Реферат: Квалифицирующие признаки преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности личности

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА I. Общая характеристика преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности личности

1.1 История развития российского законодательства о половых преступлениях

1.2Анализ общей уголовно-правовой характеристики и состава половых преступлений

1.3 Уголовно-правовая характеристика состава изнасилования (ст.128 УК ПМР)

1.4 Уголовно-правовая характеристика насильственных действий сексуального характера

ГЛАВА II. Квалификация преступных насильственных посягательств на половую свободу и половую неприкосновенность личности

2.1 Квалифицированные признаки преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 128 и 129 УК ПМР

2.2 Особо квалифицированные признаки преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 128 и 129 УК ПМР

ГЛАВА III. Проблемы квалификации насильственных посягательств на половую свободу и половую неприкосновенность личности

3.1 Отличие признаков составов преступлений, предусмотренных ст. 128 и 129 УК ПМР

3.2 Проблемы разграничения насильственных и ненасильственных посягательств на половую свободу и половую неприкосновенность

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

БИБЛИОГРАФИЯ


ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Современные условия жизни в Приднестровской Молдавской Республике характеризуются коренными преобразованиями в социально-экономической, политической и иных сферах жизни общества. Однако на фоне ее демократизации и гуманизации имеет место снижение жизненного уровня определенной части населения, разрушение нравственных идеалов. Падение моральных принципов и духовных ориентиров, крайне отрицательно влияет на формирование подрастающего поколения. Особую тревогу вызывает тот факт, что эти серьезные негативные сдвиги проявляются в сознании и стереотипах сексуального поведения в обществе, деформации половой морали. Удовлетворение сексуальных потребностей все чаще осуществляется противоправными способами.

Актуальность исследования главным образом обусловлена и подчеркнута необходимостью интенсификации уголовно-правовой борьбы с преступлениями против половой неприкосновенности и половой свободы личности в настоящее время с учетом их общественной опасности, латентности и тяжких последствий. Прошло достаточно времени с момента вступления в силу ныне действующего УК ПМР, тем не менее, существует проблема в исследовании теории и практики применения норм об ответственности за насильственные посягательства на половую свободу и половую неприкосновенность. Указанные факты обусловливают необходимость детального анализа всех юридических признаков преступлений, предусмотренных ст. 128 и 129 УК ПМР, с учетом уголовного законодательства и других нормативно-правовых актов.

Целью исследования является анализ юридических признаков преступлений, предусмотренных ст. 128, 129 УК ПМР, в иследовании проблем, возникающих при квалификации рассматриваемых преступлений.

Для достижения целей исследования были поставлены следующие задачи:

-изучить историю развития норм об уголовной ответственности за насильственные посягательства на половую свободу и половую неприкосновенность.

— осуществить комплексный анализ современного законодательного определения изнасилования, объективных и субъективных признаков данного состава преступления;

— всесторонне изучить и проанализировать законодательное определение насильственных действий сексуального характера, а также признаки состава преступления, предусмотренного ст. 129 УК ПМР;

— рассмотреть судебную практику применения норм об ответственности за насильственные сексуальные преступления, уделяя особое внимание вопросам квалификации и разграничения указанных преступлений и смежных составов преступлений;

— сформулировать и обосновать решения некоторых проблем квалификации насильственных преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности, связанных с разграничением ст. 128 УК ПМР и ст. 129 УК ПМР. Выявить признаки отличия насильственных преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности от преступлений против жизни, здоровья, телесной неприкосновенности, личной свободы, чести и достоинства.

Объектом исследования выступает система общественных отношений в сфере применения норм об ответственности за преступления против половой свободы и половой неприкосновенности. Предметом исследования являются уголовно-правовые нормы Особенной части Уголовного кодекса ПМР — предписания ст. 128 и 129 УК ПМР, практика реализации норм, предусмотренных гл. 18 УК ПМР в правоохранительной деятельности.

Методологическая основа работы основывается на общем диалектическим методе познания, а также на специальных частно-научных методах: сравнительно-правовой, исторический, системный, формально-логический.

Теоретической основой исследования послужили труды Р.Р. Галиакбарова, А.А. Дыдо, М.А. Коневой, А.В. Пушкина, В.Н. Сафронова, Н.М. Свидлова, Карпеца, И.Я. Козаченко, Т.В. Кондрашовой, Д.Ф. Махмутдинова, Н.А. Озовой, А.А. Пионтковского, Н.А. Стручкова, М.Д. Шаргородского, и других ученых. Однако с учетом последних изменений уголовного законодательства многие вопросы квалифицирующих признаков насильственных посягательств на половую свободу и половую неприкосновенность не подвергались комплексному изучению и анализу. Чаще рассматривался какой-либо один состав назначения наказания. Поэтому комплексное исследование проблем, возникающих при квалификации рассматриваемых преступлений является актуальным и своевременным.

Нормативной базой исследования явились Конституция ПМР, Уголовный кодекс Приднестровской Молдавской Республики.

Структура квалификационной работы. Структура обусловлена целями и задачами исследования и включает в себя введение, три главы, заключение и библиографию.

В главе первой рассмотрены особенности становления уголовного законодательства об ответственности за преступления против половой свободы и половой неприкосновенности. Дана подробная характеристика признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128 и ч. 1 ст. 129 УК ПМР. Раскрывается содержание отличительных признаков этих составов. Проводится анализ уголовно-правовой охраны в целом преступлений, содержащихся в главе 18 УК ПМР.

Во второй главе проанализированы квалифицированные и особо квалифицированные признаки преступлений, предусмотренных ч. 2, 3 ст. 128 и ст. 129 УК ПМР проводится объединенное исследование указанных норм, а также анализ проблемных вопросов, связанных с их применением. Подробно рассмотрены проблемы квалификации закрепленных в законе видов насильственных преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности.

Третья глава посвящена проблемам квалификации насильственных посягательств на половую свободу и половую неприкосновенность.Проводится разграничение признаков двух насильственных посягательств на половую свободу и половую неприкосновенность. Исследованы проблемы разграничения насильственных и ненасильственных посягательств на половую свободу и половую неприкосновенность".


ГЛАВА I.ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ПОЛОВОЙ СВОБОДЫ И ПОЛОВОЙ НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ ЛИЧНОСТИ

1.1 История развития законодательства о половых преступлениях

До середины XIX века отечественное уголовное законодательство не было систематизировано, а поэтому статьи об ответственности за преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности содержались в разных нормативных актах, например, в Соборном Уложении 1469г. шла речь о наказаниях смертной казнью рабочих людей (военнослужащих), которые при следовании на службу или со службы «учинят… женскому полу насильство», в законодательстве Петра I говорилось о наказуемости обольщения незамужней женщины обещанием жениться на ней, некоторых видов добровольного и недобровольного полового сношения, его противоестественных форм. Однако большей частью вопрос об ответственности за половое преступление решался не светским, а церковным законодательством.

Положения о наказаниях уголовных и исправительных, впервые кодифицировавшее различные уголовно правовые акты выделило специальный раздел «О преступлениях против чести и целомудрия женщин».

Его статьи устанавливали за:

— растление девицы, не достигшей четырнадцатилетнего возраста;

— изнасилования лица женского пола, «имеющего более четырнадцати лет от роду;

— похищение;

— обольщение женщины или девицы.

Применительно к каждому из этих действий устанавливались соответствующие квалифицирующие обстоятельства. Растление признавалось квалифицированным если оно было совершено с применением насилия или лицом, от которого потерпевшая находилась в зависимости.

При вменении изнасилования требовалось принять во внимание не только признаки, характеризующие виновного и его взаимоотношения с потерпевшей, но и факт замужества потерпевшей, сопряженность изнасилования с похищением, нанесение побоев или истязанием, использовании „ее состояния беспамятства или неестественного сна“, возникшей опасности для жизни потерпевшей.

Особо выделялись составы изнасилования, повлекшие за собой смерть или растление. При похищении вменялось в обязанность учитывать его цель, а так же замужество потерпевшей. Отягчение наказания предусматривалось в случаях, когда эти действия совершены лицом, от которого она, так или иначе, зависит.

Уголовное Уложение 1903 года пошло по несколько иному пути. Его разработчики отказались от наказуемости скотоложства, ответственность за которое в то время стало восприниматься как анахронизм, значительно расширили круг преступных посягательств, включив в него две группы преступлений:

— непосредственно связанные с удовлетворением сексуальных потребностей самим виновным (любострастие, любодеяние, мужеложство);

— непосредственно связанные: сводничество, потворство, склонение к непотребству, притоносодержании.

Тяжесть санкции основного состава ставились в зависимость и от возраста потерпевшего, и от его согласия на совершенное „любодеяние“, и от сопряженности „любодеяния“ с обольщением девицы в возрасте от четырнадцати лет до двадцати одного года, и от многого другого.

Ясно, что такая позиция законодателя диктовалась его стремлением обеспечить повышенную защищенность детей, несовершеннолетних, причем обоего пола от посягательств, совершаемых на сексуальной почве, и применительного к существовавшему тогда уровню развития законодательной техники была, вполне обоснованной.

УК РСФСР — 1922 года, выделив в главе „Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности“ раздел, именуемый „Преступления в области половых отношений“, так же исходил из обоснованности включения в него посягательств, связанных и несвязанных с удовлетворением сексуальных потребностей самим виновным.

При этом первую разновидность образовывали составы ненасильственного (половое сношение с лицом не достигшем половой зрелости, развращение малолетних или несовершеннолетних, совершенное путем развратных действий) и насильственное удовлетворение половой страсти (изнасилование, основные признаки которого понимались как „половое сношение с применением физического или психического насилия или путем использования беспомощного состояния потерпевшего лица“, а квалифицированные – „если изнасилование имело своим последствием самоубийство потерпевшего лица“).

Что касается второй разновидности посягательства, то в их числе выделялось: принуждение к занятию проституцией, совершенное путем физического или психического воздействия сводничество, содержание притонов разврата, а так же вербовка женщин для занятия проституцией.

УК РСФСР – 1926 года, базируясь на тех же принципах построения системы рассматриваемых преступлений, изменил формулировку определения состава изнасилования, которое стало пониматься как „половое сношение с применением физического насилия, угроз, запугивания или с использованием путем обмана, беспомощного состояния потерпевшего лица“, расширил перечень отягощающих обстоятельств за счет признания таковыми изнасилование лица, не достигшего половой зрелости, или изнасилования несколькими лицами; предусмотрена ответственность за понуждения женщины к вступлению в половую связь или удовлетворению половой страсти в иной форме лицом, в отношении коего женщина является материально или по службе зависимой».

УК МССР — 1961 года, отказавшись от наказуемости вербовки женщин для занятия проституцией, впервые отнес сводничество с корыстной целью и содержания притонов разврата к деяниям, предусмотренной главой «Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения» в результате чего в качестве разновидности посягательств против личности ограничился выделением группы преступлений лишь из пяти составов: изнасилования, понуждения женщины к вступлению в половую связь, полового сношения с лицом, не достигшим половой зрелости, развратных действий и мужеложства.

В рамках такого законодательного решения вопроса о системе сексуальных преступлений их в юридической литературе чаще всего подразделяли на три разновидности:

— посягательство на половую свободу взрослых;

— посягательство на половую неприкосновенность несовершеннолетних и лиц, не достигших половой зрелости;

— иные половые преступления.

Несомненно, по сравнению с ранее действующими уголовными законами УК ПМР 2002 года является более удачным. И не только в смысле четкости, последовательности и полноты описания основных и квалифицированных признаков каждого состава преступления сексуального характера, но и с точки зрения использованных законодательных принципов конструирования всей системы такого рода деяния.

Следуя логике УК 2002г., в качестве отправного, системообразующего признака в данном случае нужно рассматривать: насильственный и ненасильственный характер посягательства. В УК ПМР было декриминализировано добровольное мужеложство и криминализированно насильственное лесбиянство.

Именно это послужило для законодателя исходным пунктом конструирования основного различия между группами посягательств на половую неприкосновенность и половую свободу личности, в связи с чем, на первое место были помещены три состава насильственных действий (изнасилование, насильственные действия сексуального характера и понуждение к действиям сексуального характера), а на второе — два ненасильственных (половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста, и развратные действия).

Таким образом, сравнительный анализ отношения к половым преступлениям (извращениям) общества, государства и церкви, на различных этапах развития человечества, позволяет нам сделать вывод, что удовлетворение половой страсти с применением насилия и половые извращения (хотя они понимались по-разному) осуждались церковью, государством и наиболее широко – общественной моралью. Это полностью относится и к отечественному уголовному законодательству. Уголовное законодательство дореволюционной России, уголовный кодексы союзных республик, МССР, предусматривают ответственность за половые преступления, в том числе за насильственные действия сексуального характера, хотя они не всегда отражались в законе как токовые. В ряде случаев при их квалификации фактически применялась аналогия. В период от 60-х годов до настоящего времени последовательно осуществляется гуманный подход в правовой оценке добровольного и насильственного мужеложства и лесбиянства, что и нашло отражение в УК ПМР.

1.2 Анализ общей уголовно-правовой характеристики и состава половых преступлений

Профессор И.И. Карпец отмечал, что «мало уделяется внимания весьма сложным проблемам, связанным с совершением половых преступлений. Какая-то непонятная „стыдливость“ сковывает специалистов уголовного права, в то время как в практике работы органов много неясности и в квалификации, и в определении умысла, субъекта многих составов этих преступлений и т.д.».

Половая свобода и половая неприкосновенность личности – являются составной частью конституционно-правового статуса личности, они устанавливаются, охраняются и гарантируются ст. 24 Конституцией ПМР. Половая свобода относится к жизнедеятельности лиц, достигших по общему правилу совершеннолетия, или, во всяком случае, шестнадцати лет. Каждый человек, достигший этого возраста, реализует половую свободу по собственному усмотрению. Это право любого человека (от рождения и до старости), которое во всех случаях защищается государством.

Однако в настоящее время нет единой точки зрения на вопрос о разграничении понятий половая неприкосновенность и половая свобода лица.

Различные авторы, говоря о половой неприкосновенности, имеют в виду половую неприкосновенность несовершеннолетних, их нормальное развитие, нормальное половое развитие, нормальное физическое и нравственное развитие несовершеннолетних, половую неприкосновенность и нормальное развитие несовершеннолетних лиц, здоровое половое развитие, половую неприкосновенность и нормальное половое развитие лиц, не достигших совершеннолетия, здоровье и нормальное развитие несовершеннолетних, нормальное физическое и духовное развитие несовершеннолетних, нравственное и физическое здоровье, половую свободу и половую неприкосновенность малолетних и несовершеннолетних, половую неприкосновенность и нормальное нравственное и физическое развитие несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, половую неприкосновенность, нравственное и физическое здоровье несовершеннолетних, половую неприкосновенность лиц подросткового возраста, а также нормальное физическое и нравственное формирование личности, половую неприкосновенность и нормальное физическое, умственное и моральное развитие несовершеннолетних лиц, то есть, под ней понимают только право несовершеннолетних лиц. Наряду с ними половой неприкосновенностью обладают лица не способные оказать сопротивление при совершении в отношении них насильственных сексуальных посягательств. А под половой свободой понимается возможность выбора сексуальных отношений взрослых лиц.

Все это предопределило структуру главы 18 УК ПМР «Преступление против половой неприкосновенности и половой свободы», где предусмотрена ответственность за насильственные действия в сексуальной сфере и ответственность за действия, грубо нарушающие моральные нормы поведения в отношении несовершеннолетних и малолетних в этой же сфере, но без насилия.

К первой группе преступлений относится: изнасилование (ст. 128 УК ПМР), насильственные действия сексуального характера (ст. 129 УК ПМР) понуждения с действиями сексуального характера (ст. 130 УК ПМР). Вторую группу преступлений составляют половые сношения или иные действия сексуального характера с лицом не достигшем шестнадцатилетнего возраста (ст. 131 УК ПМР) развратные действия (ст. 132 УК ПМР).

С одной стороны установлена уголовная ответственность за любые насильственные действия сексуального характера, включая лесбиянство, с другой исключается ответственность за сексуальные действия, включая мужеложство, если они совершаются лицами, достигшими определенного возраста, добровольно. По УК МССР мужеложство наказывалось в любом случае, а лесбиянство, даже насильственное, преследовалось лишь тогда, когда в насильственных действиях содержались признаки другого преступления, например истязания или хулиганства.

Усилена защищенность личности несовершеннолетних обоего пола от сексуальных преступлений; конкретизирован возраст потерпевших несовершеннолетних, (ч. 2 и 3 ст.128, ч.2 и 3 ст. 129, ст. 131 УК ПМР).

Объектом для этой группы является половая свобода и половая неприкосновенность. В ст. 131, 132 УК ПМР, а также в п. «д» ч.2 ст. 128 УК ПМР (изнасилование заведомо несовершеннолетней), п. «в» ч.3 ст.128 УК ПМР (изнасиловании потерпевшей заведомо не достигшей четырнадцатилетнего возраста), п. «д» ч.2 ст. 129 и п. «в» ч.3 ст. 129 УК ПМР (насильственные действия сексуального характера в отношении заведомо несовершеннолетних и лиц, не достигших четырнадцатилетнего возраста), дополнительным объектом является нормальное физическое и нравственное развитие детей и подростков.

По объекту посягательства половые преступления следует ограничивать от преступлений против общественного порядка, например хулиганства (ст.211 УК ПМР) и преступлений против жизни и здоровья. Названные преступления в определенных случаях образуют реальную совокупность (например, ст.211 и 128 УК ПМР, ст.104 и 128 УК ПМР), либо конкурируют между собой как часть (ст.115 УК ПМР) и целое (ч.1 ст.128, ч.1 ст.129 УК ПМР).

Характеристику потерпевших от данных преступлений целесообразно давать по конкретным статьям УК, ограничившись указанием лишь на то, что, по смыслу закона таковыми могут быть женщины и мужчины, несовершеннолетние как мужского, так и женского пола. Следует отметить в связи с этим, что право на половую неприкосновенность и половую свободу предоставлено всем лицам и в равной степени обеспечивается уголовным законом, независимо от пола и возраста.

Объективная сторона характеризуется противоправными действиями виновных. Составы (основные) — формальные. Преступление считается оконченным при совершении действий.

Квалифицированные составы в ст. 128 и 129 УК ПМР содержат указания на последствия от совершаемых действий, то есть относятся к материальным. Для правильной квалификации необходимо установление причинной связи между действиями виновных и наступившими последствиями.

Субъективная сторона для всех преступлений, названных в 18 главе УК ПМР, характеризируется прямым умыслом. Мотивы — чаще сексуальной направленности, но могут быть и иные, например бытовой мести, по найму и другие. Их установление по конкретным составам учитывается для криминологической характеристики личности преступника и индивидуализации наказания.

Субъект половых преступлений однозначно определить невозможно. В зависимости от конкретных признаков той или иной статьи субъекты различаются по возрасту, наличию иных признаков, позволяющих их отнести к специальным.

1.3 Уголовно-правовая характеристика состава изнасилования (ст.128 УК ПМР)

Изнасилование — одно из наиболее тяжких преступлений среди преступлений против личности.

Согласно ст. 128 УК ПМР – это половое сношение с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшей или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшей. Объектом преступления изнасилования является половая свобода женщины, т. е. право взрослого человека самому решать, с кем и в какой форме удовлетворять свои сексуальные потребности. Сексуальные отношения регулируются нормами морали. Уголовное право устанавливает запрет на совершение действий, явно противоречащих сложившимся в обществе принципам половой морали и правилам естественного полового общения.

В случае изнасилования малолетней объектом является ее половая неприкосновенность, нормальное физическое и нравственное развитие. Факультативным объектом при изнасиловании может быть здоровье потерпевшей, т. к. физическое насилие и угрозы могут причинить физический и психический вред.

Родовым объектом преступлений против личности является личность в ее социальном значении. Непосредственным объектом являются общественные отношения, обеспечивающие такие личные блага, как жизнь, здоровье, свобода, достоинство.

Изнасилование посягает на два непосредственных объекта. Первый объект, соответствующий родовому, — общественные отношения, обеспечивающие половую свободу женщины, а при посягательстве на потерпевшую, не достигшую четырнадцатилетнего возраста — еще и общественные отношения, обеспечивающие половую неприкосновенность.

Вторым непосредственным объектом является: при применении физического насилия — общественные отношения, обеспечивающие здоровье, телесную неприкосновенность или свободу личности; при угрозе применения физического насилия — обеспечивающие безопасность этих благ личности; при использовании беспомощного состояния потерпевшей — обеспечивающие телесную неприкосновенность или свободу; при угрозе убийством или причинением тяжкого вреда здоровью — обеспечивающие безопасность жизни и здоровья; при заражении потерпевшей венерическим заболеванием или ВИЧ-инфекцией — обеспечивающие жизнь личности.

Потерпевшей при совершении этого преступления может быть только женщина (лицо женского пола), с которой совершается половой акт. При этом для квалификации не имеет значения ее моральный облик, виктимное (провоцирующее) поведение перед актом изнасилования, социальный статус и другие признаки личности. Закон не делает каких-либо исключений, обусловленных личными взаимоотношениями насильника и потерпевшей. Теория и практика не исключают ответственности за изнасилование проститутки, сожительницы, родственницы или жены.

Объективная сторона изнасилования складывается из совершения полового сношения и причинения при этом по отношению к потерпевшей физического насилия или угрозы его применения и совершения изнасилования с использованием беспомощного состояния потерпевшей.

Половое сношение определяется как совершение нормального в физиологическом смысле полового акта, которое состоит во введении мужского полового члена либо в собственно влагалище лица женского пола, либо в его преддверие, при котором возникает возможность зачатия.

Таким образом, потерпевшей от изнасилования может быть лицо только женского пола. Все иные насильственные действия, не связанные с совершением нормального в физиологическом смысле полового акта — мужеложство, лесбиянство, иные действия сексуального характера изнасилованием не являются и охватываются составом преступления, предусмотренного ст. 129 УК ПМР.

Против воли потерпевшей совершается изнасилование путем причинения физического или психического насилия. Помимо воли потерпевшей совершается изнасилование при использовании ее беспомощного состояния.

Способы, посредством которых совершается изнасилование, объединяет то общее, что они направлены на достижение одной цели — совершение полового сношения вопреки воле женщины. Поскольку в законе дан их исчерпывающий перечень, совершение полового сношения с женщиной путем понуждения ее к этому каким-либо иным способом, например, обманом, состава изнасилования не образует.

Насилие, применение которого подавляет волю и сопротивление потерпевшей и заставляет ее подчиняться сексуальному домогательству насильника, может быть физическим и психическим.

Физическое насилие выражается в причинении потерпевшей болевых ощущений, которые вынуждают ее, во избежание более тяжких последствий, покориться воле насильника или в поставлении потерпевшей в такие условия, когда она, не владея своим телом, лишена возможности к сопротивлению. Подобное насилие может состоять в избиении потерпевшей, причинении того или иного вреда здоровью, связывании, сковывании наручниками, насильственном обнажении половых органов и придании потерпевшей соответствующей позы, выламывании рук в суставах, насильственном содержании в запертом помещении.

Физическим насилием в судебной практике признается не только воздействие на тело потерпевшей, но и воздействие на внутренние органы, например при даче наркотических средств. В таких случаях применение физического насилия является способом приведения потерпевшей в беспомощное состояние, и поэтому следует считать, что совершается изнасилование с применением физического насилия и с использованием беспомощного состояния потерпевшей.

Психическое насилие чаще всего состоит в угрозе незамедлительного применения физического насилия в случае невыполнения требований виновного, причем она должна восприниматься потерпевшей как реальная, осуществимая, что и является психическим фактом подавления ее воли.Угрозы преследуют ту же цель: парализовать имеющееся или предупредить возможное сопротивление потерпевшей и совершить с ней вопреки ее воле половое сношение.

Угрозы могут выражаться в словесной форме, путем угрожающих жестов руками, демонстрации оружия или технических средств, используемых для применения физического насилия, например, наручников, веревок, электрошокеров. При одновременном изнасиловании двух потерпевших угроза в отношении одной из них может выражаться в намерении виновных применить к ней такое же физическое насилие, которое на ее глазах было применено к другой потерпевшей.

В случае присутствия рядом с субъектом еще нескольких мужчин угроза может выражаться в намерении совершить групповое изнасилование в случае отказа потерпевшей на совершение полового акта только с виновным. Угрозы могут высказываться как в отношении потерпевшей, так и иных лиц, которые присутствуют тут же, причем в законе отсутствует требование, чтобы эти лица были бы родственниками или близкими потерпевшей.

Угроза по содержанию может быть как определенной, когда угрожающий конкретно указывает на тот вред, который он собирается причинить потерпевшей: убить, порезать лицо и т. д., так и неопределенной, например, угроза, выраженная словами «молчи, а то плохо будет». Характер такой угрозы определяется обстановкой, при которой она была произнесена, местом, временем, числом преступников, предметами, которыми они угрожали потерпевшей, и, наконец, субъективным восприятием потерпевшей этой угрозы, на которое рассчитывает насильник. Угроза в составе изнасилования должна восприниматься как реальная и выражать намерение немедленного применения физического насилия. Только такая угроза ставит потерпевшую в положение, когда она не может избежать изнасилования

Мы не согласны с высказанным мнением, что угрозы применения насилия в будущем не являются признаком объективной стороны изнасилования на том основании, что у потерпевшей будет какое-то время для обеспечения охраны своих интересов путем обращения за помощью в правоохранительные органы, к гражданам или иным путем.

Во-первых, состояние женщины накануне совершения с ней насильственного полового акта имеет характер настолько сильного стресса, что не позволяет ей трезво оценивать способ избежания высказанных угроз;

Во-вторых, потерпевшая может быть далеко не уверена в том, что указанная помощь может быть действенной, в связи, с чем угроза рано или поздно будет осуществлена.

Представляется, что подобные угрозы являются действенным средством понуждения потерпевшей к совершению полового акта с виновным.

Действия виновного для преодоления сопротивления потерпевшей могут сочетать меры и физического, и психического воздействия, например, длительное содержание потерпевшей в запертом помещении без пищи и воды;

— в принуждении потерпевшей к совершению полового акта с причинением насилия и в таком месте, где она не в состоянии позвать на помощь и остро чувствует свое одиночество, в подвале дома, в лесу, в загородной местности;

— в угрозе оставления одну без денег и одежды в отдаленной местности, особенно раздетой в зимнее время в случае невыполнения требований виновного.

Требование субъекта к потерпевшей о совершении с ним полового акта под угрозой распространить сведения, которые, ставшие общеизвестными, могут нанести ущерб чести и достоинству потерпевшей или привести к иным нежелательным последствиям, либо под угрозой уничтожения, повреждения или изъятия имущества также образуют состав преступления, предусмотренный ст. 130 УК ПМР. Для квалификации действий виновного по ст. 128 УК ПМР не имеет значения, имел ли субъект намерение осуществить на деле высказанную или продемонстрированную им угрозу или нет.

Пленум Верховного Суда РФ в своем «Постановлении» от15 июня 2004г. указал: Изнасилование следует признавать совершенным с использованием беспомощного состояния потерпевшей в тех случаях, когда она в силу своего физического или психического состояния (малолетний возраст, физические недостатки, расстройство душевной деятельности, иное болезненное либо бессознательное состояние и т.п.) не могла понимать характера и значения совершаемых с нею действий или не могла оказать сопротивления виновному и последний, вступая в половое сношение, сознавал, что потерпевшая находится в таком состоянии.Беспомощность может быть обусловлена тем, что женщина вследствие болезни, травмы находилась в бессознательном состоянии или ослабла, имеет физические недостатки, например, парализована. Представляется, что беспомощное состояние может быть связано с таким положением тела женщины, когда она лишена возможности сопротивляться.

Для признания изнасилования совершенным с использованием беспомощного состояния потерпевшей не имеет значения, привел ли женщину в такое состояние сам виновный (например, напоил спиртными напитками, дал наркотики, снотворное и т.п.) или она находилась в беспомощном состоянии независимо от его действий.

Если из материалов дела об изнасиловании усматривается, что беспомощное состояние потерпевшей наступило в результате применения лекарственных препаратов, наркотических средств, сильнодействующих или ядовитых веществ, то свойства и характер их действия на организм человека могут быть установлены соответствующим экспертом, заключение которого следует учитывать при оценке состояния потерпевшей наряду с другими доказательствами".

По нашему мнению, беспомощное состояние потерпевшей возникает при потере сознания, вызванного страхом при нападении насильника или возникшего в результате нанесения им сильных ударов по голове, или сдавливания шеи потерпевшей до начала насильственного полового акта. Применительно к сказанному можно привести пример из судебной практики.

Так, Г., оказывая транспортные услуги М., обманом завез ее в безлюдное место, заставил выпить значительное количество водки и начал избивать, нанося ударами кулака по различным частям тела с целью принудить ее к вступлению в половую связь.

Вытащив М. из автомашины на снег, Г. продолжал наносить ей удары в жизненно важные органы — голову, грудь, живот, в результате чего сломал ей 15 ребер. Испытывая возникшее в процессе избиения сексуальное возбуждение, Г. затащил потерявшую сознание и не подававшую признаков жизни М. в машину, и совершил с ней насильственный половой акт. Аналогичным образом Г. действовал в отношении потерпевших Ф… и др. Действия Г., помимо всего прочего, были квалифицированы как изнасилование с использованием беспомощного состояния потерпевшей.

При совершении полового акта с потерпевшей, находящейся в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, то беспомощным состоянием в этих случаях может быть признана лишь такая степень опьянения, которая лишала потерпевшую возможности оказать сопротивление виновному.

Так, П., работая дежурным водителем пожарной автомашины, заметил на территории лесозавода ранее ему не знакомую А., находящуюся в сильной степени алкогольного опьянения, которая через щель в заграждении, еле передвигая ноги и издавая нечленораздельные звуки, пыталась проникнуть на территорию объекта. Вытолкав А. за внешнюю сторону забора, П. положил ее на землю, снял юбку, колготки и совершил с ней насильственный половой акт.

Суд в своем приговоре справедливо отметил, что действия подсудимого по факту совершения насильственного полового акта с потерпевшей необходимо квалифицировать по п. «а» ч. 2 ст. 128 УК ПМР как изнасилование с использованием беспомощного состояния потерпевшей, так как А., в силу своего сильного алкогольного опьянения (содержание алкоголя в крови А. составило 5,1%), не осознавала совершаемых с нею действий и не могла оказать сопротивления насильнику. В том случае, если потерпевшая страдала психическим заболеванием, характер и степень ее душевного расстройства должна установить психиатрическая экспертиза для того, чтобы сделать суждение о возможности потерпевшей осознавать характер совершаемых с ней сексуальных действий. Сама ли потерпевшая привела себя в такое состояние чрезмерным употреблением спиртных напитков или ее принудили к этому, для признания состояния беспомощным значения не имеет.

Беспомощным состоянием может быть признано возникновение у потерпевшей так называемого психологического ступора, вызванного действиями виновного для достижения своей цели и обстановкой на месте изнасилования, что заставляет потерпевшую безропотно подчиняться чужой воле. Для правильной оценки этого состояния также необходимо заключение психиатрической экспертизы поведения потерпевшей на момент, предшествующий изнасилованию.

В судебной практике возникал вопрос о признании беспомощным состояние сна потерпевшей. Так, Рыденок был осужден за изнасилование при следующих обстоятельствах: через форточку он проник в квартиру Искандеровой, прошел к ней в спальню, где она, будучи в состоянии алкогольного опьянения, спала в обнаженном виде. Используя ее беспомощное состояние, Рыденок совершил с ней половой акт.

Представляется, что не только сон в состоянии алкогольного или наркотического опьянения должен рассматриваться как беспомощное состояние потерпевшей, но и обычный глубокий сон. Решающим является то обстоятельство, что потерпевшая в таком состоянии неспособна осознавать происходящее и оказывать сопротивление, и это охватывается умыслом виновного, позволяя ему совершить половое сношение помимо воли женщины. Аналогично следует решать вопрос о признании изнасилованием с использованием беспомощного состояния совершение полового акта в случаях, когда мужчина сознательно используя заблуждение женщины, выдает себя за того, с кем она согласна на половую близость, и поэтому не оказывает сопротивления.

Изнасилование следует считать оконченным преступлением с момента начала совершения полового акта независимо от его физиологической завершенности и последствий.

По вопросу о начале полового акта в судебно-медицинской литературе встречаются различные высказывания. Так, В. Л. Попов считает, что введение полового члена только в преддверие влагалища — это еще не половое сношение. В. Н. Волков, А. В. Датий пишут, что половое сношение — это удовлетворение или попытка удовлетворения полового влечения путем введения полового члена не только во влагалище, но и в преддверие влагалища, поскольку могут возникнуть все последствия полового акта. Последняя позиция юридически представляется более приемлемой.

Если лицо для достижения своей цели — совершения полового акта применило физическое или психическое насилие, и на этом этапе преступные действия прекратились по не зависящим от посягавшего обстоятельствам, то налицо покушение на изнасилование. При этом должно быть установлено, что виновный стремился совершить именно половой акт, а не иным путем удовлетворить свои сексуальные потребности.

Покушением на изнасилование признаются любые насильственные действия виновного, направленные на совершение с потерпевшей насильственного полового акта: раздевание потерпевшей, нанесение ей телесных повреждений, избиение, связывание, приведение в бессознательное (беспомощное) состояние, принуждение принять позу, способствующую совершению полового акта, однако половой акт при этом совершен не был по независящим от виновного обстоятельствам, например, в результате активного сопротивления потерпевшей, внезапного появления посторонних лиц, не наступления у виновного эрекции и др. В этом случае действия виновного надлежит квалифицировать по совокупности ч. 3 ст. 29 и соответствующей части ст. 128 УК ПМР.

Так судебной практике известен случай, когда девушка, ехавшая с обвиняемым на телеге, случайно застряла в ней между подушками и соломой, что дало возможность совершить с ней половой акт, так как потерпевшая не могла подняться со спины.

Пленум Верховного Суда РФ в своем «Постановлении» от 15 июня 2004г. указал, что "… При разрешении дел о покушении на изнасилование с применением физического или психического насилия следует устанавливать, действовал ли подсудимый с целью совершения полового акта, и являлось ли примененное им насилие средством к достижению этой цели. Только при наличии этих обстоятельств действия виновного могут рассматриваться как покушение на изнасилование. В связи с этим необходимо отличать покушение на изнасилование от других преступных посягательств, затрагивающих честь, достоинство и неприкосновенность личности женщин (развратные действия, хулиганство, причинение телесных повреждений, оскорбление и др.)".

Необходимо также установить, не был ли направлен умысел виновного на совершение иных насильственных действий сексуального характера, не связанных с совершением полового акта, что, естественно, исключает ответственность за покушение на изнасилование.

В том случае, если при покушении на изнасилование действия виновного содержат состав иного преступления, то он несет ответственность по совокупности ч. 3 ст. 29, ст. 128 и соответствующих статей УК ПМР, предусматривающих ответственность за преступные деяния, которые дополнительно совершил виновный в процессе покушения на изнасилование потерпевшей.

Добровольный отказ от совершения изнасилования является актом самостоятельного волеизъявления лица, предпринявшего попытку совершить насильственный половой акт, при этом добровольный отказ может иметь место только до начала совершения полового акта, причем субъект имел полную для этого возможность и никто его не понуждал прекратить противоправные действия.

Пленум Верховного Суда РФ в своем «Постановлении» от 15 июня 2004г. указал: "… добровольный отказ от совершения изнасилования надлежит рассматривать не как смягчающее ответственность обстоятельство, а как обстоятельство, исключающее ответственность за данное преступление. В этом случае лицо может отвечать лишь за фактически совершенные им действия при условии, что они содержат состав иного преступления...".

Побои, причинение того или иного вреда здоровью, развратные действия и другие мотивы добровольного отказа от совершения изнасилования для исключения ответственности за это преступление значения не имеют. Они могут быть обусловлены возникшим чувством жалости к потерпевшей, ее настойчивым просьбам не совершать с ней половой акт, боязнь ответственности вследствие угрозы потерпевшей обратиться в правоохранительные органы с заявлением о факте совершения с ней насильственных половых актов, угроза заразиться венерической болезнью или ВИЧ-инфекцией, наличием у потерпевшей менструации.

На практике имели место случаи, когда добровольный отказ от совершения изнасилования был вызван чувством брезгливости, возникшим в связи с дурным запахом, исходившим от тела потерпевшей, загрязненным состоянием ее нижнего белья. Прекращение попыток совершить насильственный половой акт в результате возникновения обстоятельств, не связанных с самостоятельным волеизъявлением лица, исключает юридическую оценку деяния субъекта как добровольный отказ от совершения изнасилования.

Так, К., будучи в состоянии алкогольного опьянения, около 23-х часов выследил незнакомую ему К-ву, за которой с целью изнасилования и умышленного убийства проследовал в подъезд ее дома, где вместе с потерпевшей поднялся в лифте на 8-ой этаж. Во время остановки лифта К. нанес К-вой локтем правой руки сильный удар по голове, отчего та рухнула на пол лифта, потеряв сознание. Схватив руку, К. волоком, перетащил потерпевшую на лестничную площадку 8-го этажа и стал снимать с нее белье. Поскольку К-ва стала приходить в сознание, К. нанес ей несколько ударов по голове ребром ладони. Вновь таким способом лишив потерпевшую сознания, К. приготовился к совершению полового акта, для чего обнажился сам.

К этому времени из квартиры на 8-ом этаже на шум не закрывавшегося лифта вышел Б., который обнаружил между его деревянными створками женский тапочек, а на полу кабины — обильные пятна крови, косметичку и портмоне. Ориентируясь по кровавой дорожке и следам волочения, Б. прошел через балконный переход на лестничную площадку, где обнаружил К-ву, которая лежала без сознания, без белья, а рядом с нею — К. в белых брюках, спущенных до колен и без рубашки. Застигнутый при совершении преступления, К. стал убегать вниз по лестнице, выбежал на улицу, но вскоре был задержан.

Суд совершенно справедливо не усмотрел в действиях К. добровольного отказа от совершения преступления и квалифицировал его действия как попытку к изнасилованию. Более того, исходя из опасности для жизни К-вой, возникшей в результате нанесения ей ударов по голове, суд дополнительно квалифицировал действия К. как покушение на умышленное убийство.

Приготовлением к совершению изнасилования могут быть признаны действия лиц, которые, имея умысел на совершение насильственных половых актов, как со знакомыми женщинами, так и с незнакомыми, договариваются о совместном совершении подобных действий, разрабатывают план, распределяют между собой роли, подготавливают помещение, а также средства применения насилия, например, веревки, липкую ленту, наручники, сильнодействующие вещества и т.п.

С субъективной стороны изнасилование совершается с прямым умыслом- виновный осознает, что совершает насильственное половое сношение против или помимо воли женщины, и желает этого.

Изучение следственной и судебной практики показывает, что потерпевшая далеко не всегда может оказать насильнику активное сопротивление, а это дает ему повод, затем говорить о добровольности полового акта, причиненное же насилие относить к своеобразному выражению половой срасти. Подобное утверждение возможно только при минимальных формах физического насилия (повалил, заломил руки, сорвал одежду и т. д.). При нанесении ударов, побоях такой вопрос уже не возникает. Поэтому для установления прямого умысла на совершение насильственного полового акта против воли женщины большое значение имеет выяснение, как и насколько убедительно она выражала свое несогласие на половую близость, а, следовательно, понимал ли мужчина, что она этой близости не желает.

Мотив изнасилования всегда сексуальный, т. е. связанный с удовлетворением половой потребности. Такой мотив присутствует даже если изнасилование совершается по мотиву мести, что в судебной практике встречается. Мотив мести может быть и при изнасиловании потерпевшей другим лицом, в том числе по найму. В таких случаях у самого организатора изнасилования мотивом может выступать только месть.

Иногда в процессе совершения изнасилования или после смерти жертвы у виновного возникает умысел на совершение хищений носильных вещей, украшений, денег и иного имущества, который он незамедлительно реализует. Подобного рода хищение не охватываются единым умыслом с изнасилованием или сопряженным с ним убийством, в связи, с чем действия виновного попадают под признаки преступлений, предусмотренных либо ст. 154 УК ПМР (кража), либо ст. 157 УК ПМР (грабеж).

В случаях, когда потерпевшие, будучи живы, предлагали деньги, ценности с тем, чтобы насильник отпустил их и последний забрал предлагаемое, то вне зависимости от его последующих действий, подобное деяние квалифицируется как грабеж. Передачу ценностей в этом случае нельзя рассматривать как добровольную, так как потерпевшая действовала под физическим или психическим давлением, в процессе избиения, насилия, угроз. В связи с этим попытка откупиться не может расцениваться как передача имущества или денег по собственному желанию и является, как было указано выше, грабежом. Однако, когда те же самые вещи похищаются у уже убитой потерпевшей, действия виновного квалифицируются как кража.

Ответственность за указанные преступления против собственности наступает и в том случае, если виновный, забрав принадлежащие потерпевшим вещи, выбросил их после детального рассмотрения.

Так, приговором суда подсудимый К. был признан виновным в краже личного имущества изнасилованной и убитой им С. В ходе следствия было установлено, что К. после совершения убийства забрал с места происшествия пальто С., снял с мертвого тела сапожки, похитил мелкие предметы туалета, студенческий и проездной билеты. Все эти предметы К. выбросил неподалеку, где некоторые из них были впоследствии обнаружены. Несмотря на это, суд посчитал, что в действиях К. имеется состав кражи личного имущества С, поскольку он после убийства потерпевшей, имея корыстный интерес и, завладев вещами С. мог беспрепятственно распоряжаться ими, что и сделал.

В случае если после совершения изнасилования у потерпевших похищаются паспорт или иной важный личный документ (водительское или служебное удостоверение, трудовая книжка и др.), то действия виновного квалифицируются по ч. 2 ст. 322 УК ПМР даже в том случае, если указанные документы позднее уничтожаются.

По факту последующего уничтожения документов какой-либо дополнительной квалификации по ч. 1 ст. 322 УК ПМР не требуется, поскольку составом преступления — похищение документов, охватывается и последующее распоряжение похищенным, в том числе и его уничтожение. Квалификация действий виновного по ч. 1 ст. 322 УК ПМР не может быть признана обоснованной и потому, что в данной норме предусмотрена уголовная ответственность за похищение, уничтожение, повреждение и сокрытие не личных, а официальных документов, штампов или печатей, совершенные из корыстной или иной личной заинтересованности.

В ряде случаев изнасилование потерпевших сопряжено с их похищением или незаконным лишением свободы. Для дополнительной квалификации действий насильника по данным статьям Уголовного Кодекса необходимо руководствоваться наличием у него умысла на то, что с целью совершения изнасилования он незаконно захватывает потерпевшую, перемещает ее на более или менее большое расстояние в безлюдное место, где насильно удерживает или с той же целью совершает насильственное удержание потерпевшей в месте ее постоянного или временного пребывания. Так, по совокупности соответствующих частей ст. ст. 123, 124 и 104 УК ПМР были квалифицированы действия П., который проезжая на автомашине марки «Урал — 4320», заметил идущую по дороге несовершеннолетнюю Ж. С целью ее изнасилования П. остановил машину, вышел из салона, схватил потерпевшую за руку и против ее воли, заведомо зная, что она несовершеннолетняя, насильно посадил в машину, удерживая в салоне, отвез ее за 27 км в лес. Причиняя физическое насилие, заставил ее раздеться и изнасиловал. Затем с целью скрыть совершенное преступление и лишения жизни Ж. повалил ее на сидение, придавив своим телом, схватил руками её за шею и стал душить. В результате наступила смерть потерпевшей от механической асфиксии. Удостоверившись, что потерпевшая Ж. мертва, П. вытащил труп из машины и оттащил его за дорогу, после чего с места преступления скрылся.

В другом случае представляется, что органы предварительного следствия ошибочно не предъявили некоему Г. дополнительного обвинения в похищении человека. Г., следуя на принадлежащей ему автомашине ВАЗ-21011 около 23-х часов, обратил внимание на ранее ему незнакомую Ф. И предложил ее подвезти, имея умысел не оказать Ф. транспортные услуги, а против её воли отвезти за город, затем изнасиловать. Однако Ф. отказалась сесть в автомашину. Г. догнал ее и умышленно передним бампером сбил Ф. с ног, преследуя цель любой ценой посадить ее в машину. После этого Г. остановился, вышел из машины, подошел к Ф., лежащей на дороге в состоянии легкого потрясения и, несмотря на ее стоны, затащил Ф. на заднее сидение, отвез ее за город, где на берегу карьера изнасиловал, убил, а труп сбросил в воду.

Субъективная сторона изнасилования характеризуется виной в форме прямого умысла. Виновный сознает, что совершает половое сношение вопреки воле потерпевшей с применением насилия или с угрозой его применения к ней или другим лицам, либо с использованием ее беспомощного состояния и желает этого.

Мотивом изнасилования может выступать стремление удовлетворить половую страсть (чаще всего), желание отомстить потерпевшей или опозорить ее в глазах окружающих, принудить ее выйти замуж за виновного. Возможно также совершение изнасилования по мотивам религиозной или национальной ненависти и вражды.

Субъектом изнасилования может быть любое вменяемое лицо мужского пола при достижении им четырнадцатилетнего возраста, то есть, субъект специальный по половому признаку.

Соисполнителями изнасилования могут быть и женщины. Кроме того, лица женского пола могут быть соучастниками в виде организаторов, подстрекателей, пособников.

1.4 Уголовно-правовая характеристика насильственных действий сексуального характера

Под насильственными действиями сексуального характера, согласно УК ПМР года понимаются: мужеложство, лесбиянство или иные действия сексуального характера с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшему (потерпевшей) или к другим лицам с использованием беспомощного состояния потерпевшего (потерпевшей).

Исследуемая норма (ст. 129 УК ПМР) охраняет не «нормальный уклад» половых отношений в традиционном его понимании, а, исходя из буквы действующего уголовного законодательства, ставит под охрану те же общественные отношения и интересы, которые охраняются нормой об ответственности за изнасилование.

Однако если в изнасиловании речь идет только о половой свободе и неприкосновенности женщины, то при совершении насильственных действий сексуального характера нужно говорить о причинении вреда половой свободе и половой неприкосновенности любого человека. При этом критерии и границы допустимости собственной половой свободы, несомненно, должны определяться потерпевшим лицом — оно и только оно должно определять, страдает ли в результате совершенного с ним деяния его половая свобода.

Действующее законодательство также не дает оснований для утверждений о том, что непосредственным объектом любых насильственных действий сексуального характера (как и изнасилования) являются всегда одновременно и половая свобода, и половая неприкосновенность.

В отличие от изнасилования, данное преступление посягает на половую свободу не только женщин, но и мужчин. В качестве дополнительного объекта посягательства может быть жизнь или здоровье человека. Учитывая повышенную опасность для общества, законодатель прировнял по степени тяжести насильственные действия сексуального характера к изнасилованию.

Объективная сторона рассматриваемого преступления состоит из совершения виновным актов мужеложства, лесбиянства или иных действий сексуального характера с применением насилия или угрозой его применения к потерпевшему или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшего.

Из насильственных действий сексуального характера наиболее распространенным является мужеложство, которое представляет собой насильственное половое сношение мужчины с мужчиной путем введения полового члена одного партнера в задний проход другого. Другие формы гомосексуальных действий между мужчинами мужеложством не являются. Не насильственное мужеложство согласно Уголовному кодексу России 1996 года ненаказуемо.

Насильственное лесбиянство – это общение женщины с женщиной в половой сфере с применением насилия, путем соприкосновения их половых органов, а также иные любострастные действия, совершенные руками и другими частями тела. Ненасильственное лесбиянство, в соответствии с УК ПМР года ненаказуемо.

К иным насильственным действиям сексуального характера (кроме насильственного мужеложства и лесбиянства) относятся любые насильственные действия мужчины в отношении женщины или другого мужчины, женщины в отношении мужчины (онанизм и другие развратные действия). Все насильственные действия сексуального характера женщины в отношении женщины охватываются насильственным лесбиянством.

Мужеложство представляет собой способ удовлетворения половой страсти между мужчинами путем введения полового члена одного в заднепроходное отверстие другого.

Лесбиянство также представляет собой способ удовлетворения половой страсти только между женщинами путем соприкосновения их половыми органами, манипуляции с ними при помощи пальцев рук, а также иные действия, совершаемые руками и другими частями тела, преследующие вышеуказанную цель.

Законодатель не расшифровал понятие «иные действия сексуального характера», к которым, по нашему мнению, относятся следующие действия, совершение которых сопряжено с применением насилия или угрозой его применения к потерпевшему или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшего:

— введение полового члена мужчины в заднепроходное отверстие женщины;

— оральный секс (любого вида) между мужчинами, между женщинами, между мужчиной и женщиной;

— имитация полового акта путем совершения фрикций половым членом мужчины в промежутке между молочными железами женщины, ее бедрами, плечом и шеей, по поверхности живота;

— имитация акта мужеложства путем введения мужчиной муляжа полового члена в заднепроходное отверстие другого мужчины;

— имитация акта лесбиянства путем введения женщиной муляжа полового члена в половые органы другой женщины, а также в ее заднепроходное отверстие;

— понуждение к совершению указанных действий двумя лицами, когда виновный получает сексуальное удовлетворение от созерцания происходящего.

К иным действиям сексуального характера относятся различные сексуальные действия между мужчиной и женщиной или между мужчинами, кроме естественного полового акта и мужеложства (например, coitus per os — в отношении мужчины или женщины или coitus per anum — в отношении женщины), а также половое сношение мужчины и женщины, совершенное под принуждением со стороны женщины.

В качестве «других лиц», в отношении которых может быть применено насилие или высказана угроза его применения с целью понудить потерпевшего к насильственному совершению акта мужеложства, лесбиянства или иных действий сексуального характера, могут фигурировать, так же как и в составе изнасилования, родные и близкие потерпевшего, который в данном случае может потерять способность к сопротивлению и покориться воле виновного.

Насильственные действия сексуального характера совершаются только с прямым умыслом. Виновный осознает, что удовлетворяет свои сексуальные потребности путем совершения противоправных действий и желает этого.

Мотивом совершения насильственных действий сексуального характера помимо удовлетворения полового желания может быть желание унизить человеческое достоинство потерпевшего, опозорить в глазах окружающих, заставить в дальнейшем выполнять какие-либо действия под угрозой распространения сведений об имевшем место сексуальном насилии. Возможно, совершение рассматриваемого преступления из соображений мести или хулиганских побуждений.

По нашему мнению, моментом окончания преступления, предусмотренного ст. 129 УК ПМР, будет являться насильственный либо совершенный с использованием беспомощного состояния потерпевшего (потерпевшей) физический контакт тела виновного (виновной) или его части с телом потерпевшего (потерпевшей) при условии, что такой контакт имеет сексуальный характер, посягает на половую свободу и (или) половую неприкосновенность потерпевшего (потерпевшей), имитирует половое сношение, и в процессе такого контакта происходит воздействие на область половых органов или проникновение в естественные полости тела хотя бы одного из участников сексуального контакта. Проникновение считается оконченным в момент прохождения хотя бы частью полового члена, руки или иного предмета границ естественной полости тела человека, так: для влагалища – это малые половые губы, для анального отверстия – сфинктерное кольцо ануса, для ротовой полости – губы.

Субъектом рассматриваемого преступления является лицо, достигшее 14-ти летнего возраста, причем субъектом мужеложства может быть, только лицо мужского пола, лесбиянства — женского, а иных насильственных действий — как мужчина, так и женщина.

Однако при совершении рассматриваемых преступлений в составе группы мужчины могут выступать и, соответственно, нести ответственность как организаторы, подстрекатели или пособники в случае совершения исполнителями — женщинами актов насильственного лесбиянства, и наоборот, женщины — в случае совершения исполнителями — мужчинами актов насильственного мужеложства, естественно, если те и другие сами в непосредственный сексуальный контакт с потерпевшим не вступали.


ГЛАВА II. КВАЛИФИКАЦИЯ ПРЕСТУПНЫХ НАСИЛЬСТВЕННЫХ ПОСЯГАТЕЛЬСТВ НА ПОЛОВУЮ СВОБОДУ И ПОЛОВУЮ НЕПРИКОСНОВЕННОСТЬ ЛИЧНОСТИ

В виду того, что согласно статистическим данным в 2008 году изнасилования и покушения на изнасилование составили 171 зарегистрированное преступление, и отмечается по сравнению с 2007 г. увеличение числа данного состава преступления на 80,0 % и составляют в структуре насильственной преступности удельный вес — 0,6%. С учетом того, что уголовное законодательство ПМР устанавливает два состава насильственных посягательств на половую свободу и половую неприкосновенность, которые предусматривают общность квалифицированных и особо квалифицированных признаков, считаем необходимым провести анализ квалифицированных и особо квалифицированных признаков изнасилования (ст. 128 УК ПМР), с указанием существенных особенностей применения отдельных признаков ст. 129 УК ПМР.

2.1 Квалифицированные признаки преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 128 и 129 УК ПМР

Законодательно, к обстоятельствам, отягчающим ответственность за насильственные посягательства на половую свободу и половую неприкосновенность личности, относятся обстоятельства, перечисленные в ч. 2 ст. 128 и ст.129 УК ПМР.

Пункт «а» ч. 2 ст. 128 УК ПМР — изнасилование, совершенное неоднократно или лицом, ранее совершившим насильственные действия сексуального характера. Применять этот пункт следует с учетом положений ст. 15 УК ПМР — неоднократность преступлений, ст. 16 УК ПМР – совокупность преступлений и ст. 17 УК ПМР — рецидив преступлений.

В пункте «а» ч. 2 ст. 128 УК ПМР названа как тождественная, так и однородная неоднократность. Тождественная неоднократность имеет место, когда лицо совершает два или более изнасилования, совпадающие по всем элементам состава изнасилования.

Формулировка ст. 15 УК ПМР дает основание для различного понимания признака неоднократности, когда деяния подпадают под разные части одной и той же статьи УК. Таким образом, изнасилование, содержащее признаки состава, предусмотренного ч. 1 ст. 128 УК ПМР, при последующем совершении изнасилования при отягчающих обстоятельствах (например, группой лиц) дает основание для применения п. «а» ч. 2 ст. 128 УК ПМР.

Однородная неоднократность, как вытекает из анализа ст. 16 УК ПМР, может быть определена как совершение двух или более преступлений, предусмотренных различными составами УК, если это оговорено в соответствующих статьях Особенной части УК. В п. «а» ч. 2 ст. 128 УК ПМР таким преступлением, образующим неоднократность, названы насильственные действия сексуального характера (ст. 129 УК ПМР). Неоднократность изнасилования включает как минимум повторное совершение этого преступления лицом, судимым за изнасилование (или по ст. 129 УК ПМР), если судимость не снята и не погашена, поскольку рецидив является разновидностью неоднократности (ч. 2 ст. 15 УК ПМР), либо не судимым за эти преступления.

Возникающий при наличии двух составов вопрос о соотношении неоднократности и совокупности преступлений актуален и при рассмотрении п. «а» ч. 2 ст. 128 УК ПМР.

Если изнасилованию предшествовало совершение насильственных действий сексуального характера, то должна быть квалификация по правилам реальной совокупности, т. е. по ст. 129 и п. «а» ч. 2 ст. 128 УК ПМР.

При условии, что в первом случае имело место покушение на изнасилование или виновное лицо выступало не исполнителем, а иным соучастником, также применяется квалификация по совокупности совершенных преступлений с квалифицирующим признаком неоднократности применительно ко второму случаю (например, ч. 3 ст. 29, ч. 1 ст. 128 и п. «а» ч. 2 ст. 128 УК ПМР).

Аналогично решается вопрос о неоднократности и при совершении во втором случае неоконченного изнасилования. При всех видах соучастия (кроме соисполнительства) в квалификации соответствующего эпизода должна присутствовать ст. 32 УК ПМР. Если лицо совершило два изнасилования, подпадающие самостоятельно под признаки ч. 1 ст. 128 УК ПМР, то все содеянное в целом должно быть квалифицировано только по п. «а» ч. 2 ст. 128 УК ПМР. Такая рекомендация соответствует положениям ч. 3 ст. 15 УК ПМР

Если первое изнасилование совершалось при квалифицирующих обстоятельствах, предусмотренных ч. 2 ст. 128 УК ПМР, например, с угрозой убийством, а второе с квалифицирующим обстоятельством ч. 3 ст. 128 УК ПМР, то представляется обоснованной квалификация первого эпизода самостоятельно, а второго — по ч. 3 ст. 128 УК ПМР с включением в обвинение квалифицирующего признака неоднократности.

Квалификация преступлений по совокупности существенно влияет на меру наказания, которая по совокупности тяжких, особо тяжких преступлений может быть назначена в пределах 25-ти лет лишения свободы (ч. 3 ст. 67 УК ПМР).

Совершение с одной и той же потерпевшей нескольких половых актов при незначительном разрыве во времени, когда содеянное охватывается единым умыслом, не содержит признака неоднократности,- это единое продолжаемое преступление. В случае же, когда жертвами оказались разные женщины, изнасилование совершено последовательно, признак неоднократности имеет место.

При совершении двух покушений на одну и ту же потерпевшую с единым умыслом, даже при некотором разрыве во времени, признак неоднократности не должен применяться.

Так, Судебная коллегия Верховного суда ПМР по конкретному делу указала, что совершение двух покушений на изнасилование одной и той же потерпевшей необоснованно квалифицировано по ст. 15 и ч. 2 ст. 128 УК ПМР как лицом, ранее совершившим покушение на изнасилование. Судебная коллегия в этих действиях усмотрела единство умысла ранее начатого преступления и квалифицирующий признак — повторность из приговора исключила. С., находясь на территории автотранспортного предприятия, где он работал водителем, между 18-ю и 19-ю часами предложил Ц. совершить с ним половой акт. Получив отказ, С. нанес ей удары кулаком и ногами, снял одежду, но умысел до конца не довел ввиду активного сопротивления потерпевшей. Примерно через два часа С. нашел Ц. в помещении бокса автотранспортного предприятия и вновь применил к ней насилие, пытаясь изнасиловать, но в связи с оказанным ему сопротивлением не смог довести умысел до конца.

Пункт «б» ч. 2 ст. 128 УК ПМР — изнасилование, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой. Отличительным признаком, позволяющим квалифицировать действия виновных по п. «б» ч. 2 ст. 128 УК ПМР является наличие двух или более исполнителей (соисполнителей), которыми признаются лица, непосредственно участвовавшие в совершении преступления с другими лицами (ст. 32 УК ПМР), т.е. это соучастники, полностью или частично выполняющие объективную сторону состава изнасилования, которая состоит из насилия или использования беспомощного состояния потерпевшей и полового акта.

Но это общее положение, а действительность выдвигает целый ряд частных случаев, которые требуют правильной, единообразной юридической оценки.

Прежде всего, это ситуация, когда один из соучастников изнасилования помогает другому применить насилие к потерпевшей не во время его совершения, а на более ранней стадии.

Так, Судебная коллегия Верховного суда исключила квалифицирующий признак — группу и переквалифицировала содеянное П. на ч. 1 ст. 128 УК ПМР, а действия Л. на ст. 16 и ч. 1 ст. 128 УК ПМР при обстоятельствах, когда было установлено, что Л. затащил в комнату потерпевшую и требовал вступить в половую связь с П. Во время изнасилования Л. уходил из комнаты и никакого насилия к потерпевшей не применял.

Представляется, однако, что если насилие к потерпевшей по сговору с другим лицом применяется хотя и не в момент, но непосредственно перед совершением полового акта этим другим (например, избил или угрожал и тем самым предупредил сопротивление с ее стороны), то следует считать, что насилие, как элемент объективной стороны изнасилования, уже началось и группа налицо.

Выполнение объективной стороны умышленного преступления начинается со стадии покушения. Покушением на изнасилование может быть признано применение насилия, направленного непосредственно на совершение полового сношения. При изнасиловании с использованием беспомощного состояния приведение потерпевшей в такое состояние путем насилия или обмана, например, опоили наркотическим средством, может быть признано покушением на изнасилование только тогда, когда половой акт, предполагалось осуществить сразу же за «отключением» сознания потерпевшей. Насильственные действия на более раннем этапе преступной деятельности являются, подготовительными, создающими условия для совершения в последующем изнасилования. Такая трактовка вытекает из диспозиции статьи об изнасиловании, в которой речь идет о половом сношении и насилии как совпадающих во времени действиях.

Пленум Верховного Суда РФ в своем «Постановлении» от 15 июня 2004 г. указал: «квалификация изнасилования как совершенного группой лиц, может иметь место в случае, когда лица, принимавшие участие в изнасиловании, действовали согласованно в отношении потерпевшей, причем как групповое изнасилование должны квалифицироваться не только действия лиц, совершивших насильственный половой акт, но и действия лиц, содействовавших им путем применения физического или психического насилия к потерпевшей. При этом действия лиц, лично не совершавших насильственного полового акта, но путем применения насилия, к потерпевшей содействовавших другим в ее изнасиловании, должны квалифицироваться как соисполнительство в групповом изнасиловании».

Исходя из смысла вышесказанного, психическое и физическое насилие к потерпевшей могут оказывать лица не только мужского, но и женского пола, лица, страдающие половым бессилием или вообще, в силу физических недостатков, неспособные к совершению половых актов. Эти лица могли принимать участие в избиении жертвы, чтобы сломить ее способность к сопротивлению, удерживали потерпевшую во время совершения с ней насильственных половых актов другими лицами, способствовали приведению потерпевшей в беспомощное состояние. Изнасилование следует признавать совершенным группой лиц не только в тех случаях, когда несколькими лицами подвергается изнасилованию одна или более потерпевших, но и тогда, когда виновные, действуя согласованно и применяя физическое насилие или угрозу в отношении нескольких женщин, затем совершают половой акт каждый с одной из них.

Действия участников группового изнасилования подлежат квалификации по п. «а» ч. 2 ст. 128 УК ПМР независимо оттого, что остальные участники преступления не были привлечены к уголовной ответственности ввиду невменяемости, либо в связи не достижением четырнадцатилетнего возраста.

Изнасилование признается совершенным группой лиц и в том случае, если виновные совершают указанные действия поочередно, независимо от того, присутствовали ли при этом остальные члены группы или нет. В данном случае преступные действия каждого предыдущего члена группы облегчают в силу оказанного или психического, или физического воздействия на потерпевшую преступные действия последующего. Таким образом, часть объективной стороны состава изнасилования — физическое или психическое насилие над потерпевшей насильники выполняют совместно.

При поочередном изнасиловании потерпевшей не исключено, что один преступник будет отвечать за групповое изнасилование, а в действиях второго может не быть этого квалифицирующего обстоятельства. Так, если второй насильник не знает, что первый совершил с потерпевшей насильственное половое сношение, не воспринимает его присутствие как оказание помощи, то для него ответственность по принципам соучастия вообще отпадает, т. к. отсутствует необходимая субъективная связь между его действиями и действиями первого насильника.

Так, Галю Л. все в селе считали невестой Герасимова. Но когда он предложил Гале выйти за него замуж, она категорически отказалась, заявив, что найдет мужа получше, а он, Герасимов, мол, стал пьяницей. Затаив злобу на девушку, Герасимов решил опозорить ее. Он предложил Гале для последнего разговора прийти вечером на берег реки в заброшенную баню. Когда девушка повторила Герасимову, что с пьяницей она решила больше не встречаться, он схватил ее за горло, повалил на пол и под угрозой убийством ножом, которым провел ей по горлу, изнасиловал. Ошеломленную, плачущую Галю Герасимов оставил в бане, закрыв дверь на задвижку. Затем он привел к месту преступления Панюшкина, сказав, что в бане спит девчонка, с которой можно совершить половое сношение. Войдя в баню, Герасимов сел на скамью, а Панюшкин подошел к Гале. Она стала просить не трогать ее, горько плакала, но Панюшкин ударом кулака в лицо повалил девушку, а затем попытался совершить с ней половое сношение. Поскольку она сопротивлялась, Герасимов снова показал ей нож. Панюшкин этого не видел. Услышав приближающиеся к бане шаги, Герасимов убежал, а Панюшкин в момент совершения полового акта был задержан заглянувшим в баню рыболовом. Данный случай по второму эпизоду является иллюстрацией приведенного положения о том, что содеянное одним (Герасимовым) может быть признано групповым изнасилованием, в то время как действия другого (Панюшкина) не выходят за рамки изнасилования, совершенного одним при содействии другого.

Ответственность за совершение изнасилования несут не только соисполнители, но и другие соучастники: пособники, подстрекатели, организаторы. Пособником, например, может быть признано лицо, завлекшее потерпевшую в заранее оговоренное место, удобное для совершения изнасилования, предоставившее для этой цели свое транспортное средство, дававшее советы, каким образом следует преодолеть сопротивление потерпевшей, не позволяющее другим лицам прийти к ней на помощь, оказавшее содействие в приобретении веществ, специально предназначенных для приведения потерпевшей в беспомощное состояние или приготовившее для этой цели одурманивающий напиток. Пособником может быть признано также лицо, которое, совершив с потерпевшей половой акт по добровольному согласию, тут же создало условия для совершения изнасилования потерпевшей другими лицами, предварительно вступив с ними в сговор по этому поводу. Лицо может быть признано пособником только в том случае, если между его действиями и изнасилованием имеется причинная связь. Иными словами, оно должно знать, что его деяния направлены на содействие остальным соучастникам на совершение с потерпевшей насильственных половых актов.

Ответственность лица, оказавшего пособничество в двух и более изнасилованиях, наступает по совокупности ст. ст. 32 и п. «а» ч. 2 ст. 128 УК ПМР. Организаторы, пособники и подстрекатели, не принимавшие непосредственного участия в совершении с потерпевшей насильственных половых актов, но своими действиями способствующие этому, ответственность по п. «б» ч. 2 ст. 128 УК ПМР не несут. Их действия квалифицируются по ст. 32 и соответствующей части ст. 128 УК ПМР.

При совершении изнасилований, предусмотренных п. п. «г», «д» ч. 2 ст. 128 УК ПМР, пособник может быть привлечен к ответственности за соучастие именно в данных преступлениях только в тех случаях, когда заведомо знал, что оказывает содействие в изнасиловании лицу, ранее совершившему изнасилование или насильственные действия сексуального характера, что потерпевшей является девушка, не достигшая четырнадцатилетнего возраста или тот факт, что насильник болен ВИЧ-заболеванием.

Изнасилование потерпевшей, совершенное, хотя и разными лицами, но действовавшими независимо друг от друга, не может признаваться групповым изнасилованием.

Так, А. с применением насилия затащил девушку в подвал строящегося дома и, угрожая в случае сопротивления задушить ее, совершил половое сношение, затем сразу же ушел из подвала. Во дворе он увидел знакомого Б., которому рассказал о том, что в подвале еще находится изнасилованная им девушка. Б. изъявил желание тоже совершить половое сношение. А. подвел его подвалу и показал, где находится потерпевшая. Б. спустился в подвал, а А. остался на улице. Б. избил сопротивлявшуюся девушку и совершил с ней половое сношение.

В данном случае изнасилование не является групповым. Каждый отвечает за те действия, которые он совершил единолично. А., кроме совершенного им изнасилования, должен нести ответственность за пособничество, оказанное Б. (зная о намерениях Б., показал, где находится потерпевшая). В действиях А. имеется и признак неоднократности. Если же несколько изменить приведенную ситуацию, а именно: после того как А. привел Б., он остался в подвале, понимая, что потерпевшая видит его и боится, действия обоих следует квалифицировать как групповое изнасилование. Это не просто присутствие А. на месте изнасилования, совершаемого Б., ведь А. только, что сам применял к потерпевшей насилие, и его присутствие воспринимается ею как продолжающаяся угроза. Понимают это и преступники.

Почти не затрагивается в специальной юридической литературе вопрос о групповом изнасиловании с использованием беспомощного состояния потерпевшей. Этот вопрос надлежит рассматривать для ситуаций, когда потерпевшая была приведена в беспомощное состояние и когда она находилась в таком состоянии помимо действий преступников.

Как в случае, когда оба преступника привели ее в беспомощное состояние, так и когда лицо при отсутствии предварительного сговора с другим соучастником приводит потерпевшую в беспомощное состояние, совершает половое сношение, а затем предлагает воспользоваться ее состоянием другому лицу, что последний и делает, изнасилование должно признаваться групповым: первый, приведя в беспомощное состояние потерпевшую и предложив затем воспользоваться этим второму, исполнил часть объективной стороны этого вида изнасилования и для второго, что охватывалось умыслом обоих в момент использования вторым беспомощного состояния потерпевшей для совершения с ней полового сношения. Аналогично расценивается ситуация, когда лицо, совершившее изнасилование первым, так запугало потерпевшую, что и оно и следующий за ним преступник понимают, что сопротивление ее парализовано, а поэтому второму применять насилие нет необходимости.

Сложнее решение вопроса о квалификации как групповых таких изнасилований, когда преступники только использовали возникшее помимо них беспомощное состояние потерпевшей. Представляется, что о групповом изнасиловании может идти речь, только если при использовании одним беспомощного состояния потерпевшей для совершения с ней полового сношения другой активно помогал ему: изменял положение ее тела, раздевал и т. д.

Так, имея намерение вступить с В. в половую связь, Кривуленко напоил ее, а затем увел на улицу и, воспользовавшись сильным опьянением, изнасиловал, после чего притащил в дом и уложил на кровать. Кривуленко о совершенном им изнасиловании В. рассказал своему товарищу Кочубею и предложил отнести потерпевшую вместе с кроватью в сад и там изнасиловать. Кочубей согласился, и они вдвоем понесли потерпевшую. К ним присоединился встретившийся по пути Олейник, и когда В. упала с кровати, все трое подняли ее, уложили на кровать и отнесли в сад. Здесь сначала Кривуленко, затем Кочубей поочередно изнасиловали потерпевшую Олейник в это время стоял невдалеке, отгонял подростков, пытавшихся приблизиться к месту происшествия.

Суд квалифицировал содеянное Кривуленко, Кочубеем и Олейником как групповое изнасилование. Президиум Верховного суда ПМР не согласился с такой квалификацией содеянного Олейником, поскольку его действия выразились лишь в том, что он помог поднять упавшую с кровати потерпевшую, одной рукой поддерживал кровать, когда ее несли в сад, а затем отгонял от места происшествия подходивших подростков. Президиум признал, что Олейник явился не соисполнителем, а пособником группового изнасилования.

В следственной и судебной практике встречаются случаи, когда один из участников группы совершает с потерпевшей нормальный в физиологическом смысле половой акт, а второй — половой акт в извращенной форме.

Поскольку оба состава преступления (ст.ст. 128, 129 УК ПМР) предусматривают одинаковые способ действия и квалифицирующие обстоятельства, отличаясь лишь формой удовлетворения половой потребности, то при единстве умысла на оба преступления квалифицировать содеянное первым участником группы представляется правильным по п. «б» ч. 2 ст. 128, а вторым — по п. «б» ч. 2 ст. 129 УК ПМР. За совершение как того, так и другого преступления законом установлены одинаковые санкции.

В следственной и судебной практике возникает вопрос, может ли быть участником группового изнасилования женщина. Как уже отмечалось, объективная сторона изнасилования состоит из двух элементов, в применении насилия может принимать участие женщина, выполняя, таким образом, частично объективную сторону состава, а поэтому она может рассматриваться как соисполнитель этого преступления. Изнасилование, совершенное мужчиной при таком участии женщины, когда она применяет насилие к потерпевшей с целью парализовать ее сопротивление и обеспечить возможность мужчине совершить половое сношение, должно квалифицироваться как совершенное группой лиц. Представляется, что такая трактовка не противоречит ч. 4 ст. 33 УК ПМР, т. к. ст. 128 УК ПМР специального указания на субъекта преступления не содержит.

В следственной и судебной практике встречаются дела, когда лицо, достигшее возраста уголовной ответственности, совершает изнасилование совместно с лицом, не достигшим 14-ти лет, или невменяемым. Если лицо, достигшее возраста уголовной ответственности, организовало совершение насильственного полового акта не субъектом либо подстрекало его к этому или помогало ему, не совершая полового акта, то оно должно нести ответственность в соответствии с ч. 2 ст. 32 УК ПМР, как исполнитель (посредственное исполнение). Однако группового изнасилования при этом нет, т. к. действия, входящие в объективную сторону состава изнасилования, совершал один. Если же оба совершали насильственный половой акт или применяли насилие к потерпевшей, то при указанных обстоятельствах возникает вопрос об ответственности за групповое изнасилование лица, являющегося субъектом данного преступления. Пленум Верховного суда РФ в п. 9 постановления № 11 от 15 июня 2004 г «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного Кодекса Российской Федерации» разъяснял, что для такого лиц наступает уголовная ответственность за групповое изнасилование. Эта позиция представляется обоснованной, т. к. потерпевшая перенесла насилие со стороны двоих.

Предварительный сговор при совершении изнасилования предполагает выраженную в любой форме договоренность двух или более лиц, состоявшуюся до начала совершения действий, непосредственно направленных на изнасилование потерпевшей. Договоренность может быть выражена в словесной форме или с помощью жестов. Изнасилование по предварительному сговору группой лиц имеет место, когда договоренность о совершении изнасилования в соисполнительстве была достигнута в течение любого промежутка времени, но до начала применения насилия, направленного на совершение полового акта. Присоединение к изнасилованию в процессе его совершения образует изнасилование группой лиц без предварительного сговора.

В соответствии с ч. 5 ст. 32 УК ПМР преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Организованная группа представляет собой разновидность «сложного» соучастия, характеризуется устойчивостью, единством целей, направленностью в большинстве случаев на совершение ряда преступлений. В такой группе, как правило, имеется руководитель (организатор), координирующий действия группы, подбирающий соучастников, распределяющий роли, планирующий совершение преступления, обеспечивающий его сокрытие; а также существует стабильность основного состава.

Организованная группа может возникнуть и для совершения одного преступления, которое требует тщательной подготовки. При изнасиловании, совершенном организованной группой, не имеет значения для квалификации та конкретная юридическая роль, которую играл участник изнасилования: все участники рассматриваются как соисполнители и согласно ч. 2 ст. 33 УК ПМР несут ответственность без ссылки на ст. 32 УК ПМР.

Лицо, создавшее организованную группу либо руководившее ею, несет ответственность за все совершенные группой преступления, если они охватывались его умыслом (ч. 5 ст. 35 УК РФ). Часть 4 ст. 35 УК РФ выделяет и преступное сообщество (преступную организацию). Это сплоченная организованная группа, созданная для совершения тяжких или особо тяжких преступлений. Изнасилование при квалифицирующих обстоятельствах согласно ч.ч. 4 и 5 ст. 14 УК ПМР относится к тяжким или особо тяжким преступлениям, а поэтому ч. 4 ст. 34 УК ПМР относится и к нему. Если изнасилование было совершено преступным сообществом, то квалифицировать такое преступление также надо по п. «б» ч. 2 ст. 128 УК ПМР.

Ответственность по п. «в» ч. 2 ст. 128 УК ПМР по признаку применения угрозы убийством или причинением тяжкого телесного повреждения наступает тогда, когда она явилась средством преодоления сопротивления потерпевшей при изнасиловании. Такая угроза охватывается диспозицией п. «в» ч. 2 ст. 128 УК ПМР и дополнительной квалификации по ст. 116 УК ПМР не требует.

Под угрозой убийства или причинения тяжкого телесного повреждения следует понимать не только прямые высказывания, которые выражали намерение немедленного применения физического насилия к самой потерпевшей, ее детям, близким родственникам или другим лицам, но и, с учетом обстоятельств дела, такие угрожающие действия виновного как, например, демонстрация оружия (пистолета, ножа, бритвы и т.п.).

Под угрозой причинить тяжкий вред здоровью понимается угроза причинения хотя бы одного из видов вреда, предусмотренного ст. 110 УК ПМР. Угроза причинения тяжкого вреда здоровью встречается в судебной практике редко, т. к. необходимо, чтобы она был конкретизирована, т. е. выражала намерение причинить именно тяжкий вред, а не вообще какой-либо вред (неопределенная угроза).

Конкретизация неопределенной угрозы, когда из слов не ясно, что же намерен причинить насильник, может быть осуществима с учетом конкретной обстановки, поведения преступника, восприятия потерпевшей, на которое рассчитывал виновный и что охватывалось его умыслом. Угроза может быть направлена как против потерпевшей, так и против других лиц. И в том и в другом случае преследуется цель совершить половой акт против воли женщины самим угрожающим или соучастником.

Если угроза убийством или причинением тяжкого телесного повреждения была выражена после изнасилования, с той, например, целью, чтобы потерпевшая никому не сообщила о случившемся, действия виновного, при отсутствии квалифицирующих обстоятельств, подлежат квалификации по ч. 1 ст. 128 УК ПМР, а также дополнительно по ст. 116 УК ПМР, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Понятие особой жестокости раскрыто в п. 8 постановления Пленума Верховного суда РФ от 27 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве». Представляется, что данное разъяснение в значительной мере может быть отнесено и к составу изнасилования.

Прежде всего, следует отметить, что признак особой жестокости может быть связан как с характером совершения полового акта, сопровождающегося, например, серьезным повреждением внутренних органов, так и с действиями, предшествующими изнасилованию.

Признак особой жестокости наличествует при следующих обстоятельствах:

— причинение потерпевшей сильных болевых ощущений в процессе причинения ей побоев, истязания, совершения неоднократных половых актов, особенно в процессе группового изнасилования;

— глумление над потерпевшей, например, рассматривание в промежутке между совершениями половых актов ее половых органов и комментирование увиденного, засовывание во влагалище посторонних предметов и др.;

— причинении потерпевшей особых психических страданий, при совершении изнасилования на глазах у ее близких и родственников (родителей, детей, мужа женщины);

— применении к потерпевшей пыток, которые могут и не причинять ей сильных болевых ощущений, однако дают почувствовать страх смерти: погружение головы в воду, одевание на голову плотного пластикового пакета, неоднократное придушивание, в процессе которых потерпевшая может часто терять сознание, захлебываться.

Признак особой жестокости будет иметь место и в том случае, если указанные действия осуществляются применительно к близким и родственникам потерпевшей с тем, чтобы она, наблюдая происходящее, прекратила сопротивление и покорилась воле насильников.

Причинение потерпевшей или ее близким родственникам физических и нравственных страданий должны охватываться умыслом виновного, при этом он должен понимать суть своих действий и желать этого.

Вопрос о том, может ли быть изнасилование признано как совершенное с особой жестокостью в случаях, когда истязание, глумление и т. п. имели место после насильственного полового акта, представляется не бесспорным, хотя в учебнике для вузов, он решен однозначно: все насильственные преступные действия, которые совершены после полового акта, подлежат самостоятельной квалификации.

Не бесспорным этот вопрос является потому, что изнасилования, совершенные лицами с садистскими наклонностями, а также преступниками, страдающими половой слабостью, нередко завершаются истязанием потерпевшей уже после полового акта, что способствует их сексуальному удовлетворению и составляет единый преступный процесс.

К изнасилованию с особой жестокостью следует отнести и причинение моральных страданий близким пострадавшей, в чьем присутствии совершается изнасилование, а они лишены возможности оказать помощь.

С субъективной стороны виновный осознает, что действует с особой жестокостью, причиняя страдания потерпевшей, и желает этого или сознательно допускает. Мотивы особой жестокости могут быть разные: аномальный сексуальный мотив, месть.

Пункт «г» ч. 2 ст. 128 УК ПМР — изнасилование, повлекшее заражение потерпевшей венерическим заболеванием. Для вменения п. «г» ч. 2 ст. 128 УК ПМР должна быть установлена причинная связь между заражением венерическим заболеванием и изнасилованием. Медицине известны 18 венерических заболеваний, передающихся половым путем.

Вина по отношению к заражению возможна умышленная: лицо знает о наличии у него венерического заболевания и желает заразить потерпевшую или сознательно допускает такое последствие, относясь к этому безразлично. Неосторожная вина в виде легкомыслия или небрежности также возможна.

К венерическим заболеваниям относятся: сифилис, гонорея, мягкий шанкр, паховый лимфогранулематоз. Заражение потерпевшей иными заболеваниями, передающимися половым путем, исключают ответственность лица по п. «г» ч. 2 ст. 128 УК ПМР.

Для квалификации действий лица, совершившего изнасилование, по п. «г» ч. 2 ст. 128 УК ПМР необходимо установить:

— достоверное знание виновным о наличии у него перечисленных выше заболеваний;

— наличие причинной связи между совершением с потерпевшей насильственного полового акта и наступившим заболеванием;

Заражение потерпевшей венерическим заболеванием может быть умышленным или по неосторожности:

— с прямым умыслом, когда виновный, зная о наличии у него венерического заболевания, в силу каких-то причин желал, чтобы потерпевшая заразилась;

— с косвенным умыслом, когда виновный, зная о наличии у него венерического заболевания, предвидел возможность заражения потерпевшей, не желал, но сознательно допускал заражение либо относился к этому безразлично;

— по преступному легкомыслию, когда виновный предвидел опасность заражения потерпевшей имевшейся у него венерической болезнью, но самонадеянно рассчитывал, что этого не произойдет.

Дополнительная квалификация содеянного по ст. 119 УК ПМР не требуется.

Для установления факта заражения венерическим заболеванием в процессе совершения изнасилования необходимо проведение судебно-медицинской экспертизы.

Пункт «д» ч. 2 ст. 128 УК ПМР — изнасилование заведомо несовершеннолетней. Изнасилование несовершеннолетней посягает на половую неприкосновенность, нормальное физическое развитие и нравственное формирование лица женского пола в возрасте от 14-ти до 18-ти лет.

Учитывая, что ответственность за изнасилование потерпевшей, не достигшей четырнадцатилетнего возраста, предусмотрена в п. «в» ч. 3 ст. 128 УК ПМР, речь в данном случае может идти о потерпевших в возрасте от 14 до 18 лет, причем виновный должен заведомо знать возраст потерпевшей или должен был осознавать его, ориентируясь на внешний вид девушки и ее манеру поведения.

Указание в законе на признак заведомости требует установления того, что виновный достоверно знал о ее возрасте. При доказывании субъективного отношения виновного к факту несовершеннолетия потерпевшей необходимо учитывать ее внешний вид, физические данные, поведение при общении с виновным и т. д.

Судебная практика исходит при этом из того, что такая квалификация возможна в случае, когда виновный знал или допускал, что совершает насильственный половой акт с несовершеннолетней, т.е. психическое отношение виновного к этому обстоятельству ограничивается умыслом. В связи с этим на практике нередко возникает вопрос об уголовно-правовой оценке действий лица, добросовестно заблуждавшегося относительно действительного возраста потерпевшей (ее несовершеннолетия).

Если виновный обоснованно полагал, что потерпевшая достигла совершеннолетия, то он ответственности по п. «д» ч. 2 ст. 128 УК ПМР не несет. Это может касаться потерпевших, возраст которых приближается к 18 годам или которые, в силу акселерационных процессов, внешне выглядят старше своих лет.

Так, Тираспольским городским судом И. был осужден за изнасилование несовершеннолетней Н. Следуя на грузовой автомашине по автотрассе, проходящей вдоль населенных пунктов, он посадил Н. в кабину, пообещав довезти ее до деревни, где она проживала. Через некоторое время он свернул в лесопосадку, остановил машину и, несмотря на сопротивление Н., изнасиловал ее. Рассмотрев дело в надзорном порядке, Верховный суд переквалифицировал действия И. на изнасилование без отягчающих обстоятельств, т.е. не вменил ему несовершеннолетие потерпевшей, и свою позицию обосновал следующим образом. В судебном заседании И. утверждал, что он не знал о несовершеннолетии Н.

Суд не согласился с этим, однако, по мнению надзорной инстанции, не учел обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного выяснения субъективного отношения И. к возрасту потерпевшей в момент ее изнасилования. Как видно из материалов дела, на день происшествия Н. было 17 лет 9 месяцев и 13 дней. Согласно акту судебно-медицинской экспертизы, Н. — рослая, физически развитая. По словам свидетеля К., видевшего, как И. посадил Н. в машину, на вид ей было лет 18 — 20. В своих показаниях И. также утверждал, что Н. выглядит на 19 — 20 лет. Как показал И. в суде, когда они ехали, Н. говорила, что она замужем. Потерпевшая и свидетель К. подтвердили это показание. Таким образом, учитывая, что при знакомстве потерпевшая говорила И., что она замужем, а ее внешний облик и физическое развитие не давали ему повода сомневаться в этом, следует прийти к выводу, что И. добросовестно заблуждался в оценке возраста потерпевшей, в связи с чем он не может нести повышенную ответственность за изнасилование несовершеннолетней. Его действия, поэтому были квалифицированы президиумом Верховного суда как изнасилование без отягчающих обстоятельств, и наказание в соответствии с этим ему было снижено.

Пример второй. Л. был осужден народным судом за изнасилование несовершеннолетней Е. В судебном заседании он заявил, что считал Е. совершеннолетней. По мнению Верховного Суда ПМР, городской суд правильно признал это заявление необоснованным. Внешне, как отметил суд, Е. выглядит моложе своего возраста. Сослался суд и на заключение судебно-медицинской экспертизы о том, что рост Е. — 155 см, а вес — 47 кг, к тому же она (согласно экспертизе) не достигла половой зрелости. На предварительном следствии Л. дал следующие показания: «Когда я раздел ее, оказалось, что она какая-то хрупкая, тело у нее, как у малолетней девочки». Верховный Суд ПМР, рассмотрев дело в надзорном порядке, согласился с решением народного суда по данному делу, указав, что нет оснований считать, что Л., совершая изнасилование, добросовестно заблуждался относительно возраста потерпевшей.

Законодательно, к обстоятельствам, отягчающим ответственность за насильственные действия сексуального характера, относятся обстоятельства, перечисленные в ч. 2 ст. 129 УК ПМР.А именно, п.п. а) совершенные неоднократно или лицом ранее совершившим изнасилование; б) соединенные с угрозой убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, а также совершенные с особой жестокостью по отношению к потерпевшим или к другим лицам; в) совершенные группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; г) повлекшие заражение потерпевшего (потерпевшей) венерическим заболеванием; д) совершенное в отношении заведомо несовершеннолетнего (несовершеннолетней).

Квалифицированные признаки составов насильственных действий сексуального характера и изнасилования аналогичны между собой. Квалифицирующие признаки, указанные в ч. 2 ст. 129 (за исключением признания потерпевшим от преступления лица как женского, так и мужского пола), тождественны квалифицирующим признакам изнасилования (ч. 2 ст. 128) и понимаются так же, как и в составе изнасилования. Уголовная ответственность по п. «д» ч. 2 ст. 129 УК ПМР наступает лишь тогда, когда виновному заведомо известно о несовершеннолетнем возрасте потерпевшей

2.2 Особо квалифицированные признаки преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 128 и 129 УК ПМР

Часть 3 ст. 128 и 129 УК ПМР предусматривает ответственность за особо квалифицированные обстоятельства.

При изнасиловании, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшей, действия виновного могут быть квалифицированы по п. «а» ч. 3 ст. 129 УК ПМР только в том случае, если между причинением им смерти потерпевшей и ее изнасилованием или покушением на него имеется причинная связь. При этом дополнительная квалификация по ст. 108 УК ПМР не требуется, так как содеянное полностью охватывается п. «а» ч. 3 ст. 128 УК ПМР.

Смерть потерпевшей может наступить в результате насильственных действий виновного с целью сломить сопротивление потерпевшей, при этом летальный исход чаще всего является следствием преступной небрежности, когда виновный не предвидел возможности наступления смерти потерпевшей, хотя при необходимой предусмотрительности должен был и мог предвидеть это.

Смерть потерпевшей может наступить, например, в процессе нанесения потерпевшей сильных ударов по жизненно важным частям тела, одевания ей на голову пластикового пакета, закрывания дыхательных путей посторонними предметами в процессе совершения половых актов и при других обстоятельствах.

Так, Антипов, поздно вечером, угрожая убийством, затащил на лестничную площадку, примыкающую к чердаку, несовершеннолетнюю Уткину, где пытался раздеть ее и совершить половой акт. В это время хлопнула дверь нижнего этажа, и Уткина закричала. Антипов закрыл лицо Уткиной меховым воротником ее пальто с целью заглушить крик и не быть обнаруженным. Когда через несколько минут дверь хлопнула снова (женщина выносила мусор в мусоропровод), Антипов открыл лицо Уткиной, но она была мертва (асфиксия).

По данному делу, для установления вида вины Антипова в отношении смерти Уткиной (косвенный умысел или неосторожность), решающее значение имело выяснение вопроса о длительности закрытия лица Уткиной воротником, а следовательно, предвидел последствия своих действий Антипов или не предвидел, а только должен был и мог предвидеть.

В случае совершения насильственного полового акта, особенно с малолетней, существует вероятность повреждения внутренних органов, что также может вызвать смерть потерпевшей, в частности от кровотечения, и в зависимости от обстоятельств дела, возраста жертвы, к смерти возможна как умышленная, так и неосторожная вина.

От причинения смерти по неосторожности следует отличать сопряженное с изнасилованием умышленное убийство потерпевшей, под которым следует понимать убийство в процессе совершения изнасилования или с целью его сокрытия, а также совершенное, например, по мотивам мести за оказанное сопротивление. Действия виновных в этом случае должны квалифицироваться по п. «к» ч. 2 ст. 104 и соответствующей частью ст. 128 УК ПМР.

Убийство в процессе совершения изнасилования весьма характерно для лиц, входящих в группу так называемых «половых маньяков», некоторые из которых предпочитают совершать половые акты с агонизирующей жертвой или с ее трупом, а также сопровождающие процесс изнасилования нанесением потерпевшей удары холодным оружием или засовыванием в естественные полости потерпевшей посторонних предметов, наносящих ей смертельные травмы.

Убийство при рассматриваемых обстоятельствах двух или более следует дополнительно квалифицировать по п. «а» ч. 2 ст. 104 УК ПМР, однако только в том случае, если действия виновного охватывались единым умыслом и были совершены, как правило, одновременно.

Убийство одной потерпевшей, сопряженное с изнасилованием, и покушение на убийство другой не может рассматриваться как оконченное преступление — убийство двух лиц.

В таких случаях независимо от последовательности преступлений, преступных действий, содеянное следует квалифицировать по ч. 1 или ч. 2 ст. 104 УК ПМР, по ч. 3 ст. 29 УК ПМР и п. «а» ч. 2 ст. 104 УК ПМР и по соответствующей части ст. 128 УК ПМР.

Поскольку при совершении убийства, сопряженного с изнасилованием, имеют место два самостоятельных состава, то для правильной квалификации следует учитывать роль каждого в выполнении объективной стороны, как убийства, так и изнасилования.

Соисполнителями убийства, сопряженного с групповым изнасилованием, являются лица, как непосредственно участвующие в лишении потерпевшей жизни, так и оказывающие на нее соответствующее физическое воздействие. Поэтому не обязательно, чтобы повреждения, повлекшие смерть, были причинены каждым из соисполнителей, возможно, наличие факта способствования друг другу в преступном деянии, например, в подавлении сопротивления жертвы, в то время иные лица причинили ей смертельные повреждения.

Действия пособника в рассматриваемой ситуации могут содействовать либо совершению изнасилования, либо совершению убийства в отдельности, либо тому и другому преступному деянию вместе. Квалификация его действий будет зависеть от выполнения им объективной стороны указанных составов. То же самое касается организаторов и подстрекателей. Умышленное убийство, сопряженное с изнасилованием, может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом. Косвенный умысел может иметь место, например, в ситуации, когда виновный оставил потерявшую сознание жертву замерзать в зимнее время или истекать кровью, то есть, не желал, но сознательно допускал смерть потерпевшей или относился к этому безразлично.

В связи с включением в УК ПМР в качестве квалифицирующих признаков изнасилования наступление по неосторожности тяжких последствий (п. «б» ч. 3 ст. 128 УК ПМР) и смерти потерпевшей (п. «а» ч. 3 ст. 128 УК ПМР) возникает вопрос о разграничении этих квалифицированных видов в случаях, когда смерть наступила непосредственно от действий самой потерпевшей.

Предлагается следующее решение вопроса: если смерть во время изнасилования наступила от неосторожных действий самой потерпевшей, вызванных поведением насильника, и он мог предвидеть такой результат, то содеянное им подпадает под п. «а» ч. 3 ст. 128 УК ПМР.

Так, Судебная коллегия Верховного суда ПМР признала правильным осуждение Фахретдинова по ч. 3 ст. 30 и п. «а» ч. 3 ст. 128 УК ПМР при обстоятельствах, когда потерпевшая была завлечена насильниками на балкон, расположенный между восьмым и девятым этажами, где в присутствии неустановленных следствием лиц Фахретдинов стал требовать от нее совершения с ним полового акта, срывал одежду, угрожал. Потерпевшая, пытаясь спастись, влезла на декоративную решетку балкона, сорвалась, упала на асфальт и разбилась насмерть.

В случаях же, когда смерть потерпевшей наступает от ее умышленных действий, направленных на самоубийство, вызванное изнасилованием или покушением на него, то независимо от того, произошло это в момент изнасилования или с разрывом во времени, при наличии причинной связи и неосторожной вины насильника к такому тяжкому последствию, содеянное им должно квалифицироваться по п. «б» ч. 3 ст. 128 УК ПМР.

Лица 14-15 лет не подлежат уголовной ответственности по п. «а» ч. 3 ст. 128 УК ПМР, т. к. ответственность за неосторожное лишение жизни согласно ст. 29 УК ПМР наступает с 16-ти лет.

Пункт «б» ч. 3 ст. 128 УК ПМР — изнасилование, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей, заражение ее ВИЧ-инфекцией или иные тяжкие последствия.

Понятие тяжкого вреда здоровью потерпевшей определяется исходя из признаков, предусмотренных в диспозиции ч. 1 ст. 110 УК ПМР.

Тяжкий вред здоровью может быть причинен при преодолении или предупреждении сопротивления потерпевшей, либо может наступить и непосредственно от насильственного полового акта. Пункт «б» ч. 3 ст. 128 УК ПМР предусматривает в отношении причинения тяжкого вреда здоровью только неосторожную вину (легкомыслие или небрежность).

Так, если насильник, преодолевая сопротивление жертвы, толкнул ее, а она, падая, ударилась о какой-то острый предмет и получил неизгладимое обезображение лица, то по отношению к тяжкому вреду вполне возможна с учетом конкретных обстоятельств неосторожная вина.

Если вред здоровью причинен умышленно или по неосторожности после изнасилования, то п. «б» ч. 3 ст. 128 УК ПМР неприменим, и должна иметь место квалификация по совокупности ст. 128 УК ПМР и одной из статей главы 15 УК ПМР.

Причинение в результате изнасилования тяжкого вреда здоровью потерпевшей по неосторожности полностью охватывается п. «б» ч. 3 ст. 128 УК ПМР — дополнительной квалификации по ч. 1 ст. 115 УК ПМР не требует. Однако если тяжкий вред здоровью был причинен умышленными действиями виновного с целью сломить сопротивление потерпевшей в процессе совершения половых актов, а также по мотивам мести за оказанное сопротивление, то содеянное должно квалифицироваться по совокупности соответствующих частей ст. ст. 110 и 128 УК ПМР.

Что касается заражения ВИЧ-инфекцией, то данное квалифицирующее обстоятельство будет лишь тогда, когда насильник знал о наличии у него этого заболевания, что следует из диспозиции ст. 119 УК ПМР. Однако умысел на заражение в данном случае исключается, речь может идти только о неосторожности, причем практически в виде легкомыслия (знал о заболевании, но без достаточных к тому оснований (самонадеянно) рассчитывал на предотвращение последствий).

Условия, при которых лицо несет ответственность за заражение потерпевшей ВИЧ-инфекцией, аналогичны тем, которые имели место при заражении ее венерическими заболеваниями. Законодатель, однако, предусмотрел более строгую ответственность за заражение потерпевшей именно ВИЧ-инфекцией, поскольку это заболевание представляет собой повышенную опасность для здоровья и жизни человека. Дополнительная квалификация действий лица, заразившего в процессе совершения изнасилования потерпевшую ВИЧ-инфекцией, по ст. 119 УК ПМР не требует.

При умышленном заражении (прямой или косвенный умысел) должна быть квалификация по совокупности ч. 2 ст. 119 и ст. 128 УК ПМР без применения п. «б» ч. 3 этой статьи.

Законодатель не расшифровал понятие «иные тяжкие последствия». Частично они указаны в Постановлении Пленума Верховного Суда РФот 15 июня 2004 г.: смерть или самоубийство потерпевшей, душевная болезнь, последовавшие в результате изнасилования.

К этому перечню, по нашему мнению, следует добавить: потерю способности к нормальному деторождению, внематочная беременность, утрата возможности половой жизни, возникновение беременности при наличии медицинских противопоказаний к родам или аборту.

Представляется, что иные тяжкие последствия могут касаться не только потерпевшей, но и других лиц. Так, известно дело, когда в окно выбросилась и разбилась насмерть мать малолетней девочки, подвергшейся изнасилованию.

Попытка самоубийства, не повлекшая тяжкого вреда здоровью, не должна квалифицироваться по п. «б» ч. 3 ст. 128 УК ПМР, т. к. закон говорит о тяжких последствиях.

Пункт «в» ч. 3 ст. 128 УК ПМР — изнасилование потерпевшей, заведомо не достигшей четырнадцатилетнего возраста.Объектом охраны по данному пункту является половая неприкосновенность, нормальное физическое, половое и нравственное развитие девочек.

Ответственность по п. «в» ч. 3 ст. 128 УК ПМР наступает только в том случае, если виновный достоверно знал, что совершает насильственный половой акт с девочкой, не достигшей четырнадцатилетнего возраста, или должен был осознавать ее возраст, ориентируясь на внешний вид потерпевшей и манеру ее поведения.

При недоказанности осознания виновным того факта, что потерпевшая не достигла 14-летнего возраста, должна применяться квалификация содеянного по п. «д» ч. 2 ст. 128 УК ПМР, как изнасилование несовершеннолетней. В случаях, когда имело место изнасилование потерпевшей, не достигшей четырнадцатилетнего возраста, а в дальнейшем совершение с ее согласия последующих половых актов, действия виновного подлежат квалификации по совокупности ст. ст. 128 и 131 УК ПМР.

Изнасилованию малолетней могут предшествовать развратные действия, что не требует применения ст. 132 УК ПМР, если эти действия непосредственно предшествовали половому акту и образовывали единое преступление.

Особенно важно в таком случае определять направленность умысла: имело ли место покушение на изнасилование или виновный преследовал цель удовлетворить свое половое чувство только путем совершения развратных действий.

Представляется не совсем точным считать совершение изнасилования потерпевших, не достигших четырнадцатилетнего возраста, как с использованием их беспомощного состояния, так как девушки в возрасте 12-14 лет вполне могут ориентироваться в вопросах сексуальных взаимоотношений полов. Поэтому юридически значимое соотношение «возраст — беспомощное состояние» должно решаться в каждом конкретном случае с учетом степени умственного и физического развития потерпевших и степени их осведомленности в вопросах половой жизни.

Заканчивая изложение квалифицированных видов изнасилования, нельзя обойти вопрос о квалификации ситуаций, когда в одном деянии содержится несколько квалифицирующих признаков, предусмотренных различными частями ст. 128 УК ПМР.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда ПМР в определении по делу Солопова указала, что не образует совокупности совершение лицом одного преступления с квалифицирующими признаками, предусмотренными различными частями этой статьи. Солопов судом первой инстанции был признан виновным в покушении на изнасилование потерпевшей, заведомо не достигшей четырнадцатилетнего возраста, совершенном с угрозой убийством. Содеянное Солоповым было квалифицировано по ч. 3 ст. 29, п. «в» ч. 3 ст. 128 и по ч. 3 ст. 29, п. «в» ч. 2 ст. 128 УК ПМР.

Судебная коллегия признала неправильной включение в квалификацию ч. 2 ст. 128 УК ПМР и указала, что действия виновного должны быть квалифицированы по части статьи, предусматривающей наиболее строгое наказание, с указанием других квалифицирующих признаков этой статьи.

Так же ч.3 ст. 129 УК ПМР содержит особо квалифицированные признаки составов насильственных действий сексуального характера- п.п. а) повлекли по неосторожности смерть потерпевшего (потерпевшей); б) повлекли по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего (потерпевшей), заражение его (ее) ВИЧ-инфекцией или иные тяжкие последствия; в) совершены в отношении лица, заведомо не достигшего четырнадцатилетнего возраста.

Особо квалифицированные признаки составов насильственных действий сексуального характера и изнасилования аналогичны между собой.

Мы считаем, что необходимо добавить еще один квалифицирующий признак к ч. 3 статьи 129 УК ПМР. А именно, мужеложство, лесбиянство или иные действия сексуального характера с применением насилия или угрозой его применения к потерпевшему (потерпевшей) или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшего (потерпевшей) совершенные родителем, опекуном, педагогом или лицом, на которое возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего (несовершеннолетней).

На наш взгляд, такая необходимость вызвана тем, что процент совершения насильственных действий сексуального характера вышеперечисленной группой лиц, в отношении несовершеннолетних и малолетних, достаточно высок. В то же время наши исследования показывают, что, как правило, несовершеннолетние и малолетние потерпевшие, в отношении которых было совершено рассматриваемое преступление не сообщают о случившемся в правоохранительные органы, родственникам или другим лицам. Следовательно, сексуальные посягательства, в отношении их, в большинстве случаев будут продолжаться, и причинять вред их нормальному половому развитию, в том числе оказывать отрицательное воздействие на физическое и духовное формирование личности.

Так, Городским Судом г. Москвы в 2005 г. слушалось уголовное дело в отношении лица, совершившего развратные действия в отношении лица, не достигшего 16-летнего возраста. Лицо, совершившее преступление — молодой человек 28-лет, который являлся сожителем одинокой женщины. К ребенку сожительницы он часто проявлял внимание, которое иногда смущало мать.

Но, выбрав подходящий момент, подсудимый, совершал неоднократно развратные действия в отношении 13-летней девочки, угрожая ей при этом, что если она расскажет матери или кому-либо еще, он ее убьет.

Данный состав преступления был квалифицирован как развратные действия в отношении лица, к данному моменту не достигшего шестнадцатилетнего возраста.

Квалификация состава преступления в данном случае была осложнена лишь тем, что лицо, совершившее данное злодеяние в отношении лица, не достигшего шестнадцатилетнего возраста совершало развратные действия неоднократно, причем угрожая физической расправой, в случае разглашения.


ГЛАВА III.ПРОБЛЕМЫ КВАЛИФИКАЦИИ НАСИЛЬСТВЕННЫХ ПОСЯГАТЕЛЬСТВ НА ПОЛОВУЮ СВОБОДУ И ПОЛОВУЮ НЕПРИКОСНОВЕННОСТЬ ЛИЧНОСТИ

3.1 Отличие признаков составов преступлений, предусмотренных ст. 128 и ст. 129 УК ПМР

Практика применения указанных норм показывает, что в 70% случаев составы ст. 128 и 129 УК ПМР образуют совокупность преступлений. Они часто дополняют друг друга, совершаются одновременно, особенно тогда, когда имеет место соучастие в преступлении.

В связи со сказанным важным представляется установление четких параметров разграничения признаков составов преступлений, предусмотренных ст. 128 и 129 УК ПМР.

При квалификации изнасилования необходимо учитывать, что ст. 128 УК ПМР охраняет половую свободу и половую неприкосновенность женщины. Статья 129 УК ПМР, в отличие от ст. 128 УК ПМР, охраняет половую свободу и половую неприкосновенность и женщины, и мужчины.

Потерпевшей от изнасилования по смыслу формулировки диспозиции ст. 128 УК ПМР может быть только женщина, достигшая совершеннолетия, а по ст. 129 УК ПМР – и женщина, и мужчина, достигшие совершеннолетия.

Ключевым признаком разграничения ст. 128 УК ПМР и ст. 129 УК ПМР выступает способ совершения посягательства на половую свободу и половую неприкосновенность.

В отличие от ст. 128 УК ПМР, дефиниция ст. 129 УК ПМР охватывает мужеложство, лесбиянство и иные насильственные действия сексуального характера. Насильственные действия сексуального характера включают в себя вместе с другими вариантами совершение женщиной посягательства на половую свободу мужчины.

Исследуя психологический, физиологический, сексологический аспекты, а также практику применения рассматриваемых норм, автор приходит к выводу, что признак полового сношения в рамках главы 18 УК РФ должен пониматься в узком, медико-правовом значении и расширительному толкованию не подлежит. Он присущ только составам преступления, предусмотренным ст. 128 и 131 УК ПМР.

Кроме того, совершение насильственных действий сексуального характера способом, где мужчина – потерпевший, а женщина – исполнитель, с учетом психологических и физиологических особенностей мужчин в подавляющем большинстве случаев совершается с применением физического насилия или с использованием беспомощного состояния потерпевшего. Судебно-следственная практика, исследованная в рамках работы, не знает примеров, когда описанные действия сексуального характера совершались с угрозой применения насилия к потерпевшему или другим лицам.

Абсолютная идентичность квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков, характера и размера санкций за деяния, предусмотренные статьями 128 и 129 УК ПМР, на наш взгляд, представляется нелогичной, сопоставительный анализ норм УК ПМР дает основания утверждать, что насильственные действия сексуального характера являются общей нормой по отношению к изнасилованию, а изнасилование является специальной нормой по отношению к насильственным действиям сексуального характера.

3.2 Проблемы разграничения насильственных и ненасильственных посягательств на половую свободу и половую неприкосновенность

Проводя разграничение между ст. 128, 129 УК РФ и ст. 130 УК ПМР, диссертант отмечает, что эти нормы различаются по способу и степени воздействия на потерпевшего. В первом случае способом выступает насилие, а во втором – преступное принуждение, которое включает в себя угрозу (иного характера, чем в ст. 131 и 132 УК РФ), использование материальной, служебной или иной зависимости потерпевшего, а также шантаж.

Следует отметить, что при преступном принуждении в рамках ст. 133 УК ПМР происходит такое ограничение воли потерпевшего, при котором он (она) не может в полной мере действовать в соответствии со своими намерениями. В результате таких действий виновного нарушается половая свобода потерпевшего (потерпевшей), кроме того, под угрозу ставится причинение существенного вреда охраняемым уголовным законом интересам, тем самым такое деяние приобретает признак общественной опасности и противоправности. Понуждение по конструкции объективной стороны является формальным составом и поэтому считается оконченным с момента совершения хотя бы одного из альтернативных действий, указанных в диспозиции, независимо от того, вступил ли фактически виновный в половые отношения с потерпевшим (потерпевшей), то есть с того момента, когда виновный обозначил свои намерения преступным способом.

При преступном принуждении в рамках ст. 130 УК ПМР оно может выступать в форме угрозы или искушения при использовании материальной или иной зависимости потерпевшего (потерпевшей), и они являются равными по степени общественной опасности. По нашему мнению, необходимо устанавливать четкую границу между приготовлением к изнасилованию или насильственными действиями сексуального характера и понуждением к половому сношению или действиям сексуального характера.

Приготовление будет иметь место тогда, когда виновный (виновная) явно (словесно или, совершая определенные действия) обозначает свои намерения совершить немедленно половое сношение или насильственные действия сексуального характера вопреки воле потерпевшего (потерпевшей), но, ни насилия, ни угроз, предусмотренных этими составами, ни попытки совершить половой акт, мужеложство, лесбиянство или иные действия сексуального характера не предпринимает. На этой стадии в большей степени соприкасаются рассматриваемые составы.

Следующей стадией перерастания ст. 130 УК ПМР в ст. 128 или 129 УК ПМР, то есть покушением, будет являться совершение преступником активных действий, непосредственно направленных на совершение изнасилования, или насильственных действий сексуального характера. К таковым можно отнести обнажение половых органов виновного (виновной) или потерпевшего (потерпевшей), применение насилия, высказывание или демонстрация угрозы применения насилия. Таким образом, для разграничения ст. 130 УК ПМР и неоконченных вариантов ст. 128 или 129 УК ПМР важно установить и уяснить момент окончания объективной стороны понуждения и при наличии данных к тому момент перерастания этого преступления в более опасные формы посягательств на половую свободу и половую неприкосновенность.

Дополнительным объективным критерием здесь выступает отсутствие нарушения телесной неприкосновенности человека при совершении понуждения. Вывод такой основан на исчерпывающем перечне способов воздействия на волю потерпевшего, содержащемся в диспозиции ст. 130 УК ПМР, в который не входит физическое воздействие на тело человека.

При квалификации преступлений, предусмотренных ст. 128, 129, 131 УК ПМР, и при необходимости разграничения этих норм следует отметить, что имеет значение возрастной критерий, то есть установление факта недостижения потерпевшим возраста 16 лет. Однако для квалификации данных преступлений значительную роль играет внутреннее, психическое отношение потерпевшего к совершаемым в отношении него действиям.

При совершении действий, указанных в ст. 131 УК ПМР, с определенной долей условности необходимо добровольное согласие потерпевшего, то есть уровень его психического развития и социальной адаптации должен быть достаточным для принятия подобного решения. Отсутствие же этих качеств у потерпевшего свидетельствует о его беспомощном состоянии, что влечет ответственность виновного по ст. 128 или 129 УК ПМР.

По нашему мнению, необходимо вместе с прочими критерием разграничения преступлений, предусмотренных ст. 128, 129 и 131 УК ПМР, считать отсутствие либо наличие среди признаков содеянного насилия или преступного принуждения, применяемого к потерпевшему (потерпевшей).

Отличными являются признаки субъекта. В статье 131 УК ПМР субъект специальный – физическое лицо, достигшее 18 лет.

При разграничении развратных действий и иных действий сексуального характера, прежде всего, необходимо указать объективные критерии разграничения ст. 129 и 132 УК ПМР. Разница в объекте этих составов обусловлена тем, что ст. 132 УК ПМР охраняет две группы общественных отношений: половая неприкосновенность и нормальное нравственное, физическое и психическое развитие ребенка.

Совершение развратных действий необходимо отличать от насильственных форм удовлетворения сексуальных потребностей человека, совершенных с использованием беспомощного состояния потерпевшего. Как и в ст. 131 УК ПМР, при совершении преступления, предусмотренного ст. 132 УК ПМР, к потерпевшему не должно применяться насилие, по делу должно быть установлено, что потерпевший в момент совершения преступления не пребывал в беспомощном состоянии.

Объективная сторона данного преступления характеризуется тем, что оно может выполняться только путем активного действия, которое должно быть развратным, ненасильственным и совершенным в отношении лица, не достигшего шестнадцатилетнего возраста.

По нашему мнению, варианты совершения развратных действий можно разделить на две группы: связанные с нарушением телесной неприкосновенности и не связанные с нарушением таковой. К первой группе относятся такие действия, совершаемые виновным, в процессе которых происходит воздействие на интимные части тела ребенка, не связанное с половым сношением и действиями сексуального характера. Таким образом, здесь развратные действия не связаны с половым сношением или действиями сексуального характера. Они имеют иную более низкую степень интенсивности противоправного сексуального поведения, носят аморальный характер. Ко второй группе относятся такие развратные действия, при совершении которых в большей степени нарушается нормальное психологическое развитие потерпевшего, пробуждается нездоровый сексуальный интерес, половое влечение. По мимо указанного самостоятельное значение имеют специфические признаки субъективной стороны: содержание интеллектуального и волевого момента умысла.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Анализ квалифицирующих признаков преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности личности в уголовном законодательстве ПМР позволяет сделать следующие выводы.

1.Сравнительный анализ отношения к половым преступлениям (извращениям) общества, государства и церкви, на различных этапах развития человечества, позволяет нам сделать вывод, что удовлетворение половой страсти с применением насилия и половые извращения (хотя они понимались по-разному) осуждались церковью, государством и наиболее широко – общественной моралью. Это полностью относится и к отечественному уголовному законодательству. Уголовное законодательство дореволюционной России, уголовный кодексы союзных республик, МССР, предусматривают ответственность за половые преступления, в том числе за насильственные действия сексуального характера, хотя они не всегда отражались в законе как токовые. В ряде случаев при их квалификации фактически применялась аналогия. В период от 60-х годов до настоящего времени последовательно осуществляется гуманный подход в правовой оценке добровольного и насильственного мужеложства и лесбиянства, что и нашло отражение в УК ПМР.

2. Под половой свободой предлагается понимать добровольность выбора полового партнера, места, времени и способа совершения полового сношения, то есть свободу половых связей личности. Отмечено, что в соответствии с законом половой свободой обладают лица старше 16 лет. Обязательным также является признак вменяемости потерпевшей. Половая неприкосновенность означает абсолютный правовой запрет на половые контакты, распространяемый в отношении определенного круга лиц. К лицам, обладающим половой неприкосновенностью, относят малолетних, несовершеннолетних и иных лиц, не способных в силу психических или физических недостатков выразить свою волю. В большинстве случаев половой неприкосновенностью обладают лица, находящиеся в состоянии беспомощности.

Дополнительным объектом изнасилования всегда является телесная неприкосновенность женщины, жизнь или здоровье потерпевшей являются факультативным объектом при изнасиловании.

Обязательным признаком объекта рассматриваемого деяния является потерпевшая. Потерпевшей в ст. 128УК ПМР может быть только женщина, достигшая совершеннолетия (старше 18 лет). В самих нормах в качестве дополнительного квалифицирующего признака законодателем введен возраст потерпевшей: по части 2 ст. 128, 129 УК ПМР – несовершеннолетие (старше 14 лет, но моложе 18 лет), а по части 3 тех же статей – малолетие (младше 14 лет).

В целом практика установления и доказывания возраста потерпевшей сложилась. При этом он выделяет две группы критериев для установления признака заведомости относительно возраста потерпевшей: объективный (возраст потерпевшей по ее внешним признакам не вызывает сомнений), субъективный (виновному известно о возрасте потерпевшей с ее слов или в силу иных обстоятельств).

3.Исходя из дефиниции ч. 1 ст. 128 УК ПМР закон предусматривает несколько вариантов преступного деяния: половое сношение с применением насилия к потерпевшей, половое сношение с угрозой применения насилия к потерпевшей, половое сношение с применением насилия к другим лицам, половое сношение с угрозой применения насилия к другим лицам, половое сношение с использованием беспомощного состояния потерпевшей.

4. Субъективные признаки рассматриваемого состава наряду с субъектом дополняют: вина в форме прямого умысла, а также специфический мотив. Отмечено, что в исследуемых преступлениях присутствует несколько мотивов, чаще остальных встречаются: хулиганский, мотив самоутверждения, личной неприязни, мести, корыстный мотив. Основным мотивообразующим фактором выступают аномалии сексуального развития, патологии психики, соматические заболевания.

5. Половая свобода в ст. 129 УК ПМР имеет собственное значение и в первую очередь – это добровольность в выборе способа удовлетворения своих сексуальных потребностей, поскольку в диспозиции статьи перечислены так называемые нетрадиционные способы их удовлетворения, более того, данная норма охраняет в равной степени половую свободу и мужчин, и женщин. круг потерпевших: в отличие от изнасилования, это лица обоих полов.

При раскрытии признаков объективной стороны, подчеркивается, что это действия сексуального характера, способные по своей природе существенно нарушить половую свободу и половую неприкосновенность. Субъектами данного преступления выступают физические вменяемые лица обоих полов, достигшие 14 лет. В зависимости от формы удовлетворения полового влечения их роли в совершении преступления могут определяться по-разному. Признаки субъективной стороны преступлений, предусмотренных ст. 128 и 129 УК ПМР, совпадают.

4. Необходимо законодательно конкретизировать понятия мужеложства, лесбиянства и иных насильственных действий сексуального характера путем закрепления их существенных отличительных признаков, позволяющих провести разграничение со смежными составами преступлений. По нашему мнению, данные признаки приобретают юридическое значение при квалификации рассматриваемых деяний.

6. Квалифицированные и особо квалифицированные признаки составов изнасилования и насильственных действий сексуального характера аналогичны между собой. Квалифицирующие признаки, указанные в ч. 2 ст. 129 (за исключением признания потерпевшим от преступления лица как женского, так и мужского пола), тождественны квалифицирующим признакам изнасилования (ч. 2 ст. 128) и понимаются так же, как и в составе изнасилования.

7. Мы считаем, что необходимо добавить еще один квалифицирующий признак к ч. 3 статьи 129 УК ПМР. А именно, мужеложство, лесбиянство или иные действия сексуального характера с применением насилия или угрозой его применения к потерпевшему (потерпевшей) или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшего (потерпевшей) совершенные родителем, опекуном, педагогом или лицом, на которое возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего (несовершеннолетней).

8. Абсолютная идентичность квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков, характера и размера санкций за деяния, предусмотренные статьями 128 и 129 УК ПМР, на наш взгляд, представляется нелогичной, сопоставительный анализ норм УК ПМР дает основания утверждать, что насильственные действия сексуального характера являются общей нормой по отношению к изнасилованию, а изнасилование является специальной нормой по отношению к насильственным действиям сексуального характера.

9. При разграничении ст. 128 и 129 УК ПМР и ст. 130 УК ПМР критериями выступают способ и степень подчинения воли потерпевшего (потерпевшей). При насильственном посягательстве способом выступает насилие, с его помощью происходит полное подчинение воли потерпевшего. При ненасильственных посягательствах способом выступает преступное принуждение, при котором потерпевший (потерпевшая) не может в полной мере действовать в соответствии со своими интересами.

10. При разграничении ст. 128 и 129 УК ПМР и ст. 131 УК ПМР критерием выступает отсутствие либо наличие среди признаков содеянного насилия или использования беспомощного состояния потерпевшего, а также преступного принуждения, применяемого в отношении потерпевшего (потерпевшей). При разграничении ст. 128 и 129 УК ПМР и ст. 132 УК ПМР критерием является отсутствие среди признаков содеянного преступного принуждения, насилия, полового сношения, действий сексуального характера.

12. При разграничении преступлений, предусмотренных ст. 128 и 129 УК ПМР, и непреступных форм удовлетворения сексуальных потребностей, сопровождающихся применением физической силы к партнеру, критериями разграничения выступает добровольность в выборе способа сексуального удовлетворения и отсутствие общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью человека.


БИБЛИОГРАФИЯ

Нормативно-правовые акты:

1. Конституция ПМР от 24.12.1995 г. с изменениями и дополнениями от 15.12.1998 г. № 128-КЗД, 30.06.2000 г. № 310-КЗИД, 13.07.2005 г. № 593-КЗИД-III (САЗ 05-29), 10.02.2006 г. № 1-КЗИД- IV (САЗ 06-7), и постановлениями Конституционного суда от 18.01.2005 г. № 01-П/05 (САЗ 05-4), 27.04.2005 г. № 03-П/05 (САЗ 05-18), 27.03.2007 г. № 03-П/07 (САЗ 07-14), 12.04.2007 г. № 04-П/07 (САЗ 07-18), 18.09.2007 г. № 06-П/07 (САЗ 07-39), 20.11.2007 г. № 10-П/07 (САЗ 07-48), 18.12.2007 г. № 11-П/07 (САЗ 07-52), 29.01.2008 г. № 02-П/08 (САЗ 08-4).

2. Уголовный кодекс Приднестровской Молдавской Республики, введенный в действие Законом Приднестровской Молдавской Республики от 07.05.2002 года №-138-3-III (САЗ 02-23), с изменениями и дополнениями, внесенными Законами Приднестровской Молдавской Республики от 21.11.2002 года №-207-34-III (САЗ 02-47), от 30.01.2003 года №-229-34-III (САЗ 03-5), от 26.02.2003 года №-247-ЗИД-III (САЗ 03-9), от 31.03.2003 года №-257-ЗИД-III (САЗ 03-14), от 01.07.2003 года №-302-ЗИД-III (САЗ 03-27), от 30.07.2004 года №-450-ЗИД-III (САЗ 04-31), от 17.08.2004 года №-466-ЗИД-III (САЗ 04-34), от 05.10.2004 года №-475-ЗИД-III (САЗ 04-41), от 05.11.2004 года №-490-ЗИД-III (САЗ 04-45), от 18.03.2005 года №-548-ЗИД-III (САЗ 05-12), от 21.07.2005 года №-598-ЗИД-III (САЗ 05-30), от 04.10.2005 года №-636-ЗИД-III (САЗ 05-41), от 27.10.2005 года №-652-ЗИД-III (САЗ 05-44), от 17.11.2005 года №-666-ЗИД-III (САЗ 05-47).

3. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ, введенный в действие Федеральным законом от 13 июня 1996 г № 64-ФЗ «О введении в действие Уголовного кодекса Российской Федерации»// СЗ РФ.1996.№ 25, с изменениями и дополнениями, внесенными Федеральными законами (в ред. от 28 декабря 2004 г. .№ 78-ФЗ) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2005. № 2.

Научная и учебная литература:

4. Андреева Л. А., Цэнгэл С. Д. Квалификация изнасилований: Учебное пособие. СПб., 2004.

5. Антонян Ю.М., Ткаченко А.А. Сексуальные преступления: Чикатило и другие. М., 2003.

6. Галиакбаров Р.Р. Уголовное право России. Учебник для вузов. В 2 т. Т. 2. Особенная часть / Под ред. А.Н. Игнатова, Ю.А. Красикова. М., 2005.

7. Галкин В.М. Применение уголовного закона по делам об изнасиловании. / Под ред. Е.В. Болдырева. М., 1981.

8. Галиакбаров Р.Р. Квалификация групповых преступлений. М., 1986.

9. Волков В. Н., Датий А. В. Курс лекций по судебной медицине. М., 2005.

10. Дыдо А.В. Объект преступления при изнасиловании // Современные вопросы государства, права и юридического образования. / Отв. ред. В.М. Пучинин. Тамбов, 2005.

11. Дыдо А.В. Отграничение изнасилования от насильственных действий сексуального характера// Право и современность: поиски и решения. Владивосток, 2006.

12. Елемисов Г.Б. Изнасилование как тяжкое преступление против чести и достоинства женщины / Под ред. Б.С. Бейсенова. Караганда, 1986.

13. Законы уголовные. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, Устав о наказаниях, налагаемых Мировыми Судьями, по продолжению 1906 г., с позднейшими узаконениями, и Уголовное уложение 22 марта 1903 г., с алфавитным предметным указателем / Сост. Н.А. Громов. СПб., 1999.

14. Игнатов А. Н. Квалификация половых преступлений. М., 1980.

15. Кравцова О.А. О психологических последствиях сексуального насилия. М., 2002.

16. Карпец И.И. Некоторые проблемы науки советского уголовного права. М., 1979.

17. Красиков А.Н. Уголовно-правовая охрана прав и свобод человека в России. Саратов, 1996.

18. Козаченко И.Я. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Ростов-на-Дону, 1996.

19. Конева М. А. Насильственные действия сексуального характера: Уголовно-правовой аспект. М., 2004.

20. Корнеева А.В. Уголовное право России. Особенная часть. Учебник / Отв. ред. Б.В. Здравомыслов. М., 2008.

21. Кондрашова Т.В. Квалификация изнасилования. М., 2004.

22. Кондрашова Т. В. Проблемы уголовной ответственности за преступления против жизни, здоровья, половой свободы и половой неприкосновенности. Екатеринбург, 2005.

23. Комментарий к УК РФ с постатейными материалами и судебной практикой /Под общ. ред. С.И. Никулина. М., 2006.

24. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: Расширенный уголовно-правовой анализ с материалами судебно-следственной практики / Под общ. ред. В.В. Мозякова. М., 2004.

25. Курс уголовного права. Особенная часть. Т. 3. Учебник для вузов / Под ред. Г. Н. Борзенкова, В. С. Комисарова. М., 2004.

26. Лялина Е. В. Проблемы уголовно-правовой характеристики объективной стороны изнасилования // Уголовно-правовая охрана личности и ее оптимизация. Саратов, 2003.

27. Малков В. П. О дифференциации ответственности за изнасилование в зависимости от возраста потерпевшей и отягчающих обстоятельств // Актуальные проблемы борьбы с преступностью. Екатеринбург, 2002.

28. Мацнев Н. И. Половые преступления. СПб., 2005.

29. Махмутдинов Д.Ф. Насильственные действия сексуального характера. М., 2006.

30. Мендельсон Г.А. Советское уголовное право. Часть Особенная. М., 1984.

31. Новое уголовное право России. Особенная часть. Учебное пособие / Ред. проф. Н.Ф. Кузнецовой. М., 2006.

32. Озова Н. А. Насильственные действия сексуального характера. М., 2006.

33. Пионтковский А.А. Уголовное право. Особенная часть (по изданию 1939 года). М., 2004.

34. Попов В. Л. Судебная медицина. СПб., 1994.

35. Пушкин А. В., Шурухнов, Н. Г., Янущенкова, И. В. Уголовно-правовые и криминалистические вопросы насильственных действий сексуального характера: Учебное пособие. М., 2004.

36. Рашковская Ш.С. Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности. М., 1959.

37. Российское законодательство Х-ХХ веков: В 9 т. Т.4.М., 1986. С. 24.

38. Российское уголовное право. Особенная часть / Под ред. В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова. М., 2006.

39. Ревин В.П. Уголовное право России. Общая и Особенная части / Под общ. Ревина В.П. М., 2000.

40. Сафронов В.Н., Свидлов Н.М. Вопросы квалификации половых преступлений. М., 2005.

41. Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. В.М. Лебедева и С.В. Бородина. М., 2008.

42. Семернева Н.К. Уголовное право. Особенная часть. Учебник для вузов / Отв. ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамова, Г. П. Новоселов. М., 2007.

43. Советское уголовное право. Часть Особенная / Под ред. М.Д. Шаргородского и Н.А. Беляева. М., 1962.

44. Трухачев В. В., Брусенцева В. А. Криминалистическая характеристика ненасильственных половых преступлений в отношении несовершеннолетних. Воронеж, 2003.

45. Туктарова И. Н. Вопросы совершенствования уголовного законодательства по обеспечению половой безопасности несовершеннолетних // Уголовно-правовая охрана личности и ее оптимизация. Саратов, 2003.

46. Утямишев А. Б. Уголовная ответственность за насильственные действия сексуального характера: Учебное пособие. Хабаровск, 2002.

47. Уголовный кодекс МССР, утвержденный Законом МССР от 24.03.1961.//Ведомости МССР, 1961, №10, Ст. 41. (утратил силу).

48. Уголовное право. Особенная часть. Учебник. / Под ред. проф. А.И. Рарога. М., 2006.

49. Уголовное право. Общая часть. Учебник. / Отв. ред. Козаченко И.Я. М., 2007.

50. Хрестоматия по истории отечественного государства и права. Х век –1917 год / Сост. В. А. Томсинов. М., 2001.

51. Шаргородский М.Д. Ответственность за преступления против личности. Л., 1953.

52. Якубов А.Е. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: Учебник / Под ред. Г.Н. Борзенкова и В.С. Комиссарова. М., 2000.

материалы периодической печати:

53. Меркурьев В. В. Некоторые вопросы квалификации сексуальных преступлений // Следователь. 2001. № 5.

54. Кибальник А., Соломоненко И. Насильственные действия сексуального характера // Российская юстиция. 2001. № 8.

55. Коняхин В. Насильственные действия сексуального характера // Законность. 2005. № 9.

56. Конева М. А. Проблемы отграничения насильственных действий сексуального характера от смежных составов // Российский следователь. 2003. № 1.

57. Головлев Ю. В. Уголовная ответственность за изнасилование: Проблемы квалификации и применения // Закон и право. 2004. № 10.

58. Гаджиев X. Квалификация изнасилования, повлекшего особо тяжкие последствия // Советская юстиция. 1986. № 15.

59. Галиакбаров Р. Р. Как квалифицировать убийства и изнасилования, совершённые групповым способом // Российская юстиция. 2000. № 10.

материалы судебной и юридической практики:

60. Постановления Пленума Верховного суда РФ от 15 июня 2004 г. № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного Кодекса Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2004. № 8. С. 27

61. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999 г. № 1. (с изм. и доп. от 6 февраля 2007 г.).

62. Уголовное дело № 1-023141/ 03 из архива Верховного Суда ПМР (материалы преддипломной практики).

63. Уголовное дело № 2-09342/ 04 из архива Верховного Суда ПМР (материалы преддипломной практики).

64. Уголовное дело № 1-46239/ 04 из архива Верховного Суда ПМР (материалы преддипломной практики).

65. Уголовное дело № 1-65219/ 05 из архива Верховного Суда ПМР (материалы преддипломной практики).

66. Уголовное дело № 1-57174/ 05 из архива Верховного Суда ПМР (материалы преддипломной практики).

67. Уголовное дело № 1-17105/ 06 из архива Верховного Суда ПМР (материалы преддипломной практики).

68. Уголовное дело № 1-76270/ 07 из архива Верховного Суда ПМР (материалы преддипломной практики).

69. Уголовное дело № 1-43256/ 03 из архива Тираспольского горсуда (материалы преддипломной практики).

70. Уголовное дело № 1-34173/ 04 из архива Тираспольского горсуда (материалы преддипломной практики).

71. Уголовное дело № 1-15104/ 05 из архива Тираспольского горсуда (материалы преддипломной практики).

72. Уголовное дело № 1-76179/ 06 из архива Тираспольского горсуда (материалы преддипломной практики).

73. Уголовное дело № 1-16270/ 07 из архива Тираспольского горсуда (материалы преддипломной практики).

74. Уголовное дело № 20406878 из архива Прокуратуры г. Тирасполя (материалы преддипломной практики).

75. Уголовное дело № 20406047 из архива Прокуратуры г. Тирасполя (материалы преддипломной практики).

76. Уголовное дело № 13403088 из архива Прокуратуры г. Тирасполя (материалы преддипломной практики).

77. Уголовное дело № 15108211 из архива Прокуратуры г. Тирасполя (материалы преддипломной практики).

78. Информация о зарегистрированных преступлениях ГРОВД МВД ПМР за отчетный период с 01.01.2008 по 31.12.2008. Из архива прокуратуры ПМР (материалы преддипломной практики).

Интернет-ресурсы:

79. Доклад «Социально-экономическое развитие Приднестровской Молдавской Республики» за 2008 г. //http://www.economy-pmr.org/

еще рефераты
Еще работы по государству и праву