Реферат: Правление Гитлера

План

Введение

1. Путь Гитлера к власти

1.1 Происхождение. Детство, юношеские годы

1.2 Служба в армии

1.3 Общественно-политическая ситуация в Германии 20-30-х годов ХХ века

1.4 Характерные черты личности Гитлера

1.5 Женщины Гитлера

1.6 Роль СА и СС в приходе Гитлера к власти

2. Глава нацистской партии – глава Германии

2.1 Фюрер нацистской партии становится рейхсканцлером Германии

2.2 Почему стал возможен Гитлер

2.3. Идеология Гитлера – идеология нацизма

3. Гитлеровская Германия

3.1 Атмосфера террора в гитлеровской Германии

3.2 Расовое безумие

3.3 «Конвейер смерти»

3.4 Смерть Гитлера

Заключение

Список использованной литературы

Введение

30 января 1933 года главарь нацистской партии Адольф Гитлер был назначен рейхсканцлером. Пробил последний час парламентской Веймарской республики; на Германию опустилась ночь фашизма. Террор и бесчеловечность стали повседневностью шестидесяти пяти миллионного народа. Прошло еще немного лет, и «великогерманские» властители «третьего рейха» установили свое деспотическое господство также за пределами страны, ввергли сначала Европу, а затем чуть ли не весь мир в пучину войны. Зверства, творившиеся именем Гитлера на фронте и в самой Германии, превзошли по своей мерзости и жестокости все, что только имело место в предшествующие века. Чтобы сокрушить кровожадный фашизм, державам, вступившим в борьбу против него, прежде всего Советскому Союзу, пришлось напрячь все силы и принести ради победы невиданные в истории человечества жертвы. Когда после шести лет второй мировой войны над полями сражений поднялись последние столбы дыма, народы оплакивали 50 миллионов погибших. Не счесть было раненных и искалеченных, вдов и сирот. В руинах и пепле лежали обширные края, тысячи городов и десятки тысяч деревень. Предположительная стоимость уничтоженных материальных ценностей достигла поистине астрономических цифр, а утраченных сокровищ культуры и искусства – вообще не поддавалась никакому измерению. Гитлеровской Германии пришлось пережить военное поражение невиданного масштаба. Все это побудило многих историков приписать всю вину за фашистский кошмар, мировую войну и это беспримерное поражение одному человеку – позорно обанкротившемуся «фюреру». Когда речь заходит о злосчастном прошлом, многие заявляют о расовом бреде именно одного Гитлера, о программе именно одного Гитлера, о терроре именно одного Гитлера, о вооружении именно одного Гитлера, о войне именно одного Гитлера… Эту мысль наиболее четко формулирует известный исследователь истории фашизма Эрнст Дойерляйн: «Национал-социализм… исторически определялся одним человеком, который именовал себя творцом и свершителем, — Адольфом Гитлером». Если можно выразить эту мысль еще яснее, то это сделал Иоахим Фест, автор книги «Гитлер. История его карьеры», по которому поставлен фильм «Гитлер». «На самом деле, — пишет Фест, — он (Гитлер) в невиданной мере был сам по себе и все в самом себе: сам себе наставник, организатор партии и создатель ее идеологии, тактик и исцелитель-демагог, фюрер, государственный муж и – в течение одного десятилетия – движущий центр мира».

Другие историки выводят германский фашизм не исключительно или хотя бы не в первую очередь из личности Гитлера. Выдвигают те или иные версии о том, что в большей степени повлияло возможность создания фашистского государства. Десмонд Сьюард в книге «Наполеон и Гитлер» приходит к выводу, что гитлеровская диктатура стала возможной благодаря современным технологиям в индустриальном государстве, именно технология помогла подавлять народ. Шпеер подчеркивает, что современные средства связи – телефон, телетайп, радио — сделали возможным государство фюрера.

До настоящего времени многие историки ставят перед собой вопрос для исследования: «Почему стал возможен Гитлер?». В 2005 году была опубликована книга Б.Соколова «Адольф Гитлер. Жизнь под свастикой». На историческом материале Б.Соколов провел свои исследования биографии и политической карьеры Адольфа Гитлера. Автор попытался дать объективный портрет Гитлера, оценивает те обстоятельства, которые помогли завоевать Гитлеру симпатии германского народа. По его мнению, Гитлер был, с одной стороны, нормальным простым человеком, своими привычками и манерами походившим на рядового немецкого обывателя, а с другой стороны – выдающейся личностью, хорошо знающей чужды и чаяния простого народа.

Цель моей дипломной работы — проследить какие факторы и в какой степени повлияли на приход Гитлера к власти, на удержание этой власти. Для этого я поэтапно затрагиваю события в жизни Гитлера, которые, по моему мнению, в той или иной степени повлияли на формирование и становление личности Гитлера и сделали возможным приход его к власти в Германии, удержание и использование этой власти в своих целях.

Первая глава «Путь Гитлера к власти» содержит такие разделы как «Происхождение. Детство, юношеские годы», «Служба в армии», «Общественно-политическая ситуация Германии 20-30-х годов ХХ века», «Характерные черты личности Гитлера», «Женщины Гитлера», «Роль СА и СС в приходе Гитлера к власти». Начиная с важного момента, а именно с происхождения, я пытаюсь выяснить, что могло сыграть влияющую роль в становлении личности Гитлера в детские и юношеские годы; как война, а в большей степени — поражение Германии в первой мировой войне, смогли оказать свое воздействие на цели, стремления и воплощение этих стремлений Гитлера в жизнь. Характерные черты личности Гитлера я в большей степени рассматриваю с точки зрения его современников, лично общавшихся с ним. Далее я прослеживаю, какую роль в жизни Гитлера сыграли женщины, не просто в личной жизни, а в создании имиджа вождя немецкого народа. Сам факт прихода к власти осуществлялся, естественно с поддержкой соответствующих сил. В этом контексте я рассматриваю влияние таких структурные подразделения нацистской партии как СА и СС на захват и удержание Гитлером власти. Во второй, основной главе, под названием «Глава нацисткой парии – глава Германии» я ставлю задачу раскрыть суть нацизма, какие мысли, мечты, планы были у Гитлера как у главы нацистов. А также рассматриваю варианты, версии, идеи историков и исследователей «Почему стал возможен Гитлер?». Цель Гитлера — мировое господство, сама по себе была в принципе недостижима и потому иррациональна. Иррациональная цель, для достижения которой использовались рациональные средства, родила представления о Гитлере как о человеке непредсказуемом, чьи действия необъяснимы с точки зрения здравомыслящего человека. В Заключительной главе «Гитлеровская Германия», в таких разделах как «Атмосфера террора в гитлеровской Германии», «Расовое безумие», «Конвейер смерти» я уделяю внимание таким вопросам, как происходило воплощение безумных идей Гитлера в жизнь, как это отразилось на жизни немецкого народа, какую это сыграло роль в мировом масштабе. А также что сделало возможным удержание Гитлером своего господства над миллионным народом. Гитлер ушел в небытие, но страшная память о нем осталась навеки. Какую жизнь прожил Гитлер, какие совершил злодеяния за всю свою жизнь, какая смерть ждала нацистского фюрера. Заканчивается третья глава и вся работа разделом «Смерть Гитлера».

В итоге я не ставлю перед собой задачу выделить наиболее существенный фактор и оценить степень его влияния на приход Гитлера к власти. В своей работе мне бы хотелось рассмотреть все возможные факторы, способствовавшие приходу Гитлера к власти. Выявляя объективные причины такого мирового катаклизма как фашизм, нельзя недооценивать роль субъективных, в том числе личностных, факторов в истории.

Актуальность темы моей работы я вижу в следующем. В любое время тираны появлялись потому, что народ в силу тех или иных причин позволял им править и творить произвол. Возможно, сам по себе Гитлер не мог стать тем, кем он стал. Все происходящее в обществе определяется поведением масс, а в случае прихода Гитлера к власти, их безответственностью. Фашизм не канул в лету со смертью Гитлера и нацизма. Фашизм может начаться с невинных культурнических движений. «Наседка фашизма» может снести крупное яйцо, как когда-то в Германии. И оперившийся птенец, попав в благоприятную среду, может вырасти в ту агрессивную тварь, которая увлечет за собой толпу «без царя в голове». Чтобы не допустить этого, современное общество должно знать какая совокупность объективных и субъективных факторов может способствовать рождению такого явления как фашизм.

Глава 1. Путь Гитлера к власти

1.1 Происхождение. Детство, юношеские годы

С первых шагов национал-социализма Гитлером была выдвинута теория «расы господ», суть которой – ценность человека определялась его расовой принадлежностью. Нацизм выдвигает в качестве постулата идею о существовании между людьми глубоких различий, связанных не с их знаниями, силой и другими приобретенными качествами, а с самим фактом их происхождения. Существуют люди высшей расы, то есть нацисты, на самом верху общества, и «недочеловеки», принадлежащие к низшим, выродившимся расам, в его низу. Поражает тот факт что, когда в соответствии с этими принципами получили развитие генеалогические изыскания, Гитлер строжайше запретил какие-либо исследования, касающиеся его происхождения, по утверждениям его противников, не совсем «чистого». Гитлер был по происхождению не коренным немцем, а австрийцем. Его довольно запутанная генеалогическая история стала впоследствии причиной широко распространенных невнятных толков относительно подлинной фамилии нацистского фюрера. Алоис Гитлер (он же Алоис Шикльгрубер) – отец Адольфа Гитлера – родился в Австрии в деревне Штронес 7 июня 1837 года как незаконнорожденный сын 42-летней девицы Марии Анны Шикльгрубер. Ввиду отсутствия юридически признанного отца он был записан в церковной книге на фамилию матери. Его предполагаемым фактическим отцом был зажиточный крестьянин Иоганн Непомук Гюттлер (Huttler), женатый, но не имевший сыновей. Зато у него состоял на иждивении довольно непутевый, не имевший постоянных занятий младший брат Георг Гидлер (Hidler) (в фамилии братьев, по милости сельских грамотеев, были допущены разночтения), и, пользуясь своим положением, Иоганн Непомук Гюттлер навязал в жены Георгу девицу Марию Анну. Между тем, Алоис Шикльгрубер жил с младенчества до 17 лет в семье «дяди» Иоганна Непомука Гюттлера, а затем переехал в Вену и вступил в самостоятельную жизнь. Лишь много лет спустя Георг Гидлер, уже находясь на смертном одре, усыновил великовозрастного Алоиса и, следовательно, передал ему свою фамилию. Так тридцатидевятилетний Алоис Шикльгрубер стал Гитлером (снова описка – невольная или преднамеренная?). Алоис Шикльгубер был трижды женат, имел семерых (в том числе и внебрачных) детей – среди них в третьем браке Адольфа, будущего фюрера Германии. Гитлер родился от третьего брака отца… С точки зрения закона ничего предосудительного в родословной Гитлера нет. Никто из его предков не был ни разбойником с большой дороги, ни убийцей, ни вором-рецидивистом. Но в обществе, созданном нацистами и их фюрером, «генеалогия» Гитлера могла вызвать большие подозрения. Дедушка фюрера остался неизвестен. В «третьем рейхе» это могло бы сыграть роковую роль. А вдруг одна «четвертушка» Гитлера оказалась бы «неарийской»? Неарийская четвертушка могла сокрушить любую карьеру. На последнем этапе нацистской империи «сам» Гиммлер пытался проникнуть в «жгучую тайну» гитлеровских предков. По его сверхсекретному указанию в соответствующих старых книгах, где регистрировались рождения, браки и смерти, рылись бдительные ищейки. После войны их сменили исследователи и журналисты. Но и те и другие ничего предосудительного с точки зрения «расовой теории» найти не сумели. Правда, люди Гиммлера обнаружили, что отец Гитлера был плодом инцухта, кровосмешения: дед Гитлера был женат на дочери своей сводной сестры.

Родился Адольф Гитлер 20 апреля 1889 года в австрийском городе Браунау-на-Инне. Мать Гитлера – Клара Гитлер – родила шестерых детей, из которых выжили только Адольф и его сестра Паула. Первые тридцать четыре года будущего нацистского фюрера прошли обыденно. В 1896 году семья Гитлер переехала в Линц, здесь Адольф пошел в первый класс. Учился он хорошо, пел в хоре при бенедиктовском монастыре, брал уроки пения, и ему прочили в будущем стать священником, но в 11 лет он заявил отцу, что мечтает стать художником. Рассерженный отец отправил его учиться в реальное училище в Линце. Гитлер плохо учился в старших классах, не закончил реальное училище и не получил аттестата зрелости. Из реального училища его исключили за неуспеваемость, через год после смерти отца (в 1904 году). С 16 лет Гитлер ничего не делал. В 18 лет – отправился в Вену, чтобы поступить там в Академию изобразительных искусств. Он поступал дважды – один раз не сдал экзамен, второй раз даже не был допущен к нему. С 16 лет будущий фюрере жил на иждивении матери довольно-таки свободно. Даже учился музыке одно время. Спал до полудня, ходил в театры, особенно в оперу, просиживал часы в кофейнях… Гитлер готовил себя к карьере «свободного художника». Вскоре умерла мать. Одно время Гитлер жил в Вене со своим другом Августом Кубичеком, затем бродяжничал, потом жил в мужском общежитии. Он рисовал небольшие картинки с видами Вены и продавал их в трактирах. В трактирах он сблизился с радикальными кругами Вены. Это было начало формирования политических взглядов Гитлера. Здесь необходимо отметить, что Гитлер был «автодидактом», читал запоем все, что попадалось под руку. Впоследствии отрывочные знания, почерпнутые из философских, социологических, исторических трудов, а главное, из брошюр того времени, и составили «философию» Гитлера, а стало быть и философию нацизма.

1.2 Служба в армии

В 1913 году Гитлер уехал в Мюнхен, чтобы избежать службы в австрийской армии. Ходит много домыслов о его уклонении от воинской повинности. Дело в том, что, когда ему все-таки пришлось явиться в Линц и предстать перед военно-медицинской комиссией, его признали негодным к несению военной службы. Однако в трусости Гитлера упрекать нельзя: просто он не желал сложить в армии Габсбургов. После того как Германия провозгласила 1 августа 1914 года декларацию о вступлении в войну против России, Гитлер поспешил записаться добровольцем в армию. Его призывают в запасной пехотный полк под командованием Листа, и в конце октября он принимает участие в первой битве на Ипре. В армии ему жилось хорошо, один офицер даже заметил, что полк Листа стал для Гитлера словно дом родной. На фронте он выполнял обязанности связного и считался образцовым солдатом, потому что был известен своей способностью доставить донесения под самым ожесточенным артобстрелом противника. В декабре 1914 года он был награжден Железным крестом второй степени. В октябре 1916 года после ранения в ногу, его отправили долечиваться домой. Гитлер за это время посетил Мюнхен и Берлин, которые произвели на него ужасное впечатление широко распространенными там пораженческими настроениями. Гитлер отнес это на счет евреев и вражеской пропаганды. Именно тогда ему в голову впервые пришли мысли о том, чтобы после войны заняться политикой. На фронт он вернулся с удовольствием и в мае 1918 года получил от командования полка грамоту за храбрость, а в августе того же года был награжден Железным крестом первой степени. Эту награду давали преимущественно офицерам, а Гитлеру не удалось подняться по службе выше ефрейтора. Парадоксальным является то, что командование посчитало его непригодным к продвижению по службе на основании недостатка лидерских качеств. В октябре 1918 года ефрейтор Адольф Гитлер попал под обстрел газовыми снарядами, после чего был отправлен в госпиталь, где и узнал, что война проиграна. Его мир рухнул в одночасье. Война с ее бесчисленными жертвами оказалась напрасной. Несколько лет спустя Гитлер писал, что война была «самым незабываемым и величайшим временем в его жизни». Бесспорно, война стала важнейшим опытом, периодом формирования, безмерно укрепив уже существовавший в нем до этого сплав предрассудков и жгучего фанатизма.

1.3 Общественно-политическая ситуация Германии 20-30-х годов ХХ века

Хотелось бы отметить, что не юношеские годы, не война, а послевоенный Мюнхен стал «университетами» Гитлера. Здесь он заложил основы своего будущего. Интересно проследить общественно-политическую ситуацию Германии начала 20 века (с 1915 по 1933 год), чтобы увидеть какую роль она сыграла в формировании и становлении жизненных идей и принципов Гитлера, а также как повлияла на приход к власти нацистов во главе с Гитлером. Нацизм возник в атмосфере, сложившейся после поражения Германии в первой мировой войне. Когда Германия в ноябре 1918 года признала свое поражение, армейские круги не приняли этого на свой счет. В армейских кругах родилась версия, согласно которой непобедимая и непобежденная германская армия стала жертвой предательства. 9 ноября большой военный совет в Спа пришел к выводу, что германский генеральный штаб потерял инициативу и решил просить союзников о перемирии. В это же время канцлер подал в отставку и кайзеру пришлось искать спасения в Голландии. И тогда трое гражданских лиц – принц Макс Баденский, новый канцлер Эберт и министр Эрцбергер – взяли на себя унизительную миссию просить союзников о начале переговоров. В тот же день с балкона рейхстага социал-демократ Шейдеман провозгласил Республику. Молодая Республика, поднявшаяся из обломков разгромленного рейха, немедленно стала предметом злобной ненависти армейских кругов, остро переживавших горечь поражения и сразу же ставших поговаривать о предательстве. В середине 1919 года Версальский мирный договор явился для немцев почти таким же ударом, как и ноябрьское перемирие 1918 года. Националисты, не желавшие смириться с поражением, убедили всех, что враг восторжествовал лишь потому, что войска были преданы в тылу алчными банкирами, революционными агитаторами, рвавшимися к власти, и евреями. Германия погрузилась в пучину хаоса. Правящие круги Германии были до смерти напуганы революционным движением. Народ, измученный войной, жил неимоверно трудно: инфляция, безработица, разруха… В Германии появились десятки милитаристских, реваншистских союзов, банд, шаек. Строго секретных и до зубов вооруженных, незаконных, а потому связанных круговой порукой и обетом молчания, имеющих свои писанные и неписанные законы, жестоких кровожадных и очень живучих. Именно в этот период военные открыли для себя политику и создали некое подобие службы психологической войны, организовав курсы «гражданственности». В начале лета 1919 года такие курсы окончил свежеиспеченный бильдунгсофицер Адольф Гитлер. На курсах ему были преподаны азы доктрины, которой предстояло стать идеологией национал-социализма. Множество групп и группировок создавались и поддерживались военными при опоре не некоторых промышленным магнатов. Эти группировки исповедовали антидемократические доктрины, пели хвалу милитаризму, раздували антисемитизм. Республиканское правительство, слепо уверовав в достоинства Веймарской конституции, принятой в августе 1919 года, не придавало значения деятельности этих агитаторов. Противники послевоенного режима очень быстро поняли, что к успеху их приведет не фронтальное наступление на Республику, а метод постепенного просачивания во все ее институты. В одну из таких групп, а именно в Немецкую рабочую партию, руководимую Дрекслером, в сентябре 1919 года вступил бильдунгсофицер Адольф Гитлер. Таких карликовых партий было тогда зарегистрировано в одной лишь Баварии 49. Довольно быстро он пришел к руководству группой, а 8 августа 1921 года с помощью капитана Рема преобразовал ее в Национал-социалистическую немецкую рабочую партию (НСДАП). Партия быстро росла благодаря широко развернутой пропагандистской кампании, основывавшейся на повторении примитивных лозунгов, питавшихся мифом о предательстве «ноябрьских преступников», пущенными в оборот армейскими кругами. В начале 1920 года Гитлеру доверили заниматься партийной пропагандой. Умело используя плакаты и листовки, он смог собрать около 2 тысяч слушателей на первый большой митинг, проводившийся под эгидой нового движения. Выступая там, Гитлер изложил партийную программу. В будущем все немцы должны были войти в состав так называемой Веймарской Германии. Предусматривались отказ от версальского договора, запрещение евреям называться немцами и запрет на иммиграцию. Выступление Гитлера привело многих слушателей в экстаз и часто прерывалось шквалом аплодисментов. 1 апреля 1920 года Гитлер оставил военную службу, чтобы посвятить себя партийной работе. 29 июля, изгнав Дрекслера – главу партии, Гитлер становится вождем парии, и в тот самый вечер один из членов партии приветствовал его словами «наш фюрер». Националисты, не желавшие смириться с поражением, убедили всех, что враг восторжествовал лишь потому, что войска были преданы в тылу алчными банкирами, революционными агитаторами, рвавшимися к власти, и евреями. Германия погрузилась в пучину хаоса.

1.4 Характерные черты личности Гитлера

Нельзя преувеличивать значение личности Гитлера, однако, нельзя и игнорировать ее. Фигура Гитлера является уникальной не только в силу беспрецедентных зверств и жестокостей, которые требовались по его приказам, но и потому, что до сих пор он окутан ореолом некой загадочности, тайны (в противоположность ему Муссолини был ясен, как открытая книга), и все же мы знаем о нем больше, нежели о тиранах прошлого. Тайна состоит в том, что ему были, несомненно, присущи многие дарования и положительные качества. Именно это обстоятельство и придает Гитлеру особую жуть. Только узнав и оценив стороны характера фюрера, можно понять весь ужас и глубину его нравственного падения и первобытного варварства.

Внешне Гитлер был непривлекателен. Он был среднего роста, худощав. Голова как бы преобладала над всем телом. На высокий лоб свешивалась челка. Самым запоминающимся на его лице были подстриженные усики. Его никогда не видели модно одетым. У него были нездоровые зубы, а к концу жизни – близорукость, что часто вынуждало его пользоваться очками, хотя на публике он в них никогда не появлялся. Его глаза слегка на выкат и немигающий взгляд производили сильное впечатление. Личные привычки Гитлера были стойкими, консервативными, но и достаточно причудливыми. По мере возможности он соблюдал распорядок дня, был почти трезвенником и вегетарианцем, не курил, не пил кофе и был болезненно чистоплотен, что проявлялось в том, что он мылся ненормально часто. Спал он мало, читал много (без всякой системы) и имел необычайную память на подробности фактов. Он не допускал дискуссий по многим вопросам, где возможны различные точки зрения. Считал себя знатоком в вопросах истории, архитектуры и искусства. Также широко интересовался медициной и биологией. Его уверенность в самообразовании шла рука об руку в высокомерным пренебрежением к «интеллектуалам», получившим классическое образование. Однако, хотя его знания были отрывочными, односторонними и догматичными, он был достаточно интеллигентным человеком и обладал острым умом.

Довольно тесно на протяжении десяти лет с Гитлером сотрудничал Отто Штрассер. Он вел тщательную запись своих бесед с ним, собрав уникальные, зачастую скандальные сведения, как о самом фюрере, так и о людях, входивших в его ближайший круг. Он пишет в своих воспоминаниях, что цель его книги «Гитлер и я» — постараться понять, какие чисто человеческие качества помогли Гитлеру стать настоящим воплощением принципа разрушения. Штрассер вспоминает, что Гитлер с чувствительностью сейсмографа откликался на малейшие колебания человеческих сердец; он озвучивал самые сокровенные желания людей с уверенностью и точностью бессознательного знания; он затрагивал едва заметные инстинкты, страдания и чаяния целой нации. Но главный его принцип – принцип разрушения. «Он знает только то, что стремится уничтожить; он ломает стены, не имея никакого представления о том, что будет построено вместо них. Он – антисемит, антибольшевик, антикапиталист. Он клеймит врагов, но не имеет друзей. Ему чужды какие-то бы ни было созидательные принципы», — пишет Штрассер.Гитлер был опьянен амбициями, не знающими никаких моральных ограничений, и гордыней, которую можно сравнить с гордыней Люцифера. Штрассера часто спрашивали, в чем секрет необыкновенного ораторского таланта Гитлера. Штрассер объяснял его лишь сверхъестественной интуицией Гитлера, его способностью безошибочно угадывать чаяния слушателей. Если он пытался подкрепить свои аргументы теориями или цитатами, то это делалось на посредственном уровне. Но стоило ему отказаться от этих попыток и подчиниться внутреннему голосу, как он тут же становился одним из

1. Штрассер Отто. Гитлер и я. Перевод с английского – Ростов-на-Дону: издательство «Феникс», 1999. –с.90

величайших ораторов века. Гитлер не пытался ничего доказывать. Когда он говорил об абстрактных вещах, таких как честь, страна, нация, семья, верность, то это производило потрясающее впечатление. Гитлер зажигал аудиторию и его слова находили путь к каждому сердцу. Его слова ложатся точно в цель, он касается душевных ран каждого из присутствующих, освобождая коллективное бессознательное и выражая самые сокровенные желания аудитории. Он говорил людям то, что они хотят услышать. Штрассер замечает, что Гитлер – ясновидец, впадающий в транс, оставаясь лицо к лицу с публикой. Это – момент его величия, когда он по настоящему становится самим собой. Он верит в то, что говорит; ведомый магической силой, он не сомневался в своем историческом предназначении. Но в обычном состоянии – это совершенно другой человек. Он не может быть естественным, он постоянно смотрит на себя со стороны. Сначала – это неизвестный солдат, неприметный герой, проливающий слезы над несчастьями своей родины. Затем, говорит Штрассер, он стал Иоанном Крестителем, который готовится к приходу миссии, потом самим Миссией, примеряющим на себя роль Цезаря. Однажды, продолжает автор, он обнаружил грандиозное действие вспышек своего гнева и стал этим пользоваться. Когда он впадал в задумчивость, он выглядел маленьким и старым человеком, измученным ролью, которую играл.

Другой современник Гитлера – один из немногих немецких ученых, которые встречались с фюрером и оставили об этом письменное свидетельство, это профессор Шрамм из Геттингенского университета. Шрамм, имевший чин майора вермахта, отвечал за ведение официального дневника Верховного Командования в 1943-1944 годах, и ему довольно часто приходилось встречаться с фюрером. Его воспоминания имеют несомненную ценность в историческом плане. Фюреру было уже за пятьдесят, когда Шрамм увидел его впервые с близкого расстояния. Он был среднего роста, но «казалось, что в теле этого человека над всем остальным доминирует голова; торс, руки, ноги – казалось, все начинается оттуда… Он расхаживал по кабинету, делая широкие шаги и резко поворачиваясь, на улице он ходил быстро, почти не разгибая коленей. Все другие его движения отличала взвешенность и неторопливость. У него был безобразный и похожий на пирамиду нос».Именно поэтому Гитлер и выработал свой стиль усов – это маскировало его широкие ноздри, делало их уже. Косо висящая прядь волос скрывала его высокий лоб. Он производил глубокое впечатление на всех, кому пришлось с ним работать. Шрамм особо выделяет поразительную способность Гитлера оценивать людей: он мог мгновенно определить, подходит ли ему человек, стоящий перед ним, можно ли его привлечь на свою сторону или же он восприимчив к динамизму Гитлера. В этом отношении у него было какое-то «шестое чувство». Гитлер был способен провести и запутать самых проницательных наблюдателей. Шрамм в своих наблюдениях приходит к следующему выводу: «Когда Гитлера пытаются понять, дать ему всестороннюю оценку, конечный результат этих попыток всегда расходится с действительностью. Его общение с детьми и собаками, наслаждение, которое он получал, соприкасаясь с цветами или различными аспектами культуры, умение ценить красивых женщин, его отношение к музыке – все это было подлинным. Но такой же подлинной была и жестокость, не имевшая никаких моральных „табу“, безжалостная, „ледяная“ жестокость, с которой Гитлер уничтожал не только настоящих, но и потенциальных противников».Многие исследователи отмечали присущий Гитлеру характер двуликого Януса: с одной стороны – очаровательный и добрый, а с другой – дьявольски жестокий и злой. За маской веселого, внимательного и отзывчивого друга и товарища, скрывался ум, всегда готовый убивать, гордящийся этой готовностью к убийству. Шрамм отмечает, что, увидев истинное лицо фюрера, даже самый верный его сторонник из ближайшего окружения

1. Д.Сьюард. Наполеон и Гитлер. –Смоленск: РУСИЧ, 1995.-с.154

2. Д.Сьюард. Наполеон и Гитлер. –Смоленск: РУСИЧ, 1995.-с.156

обратился бы в камень, аналогично случаю с Медузой из древнегреческой мифологии. Фюрер отличался крайней нервозностью. Он страдал от ужасной бессонницы и кошмаров. Изломанная нервная система была той почвой, на которой у Гитлера возникали неконтролируемые приступы гнева, граничащие в безумием – он мог орать без остановки несколько часов подряд, выкрикивая оскорбления, топая ногами, колотя кулаками по столу или по стенам, лицо его при этом искажалось и багровело. Окружающих поражала его способность внезапно преображаться, становясь после припадка ярости спокойным и рассудительным.

Итак, карикатурный господин с челкой, свисавшей на лоб, с чаплинскими усиками, с плохими зубами и со странной привычкой складывать руки где-то ниже живота стал фюрером для миллионов людей. По выражению советского критика Золотусского этот психоз был сочетанием животного ужаса и хорошо организованной пропаганды. Некоторые современные литераторы в Германии (в частности, Александр Кемпе) утверждают, будто Гитлер был первой «поп-звездой». Дескать, нацистская пропаганда сделала из этого заурядного в общем человека идола, кумира для миллионов людей. Действительно, реакция на партийные съезды в Нюрнберге и на довольно частые «явления» Гитлера «народу» – то в открытой машине, то на балконе какого-то здания, то на митинге – вполне напоминает реакцию «фанатов» на появление ведущих поп-музыкантов. Гитлер безусловно имел без сверхмощных децибелов вызывать неистовство толпы, массовую истерию. Это запечатлено на кинопленке, об этом же поведали нам современники фюрера, присутствовавшие на нацистских сборищах.

Слово «имидж» вошло в наш лексикон сравнительно недавно. Имидж — это образ человека в глазах толпы. Имидж очень часто — грим, макияж, маска, имеющая мало общего с настоящим лицом, с обликом того или иного человека. Какой же имидж был придуман для Гитлера? Здесь усилия пропаганды с самого начала шли в двух направлениях — Гитлер изображался «фанатиком идеи национал-социализма» и аскетом, с одной стороны (слово «фанатик» было любимым словом Гитлера). И самым «мудрым из всех людей планеты» — с другой.

Качества фанатика и аскета нацистского фюрера воспевались на все лады. Воспевались «солдатская простота» Гитлера. Он и впрямь часто ходил в гимнастерке с портупеей и ремнем. Но без погон. Иногда надевал плащ, шляпу или «почтальонскую фуражку» и довольно куций костюмчик. Фюрер не брал в рот спиртного, не курил, был вегетарианцем. Не был женат, не имел детей. Со своей любовницей Евой Браун не показывался на людях. Если Ева Браун случайно попадала в кадр, снимок и негатив уничтожались. О ее существовании никто не знал. Зато если бы любого немца спросили: как звали любимых овчарок Гитлера? — они не задумываясь, сказали бы: «Блонди» и «Бела». Биографы не нашли в его биографии ни одного друга, а он как-никак прожил на свете 56 лет. Были «партайгеноссен» (товарищи по партии), соратники, министры, военные, несколько подпевал от искусства, свита — адъютанты, секретари, порученцы, шоферы, врачи. Иногда Гитлер появлялся в обществе красивых женщин. Часто его снимали с детьми. Но все это было, как сейчас говорят, чистая показуха. Гитлера мало интересовали умилительно-невинные малыши. Не интересовали его и «простые люди», люди «из народа», с которыми он также снимался. По-видимому, все человеческие чувства Гитлера, если говорить языком Фрейда «сублимировались», то есть были переключены на жажду власти, на неуемное честолюбие. Единственного человека, с которым он был на «ты» и которому был многим обязан, — Эрнста Рема — он собственноручно вытащил из кровати, засадил в тюрьму и велел убить без суда и следствия. Аскетизм Гитлера был всего-навсего атрибутом «имиджа». Как только партия НСДАП начала субсидироваться дамами из общества и их богатыми мужьями, Гитлер купил себе роскошную машину, завел шофера, снял девятикомнатную квартиру в центре Мюнхена и загородный дом в Берхтесгадене, курортном местечке Баварских Альпах. Тем не менее, в сознании немцев успешно внедрялся образ фюрера-бессеребренника, «простого человека», доступного всем истинным арийцам, отзывчивого к чужой беде, доброго, чуткого.

1.5 Женщины Гитлера

Далее хотелось бы проследить роль женщин в жизни Гитлера, их влияние на имидж Гитлера, его становление в качестве вождя немецкого народа. Гитлер любил красивых женщин. И многие платили взаимностью. Одни давали энергию для насилия и преступлений, другие строили его имидж, третьи просто создавали усладу для глаз и рук. И он, быть может, был не тем, кем был, если бы не их симпатии, восхищение, тщеславие и извращенная любовь. Женское влияние испорченную натуру превращает в монстра.

В отличие от многих теоретиков Гитлер признавал такое понятие, как душа народа. По его разумению она отличалась во многих отношениях женственными чертами. А это означало, что доводы рассудка действуют на нее меньше, чем доводы чувств. Народные чувства в женском воплощении, считал он, просты и однообразны. Народ говорит «да» или «нет», он любит или ненавидит, считает прав или неправ. Выступая на митингах и празднествах, Гитлер делал ставку на женственную душу толпы. И женщины, составлявшие половину и более любых его аудиторий, отвечали ему взаимностью. Обезумевшие глаза, руки, тянущиеся к нему, и как высшая точка – вопль: «Я хочу от тебя ребенка!» — демонстрировали готовность лечь под господина. Большая часть женской половины Германии была заражена этими чувствами. И, конечно, это определило долю женских голосов, отданных за НСДАП в июле и ноябре 1932 года. Она составляла соответственно 45,5 и 44,8 процента. Есть все основания считать, что тенденции среди женщин-избирательниц сыграли определенную роль в сдвиге вправо, который привел в быстрому росту влияния НСДАП. Большая часть женской Германии боготворила Гитлера. По мнению почитаемого миром большого немецкого писателя Генриха Белля: «А уж немецкие матери – это высокочтимая категория „немецкой женственности“, — сколько из них не только без сопротивления, бывало, и без особой нужды, а то и даже с воодушевлением позволили своим четырнадцати-семнадцатилетним сыновьям ринуться навстречу смерти, принесли их в „жертву фюреру“.В течение более чем пятнадцати лет длился роман немецких женщин с Гитлером. Но помимо массы у него были женщины, которые ему нравились, а для некоторых он был любимым.

Впервые Гитлер влюбился в 16 лет. Он жил тогда в Линце. Ее звали Штефания. Хорошенькая, светловолосая, восемнадцатилетняя девушка, дочь рано умершего высокого правительственного чиновника, часто прогуливалась с матерью по главной улице города. Там-то ее впервые заприметил будущий фюрер. Он не пытался с ней сблизиться, боготворил на расстоянии и отвергал все попытки друзей узнать, кто она, и способствовать встрече. Юный Гитлер создан из нее обожаемый идеал, своего рода символ немецкой женщины, который полюбил пылко и страстно. Сотворенный идеал остался недосягаем. Так и уехал он в Вену учиться на художника, наказав друзьям сообщать в письмах к нему все о ней под именем одного из школьных знакомых. Спустя годы один историк разыскал Штефанию в Вене, уже зрелую красивую женщину, вдову полковника. Рассказал ей о любви немецкого фюрера. И тогда она вспомнила, что однажды получила анонимное письмо, автор которого клялся в любви и верности и обещал жениться, как только найдет себе место в мире живописи. Вдова была растрогана.

Время и жизнь изменили взгляды Гитлера на женщин. Его принцип в 36 лет, после того как он вкусил окопной солдатской жизни, революционную смуту, прибился к нацистам и стал их лидером, — лучше не жениться, разумнее иметь возлюбленную. Никаких тягот, и все воспринимается как подарок. Разумеется, это относится только к великим людям. „Ум женщины не имеет значения. Какие прелестные бывают женщины!“ — восклицал он.

1.Эдуард Макаревич. Женщины Гитлера // Диалог, 1999 — № 2 с.50

Ему нравится их общество, особенно аристократок, хорошо одетых, слепивших блеском драгоценностей. Среди них жена и дочь Карла Бехштейна, владельца известной фирмы по производству роялей, щедро финансировавшего нацистскую партию, Винифред Вагнер – невестка сына Рихарда Вагнера, знаменитого композитора, почитаемого Гитлером. Он проводил время с высокой и статной красавицей Хеленой Ханфштенгль, женой руководителя зарубежного пресс-агентства партии Эрнста Ханфштенгля, ее подругой Мари Штук, женой художника. Были знакомства и попроще – сестра шофера, возившего его, медсестра Грета Шмидт…

Летом 1928 года Гитлер пригласил свою овдовевшую сводную сестру Ангелу Раубаль вести хозяйство в доме. Сестра приехала с двумя дочерьми. Одна из них, Гели – миловидная блондинка с пышными волосами, неуловимо напоминавшая Штефанию, привлекла Гитлера. Ему тогда было 39, ей около 20. Он снял для нее комнату, намеривался жениться. То, что он мысленно проделывал с каждой из своих аристократок, он реально пытался осуществить с племянницей. Уже тогда проявились его мазохистские наклонности, часто свойственные тиранам. Но Гели с отвращение отвергала эти домогательства. Сопротивление распаляло. Взаимности не получалось. Все меньше она хотела принадлежать ему. Все больше нарастал ропот среди ближайшего партийного окружения: нацистские вожди осуждали связь своего фюрера с племянницей, его стремление всюду быть с ней – на собраниях, встречах, в театрах, ресторанах. Конец был трагичен – 18 сентября 1931 года ее нашли у себя в комнате с простреленной грудью. Следователь констатировал самоубийство, но поговаривали о том, что сам Гитлер застрелил ее в припадке истерии. Другая версия – Гиммлер распорядился покончить с этой любовной интригой, от которой страдал авторитет партии. Тем не менее Гитлер страшно переживал ее смерть, долго находится в подавленном состоянии, что сказалось и на политических делах. По сути, из-за этого провалилась его первая встреча с президентом Гинденбургом. Фюрер произвел тогда плохое впечатление.

В октябре 1929 года Гитлер впервые увидел Еву Браун. Ей тогда было 17 лет, она работала бухгалтером в Мюнхенском фотоателье. С этого времени начались их непростые отношения. Ева была натурой романтичной, деловой и верующей – типичный характер немецкой женщины из средних слоев. После окончания школы она была современной девушкой: модный костюм, берет, яркая помада. Думая о будущем, серьезно верила в предсказания гадалки о том, что весь мир будет говорить о ее любви. В 1929 году Гитлер был еще не у власти. Но она заболела им, уверовав, что это ее судьба. Привораживали его выразительные глаза, голос и обходительность, его исполнение на рояле Верди и Вагнера, „Мерседес“ с шофером, широкополая шляпа и кожаное пальто. Но его еще надо было завоевать. В то время у Гитлера еще продолжался бурный роман с Гели Раубаль. Когда Ева узнала о ее смерти и поняла, чем эта девушка была для него, она попыталась, и небезуспешно, воспроизвести манеры, прическу, одежду своей соперницы. В начале 1932 года платонические чувства отступили. Ева стала любовницей без пяти минут канцлера Германии. Преступные замыслы и дела поглощали Гитлера целиком, и Ева нередко чувствовала себя брошенной и забытой. Но с фанатичной одержимостью она добивалась полного признания, любви и ясности в своей судьбе. Для этого понадобились две попытки самоубийства. Но цель была достигнута. Ни проходило и дня, чтобы Гитлер не вспомнил о ней. Он подарил ей двухэтажную виллу в Мюнхене, а потом сделал хозяйкой своего замка в Бергхоф в Альпах. Все, о чем мечтала – было у ее ног. Услышав весть о покушении на Гитлера в 1944 году, она чуть не лишилась рассудка. „Любимый, — пишет она ему, — я вне себя… Ты знаешь, я это тебе всегда говорила, что, если с тобой что-нибудь случиться, я этого не переживу. С первой нашей встречи я дала себе клятву никогда не разлучаться с тобой, даже в смерти. Ты знаешь, что я жива только твоей любовью. Твоя Ева“.16 апреля 1945 года Ева Браун прилетела к фюреру, чтобы быть с ним в эти последние дни и разделить его участь. Прошло пятнадцать лет после их знакомств, и вот в ночь на 29 апреля 1945 года она, наконец, стала его женой. Превратилась из фрейлейн Браун в фрау Гитлер, пробыв в этой роли 40 часов. Вот такая женщина была Ева Браун – верная и прагматичная, мягкая в ласках и твердая в своих желаниях, педантичная и тщеславная, верящая в перст судьбы и глубоко безразличная к тому, что творил все эти годы ее любовник и муж на 40 часов.

Хотелось бы уделить внимание в этом разделе еще одной женщине, сыгравшей свою роль в становлении и карьере Гитлера. Это Лени Рифеншталь. Вся Германия смотрела ее фильмы „Победа веры“ и „Триумф воли“, „Олимпия“ и „Наш вермахт“, которые воспевали германский дух и гитлеровское движение. В 1932 году, когда впервые на митинге Лени услышала Гитлера, она была потрясена, по ее словам „магическим, всепокоряющим воздействием фюрера“. Эта магия моментально нашла отзвук в страстной романтической натуре. С того момента душа ее принадлежала этому человеку. Всеми путями она домогалась личной встречи. И когда, наконец, они увиделись, фюрер понял, что эта женщина своим талантом должна служить его делу. К этому времени она, начинавшая как танцовщица и имевшая огромный успех, уже сыграла в шести фильмах и сняла свою первую картину „Голубой свет“. Во время первой встречи Гитлер сказал: „Если мы однажды придем к власти, вы должны будете делать мои фильмы“. Спустя два года он решил: Рифеншталь снимет картину о партийном съезде в Нюрнберге. Она вспоминала в интервью журналу „Штерн“: „Я сказала Гитлеру, что ничего не знаю ни о партии, ни о движении… Гитлер возразил: “Это хорошо. Если за него возьмется партия, фильм будет действительно скучным. Сделайте его как художник». Фильм скучным не получился. Первые кадры: облака и летящий самолет, Гитлер как

1.Эдуард Макаревич. Женщины Гитлера // Диалог, 1999 — № 2 с.52

ангел опускается на землю. И следом слова: «5 сентября 1934 года, 20 лет спустя после начала мировой войны, 16 лет спустя после начала страданий немцев, 19 месяцев спустя после начала немецкого возрождения, прилетел Адольф Гитлер…» Фюрер сам определил название фильма – «Триумф воли». Тем самым он указал смысл, который раскрывает картина. Героический фильм, состоящий из фактов: в воле фюрера воплощен его народ. Это был фильм, в котором фюрер снялся первый и единственный раз. И вплоть до 1945 года картина не сходила с экрана. Во многом тот имидж, который имел Гитлер в глазах немцев, был создан этой женщиной-режиссером. И здесь мало было одного таланта, здесь были обожание и любовь. В своей книге воспоминаний, вышедшей в 1987 году, Лени пишет, что ее платонический роман с Гитлером не перерос в большее потому, что это могло помещать фюреру «завершить его дело…». С какой же силой влиял на нее нацистский вождь, если она потеряла сознание, когда он вручал ей букет сирени после премьеры «Олимпии».

1.6 Роль СА и СС в приходе Гитлера к власти

Некоторые политики и идеологи отмежевываются от такого явления как фашизм, объявляя сей феномен либо порождением «немецкого характера», его биологически-психическими особенностями, либо роковым стечением обстоятельств в Германии в 1933 году, а то и вовсе демонической фигурой Гитлера, который якобы сам себя привел к власти, единолично правил многомиллионным народом и также единолично развязал мировую бойню. Без карательного аппарата – составной части «третьего рейха» — Гитлер не смог бы прийти к власти, не смог бы просуществовать ни единого дня. Аппарат террора – гестапо, СС, СД – был важной составной частью германского фашизма, ее главной опорой. Мне хотелось бы проследить в данном разделе какую роль сыграли СА (от Sturmabteilungen – штурмовые отряды) и особенно СС (от Schutzstfaffeln – охранные отряды) в приходе Гитлера к власти.

У колыбели штурмовых отрядов стоял Эрнст Рем, капитан кайзеровской армии со множеством орденов, не оставивший военную службу и в Веймарской республике. Приземистый человек с перебитым носом, с красным, бычьим, испещренным шрамами лицом. Именно Рем «открыл» Гитлера. В первых книгах по истории нацизма можно прочесть, что Эрнст Рем «сделал» Гитлера, «Гитлер – детище Рема». Например, в книге видного журналиста Веймарской Германии Конрада Гейдена есть такой параграф: «Рем делает Гитлера вождем». Немецкий историк Хёне, создавший свой труд «Орден под знаком мертвой головы», не без юмора отмечает, что Рем «катапультировал Гитлера в политику». В 20-х годах Рем был типичным солдафоном того времени: мечтал о реванше, о новой войне, походах во все страны мира. Такие, как Рем, явно не «довоевали». Непосредственно после революции в Германии Рем занимался контрабандой оружия и террористическими актами против войск Антанты, а также вел борьбу против собственного народа. Патологически ненавидящий «левых», интеллигенцию, а особенно коммунистов, Рем нанял Гитлера и еще десятки осведомителей, которые повсюду вынюхивали «красную крамолу». Оставаясь за кулисами, Эрнст Рем создавал приватное войско. Штурмовые отряды были задуманы как полувоенные соединения национал-социалистской партии, как орудие террора и физической расправы с противниками фашизма. Их сколотили, обучили, вооружили для устрашения. Так возникли формирования СА – штурмовиков. Лучшими вербовщиками в члены национал-социалистской партии показали себя военные, из них же складывался кадровый состав штурмовых отрядов, которые вскоре были превращены Ремом в настоящую армию, превосходившую по численности и по мощи рейхсвер и вскоре ставшую опасной для самого правительства. Уже в ноябре 1921 года бригада штурмовиков «охраняла» собрание нацистов в пивной Хофбройхауз в Мюнхене, иными словами, организовала там жестокую драку, чтобы навести страх на недостаточно «воодушевленных». В 1923 году в недрах штурмовых отрядов зародились первые подразделения лейб-гвардии Гитлера – основа будущих формирований СС. Они были созданы для охраны нацистского фюрера, а также как противовес СА. Первоначально функции «охранного отряда» были строго ограничены, ни в какие партийные дела он не имел права вмешиваться. Правда, личное общение с Гитлером сулило определенные преимущества. Чем больше усложнялись задачи НСДАП, чем большую силу приобретала партия в стране, тем важнее становилась функция личной охраны и тем больше возрастало ее значение в партийном механизме. Летом 1925 года последовала дальнейшая реорганизация отрядов охраны: они были разделены на формирования, размещенные в разных местах империи, где чаще всего появлялся Гитлер, и получили официальное название «СС» — «охранные отряды». 6 января 1929 года во главе СС встал Генрих Гиммлер. Никто тогда не предполагал, какую роковую роль в истории Германии сыграет Гиммлер и кучка молодчиков, которыми он руководил. Эсесовцы отличались от штурмовиков своей формой. Они носили защитного цвета рубаху с черным галстуком, повязку на рукаве – свастику в черном круге. Штурмовики были «коричневые», а «эсесовцы» — «черные». Но дело, конечно, не в цвете формы. Главное: отряды СС создаются не только для охраны Гитлера от его недругов за пределами партии, но и для охраны Гитлера от его сообщников, от СА, от партийных вождей – словом, от «оппозиционеров», «претендентов на власть», «еретиков» среди самих нацистов.

В то время как национал-социалистская партия продвигалась вперед благодаря успехам своей пропаганды, кое-кто пытался захватить власть силой. Несколько неудавшихся военных путчей, и в частности путч майора Бухруккера, побудили Гитлера предпринять попытку вооруженного переворота. 9 ноября 1923 года в Мюнхене он организовал выступление с целью свержения баварского правительства, надеясь, что успех вызовет цепную реакцию аналогичных событий по всей стране. Однако, названный позднее «пивным» путч провалился. Гитлера арестовали. В ходе судебного процесса, который выглядел как пародия на правосудие, Гитлер и четверо его сообщников были осуждены и приговорены к пяти годам тюремного заключения условно, с испытательным сроком в четыре года. Осужденные выходили из здания суда под гром аплодисментов собравшихся сторонников и под звуки национального гимна. 20 декабря 1924 года Гитлер покинул свою камеру в тюрьме Ландсберга, отсидев в ней 13 месяцев и 20 дней. Он вынес из тюрьмы уверенность в том, что сможет прийти к власти при условии захвата ее легальными способами. Иначе говоря, используя силу так, чтобы это не выглядело открытым насилием. В то время полчища коричневорубашечников занимались в Германии «пропагандой паники». Тогда это было просто необходимо фюреру: бесконечные драки, скандалы на всех митингах, собраниях, стычки в рабочих кварталах, хулиганские выходки средь бела дня на улицах расшатывали правопорядок, парализовывали жизнь простых людей, запугивали не только политиков, но и обывателей. Страну лихорадило, буквально все институты Веймарской республики, даже полиция, демонстрировали свою неспособность защитить себя. И «люди с улицы», путая причину со следствием, стали все чаще заговаривать о необходимости «сильной власти». Позднее Гитлер оказался перед сложной дилеммой: с одной стороны, он нуждался в огромной армии СА, с другой – эта армия становилась все более неуправляемой. Нацистский фюрер пошел на риск – заключил мир со штурмовиками. В разгар сложной политической борьбы реакция добилась отмены указа министра внутренних дел Гренера от 14 апреля 1932 года о запрете СА, СС и всех подчиненных им организаций (указ действовал считанные месяцы, и в нем говорилось, что штурмовики – своего рода «частная армия», которая образует государство в государстве и является постоянным источником беспокойства для мирного населения). Как только запрет отменили, СА и СС с новой силой обрушились на немецкий народ. Итак, еще до прихода к власти в 1933 году фашистский фюрер выполнил важную задачу – обезопасил себя от своих соперников, создав нацистскую гвардию, вымуштрованные, нерассуждающие отряды бессовестных молодчиков, которым Гиммлер постепенно прививал особую «мораль и этику».


Глава 2. Глава нацисткой парии – глава Германии

2.1 Фюрер нацистской партии становится рейхсканцлером Германии

Выступая под маской сторонников демократии, нацисты, поддержанные друзьями и сочувствующими, смогли разрушить все здания демократического государства. В результате деятельности нацистов один правительственный кризис следовал за другим, выборы шли за выборами, и в конце концов от республиканского строя отвернулись широкие массы, поддавшиеся нацистской пропаганде. Столкнувшись с такой тактикой нацистов, левые партии оказались не в состоянии выступить единым фронтом, не смогли преодолеть своих внутренних разногласий, чтобы дать отпор общему врагу. А соседние с Германией страны, вчерашние победительницы, Франция и Англия в частности, проводили крайне непоследовательную линию, свидетельствующую об удивительной слепоте.

30 мая 1932 года маршал Гинденбург отстранил от власти канцлера Брюнинга и заменил его фон Папеном, представлявшем интересы рейхсвера и магнатов тяжелой промышленности. Начался заключительный этап завоевания нацистами власти в Германии. 14 июня, менее чем две недели спустя после своего прихода к власти, Папен отменил запреты на деятельность нацистов и на ношение специальной гитлеровской формы, предусмотрительно наложенные ранее Брюнингом. С этого момента стала ясна роль, которая отводилась фон Папену. Он расчистил для нацистов дорогу к власти, и они захватили ее без единого выстрела. На выборах в июле 1932 года они получили 238 мест в рейхстаге и стали самой сильной партией в Германии. Папен убедил Гинденбурга назначить канцлером Адольфа Гитлера, а сам он, став вице-канцлером, якобы сосредоточит власть в своих руках. В полдень 30 января 1933 Гитлер со слезящимися от радостного волнения глазами вышел из отеля «Кайзерхоф». На аудиенции у президента Гинденбурга он был только что назначен канцлером. В тот вечер слышали, как он прошептал себе: «Никакая сила на земле не заставит меня уйти отсюда живым». Шверин фон Крозиг вспоминал в своем дневнике, как новый канцлер, несмотря на неуклюжие манеры, завоевал уважение членов кабинета в 1933 году. Все восхищались его безупречной памятью и той ясностью, с которой он мог сформулировать самый запутанный вопрос, а также его способностью взглянуть под совершенно иным углом зрения на какую-нибудь хорошо известную и давно обсуждавшуюся проблему. Он просил их, опытных политиков, помогать ему своими советами. Папен говорит, что поначалу Гитлер был «неизменно вежлив и даже скромен». На обеде, данном в его честь командующим рейхсвером, он объяснил собравшимся генералам и адмиралам, что, забирая в свои руки контроль над всей внутренней и внешней политикой, он оставляет за армией и флотом свободу действий в области перевооружения и подготовки личного состава. Такие метаморфозы были временными и объяснялись очень просто: канцлер еще неделю не обладал полнотой власти. Положение казалось довольно шатким, и некоторые наблюдатели даже полагали, что Гитлер недолго продержится на своем посту. В пользу этого говорили многие веские аргументы. У Гитлера совершенно отсутствовал опыт управления государством, а среди его сторонников не было единства. Кроме того, за социал-демократами оставались 133 места в рейхстаге, коммунисты располагали 89 депутатскими мандатами. У Гитлера не было большинства ни в рейхстаге, ни в кабинете. Вдобавок было известно о том, что и президент не питает к нему особых симпатий, и вооруженные силы хранили верность Гинденбургу. Назначение Гитлера канцлером состоялось при условии, что он будет ориентироваться на большинство в рейхстаге. Он, однако, не преминул потребовать новых выборов, тем более что теперь в его руках был правительственный аппарат, при помощи которого можно было влиять на избирателей и манипулировать результатами выборов. 1 февраля Гитлер распустил рейхстаг и назначил на 5 марта новые выборы. В тот же день были запрещены митинги Компартии Германии. Немедленно по все Германии начались отставки и новые назначения. Увольнялись или отпускались в длительный отпуск чиновники – от старшего председателя до уголовных комиссаров, которые были известны как сторонники левых партий. их преемниками стали большей частью национал-социалисты. 27 февраля 1933 года нацисты совершили «провокацию века» — подожгли рейхстаг и объявили, что в этом повинны… коммунисты. Кто бы это ни сотворил, нацисты знали, как обратить это происшествие в свою пользу. Канцлер убедил президента подписать декрет о введении чрезвычайного положения, которым ограничивались гражданские права. Несмотря на все это НСДАП так и не удалось заполучить на выборах большинство в рейхстаге. 21 марта канцлер Гитлер и президент фон Гинденбург встретились в Потсдаме на церемонии открытия первой сессии рейхстага нового созыва. Гитлеру потребовалось чуть больше пятидесяти дней, чтобы осуществить план приобщения Германии к единой идеологии и введения фактически однопартийной системы, что сделало его абсолютным повелителем всей страны. Германия вступала в один из самых кровавых периодов в своей истории.

2.2 Почему стал возможен Гитлер

Чем объяснить такое стремительное развитие политической карьеры Гитлера? У него не было ни политического опыта, замечает Кершоу, ни достойной упоминания позиции, ни доступа в коридоры власти. Однако, оставшиеся годы жизни он привлекал всеобщее внимание далеко не как агитатор в пивных; восстановив свою репутацию после провала печально известного «пивного путча», он добился огромного успеха в пропаганде, а после освобождения из заключения смог воссоздать раздробленную партию; в период депрессии стал лидером огромной политической армии, серьезным претендентом на высшие должности в германском государстве; в поразительно короткое время создал диктаторский контроль над сложным, высокоразвитым и продуманным аппаратом правительства; возглавил процесс экономического и военного восстановления страны, оставив позади и друзей и врагов; смог исправить положение, сложившееся в послевоенной европейской и мировой дипломатии; стал предметом восхищения и объектом для беспримерной лести со стороны большей части своего народа, а для остальных – еще большего отвращения. Он привел Германию, Европу и вообще весь мир к беспрецедентно разрушительной войне; четыре года держал в своей власти большую часть континента, спровоцировал самый ужасный геноцид из всех, которые были известны человечеству; довел свою страну до полного военного разгрома и оккупации; и, в конце концов, окруженный со всех сторон врагами, покончил с собой, оставив свою землю в руинах.

Как подобная фигура даже несколько коротких лет смогла овладеть судьбами одной из наиболее промышленно и культурно развитых наций в мире, каким образом Гитлер смог, пусть ненадолго, стать самым могущественным человеком в Европе? Его социальное происхождение, образование, «прошлое» — все говорило против него. Он даже не был гражданином Германии до 1932 года. Он был родом не из тех семей, из которых обычно происходили лидеры Германии. Он не принадлежал к силовой элите. Он был посторонним. Долгое время казалось, что у него нет ничего кроме укоренившихся идеологических фобий и необычного таланта демагога, приправленного вычурными личными манерами пробуждать в массах низменные инстинкты. Однако всего через пятнадцать лет после своего выхода из неизвестности он смог вытеснить фельдмаршала Гинденбурга – столпа старого порядка, а через двадцать лет с начала «политической карьеры» бывший младший капрал рассылал германским генералам – аристократам – приказы, приведшие к возгоранию европейского пожара и ко второй мировой войне.

Вопрос «почему стал возможен Гитлер?» занимал в свое время противников нацизма и до сих пор не решен современными историками. Один вариант ответа на вопрос: марксистско-ленинская версия, что роль личности в истории не значительна, и какой бы властью не обладал Гитлер, это была не более чем власть самых реакционных империалистических групп германского финансового капитала. Эти группы правых «привели» Гитлера на вершину, вымостив дорогу как глашатаю своих идей, разрушающему мощь организованного рабочего движения, создающему условия для выхода капитализма из кризиса и обеспечения гегемонии германского капитализма в Европе, а может быть, и во всем мире. Установив власть Гитлера как диктатора, они продолжали контролировать рамки его действий, а значит личная власть Гитлера была химерой.

Другой вариант: исключительная роль личности. Альберт Шпеер говорил о Гитлере как о «демонической фигуре», «необъяснимом историческом феномене, которые изредка появляются среди человечества», чья «личность определяла судьбу наций.

Кершоу считает, что личная власть Гитлера была реальностью в результате терпимости и соглашательства, уступок и сдачи позиций, подготовленных другими. Ключ к пониманию постепенного расширения влияния Гитлера Кершоу видит в концепции „харизматической власти“ Макса Вебера. Эта концепция использует понятие „харизма“ в особом значении, например, по отношению к демократическим политикам с шокирующими и притягивающими чертами характера.

Еще один взгляд на вопрос „Почему стал возможен Гитлер? – это книга Б.Соколова “Адольф Гитлер. Жизнь под свастикой». На историческом материале Б.Соколов провел свои исследования биографии и политической карьеры Гитлера и считает, что напрасно многие историки и публицисты до сих пор показывают нам «бесноватого фюрера», человека вздорного, как минимум, психически неуравновешенного, а как максимум – умственно неполноценного, страдающего манией величия, неспособного к принятию разумных решений, посредственного полководца, скверного администратора, и вообще – человека, неспособного к критической оценке действительности. Остается только удивляться, замечает Соколов, как Гитлер руководил партией, которая в момент его прихода насчитывала с полдюжины активных членов, а через 14 лет смогла получить большинство голосов на вполне свободных демократических выборах и законным путем прийти к власти в Германии. А возглавляемый фюрером вермахт на пике своих успехов завоевал почти всю Европу и контролировал территорию от мыса Нордкап до Эль-Аламейна и от Пиренеев до Волги. Вряд ли такое было под силу психопату и бездарю. Б.Соколов говорит, что пришла пора попытаться спокойно, без гнева и пристрастия, взглянуть на личность и судьбу Адольфа Гитлера и при этом попытаться понять причины и следствия его поступков, когда произошел перелом и как из симпатичного, в общем-то, молодого человека, любящего сына и брата, подававшего надежды художника и архитектора, храброго солдата Первой мировой войны, возник фюрер. «Мне бы хотелось дать максимально объективный портрет Адольфа Гитлера, не оправдывая и скрывая его злодеяний, но и не приписывая фюреру тех пороков и преступлений, которых он не совершал. Настало время беспристрастно изобразить как политическую, так и частную жизнь фюрера, ибо одна была неотделима от другой», — пишет Б.Соколов. По его мнению, парадокс заключался именно в том, что Гитлер, с одной стороны, был нормальным простым человеком, а с другой – выдающейся личностью. Своими манерами и привычками он походил на рядового германского обывателя и хорошо знал его нужды и чаяния. Эти обстоятельства и помогли ему завоевать симпатии германского народа. И в то же время Гитлер обладал незаурядными волевыми качествами и даром убеждения, чтобы увлечь миллионы людей в авантюру, с самого начала показавшуюся безнадежной, и подчинить своей воле как политиков, так и военных, заставив их продолжать до конца уже проигранную войну. Аналитические способности, талант стратега и готовность использовать любые средства, не считаясь ни с какими моральными ограничениями, помогли Гитлеру в первые годы развязанной им Второй мировой войны достичь небывалых успехов, уничтожив при этом десятки миллионов людей. Его фанатичная вера в великую миссию германского народа привела к тому, что он воодушевил этот народ на подвиги во имя неправого дела, которое обернулось крупнейшей катастрофой в истории. Нередко Гитлеру, продолжает Соколов, приписывают экстрасенсорные способности, способности оказывать гипнотическое воздействие, как на собеседников, так и на толпу, обладание своеобразной биологической энергией, довлеющей над энергией окружающих. Соколов допускает, что Гитлер обладал какими-то гипнотическими способностями. Не случайно же на многих женщин, замечает автор, слушавших речи фюрера и видевших его воочию, он действовал как мощный генератор эротических ощущений. Очень часто Гитлера представляют человеком глубоко иррациональным, мистически настроенным и осуществлявшим свои планы под влиянием потустороннихсил. Соколов считает, что почти все действия Гитлера были вполне осознанны, рациональны и направлены на достижение конкретных целей. Сначала его целью был приход к власти в Германии и превращение этой власти в диктатуру, затем — война для достижения мирового господства. Последняя цель — мировое господство, сама по себе была в принципе недостижима и потому иррациональна. Иррациональная цель, для достижения которой использовались рациональные средства, порождала представления о Гитлере как о человеке непредсказуемом, чьи действия необъяснимы с точки зрения здравомыслящего человека. Нельзя утверждать, что мистика вовсе чужда натуре Гитлера. Известен его интерес к астрологии и та роль, которую на ранних стадиях национал-социалистского движения сыграло общество Туле, официально ставившее своей целью изучение древнегерманской литературы и культуры, а фактически возрождающее древнегерманские языческие культы. Общество Туле отстаивало концепцию превосходства германской расы, которая стала основой доктрины Гитлера и национал-социализма в целом, и насытило это движение символами типа свастики и ворона. Однако, было бы ошибкой придавать мистическим настроениям Гитлера основное значение, объясняя его действия как политика и стратега. Цель – создание Тысячелетнего Рейха германской расы – была утопией, но средства для ее достижения применялись вполне реальные и бесчеловечные.

2.3 Идеология Гитлера – идеология нацизма

Государство Гитлера после 1933 года было идеологическим. Идеология была тем цементом, который скреплял и НСДАП, нацистскую партию, и вообще всех сторонников Гитлера – сперва их были тысячи, потом миллионы. Надо признать, что это была могучая идеология, и при этом в основе своей простая. Если на время отбросить многочисленные псевдофилософские «украшения» этой идеологии, то Гитлер предложил немцам, страдавшим от тысячи бед после проигранной войны, одного универсального испытанного виновника, врага в сатанинском обличье – еврея. Все, что не нравилось Гитлеру и другим, приобретало эпитет «еврейский». «Еврейский коммунизм», «еврейская плутократия», «еврейский капитал», «еврейские политики», «еврейские эксплуататоры», «еврейская демократия», «еврейская печать», «еврейское искусство». Ну, а, допустим, если коммунистом был немец? А политиком, вызвавшем ненависть Гитлера, — американец? Как поступить в этом случае? Проще простого. Гитлер говорил, что за спиной коммуниста-немца стоят евреи. А, скажем, неугодный ему Рузвельт – не американец вовсе, а тайный еврей. Его истинная фамилия не Рузвельт, а Розенфельд. Не Гитлер «изобрел» антисемитизм. Не Гитлер насадил его в Германии. И он был далеко не последний, кто пользовался им в своих целях. «Заслуга» Гитлера заключалась в том, что он превратил «бытовой» антисемитизм, имевший глубокие корни еще со времен средневековья, в идеологическую и политическую категорию. А потом в государственную доктрину. Вот до этого еще никто не додумался. В 1902 году в Германии евреев было 1,15% всего населения. Неужели 1,15% могут уж так напакостить многомиллионному народу? Простой человек будет взывать в логике, разуму. А Гитлер взывал не к разуму, даже не к чувствам народа, а к его атавистическим инстинктам.

Нацистская идеология была чисто конъюнктурной, она менялась в зависимости от тех задач, которые ставили себе гитлеровцы. В 20-х годах тематика нацистской пропаганды затрагивала чувствительные струны армейских кругов. Ее тезисы: ликвидация парламентарной системы, концентрация власти в руках мощного государства, управляемого всевластным вождем, периодически проводящем опросы общественного мнения путем референдумов. Конституция не нужна, поскольку она ставит рамки, мешающие развитию. Государство не будет терпеть противников режима, которые всегда играют на руку врагу. Оно должно раздавить их. Никакой оппозиционной прессы, никаких оппозиционных партий, подрывающих основы власти; все должно быть подчинено «государственным интересам». Вся хитрость заключалась при этом в отождествлении правящей партии с родиной и государством. Для защиты родины (то есть партии) все средства хороши. Отдельная человеческая личность со своими интересами в расчет не принимается, поскольку она существует лишь как часть коллектива, для которого она должна жертвовать всем. Отсюда возникает необходимость в непререкаемой дисциплине, в тотальном подчинении воле руководителя, и" естественно, следует не спускать глаз с интеллигенции и беспощадно уничтожать тех, кто становится «опасным для страны», иначе говоря, противостоит режиму. Эти основные принципы дополнялись набором расистских аргументов: ценность чистоты крови – крови нордической расы, превосходство германской расы, «расы господ», которая призвана заставить «недочеловеков» из низших, выродившихся рас жить по предложенным ею законам; проповедовалась вредоносность понятий жалости, человеколюбия, которые не укладываются в «нормальный порядок вещей». Гитлер писал по этому поводу: «Со спокойной совестью мы можем встать на грань бесчеловечности, если мы при этом обеспечим счастье немецкого народа».

Нацистская идеология сперва была сформулирована Гитлером в «Майн кампф», а потом в значительно расширенном и систематизированном виде Розенбергом, главным идеологом НСДАП, в «Мифе ХХ века». В первую очередь, я остановлюсь на «Майн кампф» Гитлера. Книга была написана в период пребывания Гитлера в тюремной крепости Ландсберг-на-Лехе, осужденного за государственную измену после провала «пивного путча». Комфортабельное пребывание Гитлера в крепости не имело ничего общего с тем, что обычно подразумевают под тюремным заключением. В качестве «камеры» ему предоставили со вкусом обставленные и устланные коврами апартаменты, где он поочередно принимал «для доклада» своих подручных. Крепость превратилась для Гитлера в подобие клуба, в место инструктажа своих сообщников. Там регулярно устраивались «товарищеские вечера», на которых нацистский главарь в присутствии молчаливых надзирателей распространялся, как, став главой правительства, он истребит всех «ноябрьских преступников» и евреев. Со своими приближенными он обсуждал тактические вопросы восстановления запрещенной партии и отрядов своих громил, развертывания нацистской пропаганды, применения новых методов запугивания и насилия. Обсуждая свои будущие действия, содержавшиеся в роскошных условиях ландсбергские «узники» пришли к мысли, что нацистское движение нуждается в некоем программном опусе, который должен послужить своеобразной библией германского фашизма. В соответствии с доктриной всемогущего фюрера автором ее мог быть только сам Гитлер. Он и продиктовал большинство разделов книги, которая получила саморекламное название «Майн кампф» («Моя борьба»). Так возникло это пропитанное фанатичной одержимостью, расистской и шовинистской псевдонаучностью и духом реакционного мессианства «творение», подобное бесконечно повторявшимся гитлеровским речам. В расплывчатой компоновке «Майн кампф» взаимосвязаны три комплекса вопросов. Во-первых, это жизнеописание Гитлера, которое подано как восхождение ощущающего себя мессией простого человека к осознанию каких-то «вечных ценностей». Во-вторых, это распространявшийся фашистами в качестве нового «мировоззрения» конгломерат бредовых идей о движущих силах истории и их проявлениях в прошлом, настоящем и будущем германского народа. И, в-третьих, это изложение пропагандистской стратегии НСДАП. В качестве главного принципа права и морали в «Майн кампф» провозглашалось: «Чья сила, тот и властелин». Но кому же быть сильнейшим и властвовать – это кучка незадачливых путчистов, сидевших в тюрьме, решала сама. Их повторявшиеся в бесчисленных вариантах высказывания, лишенные какой бы то ни было доказательности и логики, но зато нагло претендовавшие на непогрешимость, увенчивались утверждением: есть лишь одна избранная раса – светлокожая «арийская», внутри нее первое место занимают немцы; однако большинство и этого народа, как и всех других, «глупо и трусливо». А посему воплощением «расы господ» служит только элитное меньшинство «осознавших свое расовое превосходство немцев» во главе с фюрером. Задача этих «господ» — вновь продолжить с превосходящей все былое жестокостью завоевательную политику прежних германских властителей и привести немецкий народ к «возрождению его могущества» и главенству над другими народами. На основании псевдоисторических ретроспекций детально разъяснялось, каким образом фашисты, придя к власти, намерены осуществить на практике эти враждебные человечеству принципы. Зачинщиков любого сопротивления «власти господ» и политики войны, в первую очередь марксистов, следует уничтожить «до последнего». Народ захваченных стран надлежит (поскольку это в интересах германской элиты) либо безжалостно истребить, либо насильно поработить. Свой собственный народ нацисты хотели полностью отстранить от руководства политической, общественной и хозяйственной жизнью, то есть лишить всяких прав. Его культурный уровень они намеривались низвести до крайнего предела, женщин превратить в машины для деторождения и производства солдат.

После освобождения из тюрьмы Ландсберг Гитлер в ноябре-декабре 1926 года сочинил второй том «Майн кампф». Этот том не содержал ни одной новой мысли, а повторял сказанное в первом. Стиль его, рассчитанный на всемогущих капитанов хозяйства, с еще большей отчетливостью свидетельствовал о прокапиталистической коренной ориентации нацистов. Гитлер давал им понять, что только определенные условия вынудили его прибегнуть к антикапиталистической демагогии; сам же он никогда и не помышлял выполнять данные массам обещания. Дабы устранить возможные опасения крупных предпринимателей, Гитлер целую главу второго тома посвятил изложению собственных взглядов на роль в фашистском государстве профсоюзов, которым он категорически отказывал в каком-либо вмешательстве в руководство и управление производством. «В национал-социалистском государстве никаких забастовок больше не будет», — заверил он воротилам монополистического капитала. Во втором томе «Майн кампф» нацистский главарь гораздо определеннее высказался и по вопросам вооружения Германии, а также внешней политики. Необходимость покончить с парламентаризмом Гитлер недвусмысленно обосновал тем, что полное подчинение прочих интересов народного сообщества единственной задаче – подготовке будущего вооруженного похода в целью обеспечения безопасности государства может быть осуществлено только путем диктатуры. Несмотря на многие выраженные в «Майн кампф» несуразицы и нелепости, несмотря на свое местами явное мракобесие, эта книга достигла цели, потому что отражала предрассудки и чаяния тех немцев, которые полагали, будто их предали в ноябре 1918 года, и тех чьи немудреные сбережения были сметены и обращены в пыль бешенной инфляцией.

Другим краеугольным камнем нацистского идеологического государства стала книга Розенберга «Миф ХХ века». На 700 страницах своей книги Розенберг пересматривает буквально всю историю человечества. Не приводя ни единого доказательства, изображает ее как историю борьбы рас – полноценной (арийской, нордической) с неполноценными (всеми остальными). Получается весьма стройная картина: то или иное общество образует чистая раса, оно переживает невиданный расцвет (Вавилон, Индия, Египет, Греция, Рим). Но потом появляется «нечистая кровь» — сирийцы, евреи, этруски (Малая Азия), позднее — Африка, негры, «желтые». Смешанные браки становятся нормой. Высшая раса утрачивает свою чистоту. Полукровки губят великую культуру. Общество загнивает, потом разрушается. И на его обломках воцаряется новая чистая раса. История перевернута Розенбергом с ног на голову. Создана совершенно новая расовая «концепция». К «чистым арийцам», а значит, к предтечам национал-социалистов Розенберг причислил подавляющее большинство великих людей, а именно: Данте, Гомер и Эсхил, Платон и Кант, Микеланджело и Рафаэль, Рембрандт, Рубенс, Вермер и Гете, Бетховен и Бах, Диккенс и Вагнер (сверхариец), Коперник и Ньютон. Розенберг рисует перспективу гибели всех стран и народов, и в частности Германии: полное вырождение, идиотизм, духовная смерть и прочие апокалипсические ужасы. К тому же Германия, то есть чистая раса, со всех сторон окружена врагами. (Теория «враждебного окружения» была совершенно необходима нацистам). Против Германии все и вся. И еврейские банкиры, и хитрые адвокаты, и масонские ложи, и католическая церковь, и демократы, и интеллигенция, а главное – коммунисты. Если им все не противостоять, над миром воцарится «вечная ночь».

Для тех, для кого напыщенное словоблудие Розенберга было чересчур сложным, существовал более понятный язык Гитлера. Нацистский фюрер хоть и менее детально, но изложил те же идеологические постулаты. Менее детально, потому что его интересовала в первую голову политика, внешняя и внутренняя, и конкретная борьба за власть, вначале в масштабах Германии, потом в мировом масштабе. Я хочу привести три цитаты Гитлера, чтобы показать идеологический фундамент национал-социализма. В «Майн кампф» Гитлер писал: «Еврей не только планомерно портит женщин и девушек, но и не останавливается перед тем, чтобы распахнуть двери, куда хлынет чужая кровь. Не кто иной, как еврей, приваживает негров к Рейну и всегда с той же задней мыслью и ясными целями: с помощью „бастардизации“ разрушить ненавистную ему белую расу, сбросить ее с культурной и политической высоты и самим превратиться в ее господ».Десять лет спустя, то есть в год прихода к власти, в Нюрнберге Гитлер вещал: «Национал-социализм заявляет себя сторонником героического учения о ценности крови, расы, личности, равно как и законов отбора».

А 30 января 1937 года, в четвертую годовщину захвата власти, нацистский фюрер изрек: «Точно так же, как открытие того, что Земля вращается вокруг солнца, произвело переворот и создало совершенно новую картину мира, так и учение о крови и расе национал-социалистского движения приведет к перевороту в сознании и тем самым создаст иную картину истории человека прошлого и будущего».Можно сказать, что в этих трех цитатах в более сжатой форме дается и розенберговское «учение», и все будущие «научные» комментарии гитлеровских идеологов, без которых не понять ни нацистского изуверства, ни нацистского господства над душами миллионов людей. Если свести эти бредовые рассуждения к простейшей формуле, то можно сказать, что нацистам на всем протяжении их господства нужны были враги и среди них два главных врага. Главный враг был коммунист. И главным врагом стал человек иной крови. С ними надо было бороться любыми средствами.

Глава 3. Гитлеровская Германия

3.1 Атмосфера террора в гитлеровской Германии

Итак, 30 января 1933 года президент Гинденбург назначил рейхсканцлером Германии главу НСДАП Адольфа Гитлера. Немецкий историк Гердт Калов подсчитал, что «Тысячелетний рейх» Гитлера длился 4482 дня. Все эти четыре тысячи четыреста восемьдесят два дня были ознаменованы какими-то кровавыми событиями. Гитлер полностью учел эффект внезапности. Он не только не дал сплотиться, консолидироваться антинацистским силам, он их буквально ошеломил, захватил врасплох и очень скоро разгромил окончательно. Первый блиц-криг нацистов произошел на собственной территории. В первые же дни прихода нацистов к власти на Германию обрушилась волна террора. Она приняла двоякую форму жестоких и кровавых расправ во время волнений, уличных стычек и скрытно наносимых ударов в виде множества незаконных тайных арестов, проводимых на исходе ночи и завершавшихся чаще всего ликвидацией арестованного без суда и следствия с помощью пули или пытки в глубине глухого подземелья. Уже к вечеру 30 января вооруженные отряды начали нападать на коммунистов. 31 января Гитлер выступил по радио с речью, в которой заявлял о своей приверженности традициям германского народа. По его словам, задачей правительства должно стать «восстановление духовного единства нации, объединенной одной волей», и защита основ христианства, семьи, всего того, что составляло привычный круг буржуазных ценностей. Подобное показное уважение к общепринятым формам не помешало новому главе правительства уже 1 февраля добиться декрета о роспуске рейхстага. Новые выборы были назначены на 5 марта, пока еще нацисты держались в рамках законности. Однако, учитывая, что уверенности в победе на выборах не было, нацисты готовы были добиваться ее любыми способами, и прежде всего путем методического устранения соперников. 2 февраля Геринг, используя свои полномочия комиссара по внутренним делам, лично возглавил полицию Пруссии и провел в ней чистку. Служащие-республиканцы, а также их коллеги, не выражавшие сочувствия нацизму, были отстранены или ликвидированы. Их место заняли ярые нацисты. Создавался нацистский кадровый костяк, который втискивался в рамки старого административного аппарата. Когда прусский ландтаг стал противиться столь противозаконным действиям, он был «в интересах защиты народа» распущен специальным декретом от 4 февраля 1933 года. В тот же день другим декретом были запрещены собрания, «способные нарушить общественный порядок», тем самым была создана возможность срывать митинги и собрания левых партий, предоставляя полную свободу действий нацистам. 6 февраля был принят закон о введении чрезвычайного положения «для защиты немецкого народа», обрекавший прессу и органы массовой информации оппозиции на полное молчание. 9 февраля пришла в движение полицейская машина. По всей стране были проведены обыски помещений, используемых коммунистическими организациями, квартир руководителей партии. В печати преподносились сообщения об обнаружении складов оружия и боеприпасов, документов, «доказывающих» существование заговора, близкого к осуществлению и предусматривающего, в частности, поджог общественных зданий. Аресты, похищения людей множились ежечасно. Нацисты не испытывали ни малейших трудностей при организации крупных политических махинаций. 27 февраля был совершен поджог рейхстага, к котором обвинили коммунистов. В ту же ночь начались репрессии. Сразу же были обнародованы так называемые «чрезвычайные законы от 28 февраля», принятые «для защиты народа и государства». Наиболее тяжелый удар был нанесен по коммунистической партии, но и все газеты социал-демократов оказались также запрещенными. Так называемые «Декреты общественного спасения» отменяли большинство конституционных свобод: свободу прессы, собраний, неприкосновенность жилища, личности, переписки. Проведение в жизнь чрезвычайных законов ставило немецких граждан в полную зависимость от нацистского полицейского произвола.

С 30 января 1933 году Германия жила в атмосфере террора, развязанного нацистами, обрушившими на население потоки своей пропаганды – пропаганды всепроникающей, сопровождающей каждый шаг простых людей. Многие тысячи митингов и собраний были организованы нацистами в ходе предвыборной кампании. Гитлер развил бурную деятельность, почти невероятную по своей интенсивности. Он перелетел из города в город, появляясь лишь настолько времени, сколько ему было необходимо для того, чтобы вдохнуть новую энергию в ряды своих сторонников хорошо отработанным набором жестких и туманных фраз. Была пущена на полную мощь созданная Геббельсом гигантская машина нацистской пропаганды, бьющая на внешний эффект, широко использовавшая массовые шествия со знаменами и плакатами, поражавшие своими масштабами воображение простых граждан, сбегавшихся послушать нового мессию. В свой срок, среди бурных потрясений, наступил день выборов. Нацисты получили 17 164 тыс. голосов. Этот успех был результатом их напористости, колоссального нажима на сознание немцев и мошеннического политического спектакля – поджога рейхстага. Далее предстояло не откладывая начать проводить в жизнь пресловутую установку на единообразие, то есть безраздельное господство нацизма в Германии, добиваться, чтобы все «шли в ногу», как того требует тоталитарный режим, обеспечить беспрекословное повиновение народа и подчинение государства всемогущей партии. Для этого требовалось прежде всего ликвидировать все политические организации, устранить их руководителей путем убийств, арестов, отправки в эмиграцию. В отношении коммунистов это уже было сделано. Оставался еще один главный враг нацистов – еврей. 1 апреля Гитлер призвал к бойкоту еврейских магазинов и еврейских товаров. Последовали почти повсеместные погромы и избиения евреев. Штурмовики и эсесовцы рассыпались по улицам Берлина, собирая вокруг себя толпы и натравливая их на евреев, избивая всех, кто встречался на пути, громя и грабя магазины еврейских владельцев. Подобный разгул насилия отнюдь не был чем-то случайным и стихийным, как это могло показаться. Это был расчет, построенный на использовании самых низменных сторон человеческого характера, широко внедренный в практику нацизма, что нашло свое выражение прежде всего в массовой разгуле антисемитизма, неотделимого от нацизма. Операция, начатая 1 апреля, послужила своего рода ширмой: пока взоры всех были обращены на то, что происходило на улицах, были изданы декреты по централизации государственного управления рейхом. Парламенты всех земель были распущены. Вместо них полномочиями облекались рейхсштатгальтеры, то есть представители центральной власти на местах, отобранные лично Гитлером. 7 июля было принято постановление об исключении депутатов социал-демократов из рейхстага и из всех правительственных органов земель. Многие руководители социал-демократов к этому времени уже эмигрировали. Другие попали в тюрьмы и концентрационные лагеря. Нацисты объявили, что те кто не сумел оценить всех прелестей нацизма, отправятся туда на «перевоспитание». Еще 25 марта был открыт первый концентрационный лагерь близ Штутгарта. Он был рассчитан на содержание полутора тысяч узников, но очень скоро в нем их было уже в три-четыре раза больше. В короткие сроки эти учреждения станут одним из основных столпов режима. В тот же день, 7 июля, был опубликован пакет из 19 законов. Одним из этих законов подводилась черта под всеми политическими спорами. Cэтого момента Национал-социалистская немецкая рабочая партия стала в Германии единственной политической партией. Лица, оказывающие поддержку какой-либо иной политической партии или пытающиеся создать какую-либо новую политическую партию, наказывались каторжными работами на срок до трех лет или тюремным заключением от 6 месяцев до 3 лет.

Таким образом, менее чем за один год в Германии была полностью уничтожена демократия, запрещены все партии и профсоюзы, начисто исчезли демократические установления и права. Нацисты стали полными хозяевами Германии. Из правового государства Германия превратилась в страну тотального беззакония.

3.2 Расовое безумие

Слово «безумие», своего рода умопомрачение, предполагает нечто стихийное, иррациональное. Расовое безумие нацистов было иного порядка: это была заранее продуманная, запланированная, «научно» обоснованная идеология, которую они неукоснительно проводили в жизнь. Расовое безумие в нацистской Германии прошло несколько стадий. Первая – теоретическая, подготовительная. Как говорили сами гитлеровцы, они проводили «отбор», а точнее разделение всего народа на расово «полноценных» и «неполноценных» особей. После того как «полноценных» отобрали и «неполноценных» отделили, этих последних стали поэтапно лишать всех гражданских прав, превращать в изгоев. Потом настал следующий этап – пресловутое «окончательное решение» — поголовное уничтожение, ликвидация сначала евреев. Затем расовое безумие стали распространять на многие народы.

Все это происходило под непрерывную идеологическую демагогию. Следовало идеологически подготовить и палачей, и даже жертвы. И безусловно, интенсивная обработка палачей в расовом духе началась задолго до того, как убийцы перешли к массовым казням, к геноциду. В главе «Идеология Гитлера – идеология нацизма» я останавливалась на том, как палаческую идеологию прививали немцам Гитлер и Розенберг. После прихода нацистов к власти человеконенавистническую теорию следовало подробнее разработать, детализировать и довести до каждого гражданина «третьего рейха». Антропология в тот период констатировала, что существуют три расы «первого порядка» — негроиды, европеоиды и монголоиды, и далее расы «второго» и «третьего» порядка. Фашистские практики общими усилиями создали «расовую теорию», согласно которой существует якобы иерархия рас – высшие и низшие, полноценные и неполноценные, хорошие и дурные. Исходя из этого, нетрудно было объявить, что «расовая гигиена» требует очищения германского народа от зловредных примесей. Немецкие ученые-антропологи, принявшие фашизм, выстроили по ранжиру все расы европеоидов и объявили немцев высшей, нордической расой, расой господ. А Гитлера – ее фюрером. Дело не ограничилось теоретическими трудами ученых. Составлялись соответствующие расовые таблицы, была выработана система «очков» для определения «чистоты» расы. «Портрет» нордического человека давал в 1936 году Г.Фризе: нордический человек обладает высоким ростом, он строен, длинноног. С первого же взгляда он кажется гибким. У него узкие бедра и широкие плечи. Голова у нордического человека узкая, череп удлиненный, лоб высокий. Особенно характерен для этого лица нос, высоко посаженный, сильно выдающийся вперед. Так называемый нордический нос относится к нордическим формам носа. Крылья носа узкие, благодаря чему лицо приобретает особое выражение благородства. Губы узкие, слегка припухлые, умеренно изогнутые. Нордический человек светловолосый, у него тонкие пушистые волосы. Глаза голубые, иногда серо-голубые или серые. Дело не ограничивалось одними внешними признаками. Соответствующим образом были расписаны характеры особей разных рас. Наивысшими добродетелями обладали люди, принадлежавшие к нордической расе. Это была какая-то карикатура на науку. Каждый молол, что ему вздумается, с одной целью: доказать превосходство так называемой нордической расы и необходимость переходить к жестоким мерам для очищения этой расы от «плевел». Однако дело не ограничивалось такого рода словоблудием. Одновременно проводились переписи населения с точки зрения расовой принадлежности. Ставилась задача составить каждому жителю «третьего рейха» специальный «родословный паспорт», подтверждающий его арийское происхождение. Составление «родословной», определение расы охватило миллионы людей. Это стало повседневностью для жителей нацистской Германии. 15 октября 1934 года Гесс, тогдашний заместитель фюрера, создал специальное ведомство для изучения родства при НСДАП. В марте того же года оно получило официальное название «Имперское ведомство для изучения родства». Если познакомиться с выводами «экспертов», становится очевидным – какого бы роста ни был «подопытный», какой бы цвет глаз и волос у него ни был — все равно вывод делался один – наличие неарийской крови не исключено. Установка была ясна: во всех случаях уничтожать ненадежных.

Параллельно с опросами, осмотрами и поголовной классификацией немцев по принципу «чистый», «нечистый» шла законодательная деятельность гитлеровцев, направленная на все большее ущемление прав «нечистых», на их изоляцию. В 1935 году был издан закон об «имперском гражданстве». В нем говорилось, что гражданином рейха может быть лишь тот германский подданный, у кого в жилах течет «немецкая или родственная кровь. Спустя два месяца на основе этого закона был издан указ, где было зафиксировано, что еврей не может быть гражданином рейха, ему не положено иметь права голоса в политических вопросах, он не может занимать административный пост. Сперва еще делались кое-какие исключения, для участников первой мировой войны; для детей, чьи отцы погибли на фронте. Но расовое безумие скоро смело и эти крохотные преграды на пути тотального преследования неарийцев. Далее последовал так называемый „запрет на браки“, потом запрет на внебрачные связи между арийцами и неарийцами, потом неарийцам запретили посещать концерты, доклады, театральные спектакли. Запрещено им было также работать на частных предприятиях, торговать…, а с 1939 года – и заниматься ремеслом. С 1939 года „неарийцев“ начали выгонять из домов и квартир. И, наконец, все это венчал „указ о желтой звезде“. В нем было три пункта. В последнем говорилось, что евреям запрещено покидать свои дома, даже нацепив желтую звезду, но не имея при себе специального разрешения местных властей на выход. Итак, с неарийцами внутри Германии было покончено.

Однако выяснение „расовой чистоты“ самих немцев было лишь прологом – с самого начала не оставлял сомнения тот факт, что расовая теория была создана для агрессивных войн, для достижения мирового господства арийской расы. Уничтожение еврейского населения в Германии, а потом в чудовищных размерах на оккупированных немецким вермахтом и специальными отрядами СС территориях являлось началом переселения, перетасовки целых народов и их поголовного истребления – массовых казней или „убийства с помощью работы“. Известно, что поход на Восток испокон веков был мечтой германских военных, промышленников, банкиров. Теперь Гитлер, Гиммлер, „расовые специалисты“ имели идеологическое оружие. „План-максимум“ заключался в том, чтобы создать на Востоке – от Познани до Урала и от Прибалтики до Кавказа многомиллионный чисто „арийский“ вал. А для этого, во-первых, надо было „очистить“ соответствующую территорию от коренного, „неполноценного“ населения, то есть от народов, проживающих на этих землях. Предварительно, разумеется, объявив славянские народы собранием „недочеловеков“. Большую часть „недочеловеков“ — миллионы – уничтожить по рецептам Освенцима, Майданека и т.д. А другую часть (это уже во-вторых) превратить в рабов, в илотов для германской промышленности и сельского хозяйства.

3.3 „Конвейер смерти“

Невозможно описать все зверства и злодеяния, совершенные Гитлером и фашистами. Общеизвестный факт – развязывание гитлеровским фашизмом мировой войны, в которую были втянуты десятки стран мира, в результате разрушено огромное количество городов и сел, уничтожены миллионы ни в чем ни повинных людей. В контексте настоящей дипломной работы мне хотелось бы уделить внимание самому жестокому, можно сказать нечеловеческому явлению фашизма – концентрационным лагерям (далее – концлагеря).

Сразу после захвата Гитлером власти СА были основаны лагеря, где штурмовики избивали, морили голодом, пытали людей, видя в них врагов нацистского строя. На конец 1933 было создано не менее сотни концлагерей, в которых были заключены 150 тысяч антифашистов. Большинство таких лагерей, называемых „дикими“, находилось в Берлине и его окрестностях, несколько меньше в Саксонии и Тюрингии, а именно лагеря Лихтенберг, Заксенбург, Хоэнштейн, Бад-Зульца, Гильдиц. „Дикие лагеря“ размещались где попало: в бывших казармах, казематах, заброшенных фабричных зданиях, полуразрушенных пустующих замках. В каждый из них запирали обычно около тысячи узников. Общее, что они имели с лагерями-гигантами последующих времен, заключалось в том, что из них мало кто выходил живым. Примерно в это же время, что и „дикие лагеря“, появились „лагеря юстиции“ в Ольденбургских болотах – Папенбург, Эстервеген. В них наряду со штурмовиками, а позже – с эсесовцами, хозяйничали и чиновники министерства внутренних дел. Официально в этих лагерях должны были отбывать наказание уголовники, но на самом деле в „болотные лагеря“ сажали и политических заключенных, обвиняемых в государственной измене и в измене родине. Эти лагеря существовали до разгрома рейха. В „болотных лагерях“ в годы войны томились десятки тысяч людей. Далее на смену „диким лагерям“ пришли лагеря под эгидой СС. В 1936 году, когда произошло „упорядочение“ системы террора в „третьем рейхе“, нацисты „навели порядок“ и в концлагерях. именно в это время на территории Германии окончательно сформировались лагеря, рассчитанные, как и весь „тысячелетний рейх“, на „вечные времена“. Именно тогда была разработана вся та страшная регламентация, все те страшные „ритуалы“ для унижения людей, для подавления в них чувства собственного достоинства, и в конечном счете для их быстрого физического уничтожения.

В 1936 -1937 годах тысячи узников стали свозить в лагеря Дахау (близ Мюнхена), Бухенвальд (близ Веймара), Заксенхаузен (в Ораниенбурге под Берлином), а также в менее известные концлагеря – в Гросс-розен (близ Штутгарта), во Флоссенбюрг, в Нойенгамме (близ Гамбурга), в женский лагерь Равенсбрюк… На пороге войны нацисты провели акцию „Заключенные“. Две тысячи коммунистов и большое число антикоммунистов не членов компартии Германии были посажены в концлагеря. В 1939 году была введена казнь в концлагерях за „саботаж“ на военных предприятиях. С 18 октября 1939 года людей бросали в лагеря за уклонение от работы, для этого проводились специальные облавы. 24 октября 1939 года был издан указ о более жестоком обращении с охранными заключенными в концлагерях.

Начало войны было ознаменовано огромным расширением сети концлагерей, а также созданием лагерей смерти, где ликвидация узников шла непрерывно и ускоренным темпом. К лагерям, находящимся в самой Германии, прибавились лагеря, спешно созданные на оккупированных территориях, — такие, как Освенцим, Майданек, Треблинка. В годы войны появились „рабочие лагеря“, где заключенные жили не более трех-шести месяцев: там проводился пресловутый приказ об „умерщвлении работой“. Сеть концлагерей представляла собой невиданного масштаба „конвейер смерти“: на „конвейер“ загружались люди, миллионы людей, а выгружался пепел. „Конечной станцией“ лагерника был крематорий. Но „длина“ „конвейера“ в различных лагерях была разной. В одних „загрузка“ и „выгрузка“ продолжалась несколько часов (лагеря смерти), в других несколько месяцев (»рабочие лагеря"), в третьих – год, два («обычные» лагеря). Издевательства, наказания, казни в концлагерях были самые неожиданные. Каждый комендант, каждый фюрер СС, каждый политфюрер изощрялся, как мог. Идея «конвейера» заключалась в том, чтобы сломить человека, уничтожить его сперва морально, а потом физически. Три цифры надо запомнить, чтобы понять весь размах гитлеровского «конвейера». Только на территории Германии насчитывалось 1100 концлагерей. Через концлагеря прошли 18 миллионов человек, погибли 12 миллионов.

До войны нацисты сначала производили арест, сажали людей в тюрьмы, а потом отправляли людей в концлагеря. Военнопленных сразу доставляли в концлагеря. Сотни заключенных и военнопленных заталкивали в товарные вагоны, и они стояли там в такой тесноте, что даже люди, потерявшие сознание от жажды, голода, холода (или жары) и недостатка воздуха, не падали – это было невозможно. Далее арестованных пересаживали в крытые грузовики. И наконец – пеший марш: истощенных, обезумевших людей гнали пинками, пощечинами, ударами сапог и дубинок к воротам концлагеря: отставших, упавших забивали насмерть, затаптывали, расстреливали в упор… Так происходила пресловутая «селекция» будущих узников концлагерей. Наиболее выносливые, а стало быть работоспособные, переступали порог лагерного ада. Далее начинался «конвейер смерти». У ворот лагеря на вновь прибывших набрасывалась свора эсесовцев и опять направо и налево сыпались удары, зуботычины, пинки. Кто-то бросал в беззащитных людей камни, кто-то плевал, кто-то мочился на них. Длинноволосых и бородатых таскали за волосы и за бороды. Если на улице был мороз, узников обливали из шлангов водой. Их ставили перед воротами, заставляли стоять по многу часов подряд на холоде, под проливным дождем, под палящим солнцем. Иногда приказывали делать приседания. А кто падал тех пристреливали… Без этого «этапа» и церемонии «встречи» нацистский концлагерь был невозможен, ведь с самого начала следовало превратить узника в дрожащую, истерзанную плоть, лишить воли и способности сопротивляться. После многих мучений и унижений начиналась еще более унизительная процедура приема в концлагерь. Ее не мог миновать никто. После заполнения многочисленных анкет заключенных гнали к парикмахеру, брили наголову, потом в душ (часто душ заменяли «купанием» в грязной лохани с дезинфекционной жидкостью). За это время узника успевали обобрать – одежду связывали в узлы, ценности – прятали якобы до «освобождении». А потом начинались лагерные будни: сирена…подъем… проверка на аппельплаце… работы по 14-16 часов… вечерняя проверка, которая продолжалась, как правило, бесконечно долго… короткий сон… сирена…подъем… И все это при чудовищном недоедании, антисанитарных условиях, непрекращающихся эпидемиях. Зимой 1939-1940 годов в лагерях вспыхнула эпидемия сыпного тифа, унесшего многие тысячи жизней. И все это при заранее продуманной, изощренной системе издевательств, наказаний, пыток, которым подвергались узники иногда по самой ничтожной причине, а иногда и вовсе без причин. Наказанием была уже сама работа в концлагере. Для нее были характерны неимоверная, непосильная тяжесть и бессмысленность. Работы была построена таким образом, чтобы уморить людей. Особенно тяжелой считалась работа в каменоломнях, где приходилось таскать огромные камни. Невыносимой была и работы землекопов. Впрочем, «выносимых» работ в концлагерях вообще не было. Страшная судьба ожидала и узников, посланных на военные заводы. Для работы у станка отбирали самых крепких, большей частью русских, украинцев, поляков. Однако, на баланде и сухом хлебе, работая то в дневную, то в ночную смену, через год-полтора погибали даже самые здоровые. Зачастую узники не выходили их цехов в буквальном смысле этого слова (спали у станков на полу), «на волю» выносили трупы и пригоняли новое пополнение. Лагерный труд кроме всего прочего был издевательски бессмысленным. Иногда землю, щебень и камни носили голыми руками, обдирая руки в кровь: не хватало лопат, мотыг, тачек. Очень часто узников заставляли копать ямы, а на следующий день засыпать их.

В лагерях существовала унифицированная система наказаний, но это не мешало эсесовцам придумывать свои собственные «оригинальные» способы расправы с беззащитными людьми. Бесконечные стояния на аппельплаце, избиение плетками или палками… Часто людей пристреливали «за попытку к бегству»; сперва избивали, а потом толкали по направлению к колючей проволоке и в упор расстреливали. Еще более страшным наказанием было подвешивание. Узникам заламывали руки за спину, надевали кандалы и за эти кандалы подвешивали к столбу или к дереву, следствием чего были вывихи плечевых суставов и нечеловеческая боль. Одновременно жертвы избивались. Потерявших сознание обливали водой. Подвешивание продолжалось от получаса до четырех часов. В случае неповиновения или сопротивления сажали в карцер, в бетонные камеры-бункеры.

Страшным деянием нацистов с врачебными дипломами были опыты над живыми людьми. Для экспериментов возводились бараки в некотором отдалении от других. Доступ туда был строжайше запрещен, что не мешало просачиваться слухам об ужасах, творимых в этих бараках. С течением времени у каждого концлагеря появилась своя «специализация». В Бухенвальде в основном занимались разработкой противотифозной вакцины. Заражая здоровых людей, проверяли действие вакцины. Но даже когда противотифозная сыворотка оказывалась действенной, врачи вводили вакцинированным людям такие лошадиные дозы бацилл, что люди все равно гибли. В Бухенвальде проводились и другие эксперименты – опыты по заражению желтой лихорадкой, оспой, паратифом, дифтеритом. В концлагере Дахау специализировались на малярии. Каждую неделю жертвами становилось не менее 20 человек. Заразив людей малярией, нацистские врачи спокойно наблюдали за ходом болезни и за соответствующими осложнениями: желтухой, сердечной недостаточностью, воспалением легких. На узниках Дахау проводили эксперименты с целью выяснить, как люди выдерживают быстрый подъем и столь же быстрый спуск в негерметизированных кабинах. На лагерной улице поставили «вагон» — высокую камеру на колесах, снабженную специальной аппаратурой. Когда испытуемый «поднимался вверх» или «падал» — в камере соответствующим образом менялось давление, ему снимали кардиограмму. А после смерти жертву подвергали анатомическому вскрытию. Позднее начали рассекать на части еще живых людей, чтобы узнать, сколько времени после наступления клинической смерти работает сердце. Опыты над живыми людьми в женском концлагере Равенсбрюк отличались такой же чудовищной жестокостью, как и опыты в Дахау. Чтобы установить эффективность сульфаниламидных препаратов узницам вводились стафилококки, возбудители газовой гангрены и столбняка, вводились одновременно несколько видов бактерий. Надрез для внесения бактерий узницам делали на верхней части бедра, почти всегда глубокий, до самой кости, очень часто в рану вкладывали также щепки и осколки стекла; нагноения начинались сразу, и «контрольные» больные умирали в страшных муках. Смерть других больных наступала позже, но мучились они не меньше. В Равенсбрюке также трансплантировались костные ткани. Брали здоровых женщин, калечили их, а потом накладывали гипс. Когда хотели взглянуть как идет эксперимент, вырезали куски живого тела и обнажали кость. С 1939 года в Заксенхаузене на узниках испытывали жидкие отравляющие вещества (ОВ), их втирали в кожу. Заключенные сперва слепли, а потом в страшных мучениях погибали. Освенцим с самого начала был задуман как лагерь уничтожения. «Медицинские» эксперименты в нем проводились в особо широких масштабах. Главным образом, проводились эксперименты по стерилизации людей. Цель этого эксперимента огромное количество «неарийцев» могут быть стерилизованы, то есть останутся работоспособными, но не сумеют размножаться.

Ничто из практики нацистов не вызывало такого ужаса и отвращения, как эти эксперименты, хотя и сам «конвейер смерти», через который нацисты пропустили миллионы людей, убедительно показывает всю меру патологической бесчеловечности гитлеровского строя.

3.4 Смерть Гитлера

В апреле 1945 года войска союзников заканчивали разгром Германии. Рухнула идея жизни Гитлера – идея мирового господства. Альберт Шпеер, глава военного производства в нацистской Германии, рассказывал, что за несколько дней до своей смерти Гитлер кричал: «Если война проиграна, немецкий народ не должен существовать. Нечего заботиться о том, чтобы этот народ пережил свое поражение. Уничтожайте все заводы, мосты, продовольствие. Этот народ оказался слабым, и значит, будущее принадлежит народу Восточному, который показал себя более сильным». 26 апреля 1945 года советские войска заняли три четверти Берлина, но Гитлер еще на что-то надеялся. Он находился в двухэтажном бункере на глубине 8 метров под двором имперской канцелярии, с тревогой ожидая вестей. Вместе с Гитлером в бункере находились его любовница Ева Браун, Геббельс с семьей, начальник генерального штаба Кребс, секретари, адъютанты, охранники. По свидетельству офицера генерального штаба, в это время «физически Гитлер являл собой страшную картину: он передвигался с трудом и неуклюже, выбрасывая верхнюю часть туловища вперед, волоча ноги… С трудом он мог сохранять равновесие. Левая рука ему не подчинялась, а правая постоянно дрожала… Глаза Гитлера были налиты кровью». Распад личности и умопомрачение не помешали Гитлеру 27 апреля отдать приказ об открытии шлюзов на реке Шпрее и затоплении станции метро, когда он узнал о том, что советские войска проникли в метро. Выполнение приказа привело к гибели находившихся в метро тысяч людей: раненных немецких солдат, женщин и детей. 29 апреля 1945 года состоялось бракосочетание Гитлера и Евы Браун. Процесс проходил в соответствии с законом: был составлен брачный контракт и совершен обряд венчания. Свидетели – Геббельс и Борман, а также Кребс, жена Геббельса, адъютанты

Гитлера, секретарши и повариха приглашены на празднование свадьбы. После небольшого застолья Гитлер удалился, чтобы составить завещание. Все свое имущество Гитлер оставлял партии, за исключением некоторых денежных сумм, завещанных родственникам, друзьям и домочадцам. Последняя фраза этого личного завещания Гитлера четко выражала решимость Гитлера покончить жизнь самоубийством: «Сам я и моя жена выбираем для себя смерть, предпочтя ее позору смещения с моего поста или капитуляции. Завещаем немедленно предать наши тела огню в том месте, где на протяжении двенадцать лет служения моему народу я выполнял большую часть моих повседневных обязанностей».

30 апреля 1945 года – последний день фюрера. После обеда по приказу Гитлера его личный шофер штандантерфюрер СС Кемпка доставляет в сад имперской канцелярии канистры с 200 литрами бензина. В комнате для совещаний Гитлер и Ева Браун прощаются с пришедшими сюда Борманом, Геббельсом, Кребсом. Затем все, кроме Гитлера и его жены, выходят в коридор. Дальнейшие события излагаются в двух основных версиях. Согласно первой версии, основанной на показаниях личного камердинера Гитлера Линге, фюрер и Ева Браун выстрелили в себя в 15.30. Когда Линге и Борман вошли в комнату, Гитлер якобы сидел на софе в углу, на столике перед ним лежал револьвер, из его правого виска текла кровь. Мертвая Ева Браун, находившаяся в другом углу, уронила свой револьвер на пол. Другая версия (принятая почти всеми историками) гласит: Гитлер и Ева отравились цианистым калием. По приказу Бормана тела умерших были завернуты в одеяла, вынесены во двор, политы бензином и сожжены в воронке от снаряда. Правда, горели они плохо, и, в конце концов, полусожженные трупы эсэсовцы закопали в землю.

Тела Гитлера и Евы Браун были обнаружены красноармейцем Чураковым 4 мая. Для осмотра и идентификации тела были доставлены в один из берлинских моргов 8 мая. Внешний осмотр давал основания предполагать, что обгоревшие трупы мужчины и женщины – это останки Адольфа Гитлера и Евы Браун.

История создает иногда «сценарий», который не придумал бы самый изощренный драматург… Гитлер и его сподвижники сжигали миллионы умерщвленных ими людей в крематориях, на кострах. Без каких-либо обрядов, церковных или гражданских, без гробов – сжигали, словно это были не человеческие существа, а дрова, промышленные отходы. И так же сгорел Гитлер сам, автор этих неизвестных доселе человечеству «похорон».


Заключение

Гитлер умер как волк в логове. Партийная кличка у него была Вольф (Волк). Одиноким волком он прожил жизнь, и законы его были волчьи, и по волчьи он был ненасытен в кровавой войне. Если и было в нем что-то человеческое, о чем пишут историки и современники, то все это было зачеркнуто гибелью 60 миллионов жизней. Тот след, что он оставил в истории, к сожалению, не исчезнет никогда. Гитлер ушел в небытие, но страшнейшая память о нем осталась навеки.

Весь путь прихода Гитлера к власти, начиная с юношеских лет, со времен первой мировой войны, послевоенной Германии, показывает, что не какие-то исключительные, а тем более сверхчеловеческие способности подняли сына мелкого австрийского чиновника над массой германского народа. Рассмотрев факторы, способствовавшие захвату и удержанию Гитлером власти, я хочу отметить, что Гитлер сам по себе не мог стать тем, кем он стал. Но он обладал качествами, которые оказались козырями в случайной расстановке объективно обусловленных противоречий общественной жизни. А именно, это – чрезмерное честолюбие как результат личностной несостоятельности; гигантомания, порожденная крахом неудачника, не нашедшего себе профессии; обскурантский фатализм на базе жалкой полуобразованности; словоблудие и тяга к бахвальству как оборотная сторона выродившейся в бессилие боязни самостоятельных действий; ловкая способность к приспособлению вместе с безмерной переоценкой собственной персоны; полная беспардонность и презрение к чужой жизни.

Я считаю, что каждый из факторов, способствовавших приходу Гитлера к власти, имеет свою степень влияния, сыграл свою роль в тот или иной момент времени. Рассмотрев бегло детство, юношеские годы, службу в армии, можно отметить зачатки будущей карьеры Гитлера. Рядовой солдат военного времени, бывший бродяга, преданно сражался, будучи на передовой, увидел войну во всех ее отвратительных проявлениях. Ирония судьбы заключалась в том, что он со своими амбициями терпел неудачу и впереди маячило беспросветное забвение.

Большое влияние оказала именно общественно-политическая ситуация, сложившаяся после поражения Германии в первой мировой войне, в атмосфере которой и возник нацизм. Националисты, не желавшие смириться с поражением, убедили всех, что враг восторжествовал лишь потому, что войска были преданы в тылу алчными банкирами, революционными агитаторами, рвавшимися к власти, и евреями. Германия погрузилась в пучину хаоса. В обществе существовал гигантский, неупорядоченный потенциал агрессивности, страха, самоотдачи и эгоизма, лежавший в покое и нуждавшийся лишь в том, чтобы некое властное явление разбудило, сфокусировало и использовало его. На этой волне, уже благодаря своим личным качествам, и выдвигается Гитлер.

Дальше идет создание имиджа фюрера германского народа, в создании которого приняли участие и партийные лидеры, и созданные структурные подразделения партии, и проводимая в жизнь политика нацистской Германии, и даже женщины. Вся Германия смотрела фильмы «Победа веры» и «Триумф воли», «Олимпия» и «Наш вермахт», снятые с участием влюбленной в Гитлера женщины — Лени Рифеншталь; фильмы, которые воспевали германский дух и гитлеровское движение и естественно, фюрера. Во многом тот имидж, который имел Гитлер в глазах немцев, был создан этой женщиной-режиссером. Процесс удержания власти происходил путем насаждения национал-социализма в теории и на практике в мысли и в жизнь немецкого народа. Гитлер был не только фигурой, объединившей столь многие тенденции времени, он сам в той или иной степени придавал событиям их направление, масштабы и радикальность. Благоприятствовало ему при этом то, что его мысли не были отягощены какими-либо предварительными условиями и что буквально всё – антагонизмы противников, партнеров по союзу, нации, идеи – он столь же хладнокровно, как и маниакально подчинял своим чудовищным целям. Все действия Гитлера были вполне осознанны, рациональны и направлены на достижение конкретных целей. Сначала его целью был приход к власти в Германии и превращение этой власти в диктатуру, затем — война для достижения мирового господства. Последняя цель — мировое господство.

Я пришла к выводу, что ни один освещенных мною в работе факторов отдельно взятый не мог оказать существенного влияния на захват Гитлером власти, ее удержание и использование в своих целях. Только их совокупность, а также степень влияния каждого в определенный временем момент сделали возможным Гитлера таким, каким он был в мировой истории.

Фашизм придал миру всего лишь за какие-то двенадцать лет новый облик, и, я думаю, нельзя достаточным образом объяснить столь мощные процессы капризом дорвавшегося до власти одиночки. Я считаю неверным тезис о том, что не будь Гитлера, не было бы ни фашизма, ни преступной, агрессивной войны. Нельзя говорить: «Так как нацистский главарь вот уже шесть десятилетий мертв, значит опасность неофашизма и новой мировой войны равно нулю». «Санитарный кордон», возведенный после войны вокруг всего, что связано с фашизмом, создавал иллюзию, что в истории Европы фашизм представляет собой более или менее изолированное явление, своего рода «несчастный случай». Сегодня приходится признать, что фашизм глубже, чем того хотелось бы, коренится в европейском прошлом, с другой стороны, время показало, что он прорастает в будущее. Фашизм рождается в тех слоях сознания, где стихийно совершается выбор и формируются сообразные с ним основные психологические установки.

Я думаю, что изучая мировую историю и делая соответствующие выводы, люди не допустят того, что «рядовой нации», благодаря ораторскому таланту, патологической одержимости, безответственности масс и социально-экономическому кризису станет новым «фюрером» и низвергнет полмира в пучину новой мировой войны.


Список использованных источников и литературы

1. Из застольных разговоров Гитлера в ставке Германского Верховного главнокомандования // Знамя.--1992. — № 2.

2. Как они воевали: Свидетельства // Диалог. –1995. --№ 3.

3. Безыменский Л.А. Германские генералы – с Гитлером и без него. – М.: Мысль, 1964.

4. Вагман И.Я, Вукина Н.В., Мирошникова В.В. 100 знаменитых тиранов. – Харьков: Фолио, 2003.

5. Деларю Ж. История гестапо. — Смоленск: Русич, 1993.

6. Кершоу Я. Гитлер. — Ростов-на-Дону: «Феникс», 1997.

7. Каграманов Ю. Отчего затянулась «гибель богов»: Фашизм как феномен европейской культуры // Новый мир, 1985. — № 3.

8. Лаврин А.П. Энциклопедия смерти. – М.: Московский рабочий, 1993.

9. Макоренко В.П. Г. Главные идеологи современности. – Ростов-на-Дону: «Феникс», 2000

10. Мельников Д.Е., Черная Л.Б. Империя смерти. – М.: Издательство политической литературы, 1989.

11. Наджафаров Д.Г., Гинцберг Л.И. Ранняя история нацизма. Борьба за власть // Вопросы истории, 2004. – № 10.

12. Последний фольксфюрер. Интервью // Элементы, 1995. — № 5.

13. Руге В. Как Гитлер пришел к власти. – М.: Мысль, 1985.

14. Соколов Б.В. Адольф Гитлер. Жизнь под свастикой. – М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2005.

15. Сьюард Д. Наполеон и Гитлер. — Смоленск: Русич, 1995.

16. Фест И. Гитлер: Биография. Т.I. – Пермь: Культурный центр «Алетейа», 1993.

17. Фляйшхауер И. Пакт. Гитлер, Сталин и инициатива германской дипломатии. –М.: Прогресс, 1990.

еще рефераты
Еще работы по истории