Реферат: Социально-экономическое развитие США

1. Происхождение.  Начало карьеры. Первые успехи и неудачи.

/>ФранклинДелано Рузвельт родился 30го ян­ва­ря1882го года вГайд-парк в штат е Нью-Йорк в семье со­стоятельного землевладельца и пред­прини­мателя,имевшей широкие связи в по­литических кругах северо-вос­точных штатов. Пообразованию юрист, учился в привилегированной част­ной школе в Гортоне, в Гар­вардскоми Ко­лумбийском универ­си­тетах. В 1905 году женился на своей дальней родст­венницеЭлеоноре Руз­вельт, пле­мяннице Тео­дора Рузвельта (1858 — 1919)  — государственного деятели и пре­зидента США.

В 1907-1910 годах работал в юридической фирме. Рузвельт рановклю­чился в активную по­лити­ческую деятельность в рядах Демократиче­скойпартии. В 1910ом годуон избран в сенат штата Нью-Йорк. В 1913-1920 гг — помощник морского министра вправи­тельстве президента Вильсона, вы­ступал за усиление военно-морской мощиСША, что было насущно необхо­димо для осуществления политики «большойдубинки» в глобальном мас­штабе.

В 1920ом году- кандидат на пост вице-пре­зи­ден­та США от Демокра­тической партии. По­терпелпора­жение и вернулся к частной юридиче­ской прак­тике и предпринимательству. Савгуста 1921го года врезуль­тате полиомиелита на всю жизнь стал инвали­дом, поте­рял способность сво­боднопере­двигаться. До 1928го го­даоставался «в тени», не заявлял о себе на обще­ствен­ной или по­литическойарене, но стано­вится все более замет­ной фигу­рой в руководствеДемократической пар­тии.

2. Внутренняя и внешняя ситуация в ка­нун президентства Рузвельта.

Посмотрим как складываласьвнешняя и внут­ренняя политика США при ближайших пред­шествен­ни­ках Ф.Рузвельта, президентах США.

В течении всего временистановления и раз­ви­тия США их отношения с соседними странами базирова­лись напринципах разбоя и насилия. Од­ним из «краеугольных камней» вфундаменте внеш­ней полити­ки явилась док­трина Монро, дек­ларация принциповвнешней политики США про­возгла­шенная президентом Дж. Монро в посла­нии кон­грессу.Выдвинут принцип разделения мира на американскую и европейскую сис­темы иневмеша­тель­ства США во внутренние дела ев­ропейских стран и соответственноневме­шатель­ства последних во внутренние дела стран амери­канского конти­нента.Кратко принцип формули­ровался так: «Америка для американцев».

Латинская Америка окончательноосвобож­да­лась от испано-порту­гальского и иного ино­зем­ного господ­ства. СШАстремились установить безраздель­ное гос­подство в Латинской Америке. Вдекларации Монро де­лается попытка обосно­вать принцип, ставивший ростмогущества США в зави­симость от присоединения но­вых террито­рий и образованияновых штатов что сви­детель­ствовало об экспансио­нистских устремлениях США вотно­шении Латинской Америки ( и не только Латин­ской Америки ). Под флагомэтой доктрины США в захватнической войне против Мексики ( 1846-1848гг )отторгли свыше полови­ны ее территории. Далее экспансионистские тен­денциидоктрины Монро полу­чили развитие в доктрине Олни ( 1895г ) и в так назы­ваемомдо­бавле­нии Теодора Руз­вельта (1904г), в кото­ром прямо провозглашалисьпретензии США на осу­ще­ствление роли «международной полицейскойсилы».  Уже в первые десятилетия 20го века США предприняли интер­венции на Кубу, в Мексику,Гаити, Доминикан­скую республику, Никарагуа, Панаму и другие страны.

Что касается экономики ивнутриполитиче­ской и социальной ситуа­ции, то, вступив в пер­вую миро­вуювойну с «опозданием» на два с по­лови­ной года, США вышли из нее непонеся ни­какого за­метного урона. На­про­тив, их экономи­ческое и финансовоемогущество, их влияние во всем мире неизмеримо выросли. Военные постав­кивоющем странам обога­тили США, способст­вовали росту их экономики, а финансовыезаймы пре­вратили стра­ны Антанты в не­оплатных  должников. И далее,десятилетняя полоса прав­ления республиканцев, «эпоха президента Кэл­винаКулиджа», пришед­шаяся на 20е годы 20го  столетия,отмечена про­мышленным бу­мом, стре­ми­тель­ным обогащением олигархической вер­хушкиобщества на финансовых афе­рах. В еще большей степени это обогащениепроисходило на базе обеспе­че­ния монополиями США ведущих позиций в миро­войхозяйственной систе­ме за счет конкурентов США, обес­кровленных и обессилен­ныхвойной, по­слевоенной раз­рухой, застоем и внутренними полити­ческими кризи­сами.

Осуществив благодаря золотомудождю во­ен­ных прибылей широкую технологическую мо­дерни­за­цию, американскаяэкономика сделала огром­ный рывок впе­ред, оставив позади весь ос­новной мир.

Пропагандистские рупоры крупногокапи­та­ла культивировали иллю­зии, утверждая, что в эконо­мике США действуютновые экономические за­коны, исклю­чающие противоречия, свойствен­ные эконо­микедругих стран. Концепция разви­тия «нового, американского ти­пацивилизации», соче­тав­шего в се­бе возможности ни­чем не огра­ничен­нойконкуренции, социаль­ного парт­нер­ства, не­вмешательства государ­ства в делабиз­неса, культ тех­ницизма и националь­ного превос­ходства были возведены вранг официаль­ной идеологии. 

Монополистический капиталзахватил ко­манд­ные позиции в эконо­мике и политике. Его агрессив­ная наступательностьпривела к сверты­ванию многих учре­ждений, призванных оградить общество отсвоекорыст­ных по­сягательств со стороны денежных магнатов, к росту консерва­тивныхна­строений со стороны широких масс, оглушенных антирадикаль­ной истери­ей ипове­ривших рекламе «нового капита­лизма».

Правительственный курсреспубликанцев в 1921-1933 гг отвечал всем самым далеко идущим вожделе­ниямделовых кругов. Поклонение ничем не ограничен­ной стихии рыночных отношений,сво­бод­ной от прямо­го прави­тельственного регу­лиро­вания и контроля сталокраеугольным эле­ментом экономиче­ской стратегии правительства. Самойпопулярной в вашингтон­ских де­партамен­тах была установка: «Предоставьтебизнес само­му себе, а он позаботится о вас». Единственно, гдепризнавалась роль государ­ства, так это в сфере охрани­тельной деятельности.Бизнес заин­тересован в жестком правительственном контро­ле за всеми формамисамо­деятельности трудя­щихся и неуклонно доби­вался такой политики в рабочемвопросе, которая давала все пре­имуще­ства капиталу и вела к под­рывуорганизации тру­дя­щихся, их моральному разоружению.

Демократы (активным деятелем этойпар­тии и был Ф. Рузвельт) так же, как и правящая партия рес­публиканцев,отмежевывались от ра­дикализма (под этим понималась всякая револю­ционная идео­логияи политика, на­правленная на коренную ломку общест­венно-политического иэкономиче­ского строя) и обещая «окончательно» ликвидиро­ватьпоследние следы бед­но­сти, все же не позво­ляли ослепить себя безрассудной ве­ройво всесилие Америки, способной якобы в одиноч­ку, не связывая себя никакимиобяза­тельствами, опираясь на силу или угрозу применения силы, не только реа­ли­зо­ватьсвои имперские амбиции но и повсюду обеспе­чить выгодный США баланс сил.

Сохраняя верность лозунгупрезидента Вудро Вильсона о мессианской роли США и не изменяя притя­заниям ихна мировое лидерство, демократы противо­поставили внешнеполитиче­скому иллюзи­ционизмурес­публикан­цев концеп­цию активного вторжения в между­народные дела, но опятьтаки в интересах утверждения влияния Вашингтона на ход мирового развития.

3. Снова на политической арене.

В марте 1928го года после длительного пре­бы­ва­нияв тени Рузвельт сде­лал первый шаг в новом ту­ре борьбы за национальноепризнание. Энергич­ный, на ходу улавливающий изменение обстановки и легко при­спосабли­вающийсяк ней, беззаветно верящий в свою звезду Рузвельт поль­зовался поддержкой вфинансово-промышленных кругах Северо-востока и влияни­ем в Демократи­ческой партии.

Рузвельт решил нанести удар понаиболее сла­бой позиции республи­канской администрации, по ее внеш­неполитическомукурсу. Он обвинил их в подрыве «принципов мира» за отказ от сотруд­ничест­вас Лигой наций и Международным су­дом. Рузвельт заявил о не­возможности для США,не считаясь ни с чем, выпол­нять присвоенные ими самими жандарм­ские функ­циина конти­ненте. Предложил использо­вать более соответ­ствующие изме­нившейсяобста­новке методы, чтобы удержать «братские страны» в вас­сальнойзависимости. «Дипломатия канонерок» должна была стать болееулыбчивой, более коллекти­ви­стской.

4. Экономический кризис.

Между тем в экономике начиналинакапли­ваться проблемы, страна неуклонно сползала к глубочайшемуэкономическому кризису 1929-1933 го­дов.

Даже во времена наивысшейэкономической ак­тивности безработица не опускалась ниже 4%. Прове­денныеисследования показали, что «процветание» со­провождалось не сужениемпро­пасти между бедно­стью и богатством, а ее рас­ширением. Для некоторыхкатего­рий населения «процветание» так и осталось недости­жимым фан­томом.Это относится к рабочим некоторых отрас­лей промышленности (добыча угля,  боль­шинствоотраслей легкой промышленности), мел­ким пред­прини­мателям, вытесняе­мымкрупным капиталом и к ферме­рам. Сельское население нищало под уда­рами затяж­ногоаграрного кри­зиса. «Ножницы» между ценами на про­мышлен­ные товары исельско­хозяйственную про­дукцию все время раздви­гались, что вело к разорениюи обезземеливанию ферме­ров.

Оказавшиеся в тисках кризисаперепроиз­вод­ст­ва, больше всего заинте­ресованное в прави­тель­ствен­номвмешательстве, фермерство и в це­лом аг­рарный сектор экономики были прообра­зомочень недалекого будуще­го всей экономики.

Ущемление прав трудящихся,гонения на их ор­ганизации, стачечную и политическую дея­тель­ность,безудержная проповедь индивидуа­лизма и ра­сизма, пре­зрение к неудачникам иобездолен­ным пустило глубо­кие корни, создавая условия, как выразилсяРузвельт, возвращения эпохи «нового эко­номического феода­лизма» — аб­солют­ного,ничем не ограниченного произ­вола олигар­хической вер­хушки общества.

В 1929 году продолжительностьрабочего дна американского рабочего была больше, чем в других ин­дустриальныхстранах. Социального страхо­вания по безработице не существовало, в то времякак в ев­ропей­ских госу­дарствах оно давно уже было. Исполь­зование детскоготруда, дискримина­ция черных и женщин ста­вили США вровень с самыми  отсталымистрана­ми. В Аме­рике в годы «процветания» массы на­селения оста­ва­лисьво власти вопиющей нищеты и бесправия, глубина масштабы которых были неиз­вестныза пределами США.

В 1929ом году страна была ввергнута в во­до­во­ротмирового экономи­ческого кризиса. Ла­вина бан­кротств, падение производства(самая низкая отметка — в 1932ом году),многомиллион­ная армия безработ­ных обнажили противоречия  капитали­стическойэкономики и глубину соци­ального нера­венства.  Государственная политика всоциальном страховании на протя­жении де­ся­тилетий выража­лась формулой«твердого инди­видуа­лизма», что означает, что забота о миллио­нах жертвкризиса является их личным делом или в крайнем слу­чае делом местных властей ичаст­ных благотворитель­ных фондов.

Нью-Йорк первым испытал ударыкризиса.  Ар­мия безработных быст­ро росла, катастрофиче­ски воз­расталасоциальная напряженность. Росли оче­реди за бесплатным куском хлеба и чашкойкофе, перепол­ня­лись ноч­лежки для бедняков.

Впавшие в отчаяние,  озлобленныетолпы без­ра­ботных штурмом брали муниципалитеты только для того, чтобы узнатьо пустой казне и быть рас­се­янными с помощью слезоточивого газа и дуби­нок.

5. Рузвельт в гуще политической борь­бы.

В 1928ом году Рузвельт неожиданно для се­бя и своихсторонников по­бедил на выборах и стал губерна­тором штата Нью-Йорк, сделав пер­выйшаг к прези­дентству. Став губернатором, Рузвельт оказался лицом к лицу с самымкруп­ным очагом националь­ного бедст­вия.

Пребывание Рузвельта на постугубернато­ра штата Нью-Йорк по мне­нию многих не было озна­ме­но­ваносущественными достижениями. Эконо­мика штата была в столь же плачевном со­стоянии,как и повсюду, а власть штата занимала такую же выжида­тельную пози­цию, как иадми­нистрация в Вашинг­тоне. Лишь в авгу­сте 1931го года губерна­тор создал Временную чрезвы­чайнуюадминистра­цию помощи ТЕРА, которая должна была обес­печить неотложную помощьбезработ­ным. Однако ТЕРА на фоне поли­цей­ских жесто­костей, чини­мыхправительством над безработ­ными, давала Руз­вельту психологическое превос­ходствонад прези­дентом Гувером, в кото­ром он нуждался, начиная с ним борьбу запрезидентское кресло.  После дикой расправы над пришедшими летом 1932 года в Ва­шингтонза помо­щью ветера­нами мировой войны, вызвавшей бурную реак­цию во всей стра­не,Руз­вельт возблагодарил соб­ствен­ное благоразумие, удержавшее его от при­зываНацио­нальной гвардии для «усмирения» го­лодных бунтов в штатеНью-Йорк.

Начало избирательной кампании1932 года сов­пало с резким подъемом радикальных на­строе­ний ши­роких масснаселения.  Улицы про­мышлен­ных городов заполнены возмущенными людьми, бурляти готовы ощетиниться баррика­дами дере­венские поселки, подня­лись на воору­женнуюборь­бу с по­лицией и бандами хо­зяйских наемников шахтерские городки. Постране про­катилась волна голодных походов безработных, вырос­ли числен­ность иактив­ность их организа­ций. В Кон­грессе постоянно велись дебаты по во­просу онеизбеж­ной вспышке бунтов и перераста­нии их в нечто более серь­езное.

Рузвельт сознавал глубже иострее, чем кто — либо другой в Демокра­тической партии, необ­ходи­мость на­зревшихперемен. Мастерски прове­ден­ная Рузвельтом осенью 1930 года кампания по переиз­браниюего на пост губернатора штата Нью-Йорк убедила скептиков в руководстве Де­мокра­тическойпартии, что этот обре­ченный, как многим казалось, на бездея­тельность, фи­зическинемощный политик способен спасти саму пар­тию от бесславного раз­вала.

Весной  1931 года Рузвельтговорит о «новых и не испытанных еще средствах»,  о необ­ходимостиэкспери­ментировать, доверить страну новому руководству в силу изменений, проис­шедшихв «экономическом и со­циальном балансе страны». Рузвельт рекомендовалза­конодатель­ному собра­нию штата программу действий, включавшую ассигнова­нияна помощь безра­бот­ным и организа­цию общест­венных работ. На фо­не упорногопо­вторения прези­дентом Гувером тезиса о пагубности правительствен­ного вмеша­тель­ствав дело помощи не­имущим эти за­явления звучали почти революци­онно. Весной 1932года, выступая по радио в ходе предвыбор­ной кампа­нии, Руз­вельт произнес своюзнаменитую речь о «Забытом человеке». Он объяс­нял происхождениеэкономического бедствия низ­ким уровнем по­требле­ния масс (почти точно поМарксу) и пере­нес внима­ние на проблемы перерас­пределе­ния доходов. Эконо­мическаяполитика Гу­вера, игно­рирующая нужды мил­лионов простых американ­цев и целикомориенти­рованная на оказа­ние по­мощи имущим классам, была подвергнута кри­тикекак проявление обан­кротивше­гося элитар­ного подхода. Речь вызвала надежды вдемокра­тиче­ских ни­зах и гнев верхов.

Рузвельт сумел убедитьруководство демо­кра­ти­ческой партии в том, что партии необхо­димо предатьновые черты, символизирующие ее бли­зость к массам, переориентировать партию всвете прибли­жающихся выбо­ров на задачу завое­вания большин­ства избирате­лейпосле ее двена­дцати­летнего пребы­вания в оппози­ции. Рузвельт призвал партию укре­питьее массовую базу за счет привле­чения под знамена партии демокра­тических слоевнаселения — рабочих, фермерства, сред­них город­ских слоев. Он зая­вил: «Встране нет места для двух реакционных партий». Народ жаждал аль­терна­тивы,нового курса. Предложен­ная Рузвельтом предвы­борная про­грамма, на­правленнаяна поиск новы путей выхода из кри­зиса, программа, обра­щенная к простомучелове­ку, получила название «Новый курс» (new deal).

Рузвельт заявил, что народАмерики жаж­дет сде­лать настоящий выбор. «Мы должны быть пар­тией ли­беральныхпринципов, спланирован­ных дей­ствий, про­свещенного подхода к между­народ­нымделам и тру­диться с мак­симальной пользой для подавляю­щего большинстванарода».

6. Рузвельт президент США и его «новый курс».

Рузвельт стал президентом,победив с боль­шим преимуществом. Мил­лионы рабочих, ферме­ров, пред­ставителейгородских средних слоев го­ло­со­вали за пар­тию «нового курса», на­родхотел перемен.

Весна 1933 года вынудила новуюадминист­ра­цию действовать реши­тельно. Стало известно, что во многих штатах,объявив о банкротстве, за­кры­лись все банки. Деловая жизнь едва тепли­лась.Закрытие банков грози­ло полным экономи­ческим крахом. Страх перед буду­щимохватил миллио­ны людей. Огромные толпы осаж­дали банки, требуя возвратавкладов. За­крывались предприятия, школы, муници­палитеты.

Первоочередной задачей кабинетабыл бан­ков­ский кризис. Декретом президента объявлено о четы­рехдневномпринудительном закрытии бан­ков, запрете вывоза из США золота, серебра и бумаж­ныхденег.  Рузвельт добился своего — через не­сколько дней ста­бильностьбанковской сис­темы была восста­новлена.

В марте президент направилКонгрессу по­сла­ние, предусматривавшее ряд мер помощи без­работ­ным, ор­ганизациюспециальных трудовых лагерей для безра­ботной молодежи, широкое раз­витие обще­ственныхра­бот по всей стране, фи­нансовую помощь штатам для оказания прямойматериальной под­держки голодающих семей без­работных.

Чтобы предупредить массовыевыступления фер­меров, доведенных до отчаяния разорением, распрода­жей за долгиимущества и земли, Руз­вельт издал закон о моратории на фермерскую задолжен­ность,а также за­кон о восстановлении сельского хозяйства, известный как закон ААА(the Agricultural Adjustment Act). Глав­ная его идея — ликвидировать«ножницы» между ценой, затрачи­ваемой фермером на производство про­дукции,и той, которую он получал при ее реали­зации. Чтобы сбалансировать спрос ипредложе­ние и поднять цену сельхозпродуктов, часть земли изымалась изсельскохо­зяйственного обо­рота, за что фермерам выплачивались субсидии.

В июне принят закон о созданиифедераль­ной службы занятости и за­кон о рефинансирова­нии задол­женности пожилищному кредиту. Да­лее  по­следовал закон о кредитовании фермер­ских хо­зяйств,принесший облегче­ние фермер­ству, задав­ленному долгами.

Но самым важным и далеко идущиммеро­прия­тием стал Закон о вос­становлении промыш­ленности НИРА (The NationalIndustrial Recovery Act). Целями регулирования промышленности объ­являлись:обес­пе­чение «всеобщего благоден­ствия» путем коопера­ции междуотдельными группами предпринимателей, путем достижения сотрудниче­ства междурабочими и работо­дателя­ми при содей­ствии правительства, устранения«разрушительной конкуренции», ведущей к сни­жению прибылей, подрывуделовой устойчиво­сти, сокращению инве­стиций и занятости.

Упорядочивание отношений междупред­при­ни­мателями и группами предпринимателей было реше­но добиться путемпринудительного картели­рования про­мышленности. Для увеличе­ния занято­сти,повы­шения покупа­тельной спо­собности и ста­билизации товарного рынка раз­личныеотрасли должны были ограничить се­бя «кодексами честной конкуренции».Предпо­лага­лось, что в каждой от­расли  под наблюде­нием правительства можнобудет остановить процесс снижения цен, выра­ботав строго определенные нормыпроизводства и сбыта, определив уровень цен и условия коммерче­ского кредита. Группам промыш­ленников вменялось в обя­занность согла­совать с профсоюзамимини­мальные размеры зарплаты и максимальную про­должительность рабочего дня.Окончательное ре­шение по этим кодек­сам было в руках президента. Контроль зареализацией про­граммы НИРА возла­гался на созданную президентом Национальную админи­страцию вос­становления.

Принятый в мае 1933 годаЧрезвычайный за­кон о помощи (ФЕРА) должен был закрыть од­ну из самых опасныхпробоин.  Полмиллиарда дол­ларов ассигно­вы­вались штатом для ликвида­цииугрозы голода и массо­вой пауперизации на­селения.

Основная масса законов начальногоперио­да «нового курса» была при­нята в чрезвычайной спешке, запервые три месяца пребывания Руз­вельта у власти. Это были сто дней,  которыепо­могли американскому капи­тализму избежать сво­его Ватерлоо. Самым важнымитогом было то, что экономика прошла фазу кризиса, все призна­ки восстановлениябыли налицо.

Но если в области восстановленияделовой ак­тивности меры, принятые правительством, при­вели к улучшению, то вплане проблемы ка­саю­щейся миллио­нов людей, — проблемы занято­сти — достиже­ниябыли более скром­ными. Более того в 1940 году, незадолго до очередных прези­дентскихвыбо­ров безработных было больше, чем в 1931 году, в апогее краха. Только войнаспасла эконо­мику США от очередного спада и новой массовой без­работицы.

Законодательства первых «стадней» во­преки за­явлениям о преоблада­нии в нем чисто экономиче­скихзадач, призвано было прежде всего создать психологи­ческий перелом, внестиуспокоение, вы­пус­тить пар из котла, дав­ление в котором достигло критическогопре­дела.

Рузвельту ближе всего былаумеренная раз­но­вид­ность реформаторст­ва, которая к 1912 году выкристал­лизоваласьв политической философии президентов Теодора Рузвельта и Вудро Вильсо­на,воплотив в себе идеи государственного регу­лирова­ния экономики и мо­дернизацииправовых инсти­тутов в целях упорядочения под эгидой  го­судар­ства социальныхотноше­ний, ока­завшихся в ре­зультате неконтролируемого хозяйнича­нья ка­пита­лана гране опасного кризиса.

Уловив решимость миллионов людейдоби­вать­ся перемен, Рузвельт де­лает шаг  на встречу их чаяниям, провозглашаязнаменем националь­ной политики курс на реформы, но реформы по­степен­ные,верхушечные, устра­няющие только самые вопиющие проявления со­циального нера­венстваи сохраняющие в неприкосно­венности устои.

Новый импульс для поворота отсозерца­тель­но­сти и проволочек к поддержке самого ра­дикаль­ного в историиамериканского государства соци­аль­ного зако­нодательства, включая законы осоци­аль­ном страхова­нии, о трудовых отноше­ниях, о налого­обложении круп­ныхсостояний, о беспреце­дентном расширении прав профсоюзов дала новая предвыбор­наякампания 1935 года. «Новый курс» претерпел новую эволюцию, стал ещеболее ради­кальным. Публичные выступления пре­зидента полны обличе­ний беспре­дельнойалч­ности имущих классов и хищничества монополи­стов в духе са­мого низко­пробногопопулизма. Тем самым Рузвельт решал главную задачу бур­жуазного прогрессизма — под­чинить себе массы и удерживать их под контро­лем под­новленнойдвухпартийной системы.

Испытывая давление со сторонымонополий и их прессы, Рузвельт тормозил осуществление провоз­гла­шенныхреформ, предусмотрительно не связывал себя никакими жесткими обязательст­вами.

К концу третьего срока пребыванияРуз­вельта на посту президента ре­акция и движение к контр реформе набралисилу. Одной из причиной этого был верхушеч­ный, элитарный характер ли­берализма,подчиненного всецело классовым ин­тересам буржуа­зии. Спонтан­ность,непоследова­тельность бы­ли его отличительной чертой, а бо­язнь починадемократиче­ских масс — ро­до­вым его при­знаком.

7. Новая международная ситуация — но­вые решения

В начале президентской карьерыРузвельта его внешнеполитическая позиция была изоляцио­нист­ской. В Европе и наДальнем Востоке уже суще­ствовали очаги новой мировой войны. Такая позицияпрезидента была на руку гитлеровской Германии и милитаристской Японии,строивших свою глобаль­ную стратегию в рас­чете на нейтра­литет США, на ихотказ поддер­жать уси­лия ми­ролюбивых держав в создании системы коллек­тивнойбезопасности. В 1935 году в США принят закон о нейтралитете к очевид­ной выгодеагрес­соров. США вместе с Англией и Францией разде­ли ответст­венность засодействие фашистской агрес­сии. В 1937 году принят закон об эмбарго на по­ставкиоружия в Испанию, где шла схватка респуб­лики с фа­шистскими мятежниками и гер­мано-итальянскимиинтервентами. Внешняя по­лити­ка проводимая президентом подчинена глав­нойзадаче — укреплению экономических и воен­но-стратегиче­ских позиций США намировой арене.

Борьба за внешние рынкиопределяла заин­те­ре­сованность монополистических кругов США в полити­ке«экономического национализма», пред­полагавшей «свободурук», не связанность между­на­родными обяза­тельства­ми, уклонение отколлек­тив­ных усилий по уре­гулированию между­народных конфликтов.

Платонические призывы к миру и указанияна заинтересованность США видеть  Францию доста­точно сильной перед лицомопасности со стороны Германии не могли обмануть Гитлера. Они не заста­вили егоотка­заться от ревизии Вер­сальского мир­ного договора. 14 октября 1933 го­дагерманское правительство заявило о выходе из Лиги наций обретя свободу рук вотношении во­енных статей Версальского договора, что приве­ло к расшатываниюстабильности в Европе.

На кануне второй мировой войныСША ши­ро­ко использовали прак­тику предоставления «советов», пуб­личногоодобрения внешнеполити­че­ских актов других государств или, наоборот, пози­циюумалчива­ния и т. п. для оказания посто­янного давления на политику другихправи­тельств в же­лаемом для Америки направлении. В тоже время подобный способвоздей­ствия на дру­гие го­судар­ства абсолютно не связывал и ни к чему необязы­вал самих США, ко­торые оставляли за собой пол­ную свободу действий в лю­бойоб­становке. Могу­щественные силы — крупные моно­полистические объ­единения,свя­занные тесными узами с герман­ской военной промыш­ленно­стью, усиливалидавле­ние, добиваясь от Рузвельта пойти по пути упроче­ния дипломатическихсвязей с гитлеров­ской Герма­нией. Однако, сближение с нацист­ским режимом, ужепоказавшем свои  па­лаческие на­клонности, было невозможно в усло­виях общегодемо­кратиче­ского подъема в стране и на­растания ан­тифа­шист­ских настроенийв стране.

Американские фирмы продавалибольшие пар­тии вооружения нацист­ской Германии, в том числе и воен­ныесамолеты. Первого марта 1935 года прави­тельство Германии заявило, что оносчитает себя свободным от обя­зательств Версаль­ского договора, запрещавших емусоздание воен­ной авиации. 16 марта в Германии опуб­ликован декрет о всеобщейвоинской повинности. А это было нарушением сепаратного мирного договора США сГерманией, предусматривающего разору­жение Герма­нии. Трез­вые поли­тики вокружении Рузвельта указы­вали, что невозможно в совре­менном не­делимом ивзаимозави­симом мире от­сидеться за океаном и даже обога­титься за счетвоенных катастроф в Европе.

7 марта 1936 года германскиевойска всту­пи­ли в Рейнскую область, де­милитаризованную по Вер­саль­скомудоговору.

Мятеж генерала Франко  противзаконного пра­вительства республи­канской Испании обна­жил суть изоляционизма.Народу Испании было от­казано в по­мощи, интервенты получили пол­ную свободурук.

Видный политик, близкий Рузвельтучело­век — Додд высказался так: «Любой кто находился в Европе более илименее продолжительное время, признает факт огромного экономического и поли­тическоговлияния США. Если мы поло­жим наше могущество на чашу ве­сов, то некото­рыездесь в Европе, рассмат­ривающиеся войну в качестве средства завоевания новыхтеррито­рий, будут более осторожными и, может быть, даже станут сторон­никамимира. Даже сейчас присое­динение США к демократическим госу­дарствам Европымогло бы положить конец крово­проли­тию в Испании. Совме­стная мощ США, Англиии Франции, особенно если принять во вни­мание их огромные военно-воздуш­ныесилы, могла бы пре­дот­вратить ин­тервенцию и установ­ление дикта­торскогорежима». Рузвельт выдвинул бес­плод­ную идею созыва «международнойконференции мира». Но Италия и  Германия, твердо следую­щие за­хватническимкур­сом и использующие ме­тод запугива­ния соседей, не хотели такой конфе­ренциии не стали бы считаться с ее решениями. Внешнеполитический курс Руз­вельта вэто время имел главным своим содер­жанием веро­ломную и самоубийственную поли­тику«умиротворения» агрессоров. Курс своекорыстный, вы­сокомерно пре­небрегающийинтересами других стран.

Темпы и масштабы экономическогороста в го­ды войны, последовав­шего за десятилетием глу­бо­чайшего кризиса,были беспрецедентными.  В про­мышленности все отросли работали с пол­ной нагруз­кой,безработица исчезла, резко улуч­шилось положе­ние в сельском хозяй­стве. 

Возникла идея сохранить этуперспективу бес­ко­нечного процветания, укрепляя союз биз­неса и военных круговс целью поддержания на ходу «постоянной воен­ной экономики».  Это пол­ностьюсовпадало с жела­ниями военных кругов осуществ­лять полицейские функции в мире.Уже в 1943 году заместитель военно-морского мини­стра Форрестол призывал кусилению военной мощи с целью уста­новления полного контроля над миром: «У нас теперь в руках сосредоточена ог­ромная сила и мы должны непременносо­хра­нить ее».  Планы после­во­енного урегулирования и сотрудничествапри­ходили по этому в явное противоречие с такими устремле­ниями. Настрое­ния впользу сохранения ори­ентации всей после­военной экономической по­литики навоенно-стратегические цели с учетом глобальных при­тязаний американскогоимпериа­лизма были со­вершенно не двусмысленно выраже­ны в формуле«военная готов­ность плюс экономи­ческая готов­ность».

Назывались потери в заработках,которые не­из­бежно должны после­довать за сокращением воен­ного производства изакрытием заводов. Фи­гу­рировали цифры ожидаемой в первые же годы по­сле войныбез­работицы (12 — 16 миллионов че­ловек) .  Прямо указы­валось на возможностьпо­вторе­ния сразу же за военным бумом нового 1929 года. В США войну если дажене приветствовали как из­бавление от хронической депрес­сии и без­рабо­тицы, товосприни­мали во всяком случае как норму.

Значительные сдвиги в социально — классо­вой структуре общества, про­исходившие на фоне эконо­ми­ческого роста,не могли не вызвать эро­зию той массо­вой базы,  на которую опираласьадминистра­ция Руз­вельта.

Значительная часть профсоюзныхлидеров про­хладно относилась к перспективе тесного со­трудни­чест­ва СССР иСША в интересах послево­ен­ного мирного урегулирования.  Прячась за те­зисомскорейшего окон­чания войны, эта группа настаи­вала на сепаратном ми­ре сГерманией на условиях, прямо противоположных тем, которые были про­возглашеныРузвельтом в Касаб­ланке.  Формула «реалистического мира» выдвинута впротивовес концепции «беззаговорочной капиту­ляции».  В такойобстановке подходила Америка в 1944 году к прези­дентским выборам.

Избирательная кампания 1944 года,развер­нув­шаяся в разгар решаю­щих сражений на теат­рах военных действий,обернулось для президен­том тяжким испыта­нием. Предстояло избрание на чет­вер­тыйсрок. Чтобы пре­одолеть этот рубеж,  нужно было выдвинуть новые идеи, способныепри­влечь массы избирателей. Прези­дент заявил, что он об­думывает программусоциально-эконо­мических преобразова­ний, которая призвана про­должить эру реформ.11 января 1944 года в по­слании конгрессу президент назвал ряд мер, ко­торыедолжны были способство­вать экономиче­ской стабилизации,  это законода­тельствоо на­логообложении, контроля над це­нами и т. д.

Главное место в послании былоуделено так на­зываемому второму биллю о правах, в котором провоз­глашалосьдостижение «нового базиса обес­пе­чения и процветания» для всехамерикан­цев «без различия по­ложе­ния, расовой и религи­озной при­над­лежности».  По убеждению Руз­вельта,  этот базис включал право на полезный труд, право зарабаты­вать на про­питание, одеж­ду, отдых, право фермеров иметьдостаточные до­ходы, право каж­дого предпри­нимателя на ком­мерче­скую деятель­ностьв условиях, не ограни­ченных дикта­том моно­полий, право на «приличное жилище», на об­разо­вание, на меди­цин­скую помощь, на социальное обеспечение встарости, по болезни, в связи с без­рабо­тицей и т.д.

Изложенный в форме общихпожеланий вто­рой билль о правах пред­ставлял собой пере­чень далеких це­лей,но бесспорно мог стать зна­менем широкого движе­ния за социальное обнов­ление,что сразу почувствовала реакция, назвав это «опасной химе­рой».Президент под­лил масла в огонь заявив, что уг­роза безопасности на­циинаходится справа. «Если ре­акция возьмет верх, то можно будет опре­деленносказать: хотя мы и раз­гро­мили врагов на полях сражений за рубежами нашейстраны, здесь мы дали одер­жать верх духу фашизма».

8. Завершение войны и новые про­бле­мы.

Высадка в Северной Франции 6 июня1944 года вызвала активизацию тех сил в правящем классе,  ко­то­рые мечтализакончить войну «американским миром» и готовы были пойти на сговор сгитлеров­цами на общей платформе борьбы с «мировым коммунизмом».

Вторая Квебекская конференция (11- 16 сен­тября 1944 года )  выгля­дела как очередная уступка силам,заинтересованным в расколе ан­тигитле­ровской коали­ции.  О принятом в Квебекесоглаше­ниях по политиче­ским вопросам Совет­ское прави­тельство не получилофактически ни­какой ин­фор­ма­ции. Более того, памятная записка встречи 18 — 19сентября 1944 года в Гайд-Парке,  где Рузвельт и Черчилль обсуждали будущееатомного ору­жия, предусматривала сохранение в сек­рете от Совет­ского Союзасамого факта работ по «Монхеттенскому проекту». 

Американский историк Кимбеллсчитает,  что весь ход конференции (квебекской)  и ее ре­шения про­низаныблизкой Черчиллю идеей англо-аме­рикан­ского союза и гегемонией в мире. Именноэта идея владела теми об­щественными силами США, которые сделали лозунг борьбыс «коммунистической опасно­стью» цен­тральным лозунгом«политического года». 

Все громче были речи, призывающиеадми­ни­ст­рацию рассматривать Советский Союз как буду­щего военногопротивника. Усилилась кри­тика со стороны либеральных групп планов Руз­вельта,предусматри­вающих тесное сотрудниче­ство четы­рех великих держав (СССР,Великобри­тании, США, Китая) в целях сохра­нения мира по­сле победы. Впубличных выступлениях антируз­вельтовских сил вновь слышал­ся подтекст:  Гер­маниядолжна стать союзником в бу­дущих поли­ти­ческих комбинациях, призванных слу­житьпро­тивове­сом Советскому Союзу.

Рузвельт понимал, что все этипроекты тя­нут страну назад к двадцатым годам. Свою зада­чу он ви­дел вразвенчании кампании за отказ от участия США в будущей международной органи­зациибезо­пасности. Что касает­ся будущего Гер­мании, то призывы к «мягкомуобращению» с ней подтолк­нули президента предпринять ряд шагов с цельюдобиться совместно с СССР устранения военной угрозы со стороны Герма­нии.Рузвельт заявил о намерении США совместно с другими державами оккупироватьГерманию, дабы не по­вторить ошиб­ку 1918 года.

Наступала решительная фазаизбиратель­ной компании. Опросы обще­ственного мнения показы­вали, что несмотряна заметное падение влияния демократов, личный авторитет прези­дента оста­валсявыше автори­тета его соперника — республи­канца Дьюи.

С целью достигнуть перелома внастроени­ях из­бирателей Рузвельт прибегнул к испытан­ному приему: переключитьвнимание нации на крити­ческий, пово­ротный характер мирового развития,требующий учета траги­ческого опыта предвоенных лет и неординарных смелых реше­ний,отречения от старых догм. По мысли прези­дента предвоенная политика США былаошибоч­на, ошибочно само­уст­ранение после 1918 года от обес­печения меж­дународ­нойбезопасности кол­лективными усилиями всех заинтересован­ных стран. Необходимосоздать после войны Объеди­ненным Нациям ново­го эффек­тивного механизмаподдержания мира. Все это тесно увязыва­лось с особым значением для будуще­гомира добро­со­седских советско-американ­ских отноше­ний. 

9. Крымская конференция.

Предложение о встрече в верхах сцелью об­суж­дения проблем,  встав­ших на заключитель­ном этапе войны, сделаноРузвельтом в послании Ста­лину 19 ию­ля 1944 года.

/>

И.  Сталин

В 1944 году сильно акти­визировалисьтай­ные контакты высших чинов Германии с пред­ста­вите­лями спецслужб Англии иСША, имевшие целью проти­во­дей­ствовать укреплению аме­ри­кано-совет­ских отно­шенийи способ­ствовать за­ключению  сепаратной сделки. По­кушение на Гитлера 20 июля1944 года и секретная ин­форма­ция о демо­кратиче­ских убежде­ниях ряда его уча­стников(и прежде всего полковника фон Штау­фенбер­га)  усиливали за­интересованностьвоен­ных руководи­телей США в установлении контак­тов с оппозицион­ными Гит­леругенера­лами Вер­махта,  склоняющимися к сепа­ратному миру с за­паднымисоюзниками на услови­ях раз­рыва с Со­вет­ским Союзом и предотвращения«большевизации Европы».

Значительное влияние наактивизацию сил, про­тиводействующих укреп­лению советскою — американ­скихотношений, оказывала английская дипло­матия. Полнее всего в период подготовкиЯлтинской конфе­ренции олице­творявшая линию на ослабление коалици­онных усилийи на реви­зию ранее согласованных реше­ний.

Заметно возросло давление наБелый дом со сто­роны правого крыла конгресса и консерватив­ных орга­новпечати,  неизменно рассматривав­ших Совет­ский Союз в качестве потенциальноговрага. По мере при­ближения выборов в ноябре 1944 года кампания за пе­ресмотрвнешней поли­тики на­бира­ла силу.  Поэтому в телеграмме к Сталину Рузвельтвысказы­вался за ско­рейшую встречу в верхах.  Важно было закрепить вовнешнеполитиче­ском курсе США позитивные сдвиги в отношениях с СССР, достигну­тыес мо­мента их восста­новления в 1933 году и получив­шие развитие в годы войны.

Пристально следя за растущейнаступа­тель­ной мощью советских войск,  за тем как ши­рится между­на­родноепризнание решающего вклада их в победу, улав­ливая настроения боль­шинстваамери­канского народа, стре­мившегося к прочно­му миру,  Рузвельт постепенно ине без внутрен­них ко­леба­ний приходил к выводу о на­зревшей перестройкемеждународных от­ношений на ос­но­ве сотрудниче­ства стран с различ­ным об­ществен­нымстро­ем.

Реализм Рузвельта положительносказался на итогах конференции по созданию «Всеобщей меж­ду­на­роднойорганизации безопасности», ко­торая проходила в Думбартон-Оксе в августе — сентябре 1944 года и где принцип единогласия великих дер­жав получил своеподтверждение.

Проявляя двойственность, Рузвельтникак не мог полностью расстать­ся с идеей лидерства в послевоенном мире,понимая вместе с тем, что отно­шения СССР и США должны покоится на дос­таточнопрочных осно­вах, попытки расшатать которые обойдутся дорого в плане ближайшихи дол­говремен­ных целей союзников.

Контуры решений на предстоящейКрым­ской конференции вырисовы­вались для Рузвельта как произ­водное оттрезвого учета меняющейся обста­новки — во­енной, стратегической, политиче­ской,дипломатиче­ской, мораль­ной. Фактор на­личия Советского Союза, одержанные имре­шающие победы имели доминирую­щее значение в этом ана­лизе.  Ни о какой«поспешности» в под­готовке Белого дома к Крымской конференции или об«интеллектуальной немощи» пора­женного недугом президента, оказав­шегосяякобы жертвой «русского коварства» в Ялте, о чем твердят сто­ронникиреви­зии принятых там решений,  и речи быть не может. Особые обстоятель­ства напред­стоящей конферен­ции представлял собой для Руз­вельта «факторЧерчилля» или «трудности с Чер­чиллем»,  который как считалРузвельт все более и более сползал к мышлению девятнадцатого ве­ка, вместо тогочтобы видеть мир таким, каким он был к концу войны.

Франклин Рузвельт — политик-реалист,  и сто­рон­ники рузвельтовской линии на Крымской кон­фе­ренцииеще раз могли убедиться, что един­ствен­ный путь к по­бедоносному завершению войныи обеспече­нию проч­ных основ послевоен­ного мир­ного урегули­рования — это впервую оче­редь про­должение и развитие советско-американ­ского со­трудничества.

На Крымской конференции былдостигнут трех­сторонний консенсус — редчайшее явление для конфе­ренцииподобного рода. Главным содержа­нием конфе­ренции были вопросы о послевоенномустрой­стве мира об Организации Объединенных Наций, о совместных действияхпротив Японии, без чего война на Дальнем Востоке могла затя­нуться на 2 — 3года и привести к ог­ромным люд­ским и материальным потерям.

Последнее выступление Рузвельтаперед кон­грес­сом состоялось 1 марта 1945  года.  Это был отчет о Крымскойконференции и размышле­ния о целях внеш­ней политики США. Это высту­пление былоеще и пре­дупреждением против сто­летиями культивируемого слепого соблазна, при­бегаяк силе и военно-блоковой политике, решать международ­ные конфликты без учетаинтересов мирового сообщества в целом. «Мир, кото­рый мы строим,  не можетбыть американским или бри­танским миром,    русским, французским или ки­тайскиммиром.  Он не может быть миром боль­ших или миром малых стран. Он должен бытьмиром, базирующимся на совместном усилии всех стран. Крымская конфе­ренцияпризвана обозна­чить конец односторонних действий, замкну­тых блоков, сфервлияния, ба­ланса сил и всех других подобных методов, кото­рые использовалисьве­ками и всегда безуспешно. Мы предлагаем поста­вить на их место всемирнуюорганизацию, кото­рая в конечном счете объеди­нила бы все миролю­бивыенации».  Идея справед­ливого мира «для всех» уживалась уРузвельта с признанием лиди­рующей роли США в мировых делах. За исход­ныйпринимался факт резкого эко­но­мического ослабления всех стран и превращенияСША в «образец» социально-экономического раз­ви­тия остального мира, в своего рода эталон для под­ражания, что подразуме­вало одновременно и от­ношениязависимости. Все это должны были вен­чать многочисленные военные базы США,  атакже торговая и финансовая экспансия.

К весне 1945 года атомный«Манхеттенский про­ект» успел приобрести черты зловещей реаль­но­сти.Еще в 1944 году по инициативе датского физи­ка Нильса Бо­ра возникла идея: радисохра­нения доверия  между со­юзниками информиро­вать Совет­ский Союз оведущихся работах по созданию атом­ной бомбы. Тем не менее Рузвельт дал себяугово­рить Черчиллю не информиро­вать Советский Союз, что и было зафиксированов па­мятной записке,  подписанной Черчиллем и Руз­вельтом 19 сентября 1944 годав Гайд-Парке. Следует считать,  что Рузвельт,  также как и Чер­чилльпридерживался же­сткой линии, отвергая идею международного кон­троля над атом­ныморужием на основе равноправ­ного уча­стия в нем всех стран антигитлеровскойкоалиции.

Внешнеполитический курс Рузвельтаи «дух Ял­ты» подвергались непрерывным нападкам.

10. Смерть президента — утрата для Аме­рики.

11 апреля неожиданно оказалосьнасыщен­ным событиями. Помимо чтения прибывших с по­чтой дело­вых бумаг,обдумывания речи по слу­чаю Дня па­мяти Джефферсона и подготовки ди­плома­тическихдепеш он был заполнен до отказа «мелочами»,  каждая из кото­рых былаважна сама по себе.  Не простым делом было утрясти с пресс-секретарем Хассетомрабочий  кален­дарь до конца апреля (президент предполагал уехать изУорм-Спрингса в среду, 18 апреля, пробыть день в Ва­шингтоне, а затемотправиться поездом в Сан-Франци­ско).  На утро следующего дня Руз­вельтназначил стено­графирова­ние своей речи перед участниками учреди­тельнойконференции Органи­зации Объединенных На­ций.  Вечером в малом Белом домепоявился министр финансов Генри Моргентау, занявший президента трудным разго­воромо будущем Германии. Внезапно обор­вав беседу в том месте, где Моргентау вернулего к плану расчленения Германии, президент пере­вел ее в иное русло, в областьвоспоминаний. Расставаясь Руз­вельт дружески извинился за краткость беседы,сослав­шись на предстоящие завтра встречи. Ему хотелось вы­спаться перед тем,как утром следую­щего дня его разбу­дят сек­ретари с всегдашней порцией ут­реннейпочты.

12 апреля началось, как обычно, чтением га­зет. Они сообщали о взятии Вены русскими и о боях марша­ла Жукова в40 милях от Берлина, о добро­вольной сдаче в плен сотен тысяч герман­скихсолдат на Запад­ном фронте и о боях англо-амери­канцев в окрестностях Болоньи. Затем се­анс с художницей Шуматовой, закан­чивающей портрет президента. Всевремя сохранять не­под­вижную позу было делом утомительным.  В ко­рот­кие проме­жуткиРузвельт подписывал деловые бумаги и перебрасывался двуми-тремя словами с окружаю­щими. Все восприняли как шутку его реплику о желании по­дать в отставкус по­ста президента. Вопрос присутство­вавшей тут же его родственницы ЛаурыДелано: «Вы это серьезно ?  И что же Вы будете делать ?» — не засталего врасплох. «Я бы хотел возглавить Организацию ОбъединенныхНаций»,  — ответил Рузвельт.

Где-то сразу после 1 часа дня 12апреля 1945 года он внезапно почувствовал «ужасную головную боль», азатем потерял сознание. В 3 часа президент США умер. Уход из жизни Руз­вельтанакануне исторических собы­тий решаю­щего значения был воспринят как тяжелаяутрата прежде всего для трудного дела выработки но­вой философии безо­пас­ностив условиях действия уже проявившихся, но еще не познанных до конца глобаль­ныхфакто­ров разви­тия — социально-эко­номических, по­лити­ческих, национальных,воен­ных, научно-техниче­ских.  Плоть от полти своего класса — класса аме­рикан­скойбуржуазии, он в тоже время был и про­дуктом сво­его времени, от­меченногодинамиче­скими изменениями, подры­вом позиций мирового капитализма, крутой лом­койполитических струк­тур, углублением револю­цион­ных процессов, воз­никшейугрозой для чело­вече­ства со стороны импе­риалистической реак­ции и воинствую­щегомилита­ризма.

То,  что внес Франклин Рузвельткак даль­но­вид­ный государственный деятель и дипломат в американ­скую политику(имея в виду ее практи­ческий и идеоло­гический аспекты),  при всей не­однозначно­стиэтого вклада обеспечили ему осо­бое место в национальной истории рядом с Ва­шингто­ном,Джеф­ферсоном и Лин­кольном.  О роли же Рузвельта в становлении позитив­нойтрадиции в советско-амери­канских отношениях можно сказать словами Г. Гопкинса.«Рузвельт… — гово­рил он на встрече с советскими руководи­телями в Мо­сквев мае 1945 года,  — не упускал из виду того факта, что экономи­ческие игеографи­ческие интересы Совет­ского Союза и США не сталкиваются. Казалось, чтообе страны прочно встали на путь, и но, Гоп­кинс, уве­рен, что Руз­вельт был вэтом убежден, который ведет к раз­решению многих трудных и сложных проблем, ка­сающихсянаших обеих стран и остального мира. Шла ли речь о том, как посту­пить сГерманией или с Япони­ей, или о конкретных интересах обеих стран на ДальнемВостоке, или о междуна­родной организации безопасно­сти, или, и это не впоследнюю очередь, о длительных взаимо­отно­шениях между Соединенными Штатами иСо­вет­ским Союзом — Рузвельт был убежден, что все эти вопросы могут бытьразрешены и что в этом его под­держит американский народ.».

 

План:

1.      Происхождение.  Начало карьеры. Первые успехи и неудачи.2.      Внутренняя и внешняя ситуация в ка­нун президентства     Рузвельта.3.      Снова на политической арене.4.      Экономический кризис.

5.         Рузвельт в гуще политической борь­бы.

6.         Рузвельт президент США и его«новый курс».

7.        Новая международная ситуация — но­вые решения

8.         Завершение войны и новые про­бле­мы.

9.         Крымская конференция.

10.       Смерть президента — утратадля Аме­рики.

Ліцей “Поліграфіст”

Творча робота

На тему: “Соціально-економічний розвиток США”


Учениці 10 – А класу                                                                                                                                     Ліцею “Поліграфіст”                                                                                                        Горєвої Ольги                                                                                                                             
еще рефераты
Еще работы по истории