 1955-1975. Документы и материалы.-М., 1975; Четырехстороннее соглашение по Западному Берлину и его реализация. 1971-1977. Документы.-М.,1977.

5 Филитов А.М. Германский вопрос: от раскола к объединению. Новое прочтение. — М.,1993. — С.5.

6 Впервые это можно было наблюдать в ноте правительства СССР правительству ФРГ от 17 мая 1966г. (см.: Известия.-1966.-18мая).

7 История дипломатии /Под ред. А.А.Громыко: В 5-ти т. — М.,1974.-т.5.: в 2-х кн.; История международных отношений внешней политики СССР. 1917-1967. — М.,1967; Международные отношения и внешняя политика Советского Союза.1950-1959. — М.,1960; Международные отношения после второй мировой войны: В 3-х т. — М.,1965.- т.3. 1956-1964.

8 Акопов Г.М. Западный Берлин. Проблемы и решения. — М., 1974; Белецкий В.Н. За столом переговоров. Обсуждение германских дел на послевоенных совещаниях и встречах. — М.,1979.

9 Германская история в новое и новейшее время: В 2-х т.-М., 1970.-т.2.; Ежов В.Д. От «холодной войны» к разрядке: очерки о Федеративной Республике Германии.-М.,1978; Кучинский Ю. Как это было в действительности. Обзор двадцатилетней истории ФРГ.-М.,1971; Кремер И.С. ФРГ: внутриполитическая борьба и внешняя ориентация.-М.,1977; Нарочницкая Н.А. США и «новая восточная политика» ФРГ.-М.,1977; Рахманинов Ю. Проблема европейской безопасности: исторический опыт решения. 1917-1977-М.,1979; Советская внешняя политика и европейская безопасность.-М.,1972; Федеративная Республика Германия.-М.,1973.

10.Цит. по кн.: Кремер И.С. ФРГ: Внутриполитическая борьба и внешняя ориентация.-с.197.

11.Абрасимов П.А. Западный Берлин: вчера и сегодня.-М.,1980; Алексеев Р.Ф. СССР –ФРГ: Прошлое и настоящее. Советско-западногерманские отношения.1955-1980.-М.;1980; Государства НАТО и военные конфликты: военно-исторический очерк / Под ред. П.А.Жилико, Р.Брюля (ГДР), К.Собчака (ПНР). – М.,1987; Елисеев М.Г., Снапковский В.Е. Два германских государства и европейская безопасность: история и современность/ Под ред. доктора ист. наук, проф. Л.М.Шнеерсона.-Минск,1989; Ежов В.Д. Как и кем была расколота Германия // Новая и новейшая история.-1981.- № 5.-с.41-59; Зорин В.А. Первые шаги советской дипломатии в Бонне // Новая и новейшая история.-1980.-№3.-с.69-81; История внешней политики СССР.1917-1980: В 2-х т.-М.,1981.-т.2.1945-1980; Кремер И.С. ФРГ: этапы «восточной политики».-М.,1986; Милюкова В.И. Отношения СССР-ФРГ и проблемы европейской безопасности.1969-1982.-М.,1983; Наринский М.М. «Холодная война» и раскол Европы. Предпосылки смягчения международной напряженности // В кн.: Европа ХХ века: Проблемы мира и безопасности / Отв. Ред. А.О.Чубарьян.-М.,1985.-с.115-138.

12 ХХ век: основные проблемы и тенденции международных отношений: По материалам международных конференций.21-23 ноября 1989 г. — Москва / Редактор-составитель Д.Г.Наджафов. — М.,1992; Исаков К. Смертельный конкур у Берлинской стены// Новое время.-1992.-№ 43.-С.28-30; Как принималось решение о возведении Берлинской стены: Стенограмма речи Н.С.Хрущева на совещании ЦК коммунистических и рабочих партий стран-участниц Варшавского Договора (4 августа 1961г.)/Предисловия и комментарии Б.Бонвеча и А.Филитова// Новая и новейшая история.-1992.-№2.-С.53-76; Карягин В. Берлин от железного занавеса до бетонной стены // Международная жизнь.-1991.- №4-8; Карягин В. Дипломатическая жизнь за кулисами и на сцене. — М.,1994; Корниенко Г.М. Упущенная возможность. Встреча Н.С.Хрущева и Дж.Кеннеди в Вене 1961 г.// Новая и новейшая история.-1992.-№2. — С. 97-106; Павлов Н.В. Объединение или рассказ о решении германского вопроса с комментариями и отступлениями. — М.,1992; Советская внешняя политика в годы «холодной войны» (1945-1985). Новое прочтение. — М.,1995; Трояновский О.А. Через годы и расстояния. — М.,1997; Филитов А.М. Германский вопрос: от раскола к объединению. Новое прочтение. — М.,1993; Фураев В.К. Об изучении истории международных отношений и внешней политики СССР // Новая и новейшая история.-1992.- № 3 .- С.3-17.

13 Германия. Факты.- Франкфурт – на – Майне; 1998; СССР-ФРГ: Навстречу друг другу.-Москва-Эрламен,1990; Хакке К. Великая держава поневоле. Внешняя политика ФРГ.-Берлин,1993; Шемен Г. Страх перед силой. Немцы и их внешняя политика.-М.,1994.

14 50 Jahre Bundesrepublik Deutschland.-Berlin,1999; Hacke C. Die nationalen Interessen der Bundesrepublik Deutschland an der Schwelle zum 21. Jahrhundert // AUSSENPOLITIK/ Schwerpunkte, 2/98; Kistler H. Die Bundesrepublik Deutschland.-Bonn,1986; Laux S. 50 Jahre Deutschland in Europa // Sonderthema, 14-1999 // Inter Nationes – IN – Press – ST – 50 Jahre Bundesrepublik Deutschland; Morsey R. Die Bundesrepublik Deutschland.- Munscher,1990; Piel E. Nur Inter “ferner lilten”. Das Interesse der Deutschen an Aussenpolitik im Spiegel der Demosropie // Sonderthema, 2-1999// Inter Nationales – IN – Press – ST – 50 Jahre Bundesrepublik Deutschland; Ragge J. Die Berliner Mauer wird gebaut // General – Anzeiger.- Bonn,1999.- 13. Marz // Inter Nationes – Landeskunde – 1961; Schildt A. Politischen Entscheidungen und Aufstelungen.- Berlin, 1999; Schollgen G. Die Berliner Republik als internationaler Akteur – Gibt es noch eine deutsche Interessenpolitik? // AUSSENPOLITIK/ Schwerpunkte 2/98.

15 Schildt A. Politischen Entscheidungen und Aufstelungen. – s.4.

16 Kistler H. Op.cit. – s.112.

17 Laux S. Op. cit – s.2.

18 Piel E. Op.cit.- s.1.

ГЛАВА 1

1 Morsey R. Op.cit.- s.11.

2 Jbid.-s.12.

3 Jbid.

4 Jbid. — s.14.

5 Jbid.-s.14-15.

6 Правда.-1948.- 14 апреля.

7 Елисеев М.Г., Снапковский В.Е. Указ.соч.- с.20.

8 Германская история в новое и новейшее время /В 2-х т.- т.2- с.448.

9 Там же. – с.449.

10 История дипломатии/ В 5-ти т.-т.5.- кн.1 – с.293.

11 Там же.- с.295.

12 См.: Правда.- 1952. – 11 марта.

13 Хаффнер С. Самоубийство германской империи.- М.,1972.- с.52.

14 Там же.-с54-56.

15 Кучинский Ю. Указ.соч. – 63-64.

16 Белецкий В.Н. Указ соч. – с. 64-65.

17 Там же.- с.104-105; История внешней политики СССР. 1917-1980 гг. – т.2 (1945-1980). – с. 109.

18 Организация Варшавского Договора. Документы и материалы.1955-1980.-с.10.

19 Робертс Ф. Сталин, Хрущев и берлинские кризисы // Международная жизнь. – 1991.-№ 10.- с. 138.

20 Кучинский Ю. Указ соч. – с. 110.

21 Там же. – с. 119-123.

22 Организация Варшавского Договора. Документы и материалы. 1955-1980. – с. 54-57.

23 MorseyR. Op.cit. – s. 153.

24 На основании «доктрины Хальштейна» ФРГ разорвало отношения с Югославией в ноябре 1957 г., с Кубой – в январе 1963 г.

25 Кремер И.С. ФРГ: внутриполитическая борьба и внешняя ориентация. – с. 160.

26 Алексеев Р.Ф. Указ.соч. – с. 71.

27 Там же. – с. 72.

28 Там же. – с.72-73.

29 Шемен Г. Указ.соч. – с.78.

30 Там же. – с. 82-83.

31 Там же.

32 Алексеев Р.Ф. Указ.соч. – с. 81.

33 Филитов А.М. Указ.соч. – с.169.

34 Piel E. Op.cit. – s. 4.

35 Jbid. – s. 4-5.

36 Нарочницкая Н.А. США и «новая восточная политика» ФРГ. – М., 1977. – с.41.

37 Там же. – с.43.

38 Там же. – с.44-45.

39 Корниенко Г.М. “Холодная война”: свидетельство ее участника.- с.70-71.

40 Экономические отношения СССР с зарубежными странами. 1917-1967: Справочник. – с 453.

41 PielE. Op.cit. – s. 2-3.

42 Корниенко Г.М. «Холодная война»: свидетельство ее участника. –с.71.

43 Экономические отношения СССР с зарубежными странами 1917-1967: Справочник – с.478.

44 См.: Ninkovich F. Germanj and the United States. The Transformation of the German Question sinel 1945.- Boston, 1988. – р.54.

45 Правда.- 1958. – 28 ноября.

46 Как принималось решение о возведении Берлинской стены…- с.65.

47 Шемен Г. Указ. соч. – с.191.

48 Правда. – 1959. – 11 января.

49 SchildtA. Op.cit. – s.7.

50 Государства НАТО и военные конфликты: военно-исторический очерк. – с.49.

51 Германия. Факты. – с. 187.

52 Там же. – с.188.

53 Правда. – 1959.- 3 марта.

54 Правда. – 1959. – 31 марта.

55 Организация Варшавского Договора. 1955-1980.-c.83-84.

56 Morsey R. Op.cit. –s.158.

57 Нарочницкая Н.А.Указ.соч. – с. 52.

58 ГДР: становление и рост. К истории Германской Демократической Республики. – М., 1977.- с .299- 300.

59 Там же.

60 Правда. – 1959.- 19 мая.

61 Правда. – 1959. – 14 мая.

62 Правда.-1959.-11 июня.

63 Правда. – 1959. – 6 августа.

64 Совместное советско-американское коммюнике // Правда. – 1959. – 28 сентября; Известия. – 1959. – 30 сентября.

65 Правда. – 1960. – 21 февраля.

66 Шемен Г.Указ.соч. – с. 167.

67 Брандт.В. Указ.соч. – с.39-40.

68 Мемуары Н.С.Хрущева // Вопросы истории. – 1993.- № 10.-с.60.

69 Laux S. Op. сit. – s.8.

70 Корниенко Г. Упущенная возможность. Встреча Н.С.Хрущева и Дж.Кеннеди в Вене в 1961 году // Новая и новейшая история. – 1992. — № 2. – с. 100-101.

71 Там же.

72 Акопов Г.М. Указ.соч. – с 112.

73 Ульбрихт В.Избранные статьи и речи. – с.239.

74 Организация Варшавского Договора. 1955-1975. – с. 94-97.

75 Как принималось решение о возведении Берлинской стены…// Новая и новейшая история. – 1999. — № 2. – с. 56-57.

76 Там же.

77 Там же – с.57-58.

78 Филитов А.М. Указ.соч. – с. 188.

79 Там же.

80 Там же.

81 Как принималось решение о возведении Берлинской стены …с.61.

82 Там же. – с.56-59.

83 Там же. – с.62.

84 Правда. – 1961. – 13 августа.

85 Брандт В. Указ соч. – с. 14.

86 Абрасимов П.А. Вспоминая прошедшие годы. – с.237.

87 Kistler H. Die Bundesrepublik Deutschland. – Bonn, 1986.-s.185.

88 Jbid. – s.186.

89 Ninkovich F. Op.cit. – P.141

ГЛАВА 2

1 Внешняя политика Советского Союза и международные отношения .1963 год. – М., 1964.- с.293-295.

2 Впервые Ш.деГолль высказался в этом духе 25 марта 1951 г., а затем не раз повторял, что линия Одер-Нейсе является границей между ГДР и ПНР.

3 Милюкова В.И. Указ.соч. – с.214.

4 Громыко А. 1036 дней президента Кеннеди. –М., 1969. – с.184.

5 Внешняя политика Советского Союза и международные отношения. 1963 год. – М., 1964.- с.253-255; также: Правда. – 1963. – 6 августа.

6 Цит. по кн.: Хонеккер Э. Избранное. Речи и статьи (1971-1978 гг.). – с.115.

7 Там же. – с.137.

8 Трояновский О.А. Указ соч.- с.198-199.

9 См.: Statistisches Jahrbuch fur BRD. 1961. – s. 16,66,68.

10 См.: Экономические положения капиталистических и развивающихся стран. Обзор за 1966 и начало 1967 г. – М., 1967. – с.71.

11 Там же. – с 124.

12 Внешняя торговля Союза ССР за 1956-1971 гг.,: Статистический обзор в 14-ти томах. – т.8. – с.121.

13 Там же. – с.130.

14 Внешняя политика Советского Союза и международные отношения. 1963 год. – М.,1964.- с.63.

15 Внешняя политика Советского Союза и международные отношения. 1963 год. – М., 1964. – с.63.

16 Хонеккер Э. Указ.соч. – с.129.

17 Он был избран председателем партии на ее внеочередном съезде, состоявшемся 15-16 февраля 1964 г., сменив на этом посту скончавшегося 14 декабря 1963 г. Э.Олленхауэра, который, впрочем, последние годы был, скорее номинальным ее лидером.

18 Кремер И.С. ФРГ: этапы «восточной политики». – с.90.

19 Алексеев Р.Ф. Указ.соч. – с. 169-170.

20 Там же.

21 NinkovichF. Op.cit. – P. 146-148.

22 Филитов А.М. Указ.соч. – с. 185.

23 Дернберг С. Краткая история ГДР. – М.,1971 – с.452.

24 Ежов В.Д. Указ соч. – с.56-57.

25 Громыко А.А. Во имя торжества ленинской внешней политики. Избранные речи и статьи. – с.154.

26 Внешняя политика СССР и международные отношения. 1967 год. – М., 1968. – с.311-312.

27 Брандт В. Указ.соч. – с. 74.

28 Там же.

29 Карягин В.В. Дипломатическая жизнь за кулисами и на сцене. – с.227.

30 Брандт В. Указ.соч. – с.257.

31 Карягин В.В. Дипломатическая жизнь за кулисами и сцене. – с.230.

32 См.: Кремер И.С. ФРГ: этапы «восточной политики».- с.101.

33 СССР-ФРГ: Навстречу друг другу. – с. 194.

34 Там же. – с.202.

35 См.: Внешняя политика Советского Союза и международные отношения. 1965 год. – М.,1966.-с.27-30,33.

36 См.: Внешняя политика Советского Союза и международные отношения. 1967 год.-М.,1968.-с.68-74.

37 См.: Документы Конференции европейских коммунистических и рабочих партий в Карловых Варах 24-26 апреля 1967 г. – М., 1967. – с. 9-12.

38 Организация Варшавского Договора. 1955-1980.- с.113.

39 Внешняя политика Советского Союза и международные отношения. 1969 год. – М.,1970. – с.212.

40 История дипломатии. – т.5 – кн.2.- с.234-235.

41 Брандт В. Указ.соч. – с.340.

42 См.: Кремер И.С.ФРГ: этапы «восточной политики».- с.125.

43 Там же.

44 См.: Внешняя политика Советского Союза и международные отношения. 1970 г… – М.,1971.-с.357.

45 Правда. –1970.-13 августа.

46 См.: Корниенко Г.М. «Холодная война»: свидетельство ее участника. – с.368.

47 Хакке К. Указ.соч. – с.264.

48 См.: Правда. – 1971.- 14 февраля.

49 Внешняя торговля Союза ССР за 1956-1971 гг.: Статистический обзор в 14-ти томах. 1970 г.-М., 1971. – т.13.-с.138.

50 См.: Абрасимов П.А. Западный Берлин: вчера и сегодня. – с. 98-99.

51 Там же. –с.90,107.

52 См.: Четырехстороннее соглашение по Западному Берлину и его реализация. 1971-1977 гг. Документы. – с.10.

53 Там же. – с.12.


СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Внешняя политика Советского Союза и международные отношения. – 1961-1975гг. Сборники документов в 15-ти т. –М.: Международные отношения,1962-1976. – т.т.1-10.

2. Декларации, заявления и коммюнике Советского правительства с правительствами иностранных государств. 1954-1957. –М.: Политиздат, 1957.- 568 с.

3. Документы Конференций европейских коммунистических и рабочих партий в Карловых Варах 24-26 апреля 1967г. – М.: Политиздат,1962.- 32с.

4. Организация Варшавского Договора 1955-1975. Документы и материалы. –М.: Политиздат,1975. – 192 с.

5. Четырехстороннее Соглашение по Западному Берлину и его разрешение. 1971-1977. Документы. –М.: Политиздат, 1977. – 359с.

Мемуары государственных и общественных деятелей

1. Абрасимов П.А. Вспоминая прошедшие годы. Четверть века послом Советского Союза.-М.: Международные отношения,1992.-344с.

2. Брандт В.Воспоминания/Пер с нем. –М.: Новости,1991.- 528с.

3. Громыко А.А.Во имя торжества ленинской внешней политики. Избранные статьи и речи.-М.: Международные отношения,1979.-769 с.

4. Мемуары Н.С. Хрущева // Вопросы истории.—1993.-№6.-с.79-94; № 9. – с. 73-104; — № 10. – с.47-90.

5. Ульбрихт В. Избранные статьи и речи / Пер. с нем. –М.: Госполитиздат, 1961. – 746 с.

6. Хонеккер Э. Избранное. Речи и статьи (1971-1978).-М.: Политиздат, 1979. –704 с.

Периодические издания

1. Правда. – 1952-1971.

2. Известия.-1959-1961.

Справочные и статистические издания

1. Внешняя торговля Союза ССР за 1956-1971 гг.: Статистический обзор в 14-ти томах.- М.: Политиздат,1958-1972.

2. Экономические отношения СССР с зарубежными странами 1917-1967: Справочник.- М.: Политиздат, 1967.-647 с.

3. Экономическое положение капиталистических и развивающихся стран. Обзор за 1966 и начало 1967 гг.-М.: Политиздат,1967.-439с.

4. StatistischesJahrbuchfurBRD. 1961 .- Dusseldorf,1962.-458 S.

Литература

1. Абрасимов П.А. Западный Берлин: вчера и сегодня. -М.: Международные отношения,1980.-216с.

2. Акопов Г.М. Западный Берлин: Проблемы и решения. -М.: Международные отношения, 1974.-264с.

3. Алексеев Р.Ф. СССР-ФРГ: прошлое и настоящее. Советско-западногерманские отношения. 1955-1980.- М.: Политиздат,1980.-280 с.

4. Белецкий В.Н. За столом переговоров. Обсуждение германских дел на послевоенных международных совещаниях и встречах.- М: Политиздат, 1979. – 320 с.

5. Германия. Факты. – Франкфурт – на – Майне: Социетэтс – ферлаг, 1998.-453 с. Германская история в новое и новейшее время: В 2-х т. – т.2. – М.: Наука, 1970. – 602 с.

6. ГДР: становление и рост. К истории Германской Демократической Республики. / Пер. с нем. Под ред. А.М.Боголюбова.- М.: Прогресс,1977.- 456 с.

7. Государства НАТО и военные конфликты: военно-исторический очерк / Под ред. П.А. Жилико, Р.Брюля (ГДР), К.Собчака (ПНР).- М.: Наука, 1987. – 311 с.

8. Дернберг С. Краткая история ГДР. Изд.2-е, доп. / автореф. Пер. с нем. – М.: Мысль, 1971. – 542 с.

9. Ежов В.Д. Как и кем была расколота Германия // Новая и новейшая история. – 1981. — № 5. – с.41-59.

10. Елисеев М.Г., Снапковский В.Е. Два германских государства и европейская безопасность: история и современность / Под ред. доктора ист. наук, профессора Л.М.Шнеерсона. –Минск: Наука и техника, 1989. – 152 с.

11. История внешней политики СССР. 1917-1980.: В 2-х т. – М.: Международные отношения, 1981. – 635 с.

12. История дипломатии / Под ред. А.А.Громыко: В 5-ти т. – М.: Изд-во полит. литературы, 1974. – т.5: в 2-х кн. – кн.1. – 752 с.; кн.2. – 768 с.

13. Как принималось решение о возведении Берлинской стены / Предисловие Б.Бонвеч, А.Филитов // Новая и новейшая история. – 1999. — № 2. – с.53-75.

14. Карягин В.В. Дипломатическая жизнь за кулисами и на сцене. – М.: Вагриус, 1994. – 347 с.

15. Корниенко Г.М. «Холодная война»: свидетельство ее участника. – М.: Международные отношения, 1995. – 287 с.

16. Корниенко Г.М. Упущенная возможность. Встреча Н.С.Хрущева и Дж.Ф.Кеннеди в Вене в 1961 году // Новая и новейшая история. – 1992. — № 2. – с.97-106.

17. Кремер И.С. ФРГ: внутриполитическая борьба и внешняя ориентация. – М.: Мысль, 1977.-270 с.

18. Кремер И.С. ФРГ: этапы «восточной политики». – М.: Международные отношения, 1986. – 224 с.

19. Кучинский Ю. Как это было в действительности. Обзор двадцатилетней истории Федеративной Республики Германия. – М.: Наука, 1971. – 398 с.

20. Милюкова В.И. Отношения СССР – ФРГ и проблемы европейской безопасности. 1969-1982.-М.: Наука, 1983. – 303 с.

21. Нарочницкая Н.А. США и «новая восточная политика» ФРГ. –М.: Наука, 1977. – 175 с.

22. Робертс Ф. Сталин, Хрущев и Берлинские кризисы // Международная жизнь. – 1991.- № 10.- с. 130-143.

23. СССР-ФРГ: Навстречу друг другу. – Москва – Эрламен: Международные отношения – Штрауб, 1990. – 261 с.

24. Трояновский О.А. Через годы и расстояния М.: Мысль, 1997.- 340 с.

25. Филитов А.М. Германский вопрос: от раскола к объединению. Новое прочтение. –М.: Международные отношения, 1993. –285 с.

26. Хакке.К. Великая держава поневоле.Внешняя политика ФРГ.-Берлин: Военное издательство,1993.

27. Хаффнер С. Самоубийство германской империи. – М.: Наука, 1972..- 320 с.

28. Шемен Г. Страх перед силой. Немцы и их внешняя политика. –М.: Международные отношения, 1994. – 267 с.

29. Laux S. 50 Jahre Deutschland in Europa / Jn: Inter Nationes – IN – Press – ST – 50 Jahre Bundesrepublik Deutschland. – Sonderthema, 14-1999.- 9S.

30. Morsey R. Die Bundesrepublik Deutschland.-Munschen, Militerverlag,1999. – 448 S.

31. Piel Е. Nur unter “ferner liefen”. Das Interesse der Deutschen an Aussenpolitik im Spigel der Demockopie // Jn: Inter Nationes. – IN – Press – ST – 50 Jahre Bundesrepublik Deutschland. – Sonderthema, 2-1999. – 6 S.

32. Schildt A. Politischen Entscheidungen und Aufstellungen. – Berlin, Militerverlag, 1999. – 20S.

33. Kistler H. Die Bundesrepublik Deutschland. – Bonn, Neuesverlag, 1986.-428 S.

34. Ninkovich F. Germanj and the United States. The Transformation of the German Question sinel 1945. – Boston, 1988. – 240 P.

еще рефераты
Еще работы по истории