Реферат: Потеря северной Африки

/>Министерствообразования Украины

Лицей «Интеллект»

Реферат на тему: ПОТЕРЯСЕВЕРНОЙ АФРИКИ

Выполнил:

Корчев Вячеслав

группа 201

Киев 1998 год

ПРОРЫВ ОБОРОНЫ НЕМЕЦКИХ ВОЙСК У ЭЛЬ-АЛАМЕЙНА

После того как Роммельв начале сентября 1942 г. тщетно пытался про­рвать оборону англичан в районе Эль-Аламейна и выйти к Нилу, немецкие и итальянскиевойска не получили достаточных пополнений; большетого, соотношение сил начало постепенно изменяться в пользу англичан. Мальтасрывала всякий подвоз в Африку. Теперь итальянское командование сожалело о том,что отказалось от захвата этой английской базы. Немецкая авиация уже не моглавывести ее из строя. Итало-немецкие потери торговых судов и боевых кораблейрезко возросли. Хотя предпринятое 10 октября воздушное наступ­ление на Мальту ипринесло некоторое облегчение, но через две недели его пришлось прекратить, таккак потери в самолетах стали слишком большими.

В начале октября генерал Александер,английский главнокомандующий на Ближнем Востоке, решил в конце месяца бросить внаступление 8-ю армию Монтгомери.Для подготовки этого наступления 9 октября начались постоян­ные воздушныеналеты на итальянские порты Неаполь и Савону, чтобыпарали­зовать снабжение войск в Африке, и на итало-немецкие аэродромы в Сицилиии Северной Африке для планомерного уничтожения военно-воздушных сил.Коммуникации африканской армии протяженностью 1800 км также подверга­лись систематически атакам. Все эти налеты регулярнопроводились в тече­ние более двух недель и были настолько эффективными, чтоанглийские само­леты незадолго до начала наступления могли уже совершеннобеспрепятственно летать через позиции противника. Генерал Штумме, который заменял Роммеляво время его отпуска, согласно его приказу, эшелонировал четыре немецкие ивосемь итальянских дивизий следующим образом.

Оборонительные позиции занималипять итальянских дивизий, отчасти смешанные с немецкими частями 164-й пехотнойдивизии и парашютной бригады Рамке. В качестве резерва — чтобы можно былобыстро локализовать вклинение противника, преждечем он сумеет добиться решающего прорыва на фронте не особенно стойкихитальянцев,- непосредственно за пехотными дивизиями располагались на юге однанемецкая и одна итальянская танковые дивизии, на севере—две немецкие и двеитальянские танковые и две моторизо­ванные дивизии.Немецкие соединения уже так и не смогли восполнить поте­ри,понесенные в начале сентября.

Между тем 8-я английская армия увеличилась до семипехотных, трех бронетанковых дивизий и семиотдельных танковых полков. Англичане имели 1100танков, в том числе 400 тяжелых американских машинтипа «Грант» против 500 немецких и итальянских танков. Таким образом, у нихбыло более чем двойное количественное превосходство, не говоря уже о качественном, Превосходство ввоздухе было, несомненно, на английской стороне и граничило с абсолютнымгосподством. Монтгомери основную массу своих войск—два армейских корпуса—расположилна оборонительных позициях, а за север­ным флангом привел в боевую готовностькрупные танковые силы. Посредством крайне искусной маскировки и различных мероприятий с целью ввести про­тивника взаблуждение, например таких, как использование макетов танков и сооружениеложного нефтепровода на юге, ему удалось дезориентировать противника не толькоотносительно направления своего главного удара, но даже и относительно всейподготовки к наступлению. 23 октября в 23 часапосле мощной двадцатиминутной артиллерийской подготовки, в которой принялиучастие свыше тысячи орудий, войска Монт­гомери перешли в наступление насеверном участке фронта. Одновременно на южном участке, чтобы ввести противникав заблуждение и сковать располо­женные там немецкие и итальянские резервы, былопредпринято ложное наступление. Замысел быстро прорвать северную часть позициии, проделав проходы в минных полях, ввести в прорыв танковые соединения,несмотря на использование огромного количества техники, с самого началапотерпел неудачу. Обороняющиеся сумели остановить продвижение англичан вглубине главной полосы обороны. Вечером 25 октября прибыл Роммель, которомупришлось прервать свой отпуск, и снова принял командование армией вместо своегозаместителя, погибшего в первый же день наступления. Контратаками резервов,находившихся за северным флангом, а также стянутых с юга, уда­лось в течениенескольких дней настолько ограничить глубокое вклинение англичан, чтоМонтгомери был вынужден отвести в тыл свои танковые соеди­нения, чтобы привести их в порядок иперегруппировать. Английские пехот­ные дивизиипонесли большие потери, триста танков было выведено из строя. Но положениенемецких и итальянских войск было гораздо хуже. Расходуя огромное количествобоеприпасов, беспрерывно атакуя с воздуха, располагая танками, обладающимиболее мощным вооружением и большим запасом хода, чем немецкие танки, англичаненанесли противнику потрясающие потери. Итальянские пехотные дивизии отчасти неотвечали требованиям ведения войны с большим количеством техники. Немецкиезапасы бензина подходили к концу. Слабые силы авиации самоотверженно пыталисьвместе с итальянцами воспрепятствовать действиям английских войск, но былиотогнаны превосхо­дящими силами английской авиации и мощным заградительнымогнем зенит­ной артиллерии. Роммель после этого относительного успеха в оборонепонял, что при его больших потерях и огромном превосходстве противника он не  сможет удержатьсвоих позиций. Если войска своевременно не отвести, то прорыв полностьюмоторизованных частей противника будет вопросом лишь нескольких дней. Роммель не скрыл от итальянского командования этуоценку создавшегося положения. 30 октября удалось еще раз предотвратить прорывавстралийской дивизии, которая продвинулась от участка вклинения на север допобережья. Затем англичане в ночь с 1 на 2 ноября начали решаю­щее наступление.Чтобы избежать уничтожения целой армии и иметь возмож­ность спасти прежде всегонемоторизованные итальянские пехотные дивизии, Роммель должен был немедленноотвести свои войска. 2 ноября он начал отступление,сообщив в Рим и в ставку Гитлера о том, что оно стало неизбеж­ным. Муссолини ответил, что он должен удержать позициюлюбой ценой. Гитлер, как всегда, когда не хватало резервов, пыталсявоздействовать высоко­парными словами. Весь немецкий народ, убеждал он Роммеля, преисполнен глубочайшей веры в егокомандование и в храбрость немецких и итальянских войск. Необходимо бросить вбой все до последнего солдата. Даже превосходя­щие силы противника будут, вконце концов, измотаны и обескровлены; важно толькодержаться с железной стойкостью. У его войск только один выход: победа илисмерть. Роммель, который всегда считал себя прежде всего солда­том, подчинилсяприказу и прекратил начавшееся отступление.

Приказ Гитлера воодушевил войска на последнееотчаянное сопротивле­ние, которое оттянуло прорыв еще на два дня. Затемангличане разгромили на центральном участке фронта самоотверженно сражавшийсяитальянский моторизованный корпус и создали брешь шириной 20 км. Так как,согласно приказу, в бой были введены все силы и средства до последнего солдата,то не было резервов, чтобы закрыть зияющую брешь. Англичане в основном ужеразгромили итальянские пехотные дивизии и вклинились в трех местах даже воборону немецкого Африканского корпуса.Ликвидировать эти вклинения немцы уже были не в состоянии. Тогда Роммель решилпод свою ответствен­ность дать приказ об отходе и сообщил о том, что он отдалприказ отойти к Фуке, однако не знает, возможно литам снова организовать оборону.

Из-за несвоевременной реакции высшего руководстватеперь наступило то, чего так опасались итальянцы со времени первогоотступления зимой 1941/42 г. и чего они хотели во что бы то ни стало избежать.Малоподвижные итальянские пехотные дивизии, которых никогда нельзя былообеспечить необходимыми транспортными средствами, оказались беспомощными передпреследующими их полностью моторизованными соединениями противника.Моторизованные немецкие дивизии и остатки почти совершенно разгромлен­ныхитальянских моторизованных дивизий в результате этого сражения были настолькоослаблены, что даже медленный отход от рубежа к рубежу с учетом темпа движенияпехотных дивизий стал неосуществимым. Оборонительную позицию у Фуки уже нельзя было удерживать. Противник навязалсвой темп.

Между Роммелем, которыйхотел спасти как можно больше подвижных сил, и итальянским верховнымкомандованием возникли неизбежные круп­ные разногласия; итальянцы дошли доупрека в том, что Роммель нервни­чает, оставляет быстрее, чем это необходимо,одну позицию за другой и не обращает должного внимания на итальянские интересы.Противоречия еще более обострились, когда итальянские офицеры увидели, чтонемецкие тыло­вые службы вместо того, чтобы предоставить автомашины враспоряжение итальянцев, перевозят на своих и итальянских автомашинах такиевещи, без которых вполне можно обойтись на фронте.

Большая часть итальянцев и значительная частьнемецких немоторизован­ных соединений уже погибли в результате боев под Эль-Аламейном или были потеряны в первые дниотступления. Зато попытка англичан параллельным преследованием бронетанковымивойсками преградить подвижным германо-итальянским силам отступление на позициюу Мерса-Матрух потерпела неудачувследствие упорного сопротивления немецкихохраняющих частей. Внезапно начавшийся дождь также помешал передвижениюангличан вне дорог. После того как 8 ноября позицию у Мерса-Матрух пришлосьоставить ввиду угрозы охвата с юга, итальянцы потребовали, чтобы удерживалисьсильные позиции в районе Эс-Саллума и прохода Хальфайя. По мнению Ром­меля, при существующемнеблагоприятном соотношении сил об этом не могло быть и речи. Вряд ли быловозможно также захватить Тобрук и помешать англичанам хотя бы на короткое времяпользоваться портом и прибрежным шоссе. Это поглотило бы все силы армии иоткрыло англичанам путь на Три­поли. Положение заставляло предпринять быстрыйотход, так как уже 11 нояб­ря показались первые английские дозоры в районе Эль-Мекили—верный признак того, что противникстремился снова выйти на рубеж Эль-Мекили, Завиет-Мсус,чтобы отрезать все силы, отступающие к Бенгази. Вночь с 12 на 13 ноября англичане заняли Тобрук.

По мнению итальянского верховного командования,которое уже энергичнее включилось в руководство операциями и для выполнениясвоих распоряже­ний подчинило Роммеля командующему войсками в Ливии маршалу Бастико, ближайшей позицией теперь являлсяоборонительный рубеж у Гаср-эль-Брега. Итальянцыего тщательно укрепляли и подтягивали туда войска. Они делали также всевозможное, чтобы подбросить армии подкрепления и попол­нить запасы; правда, онибыли не в силах устранить хроническую нехватку горючего, которая часто дажесказывалась на действиях танков. Надо отметить, что в результате действийвражеской авиации большое количество боеприпа­сов, горючего и продовольствиябыло потеряно еще в море или при подвозе автотранспортом. Кроме того, западныедержавы к этому времени высадили свои войска в Марокко и в Алжире, так чтоподкрепления и все необходимое шло теперь прежде всего в Тунис. Кессельринг и итальянское верховное коман­дование былиубеждены в том, что противник, который до Бенгази прошел путь 850 км,обеспечивая с большим трудом свое снабжение, неизбежно должен был потерятьнаступательную мощь. Поэтому они требовали, чтобы позиция у Гаср-эль-Брега энергично оборонялась. Это требованиерешительной обо­роны вызвало резкое возражение Роммеля. Он также считал, что наподходя­щих позициях следует по прежнему готовиться к задержанию противника, нополагал, что решительная оборона в Триполитанииневозможна, так как англичане могли обойти все эти позиции. Поэтому всякоеслишком долгое их удерживание связано с потерей армии или, по меньшей мере, спотерей ее немоторизованных частей, как это случилось под Эль-Аламейном. Такоеже мнение он выразил во время беседы с Гитлером, чем вызвал бурю возмущения. Ужеиз одних только политических соображений должен удерживаться боль­шой плацдармв Африке, поэтому отступление с позиции Гаср-эль-Брега исключено. Данные тогда Роммелю обещания своевременно подбросить емуподкрепления и снабдить войска всем необходимым впоследствии так и не бы­ливыполнены. Было невозможно обеспечить достаточное снабжение морским путемодновременно Туниса и Триполитании. События ближайших же недель оправдалигосподствовавший в Риме оптимизм лишь постольку,поскольку Монтгомери продвигался вперед очень медленно,причем это не затрагивало принципиального мнения Роммеля о возможностяхдальнейшего ведения воен­ных действий. 20 ноябряангличане вступили в Бенгази, пройдя за четырна­дцать дней 850 км. Их армиябыла сильно растянута, а для ее снабжения они вынуждены были обходиться лишьодним прибрежным шоссе. Теперь им нужно было сначала подтянуть свои войска, атакже развернуть по крайней мере отдельные части и организовать их снабжение.

Монтгомери, всегда действовавший планомерно иметодично, также не хотел неосторожными действиями подставлять свои войска подудар все еще опасного противника. Без сильной поддержки авиации, переброска и снабжение которойтребовали напряженной работы транспортных частей, он считал преследованиеневозможным. Поэтому перед позицией Гаср-эль-Брегабыла снова сделана остановка на несколько недель. Снабжение через Триполинесколько увеличило силу сопротивления армии Роммеля.Монтгомери выдви­нул вперед только три дивизии:трудности с подвозом не позволяли пока исполь­зовать большие силы. Он решилдвумя дивизиями наступать фронтально, а одной танковой дивизией предпринятьглубокий обход. 11 декабря англий­ская авиация приступила к бомбардировкепозиций итало-немецких войск; наступление наземных войск предполагалось начать14 декабря. Роммель своевременно разгадалприготовления англичан к наступлению и уже в ночь с 6 на 7 декабря началотводить малоподвижные итальянские пехотные диви­зии на позиции у Буэрат-эль-Хсуна в юго-западном углу залива Сидра.Когда англичане в ночь с II на 12 декабря стали бомбить позиции уГаср-эль-Брега, Роммель приказал и моторизованным частям отойти, так что ударанглийской авиации пришелся по пустому месту. В последующие дни все же сказалсяначатый войсками противника обход этой позиции в сочетании с фронталь­нымиатаками. Завязались ожесточенные бои, и немецкие арьергардные части избежалиокружения только благодаря удачно проведенной контратаке.

Опять наступила длительная пауза, прежде чеманглийская армия развер­нулась перед позицией у Буерат-эль-Хсунаи подготовила ее обход; снова Ром-мель получил из Рима приказ удерживать этупоследнюю позицию перед Триполи до последней возможности. Только когда онпоставил ультимативное требование, что в таком случае итальянскому верховномукомандованию при­дется смириться с уничтожением итальянских пехотных дивизий, вначале января был получен приказ об отходе. 18 января англичане начали наступле­ние,и немецкие арьергарды своевременно отступили. Послесовсем короткой задержки на позиции, которая находилась в 100 км восточнееТриполи и была немедленно обойдена англичанами, Роммель бросил столицуитальянской колонии на произвол судьбы. 23 января она была занята англичанами.Англи­чане говорят, что перед самым Триполи их запасы пришли к концу, так чтоони вынуждены были или немедленно использовать порт Триполи или отсту­пить. Таккак вход в порт преграждал только один потопленный корабль, то через пять днейпосле захвата в него уже могли заходить мелкие суда, так что англичане теперьбыли свободны от всяких забот.

С потерей Триполи итальянцы лишились последнейчасти своей колониаль­ной империи в Северной и Восточной Африке, которую они сбольшой любовью и ценой тяжелых материальных жертв создавали в течениеполувека. Это был серьезный удар для итальянского народа, три года лелеявшегонадежды полу­чить Ниццу, Корсику и Тунис. Сомнения в целесообразности войныросли, потому что теперь она уже стучалась в ворота родины.

Англичане могли гордиться своей победой. Целых двагода в ожесточен­ной и упорной борьбе они удерживали свои позиции наСредиземном море, и хотя временно и потеряли господство на море и в воздухе, ноне отступили. Теперь они, наконец, сами перешли в наступление и в самомближайшем вре­мени должны были начать в Тунисе совместные действия самериканскими войсками Эйзенхауэра. Несмотря на всестарания Роммеля, пробил послед­ний час немецкого Африканского корпуса.

в декабре 1941 г. японцы нанесли мощный инеожиданный удар, американцы уже начали мобилизацию людских резервов и техники,но были еще очень далеки от того, чтобы иметь возможность бросить в боймногочисленные и хорошо оснащенные и обученные соединения. Небольшое количество имевших­ся в их распоряжениивойск требовалось немедленно использовать на Дальнем Востоке, чтобы помешатьбезграничному расширению Японии. Главное заклю­чалосьв том, чтобы не дать Японии приблизиться к Австралии и Индии.

Несмотря на неотложныезаботы о настоящем, думали и об общем плане ведения войны. Чтобы получитьясность в этом вопросе, Черчиль с 22 по 26 декабря 1941 г. вел переговоры вВашингтоне. Конференция, на которой уча­ствовалитакже его военные советники, привела к двум решающим результатам.

Для координациисовместных военных усилий был создан штаб, который имел свою резиденцию вВашингтоне. В этот орган входили постоянные пред­ставители главных штабов всехтрех видов английских вооруженных сил; во главе стоял начальник американскогогенерального штаба Маршалл. С самого начала стремились максимально уменьшитьтрения, связанные с веде­нием коалиционной войны, слишком хорошо знакомые обоимпартнерам по первой мировой войне. Несомненно, в военном отношении этогоудалось достиг­нуть почти полностью/>[1].

Главной целью войны было поражение обеихевропейских держав оси. Против Японии американцы хотели бросить ровно столькосил, сколько тре­бовалось для того, чтобы сначала задержать продвижениеяпонских войск, а позднее захватить выгодные исходные позиции с целью добитьсяокончатель­ного поражения Японии.

Причины такого решения были ясны. Вооруженные силытрех союзников, к которым относился и Советский Союз, могли совместнодействовать только против Германии и Италии. Если бы Соединенные Штатысосредоточили глав­ные усилия на борьбе с Японией, это означало бы не толькораскол сил, но и опасность того, что предоставленные самим себе Англия иСоветский Союз тем временем потерпят поражение в Европе.

Но было легчепринять решение, чем быстро его осуществить. Тоннажторгового флота был крайне ограничен. Для снабжения Британских острововежегодно требовалось 20—25 млн. брт. Русским нужнобыло все в большей степени посылать через Северный Ледовитый океан и Ираноружие, автомаши­ны и снаряжение. В Австралии было необходимо создать базу дляобороны и для последующего наступления на Японию. Потребовались годы, покавойска стали достаточно сильными, чтобы осуществить вторжение в Европу. Вфеврале 1942 г. нехватка тоннажа стала настолько велика, что предложениеотправить в Египет американскую бронетанковую дивизию не осуществили уже поодной той причине, что эти войска не на чем было перебросить. Борьба немецкихподводных лодок и надводных кораблей на морскихкоммуникациях в Атлантике достигла в то время кульминационной точки. Каждыймесяц гибло большое количество судов, в том числе особенно нужные танкеры.Време­нами из-за действий подводных лодокпрекращалось сообщение между порта­ми Северной и Южной Америки.

Мысль о строительстве специальных десантных судов—необходимыхвспомогательных средств для высадки десанта—возникла лишь в феврале 1942 г.

Прошел почти год с момента вступления СоединенныхШтатов в войну, пока американские вооруженные силы смогли принять участие в операцияхв районе Средиземного моря. Путь к этой цели был долгим и трудным. Когда

Весной 1942 г. американцам теоретически уже былаясна форма заплани­рованного вторжения в Европу. Они с самого начала стремилиськ высадке во Франции. Британские острова могли служить достаточно широкимплацдар­мом для сосредоточения войск и последующего полного развертывания воору­женныхсил обоих союзников. Туда вел кратчайший путь от восточного побе­режья Америки,там имелась густая сеть хорошо укрепленных и мощных портов, необходимых длявыгрузки прибывающего из-за океана огромного количества живой силы и техники.Далее, поскольку каждый конвой, идущий в Англию, должен был охранятьсявоздушными и морскими силами, эта организацияобороны одновременно могла принести пользу и военным тран­спортам американцев.В случае наступления на Германию из Северной Афри­ки, которому вначале такжепридавалось серьезное значение, американцы лишались большей части этихпреимуществ; кроме того, в ходе наступления требовалось преодолеть Альпы.

Многие с глубоким сомнением относились к планувысадки во Франции и задавали вопрос, возможно ли будет вообще высадить десантво Франции, учитывая немецкие оборонительные сооружения на французскомпобережье, многочисленные и сильные базы подводных лодок и немецкой авиации,тем более что немцы имели в своем распоряжении для укрепления побережьянесколько лет? Не было недостатка в людях, которые считали такое предприя­тиебезумием, равносильным самоубийству. Однако военные руководители в американскомгенеральном штабе во главе с их начальником, генералом Маршаллом, стояли твердона той точке зрения, что если создать подавляющее превосходство в воздухе,устранить угрозу со стороны немецких подводных лодок, использовать сильный флотобеих морских держав и провести тщатель­нуютехническую подготовку, то такая операция будет иметь все шансы на успех. Вапреле 1942 г. англичанам был предложен план, который они в основ­ном одобрили,несмотря на многие опасения военного, и политического харак­тера, появлявшиесяу них в дальнейшем довольно часто. Но все это пока оставалось только планом и,как вскоре выяснилось, не могло быть осуществле­но до весны 1944 г.

Между тем наступил июнь 1942 г. и положениерусских, казалось, стало в высшей степени опасным. Их настойчивые требования оботкрытии второго фронта усиливались изо дня в день и встретили живой отклик ванглосаксонской прессе, которая не могла понять, почему военное командованиеостава­лось совершенно бездеятельным. В это время генерал Эйзенхауэр, который до сих пор был начальникомоперативного управления американского генераль­ного штаба, стал верховнымглавнокомандующим американскими вооружен­ными силами в Европе. Когда он прибылв Лондон, в Северной Ирландии нахо­дилась одна пехотная и одна танковаяамериканские дивизии, а также неболь­шие авиационные подразделения. Обучениеобоих соединений еще не было закончено, так что о вторжении в Европу в скоромвремени не приходилось и думать. Однако Рузвельтсчитал, что если американцы в 1942 г. не предпри­мут никаких решительныхдействий, то это тяжело отразится как на положе­нии на русском фронте, так и намировом общественном мнении. Поэтому он дал указание начальнику генеральногоштаба при любых обстоятельствах еще в 1942 г. начать наземные операции в районеЕвропы. Имелись три возможно­сти: усилить английскую армию в Египте, высадитьдесант в Северо-Западной Африке и создать плацдарм во Франции. Египет был исключен,так как пере­броска войск и грузов вокруг Южной Африки потребовала бы слишком много времени и транспортныхсудов. Высадка десанта во Франции представлялась американскому командованиюочень заманчивой операцией. Американцы оставались верными своемупервоначальному плану и не давали сбить себя политическими соображениями наневерный путь. Однако проверка осущест­вимости высадки для создания плацдарма вБретани или на полуострове-

Котантен привела квыводу, что риск был слишком большим. Небольшойрадиус действия еще не позволял истребителям, базирующимся на английские аэро­дромы,поддерживать десантную операцию в Северной Франции. Таким обра­зом, оставаласьтолько высадка десанта в Северной Африке, которая 25 июля и была одобрена Рузвельтом.

Ее осуществление было связано с немалымитрудностями и сомнениями. Все предыдущие расчеты ивыводы касались высадки на ограниченном участке побережья Франции; его можнобыло достигнуть одним коротким прыжком через пролив. Эта же операция быласвязана с длительным переходом через океан, в глубинах которого таилисьвражеские подводные лодки, и должна была проводиться на обширной территории,где прежде велись лишь неболь­шие колониальные войны. На первом этапе поддержкас воздуха, поскольку не имелось достаточного количества авианосцев, должна былаосуществляться главным образом с Гибралтара, на аэродроме которого с испанской территории можно было сосчитать все самолеты. Длядесанта были подготовлены только несколько дивизий. Поэтому сначала ставилисьочень ограниченные задачи: воспретить державам оси использование ФранцузскойСеверной Африки в качестве базы подводных лодок и авиации (впрочем, весьмасомнительный предлог для захвата), облегчить положение Мальты и в случаеблагоприятной обстановки быстро захватить побережье Северной Африки вовзаимодействии с 8-й английской армией, которая еще стояла у Эль-Аламейна. Радиус дей­ствия самолетов, базирующихсяна Гибралтар, ограничивал выбор районов первых высадок. Бизерта и Тунис исключались, так как английский флотопасался слишком тяжелых потерь от авиации противника; из восточных портовможно было говорить об Оране и Алжире.Представлялось целесо­образным высадить десант в Касабланке,чтобы немедленно оказать сильный нажим на Испанию и на марокканские племена, и во всяком случае закрепиться в Африке. В общем,полной уверенности в успехе десантной операции на Средиземном море не было.Полагали, что немцы могут предпринять решитель­ные действия против Гибралтара,и даже считали возможным при известных обстоятельствах преграждениеГибралтарского пролива. Самым ранним сроком этой операции, для которойтребовалось собрать большой транспортный флот, занятый выполнением различных задач,была поздняя осень.

Поведение 200-тысячной французской армии в СевернойАфрике и все еще значительных морских сил в североафриканских портахприобретало решаю­щее значение. Ни здесь, ни во Франции не были забыты Оран,Дакар и Сирия. Поэтому операция была подготовлена так, как будто бы дело шло овысадке исключительно американских войск. Англичане по возможности должны былипредпринять высадку лишь тогда, когда выяснится позиция французов. Однакосовершенно обойтись без содействия английского флота было нельзя. Поэтому,чтобы лишний раз не задеть самолюбия правительства Петена,де Голль не был привлечен к этим планам и даже небыл посвящен в них. Напро­тив, американец Мэрфи, который с 1940 г. находился вСеверной Африке в качестве дипломатического представителя США, установил связьс некоторы­ми видными французскими генералами и представил важные данные относи­тельночисленности, морального духа и предположительного сопротивления французскихвооруженных сил в Северной Африке. Очень надежным для Виши был французскийгенеральный резидент в Марокко генерал Ноге. На основании переговоров со своимидоверенными лицами – французами — Мэрфи предложил сразу же после высадкидесанта направить генерала Жиро, бежав­шего из немецкого плена и находившегосяна не оккупированной территория Франции, в СевернуюАфрику, так как считалось, что он пользуется среди французских войск оченьбольшим влиянием.

В одном из своих отчетов Маршаллу Эйзенхауэр писал,что французские вооруженные силы в Африке, располагающие 500 самолетами и 14слабыми,

скудно оснащенными, но зато хорошо обученнымидивизиями с опытным командным составом, вполне могут воспрепятствовать высадке,если только они не будут политически разложены и не станут оказывать лишьвидимость сопротивления. Позиция Испании егобеспокоила меньше, хотя, конечно, немцы могли своевременно разгадать угрожающуюим опасность и вступить в страну. Чтобы этого не случилось, английская разведкас успехом распро­страняла слухи о том, что англичане в ближайшем будущемпредполагают отправить конвой из Гибралтара на Мальту и для этой целисосредоточили крупные силы авиации в Гибралтаре.Представляется весьма сомнительной готовность Франкев то время открыть немецким войскам свои границы, не говоря уже о том, чтоположение на Восточном фронте становилось все более напряженным и у немцевпочти не было войск и авиации для предупредитель­ных мероприятий. Ведь Роммель еще в сентябре тщетно просил прислать под­креплениядля усиления немецко-итальянских позиций в восточной части Средиземного моря идля действий против Мальты.

9 сентября было решено назначить высадку в СевернойАфрике на 8 нояб­ря. Когда Эйзенхауэр 5 ноябряприбыл на свой временный командный пункт в Гибралтаре, флот, состоявший из 110транспортов и свыше 200 военных кораблей, уже несколько дней находился в путииз портов Соединенных Штатов и Англии. 28 транспортов, на борту которыхнаходились 37 тыс. превосходно оснащенных американцев, отплыли 23 и 24 октябряиз Чесапикского залива на восточном побережьеСоединенных Штатов, суда с 49 тыс. американцев и 23 тыс. англичан 27 октябрявышли из устья реки Клайд в Шотландии. На гибралтарском аэродроме былососредоточено столько истре­бителей и бомбардировщиков, сколько он смогпринять. Можно ли скрыть от противника такие огромные силы и удастся либлагополучно доставить большое количество судов через океан? И как будутдержать себя французы?

Для американского главнокомандующего, руководившегопока еще един­ственной в своем роде операцией, которая по своему размаху, еслине по сме­лости, оставила далеко позади высадку немецких войск в Норвегии, этобыли дни, полные напряженного ожидания. Сообщения о погоде были неблагоприят­ными,что могло особенно тяжело отразиться на высадке десанта в Касабланке со стороны открытого океана.

Утром 8 ноября далеко не отлично работавшаярадиосвязь принесла пер­вые сообщения о высадке десанта. По обе стороны Алжира,где высаживались части двух американских дивизий, французские войска почти не оказывалисопротивления. В 8 часов аэродром, быстрый захват которого имел решающеезначение, находился в руках американцев. Но когда два английских эскадрен­ныхминоносца попытались проникнуть в порт, обороняемый французским флотом, по нимоткрыли огонь. Один эсминец затонул. Батареи на восточном берегу бухтыобстреливали каждое приближающееся судно англичан, и их пришлось подавить огнемс крейсера. Временно выгрузка в порту была невоз­можна. Из Орана, гдевысаживались одна американская дивизия и части бро­нетанковой дивизии, пришлисообщения о сопротивлении с суши, но особенно со стороны действовавших тамчастей французского военно-морского флота. Два американских десантных катерабыли уничтожены. Из Касабланкисообщений пока не поступало.

Было еще не ясно, как закончится операция. Преждевсего следовало поколебать моральный дух французов. Официальное заявлениеамериканцев о том, что они якобы вынуждены предупредить германо-итальянскоевторже­ние в Северную Африку, так как в случае его удачи создастсянепосредствен­ная угроза Америке вследствие сравнительно небольшого расстояниямежду Западной Африкой и американским континентом,было шито белыми нитками. Аргумент, что теперь создан эффективный второй фронтдля поддержки герои­чески борющихся союзников в России, также звучал не слишкомубедительно для французов, которые, за немногим исключением, твердо держалисьза Петена, видели в наступлении еще один актнасилия, опасались за свой авторитет в Северной Африке и не испытывали никакогоэнтузиазма от того, что им пред­ставлялась возможность снова оказатьсявтянутыми в войну. Поэтому они вопреки всем ожиданиям американцев не перешли сразвевающимися знамена­ми на сторону западных держав. Жиро, прилетевший изГибралтара в Алжир, встретил холодный прием.

Дальнейшее осложнение (хотя вконечном счете оно привело даже к улуч­шению отношений между американцами ифранцузами) возникло оттого, что адмирал Дарлан,главнокомандующий французскими вооруженными силами и заместитель Петена, находился уже в течение нескольких дней вАлжире по личным делам. Когда накануне высадки один из посвященных в тайну фран­цузскихгенералов проинформировал его о предстоящей операции, Дарлан немедленно передалПетену предложение не оказывать сопротивлениядесанту, а на следующее утро, поскольку никакого ответа он не получил, приказалпрекратить бой. Этот приказ Дарлана частично оказалсвое влияние на дей­ствия французских частей в Алжире и Оране, которые и без того находились под командованиемсочувственно относившихся к союзникам и посвященных в тайну высадки генералов.Но моряки и войска в Марокко продолжали сопротивление.

Пока американцы, несмотря напринадлежность Дарлана к правитель­ству Виши, вели с ним переговоры о том,чтобы с его помощью окончательно сломитьсопротивление французов, бои в некоторых местах продолжались. В порту Алжиробороняемые моряками форты оказывали сопротивление до вечера 8 ноября, в районеОрана бои прекратились лишь 10 ноября. С наиболь­шим ожесточением французыоборонялись перед Касабланкой. Американскиесамолеты были сбиты французскими истребителями, современный линкор «Жан Барт» вел бои до тех пор, пока не был потопленамериканскими бомбарди­ровщиками. Высадка десанта, предпринятая в стороне отКасабланки, в трех ме­стах прошла успешно, но в двух местах также встретилаупорное сопротивление.

Резкие контрприказы Петена,которые, правда, давались им больше для сохранения своего лица перед Германией,опять вселили колебания в Дар­лана, и лишь 13 ноября было достигнутоокончательное соглашение с американ­цами. Дарлан, указав на то, что немцывторглись в не оккупированную часть Франции и что поэтому Петен уже не является хозяином своих решений, дал отего имени приказ прекратить всякое сопротивление. Теперь офицеры и чиновники вСеверной Африке, до этого отрицательно настроенные по отно­шению к союзникам,почувствовали себя свободными от присяги в верности правительству Петена. Посоглашению с американцами Дарлан стал главой французской администрации, Жиро—главнокомандующимвсеми француз­скими вооруженными силами в Северной Африке.

Пока продолжались переговоры сфранцузами и бои в Марокко, были уже приняты необходимыемеры, чтобы как можно скорее начать продвижение в восточном направлении.Англичане, высадившиеся в Алжире, стояли в 700 км от Бизертыи от Туниса. Нужно было спешить изо всех сил, если они хотели взять эти портыраньше, чем там высадятся войска держав оси; по­следние, конечно, сделают все,чтобы их удержать. На широкую десантную операцию западные державы не моглирешиться, потому что они боялись посылать конвой, считая авиацию противника вСицилии и Южной Италии еще слишком сильной. Оставалось только одно: всемисилами, какие только имелись в распоряжении, как можно скорее и дальшепродвигаться по суше и по морю вдоль побережья в надежде достичь Бизерты иТуниса прежде, чем они будут захвачены противником. Необходимо было использоватьтакже воздушные десанты, 1-я английская армия имеладля выполнения этой задачи одну дивизию и парашютные войска. Она немедленноотправила по морю

небольшие части, которые вместе с воздушнымдесантом II ноября захватили Бужи, на следующийдень Бон и находящиеся в этом районе аэродромы. Из-за недостаточного количествамоторизованных транспортных средств и незначительной пропускной способностиидущего вдоль побережья шоссеАлжир—Тунис нельзя было немедленно начать наступление крупными силами. Все жеброшенные вперед войска и парашютные части до 25 ноября заняли район, которыйна юге простирался до Фондука, а на севере включалнаселенные пункты Меджез-эль-Баб и Табарка.

В связи с этим в руки союзников попало ещенесколько французских аэродромов. Когда головные части англичан 28 ноябряпродвинулись до Джедейды и Матёра, они встретилипревосходящие силы противника, который их немедленно атаковал и послеожесточенных боев отбросил на запад.

Для держав оси высадка войск западных держав воФранцузской Север­ной Африке была неожиданностью. Правда, они с некотороговремени счита­лись с возможностью подобной операции англичан и американцев. Онизнали, что американцы уже отправили крупные сухопутные и воздушные силы вАнглию, и следовало ожидать, что западные державы не дадут бездействовать этимсилам. Но о месте готовящейся высадки они не могли получить точных данных. Измногочисленных источников поступали сведения о самых разно­образных планах иразличных датах. Судя по этим данным, западные державы могли высадиться как вСеверной Норвегии, так и в Ливии, Сардинии, Кор­сике, Сицилии и, наконец, дажев Итальянской или Французской Северной Африке. Слухи, несомненно, сознательно иочень искусно распространявшиеся западными державами, еще более усиливалинеуверенность. Наиболее вероят­ной все же казалась высадка в итальянской частиСредиземного моря, будь то в Африке, где высадившийся десант могвзаимодействовать с наступавшими войсками Монтгомери,или на одном из расположенных перед Италией остро­вов. На эту возможность ибыли рассчитаны оборонительные мероприятия на море. Немецкая авиация и без тогобазировалась в этом районе.

Первое донесение, непосредственно указывавшее напредстоявшую высад­ку, было получено от одного самолета-разведчика: 6 ноября онобнаружил, что количество идущих к Гибралтару судов непрерывно растет. Уитальянцев сразу же возникло подозрение, что предполагается высадка десанта вСевер­ной Африке. В отношении поведения французов они не питали никаких иллю­зий.Их первой мыслью было захватить Корсику, в случае если французы при­соединятсяк другой стороне—для высадки десанта в Тунисе они считали себя слишком слабыми.Наоборот, Гитлер и Геринг, введенные в заблуждение широ­кими мероприятиямизападных держав по оперативной маскировке, были убеждены в том, что транспортыс войсками шли в порты Дерна или Триполи, а может быть, даже на Сардинию илиКорсику. Кессельринг, находившийся в Риме, былскорее склонен к мнению итальянцев и выразил его в телефонном разговореГерингу, который все-таки исключал всякую возможность высадки в СевернойАфрике. Он приказал атаковать конвой всеми имеющимися сила­ми, как только тотокажется в радиусе действия немецких и итальянских самолетов, и ожидал, чторешающий успех окажет очень благоприятнее воздей­ствиеи изгладит неприятное впечатление от Эль-Аламейна. Кессельринг в пламенном обращении к летчикам долженбыл указать на исторический час и призвать их к крайнему самопожертвованию.Германским военно-воздушным силам нужно было выдающимися действиями возродитьсвою былую славу.

Когда 8 ноября пришли первые сообщения о высадкедесанта в Африке, такой оборот событий совершенно всех ошеломил. Все еще питали надежду на то, что французыотобьют нападение. Дарлан, по-видимому, для своеймаскиров­ки, затребовал помощи из Алжира. Сообщалось, что французский флот вТулоне готов к выходу в море. В этих обстоятельствах Гитлер и Муссолини были даже готовы заключить союз с Францией.Однако в ближайшие дни все надежды лопнули. В перехваченном воззвании Жиро говорилосьо намерении нем­цев и итальянцев захватитьФранцузскую Северную Африку; Жиро призвал французские войска перейти на сторонувысадившихся американцев, оказать ему доверие и под его командованием завоеватьдля Франции победу. Следова­ло рассчитывать на то, что сопротивление, о которомсообщали из отдельных мест,например из Касабланки, будет сломлено в короткийсрок. Уже не было никакого сомнения в том, что высадка десанта в Алжире и Оране прошла успешно. Виши хотя и протестовало, нодовольно сдержанно и даже, ссылаясь на итальянские притязания на Тунис,выразило опасения относительно использования итальянских войск в этом районе.

Второй фронт был открыт [2]. Нужно было быстродействовать. 10 ноября Гитлер приказал переброситьнемецкие войска по морю и по воздуху в Тунис, чтобы создать там плацдарм.Принимая во внимание позицию французов, участие итальянцев считали поканеподходящим. Но они не дали себя исклю­чить и, кроме того, решили захватитьКорсику. Уже в тот же день воздушным путем прибыли в Тунис первые немецкиесоединения, а двумя днями позже —  первый немецко-итальянский конвой. Местныйфранцузский гарнизон занял выжидательную позицию. Войска отошли на запад,важный порт Бизерта в начале декабря посленемецкого ультиматума был сдан французским комен­дантом без боя. В течениеноября соединения, командование которыми 15 нояб­ря принял генерал Неринг, настолькоусилились, что растянулись на юг до Габеса и Сфакса и к началу декабряотбросили англичан на Меджез-эль-Баб и Табарка. По боевому опыту и выучке немецкие войсказначительно превосхо­дили своих американских, английских и французскихпротивников, так что теперь им удалось на несколько месяцев сковать их активнойобороной на рубеже Гафса,Фаид, Фондук, Табарка.Немецко-итальянские соединения, объединенные в 5-ю танковую армию, принял 8декабря генерал-полковник фон Арним. Постепенно онавыросла до двух немецких танковых, одной гре­надерской моторизованной и двухпехотных дивизий, к которым еще приба­вились три итальянские пехотные дивизии.1-я английская армия, испытывавшая затруднения с подвозом, тщетно пыталасьсвоими собственными, американскими и французскими силами сохранить инициативу.Непрерывные смелые и искусные удары немецких войск и действия еще достаточносильной немецко-итальянской авиации при­чиняли западным союзникам настолькосерьезные потери, что у английского главнокомандующего даже возникла мысльотойти от противника. Эйзенхауэр энергично выступилпротив всякого добровольного оставления захваченнойтерритории и даже назначил на 24 декабря наступление, от которого, однако,пришлось отказаться, так как после дождей почва была размыта, что почтисовершенно исключало всякое движение вне дорог. Войска западных держав недостигли своей цели и вынуждены были перейти к обороне.

Ввиду все еще оченьплохого положения со снабжением американский корпус очень медленно продвигалсявперед и был введен на южном участке фронта между городами Гафса и Фондук.Французские соединения, сформиро­ванные из частей, находившихся в СевернойАфрике, располагались на централь­ном участке. Они лишь с трудом могливыдерживать частые немецкие атаки и несли тяжелые потери. Неоднократные тяжелыекризисы на фронте устраня­лись только благодаря срочной помощи англичан иамериканцев.

еще рефераты
Еще работы по истории