Реферат: История Румынии

История Румынии

ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ

Румыния — государство на юго-востоке Европы, в бассейне ни-жнего Дуная. На востоке омывается Черным морем. Территория -237,5 тыс. кв. км. Население — 23,2 млн. человек (1990 г): 90%- румыны, 6,9%- венгры, 3,1%- немцы, есть и представители дру-гих национальностей. Столица — Бухарест (2,3 млн. жителей).Го-сударственный язык — румынский.Верующие — преимущественно пра-вославные. Румыния состоит из 40 административных единиц — уе-здов, самостоятельная административная единица — столица Буха-рест. Румыния — президентская республика. Президентом Румынии внастоящее время является Ион Илиеску. Представительный орган, осуществляющий законодательную власть — Национальное собрание, состоящее из двух палат: Сената и Собрания депутатов. Крупней-шей парламентской партией является Партия социальной демокра-тии. Важнейшие оппозиционные партии объединены в Демократичес-кую конвенцию.

Высшую судебную власть осуществляет Верховный суд. Кабинетминистров — важнейший орган исполнительной власти. В центральной и северной частях Румынии расположены горы Во-сточные и Южные Карпаты и Трансильванское плато, на западе — Западные Румынские горы, на юге — Нижнедунайская равнина, на юго-востоке — плато Добруджа. Климат умеренный, континенталь-ный. На равнинах средние температуры января от 0 до -5 граду-сов, июля от 20 до 23 градусов. В год выпадает 300-700 мм оса-дков (в горах до 1500 мм). Главная река — Дунай. 27% террито-леса, главным образом в горах; на равнинах (большая часть их распахана) — степная и лесостепная растительность. В I в. до н. э. — III в. н. э. населявшие территорию Румы-нии гето-дакийские племена вели борьбу с Римом. В начале II в.н. э. область расселения даков попала под господство Рима и была превращена в римскую провинцию Дакию. После ухода римлян(217) на территории Румынии оседали племена готов, гепидов, авар, в VI-VII веках поселились славяне. В XIV веке образова-лись феодальные государства — Валахия и Молдова, попавшие в XVIвеке под османское иго. Румыния образовалась в 1859 году в результате объединениякняжеств Молдовы и Валахии под властью одного избранного пред-ставительными собраниями господара Александра Кузы, который по-лучил титул князя румынского. В 1866 году Куза был низложен, напрестол избран принц Карл (из дома Гогенцоллернов) и введена новая конституция. В 1877 году Румыния заключила союз с Росси-ей против Турции и провозгласила свою независимость.

В 1881 го-ду Румыния была провозглашена королевством. Румыния участвовала во 2-й Балканской войне (1913), в 1916на стороне Антанты вступила в 1-ю мировую войну. В 1918 г. Ру-мыния захватила Бессарабию и Северную Буковину, которые в 1940г. она возвратила СССР. В 1927 году король Кароль II был изгнан из страны. Королемстал его пятилетний сын Михай.В 1930 г. Кароль вернулся на ро-дину, и Михай стал престолонаследником с титулом великого вое-воды.

ГЛАВА 1. 23 АВГУСТА 1944 ГОДА.

В предвоенные годы Румыния была отсталой аграрной страной.Основным занятием 3/4 населения было сельское хозяйство. Сель-скохозяйственные продукты составляли значительную часть экспо-рта. Доходы от данного производства шли главным образом поме-щикам, владельцам огромных земельных площадей.Мелкие и средниекрестьяне, опутанные долговой кабалой, разорялись. В деревне су-ществовали феодальные пережитки. Промышленность была слабо развита. По экономическому потен-циалу Румыния отставала от западноевропейских стран почти на 100-150 лет.Значительных размеров достигали только добыча неф-ти, разработка леса и некоторые другие отрасли, интересовавшие иностранный капитал. По данным 1938 г., доля иностранного капи-тала в нефтяной промышленности составляла почти 92%, в произ-водстве электроэнергии и газа — 95%, в металлургии — 74%, в хи-мической промышленности-72%, в деревообрабатывающей — 70%.Мно-гие отрасли промышленности использовали импортное сырье. Гос-подствовавшие в экономике Румынии нефтяные монополии сотрудни-чали с гитлеровской Германией. Германия при содействии румынской буржуазии и помещиков превращала Румынию в антисоветский плацдарм. Осенью 1940 г., по-сле того как Северная Трансильвания решением Гитлера была пе-редана Венгрии, Кароль вторично удалился в эмиграцию. ГенералИон Антонеску стал премьер-министром страны по форме и дикта-тором по существу. Формально сохранялась парламентская монар-хия. 18-летний Михай стал монархической ширмой для военно-фа-шистской диктатуры Антонеску. Королевским указом Антонеску былприсвоен титул «кондукэтора» — фюрера, вождя нации. В начале октября 1940 г. в Румынию были введены крупные соединения не-мецких войск. 22 июня 1941 г. румынский диктатор генерал Ион Антонеску отдал приказ войскам перейти границу по реке Прут и «разгро-мить врага на Востоке». Король Михай выразил ему признатель-ность «за радость пережить дни славы предков». 1 июля началосьфорсирование Прута. На первых порах вступление в войну пользовалось определен-ной поддержкой румынской общественности. Здесь, безусловно, сказалось отношение населения к событиям июня 1940 г., когда всостав Советского Союза вошли Бессарабия (оккупированная в 1918 г. румынскими войсками) и никогда не принадлежавшая Рос-сии Северная Буковина.

Против СССР Румыния выставила второй почисленности после гитлеровского военный контингент. Ее армии воевали под Одессой, в Крыму, на Дону, в Сталинграде и на Се-верном Кавказе — сражались там и гибли. 15 ноября 1943 г. Ан-тонеску, произведенный к тому времени в маршалы, свидетельст-вовал в письме Гитлеру: «В 1942 г. мы дали 26 дивизий с самымлучшим вооружением и послали на фронт почти всю тяжелую артил-лерию. На Дону и под Сталинградом мы потеряли 18 дивизий, а ос-тальные 8 дивизий были уничтожены на Кубани. Мы потеряли 250тыс. человек и вооружение 24 дивизий.» К началу 1944 г. потерирумынских войск на фронте достигли 660 тыс. человек. Поражения рассеивали шовинистический угар. Страна, истощен-ная войной и обобранная гитлеровскими оккупантами, бедствова-ла. Нарастала оппозиция режиму Антонеску. В армии ширилось де-зертирство. Рабочие бастовали. Крестьяне саботировали поставки продовольствия. Интеллигенция была обеспокоена судьбой родины, увлекаемой диктатором в пропасть.Лидеры формально распущенных, но продолжавших существовать «исторических партий» — национал--либеральной (НЛП) и национал-царанистской (НЦП), прежде безо-говорочно поддерживавшие Антонеску, стали искать выход из ту-пика. Поначалу это проявилось в осуждении безбрежно-завоевате-льной программы (освоения так называемой Транснистрии, т. е. земель между Днестром и Бугом с центром в Одессе, и создания«Великой Румынии») и выдвижении «программы-минимум» (Бессара-бия и Северная Буковина). Позднее начался активный поиск выхо-да из надвигавшейся катастрофы путем договоренности с Велико-британией и США.

Разгром и пленение румынских армий в Сталинграде, бегство с Северного Кавказа, поражение немецких войск в битве под Кур-ском и Белгородом, выход из войны Италии — все эти события 1943 г. показывали, что час расплаты для румынских правителей бли-зок. Организатором сопротивления режиму Антонеску была Коммунис-тическая партия Румынии (КПР), находившаяся в подполье. Заслу-ги коммунистов в патриотическом движении несомненны. КПР явля-лась единственной подитической силой, с самого начала выступа-вшей против союза с гитлеризмом. Во второй половине 1943 г. поинициативе КПР возник Патриотический антигитлеровский фронт сучастием нескольких демократических организаций. Лидеры нацио-нал-либеральной и национал-царанистской партий в него не вош-ли. Они уповали на то, что из войны удастся выйти с помощью Ве-ликобритании и США, возлагая при этом надежды на так называе-мый балканский вариант, выдвигавшийся английским премьер-мини-стром Черчиллем. Последний, рассчитывая, что силы западных де-ржав, врезавшись клином в континент, тем самым преградят Сове-тской Армии путь как на Запад, так и на Балканы, выступил сидеей удара в «мягкое подбрюшье Европы». Но этот план не был реализован. Успехи советских войск летом — осенью 1943 г. были так велики, а вероятностьдля англо-американской экспедиции за-стрять на Балканах столь реальна, что возникла иная «угроза»: как бы «красные» не добрались до Ла-Манша, пока англо-америка-нцы распутывают балканские узлы. На союзной конференции в Те-геране (конец 1943 г.) были согласованы сроки открытия второго фронта во Франции. Лидеры румынских «исторических партий» развернули лихорадо-чную активность по установлению контактов с западными союзни-ками СССР. Они направили своих эмиссаров в Анкару и Каир, про-изводили зондажи в Мадриде и Стокгольме. Антонеску им не мешали даже пытался подключиться к этим контактам. Соблюдая союзни-ческую лояльность, дипломаты Англии и США советовали в ответвступить в переговоры с правительством СССР. 27 марта 1944 года Советская Армия перешла румынскую грани-цу. 2 апреля Советское правительство заявило: «Вступление со-ветских войск в пределы Румынии диктуется исключительно воен-ной необходимостью и продолжающимся сопротивлением войск про-тивника» и «не преследует цели приобретения какой-либо частирумынской территории или изменения существующего общественногостроя».

12 апреля В.М.Молотов предал гласности следующее усло-вие перемирия с Румынией, воспринятое в мире как великодушное: разрыв с гитлеровской Германией и совместная с антигитлеровс-кой коалицией борьба против нее; восстановление довоенной со-ветско-румынской границы; возмещение СССР убытков, причиненныхему действиями румынских войск и оккупацией; освобождение сою-зных военнопленных; обеспечение союзным войскам свободы перед-вижения по Румынии в соответствии с потребностями войны. В со-ветском заявлении говорилось о возвращении Румынии СевернойТрансильвании, которая осенью 1940 г. по решению Гитлера и Му-ссолини была передана Венгрии. Антонеску отверг эти предложения и объявил, что переходит ктотальной войне. Но он уже не был хозяином положения в стране.В апреле 1944 г. коммунисты и социал-демократы достигли согла-шения о создании Единого рабочего фронта. Тогда же 66 видных ученых, членов Академии и профессоров Бухарестского университе-та обратились к Антонеску с открытым письмом, призывая немед-ленно прекратить войну. В июне был образован Национально-демо-кратический блок (коммунисты, социалисты, царанисты, либералы), ставивший целью добиться выхода Румынии из войны и присоедине-ния ее к Объединенным Нациям, устранения Антонеску и установ-ления в стране конституционного демократического режима.Но со-гласия между участниками блока не было, лидеры НЛП и НЦП про-должали маневры, добиваясь сепаратного договора с западными державами и высадки в Румынию англо-американского десанта. Вто же время они пытались подвигнуть Антонеску согласиться на перемирие. Королевское окружение давно уже утратило веру в победу гит-леровской коалиции и занималось поисками выхода из тупика с сохранением института монархии и династии Гогенцоллернов на престоле. Еще в 1943 г. король начал зондировать почву, вступивчерез приближенных в контакт с реально или потенциально оппо-зиционными диктаторскому режиму кругами. Критический момент наступил в августе 1944 года. 20 августапрорывом войск 2-го Украинского фронта началась Ясско-Кишинев-ская операция («Ясско-Кишиневские Канны») против 900-тысячнойгруппировки противника (25 немецких и 22 румынских дивизии).

Руководители четырех партий установили контакт с королем.Одновременно они поддерживали отношения с СССР в целях подпи-сания перемирия через г-на Штирбея в Каире и посла СоветскогоСоюза в Стокгольме Александру Коллонтай. Было решено, что генерал Аурел Алдя поедет в Москву с пол-номочиями от короля и Национально-демократического блока с це-лью заключить перемирие. Однако возникшие трудности военного итехнического характера воспрепятствовали выполнению миссии ге-нерала Алдя. Тем не менее по специальным дипломатическим кана-лам союзники были проинформированы о состоянии духа румын, орешении партий, короля и вооруженных сил. И все-таки выход из числа сателлитов «оси» и присоединение к коалиции задерживались, поскольку маршал Антонеску, вернув-шийся с фронта, почувствовал: что-то готовится.Хотя партии де-йствовали в обстановке секретности, вся страна знала, что со-бытия стремительно приближаются к роковой развязке. Диктаторначал предпринимать всяческие меры противодействия тому, что, как он подозревал, должно произойти. Чтобы помешать ему принять решительные меры, союзники реши-ли ускорить государственный переворот. После того, как была достигнута договоренность о дате и спо-собах совершения государственного переворота, была сделана по-следняя попытка склонить маршала Антонеску самого заключить перемирие.Вечером 22 августа блок четырех партий попросил ИонаМихалаке, поддерживавшего личные отношения с Антонеску, поста-раться убедить маршала в том, что интересы страны требуют пре-кращения всяких отношений с гитлеровской Германией, вывода изРумынии немецких военных соединений и заключения мира. С этойцелью маршалу предлагалось попросить перемирия. Через Михалаке Ион Антонеску передал, что понимает сложностьситуации, но попросил один день отсрочки на размышления. Позд-нее было установлено, что он хотел испросить разрешения нем-цев.

На следующий день, 23 августа, утром, собравшись в доме од-ного из руководителей национал-либералов Дину Брэтиану, всепредставители партий, за исключением руководителя коммунистов Лукрециу Пэтрэшкану, преследуемого полицией, попросили Джордже Брэтиану сделать последнюю попытку договориться с маршалом от имени блока четырех партий: срочно поехать в Снагов и потребо-вать ясного ответа на предложение, сделанное Ионом Михалаке, — либо «да», либо «нет». Маршал колебался. От имени лидеров четырех партий ДжорджеБрэтиану навел его на мысль немедленно явиться во дворец для обсуждения всей совокупности вопросов с королем. Ион Антонеску согласился. Около четырех часов дня он явился к королю вместе со своим однофамильцем, вице-премьером и мини-стром иностранных дел Михаем Антонеску. Произошел бурный раз-говор. Маршал настаивал на том, чтобы испросить согласия нем-цев на заключение Румынией перемирия. Перед лицом такого сле-пого упрямства король объявил обоих Антонеску арестованными.Это произошло с предварительного согласия Демократического блока. Немедленно вслед за этим во дворец были вызваны и также арестованы генералы Василиу, заместитель государственного сек-ретаря по внутренним делам, и Пантази, военный министр. Через четверть часа члены нового правительства были утверж-дены в должности; государственный переворот был закончен. Все было сделано таким образом, что гестапо ничего не знала. В десять часов вечера по радио передали воззвание короля, атакже закон-декрет об амнистии. Так вся страна узнала о прои-зошедшей перемене. На Дворцовой площади начали собираться ты-сячи жителей столицы, выражавшие энтузиазм и радость по поводу случившегося. Король Михай объявил о прекращении военных действий.Эта ак-ция короля имела огромное значение: по конституции он являлся верховным главнокомандующим вооруженных сил страны, и поэтомуармия безоговорочно выполнила приказ о прекращении огня.

Ни од-но воинское подразделение не выступило на защиту свергнутого диктатора. Но было необходимо обсудить условия вывода немецких войскиз страны таким образом, чтобы не пострадало население.Во дво-рец были вызваны полномочный посол Германии барон Манфред фонКиллингер и командующие немецкими войсками в Румынии генералы Хансен и Герстенберг. Их поставили в известность, что Румыния порвала связи с «осью» и перешла на сторону антигитлеровской коалиции и что немецкие войска смогут беспрепятственно уйти из страны, не будучи разоруженными, при условии, если высшее не-мецкое командование отдаст притказ о мирном отступлении. Гене-рал Хансен дал честное слово, что выполнит эти условия. Баронфон Киллингер вел себя нагло, но был вынужден смириться с реа-льностью. Тем не менее на следующий день столица подверглась ожесточенной бомбардировке. Честное слово немецкого генерала было грубо нарушено, а жители Бухареста пережили три дня и триночи чудовищного обстрела с огромным числом жертв и материаль-ным ущербом. В Румынии оценка 23 августа 1944 г. зависела от политичес-кой конъюнктуры.Вначале фигурировал термин «исторический акт», затем — «восстание», «национальное восстание», «антифашистскоенациональное вооруженное восстание». 23 августа объявлялось«днем освобождения Румынии Советской Армией от фашистскогогнета». В 1969 г. была выпущена медаль в честь «25-летия осво-бождения Родины». В последние годы диктатуры клана Чаушеску 23августа стало считаться началом «антифашистской и антиимпериа-листической революции социального и начционального освобожде-ния». Брат диктатора генерал Илие Чаушеску «со товарищи» выпу-стил книгу и множество статей, доказывая, что участие Румынии в антигитлеровской войне с осени 1944 г. сократило продолжите-льность этой войны ровно на 208 дней (ни днем больше, ни днемменьше).Сейчас румынские историки оценивают 23 августа 1944 г.или как «день национального предательства», или как «историче-ский спасительный акт короля и исторических партий».

ГЛАВА 2.

РОЖДЕНИЕ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РУМЫНИИ.

23 августа 1944 г. диктатура Антонеску была свергнута. Этоявилось историческим событием в жизни румынского народа. В стране началась революция, в ходе которой была установлена ди-ктатура пролетариата.Румыния повернула оружие против гитлеров-ской Германии. На заключительном этапе Румыния сражалась вмес-те с Советским Союзом до полного разгрома фашизма; румынские войска участвовали в освобождении Венгрии и Чехословакии.Урон, причиненный во время второй мировой войны, и военные расходы составили более 1 млрд долларов. Силы, противодействовавшие революции, сплотились вокруг ко-ролевского двора и буржуазных партий (национал-либеральной инационал-царанистской). Румынская компартия в довоенный период была расколота на 2крыла: «национальное» (Георге Георгиу-Деж, Георге Апостол, Лу-крециу Пэтрэшкану) и «московское», состоящее в основном из ра-ботников Коминтерна (Ана Паукер, Василе Лука, Иосиф Кишиневс-кий).До 23 августа 1944 г. вся РКП насчитывала менее 1000 чле-нов. Прибывшая в Румынию Ана Паукер в те бурные дни выразилаубежденность, что компартия вскоре станет правящей в стране, а в ответ на удивление собеседника заявила: «Во время отдыха Советской Армии в Румынии партия увеличит свои ряды на тысячии десятки тысяч человек.» Она, по-видимому, знала, что говори-ла: уже к концу 1947 г. РКП выросла до 803831 человека. Реаль-ная власть в партийном руководстве принадлежала поначалу «мос-ковской» фракции, хотя из тактических соображений Сталин выдви-нул на первый план «национал-коммуниста» Дежа.

Компартия выступила организатором Национально-демократичес-кого фронта, в который вошли социал-демократическая партия, «Фронт земледельцев», единые профсоюзы и некоторые другие ор-ганизации. 6 марта 1945 г. было создано первое демократическоеправительство во главе с видным политическим деятелем Петру Гроза, приступившее к глубоким демократическим преобразованиям, в том числе аграрной реформе (март 1945 г.). На первых после- военных парламентских выборах (ноябрь 1946 г.) блок демократи-ческих партий во главе с коммунистами одержал решительную по- беду над «историческими партиями» — национал-либеральной и на-ционал-царанистской. По требованию народа 30 декабря 1947 г.король Михай был вынужден отречься от престола, решением пар- ламента страна была провозглашена народной республикой. Пере-ход к социалистическму этапу был осуществлен сравнительно мир-ным путем. Политическим событием большой важности явилось объединениекоммунистической и социал-демократической партий и создание насъезде (февраль 1948 г.) единой Румынской рабочей партии.В на-чале 1948 г. были образованы высшие и местные органы государс-твенной власти — Великое национальное собрание и народные со-веты. 13 апреля 1948 г. была принята новая конституция. На первой послевоенной национальной конференции (октябрь1945 г.) началась разработка румынского варианта администрати-вно-командной системы экономических и общественных отношений.Суть этой системы — копирование сталинской «модели» обществен-ного развития. В дальнейшем к этому добавился откровенный на- ционализм.

Болезнь Сталина и развязанная им в 50-е гг. антисемитскаякампания способствовали падению престижа «коминтерновцев» вРКП.В 1952 г. «фракционная группа» А.Паукер и В.Луки была око-нчательно устранена с пути, а в июне этого же года был сформи-рован новый секретариат ЦК РКП, где преобладали представителинационального крыла. Руководителем страны стал Георге Георгиу--Деж. Впервые в партийную элиту вошел Николае Чаушеску. Советский Союз выступил защитником национального суверени-тета Румынии и ее позиций на мировой арене. В соглашении о пе-ремирии с Румынией, подписанном СССР от имени союзников еще 12сентября 1944 г. в Москве, Советское правительство исходило избезусловного признания независимости и суверенитета страны.СССР первым признал народно-демократическое правительство Ру-мынии и установил с ним 6 августа 1945 г. дипломатические от-ношения. Благодаря твердой позиции СССР мирный договор, подписанныйв феврале 1947 г. в Париже, не затронул независимости Румынии.14 декабря 1955 г. Румыния вступила в ООН. Экономическое сотрудничество с Советским Союзом и другими социалистическими странами сыграло важную роль в укреплении народного хозяйства Румынии. 8 мая 1945 г. правительства СССР иРумынии подписали соглашения об экономическом сотрудничестве итоварообмене, что способствовало решению проблем послевоенноговозрождения румынской промышленности. В тяжелые годы хозяйственной разрухи, усугубленной двухлет-ней засухой 1945-1946 гг., Советский Союз предоставил Румынии400 тыс. т. зерна. Поставки сырья (железной руды, кокса, хлоп-ка) из СССР позволили наладить работу целого ряда отраслей ру-мынской промышленности.

Советско-румынский Договор о дружбе, сотрудничестве и вза-имной помощи был подписан 4 февраля 1948 г. в Москве. Аналоги-чные договоры были заключены Румынией с Болгарией — 16 января1948 г., Венгрией — 24 января 1948 г., Чехословакией — 21 июля1948 г., Польшей — 26 января 1949 г. В январе 1949 г. Румыния вместе с СССР и другими социалис-тическими странами приняла участие в создании Совета Экономи-ческой Взаимопомощи, а в мае 1955 г. подписала в Варшаве вмес-те с ними Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи. Капиталистические страны объявили экономический и политичес-кий бойкот молодой республике, стремились к ее изоляции на ми-ровой арене, препятствовали принятию Румынии в Организацию Объ- единенных наций. К этому моменту государство владело ограниченным сектором вэкономике (20% предприятий черной металлургии и 30% металлооб-рабатывающей промышленности, Национальный банк, несколько фермв сельском хозяйстве). Законом от 11 июня 1948 г. были нацио-нализированы основные средства производства, экспроприирована собственность промышленной и финансовой буржуазии, иностранныхпредпринимателей. Совершился переход к развитию экономики на плановой основе. С начала 1950-х годов в Румынии был взят курс на развитие тяжелой промышленности, проходивший на экстенсивной основе, преимущественно за счет перелива средств из сельского хозяйс-тва, где по сталинской схеме, хотя и с меньшими потерями, — в1962 г. была завершена «сплошная коллективизация». В 50-е годы, используя материальную помощь и кредиты СССР, ГДР, Чехословакии, румынское руководство добилось прогресса вэкономическом развитии страны.Был реконструирован или построензаново ряд крупных промышленных предприятий. Г.Георгиу-Деж по-следовательно придерживался сталинской модели форсированногоразвития, создания в стране многоотраслевой экономики, базиро-вавшейся на неперспективных, с точки зрения научно-техническо-го прогресса, отраслях тяжелой промышленности. По мере утверждения командно-административной системы в Ру-мынии и особенно после ХХ съезда КПСС в стране стал возрож-даться национализм.

Отчасти это было вызвано желанием поставитьпредел слишком уж рьяным попыткам вмешательства советских ру-ководителей во внутренник дела страны. Кроме того, когда лиде-рам коммунистов стало ясно, что опираться исключительно на Со-ветскую Армию неблагоразумно, они решили обрести прочную соци-альную базу внутри страны. Из двух возможных путей — построе-ния потребительского «гуляш-социализма» или утверждения безу-держного национализма — румынские руководители выбрали второй. После смерти Сталина советско-румынские разногласия обос-тряются. В ходе «десталинизации» Хрущев пытался сменить лиде-ров в восточноевропейских странах-сателлитах.Деж принимает от-ветные меры: казнит единственного соперника — Л.Пэтрэшкану, на-весив ему ярлык «агента империализма». На V|| съезде РКП в 1955 г. впервые говорится о «румынскомпути к социализму». К концу своей жизни Георгиу-Деж сумел до-биться для Румынии более автономного положения в «социалисти-ческом содружестве». В конце 50-х годов из страны были выведе-ны части Советской Армии. В 1964 г. в советском журнале «Экономическая жизнь» была опубликована статья некоего Валева, в которой излагался план «межгосударственного экономического комплекса в зоне нижнегоДуная».Эта сугубо академическая публикация дала румынскому ру-ководству повод для резкой отповеди и последующего развязыва-ния националистической кампании.Ее закреплением стала принятаяна апрельском (1964 г.) Пленуме ЦК Румынской рабочей партии«Декларация о независимости».После этого румынское руководство заняло особые позиции в Совете экономической взаимопомощи (СЭВ)и в Организации Варшавского Договора (ОВД). 21 августа 1965 г. была принята новая конституция, провоз-гласившая страну Социалистической Республикой Румынией.

ГЛАВА 3.

НОВЫЙ КОНДУКЭТОР.

В 1965 г. Деж внезапно умирает, и начинается борьба за «ка-фтан» генсека. Поднаторевшие в политических интригах «бароны», которые схлестнулись у гроба Дежа, боялись друг друга и поэто-му сошлись на безобидной, всех устраивающей кандидатуре Н.Чау-шеску. Они рассчитывали, что он станет послушной марионеткой вих руках и рассматривали его назначение как временное. Офици-ально выдвижение Чаушеску объясняли тем, что неизлечимо больнойГеоргиу-Деж сам назначил его своим преемником. В интервью 4 января 1990 г. Свободному румынскому телевиде-нию И.Г.Маурер, бывший в 1965 г. премьер-министром, заявил:«Оши-бку назначить Чаушеску Генеральным секретарем совершил я». Вы-двигалось и другое предложение — избрать на этот пост Г.Апос-тола, но оно не прошло из-за «противодействия министра внутрен-них дел А.Дрэгича и скрытой оппозиции Н.Чаушеску». По словамМаурера, члены румынского руководства опасались, что в случае, если в стране начнется открытая борьба за власть, в страну подэтим предлогом могут быть вновь введены советские войска. Чау-шеску казался тогда Мауреру человеком хотя и недостаточно об-разованным, но «с большим желанием учиться, следовательно, че-ловеком с открытым умом, который слушает и пытается понимать». Николае Чаушеску родился 26 января 1918 г. в селе Скорни-чешти уезда Олт. Он был одним из десяти детей крестьянина Ан-друце. Закончив начальную школу, он впервые приехал в столицуи начал работать подмастерьем сапожника.Тогда ему было 11 лет. 15-ти лет Николае вступил в Союз коммунистической молодежи.Большую часть своего времени он стал проводить на уличных де-монстрациях. Впервые он был захвачен полицией в 1933 г., а за-тем аресты следовали один за другим.

Ему удалось преодолеть врожденный дефект речи. Мешала, од-нако, нехватка образования. Николае с трудом формулировал своимысли. Практически все военные годы он провел в тюрьме. В его ла-гере коммунисты были сгруппированы в бараке номер 8, где ста-ростой был лидер компартии Г.Георгиу-Деж.Чаушеску исполнял принем роль денщика или адъютанта. Это позволило Чаушеску войти вдоверие к «первому коммунисту страны», приблизиться к кругупартийных «баронов» и впервые прикоснуться к реальной борьбеза власть. Незадолго до восстания 23 августа 1944 г. 26-летний Чаушес-ку вышел на свободу. Сразу же он становится генсеком СКМ (ру-мынского комсомола). На национальной конференции РКП в октябре1945 г. его избирают в состав ЦК партии, а еще через год — де-путатом парламента. С 1948 г. он — заместитель министра сель-ского хозяйства, а с 1950 г. — заместитель министра националь-ной обороны в чине генерал-лейтенанта, начальник высшего поли-тического управления. Перед этим он закончил 8-месячные курсыв Академии имени М.Фрунзе в Москве. Чаушеску угодничал перед начальством, был надменен и груб сподчиненными. В 1952 г. он стал секретарем ЦК РКП.В 1955 г. онзанял ключевой пост члена Политбюро, отвечающего за кадровые вопросы.После смерти Г.Георгиу-Дежа он стал генеральным секре-тарем РКП. Чаушеску сполна использовал свой шанс. Либеральной полити-кой он привлек на свою сторону интеллигенцию, а националисти-ческой — широкие массы населения.

В 1967 г. к нему переходити пост председателя Государственного Совета. В международных делах Чаушеску продолжил и развил политикусвоего предшественника.При этом его политический курс стал бо-лее вызывающим, рассчитанным на привлечение внимания и симпа-тий мировой общественности.В результате на протяжении по край-ней мере полутора десятилетий на Западе считали, что Чаушеску«успешно противостоит давлению Москвы». В 1968 году внимание всего мира было приковано к Чехослова-кии, где руководство во главе с Александром Дубчеком приступи-ло к демонтажу государственного контроля и либеральным рефор-мам. С точки зрения достигнутой независимости румынский лидер видимым образом обгонял чехословацкого, поскольку к августу 1968 года он более решительно (или, по крайней мере, более де-монстративно) порвал с Советским Союзом, нежели Дубчек. Совет-ские войска не ступали на румынскую землю с 1958 года; румынс-кие вооруженные силы бойкотировали военные учения Варшавского пакта, и среди стран-участниц Варшавского Договора Румыния ока-залась своего рода парией, ее даже перестали приглашать на ва-жные межправительственные совещания.В отличие от Чехословакии, Румыния к тому же была менее расположена поддерживать междуна-родную политику СССР, о чем свидетельствует протокол голосова-ния в ООН; она также осмелилась, невзирая на ярость Москвы, ус-тановить «нормальные» отношения с враждебным Советскому Союзукитайским руководством.Визит де Голля в Румынию в мае 1968 го-да и широко разрекламированный визит Чаушеску к Тито в Югосла-вию свидетельствовали о том, что внутри Варшавского пакта су-ществует страна, намеренная сохранить свое лицо и идти своимпутем. Брежнев, однако, гораздо больше был озабочен Дубчеком, не-жели Чаушеску, поскольку последний не собирался сотрясать ос-новы марксизма-ленинизма. Дубчек же, напротив, покушалсяна свя-тая святых системы. Во внутренних делах Румыния оставалась столь же ортодоксальной, как и Советский Союз, за одним, пра-вда, исключением: Чаушеску неоднократно подчеркивал, что он по-ддерживает «новые веяния» в Чехословакии.

Выступая перед рабо-чими в Галаце, он заявил, что румынская компартия «не разделя-ет взгляды тех, кто испытывает тревогу в связи с событиями вЧехословакии». Он всячески демонстрировал (чего не делал Дубчек) решимостьРумынии дать отпор советской интервенции. В речи, обращенной к рабочим-партийцам и выпускникам военных училищ, Чаушеску поз-волил себе вызывающие намеки: «Нет и не может быть никаких оп-равданий для чьих-либо попыток осуществить вооруженное вмеша-тельство во внутренние дела любой из социалистических стран-участниц Варшавского Договора». Два дня спустя, 16 августа, он полетел в Прагу и подписал с Дубчеком «Договор о дружбе, сот-рудничестве и взаимной помощи». Договор не давал ответа на ва-жнейший вопрос: окажет ли Румыния вооруженную помощь в случае нападения на Чехословакию? Будучи в Праге, Чаушеску охаракте-ризовал договор исключительно как результат совместных усилий, направленных «против агрессивной политики империалистических кругов», что, однако, мало кого ввело в заблуждение. По возв-ращении в Румынию, буквально накануне вторжения СССР в ЧССР, онзаверил рабочих автомобильного завода, что «судьба чехословац-кого народа в надежных руках». «В лице чешского народа, — ска-зал он, — мы видим прекрасного друга в нашей общей борьбе за социализм.» На следующий день советские войска вместе с симво-лическими частями болгарской, восточногерманской и польской армий пересекли границу Чехословакии. Дубчек и его соратники были схвачены и силой привезены в СССР. Разумеется, Чаушеску не мог не предвидеть подобного поворо-та событий; к его чести надо сказать, что и здесь он не отсту-пил. 21 августа во время внушительного митинга на Дворцовой площади он заявил взбудораженной, оживленной толпе, что втор-жение СССР в Чехословакию — «это колоссальная ошибка, серьез-ная угроза миру в Европе и судьбе социализма, постыдное пятно в истории революционного движения». «Нет и не может быть опра-вдания военному вмешательству во внутренние дела братского со-циалистического государства,- добавил он,- никто извне не име-ет права указывать, каков должен быть путь социалистического строительства в каждой отдельной стране». На защиту независи-мости «нашей социалистической отчизны», объявил Чаушеску, онпризывает бросить силы «вооруженной национальной гвардии, сос-тоящей из рабочих, крестьян и интеллигенции». Благодаря своей принципиальной позиции по этому вопросу Ча-ушеску буквально в одночасье стал не только национальным геро-ем, но и политической звездой мировой величины.

Его публичное выступление 21 августа 1968 г. с резким осу-ждением ввода войск ОВД в Чехословакию надолго закрепило на Западе мнение о нем как о «диссиденте в социалистическом лаге-ре». Его обращение к участникам многотысячного митинга в Буха-ресте было безоговорочно поддержано народом и снискало ему ши-рокую популярность в стране и за рубежом. На Западе этот шагЧаушеску был воспринят с пониманием, ибо выстраивался в одинряд с особой позицией Румынии в отношении ближневосточного конфликта 1967 г., а также с сепаратным, без учета интересов со-юзников по Варшавскому Договору, установлением дипломатическихотношений между Румынией и ФРГ. Сохранение после июньской войны 1967 г. на Ближнем Востокедипломатических отношений с Израилем стало впоследствии глав-ным аргументом при решении конгрессом США вопроса о предостав-лении Румынии режима наибольшего благоприятствования в торгов-ле. Позиция Запада не была поколеблена даже тем, что Чаушескув самый разгар «культурной революции» в Китае поддерживал от-ношения с ним, объясняя это «необходимостью совместной защитыот советской угрозы». Отношение Запада к Чаушеску изменилось лишь в начале 1980-х гг., когда он первым из руководителей во-сточноевропейских стран «заклеймил» развитие событий в Польше. Причина, заставившая Чаушеску осудить советскую интервенциюи поддержать Дубчека, заключалась в том, что в глубине души онзнал: рано или поздно его собственное «диссидентство» можетспровоцировать Советский Союз на вторжение в Румынию.Таким об-разом, скорее сама идея советской интервенции, нежели ее конк-ретная причина, заставила Чаушеску так бурно отреагировать. Западные советологи поставили Дубчека и Чаушеску в один ряд.Их сходство всячески подчеркивалось (как оказалось впоследст-вии, абсолютно неправомерно), а все различия в их характерах и методах руководства игнорировались. Во время августовских со-бытий 1968 года Чаушеску вел усиленную подготовку по ликвида-ции остатков коллективного руководства РКП и дискредитации со-ратников Георгиу-Дежа — старой гвардии, представлявшей, по егомнению, серьезную угрозу его авторитету и амбициям. Западу жебыл важен только тот факт, что и Дубчек, и Чаушеску стремятсяпокончить со статусом сателлитов. Запад же не замедлил откликнуться на поведение Чаушеску в августе 1968. Еще в дни оккупации Чехословакии его посетил Майкл Стюарт, министр иностранных дел Великобритании, и хотя МИД Великобритании неизменно подчеркивало, что речь идет исклю-чительно об англо-румынских экономических связях, всем было очевидно, что таким образом британское правительство хотело вы-разить уважение и поддержку независимой позиции Чаушеску. Его истинный триумф, однако, состоялся год спустя, когда Ру-мынию посетил Ричард Никсон. Это был первый визит Никсона в коммунистические страны в качестве президента США.

Он, правда, уже однажды (в 1967 году) нанес «частный визит» в Румынию (где ему был оказан прием, по протоколу полагающийся только главе государства) и еще тогда выразил свое благожелательное отноше-ние к Чаушеску. Визит Никсона задал тон: с августа 1968 года Румынию стало модно посещать. Став генеральным секретарем, Чаушеску вскоре завел практику приглашать в Румынию выдающихся политических деятелей, тщатель-но при этом выбирая гостей и с большим стратегическим искусст-вом организуя их пребывание в стране. Он инстинктивно останав-ливался на тех, кто мог впоследствии быть ему полезен, хотя стечением времени он обнаруживал все большую склонность к руко-водителям любого рода. Это был мудрый шаг, ибо в кильватере по-добных визитов всегда оказывалась группа журналистов, готовыхпредставить «румынский путь» в самом благоприятном свете. Гос-теприимство Чаушеску не только принесло ему широкую извест-ность за рубежом, но и дало новый повод и без того раболепнойпартийной прессе для прославления его величия. Визиты Вилли Брандта, де Голля и Никсона были широко разрекламированы во всей румынской печати. Еще более пристальное внимание уделилирумынские средства массовой информации поездке Чаушеску в Юго-славию, ибо в 1968 году все еще Тито, а не Чаушеску, был самым известным, самым признанным «антисоветским» диссидентом-комму-нистом, не побоявшимся дать отпор всесильному Сталину в дале-ком 1947 году. Чаушеску стал проявлять особый интерес к «третьему», непри-соединившемуся миру. Перед руководством этих стран он старалсяне козырять коммунистической идеологией, а разыгрывать роль ли-дера нейтральной страны. Он начал развивать идею о том, что Ру-мыния гораздо лучше, нежели прочие государства восточноевропе-йского блока, понимает нужды третьего мира, поскольку она сама стоит перед теми же проблемами — экономическим отставанием игрядущей индустриализацией. Таким образом, полагал Чаушеску, страны третьего мира охотнее пойдут на деловой контакт с Румы-нией, чем с другими соцстранами, и румынским специалистам бу-дет обеспечен более теплый прием. Подобный маневр, по крайней мере вначале, оказался на редкость успешным. Другим объектом его неусыпных забот (порожденных маниакаль-ным стремлением выбиться в лидеры международного масштаба) стал Ближний Восток. После 1967 года израильское посольство внутри коммунистического блока сохранилось только в Румынии, что легко объяснялось честолюбивыми притязаниями Чаушеску нароль посредника между Советским Союзом и Израилем.

Эта забота, первоначально продиктованная вполне естественным желанием вне-сти свой посильный вклад в урегулирование конфликта, в дальней-шем превратилась в средство достижения тайной амбициозной меч-ты стать лауреатом Нобелевской премии мира. С этой целью высо-кие румынские инстанции год за годом упорно осаждали Нобелевс-кий комитет в Осло, и в газетах часто появлялись сообщения о «выдвижении» Чаушеску на премию. После инцидента с Чехословакией в течение ряда лет Чаушескув глазах Запада числился рыцарем без страха и упрека. Истиннуюсуть его натуры западные лидеры прозрели значительно позже, не-жели сами румыны. В 1978 году, когда Румыния была самой тота-литарной страной в самом восточном блоке, Чаушеску все еще со-чли достойным приглашения в Букингемский дворец в качестве ли-чного гостя королевы Елизаветы. В 1983 году Джордж Буш (в товремя вице-президент) по-прежнему называл его «хорошим комму-нистом».Симпатии США к Чаушеску несказанно усилились после егорешения игнорировать бойкот Олимпийских игр 1984 года. В действительности самое недвусмысленное намерение стать вторым румынским кондукэтором Чаушеску обнаружил по прошествиивсего трех дней после отъезда президента Никсона. 6 августа 1969 года состоялся Х съезд Румынской коммунистической партии, и, не дожидаясь его конца, Чаушеску изменил устав: отныне ге-неральный секретарь переизбирался не Центральным комитетом, аделегатами съезда, органа не в пример более послушного. Пере-рыв между съездами увеличивался с четырех до пяти лет. Авгус-товский съезд положил конец и любой потенциальной угрозе со стороны старой гвардии Георгиу-Дежа — ни Апостол, ни Стойка небыли вновь избраны в ЦК. Невиданное доселе неистовое идолопок-лонство, впервые продемонстрированное съездом по отношению кЧаушеску (что он сам воспринял как должное) тоже не предвещалоничего хорошего. Несколько сотен делегатов в едином порыве вскакивали с мест и подолгу аплодировали ему, беспрестанно ска-ндируя: «Чаушеску — народ». На съезде он добавил еще один ти-тул к растущему реестру своих заслуг: он стал председателем Национального совета Фронта демократии и социалистического единства, а вскоре, 14 марта 1969 года, приобрел еще два — пре-дседатель Совета обороны и Верховный главнокомандующий воору-женными силами. Культ личности развивался по знакомой схеме. Вгазете «Скынтейя» стали появляться подробные описания жизни нового кондукэтора в его собственном изложении:«Будучи кресть-янским сыном, я изведал гнет помещиков, а с одиннадцати лет икапиталистическую эксплуатацию».Среди прочих славословий в ад-рес Чаушеску, изобилующих на страницах «Скынтейи», фигурировал также и «большой теоретический и практический вклад в развитиеи обогащение политической науки». Увы, он очень быстро поверилэтим подхалимским глупостям и к 1970 году уже стал видимым об-разом терять связь с действительностью. «Люди вроде меня,- за-явил он в начале 70-х годов министру здравоохранения,- появля-ляются раз в пятьсот лет». Под руководством Чаушеску, сообща-лось в одной из статей, румынская экономика «достигла такой степени развития, что вызвала восхищение всего мира». Последнего соперника — И.Г.Маурера Чаушеску убрал с полити-ческой арены в 1974 г. Предметом спора были степень централи-зации управления, а также темпы и масштабы индустриализации. Победил в этом споре Чаушеску. В марте того же года Чаушеску принимает присягу президента Румынии. Начинается эпоха культа личности. Еженедельно президент выступает на многотысячных ми-тингах с речами, на руководителей всех звеньев обрушивается ла-вина «ценных указаний».

ГЛАВА 4. ЭКОНОМИКА «ЗОЛОТОЙ ЭПОХИ» ЧАУШЕСКУ.

Приговор, вынесенный мировой демократической прессой «золо-лотой эпохе» румынского кондукэтора, предельно краток: геноцидсобственного народа. Конечно, все это было — и голод, и холод, и отсутствие необходимых медикаментов, и высокий уровень дет-ской смертности. И это ужасно, потому что гибли слабые, стари-ки и дети.Но, расцвечивая все это яркими красками, пресса как--то обходит стороной первопричину — выплату внешнего долга за-падным странам.Я попытаюсь поглубже разобраться в истоках «не- популистской» внутренней политики Румынии 70-80-х годов. Общее ослабление социалистической системы в начале 1970-хгодов заставило развитый Запад перейти от обременительной «хо-лодной» войны к войне более страшной — экономической, войне до- лгов и кредитов. Так военное противостояние двух систем смени-лось грандиозным ростовщичеством, которое было выгодно для За-пада, так как он давал «взаймы» неперспективные, отработанныетехнологии, продукты перепроизводства, денежные средства, сох-раняя за собой определенный контроль за их использованием. Аполучить собирался и долг, и набежавшие проценты валютой и сы-рьем. К тому же, когда за столом переговоров сидят два лидера, и один из них — должник, в переговорах уже нет равенства, пос-следний становится более сговорчивым. Нередко валютные долгиможно частично вернуть их политическими эквивалентами. Крупные стратегические ошибки, допущенные румынским руково-дством в национальной экономике в начале 70-х годов, когда бу-дущее казалось светлым и безоблачным, всей стране пришлось ис-купать в 80-е ценой огромных народных жертв.Запад сыграл с Ру-мынией злую шутку, посулив ей неясные, но заманчивые перспек-тивы интеграции страны в мировую экономику. Румыния после прихода к власти Чаушеску взяла курс на заку-пку дорогостоящих проектов по строительству гигантов химичес-ких, металлургических, нефтеперерабатывающих производств, обо-рудования в США, Франции, Италии и ФРГ.Румыния стала развивать торговые отношения более чем со 150 странами, а к 1987 г. выш-ла на 12-е место в мире по годовому объему торговли. В струк-туре румынского экспорта, выросшего с 1967 по 1987 год более чем в 9,6 раза, стали преобладать изделия с высокой степенью обработки (62% всего экспорта).Чаушеску рассудил со многих то-чек зрения правильно: экспортировать выгодно только готовый продукт. «Сырьевой» же путь ведет к неуклонному обнищанию соб-ственной экономики и к росту колониальной зависимости.Он хотел превратить Румынию в некий перевалочный пункт между Западом и Востоком, ориентированный на переработку восточного сырья. Роковым для Румынии стал 1972 год, когда Международный банкреконструкции и развития открыл для нее крупный источник полу-чения долгосрочных кредитов. Обнадеженный гарантиями, Чаушескустроил, без оглядки брал кредиты и займы у Запада, традиционныйэкспорт нефтепродуктов (12-14 млн. тонн ежегодно) позволял Ру-мынии тогда покрывать выплаты по этим долгам.Как ему казалось, он наконец-то нашел свою независимую нишу в системе Запад-Вос-ток. Страна из традиционно аграрной на глазах превращалась виндустриальную, объем промышленной продукции вырос более чем в6 раз по сравнению с 60-ми годами, а с 1944-м — в 100 раз.Про-цесс этот, как известно из мировой практики, очень тяжелый, тре-бующий значительных капиталовложений, вернуть которые в скоромвремени мало кому удавалось. «Подвел» и энергетический кризис середины 70-х годов, и ре-зкий взлет цен на нефть, которые Румыния стала закупать в бо-льших количествах для реализации амбициозных планов Чаушеску.Добывая ежегодно 10-11 млн. т нефти, Румыния стала закупать по-чти вдвое больше. При этом объемы перерабатывающейся в страненефти быстро возрастали (с 22,6 млн. т в 1982 г. до 30,6 млн тв 1989 г.) как в целях расширения экспорта нефтепродуктов зарубеж, так и для нужд нефтехимии — планы ее форсированного ра-звития, лишенные реальной основы, разрабатывались под руковод-ством «академика» Елены Чаушеску. До 1979 г. кондукэтора выручала поддержка иранского шаха, который преподнес Чаушеску поистине бесценный подарок в виде бартерного соглашения на иранскую нефть по твердым ценам. Низ-вержение шаха привело к коренному пересмотру иранского догово-ра. С 1979 года Румынии пришлось расплачиваться за нефть валю-той по мировым ценам, а заводы, построенные на банковские кре-диты, были весьма энергоемкими предприятиями. Один алюминиевыйкомплекс в Слатине потреблял столько же энергии, сколько весьБухарест. В погоне за индустриализацией совершенно не принимались врасчет энергетические затраты, между тем себестоимость продук-ции некоторых румынских предприятий была в 3-4 раза дороже за-падных аналогов. Все это не имело особого значения, пока миро-вые цены на нефть были низкими, но с резким скачком цен румын-ская промышленность оказалась в тяжелом состоянии. Только к концу 70-х годов румынское руководство осознало, что попало в экономическую ловушку: страны Запада вовсе не ну-ждались в продукции огромных мощностей румынских заводов-гига-нтов, как не нуждаются они в готовом продукте или даже в полу-сырье. «Независимая» политика привела к тому, что СССР вместес другими соседями Румынии по восточному блоку не мог исполь-зовать эти мощности, так как они изначально не были интегриро-ваны в экономику СЭВ, да и бартерный «валютный» рубль СЭВ непринимался западными банками. СРР бросилась в страны третьегомира, но они оказались бедны и не способны заключать сделки в таких объемах, хотя и нуждались в румынской продукции. Румынию уверенно ставил на колени преуспевающий Запад.Передстраной встала жестокая альтернатива: плыть по течению все во-зрастающей задолженности, или превратить 23-миллионную странув одного большого донора. Был выбран второй путь, а для этогоРумынии было необходимо ежегодно обеспечивать позитивное саль-до торгового баланса в размере 2 млрд. долл., в связи с чем внутренний рынок начисто лишался тех товаров, которые можно бы-ло экспортировать, в частности продовольственных. Одновремен-но с этим резко сокращался импорт с Запада, за счет котороговплоть до 1981 года в большей мере обеспечивалась нормальная работа и модернизация промышленных предприятий.Круг замыкался. Вот некоторые цифры этого бега против течения: 1980 г.-долг11 млрд. долларов; 1981-й — 10,1; 1985-й — 7; 1986-й — 6,4… НоЗапад не мог позволить Румынии выйти из долговой ямы. По кре-дитам, предоставленным СРР после 1980 года, сальдо ее задолже-нности Международному банку реконструкции и развития в 1987 г.увеличилось на 50% (около 250 млн. долларов). Это явилось сле-дствием того, что изменения валютных курсов были применены то-лько в отношении должников, а также следствием валютных махи-наций со стороны МБРР.

Западные страны выравнивали и утрясалисвои финансовые отношения за счет восточных соседей, но самоеглавное — пытались всеми силами удержать последних в процент-ном ярме своих кредитов. В результате увеличения задолженностиРумынии МББР «по валютному риску» она понесла значительные фи-нансовые потери, выплачивая большие денежные взносы и процент-ные ставки. В двух словах, нужно было не только сохранить взя-тый темп выплаты, но и увеличить его к возросшим процентам, адля этого приходилось искать новые внутренние возможности, ло-мать уже действующую модель. 11 млрд долларов изначального до-лга в итоге вылились для Румынии в 21 миллиард! Но разве можнов долларовом исчислении оценить те жертвы, которые понес румы-нский народ, количество голодных стариков и неродившихся де-тей?! В середине 1980-х годов мировая демократическая пресса мно-го писала о нехватке продовольственных продуктов в СРР, об эко-номических санкциях в отношении румынского продовольственногоэкспорта. Гуманный Запад, поборник прав человека, мог без осо-бого труда, учитывая катастрофическое положение в стране,«смя-гчить» условия выплаты долгов, но не сделал этого! Чаушеску ни к кому не шел на поклон — ни к СССР, первые при-знаки политической вялости и экономического распада которого он почувствовал еще в начале 80-х (а для него это было очевид-ным предостережением того, что могло ожидать Румынию), ни к За-паду — наблюдая, как многие из его бывших партнеров по восточ-ному блоку влезают в экономическую зависимость от последнего.Румынскую экономику того периода можно охарактеризовать как безоглядное- не считаясь ни с чем, ни с какими жертвами- стре-мление к полной независимости страны от любого влияния. Путь кнезависимости лежал через выплату внешнего долга. Экономия на всем, даже жизненно необходимом, была возведенав ранг государственной политики. Согласно официальным инструк-циям, в квартире разрешалось зажечь только одну лампочку мощ-ностью 15 ватт, использование холодильников и других бытовыхэлектроприборов зимой категорически запрещалось, равно как и употребление газа для обогрева жилых помещений.

Нарушения выя-влялись созданной с этой целью «экономической полицией» и ка-рались штрафами, а затем и отключением газа и электроэнергии.Горячая вода в квартиры практически не подавалась, а телевиде-ние работало 2-3 часа в сутки. Потребление электроэнергии на душу населения в Румынии было тогда самым низким в Европе. Страна была вынуждена сесть на голодный паек. Вновь были введены продовольственные карточки, отмененные в 1954 г., и ра-зработана «программа научного питания». Потребление мяса сок-сократилось с 45 кг на душу в 1980 г. до 37,2 в 1988 году. Сначала 80-х годов в Бухаресте стали все чаще появляться исто-щенные и босые крестьяне, а крестьянские дети, выбегая к про-ходящим поездам, просили хлеба. На внутренний рынок поступало всего около 14,6% готовых те-кстильных изделий, 11,6% обуви, 6,3% бензина, производившихся в стране. В последние годы правления Николае Чаушеску каждод-невную пищу людей в основном составляли хлеб, сладкий перец ибрынза. Кусок мяса тогда был роскошью, а лучшим подарком счи-тался маленький кулечек с натуральными кофейными зернами. Осо-бенно тяжелыми были зимы, когда людям приходилось жить в домахпри температуре в 10-12 градусов. Конечно, первыми не выдержи-вали старики… В некоторых особо неблагополучных уездах стра-ны новорожденных младенцев регистрировали лишь в возрасте шес-ти месяцев, тем самым скрывая от мировой общественности истин-ные цифры детской смертности, вызванной недоеданием и отсутс-твием лекарств. Румыния не брезговала ничем. Она была единственной страной восточного блока, которая превратила эмиграцию в доходное дело.Чаушеску рассуждал просто и ясно: тот, кто родился, вырос, по-лучил бесплатное образование и медицинское обслуживание в од-ной стране, не может просто так поменять ее на другую, не рас-платившись по всем счетам. За каждого немца, покидающего Румы-нию, ФРГ вносила на румынские внешние счета по 5 тысяч запад-ногерманских марок, а еврейские общины Запада были вынужденыплатить адекватную сумму в американских долларах за каждую «голову». При этом отъезжающий обязывался по румынским законамсдать свое имущество — ценности, машину, дом — специальной го-сударственной оценочной комиссии. Такая «работорговля», вызы-вавшая крайнее раздражение в цивилизованном мире, давала в ка-зну государства определенный стабильный приход в СКВ, которыйтакже шел в уплату западного долга. Мы можем самыми мрачными красками живописать «золотую эпо-ху» Чаушеску, ненавидеть и презирать этого человека, сравниватьего с Гитлером, Сталиным, с кем угодно, но мы не можем не при-знать исторический факт: страна стала единственным в мире го-сударством, выплатившим долги. И — соответственно — получившимвозможность свободно распоряжаться всей поступающей от внешней торговли валютой. 12 апреля 1989 года на Пленуме ЦК РКП Нико-лае Чаушеску торжественно заявил всему миру о полной выплате Румынией внешней задолженности. Не могло руководство СРР открыть ворота западному капиталу для внедрения в ключевые отрасли румынской экономики.По мнениюкондукэтора, учитывавшего опыт многих африканских стран, «пас-сивный» путь возвращения задолженности и долевое участие в прибылях собственной экономики вели в тупик затягивающихся фи-нансовых трудностей. Сам факт того, что Румыния избавилась от внешнего долга, ос-тался почти незамеченным в глазах мирового общественного мне-ния. Почему? Было на практике доказано, что внушительный валю-тный долг можно вернуть, и делать сие нужно быстро, так как лю-бое затягивание этого болезненного процесса приводит к быстро-му разрушению национальной экономики. 3 млрд. долларов — такую сумму должна была выплачивать Ру-мыния по процентам своих долгов приблизительно каждый год. Де-сять, двадцать, тридцать, сорок лет. До бесконечности — такиедолги не отдают, подобного случая не было в мировой практике.Чаушеску же долг вернул.

ГЛАВА 5. СЕКУРИТАТЕ.

Нигде, даже, пожалуй, и в СССР при Сталине не было такого всемогущего сыскного аппарата, как в Румынии при Чаушеску. Ру-мынская секретная полиция проникла во все сферы румынской жиз-ни, ее боялись больше самого Чаушеску, и она пользовалась ещеболее мрачной славой, чем советский КГБ. Причина заключалась не только в том, что Секуритате теснейшим образом сотрудничала с РКП на всех ее уровнях, но и в том, что тайная полиция (болеегибкая и многофункциональная организация, нежели КГБ) прониза-ла все уровни государственной деятельности. Румынское министе-рство торговли было не просто рассадником агентов Секуритате, но, по существу, ее собственным ведомством. Секуритате облада-ла также самостоятельной сетью торговых компаний с дочерними филиалами за рубежом и даже банками. Она к тому же в большой степени опиралась на информационную агентурную сеть, действую-щую внутри РКП. Румынская тайная полиция была настолько вездесущей, что в итоге превратилась в своего рода пугало; ее и без того доста-точно большая власть многократно увеличилась в воображении ру-мын. Как-то раз в середине 80-х годов Мариану Челак (известнуюдиссидентку и архитектора) привезли на большой завод, чтобы на-глядно продемонстрировать сыскные способности охранки. Все те-лефонные разговоры записывались на пленку, и в качестве дока-зательства ей представили кассету под номером 6432. «Главныйабсурд состоял в том, — рассказывала она, — что, хотя они дей-ствительно записывали все разговоры, никто очевидным образом этими разговорами больше не интересовался и не анализировал их содержания. Одного сознания, что все записывается и прослуши-вается, оказалось достаточным, чтобы превратить людей в трусов.Инструментом Секуритате было обычно человеческое чувство стра-ха.»

Вот что сказал Ливиу Турку, бывший сотрудник тайной полиции, в 1987 г. эмигрировавший в США: «Представьте себе огромный ап-парат, распускающий слухи и наводящий страх и ужас, и создан-ную им атмосферу, в которой люди панически боятся, что, если они допустят хоть малейшую оплошность, квалифицированную как акт неповиновения Чаушеску, они бесследно исчезнут. Именно страх парализовал румынское население; самым выдающимся образ-цом дезинформации был слух, специально распускаемый Секуритате, что каждый четвертый румын является ее осведомителем.» Начиная с 1978 года, Румыния все больше попадала в тиски тя-желого экономического кризиса. Первая забастовка шахтеров (по-сле долгих и жарких дебатов по поводу рабочего графика и уре-занных пенсий) произошла в сентябре 1972 года в долине Жиу.Ещеболее мощная забастовка вспыхнула в августе 1977 года и охва-тила 35 тысяч человек; в ходе репрессий, устроенных Секуритате, два инженера, выступивших на стороне рабочих, погибли в «авто-мобильной катастрофе». Попытка создать «независимый» профсоюззакончилась отправкой зачинщиков в психиатрические больницы, аостальных — под суд за «преступления против социализма».

Одна-ко в октябре 1981 г. горняки вновь забастовали.На этот раз Се-куритате не ограничилось карательными отрядами и отдельными расправами; она депортировала в другие районы страны такое ко-личество шахтеров и членов их семей, что состав населения в долине Жиу коренным образом изменился. Секуритате перевела в этот район часть бывших военнослужащих, а также своих собствен-ных агентов, срок контракта с которыми в скором времени исте-кал, и произвела их в шахтеры. Это отчасти объясняет поведениешахтеров в последующем. Репрессивные меры Секуритате, направленные против отдельныхинтеллектуалов, были куда слабее, нежели против любых форм ор-ганизованной оппозиции. Истязания одиночек носили скорее пси-хологический, чем физический характер. Например, несколько раз Челак извещали, что ей следует прибыть по такому-то адресу для допроса; ее заставляли долго ждать, а затем несколько часов по-дряд допрашивали, но неизменно отпускали домой. С Даном Петре-ску (одним из двух известных диссидентов города Яссы) обраща-лись подобным же образом, но после допросов, рассказывал он, чиновники Секуритате затевали «нормальный разговор», шутили и даже выражали некоторое подобие раскаяния за издевательства «по долгу службы». По мере того как государственный штурвал ускользал из рук Чаушеску, Секуритате во все возрастающей степени из сугубо ре-прессивного аппарата превращалась в систему управления. Если она не могла вылечить экономику, то по крайней мере была спо-собна обеспечить послушание. Кроме того, она была готова в слу-чае нужды предупредить Чаушеску о готовящемся против него за-говоре, ибо Кондукэтор хорошо знал по опыту прошлого, что в смутные времена пост генерального секретаря становился весьма и весьма опасным. Постепенно сыскная деятельность Секуритате распространилась и за рубеж; началась слежка за дипломатами, подозреваемыми в излишнем «либерализме». Корнелиу Мэнеску, один из самых талан-тливых румынских дипломатов, представитель Румынии в ООН и по-зднее министр иностранных дел, сообщил в телеинтервью (в янва-ре 1990 года), что «в конце концов наши посольства почти пов-семестно превратились в вотчины Секуритате».

Хотя между минис-терствами иностранных и внутренних дел как будто бы существо-вала договоренность о пропорциональном соотношении в посольст-вах настоящих дипломатов и агентов Секуритате, к середине 70-х годов процент сотрудников тайной полиции резко и необоснованно возрос. Они весьма преуспели в слежке за коллегами, но сами как дипломаты были абсолютно беспомощны. Секуритате тратила на свои нужды поистине бесчисленные сре-дства, и, вероятно, Чаушеску иногда сам поражался, куда уходятденьги. «Я подсчитал, — сказал диссидент Силвиу Брукан, — длятого чтобы просто держать под наблюдением и меня и мой дом, тоесть задействовать персонал, машину и т. д., они расходовали в среднем 200 тысяч лей в месяц. В число любимых проделок Секуритате входила расправа с эми-грировавшими диссидентами, причем руками наемных убийц нерумы-нского происхождения. Однако налаженная система иногда давала осечку. Так произошло, когда тайная полиция в 1981 году попы-талась уничтожить двух самых известных румынских изгнанников — Вирджила Тэнасе и Пауля Гому. Агент по имени Хайдуку, направ-ленный во Францию для того, чтобы нанять убийц, немедленно пре-дложил свои услуги французской службе безопасности. Писателей--диссидентов сразу законспирировали, а Кондукэтора дезинформи-ровали сообщением о том, что покушение якобы состоялось. Через длительный промежуток времени перевербованный агент Хайдуку все же раскрыл карты, поставив Чаушеску в крайне щекотливое по-ложение. Этим инцидентом поспешил воспользоваться президент Франсуа Миттеран, давно искавший предлог, чтобы отменить на-меченный на 1982 год официальный визит в Румынию. Любимейшим чтением супругов Чаушеску были секретные докуме-нты, собранные Секуритате, особенно те, что касались интимныхсторон жизни их ближайших коллег и сподвижников по РКП. Когда после смерти Елены Чаушеску в Весеннем дворце вскрыли ее лич-ный сейф, то наряду с драгоценностями в нем обнаружили большоеколичество запечатанных конвертов, содержащих в себе свежие ра-звернутые донесения Секуритате о высокопоставленных румынскихсановниках, приближенных к Елене. Одной из первоочередных за-дач Секуритате считалось наблюдение за детьми Чаушеску. Силвиу Брукан имел возможность собственными глазами убеди-ться в том, с какой тщательностью работала Секуритате. Послереволюции ему удалось раздобыть досье на самого себя, причемэто был экземпляр, сделанный тайной полицией для личного поль-зования Чаушеску. Досье было красиво оформлено, толщиной и фо-рматом напоминало сброшюрованный киносценарий. В правом верх-нем углу переплета было начертано „совершенно секретно“ и „водном экземпляре“; о том, что это копия лично для Чаушеску, свидетельствовал неестественно крупный шрифт донесений. (Нико-лае был близорук, но терпеть не мог очки, которыми не пользо-вался даже дома. Поэтому все доклады печатались для него осо-бым шрифтом, по размеру почти в три раза превышавшим обычныетипографские стандарты.) Досье на Брукана, случайно сохранен-ное румынским рабочим, посланным в числе многих других послесмерти Чаушеску на уничтожение архивов Секуритате, было стольподробным, что содержало некоторые детали о его прошлой жизни, о которых он сам давным-давно забыл. Этот 100-страничный доку-мент показывал, что в течение нескольких десятилетий он нахо-дился под неусыпным наблюдением Секуритате и что некоторые изего ближайших друзей регулярно поставляли о нем информацию, иборяд фактов нельзя было добыть из других источников. Брукану также попал еще один, правда более короткий,»компромат" на са-мого себя. Когда происходили события, способные особенно заин-триговать Чаушеску, Секуритате изготавливала для него особые переплетенные буклеты. Буклет о Брукане докладывал о его теле-фонном разговоре с журналистом из Би-би-си, произошедшем в 1989 году; между прочим, буклет был не напечатан, а написан от рукипрофессиональным каллиграфом, работавшим в штате тайной поли-ции, причем сделано это было с невероятным мастерством.

Лишьедва заметные следы чернил на оборотной стороне листа указыва-ли на ручную работу. Наряду с такого рода документами, контейнерами свозившимисяв кучу и сжигавшимися в марте 1990 года, существовали также со-тни доносов на представителей высшего партийного эшелона, пос-кольку Чаушеску шпионил не только за врагами или мнимыми оппо-нентами, но также, и в первую очередь, за собственными подчи-ненными. Электронный шпионаж за министрами, областными партсе-кретарями, высшим командным составом и правительством был де-лом обычного рода. В гостиницах целые этажи отдавались под ус-тановку подслушивающих устройств, а все туристические бюро бы-ли общеизвестными вотчинами Секуритате. Говорили, что каждый десятый, а может быть, и каждый четве-ртый румын служил штатным или внештатным осведомителем Секури-тате. Тайная полиция распространяла слух о том, что все теле-фоны в Румынии оснащены «жучком», благодаря чему Секуритате имеет возможность прослушивать свыше 10 миллионов телефонныхразговоров. Несомненным остается лишь факт, что в тот или иной период своей жизни каждый румын независимо от социального статуса не-избежно сталкивался с неким образованным и очаровательным нез-накомцем, досконально все о нем знавшим и усиленно предлагавшимему наладить необременительное, но постоянное сотрудничество сСекуритате; причем очень часто объекты внимания тщетно напря-гали свое воображение, силясь понять, какая может быть логиче-ская связь между ним и проблемами безопасности. Когда один ве-дущий архитектор-проектировщик спросил своего собеседника, ка-кую пользу он может принести своими донесениями, ему был данответ: «Вы работаете в той области, о которой нам мало что из-вестно». Очевидно, смысл тотального дознания заключался в уст-ройстве такого государственного порядка, при котором Секурита-те в любой сфере — в больницах, школах, университетах, типог-рафиях, банках, театрах — в любой момент могла проверить сте-пень благонадежности подданных. В книге «Красные горизонты» Пачепа приводит множество сви-детельств маниакальной одержимости Чаушеску электронными подс-лушивающими устройствами, и, вне всякого сомнения, дай ему во-лю, с течением времени он нашпиговал бы «жучками» всю страну.В действительности в этом не было особой нужды, ибо румыны итак были убеждены, что их телефоны и спальни прослушиваются, что никто не может избежать слежки. Что больше всего отличало Секуритате от тайной полиции дру-гих тоталитарных стран, так это культурный и социальный уро-вень ее осведомителей. Разумеется, всегда существовали вульга-рные стукачи, работавшие на Секуритате по приказу партии. Од-нако в связях с охранкой подозревались и многие видные врачи, писатели и кинорежиссеры. Осведомителями становились даже ве-дущие интеллектуалы, например, известный переводчик француз-ского поэта Анри Мишо и писатель-диссидент Саша Ивасюк. Контингент тайной полиции представлял собой довольно мощнуюсилу, ибо Секуритате в течение многих лет вербовала как самых блестящих, так и самых беспринципных государственных служащих, для многих из которых попасть туда означало получить хорошееуниверситетское образование.

Хотя в Секуритате имелся необхо- димый «джентельменский набор» головорезов и заплечных дел мас-теров, в целом это была очень профессиональная организация. Повозможности Чаушеску следил за тем, чтобы убийства и самые гру-бые формы устрашения проводились не румынами, а заезжими «гас-тролерами» (обычно палестинцами). Это обстоятельство, очевид-но, и породило совершенно безосновательный слух о том, что вовремя событий 22-25 декабря 1989 года стрелковые отряды и снайперы, орудовавшие на улицах Бухареста, были подразделения-ми «арабских боевиков». К середине 80-х годов высший командный состав Секуритате совсей очевидностью осознал, что Николае и Елена Чаушеску стано-вятся тормозом общественного развития. К 1989 году, когда пе-рестройка в советском союзе шла полным ходом, уже многие пони-мали, что Чаушеску обречен. Секуритате к этому времени совер-шенно прекратила информировать супругов об истинном отношении к ним румынского народа. Пресмыкательство и естественное жела-ние избежать неприятностей и личных унижений постепенно приве-ли к тому, что Секуритате ограничивалась поставкой только та-кой информации, которая была угодна обоим Чаушеску, к тому же в последние годы их правления личные помощники Елены просматри-вали всю корреспонденцию, ложившуюся на президентский «поднос», и отбрасывали все «неподходящее», что могло бы задеть досто-инство президента. В конце концов этот уникальный инструмент наблюдения, усмирения и подавления совершенно утратил свою ва-жнейшую функцию барометра общественного мнения. Секуритате пережила революцию без какого-либо существенногоущерба; она была переименована в Румынскую разведывательнуюслужбу (SIR).

ГЛАВА 6. РУМЫНСКИЙ ДИКТАТОР.

Экономические шаги Н.Чаушеску можно в какой-то мере оправ-дать. Но нельзя забывать о многих его делах и поступках, кото-которыми он охарактеризовал себя как тоталитарный вождь. Эти поступки жестоко отразились на судьбах румынских граждан. В годы «золотой эпохи» ощутимо проявилась пропасть между кондукэтором и 3,8-миллионной массой членов Румынской компартии.Власть клана Чаушеску покоилась не только на моральной и физи-ческой эксплуатации подавляющего большинства рядовых партий-цев, но и на неустойчивом, «подвешенном» положении среднего, аподчас и руководящего звена партии. Для упрочения своего положения «вождя партии и нации» и обеспечения лояльности Чаушеску завел на каждого из видных па-ртийных и государственных функционеров компрометирующее «до-сье». Он, например, угрожал одному из старейших членов руково-дства партии и главных участников свержения диктатуры Антонес-ку в августе 1944 г., Э.Боднэрашу, бывшему министру обороны, обнародованием данных о прежних связях его с ведомством Берии.Для поддержания неуверенности в высшем и среднем руководящем звене Чаушеску систематически проводил кадровые перестановки -«ротации», порождавшие неуверенность в будущем и боязнь выска-зывать свое мнение. Показателем кризисного состояния румынско-го общества явилось и то, что между ХIII (1984 г.) и ХIV (1989год) съездами РКП «ротация» затронула почти половину партийнойноменклатуры (более 10 тыс. человек), в том числе 8 секретарейЦК РКП, 40 из 41 первых секретарей уездов, большинство замес-тителей премьер-министра и министров. С другой стороны, в стране не создавались концлагеря для по-литических заключенных, как это было при Сталине, отдельные не-угодные люди сидели в обычных тюрьмах, для многих администра-тивным наказанием становился домашний арест. Оппоненты Чаушес-ку — Трофин, Никулеску, Мизил, Илиеску — хотя и теряли позициив партийной иерархии, но никогда не арестовывались, не допра-шивались, не подвергались репрессиям. Чаушеску практически ни-когда не прибегал к насилию, если мог достигнуть цели иным пу-тем — запугиванием, обманом, коррупцией. Он придерживался муд-рого правила: не создавать мучеников. С другой стороны — и бы-вшие соратники чувствовади себя как бы «в резерве», были зало-жниками собственных надежд на возвращение, а значит — остава-лись сообщниками диктатора. Такая форма контроля над обществомоказалась довольно эффективной. Согласно существовавшим инструкциям, общение любого из ру-мынских граждан с иностранцами могло проходить лишь в присутс-твии свидетелей, а о содержании разговора необходимо было на следующий же день сообщить в письменной форме «куда следует».Обладателям пишущих машинок было вменено в обязанность регис-трировать их в милиции, а администраторам ресторанов — снять сокон шторы.

И тем не менее за пределы страны проникали сообщения о мно-гих вопиющих фактах румынской действительности, в том числе о том, что, согласно изданному в середине 80-х годов распоряже-нию, новорожденные подлежали регистрации лишь в двухмесячном возрасте. Делалось это для того, чтобы «испортить» статистиче-ские показатели детской смертности, поскольку многие появивши-еся на свет сразу же погибали, так как в родильных домах тем-пература зимой не превышала 7-9 градусов тепла. На этом фоне все более невероятными выглядели данные офици-альной статистики, согласно которым объем промышленного произ-водства увеличился за годы правления Чаушеску в 128 раз (об этом было объявлено в ноябре 1989 г.), а урожай зерновых якобы составил в том году 60 млн. тонн. Газета «Romanialibera» пи-сала 28 декабря 1989 г., что на деле он не достиг 20 млн. т. Особенно подкосила сельское хозяйство кампания по так назы-ваемой «систематизации» — ликвидации нескольких тысяч «непер-спективных» сел и созданию «социалистических агрогородов», а наделе — строительству в целях «социалистического переустройст-ва села» скороспелых и плохо оборудованных многоэтажных бара-ков, куда принудительно переселяли крестьян. Политика «систематизации» была частью «великих преобразова-ний эпохи Чаушеску». Увековечить ее были призваны престижныесооружения, дворцы и каналы, создававшиеся, по существу, раб-ским трудом армии и заключенных. «Венцом» всех этих сооруженийдолжны были стать помпезный «Проспект победы социализма» и«Дворец весны» в Бухаресте, при строительстве которых уничто-жили многие исторические памятники румынской столицы.Все стро-йки «золотой эпохи» требовали гигантских по масштабам странырасходов. Внутри страны Чаушеску прибег в те годы к разжиганию нацио-нализма, поиску «внутреннего врага», стравливанию людей разныхнациональностей. Провозгласив курс на ускоренную ассимиляциюнерумынских групп населения, оформленный как задача создания «единой румынской социалистической нации», включающей в себя венгров, немцев, югославян, болгар, режим Чаушеску усилил дис-криминационные меры прежде всего в отношении почти двухмилли-онного венгерского населения. В 80-е годы по инициативе Венг-рии на международных форумах неоднократно поднимался вопрос о бедственном положении венгров в Трансильвании, которое послу-жило причиной роста беженцев из Румынии в Венгрию (в 1989 г. -22 тыс. человек). Проблема «беженцев», покинувших родные места, была прямым следствием «систематизации», охватившей в первую очередь деревни, в которых жили венгры, немцы, сербы и греки.В принятом в 1989 г. венгерским парламентом документе отмеча-лось:«Осуществление проекта (»систематизации") означало бы для национальных меньшинств Румынии разрушение их материальных и духовных корней, рассеивание их общин, человеческие трагедии, в конечном счете — их насильственную, ускоренную ассимиляцию". Нет ничего удивительного в нарастании протеста против ре-жима Чаушеску. Начиная со второй половины 70-х годов в Румыниинеоднократно возникали стихийные забастовки.Подавляли их с не-изменной жестокостью, как это произошло в Брашове 15 ноября 87года. События, произошедшие в этом городе, были первым откры-тым политическим выступлением против тоталитарного режима. Повоспоминаниям очевидцев, в тот день около 7 тыс. рабочих соб-рались у здания мэрии (она же — уездный комитет РКП) с требо-ванием хлеба, который стало невозможно купить даже по талонам, прекращения систематических перебоев в водоснабжении и умень-шения вычетов, достигавших 40% зарплаты. Мэр (он же — секре-тарь уездного комитета РКП) угрожал рабочим, что через месяц они и их дети рады будут есть солому.

Когда рабочие штурмом взяли мэрию, они обнаружили там банкетные столы, ломившиеся от всякой снеди по случаю избрания «первого уездного лица» в Ве-ликое национальное собрание. Возмущенные рабочие сорвали со стен кабинетов портреты Чаушеску и сожгли их на площади передмэрией. Выступление рабочих Брашова было потоплено в крови. Против диктатуры протестовали и старые коммунисты, и предс-тавители интеллигенции. Мужественную акцию предпринял член РКП с 1944 г. К. Пырвулеску, выступив в 1979 г. на X|| съезде пар-тии с резкой критикой Чаушеску. Сегодня известно и о предпри-нятой в середине 80-х годов попытке устранения Чаушеску путем заговора высших военных чинов. Акция была задумана генералом армии И.Ионицей, являвшимся в 1966-1976 гг. министром обороны и устраненным с этого поста по настоянию Е.Чаушеску за отказ повысить в должность генерала тогда еще никому не известного майора И.Чаушеску.

Вступив в 1983-1984 гг. в более тесный контакт с генерал--майором Шт. Костялом, вместе с которым в 50-е годы учился в военной академии в Москве, а также с близким ему генералом Н.Милитару, Ионица разработал несколько вариантов плана сверже-ния Чаушеску, одним из которых предусматривался военный пере-ворот в момент зарубежного визита диктаторской четы. При этом предполагалось арестовать наиболее близких к Чаушеску лиц, а затем силами войск бухарестского гарнизона овладеть радио и телевидением, чтобы обратиться с воззванием к народу и получитьего поддержку. Была намечена и дата переворота: 15-17 октября1984 г., когда должен был состояться визит Чаушеску в ФРГ. Но еще в сентябре воинская часть, которая должна была осу-ществить эту акцию, была отправлена на уборку кукурузы, а еекомандир уволен в отставку. Вскоре после этого Ионицу и Мили-тару вызвали «наверх», где им было предложено прекратить вся-кие контакты с Костялом, который был вскоре арестован. В 1987 году Ионица скончался, а Милитару продолжил конспиративную де-ятельность в армейской среде, получил доступ к подразделениям, охранявшим ЦК и президентский дворец, что сыграло большую рольв ходе событий 22 декабря 1989 г. В апреле 1989 г. в адрес Чаушеску было направлено открытое «Обращение шестерых», подписанное старыми членами партии и егобывшими соратниками — А.Бырлэдяну, К.Мэнэску, К.Пырвулеску, Т.Рэчану, С.Бруканом и Г.Апостолом. Они призывали «к изменению политического курса, пока это еще не поздно», приводя конкрет-ные факты нарушения диктаторским режимом румынской конституциии Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудни-честву в Европе (1975 г., Хельсинки).Все они оказались под до-машним арестом. Чаушеску не терпел возражений, высказанных даже в самой ко-рректной форме.

Это привело к тому, что члены партийного руко-водства и правительства не сообщали ему фактов, которые, по словам одного из них, «могли бы вызвать президентскую истери-ку». В результате Чаушеску «умудрялся руководить страной не на основе информации, даже и извращенной, а исходя из „собствен-ных измышлений, не имевших ничего общего с действительностью“Возомнив себя „сверхчеловеком“, он не удостаивал нормальным обращением даже лиц высокого ранга. Во время визита в США он прилюдно орал на министра иностранных дел, посла и главу пост-предства Румынии в Нью-Йорке, которые не смогли выполнить его приказ немедленно установить свяэь с государственным секрета-рем США С.Вэнсом. Поднявшийся на вершины власти, Чаушеску был логическим воп-лощением созданной в Румынии системы.Она характеризовалась ра-зорением большинства и беспрецедентным обогащением верхушки.»Дворец весны", где проживало семейство Чаушеску, отличался роскошью, нагромождением самых дорогих предметов (даже краны вванной у Николае были золотыми, а у Елены — серебряными). Дик-таторская чета питала пристрастие к бриллиантам. Начальник ох-раны (он же шеф разведывательной службы) М.Пачепа, сопровожда-вший Чаушеску в зарубежных поездках, свидетельствовал, что, за-купая драгоценности (конечно же, за государственный счет), Еле- на заставляла сопровождающих ее лиц торговаться, фарисейски приговаривая, что «не следует обогащать капиталистов коммунис-тическими деньгами».

Опасаясь медленно действующих ядов, которыми враги могли пропитать его одежду, Чаушеску ежедневно менял свой гардероб, включая верхнее платье и обувь. Приготовленные для одноразово-го использования в течение года 365 костюмов, пар обуви и т.д.содержались в особом помещении при определенной температуре, под усиленной охраной и надзором инженера-химика и после упот-ребления уничтожались. В зарубежные поездки диктаторская чета брала с собою постельное белье и собственную кухню. На стенахприходской церкви на родине Чаушеску в селе Скорничешти появи-лись стилизованные изображения его родителей и деда с бабкой, которым художник придал портретное сходство с диктаторской че-той. Чаушеску считал себя великим историком, о чем неоднократно заявлял публично. В 1974 г. в Программу РКП был включен личноим отредактированный раздел, где была «нарисована» схема исто-рического развития Румынии с древнейших времен до наших дней.Задача официальной историографии свелась после этого к коммен-тированию этой схемы, созданию угодных диктатору историческихмифов и утверждению национализма. В период «золотой эпохи» Николае Чаушеску был полновластным хозяином страны.

ГЛАВА 7. ПАДЕНИЕ ДИКТАТОРА.

Ухудшение внутреннего положения сопровождалось усилениемвнешних проявлений культа личности Чаушеску. Всего за месяц додекабрьских событий, в ноябре 1989 г., заседания ХIV cъезда РКПсопровождались скандированием лозунгов: «Чаушеску — РКП!»,«Ча-ушеску и народ!».В июне 1989 г. политический еженедельник «Lu-mea» отмечал: «С чувством глубокого удовлетворения и патриоти-ческой гордости коммунисты, все граждане социалистической Ру-мынии всецело одобрили решение пленума предложить Х|V съездупереизбрать товарища Николае Чаушеску — героя среди героев, вы-дающегося руководителя нации, гениального зодчего социалисти-ческой Румынии, выдающуюся личность современности — на высшую должность Генерального секретаря РКП.» Вопреки панегирикам внутреннее недовольство в стране неук-лонно возрастало. Не сулили ничего хорошего срывы в экономике, нараставшая нехватка продовольствия, жесткий режим экономии электроэнергии и газоснабжения, приводившие в зимнюю пору к ма-ссовым заболеваниям и смертям; поборы и штрафы, тяжелый прину-дительный труд. Но еще в середине декабря 1989 г. ничто, каза-лось, не предвещало перемен. Газета «Scantea», орган ЦК РКП, за20 декабря пестрела фотоснимками, запечатлевшими визит прези-дента Социалистической республики Румынии в Иран. Однако бро-салось в глаза, что на этот раз Чаушеску совершил этот ставшийпоследним в его политической карьере официальный государствен-ный визит без жены. На следующий день, 21 декабря, фотография Елены Чаушеску — также в последний раз в ее жизни — появиласьна первой полосе последнего в истории номера «Scantea».

На той же газетной полосе публиковался президентский указ о введении чрезвычайного положения на территории уезда Тимиш, атакже текст выступления Чаушеску по радио и телевидению, из ко-торого следовало, что 16 и 17 декабря «группы хулиганов» спро-воцировали в Тимишоаре серию инцидентов «под предлогом проти-водействия законному судебному решению» (речь шла о попытке насильственной депортации венгерского реформаторского пастора Л.Текеша, взятого под защиту местным населением). За спиной этих групп, как следовало из выступления президента, действо-вали «реваншистские, ревизионистские и империалистические кру-ги различных стран», цель которых — «подорвать независимость, целостность и суверенитет Румынии», вернуть страну «ко време-нам чужеземного господства», ликвидировать «социалистические завоевания». Диктатор еще до отбытия в Иран предпринял попытки подавить«мятеж». 17 декабря под его председательством состоялось пос-леднее заседание Политисполкома ЦК РКП, где, угрожая снять с постов министра обороны, командующего силами госбезопасности и внутренних войск, он приказал стрелять по «мятежникам». Прика-зав открыть огонь по демонстрантам, Чаушеску впервые натолкну-лся на возражения министров обороны, внутренних дел и госбезо-пасности. Как явствует из стенограммы заседания и свидетельст-ва одного из его участников, диктатор после этого заорал: «То-гда выбирайте себе другого Генерального секретаря!» — и напра-вился к выходу из зала заседаний. По всей вероятности, это бы-ло предусмотрено заранее разработанным сценарием. Кто-то побе-жал за Чаушеску, умоляя вернуться, женщины зарыдали, а Еленазаявила: «Оставьте в покое товарища Чаушеску, я попытаюсь убе-дить его не подавать в отставку». Через несколько минут он ве-рнулся, и заседание продолжилось. В тот же день он провел за-секреченную «телеконференцию» военного руководства всех уез-дов, объявив боевую тревогу и приказав привести вооруженные силы в состояние повышенной боевой готовности, а по «мятежни-кам открывать огонь без предупреждения».

По мере того как волнения стали охватывать другие уезды Ру-мынии, в борьбу против «мятежников» вступали родственники от-бывшего в Иран Чаушеску. Елена вызывала к себе то одного, то другого генерала, которым, однако, удалось в конечном счете из-бежать массового кровопролития. А сын Чаушеску Нику, занимав-ший пост первого секретаря РКП в уезде Сибиу, отдал приказ стрелять в демонстрантов. Возвратившись в страну, диктатор решился на публичное выс-тупление.Несколько тысяч «проверенных» рабочих были свезены на автобусах в Бухарест, где и провели ночь в заводских общежити-ях и гостиницах под неусыпным надзором партии. Утром 21 декаб-ря, пока толпа прибывала, партийные руководители, в чью обя-занность входило воодушевлять собравшихся, привычно заклеймили«контрреволюционных подстрекателей», ответственных за все беды Румынии, и вновь подтвердили свою несокрушимую верность Конду-кэтору. Стоя на балконе здания ЦК, расположенного в центре Бу-хареста, Чаушеску начал свою речь.Она лилась под привычный ак-компанемент «стихийного» волнения масс — верноподданических лозунгов «застрельщиков» и послушных, заученных аплодисментов, завершавших банальные, набившие за последние годы оскомину фра-зы о торжестве «научного социализма» и блестящих достижениях Румынии во всех мыслимых областях. Так продолжалось минут восемь, и вдруг где-то в глубине 100--тысячной толпы началось волнение совсем иного рода: послыша-лись святотатственные свист и шиканье, а затем скандирование«Ти-ми-шо-а-ра».

Румынское телевидение, благодаря неподвижно установленным в нескольких точках площади камерам, продолжало трансляцию мити-нга. Взорвалось несколько гранат со слезоточивым газом, и гнев-ный ропот толпы неудержимо нарастал: раздались крики «Чаушеску, народ — это мы!», «Долой убийц!», «Румыния, проснись!» и воо-душевленное пение запрещенных довоенных патриотических песен.Все это телекамеры передали в эфир, они же зафиксировали заме-шательство на балконе: запинающегося, сбитого с толку Чаушескуи его жену Елену, прошептавшую: «Пообещай им чего-нибудь». Явно обеспокоенный, Чаушеску прервал брань в адрес хулига-нов и всенародно возвестил о повышении заработной платы, пен-сий и денежных пособий малоимущим семьям, а также об увеличе-нии студенческих стипендий на 10 лей (что по рыночному валют-ному курсу составляло тогда 2-3 американских цента). Шум и свист усилились, и Чаушеску, абсолютно не готовый к подобному поведению толпы, вообще замолчал. В телекамерах отразился егоозадаченный, затравленный взгляд. Телезрители увидели, как че-ловек в военной форме подошел к Чаушеску, взял его под руку и увел с балкона. Непостижимым образом, именно в этот самый мо-мент экраны погасли, когда же, три минуты спустя, они зарабо-тали снова, перед зданием ЦК уже бушевал кромешный ад. Новости о случившемся мгновенно разлетелись по всему Буха-ресту, и тысячи людей высыпали на улицы города. Манифестации продолжались всю ночь, и тогда же снайперы из Секуритате при-нялись стрелять в людей без разбору. В ту ночь в бухарестские больницы поступило 85 человек с огнестрельными ранениями, уби-тых было еще больше. Как и в Тимишоаре, молва преувеличила ко-личество жертв в десять, в двадцать, в сотню раз. Невзирая на стрельбу, людские толпы скопились вокруг ппартийных зданий, наУниверситетской площади и перед румынским телецентром. Стрель-ба продолжалась всю ночь, но определить, кто виновник — убийцыиз Секуритате или им вторят также и армейские подразделения, -было совершенно невозможно.

Царила полнейшая неразбериха, усу-губляемая еще и тем, что некоторые части тайной полиции носили военную форму. Ходили упорныен слухи, что Чаушеску бросил в бой десантно-диверсионный отряд, укомплектованный арабами, прохо-дившими под руководством Секуритате «военно-террористическую»подготовку в Румынии. Слух этот так и не подтвердился. Тогда еще мало кто знал, что основная масса и без того ко-леблющихся румынских вооруженных сил (за исключением лишь не-которых подразделений Секуритате) перешла в ту ночь на сторонудемонстрантов. Этому предшествовали следующие события: 16 де-кабря, после нескольких недель крайней напряженности, в Тими-шоаре вспыхнули яростные антиправительственные демонстрации.Наследующий день (17 декабря) Чаушеску обвинил министра обороныВасиле Милю в неповиновении и пригрозил ему отставкой в случае, если он не отдаст румынским войскам приказ стрелять в народ.Генерал вроде бы подчинился, но, как оказалось, только в при-сутствии Чаушеску. Он не издал приказа — и к вечеру 21 декабрябыл обнаружен мертвым; официальная версия назвала это «самоу-бийством», неофициальная — расправой, санкционированной Чауше-ску.Даже спустя месяцы подлинные обстоятельства его смерти ос-тались невыясненными. Несомненно было только одно — смерть Ми-ли заставила высший командный состав всех трех родов войскосознать (если они еще не сделали этого), что отныне Чаушеску — битая карта. Глава Секуритате, генерал Юлиан Влад, по-види-мому, уже пришел к подобному заключению. Утром 22 декабря, тоесть на следующий день после злополучного выступления Чаушес-ку, солдат, взобравшись на танк, стоящий на Университетской площади, демонстративно отстегнул магазин от автомата и пома-хал ими толпе. С этого момента 3по всей Румынии пронесся новый клич: «Армия — с нами».

В то утро людская толпа все еще заполняла площадь у здания ЦК, и, что уже совершенно непостижимо, муж и жена Чаушеску всееще находились внутри здания. Они провели здесь ночь, обсуждаяситуацию со своим штабом. Дворня оставалась здесь же. Как рас-сказывал позднее один из членов свиты, каждый следил за каждым; если бы кто-нибудь ушел, его бы сразу записали в предатели. Нигенерал Влад, ни другие ренегаты ни малейшим намеком не выда-ли, что уже списали Чаушеску со счетов. Давно поднаторевшему в искусстве подхалимажа Владу не стоило большого труда скрывать свои подлинные чувства. По правде говоря,«засветиться» на том, что он считает положение Чаушеску безнадежным, действительнобыло слишком рискованным, поскольку многие из приближенных Кон-дукэтора все еще не осознавали масштабов происходящего.Во вся-ком случае, им были хорошо известны маниакальная забота вождя о личной безопасности и колоссальные меры предосторожности, принятые для того, чтобы ничто не могло застать его врасплох.Для защиты Чаушеску были созданы подразделение войск специаль-ного назначения («команда Альфа») и отборные части из сверх-срочников. Как вскоре стало известно мировой общественности, разветвленная сеть подземных туннелей (некоторые из них пред-ставляли собой модифицированную канализационную систему) сое-диняла резиденцию Чаушеску с партийными канцеляриями, оснащен-ными пультами связи, спальнями и бункерами. Супруги вполне мо-гли воспользоваться этой подземной системой кроличьих ходов иблагополучно покинуть Бухарест.

Почему они так долго остава-лись в здании ЦК, не предпринимая попыток к бегству, и почему они в итоге предпочли бежать вертолетом и практически без ох-раны, хотя 80 отборных солдат, спрятанных в подвалах их посто-янной бухарестской резиденции — Весеннего дворца — были приве-дены в состояние боевой готовности, остается загадкой, объяс-нить которую могли бы только сами Николае и Елена.Возвратившись в страну, диктатор попытался выступить передмноголюдной манифестацией на Дворцовой площади. Встреченный свистом и градом камней, он велел открыть огонь по собравшим-ся. Расстрелом руководил его брат, Николае Андруцэ, — генерал--лейтенант, лично стрелявший в толпу. Диктаторская чета 22 декабря через подземный переход переш-ла из президентского (бывшего королевского) дворца в здание ЦКи бежала на вертолете, дежурившем на крыше. После этого нахо-дившийся среди демонстрантов профессор П.Роман провозгласил с балкона того же здания: «Сегодня, 22 декабря, диктатура Чауше-ску пала. Провозглашаем власть народа.» В тот же день был сфо-рмирован Фронт национального спасения как орган всех здоровыхсил нации, выступивших против диктатуры. ФНС возглавили ПетреРоман и Ион Илиеску. Победа революции была обеспечена и закреплена переходом ар-мии на сторону восставшего народа. Важнейшую роль сыграл при этом министр обороны генерал-полковник В.Миля, который отказа-лся передать армейским подразделениям приказ Чаушеску о рас-стреле демонстрантов Тимошиары, а затем — расстрелять манифес-тантов на Дворцовой площади в Бухаресте, мотивируя это тем, что«в воинском уставе он не нашел статьи, где бы говорилось, чтонародная армия может воевать против собственного народа». Поприказу Чаушеску Миля был тут же убит. В ходе декабрьских со-бытий выяснилось, чтоармия находилась в значительно худшем по-ложении, чем силы госбезопасности (зарплата и довольствие офи-цера «секуритате», например, в несколько раз превышали жалова-нье армейского офицера, армейские части использовали на строй-ках), и, может быть, поэтому в решающий момент поддержала на-род.

Бежавшая из столицы чета Чаушеску сделала первую остановку в Снагове — вблизи своей летней резиденции в 40 км к северу от Бухареста. Чаушеску позвонил в «секуритате», в какие-то воинс-кие подразделения и в Сибиу — сыну Нику. Согласно одной из ве-рсий, когда стало ясно, что побег из страны невозможен, верто-лет был брошен в сельской местности, вблизи города Тырговиште. Бывший диктатор и его жена в сопровождении двух охранников за-хватили машину с водителем и, угрожая ему оружием, приказали ему ехать вперед. Водитель — некто Петришор — рассказывал, что Елена предлагала спрятаться и переждать в лесу, а Николае счи-тал, что они должны прибегнуть к помощи рабочих. Однако во вре-мя остановки у первого же предприятия рабочие забросали машинукамнями, выкрикивая: «Смерть преступникам!» Это страшно рас-строило Чаушеску. В Тырговиште они пытались найти убежище в здании местного комитета РКП, но их туда не пустили. После бе-сполезных поисков пристанища они остановились у Центра по ох-ране предприятий, где люди, смотревшие телевизор, сначала не поверили, что перед ними Чаушеску, а затем вызвали военных. 25 декабря Чаушеску были подвергнуты суду военного трибуна-ла. Прокурор Джику Попа судил Чаушеску по обвинению в «геноци-де, повлекшем 60 тысяч человеческих жертв; подрыве государст-венной власти путем организации вооруженных акций против наро-да; нанесении ущерба государственному имуществу разрушением и повреждением зданий; организации взрывов в городах; подрыве на-циональной экономики; попытке бегства из страны с использова-нием средств, хранящихся в иностранных банках, на общую суммуболее 1 млрд. долларов». Отвечавший за организацию процесса В.Войкулеску (тогдашнийзаместитель премьер-министра) позднее рассказал, что Елена и Николае не признавали себя пленниками, считали, что их укрыва-ют в этой войсковой части в Тырговиште, меры предосторожности (на ночь их запирали в бронетранспортер) казались им необходи-мыми из-за постоянной опасности нападения. Находясь под стра-жей, бывший диктатор большую часть времени молчал, а его женавела себя вызывающе. Начало судебного процесса и появление прокурора было для четы совершенно неожиданным. За годы своего правления они по-теряли ощущение действительности. Членов судебной коллегии ра-здражало поведение обвиняемых, которые отрицали все обвинения.Несмотря на спешку, судебный процесс был законным, подчеркнул Войкулеску. Например, чтобы отложить исполнение приговора, Ча-ушеску могли опротестовать обвинение. По свидетельству защи-щавшего Чаушеску адвоката, заслушав смертный приговор, Чаушес-ку, будучи убежден в несерьезности всего происходящего, заявил прокурору: «То, что вы говорите, — клевета. Когда все это за-кончится, я отдам вас под суд.» Чета Чаушеску не была казнена назначенными для этого исполнителями. Ненависть к ней была на-столько велика, что, как только их вывели во двор, находившие-ся там военные открыли по ним беспорядочный огонь, что говорит о настроениях в армии.

Существует и такая версия — был расстрелян двойник Чаушес-ку. Ложному расстрелу румынского диктатора посвятил свой круп-ный материал журналист Л.Сучевеану в номере бухарестского еже-недельника «Кувинтул». Заголовок такой: «Чаушеску спасен от смерти?» Анализируя фотографии расстрелянного диктатора за несколькоминут до смерти и при захоронении, автор утверждает, что речьидет о двух различных людях. На первом снимке — следы многочи-сленных кровоподтеков, на втором их вообще нет.На первом — ви-ден некий старик около 80 лет (Чаушеску было 72 года), на вто-ром — человек между 55-60 годами. На первом снимке он в белойрубашке, как и на скором процессе, на втором — он одет совер-шенно по-другому. Но главным доказательством для журнала служат слова врача, который после расстрела констатировал смерть. Он заявил послеосмотра расстрелянного, что «убитый страдал катарактой». Междутем известно, что у Чаушеску этой болезни глаз не было. Автор сенсационной публикации приводит еще несколько приме-ров, доказывающих, по его мнению, замену Чаушеску двойником.Хотя, констатирует журнал, телевизионные снимки нескольких ми-нут перед казнью обошли весь мир, момент самого расстрела на пленке не зафиксирован. Наивно утверждение оператора о том, чтоу него случились непорядки с видеокассетой и он-де не успел поставить новую… Обо всем этом было рассказано в номере белградской газеты «Вечерне новины» за 10 ноября 1992 г. под заголовком «Румынс-кий журналист утверждает: вместо Чаушеску убит кто-то другой!»Газета в конце материала своего корреспондента из Бухареста сообщает, что румынский автор — не первый, кто заявляет, что врасстреле Чаушеску кроется какая-то тайна. Суд над Чаушеску стал прологом развала и гибели правящего клана (по некоторым данным, численность его родственников и свояков в различных звеньях секретариата РКП достигала 300-400человек.Среди прямых родственников диктатора выделялся его сынНику (39 лет).

Следствием установлено, что в результате его приказа открыть огонь по участникам мирной демонстрации в Си-биу 21-22 декабря было убито 89 и ранено 219 человек.Кроме Ни-ку, перед судом предстали двое других детей Чаушеску — Вален-тин и Зоя, которые обвинялись в использовании в личных целях государственного имущества. При ЦК РКП было создано «Бюро по обслуживанию и снабжению» высших функционеров партии и членових семей.Оно бесплатно предоставляло им квартиры, мебель, оде-жду, продукты питания. В 1989 г. бюджет этого бюро составил 70млн. лей (10 млн. долларов). Уже упоминавшийся выше брат дик-татора Николае Андруцэ был обвинен в совершении убийств при отягчающих обстоятельствах и в подстрекательстве к геноциду. Адругой его брат, Марин, находившийся на посту главы торгпредс-тва в Австрии, сразу же покончил жизнь самоубийством. Еще один брат Чаушеску, Илие, генерал-лейтенант, занимал пост замести-теля министра обороны, а сестра диктатора Елена Бэрбулеску, имеячетырехклассное образование, получила степень доктора истории и должность главы школьного инспектората в родном уезде Олт, где прославилась травлей честных людей, коррупцией и хищения-ми. При аресте у нее были конфискованы банковские чеки на сум-му около полумиллиона лей (50 тысяч долларов). Брат Чаушеску Ион был заместителем министра сельского хозяйства.

ГЛАВА 8. ПЕРВЫЕ ШАГИ НОВОЙ ВЛАСТИ.

В результате декабрьского переворота в Румынии носитель то-талитарного контроля — Румынская коммунистическая партия — в одночасье оказалась на обочине общественного развития. Это по-зволило очень быстро организоваться общественным силам различ-ных направлений и начать заполнять возникший политический ва-куум. После нескольких десятков лет безраздельного господства коммунистической номенклатуры было положено начало формирова-нию многопартийной политической системы, основанной на полити-ко-идеологическом плюрализме. Когда в Восточной Европе появилась возможность демонтажа бюрократического социализма, в Румынии в отличие от ряда сосе-дних стран, где господство тоталитаризма не было столь подав-ляющим, не оказалось организованной силы, способной квалифици-рованно решить эту задачу. В таких условиях более дальновиднаячасть коммунистической номенклатуры взяла на себя дело ликви-дации деспотического режима Чаушеску. И как бы это ни обстав-лялось в момент событий или ни интерпретировалось позднее, це-лью ее было, разумеется, остаться у власти. Достаточно очевидно, что развитие постдиктаторской Румыниирисовалось номенклатурным реформаторам по типу советской пере-стройки. Однако политическая смерть и развал РКП, и особенно ярко выраженная антикоммунистическая (а не только антидиктато-рская направленность выступлений населения, смешали все расче-ты. Новая власть в лице фронта национального спасения не реша-лась включить в свои программные заявления и нормативные акты какие-либо упоминания о социализме, пусть даже в варианте «об-новленном», «демократическом», с «человеческим лицом», или хо-тя бы о «социалистическом выборе».

Оплошность с заявлением о том, что ФНС рассматривает себякак временную власть, ориентированную главным образом на под-готовку свободных демократических выборов в стране, породила затяжные общественные конфликты после того, как руководство ФНС изменило свое решение. Решившим участвовать в парламентских и президентских выборах новым лидерам понадобилась политическая организация, на которую можно было бы опереться при подготовке и проведении выборов. Возглавив ФНС (теперь уже как политичес-кое движение), руководство, состоящее из номенклатурных рефор-маторов, создало себе удобный политический плацдарм, ставший для бывших коммунистов и удобным убежищем. Растерянность и неуверенность руководства ФНС прошли только после преодоления колебаний относительно того, обнаруживать ли свою приверженность «неокоммунизму» (о чем, кстати, лидеры оп-позиции заговорили практически сразу же после переворота). Де-йствительно, ФНС пришел к власти с помощью испытанных комму-нистических методов. Правда, нельзя забывать, что в условиях Румынии другого пути просто не было. Куда важнее оказалось и для Совета ФНС, и для оппозиции то обстоятельство, что комму-нистическая номенклатура, формально отождествив себя с целямиФНС (а в силу присущего ей оппортунизма это оказалось совсем не трудно), «перетекла» в его территориальные советы — местныеорганы новой власти. Тем самым она создала себе удобные пози-ции для блокирования и саботажа любых прогрессивных, но неуго-дных ей решений, принимаемых центральной властью, и для оказа-ния давления на эту власть. В немалой степени именно с данным обстоятельством были свя-заны маневры руководства ФНС по вопросу о судьбе коммунистиче-ской партии как организации, породившей диктатуру, а затем ста-вшей покорным орудием в ее руках, попытки перенести всю тяжесть ответственности перед народом на поверженного диктатора, чле-нов его семьи и ряд его ближайших приспешников, а саму РКП объ-явить просто более несуществующей. Принятие же под давлением оппозиционных сил декрета об объявлении РКП вне закона и пос-ледующее его аннулирование показали оппозиции, что лидеры ФНС отнюдь не независимы и не могут пренебрегать интересами тех реальных сил, которые все еще повсеместно остались у власти, даже если эти интересы не вполне совпадали с их личными инте-ресами, убеждениями и истинными намерениями. В известном смы-сле руководство оказалось поставленным в ситуацию выбора между двумя силами: с одной стороны, это бывшие коммунисты, обладаю-щие реальной силой на местах, с другой — нетерпеливая, а в силу слабости и агрессивная оппозиция, лидеры которой шли на край-ние требования не в последнюю очередь ради самоутверждения и приобретения престижа среди своих сторонников, хотя, в принци-пе, им нельзя было отказать в правоте.

Руководство ФНС встало, однако, на третий путь. Создав ор-ганизационные структуры ФНС как политического движения и воз-главив его, оно «купило» лояльность части старой номенклатуры, но принесло с собой новую программу, содержавшую отказ от иде-ологической доктрины марксизма-ленинизма, от социализма и ком-мунизма как конечной цели и от демократического (а на деле не-изменно бюрократического) централизма как метода организации ифункционирования.Стало ясно, что политическое руководство стра-ны обнаружило склонность к более далеко идущей и достаточно глубокой трансформации тоталитарных структур, доставшихся емув наследство от прежнего режима. Первые хозяйственные декреты преследовали ясную цель — лик-видировать наиболее одиозные проявления экономической политики Чаушеску. Реорганизация торговли, прекращение экспорта продо-вольственных товаров и ограничение вывоза нефтепродуктов были призваны содействовать удовлетворению насущных потребностей населения. В сельском хозяйстве были приостановлены планы «си-стематизации», отменены ограничения цен на крестьянском рынке.Крестьянам выделили наделы размером до 0,5 га.

Осуществляя переход к рыночным отношениям, Румыния приняла специальный законодательный акт по предпринимательству.Декрет--закон Румынии «Об экономической деятельности на основе свобо-дной инициативы» был призван создать исходный импульс для ра-звития и поддержки предпринимательства, устранить существующие в законодательстве ограничения в предпринимательской деятель-ности, которая в ряде случаев рассматривалась как уголовное преступление. 6 января 1990 г. был опубликован этот закон и вступил в си-лу через 30 дней. В нем определяется, что в целях лучшего удо-влетворения потребностей в товарах и в услугах для населения, эффективного использования ресурсов, сырья и материалов, граж-данами, проживающими в Румынии, могут создаваться мелкие пред-приятия с числом работающих не более 20 человек, доходные об- щества, семейные общества. Разрешается также свободная деяте-льность физических лиц. Мелкие предприятия могут создаваться по инициативе физичес-ких лиц. Прием на работу на мелких предприятиях производится на основе трудового договора, а заработная плата устанавливае-тся по согласию сторон. Могут наниматься и работники государс-твенных предприятий.Они работают на мелких предприятиях в сво-бодное время. Работники мелких предприятий пользуются правом социального обеспечения наравне с работниками государственных предприятий. Время работы персонала на основании трудового до-говора входит в общественный и специальный трудовой стаж. Работники мелких предприятий имеют право вступать в профсо-юзы. Мелкие предприятия и их персонал имеют права и обязаннос-ти, предусмотренные для государственного сектора.

Порядок эксплуатации имущества предприятий, амортизации егоосновных фондов, распределения доходов и работы устанавливает-ся организаторами предприятия и может быть изменен только пре-дпринимателями. Финансовые средства, необходимые для деятель-ности мелких предприятий, создаются из личных средств и из ба-нковских кредитов. Уездные управы могут сдавать внаем мелким предприятиям нео-бходимые им помещения в государственных зданиях, включая при-легающие территории.Перестройка и оборудование собственных иливзятых внаем зданий могут производиться только по разрешению управы. Государсвенные или кооперативные предприятия, имеющие в своей собственности машины, оборудование и установки, могутих продавать или сдавать внаем мелким предприятиям. Мелкие предприятия могут приобретать запасные части для своего оборудования, инструменты, сырье и материалы непосредст-венно у производителей на основе контракта. Контрактными цена-ми являются установленные законом цены или, при их отсутствии, договорные цены. На изделия и услуги мелких предприятий устанавливаются сво-бодные цены. Однако государственным предприятиям изделия про-даются и услуги предлагаются только на основе контракта. Изде-лия и услуги мелких предприятий могут экспортироваться. Мелкие предприятия работают на основе ежегодно составляемо-го баланса доходов и расходов, утвержденного организаторами предприятия. Заверенная копия бюджета представляется в местныефинансовые органы. Предприятия должны иметь своего бухгалтера и обязаны сос-тавлять на каждое полугодие бухгалтерский баланс и публиковать его в «Правительственном вестнике» в течение десяти дней послепроверки его финансовыми органами.

Финансовые средства мелких предприятий в национальной валю-те хранятся на банковских счетах. Суммы в валюте могут храни-ться только на счетах в Румынском банке для внешней торговли.Из сумм в валюте, получаемых от экспорта, 50% перечисляется внациональной валюте предприятию по действующему курсу, а оста-ток остается в распоряжении предприятия. Предприятие в его отношениях с физическими и юридическими лицами, а также перед юридическими органами представляется ли-цом, которое его основало. Другой законной формой производства являются доходные обще-ства, которые учреждаются в количестве не более десяти человекна основании контракта. Контракт общества должен содержать цель, наименование и местонахождение общества, вид деятельнос-ти и отчетности, способ учреждения, руководства и управления, разделение прибыли между участниками, а также способы прекра-щения деятельности и ликвидации общества. Лица, входящие в до-ходные общества, несут солидарную ответственность. Семейные общества в Румынии объединяют членов одной семьи сединым хозяйством. Предпринимательством могут заниматься и физические лица вобласти услуг или реализации определенной продукции. На доходные и семейные общества, а также физических лиц ра-спространяются все основные условия хозяйствования мелких пре-дприятий. Регистрация всех перечисленных видов предпринимательскойдеятельности осуществляется уездной управой.

Подоходный налог на прибыль мелких предприятий, доходных об-ществ, семейных обществ и с заработка лиц, осуществляющих сво-бодную предпринимательскую деятельность, устанавливается в за-висимости от рода деятельности и социального вклада. Подоход-ный налог имеет стимулирующий и прогрессивный характер. Мелкие предприятия и доходные общества могут объединяться, но только с согласия Национальной комиссии по легкой промыш-ленности и услугам. Этим законом был дан мощный толчок развитию мелкого бизнесав стране.

ГЛАВА 9. НАЧАЛО ПОЛИТИЧЕСКОЙ БОРЬБЫ.

В условиях усиления требований оппозиции об отставке прави- вительства и руководства ФНС последнее пошло на реорганизацию высшего законодательного органа -Совета ФНС- во Временный со-вет национального согласия (ВСНС) путем включения в него пред-ставителей всех зарегистрированных партий, обеспечив ФНС (име-ется в виду созданное под новые задачи политическое движение)по меньшей мере половину мест. С образованием политического движения ФНС, заполнившего со-бой левую часть политического спектра Румынии, завершился на-чальный этап перехода к многопартийной политической системе.Содержанием его было образование собственно политических пар-тий и движений, выработка ими своих программ и, естественно, возникновение конфликтных отношений правых и левых организаций при отсутствии согласованных правил политической игры. Был восстановлен ряд довоенных политических партий правогои правоцентристского толка, прежде всего традиционно называе-мых в Румынии историческими. Национал-царанистская христианс-кая демократическая партия (НЦХДП) считает себя преемницей за-прещенной в 1947 г. Национал-царанистской партии. В феврале 90года НЦХДП насчитывала 500 тыс. членов. Она выступает за раз- витие рыночной экономики, за частное землепользование, возрож-дение христианских духовных ценностей, за территориальную це-лостность страны, за защиту прав и свобод граждан. Своей соци-альной базой считает сельское население, часть интеллигенции, верующих. Однако попытки НЦХДП обрести поддержку крестьянства в ходе выборов 1990 г. ощутимых результатов не дали. Фактичес-ки НЦХДП стала партией консервативно настроенной интеллигенции и горожан. Национал-либеральная партия (НЛП) также была под запретом при коммунистах. В апреле 1990 г. возрожденная партия (предсе-датель — Р.Кымпяну) насчитывала 200 тыс. человек, ее социаль-ная база — интеллигенция, студенчество, часть рабочих столицыи крупных промышленных центров. Требует гарантии индивидуаль-ных свобод как условия раскрепощения творческих сил во всех сферах деятельности, обеспечения реального разделения властей, восстановления демократии, гражданских свобод, создания меха-низма контроля за бюрократией; в области экономики — привати-зация предприятий и рыночные реформы, обеспечение профсоюзных свобод и права на забастовку, вовлечение рабочих в управление и участие в доходах предприятий. В политическом спектре Румы-нии НЛП представляет центр. Возродилась и Социал-демократическая партия, поглощенная КПРв 1948 году. Председателем ее стал С.Кунеску. Эта партия выс-тупила с резкой критикой всего, что связано с деятельностью коммунистов в области идеологии, экономики и политики. Прива-тизацию считает единственным путем к процветанию, но полагает необходимой предварительную психологическую подготовку трудя-щихся. Как социал-демократическая партия рассчитывала на под-держку трудящихся, но в ходе выборов 1990 г. ее не получила. В целом формирование политических партий приняло, как мало где в Восточной Европе, крайне взрывной характер. Ко времени назначенных на апрель, а затем перенесенных на 20 мая 1990 г.президентских и парламентских выборов число зарегистрированных партий достигло 88. Можно сказать, что в сложившемся к тому времени политическом спектре акцент в целом был смещен вправо, хотя большинство сколь-нибудь влиятельных партий склонны были считать себя центристскими. Возникновение огромного для небольшой страны количества па-ртий, вероятно, закономерно в обществе, пытающемся перейти от тоталитарной диктатуры к той или иной форме демократии. Здесь прежде всего появилась реакция на внезапное исчезновение силы, подавляющей политический и идеологический плюратизм и навязы-вающей искусственное единство, а также на отсутствие в периоддиктатуры каких-либо форм общественной самоорганизации. Однако нельзя забывать, что в основе множественности партий на этом этапе лежали не столько различия в реальных объективных инте-ресах социальных групп, сколько личные устремления, амбиции по-литических деятелей. Кроме того, в условиях Румынии взрывной характер образования политических партий и формирований был обусловлен в немалой степени тем, что оказавшийся у власти ФНС, стремясь в полной мере использовать благоприятную для себя си-туацию, назначил кратчайшие сроки для подготовки к президентс-ким и парламентским выборам. В период с момента создания ВСНС как своеобразного минипар-ламента до парламентских выборов в Румынии едва ли можно было говорить о подлинной демократии или функционирующей политичес-кой системе плюралистического типа, хотя формально существова-ли практически все элементы того и другого. Политологический анализ происходивших в Румынии событий свидетельствовал, чтодиктатура номенклатурного слоя не канула в Лету, а лишь видои-зменилась. Собственно говоря, она вообще никуда не уходила. Очень быстро обнаружилось, что новая власть (здесь речь не идето намерениях лидеров ФНС) руководствовалась в своих заявлени-ях и мероприятиях не столько демократическими убеждениями, ско-лько соображениями конъюнктуры.Сам переворот конца 1989 г. былнаправлен не против власти номенклатуры как таковой, а явился, в сущности, результатом ее раскола и был в немалой степени эле-ментом мимикрии, способом приобретения номенклатурой новой ле-гитимности. Подлинная демократия, разумеется, не была и не могла быть целью номенклатуры, поскольку работала бы против ее интересов. Элементы демократии в Румынии пробивали себе дорогу лишь пото-му, что ни внешние, ни внутренние условия уже не позволяли по-мешать их возникновению. Из-за потери тотального контроля но-менклатуре оставалось лишь включиться в жизнь в создающейся демократической среде, по возможности придавая ей приемлемый для себя вид. Свержение верхушки тоталитарного режима дало же-ланную возможность номенклатуре, особенно той ее части, кото-рая вполне осознала неизбежность грядущих перемен, лишить ихрадикальности, дозировать их с тем, чтобы успеть реализовать свою сверхзадачу — приватизировать государственную собствен-ность и тем самым адаптироваться к жизни при ином общественно--политическом строе.

Развернувшаяся политическая борьба при всей кажущейся ее отстраненности от указанной проблемы в конечном счете отражалаборьбу за решение судьбы общественной собственности, котораяпри социализме хотя и существовала в виде государственной, но использовалась бюрократией в качестве корпоративной собствен-собственности. В новых условиях речь шла уже о том, как разде-лить эту собственность и присвоить ее на законных основаниях. Упомянутое ранее создание ВСНС было, конечно, попыткой вве-сти политическую борьбу в более мирное русло. Однако в целом оно не дало ожидаемого результата. Основной смысл этого меро-приятия свелся к тому, чтобы фактически завуалировать и леги-тимизировать доминирование ФНС в этом органе верховной власти, которое вполне справедливо воспринималось оппозиционными сила-ми как незаконное. Ввиду неуступчивости ФНС и отсутствия действенного механиз-ма регулирования и разрешения политических разногласий в рам-ках ВСНС оппозиции пришлось неоднократно прибегать к «уличной демократии», чтобы оказать давление на власти. Об остроте по-литической напряженности свидетельствуют, например, проводив-шиеся с 22 апреля по 13 июня 1990 г. в центре Бухареста бес-прерывные антикоммунистические митинги и акции протеста, напра-вленные против ФНС и правительства. Характерно, что даже результаты президентских и парламентс-ких выборов, на которых победили ФНС и лично Илиеску, избран-ный на пост президента Румынии, не погасили накала страстей. Новое руководство, до выборов стремившееся избегать острой ре-акции на происходившее, после получения мандата на выборах ре-шилось на репрессивные акции против демонстрантов, вызвав сто-лкновения. Оружием толпы на переполненных автотранспортом улицах горо-да стала бутылка с бензином. Страшная разрушительная сила это-го оружия особенно сильно проявилась в мае 1990 г, в «пик» со-бытий на Университетской площади. В ночь с 13 на 14 мая толпы оппозиционно настроенных горожан, среди которых было много цы-ган, окружили румынское телевидение с требованием добиться «гласности». Не получив доступа к «открытому микрофону», толпастала штурмовать здание. Румынское телевидение представляет собой многоэтажную баш-ню, на крыше которой стоит антенна. Перед зданием — газоны, кое--где кусты, в общем, открытая территория. Толпа со всех сторонокружила этот куб из стекла и бетона, внутри которого запер-лись в ожидании штурма полицейские и малочисленная группа де-сантников. Был взломан пункт приема стеклотары, расположенныйпоблизости. На угнанных грузовиках откуда-то из центра также привезли пустые бутылки. Патрули из добровольцев тормозили все проезжающие машины и заставляли водителей сливать бензин. Тем, кто оказывал сопротивление или пытался уехать, пробивали заос-тренными железными палками бензобаки, крошили лобовые стекла и фары. Залитые «зажигалки» перетаскивали на линию огня прямо вящиках. С нескольких этажей толпу пытались отогнать водяными струя-ми из брандспойтов, чего явно было недостаточно. Метание «за-жигалок» выглядело следующим образом: осажденный объект был разделен на сектора, выбирались наиболее уязвимые места — под-валы, складские помещения, технические комнаты. Отдельные не-заметные люди руководили толпой, показывали нужные окна.В ата-ку шли три цепи нападающих. Первая выбивала камнями стекла, другая метала «зажигалки», остальные подносили ящики с приго-товленными бутылками, камнями, выполняя роль тыла. Шумными во-згласами восторга толпа приветствовала меткое попадание, а «че-мпион», как футболист, забивший гол, поднимал руки. Туда, где разгорался пожар, методически подкидывали новые бутылки — дляподдержания огня. А в это время первая цепь не давала пожарни-кам тушить пламя, отгоняя их камнями внутрь здания. Что же пе-режили за эти часы полицейские, журналисты, техники, находив-шиеся внутри здания? «Мы предпочли бы сгореть в здании теле-центра, чем быть забитыми до смерти толпой»,- признались потомотдельные работники телевидения. Подоспевшие вскоре армейские части, которые, как потом вы-яснилось, были вообще не в курсе происходящих в Бухаресте со-бытий, не дали окончательно сжечь телецентрЖ без единого выс-трела, в считанные минуты, разогнали толпу по соседним улицам. Многие из пойманных участников штурма пытались доказать свою непричастность к событиям, но солдаты требовали протянуть руки — запах бензина разрешал все сомнения. Правительство вновь (как и в феврале 1990 г. при схожих об-стоятельствах) обратилось за помощью к шахтерам. Они прибыли в город уже на рассвете и направились к зданию правительства длязащиты его от оппозиционно настроенных бунтовщиков.Грозным ва-лом прокатились они утром по всему городу, разъезжая на самос-валах, наводя страх и ужас на горожан, арестовывая и избивая всех подозрительных. Два молодых человека были избиты в кровь стальными прутьями лишь потому, что какая-то старуха заявила, что они студенты. В течение двух дней шахтеры были полновласт-ными хозяевами города. Наводя «порядок», они разгромили штаб-квартиры ряда оппозиционных партий и независимых изданий. Осуждение этих действий румынских властей Западом и рядом бывших социалистических стран, последовавшие вслед за этим эко-номические санкции со стороны США и ЕС показали, что мировоесообщество не принимает методов борьбы ФНС со своими политиче-скими противниками. ФНС вынужден был перейти к достижению сво-их целей более демократическим путем. Положительным результатом указанных драматических и даже трагических событий явилась несколько большая сдержанность ос-новных участников политического процесса. Кроме того, благода-ря президентским и парламентским выборам политическая борьбахоть отчасти вошла в рамки более цивилизованных, парламентскихпроцедур.

Президентом Румынии стал Ион Илиеску, получивший 87% голо-сов избирателей. Илиеску родился и вырос в Олтенице, в семье рабочих-железнодорожников. В 1944 году его отца исключают из коммунистической партии из-за разногласий с тогдашним лидером Георгиу-Дежем. В том же 1944 году Ион вступает в Союз коммуни-стической молодежи. Он прилежно учится, поступает в Бухарестс-кий политехнический институт. Как одного из лучших студентов, его посылают в Московский энергетический институт (факультет гидроэнергетики).В 1955 году молодой специалист приходит в Ру-мынский институт исследований и проектирования в области энер-гетики инженером-проектировщиком. И только накопив знания, жи-зненный опыт, И.Илиеску соглашается на освобожденную комсомо-льскую и партийную работу. Его избирают первым секретарем СКМ. Уже тогда Илиеску начал работать в том направлении, которое в итоге отдалило его от номенклатуры. В 1971 году его назначают секретарем ЦК РКП по делам пропаганды. Начинается его скрытое для многих противостояние с Чаушеску. Он выходит из доверия, становится директором технического издания. Снова на политиче-ской арене Илиеску появился лишь во время декабрьской револю-ции 1989 г. Расстановка политических сил в стране после выборов оста-лась, в сущности, той же, что и в период подготовки к ним, т. е. неблагоприятной для оппозиции. Это достаточно наглядно ил-люстрирует распределение мандатов в парламенте, состоящем издвух палат: Собрания депутатов (387 чел.) и Сената (119 чел.).ФНС получил в них соответственно 263 и 92 места, Демократичес-кий союз румынских венгров — 29 и 12, НЛП — 29 и 9, Экологиче-ское движение Румынии — 12 и 1, НЦХДП — 12 и 1, Партия нацио-нального единства румын Трансильвании — 9 и 2, Демократическаяаграрная партия Румынии — 9 и 0, Социал-демократическая партия Румынии — 2 и 0. Остальные места разделили между собой другиепартии и независимые кандидаты. Ряд парламентских партий уже охарактеризованы. Но, как мож-но видеть по результатам выборов, в Румынии есть и другие до-вольно влиятельные силы. Прежде всего это Демократический союзрумынских венгров (ДСРВ). Он был создан 25 декабря 1989 г. и включил в себя практически все политически активное венгерское национальное меньшинство. Задачи и цели ДСРВ обусловлены поло-жением венгерского населения как национального меньшинства — это требования развития образования, культуры, науки на родном языке, использование венгерского языка в судопроизводстве и вработе местных органов власти, создание условий для расширениясвязей и контактов с другими частями венгерской нации. Предсе-дателем партии был избран Д.Геза. Экологическое движение Румынии (ЭДР) возникло в первые не-дели после падения диктатуры Чаушеску (председатель ЭДР -Т.Ма-йореску). Девиз движения — «Чистый человек, чистая страна, чис-тый мир». В целом ЭДР поддержал ФНС, но борется и за свои спе-цифические цели — защиту окружающей среды, борьбу с любыми за-грязнениями, экологически грамотное хозяйствование, защита па-мятников природы, истории, культуры. ЭДР выступает также за по-литику открытости, диалога с любыми народами, против насилия инетерпимости, за соблюдение прав человека и сокращение воору-жений, вплоть до их полной ликвидации. Партия национального единства румын Трансильвании была соз-дана 15 марта 1990 г. как оппонент ДСРВ для отстаивания инте-ресов румын Трансильвании. Платформа этой партии перекликается с принципами союза «Ватра ромыняскэ» («Румынский очаг»), частьчленов которого в известной мере заражены антивенгерскими нас-троениями. Сам факт быстрого появления в Трансильвании двух партий, отстаивающих интересы представителей двух национально-стей, свидетельствует об очень непростой ситуации в этом реги-оне. Обострение межнациональных отношений стало печальной за-кономерностью стран, переходящих от тоталитарных режимов к де-мократии. Демократическая аграрная партия Румынии (ДАПР, председаль -В.Сурду) с самого начала рассчитывала на поддержку работников сельского хозяйства, пищевой промышленности, лесного и водногохозяйства, производственной и потребительской кооперации на се-ле. Если судить по результатам выборов, то эти расчеты оправ-дались. В основу своей деятельности партия положила принципыдемократии и фундаментальных свобод. Она рассматривает румынс-кую деревню как базу для возрождения национальной экономики, требует передачи земли тем, кто ее обрабатывает, экономическойи политической поддержки всех граждан (особенно молодежи), же-лающих вернуться в деревню. В отличие от ЭДР Румынская экологическая партия (председа-тель — Ю.Дрэгич) сразу заявила о своей полной независимости отФНС. Что же касается общеэкологических целей, то они у этихдвух политических сил, естественно, во многом схожи. Выдвигаемые цели и задачи отражены в названии Румынской де-мократической социалистической партии (председатель — М.Кырчу-мэреску). При этом сторонники партии отдают приоритет развитиюличности, индивида, укреплению его прав. Заслуживает внимания и Социалистическая партия труда, обра-зованная путем слияния осколков РКП и вновь созданной Демокра-тической партии труда. Она выступает в качестве внепарламентс-кой левой оппозиции. Возглавил партию один из бывших деятелейрежима Чаушеску — И.Вердец. ГЛАВА 10. ТРУДНОЕ НАЧАЛО ЭКОНОМИЧЕСКИХ РЕФОРМ. Победа ФНС на выборах, по существу, означала, что коммунис-ты получили шанс попытаться вывести страну из глубочайшего кризиса, в который она была ввергнута благодаря политике их прежнего руководства. Сама судьба ФНС стала полностью зависетьот успешной реализации экономических и политических реформ встране, глубоко пораженной тоталитаризмом. В борьбе между различными концепциями развития в посткомму-нистический период в качестве основных альтернатив выделилисьсоциал-демократическая и либерально-демократическая тенденции, не очень отличающиеся друг от друга. Социал-демократическая программа ФНС вобрала в себя многие элементы либерально-демок-ратической концепции переустройства общества. Более того, эво-люция правительства ФНС в сторону либерализма оказалась стольстремительной, что буквально застала врасплох исторические па-ртии национал-царанистов и национал-либералов. Возглавлявшиепарламентскую оппозицию лидеры национал-либералов вынуждены были критиковать кабинет П.Романа не за существо предлагавших-ся мер, а лишь по поводу методов и темпов преобразований. Следует отметить, что с момента падения диктатуры ни одна политическая партия — как из союзниц ФНС, так и из среды оппо-зиции — не смогла противопоставить платформе ФНС сколько-ни-будь существенно отличающуюся программу. Разногласия между ФНСи оппозицией существовали не столько в сфере программных целей, сколько в вопросе об отношении к коммунистам, прежде всего к номенклатурным кадрам старого режима. Другими словами, речь всегда шла лишь о том, кто имеет моральное право на власть в стране. С этим был связан и острый вопрос о нелигитимности но-вой власти. Результаты выборов 1990 года не могли не сказаться на поли-тической жизни страны и на положении как внутри правящего ФНС, так и в оппозиционных партиях. Что касается последних, то дос-таточно, например, указать на раскол в НЛП, в результате кото-рого образовалась НЛП-Молодежное крыло. В НЦХДП произошел вну-тренний конфликт между руководством и молодыми членами партии, вследствие которого от НЦХДП отделились независимая НЦХДП (сцентром в городе Крайова), Национал-царанистская партия и На-ционал-царанистская партия — Линия Маниу-Михалаке. Произошел раскол Фронта Национального Спасения. Массовое движение «Гражданский форум», объединившее в своих рядах отко-ловшуюся от ФНС интеллигенцию, на своем первом съезде было преобразовано в партию под тем же названием (ФНС). Лидером ФНС остался премьер-министр Петре Роман. Эта партия объединила сторонников радикальных реформ. Левое крыло во главе с президентом Ионом Илиеску вышло изФНС. Появилась новая очень влиятельная партия — Демократичес-кий Фронт Национального Спасения. Ряд партий объединились в оппозиционную Конвенцию за уста-новление прав человека, позднее переименованную в Демократиче-скую конвенцию. В течение 1990-1991 гг. в Румынии произошли заметные пере-мены в политической сфере. Установилась демократия в рамках многопартийной политической системы. Политический плюрализм встране возник в основном за счет дробления бывшей РКП на мел-кие партии. В конце июня 1990 г. на совместном заседании сената и пала-ты депутатов был одобрен состав кабинета министров.Премьер-ми-нистр Петре Роман изложил программу правительства, рассчитан-ную на 2 года. Повсеместно ощущалась нехватка продовольствия, электроэнер-гии, с перебоями работали предприятия.Правительство Романа на-меревалось решать возникшие проблемы путем радикальных эконо-мических реформ, базирующихся на децентрализации экономики, приватизации, привлечении иностранного капитала, предоставле-нии льгот предприятиям, продукция которых ориентируется на за-просы рынка. Был принят закон о приватизации.

Конфискованные после 1945 года дома, квартиры, земля (не более 10 га) возвращались преж-ним владельцам, или им выплачивалась денежная компенсация. Го-сударственные предприятия преобразовывались в акционерные кор-порации. Но этот переход от социализма к капитализму был очень болезненным. Осуществляя перевод экономики на рыночные отноше-ния, правительство столкнулось со значительными трудностями. Либерализация экономики привела к росту цен (за исключени-ем двух десятков наименований товаров первой необходимости). К январю 1991 уровень инфляции достиг 200-300%. По сравнению с 1989 годом производство в 1990 году, по официальным данным, упало на 26%, а по мнению председателя Национал-либеральной па-ртии Раду Кымпяну — более чем на 50%. Число безработных дости-гло 500 тысяч. В газетах постоянно появлялись все новые и новые сообщения о хищениях машин и квартирных кражах, грабежах и убийствах вБухаресте. «Обычные последствия бедности», — так объясняла си-туацию столичная полиция. Плрожденный нуждой цинизм двигал мо-лодыми парнями, которые с наступлением темноты грабили на ули-цах беззащитных стариков. Этот же цинизм двигал и родителями, которые посылали несовершеннолетних дочерей в дорогие отели для иностранцев, чтобы те своим телом добывали вожделенную ва-люту. Курс на приватизацию и либерализацию цен вызвал народные волнения. 25 сентября 1991 года четыре тысячи шахтеров из долины Жиу-луй, самовольно захватив два пассажирских поезда, прибыли в Бу-харест, чтобы встретиться с премьер-министром страны Петре Ро-маном. Еще раньше горняки приглашали лидера к себе на «крепкуюбеседу», чтобы познакомить его со своим уровнем жизни в усло-виях либерализации цен. Премьер отказался, сославшись на неот-ложные дела, да и к тому же за год до этого шахтерам была зна-чительно увеличена заработная плата. Тогда горняки сами прибы-ли в столицу, чтобы жечь и штурмовать то самое здание своегоправительства, которое они год назад отчаянно защищали. Шахтеров ждали в Бухаресте, и слух о том, что первые отряды с минуты на минуту прибывают на железнодорожный вокзал Беняса, быстро полетел по городу. Начали пустеть улицы, люди в спешке перепарковывали с тротуаров во внутренние дворы и гаражи свои автомашины. Полицейские нервничали. В воздухе Бухареста запах-ло психологической гарью предстоящих беспорядков. Кто-то из шахтеров, недовольный общим тоном газеты «РомынияЛиберэ», пообещал в одном из телевизионных интервью «выяснить отношения» с газетой по дороге в город. По всей видимости, этоозначало разгром редакции и избиение ее сотрудников. Получив информацию о том, что шахтеры прибыли на вокзал, журналисты по-ставили все вверх дном: кто прятал в массивные сейфы компьюте-ры, кто лихорадочно спешил перегнать свою автомашину в безопа-сное место, подальше от редакции. Четыре тысячи рабочих встречал отряд всего в полсотни поли-цейских — значит, им разрешили войти в город. О том, что шах-теры настроены агрессивно, уже знали, по дороге они разнесли в пух и прах железнодорожный вокзал в одном небольшом городе, разгромив попутно несколько частных магазинов. Чумазые, в горняцких касках с фонариками, в черных комбине-зонах и резиновых сапогах, окруженные своими же активистами, следившими за порядком, они шутили и огрызались на вопросы ре-портеров. В ожидании прибытия второго поезда по команде лиде-ров они послушно сели на перроне, уверенные, сознавая свою си-лу. «Мы настроены решительно и не уйдем из столицы, пока не будут удовлетворены наши политические и экономические требова-ния»,- отвечали они журналистам, поигрывая перед камерами пал-ками и стальными прутьями. Кто-то мелом написал на вагоне:«Пе-тре Роман, спускайся к нам в забой, от тебя будет больше поль-зы там, чем в кресле премьер-министра!»

После прихода второго поезда колонны горняков организованнопрошли пешком в центр города, оставив без внимания опустевшуюредакцию газеты «Ромыния Либерэ».Шахтеры расположились на пло-щади Виктория и устроили сидячую забастовку перед зданием пра-вительства. В считанные часы они обросли толпами жителей Буха-реста. Так начиналось это — в первые часы еще мирное — проти-востояние власти и народа, вызванное процессом либерализациицен. Снова произошел штурм телецентра. После неудавшейся попыткизавладеть домом правительства на площади Виктория отряды шах-теры переместились в район телевидения и несколько часов осаж-дали его. Они были менее организованны, чем их предшественникис Университетской площади, но более смелы и настойчивы. Все таже территория снова стала ареной уличных гражданских боев. Отличительная деталь: полиция и части специального назначе-ния снова не применили против возмутителей спокойствия огнест-рельного оружия. Почему? Да потому, что это означало бы полнуюдискредитацию существующего режима. Если бы такое произошло, тона общем демократическом фоне правительству Румынии не остава-лось бы ничего другого, как подать в отставку. Один полицейс-кий сказал тогда: «Я сдал автомат и не завидовал сам себе, ког-да стоял со щитом и дубинкой.Я очень боялся быть оторванным от своей цепи. Мне пришлось на себе испытать эту „ахиллесову пя-ту“ демократии. В этот раз для борьбы с шахтерами в Бухаресте применили ис-пытанное западными демократиями оружие — »хлопушки" и слезото-чивый газ.Когда толпа с «зажигалками» наготове приближалась на опасно близкое расстояние к цепи полицейских, охранявших объ-ект, в ее ряды по команде выбрасывались специальные взрывпаке-ты, разрывавшиеся с большим грохотом, но не причинявшие телес-ных повреждений. Звуковой эффект вызывал инстинктивное чувство страха. Использовались и капсулы со слезоточивым газом, выст-реливаемые из специальных приспособлений, по мнению специалис-тов, обычного раздражающего действия, без нервно-паралитичес-ких компонентов. Сначала на узких улицах Бухареста газы отбросили горняков, но вскоре атакующие разобрались в механизме воздействия вещес-тва на организм. Выяснилось, что газ вызывает сильное слезовы-деление, раздражая не столько глаза, сколько носоглотку. Тогдарабочие использовали смоченные водой носовые платки, чтобы ды-шать через них. Пострадали же в основном жители данного района. Газ тяжелее воздуха, и поначалу даже не придаешь особого значения шипящим и крутящимся на асфальте цилиндрикам. Но постепенно газ выте-сняет воздух и начинает подниматься, доходит через какое-то время до головы, начинает сильно щипать глаза. Инстинктивно хо-чется проморгаться, вытереть глаза, но этого нельзя делать, слезы потекут ручьем, и тогда становишься полуслепым, полубес-помощным, как маленький ребенок. Газ осел в низинах, и жите-ли близлежащих домов, живущие на первых этажах, на несколько дней были вынуждены перебраться в другое место, пока газ не рассеялся. Долго еще, проезжая это место на машинах, люди бы-ли вынуждены закрывать окна. В рукопашных схватках с полицейскими шахтеры применили изо-бретенное ими еще год назад оружие — полутораметровые металли-ческие палки, нарубленные из толстого стального троса. Гибкая, в чем-то использующая эффект штурмовой полицейской дубинки, эта«палица» способна перебить позвоночник человека даже в броне-жилете. В качестве другого оружия шахтеры использовали также дорож-ностроительную технику — бульдозеры, гусеничные экскаваторы, просто грузовики.Разогнав многотонные махины, их как таран на-правляли на здание, попутно поджигая.Под прикрытием таких сво-еобразных танков-крепостей шли на штурм. Среди шахтеров было немало стариков, пенсионеров, инвалидов.Либерализация цен больно ударила по их карманам. Не в силах участвовать в боях с полицейскими, они разбирали руками булыж-ную мостовую. Многое еще можно было бы рассказать об ужасах этих граждан-ских беспорядков, главная побудительная причина которых заклю-чалась в экономической политике государства. Чего же добились шахтеры в результате своего похода на сто-лицу? По большому счету — ничего. Их политическое требование об отставке премьер-министра, представлявшего, по мнению неко-торых из них, интересы французского и израильского капитала в стране, было в конце концов удовлетворено. Он ушел с занимае-мого поста, но не спустился в забой, как они хотели, а осталсялидером Фронта Национального Спасения. Кресло премьер-министра занял Теодор Столожан, продолживший экономическую политику поранее намеченному плану, в том числе и либерализацию цен. Одиншахтер из долины Жиулуй уже после событий сказал в телеинтер-вью: «Если бы я знал заранее, каких результатов мы добьемся, низа что бы не отправился в Бухарест». И все-таки правительство пошло на отдельные социальные уступки в отношении шахтеров, учитывая тяжелые условия труда под землей и во многом неустро-енный их быт.

ГЛАВА 11. ВЫБОРЫ.

На 9 февраля 1992 года были назначены выборы в местные ор-ганы власти. Румыния подошла к ним в труднейшей обстановке. Зима обрушила на людей невыносимую стужу. В условиях энер-гетического кризиса это означало подрыв экономики и ухудшениеусловий жизни людей. За прошедшие после свержения Чаушеску годы реальные доходынаселения уменьшились на 20%. Сто раз приходилось подумать че-ловеку, прежде чем купить килограмм картофеля, лука или газе-ту. Однако если в магазине и на городском базаре превалировалпессимизм, то среди парламентариев, журналистов, политиков на-строения были не столь мрачными, хотя и они не снимали от хо-лода пальто даже в своих кабинетах. Здесь они не только дели-лись своими впечатлениями от длинных очередей, переполненных автобусов, замков, повешенных на воротах многих предприятий, больших и малых. Появились вполне конкретные данные, которыесвидетельствовали о том, что лед на реке приватизации все-такитронулся. Усилилась активность различных политических партий в пред-дверии выборов. Демократы, боясь проиграть выборы, пошли на по-литический шаг, который еще сильнее накалил обстановку в стра-не. Центральная избирательная комиссия отказалась зарегистри-ровать Румынскую социалистическую рабочую партию для того, что-бы она смогла участвовать в выборах. Это решение было мотивировано тем, что РСРП, по мнению ЦИК, стала «повторением Румынской коммунистической партии в новыхусловиях». Но РСРП была полна желания способствовать процессудемократических преобразований, выходу Румынии из экономичес-ких трудностей. РСРП имела авторитет в широких массах. Блокадаи дискриминация РСРП привели к сокращению уже существующего демократического пространства. Руководство РСРП обратилось к правосудию. Но районный суд Бухареста принял решение: Румынская социалистическая рабочая партия не может участвовать в выборах. Острота предвыборной борьбы порой настораживала и даже вы-зывала страх. Ведь почти 140 политических партий, разбившись на коалиции, блоки, группировки, вели ожесточенную борьбу за то, чтобы посадить своих выдвиженцев в кресла руководителей город-ских и сельских администраций. Всего «кресел» — 42951, а пре-тендентов на них было около 140 тысяч. Подавляющее большинство из 16,6 миллиона румынских избира-телей выполнили свой гражданский долг — опустили бюллетени навыборах в местные органы власти.А ведь до последнего дня передвыборами авторы прогнозов за малым исключением говорили об апа-тии в обществе, резком снижении политической активности румын.Но оказалось, что ни холод в квартирах и домах, ни рост цен, нибезработица не сковали дух, не нейтрализовали политическую эне- ргию людей. А может быть, именно эти факторы, то есть отчаяние вместе с надеждой на то, что к власти на местах придут люди, которые вылечат страну, вдохнули огонь активности? Главным оппонентом правящего Демократического Фронта Нацио-нального Спасения выступила Демократическая конвенция, состоя-щая из 14 партий. В Бухаресте кандидат от Демократической кон-венции набрал 40% голосов, а его соперник от ДемократическогоФронта Национального Спасения — 30%. Но в других городах и на селе ситуация была другой. Хотя ДФНС одержал общую победу, пе-риод его монополии на власть кончился.

В сентябре состоялись парламентские выборы. Обе ветви ФНСучаствовали в них как отдельные партии. Некоторые политическиеформирования Румынии включили в списки кандидатов в члены па-рламента граждан Республики Молдова. По спискам Демократичес-кого фронта национального спасения в сенат Румынии баллотиро-вался молдавский поэт Григоре Виеру.В румынский парламент про-шли лидеры Христианско-демократического народного фронта Мол-довы М.Друк и Ю.Рошка, активные сторонники этого движения поэ-тесса Л.Лари и Н.Дабиж, а также бывший министр обороны Молдовы И.Косташ. До выборов им было предоставлено румынское гражданс-тво. Демократический фронт национального спасения выиграл выборыв парламент. ДФНС завоевал в Собрании Депутатов 117 мест из 340, а в Сенате — 49 из 143 (Демократическая конвенция соотве-тственно 82 и 34). Осенью прошли и президентские выборы. Они прошли в два ту-ра. Первый тур был отборочным. После его окончания борьбу запост главы государства должны были продолжить двое. Главным соперником Иона Илиеску, представителя Демократиче-ского фронта национального спасения, был кандидат Демократиче-ской конвенции Румынии, 53-летний ректор Бухарестского универ-ситета Эмиль Константинеску. Козырей у него было немало. Глав-ный — он не нес ответственности за экономические трудности, пе-реживаемые страной, в том числе за 50-процентное повышение ро-зничных цен, которое было осуществлено незадолго до выборов. Свою кандидатуру выдвинул бывший глава правительства Молда-вии Мирча Друк. Экс-премьер, кандидат сначала от экологическо-го движения, а потом как независимый пытался сделать президен-тскую карьеру на обещаниях присоединить Молдову к Румынии. Нооказалось, что румынам Молдовы мало.

Монархисты рассчитывали на экс-короля Михая. Но он смалоду-шничал, отказался от гонок за президентство, чем, естественно, ослабил правых. Вперед же вышел Ион Илиеску. Хотя против него пустили в ход мощнейшие пропагандистские орудия не только в самой Румынии, нои за рубежом. Договорились до того, что кандидата от Демокра- тического фронта национального спасения объявили «советским агентом». Но Илиеску выиграл первый раунд. Илиеску не только предлагал программу выхода из экономичес-ких тупиков — он что-то конкретно делал для этого. Больше то-го, мужественно принимал упреки в том, что многое не получает-ся. Но ведь реформы — не усыпанная розами дорога в рай. Важный фактор — это поддержка Илиеску многими членами Соци-алистической рабочей партии. Вот почему такой сильный против-ник, как П.Роман, лидер Фронта Национального Спасения, чей ка-ндидат не вошел в первую двойку, с горечью и досадой заявил:«Очень грустно, но самой влиятельной партией в Румынии остает-ся коммунистическая!» Во втором туре президентских выборов Ион Илиеску набрал 60%голосов избирателей.За Эмиля Константинеску проголосовали 40%.В выборах приняло участие около половины из 16 млн. избирате-лей. Противники Илиеску решили, что он обвел их вокруг пальца, сфотографировавшись с Майклом Джексоном. Эти снимки, превра-щенные в красочные плакаты, сразу оттеснили на задний план пор-треты Э.Константинеску. -Надо было пригласить Софию Ротару спеть что-нибудь в штаб--квартире Демократической конвенции, — задним числом рассуждалодин из ее деятелей, — тогда чаша весов по крайней мере выров-нялась бы. Что и говорить, Майкл Джексон помог Илиеску. Часть молодежине могла сказать «нет» человеку, принявшему ее кумира. Но, ду-мается, если бы Ротару согласилась, а Джексон заболел и объе-хал Бухарест стороной, ясно: верх все равно одержал бы ДФНС.Конечно, личное обаяние, зрелость и мудрость (3 марта 1993 го-да Илиеску исполнилось 63 года), крепкое здоровье, умение вес-ти диалог, эрудиция и выдержка сыграли свою роль. Илиеску поставил и вел себя так, что на него смотрели как намост между прошлым и настоящим, как на нужного человека в нуж-ное время.

ГЛАВА 12. «ПРОФСОЮЗНЫЙ ТЕРРОРИЗМ» И КОРРУПЦИЯ.

Экономическая ситуация в стране все ухудшалась и ухудшалась.Крупные предприятия не могли найти потребителей своей продук-ции. Росла безработица. В какой-то мере смягчала это положениевозможность создать свое небольшое дело: открыть часовую мас-терскую, прачечную, столовую, парикмахерскую.В Румынии все бо-льшую роль стал играть мелкий и средний бизнес, который стал бурно развиваться после принятия в январе 1990 г. декрет-зако-на «Об экономической деятельности на основе свободной инициа-тивы». Но появление мелких частных и акционерных предприятий, конечно же, не могло решить всех проблем румынской экономики. Всемирный банк отказал Румынии в получении заключительнойвыплаты по займам примерно в 150 миллионов долларов. В качест-ве причины было названо неблагоприятное состояние экономикистраны. Либерализация цен, дифференциация доходов отдельных граж-дан и энергетический кризис вызывали недовольство многих слоевнаселения. Румынское правительство стало подвергаться резкой критике левых и националистических партий. В этих условиях си-льные профсоюзные движения решились на забастовки. 10 декабря 1992 г. в Бухаресте и остальных уездных центрахне вышла ни одна из 1300 с лишним газет. Причина тому — 24-ча-совая забастовка, которую провели работники более 20 типогра-фий. Главным требованием было повышение заработной платы в двараза. «Пик» забастовок пришелся на август 1993 года. Сначала за-бастовали шахтеры крупнейшего угледобывающего региона РумынииВаля Жиулуй. Почти 10 дней вся страна с тревогой следила за тем, как ра-зворачивался в Валя Жиулуй трудовой конфликт между горняками иправительством. С тревогой не только потому, что от работы 46тысяч шахтеров этого угледобывающего бассейна зависит обеспе-чение теплом граждан зимой, но и потому, что за горняками Валя Жиулуй давно закрепилась в Румынии репутация бунтарей. Так, после декабрьских событий 1989 года они в сложные для страны политические моменты трижды совершали «походы на Буха-рест, сопровождавшиеся избиением мирного населения, столкнове-ниями с полицией, хулиганскими выходками. Да и в этот раз ли-дер горняков председатель Лиги шахтерских профсоюзов Мирон Ко-зма вновь пытался припугнуть правительство Румынии очередным „походом на столицу“. Однако кабинет министров проявил твер-дость и с самого начала расценил требования шахтеров увеличить среднюю зарплату до 268 тысяч лей, что в 3 раза превышало сре-дние заработки по стране, как чрезмерные. Используя электронные средства массовой информации, кабине-ту министров удалось доказать населению, что требования шахте-ров выглядят просто возмутительными по сравнению с доходами остального населения Румынии. В итоге правительство смогло не только расколоть шахтерскую лигу М.Козмы, из которой вышло не-сколько горняцких профсоюзов, но и сплотило против забастовщи-ков практически все политические силы Румынии. В результате в ходе состоявшихся 10 августа переговоров Лига шахтерских проф-союзов была вынуждена согласиться с предложенной премьер-мини-стром Румынии Н.Вэкэрою тарифной ставкой 166 тыс. лей. А с ка-ждым горняком отныне стал заключаться индивидуальный трудовой договор. Однако с завершением девятидневной шахтерской стачки, каж-дый день которой, по данным агентства Рейтер, обходился стране в 600 тысяч долларов, испытание для кабинета министров не за-кончилось. Вслед за горняками всеобщую забастовку объявили ма-шинисты румынских железных дорог, которые также потребовали по-вышения зарплаты. И на этот раз правительство не было намерено идти на поводуу избирателей. Власти страны сразу же подали в суд на федера-цию профсоюзов машинистов. Характеризуя волну забастовок в Ру-мынии, министр труда и социальной защиты Д.М.Попеску заявил, что Румыния столкнулась не с профсоюзной борьбой, а с „профсо-юзным терроризмом“. Если в первые дни забастовки в сообщениях румынского радио и телевидения отмечалась частичная блокада железных дорог, то к шестому дню стачки, заявил министр транспорта Паул Теодору,»забастовка парализовала все железнодорожные центры страны, включая международное пассажирское и грузовое сообщение". Так, блокированным оказался мост «Дружбы», связывающий Ру-мынию с Болгарией. На территории Венгрии скопились сотни ваго-нов, включая вагоны со скотом, которые должны были проследо-вать транзитом в Иран. Под угрозой остановки оказалось немало румынских предприятий, грузы сырья и комплектующих для которыхзастряли на неизвестное время в пути. На железнодорожных вок-залах скопились тысячи пассажиров, которые в разгар сезона от-пусков вместо побережья Черного моря и альпийских лугов Карпатвынуждены были «загорать» у закрытых билетных касс, внося до-полнительную нервозность и в без того накаленную забастовкойобстановку. О том, что накал страстей был достаточно высоким, свидете-льствует и тот факт, что неизвестные пригрозили даже взорватьжелезнодорожный вокзал в Брашове. К счастью, угроза оказалась ложной. Взрывного устройства обнаружить не удалось. Однако этоподтвердило слова министра труда и социальной защиты Д.М.Попе-ску, что Румыния столкнулась с настоящим «профсоюзным террори-змом». Профсоюз машинистов поездов никак не отреагировал на вер-дикт Верховного суда Румынии отложить проведение забастовки до31 октября и сесть за стол переговоров. Требование же железно-дорожников увеличить зарплату с самого начала было расценено кабинетом министров как чрезмерное, а сама стачка объявлена не-законной. Премьер-министр Николае Вэкэрою заметил в этой свя-зи, что машинисты поездов уже имеют среднемесячную зарплату в180 тысяч лей, что в два раза превышало средние заработки по стране. Он сказал, что дальнейшее ее повышение может толькоподстегнуть уровень инфляции, которая, по данным агентства Ре-йтер, на момент забастовки составляла 230%, подорвать теряющуюсилу национальную валюту, вызвать новый виток роста цен, что вцелом может привести экономику Румынии на грань катастрофы. Президент Румынии Ион Илиеску провел четырехчасовые пере-говоры с лидерами бастовавшего профсоюза. Тем не менее эти пе-реговоры ничего не дали. Призыв главы румынского государствапрекратить стачку и возобновить работу поддержал лишь один из лидеров профсоюза машинистов Иоан Влад. Однако его коллеги по профорганизации тут же обвинили И.Влада в предательстве их ин-тересов. Забастовка вошла в новую стадию после того, как свыше двух-сот железнодорожников в Яссах на северо-востоке Румынии объя-вили забастовку. Сложившуюся ситуацию в стране премьер-министр Румынии Нико-лае Вэкэрою расценил как «чрезвычайно сложную», потребовав вультимативной форме прекратить стачку и приступить к работе. Однако и после этого поезда не двинулись по своим маршрутам.Лишь только крайнее решение кабинета министров, доведенное до сведения лидеров профсоюза послать в железнодорожные депо от-ряды полиции, возымело действие. Железнодорожное движение в Ру-мынии возобновилось.

«Угроза полицией, отрядами жандармерии и разрывом трудовых договоров с машинистами заставила забастов-щиков возобновить работу», — заявил лидер свободного профсоюза машинистов И.Влад. Так закончилась самая крупная в посткоммунистический период забастовка профсоюза машинистов, в течение недели парализовав-шая не только все железнодорожное сообщение страны, но и зас-топорившая движение транзитных поездов на границах с сопреде-льными государствами. Особенно ощутимые потери понесли Венгрия и Болгария. Убытки каждой страны, по данным агентства Рейтер, за первые пять дней стачки вплотную приблизились к 400 тысячам долларов. Однако ихпотери не идут ни в какое сравнение с ущербом самой Румынии, составившим 150 миллиардов в национальной валюте — леях и 130миллионов долларов. Стачка, заявил президент Румынии Ион Илиеску, нанесла удар по всем отраслям национальной экономики, подорвала снабжение горючим и продовольствием. В мае 1993 года парламент Румынии утвердил персональный со-став комиссии по расследованию фактов коррупции среди высоко-поставленных чиновников. В комиссию, состоящую из 13 сенаторов и депутатов, были включены представители всех главных полити-ческих партий и общественных движений. Было раскрыто много сенсационных случаев коррупции. В каче-стве обвинителей выступили высшие чины румынской армии. Бывший комиссар финансовой гвардии генерал Георге Флорикэпопытался выступить с разоблачениями махинаций представителей правительства, силовых министерств, депутатов парламента. Новысказаться до конца ему не дали. Затем в Румынии разразился новый скандал: «дело полковника Кэпэцыне». Полковник обвинил в контрабанде драгоценных металлов, нар-котиков и угнанных из Западной Европы легковых автомобилей какминимум восемь генералов и столько же полковников МВД Румынии.Согласно показаниям полковника Кэпэцыне, в порту Констанца вгрузовых контейнерах, предназначенных для отправки в Ливан, вместо грузов, обозначенных в документах, были семь лимузинов, украденных на Западе. Как показал Кэпэцыне, в качестве платы за украденные в Западной Европе «мерседесы» и «линкольны» в Румынию из стран Ближнего Востока поступали наркотики, которые затем переправлялись в страны с твердой валютой. Еще одной сенсацией стало разоблачение махинаций Петре Ро-мана, лидера Фронта Национального Спасения, бывшего премьер-ми-нистра, депутата парламента. Он был обвинен в фальсификациидокументов и злоупотреблении служебным положением. Опираясь на документы расследования, проведенного контроль-ной комиссией при премьер-министре, газета «Адевэрул» обвинилаРомана в махинациях с пятнадцатью виллами и квартирами, кото- рые он, находясь на посту главы правительства, распределил меж-ду нужными ему людьми. Петре Роман не забыл и себя, подобралдля семьи трехэтажную виллу в самом престижном квартале Буха-реста. В том самом квартале «Весна», где некогда проживала рас-стрелянная чета Чаушеску.

Cемья лидера Фронта национального спасения, состоящая из че-тырех человек, расположилась в одиннадцатикомнатной вилле с тремя ванными комнатами, специальной комнатой-холодильником, вокружении сада, площадь которого составляет почти две тысячи квадратных метров. Арендная плата за дом, состоявший ранее на балансе румынс-кой компартии и предназначавшийся для зарубежных гостей, дол-жна составлять 2583 доллара. Бывший же премьер росчерком перасократил ее в тысячу раз. А свою квартиру в центре Бухареста площадью 140 квадратных метров сдал в аренду румыно-итальянс-кой фирме. Закон запрещает владельцам частных квартир быть одновремен-но съемщиками принадлежащей государству жилой площади. ПоэтомуПетре Роман был вынужден освободить виллу. Наряду с объективными экономическими факторами непрекращаю-щиеся забастовки, а также укоренившаяся на всех уровнях власти коррупция мешали Румынии выйти из кризиса.

ГЛАВА 13. ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКИЕ СВЯЗИ И МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ.

К лету 1993 года внешний долг Румынии составил 2,3 миллиар-да долларов (в начале января он составлял 2,1 миллиарда долла-ров). Николае Чаушеску, прежде чем его свергли и казнили, успел полностью выплатить внешние долги страны. Но за последние три года посткоммунистические правительства сделали займы для про-ведения экономических реформ. Во внешний долг Румынии входят кредиты, полученные от Меж-дународного валютного фонда и Мирового банка, ссуда от Ирака(1,6 млрд. долларов), от Египта (400 млн. долларов) и от Сирии(100 млн. долларов). Румыния задолжала также около 780 миллио-нов рублей Германии, Чехии, Словакии, Польше, Венгрии и России.И должна еще получить сумму в размере 29,5 миллиона рублей отАлбании и Болгарии. В сентябре 1993 года премьер-министр Румынии Н.Вэкэрою по-бывал в Москве, где провел переговоры с премьером В.Черномыр-диным и был принят президентом Б.Ельциным. Все поставленные цели достигнуты, заявил он по возвращении в Бухарест. На первое место в Бухаресте вынесли договоренность о допол-нительных поставках российского газа (2 миллиарда кубометров), что позволило смягчить традиционный для Румынии зимний топлив-ный кризис. Это стало возможным после того, как Бухарест вып-латил основную долю задолженности за предыдущие поставки газа. Был вынесен на рассмотрение экспертов принципиально важный для Румынии вопрос о судьбе ее золотого запаса, эвакуированно-го еще в годы первой мировой войны в Москву. Если верить сос-тавителям выпущенного в Бухаресте сборника документов, реаль-ная стоимость этих ценностей превышает сейчас 1200 миллионов долларов. Но и у российской стороны есть свои контраргументы: например, Румыния в свое время не расплатилась с Россией за по-ставленное оружие, а также за имущество российской армии в Мо-лдове, доставшееся румынам в 1918 году. Так или иначе, пробле-ма взаимных расчетов была поставлена на практические рельсы. Очень серьезной проблемой в Румынии являются межнациональ-ные отношения. Проблема трансильванских венгров — не единст-венная межнациональная проблема Румынии. Непросты и взаимоот-ношения цыган с остальным населением страны. Десятки цыганских семей, спасшихся от расправы под защитой полицейских и жандармов, 4 убитых и 13 сожженных домов — таковпечальный итог самосуда, который учинили жители села Хедерень, что в трансильванском уезде Муреш, над своими односельчанами--цыганами. Поводом для погрома послужил бытовой конфликт между безра-ботным цыганом и его односельчанином-румыном, конфликт, закон-чившийся смертью румына. Весть о происшедшем с быстротой молнии распространилась поокрестным населенным пунктам. К месту трагедии устремились со-тни людей, одержимых желанием изловить и наказать виновных.Чтои было сделано: дом цыгана был сожжен, сам он, а также его брат, к конфликту отношения не имевший, были подвергнуты самосуду. Однако «суд Линча» не охладил страсти толпы: были разгром-лены и сожжены еще 12 домов, в которых проживали цыганские се-мьи. В огне погиб еще один человек. Только стянутым подразде-лениям полиции удалось остановить насилие. Вскоре после трагедии император цыган Румынии Юлиан | Рэду-леску потребовал от главы госбезопасности провести расследова-ние всех случаев нарушения прав цыган, доложить о них руковод-ству страны и возместить нанесенный его народу ущерб.

«Чаша терпения ромов переполнена», — предупредил Юлиан |. Цыган в Румынии преследуют четыреста лет, говорится в открытомписьме императора. В 1941 году в целях «расового оздоровления»страны свыше 600 тысяч цыган были насильственно выселены в Приднестровье. Депортация сопровождалась открытым грабежом. Увыселенных было конфисковано почти полтора миллиона лошадей, 6тонн золота и свыше 11 тонн серебра. От голода и холода погиб-ло более 35 тысяч человек. С 1944 года, продолжает Ю.Рэдулеску, «на нас обрушилась но-вая чума в лице Румынской рабочей партии и ее генерального се-кретаря Георгиу-Дежа.» В 1960 году, например, правительство обязало цыган сдать все золото, которое они имели. Ослушников ждало тюремное заключение. Всего, говорится в письме, с 1960 по1989 год власти конфисковали у цыган 7,5 тонны золота. Цыган уничтожали физически, разрушали их дома.Только в 1991--1993 годах в различных селениях было сожжено 64 дома, принад-лежащих цыганам. Все эти случаи сопровождались человеческими жертвами. Письмо цыганского императора дополнила публикация в оппози-ционной газете «Ромыния либерэ»: из двух с половиной миллионовпроживающих в стране цыган большинство не имеет работы, свышеполовины из них неграмотны. По мнению газеты, в цыганских кланах формируются преступныегруппировки, организованные по типу итальянской мафии, а такжерасистско-экстремистские организации. В равной степени, впро-чем, это относится и к румынам. Национал-патриотическая газета «Великая Румыния» недавно намекнула на существование подполь-ной организации «Борьба против цыган». В ответ на это один из вице-президентов общины цыган Румынии Иван Георге пригрозил: если не будут найдены виновные в смерти цыган из села Хэдэ-рень, «однажды ночью Румыния запылает со всех концов».

Снять остроту проблемы, по мнению «Ромынии либерэ», могло бы принятие законов, направленных на развитие традиционных цы-ганских ремесел, привлечение глав кланов к разрешению конфлик-тов, создание широкой образовательной системы, которая помогла бы цыганам интегрироваться в общество. Однако, с сожалением от-мечает газета, в сегодняшней Румынии подобные реформы вряд ливозможны: цыган в стране не ожидают перемены к лучшему. Румыния и Молдова взяли курс на интеграцию и дальнейшее объ-единение. Румыния, естественно, хочет расширить свои границы, стать более влиятельным государством. Другие выгоды хотят из-влечь молдаване. «Мы говорили года 2-3 назад, что смешно создавать здесь не-зависимое, процветающее, неделимое государство по типу Швейца-рии, что между Украиной и Румынией не может возникнуть ничего другого, кроме новой Северной Ирландии, нового Кипра, новогоЛивана. Именно это и случилось… Чтобы потери были наименьши-ми, мы все должны осознать: единственный выход — в объединении с матерью-родиной Румынией». ( Мирча Друк, лидер Христианско--демократического народного фронта, экс-премьер Молдовы. «Ца-ра» — газета ХДНФ, 3 ноября 1992 г.) «Если мы выйдем из рублевой зоны и оформим все это полити-чески, то вполне естественно, что с нас потребуют перехода на обменные операции по мировым ценам и скорее всего в твердой валюте. На мой взгляд, Молдова с ее экономическим потенциалом вряд ли в обозримом будущем станет Швейцарией. К нашему сожа-лению, она не в состоянии быть абсолютно самостоятельной с эко-номической точки зрения. Реальность такова, что Молдова должна быть чьим-то сателлитом. К сожалению, это наша роль на сегод-няшний день. Если мы откажемся от этой роли по отношению к Ро-ссии или СНГ, то, для того, чтобы выжить и не потерпеть крах, нам понадобится более сильный партнер». ( Мариан Лупу, началь-ник отдела в Министерстве внешнеэкономических связей Молдовы.«Республика» — газета Социал-демократической партии Молдовы, N27, ноябрь 1992 г.) Но конкретные шаги к объединению делаются с трудом. Весной 1992 года в Молдове побывал Ион Илиеску. Национальный совет объединения Молдовы и Румынии потребовал от руководителей двух стран «Договор о братстве и интеграции».Но во время визита до-говор подписан не был. Но уже через год Румыния стала активно помогать Молдове. Члены палаты депутатов приняли закон о финансировании некото-рых видов деятельности в отношениях с Республикой Молдова, ко-торый предусматривал создание специального фонда в размере не-скольких миллиардов лей. Из этих средств стали финансироватьпрограмму экономической интеграции и подготовки в Румынии кад-ров для Молдовы, направили в соседнюю республику школьные уче-бники, улучшили улучшили условия работы контрольно-пропускныхпунктов на совместной границе. Когда Молдова отказалась ратифицировать Устав СНГ, президент Румынии Илиеску выступил с заявлением, в котором сказал, чтоРумыния будет содействовать Молдове в преодолении любых эконо-мических трудностей, вызванных этим решением. Эти слова сразу же были подкреплены делом. Правительство Румынии выделило Рес-публике Молдова кредит в 200 млрд. лей. Кредит был предостав-лен на льготных условиях сроком на 8 лет с началом выплаты че-рез 2 года после предоставления. Основной целью кредита былазакупка Молдовой топливно-энергетических ресурсов. Румыния приступила к модернизации вооруженных сил и измене-нию военного законодательства: соответствующий закон был при-нят в начале октября 1993 года сенатом. -Новое законодательство позволит нам создать мощную армию с эффективной системой руководства. Бухарест желает модернизиро-вать вооруженные силы в соответствии со стандартами, существу-ющими в НАТО,- заявил министр обороны К.Никулае Спирою. По его словам, Румыния намерена если и не вступить, то на первых по-рах присоединиться к Североатлантическому союзу. Согласно данным министерства национальной обороны, свыше 51процента румын высказываются за вступление или присоединение к НАТО в качестве ассоциированного члена. По их мнению, это спо-собно гарантировать безопасность страны в случае нападения из-вне. Что же касается возможного агрессора, то почти 56% опро-шенных считают, что им может стать Венгрия, свыше 36% — Россия, более 13% опасаются пасть жертвой коварных замыслов Украины. Не случайно Россия, не имеющая сегодня даже общих границ сРумынией, оказалась в глазах ее жителей потенциальным против-ником: обывателя старательно убеждает в этом здешняя пресса.Практически не проходит и дня, чтобы на страницах газет не по-явились материалы о «коварном русском мужике». Например, в пе-редовице «Россия — это Россия», посвященной трагическим собы-тиям 3-4 октября в Москве, бывший орган румынского комсомола «Тинеретул либер» писал:«Хорошо известно, что все зло нам при-несли русские. Независимо от того, как зовут их вождя: Иван Грозный, Петр Великий, Сталин или Борис Ельцин. Он не может взирать на другие страны, как на равные. Слабые ростки демокра-тии в России мало меняют ее экспансионистскую сущность.» Подобные утверждения, повторяемые в различных вариантах, бе-зусловно, не могут не влиять на формирование общественного мне-ния. Вот и приходят румыны к необходимости искать защиты «отопасности» под крылом НАТО. Что же касается собственных вооруженных сил страны, то сей-час их численность составляет 200 тысяч человек, а в случае объявления мобилизации под ружье могут быть поставлены еще око-ло 600 тысяч.

По словам министра обороны К.Н.Спирою, обороннаяпромышленность Румынии способна производить весь комплекс воо-ружений для пехоты, некоторые виды ракет, военные корабли, бро-нетранспортеры и танки, вертолеты и даже два типа истребителей--бомбардировщиков. В последнее время отношения Румынии с Россией обострились.Прежде всего из-за «дела Илашку». Речь идет о суде над шестьюсторонниками Народного фронта Молдовы во главе с Илией Илашку, обвиненных в убийстве двух должностных лиц в Приднестровье ве-сной 1992 года. Прокурор Приднестровской республинки потребо-вал вынести троим из них смертный приговор. Президент Румынии Ион Илиеску обратился к президенту Ельци-ну с просьбой помочь прекратить продолжение суда. Илиеску об-ратился с такой же просьбой к президенту Молдовы Снегуру, Со-вету Европы, организации «Эмнисти интернэшнл» и Совещанию по безопасности и сотрудничеству в Европе. Такие шаги предпринялпрезидент. Румынская толпа не могла остаться в стороне. Во-первых, онаосадила российское посольство в Румынии. На тротуаре, вдоль ог-рады, опоясывающей здание посольства, выстроилась цепочка по-лицейских. Рядом дежурили несколько машин с одетыми в граждан-ское сотрудниками румынской госбезопасности. Сами же пикетирующие расположились на тротуаре через дорогу от посольства. Группа небольшая, но состав ее постоянно менял-ся. Участники пикета потребовали от руководства Румынии болеерешительных действий. В интервью газете «Ромыния либерэ» один из пикетчиков, рабочий завода «Фаур», заявил: «Почему мы не мо-жем, сев на танки, отправиться в Приднестровье и спасти Илаш-ку?» Другие пикетчики предлагали «взять в заложники кого-ни-будь из русских. Только так можно обращаться с русскими». В знак солидарности с пикетчиками водители машин, проезжаю-щих мимо представительства России, непрерывно сигналили. Дела-ли они это по команде одного из участников пикета, который с плакатом «Сигнальте в поддержку Илашку» разместился на обочине проспекта Киселева. Предложение редакции газеты «Адвэрул» переименовать прос-пект, где находится посольство России, в «Бульвар Илашку», бы-ло одобрено на внеочередном заседании местного муниципальногосовета Бухареста. На нем же приговоренным судом Тирасполя за «террористическую деятельность» Илашку и его товарищам были присвоены звания почетных граждан Бухареста. Решением муници-пального совета перед посольством России была установлена же-лезная клетка, типа той, в которой содержались обвиняемые в тер-роризме в зале Тираспольского суда. Из всех обещаний Жириновского румынскую общественность шо-кировало заявление о том, что Молдова станет российской губер-нией со столицей в Тирасполе. Отвечая на вопросы корреспонден-та газеты «Ромыния либерэ», что он думает о судьбе приговорен-ного к смертной казни судом Приднестровья Илие Илашку и его товарищей, Жириновский ответил: «Виновны. Используя румынскоеоружие, они совершщали преступления, насиловали женщин. За этобандитов из Кишинева ждет расплата. Суворов освободил Молдовуот турок.А там, где пролилась русская кровь,- русская земля..» Антироссийские настроения румын проявились не только в пи-кетировании посольства. В декабре 1993 г. в Бухаресте две ночиподряд неизвестные сбрасывали с постаментов и разбивали памят-ники русским и советским писателям и поэтам. Жертвами ночных вандалов стали изваяния Льва Толстого, Мак-сима Горького, Владимира Маяковского, Тараса Шевченко. Судя повсему, разрушители заранее готовились к этой акции, посколькув не освещенном ночью парке отыскать скульптуры, расставленныена различных аллеях, крайне трудно. Осквернению подверглось и кладбище советских воинов на ок-раине румынской столицы, с которого были сорваны металлические ворота с пятиконечными звездами. С монумента советским воинам, установленного в центре кладбища, неизвестные сорвали и разби-ли мемориальные плиты с надписью на русском и румынском язы-ках: «Вечная слава советским солдатам, погибшим на румынскойземле». Помимо национализма, все большую опасность для Румынии на-чинает составлять фашизм. К личности маршала Иона Антонеску, первого кондукэтора Румынии, проявляется все больший интерес.Его начинают считать героем. В стране была образована и фашис-тская партия. Бывший полицейский Йоника Катенеску, собрав жур-налистов, объявил, что он восстанавливает в Румынии фашистскоедвижение. Его официальное название — национальная легионерскаяпартия. Цель — «борьба за справедливость в стране» методами, основанными на идеологии и морали «коричневых». Экономические трудности — далеко не единственная проблема, скоторой нужно справиться современной Румынии.

ГЛАВА 14. ШАТКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ КАБИНЕТА МИНИСТРОВ.

1 декабря — день национального праздника Румынии. И хотя Ион Илиеску призвал превратить праздник в «символ национально-го единства», оппозиция выдвинула условие: выдайте въездную ви-зу королю Михаю, чтобы он, как и все румыны, «ликовал вместе снародом». Проживающий в Швейцарии экс-монарх издал коммюнике, в котором подчеркнул, что приедет в Румынию как румын, а не король, и оспаривать нынешний конституционный порядок не наме-рен. МИД, однако, нашел «несоответствие» между этим заявлением и данными паспорта, где значится: «Король Михай I». По этомуповоду министр иностранных дел Теодор Мелешкану сказал: виза -дело техники, и если политические силы сочтут вояж Михая жела-тельным, визу ему дадут. Но президент вдруг решил не уступать своему министру. Тогда Демократическая конвенция, объединяющая парламентские оппозиционные партии, заявила: в Алба-Юлию (тамдолжны были пройти главные торжества) не поедет, а проведет ми-тинг в Бухаресте. И тут на сцену вышли бывший премьер Петре Роман и его пар-тия, которая тоже стоит в оппозиции к Илиеску. Роман решил-та-ки ехать на торжества, но на официальную трибуну подняться не захотел, а вместе с коллегами по партии коротал время, отведен-ное для митинга, среди простого люда. В самый разгар речи пре-зидента «романцы» вдруг решили уйти с площади, но натолкнулись на полицейский кордон. Полиция действовала жестко. На этом румыны не успокоились. Демонстрации протеста против политики правительства становились все изощреннее. Вокруг дво-рца Котрочень манифестанты возили похоронный катафалк с пор-третами Илиеску и Чаушеску, а на площади перед резиденцией премьера вывалили кучу мусора, требуя, чтобы дворники вымели ее вместе с… кабинетом министров. На другой день министрампередали своеобразную «потребительскую корзину» — сплетенноеиз ракитовых прутьев лукошко, на дне которого покоилась горст-ка продуктов. А в День Святого Николая — покровителя беднякови детей — у Дома правительства были выставлены изношенные са-поги, ботинки и шлепанцы с явным намеком, чтобы премьер напол-нил их «подарками» — повысил зарплату, снизил цены, увеличил социальные пособия. На демонстрации румын скликали не только оппозиционные пар-тии, но и профсоюзы. Сейчас в стране действуют четыре крупныхнезависимых профцентра. Есть, правда, еще один — с красивым названием: «Альянс конфедераций независимых профсоюзов».(Кста-ти, в него входит и знаменитый профсоюз шахтеров из Валя Жиу-луй.) Но «четверка» сотрудничать с ним отказывается, полагая, что «альянс» специально создан властями, дабы еще больше рас-колоть профсоюзное движение и сделать его послушным. Именноэти четыре профцентра возглавили массированную атаку на прави-тельство, требуя безоговорочной отставки кабинета во главе с Николае Вэкэрою. К «четверке» прибавилась и «восьмерка» оппо-зиционных партий, представленных в парламенте. Естественно, подключились и студенты. Но кабинет Вэкэрою удержался. Для то-го чтобы сместить правительство (оно сформировано из предста-вителей правящей Партии социальной демократии (бывшего Демок-ратического фронта национального спасения) и беспартийных «те-хнократов»), оппозиции не хватило при голосовании в парламенте всего 20 голосов. Это, однако, не обескуражило противников Вэкэрою. Через три дня после голосования о вотуме доверия правительству в парла-менте был создан новый политический союз, где главным полити-ческим лицом стала Партия национального единства румын (ПНЕР).

К слову сказать, эта националистическая партия, входившая в правящую коалицию, давно хотела переметнуться на сторону оппо-зиции. ПНЕР обиделась, что ее представителям так и не доста-лись министерские портфели. К союзу намеревается присоединить-ся и Национальная партия воссоединения во главе с бывшим пре-мьером Молдовы, а ныне румынским гражданином Мирчей Друком.Лидеры едва родившегося союза объявили о намерении в феврале «начать все сначала». По сему поводу один американский журна-лист метко заметил: «У нас предвыборная кампания заканчиваетсяпосле голосования. В Румынии же она продолжается бесконечно!» Власти хладнокровно парировали упреки в свой адрес. Премьер Вэкэрою нажимал на то. что его министры расплачиваются за оши-бки и необоснованные эксперименты предыдущих кабинетов, кото-рые возглавлял сначала Петре Роман, а потом Теодор Столожан, ныне эксперт Международного банка реконструкции и развития. Пословам премьера, безалаберно были растрачены валютные резервы страны — 4 миллиарда долларов, 80% которых пошли на потребле-ние. В актив своему кабинету премьер записал следующее: приоста-новление промышленного спада, стабилизация во внешней торговле и сельском хозяйстве, укрепление авторитета Румынии на между-народной арене. (В 1993 году Румыния была принята в Совет Ев-ропы, получила режим наибольшего благоприятствования в торгов-ле с США, подписала протокол о намерениях и меморандум с МВФ иМБРР, что позволит ей получить наконец долгожданные кредиты.) Бесконечные препирательства с оппозицией стали для минист-ров делом привычным. Как, впрочем, вполне привычны и постоян-ные тренировки сотрудников органов охраны порядка. Проходятони в зале гигантского «Дома народов», строительство которого затеял еще Чаушеску, да так и не успел закончить. Вооруженныещитами и дубинками спецназовцы отрабатывают упражнение «Пан-цирь» (когда бросают камни и бутылки) и «Туннель» (когда надообеспечить проход высокопоставленных лиц через толпу демонс-трантов). «У нас уже был премьер, который произносил красивыеречи и хорошо смотрелся на экране телевизора, — сказал как-топрезидент, намекая, безусловно, на симпатичного, с хорошими ма-нерами Петре Романа. — Но на этом посту нужно прежде всего ра-ботать, и нынешний премьер работает по 15 часов в сутки. Поэ-тому оставьте его в покое.» В Румынии игра в политический покер за кулисами всегда была важнее всенародных выборов. Знает об этом и президент, который,«учитывая напряженную атмосферу в политической жизни страны», предложил лидерам оппозиции встретиться, дабы «познакомиться сих точками зрения и предлагаемыми решениями». Поэтому Демокра-тическая конвенция, не теряя времени, предложила правящей пар-тии сформировать коалиционное правительство. Было выдвинуто еюи условие — не допускать к министерским креслам экстремистскиепартии «Ромыния маре» («Великая Румыния») и ПНЕР. (Те обеспе-чивали «комфортабельное» большинство в парламенте правящей Па-ртии социальной демократии.) У партии Илиеску не было выбора: если бы к Демократической конвенции примкнула партия экс-пре-мьера Романа, то у них вместе было бы 47 голосов в партаменте, а это на 13 голосов больше, чем у Партии социальной демократии.Следовательно, она оказалась бы в меньшинстве.

ИСПОЛЬЗОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА:

1) «Вопросы истории» NN 9-10 1991 г. — А.А.Языкова. Крах «зо-

лотой эпохи» Чаушеску.

2) «За рубежом» NN 5, 9, 14, 16 1991 г.

3) «Известия» NN 95, 105, 142, 152-154, 156, 173, 183, 195,

197, 198, 232, 242, 246 1993 г.

4) «Иностранная литература» NN 4, 5-6 1992 г.- Эдвард Бэр. Це-

луй руку, которую не можешь укусить.

5) Малый энциклопедический словарь. Том II (выпуск IV). — Из-

дательство Брокгаузъ-Ефронъ. Издание II-е, вновь переработан-

ное и значительно дополненное. Санкт-Петербург, 1909 г.

6) «Наш современник» N6 1992 г. — Алексей Борзенко. Румынский

секундомер бежит быстрее.

7) «Новая и новейшая история» N6 1991 г.- 23 августа 1944 г. в

Румынии.

8) «Общественные науки и современность» N3 1992 г. — Н.Довжен-

ко. Политические силы в постсоциалистических обществах. Румы-

ния.

9) «Правда» NN 182, 226 1991 г. NN 13, 30, 34, 70, 114, 121,

134, 137, 168, 170, 185, 186, 195, 208, 225 1992 г.

10) «Предприниматель» N3 1992 г. — С.И.Кретов. Предпринимате-

льство: сущность, директивы и перспективы.

11) Советский энциклопедический словарь. — Москва, «Советская

энциклопедия», 1987 г. Издание четвертое.

12) Страны мира. Справочник. — Москва. Издательство политичес-

кой литературы. 1991 г.

13) «Финансовые известия» NN 41, 44 1993 г.

14) «Эхо планеты» N1 1994 г. — Н.Морозов. Румынская дубинка из

мешка.

еще рефераты
Еще работы по истории