Реферат: Понятие и виды преступлений против правосудия

Реферат

Курсовая работасодержит 45 страниц, 19 использованных источников.

Клеветав отношении судьи, Привлечение заведомо невиновного к уголовнойответственности, Принуждение к даче показаний, Фальсификация доказательств, взятка, подкуп, Заведомо ложный донос, Неисполнение приговорасуда.

Объектом исследованияявляется общественные отношения, возникающие в сфере правосудия.

Цель курсовой работы — изучение на современном этаперазвития уголовно-правовой науки понятия и видов преступлений против правосудия.

Методы курсовой работы– исторический, аналитический и сравнительный.

Эффективность — повышение качества знаний учащихся по данной теме.

В результатеисследования изучены труды отечественных ученых-юристов и специалистов вобласти уголовного права.


Содержание

Введение   

1 Понятие преступленийпротив правосудия 

1.1 Историязаконодательства об ответственности за преступления

против правосудия

1.2 Понятиепреступлений против правосудия       

2 Виды преступленийпротив правосудия

2.1 Преступления в сфере обеспечениянезависимости судей,

защиты их личной безопасности, чести идостоинства

2.2 Преступления в сфере правильностиотправления правосудия

должностными лицами органов правосудия  

2.3 Преступления в сфере выполнениягражданами обязанности

содействовать или не препятствоватьосуществлению правосудия

2.4 Преступления в сфере исполненияприговоров, решений и

других актов органов правосудия        

Заключение

Список использованных источников


Введение

Тема курсовой работа является очень актуальной,поскольку посвящена одной из жизненно важных тем для российского общества. Впериод построения правового государства законодательное регулирование уголовнойответственности за посягательства на нормальную деятельность суда, органовпрокуратуры, предварительного расследования по осуществлению правосудияприобретает особое значение.

Органы правосудия призваны охранять права и свободычеловека и гражданина, собственно конституционный строй Российской Федерации идругие перечисленные в ст. 2 УК РФ общественные ценности. Негативноевмешательство в их деятельность в какой бы то ни было форме наносит большойущерб борьбе с преступностью и иными правонарушениями.

В работе прослеживается путь развития российскогозаконодательства о преступлениях против правосудия. Сведения на эту тему можнонайти в первых кодифицированных актах Древней Руси, Судебниках 1497 и 1550 гг.,Соборном уложении 1649 г., Артикуле воинском Петра I, Уложении о наказанияхуголовных и исправительных 1845 г. и Уголовном уложении 1903 г.

Дальнейшее законодательное развитие эта группапреступлений получила в Уголовных кодексах РСФСР 1922 и 1926 гг. Однако в нихеще не было главы о преступлениях против правосудия. Впервые такая главапоявилась в УК РСФСР 1960 г., она неоднократно претерпевала изменения в связи сменяющейся социально-экономической и политической обстановкой.

В Уголовный кодекс РФ 1996 г. в гл. 31 «Преступления против правосудия» включено 23 нормы, каждая из которых рассмотренаподробно. Правоприменитель найдет ответ на многие вопросы квалификациипреступлений против правосудия, их отграничения от смежных преступлений. Вработе также излагаются дискуссионные вопросы толкования уголовного закона.

Материалы судебной практики и постановления ПленумаВерховного Суда РФ (РСФСР), которые использованы в работе, позволяют не толькораскрыть содержание соответствующих норм, но и понять, какие ошибки допускаютсяпри их применении. Статистические данные о числе осужденных за преступленияпротив правосудия помогут уяснить истинную картину борьбы с этой группойпреступлений и поставить вопрос о том, почему некоторые статьи УК РФ неприменяются.

Цель курсовой работы – с помощью специальнойлитературы изучить понятие и виды преступлений против правосудия.

Задачи курсовой работы:

— изучить историю законодательства обответственности за преступления против правосудия;

— рассмотреть понятие преступлений противправосудия;

— изучить виды преступлений против правосудия.

При написании курсовой работы были использованыисторический, аналитический и сравнительный методы.


1 Понятие преступлений против правосудия

 

1.1История законодательства об ответственности

запреступления против правосудия

Уголовно-правовая охрана деятельности органовправосудия обычно осуществлялась путем криминализации деяний, совершаемыхлицами, вершащими правосудие, а равно признанием преступными посягательствпротив лиц, выполняющих функции представителей власти в сфере правосудия. Этообъяснялось, в частности, тем, что судебный процесс в стране носил публичныйхарактер. В нем участвовали представители власти, осуществлявшие правосудие, идругие лица, участие которых было вызвано необходимостью установления истины поделу, исполнения вынесенных судебных решений.

Источники Древней Руси нагляднодемонстрируют неравное положение участников судопроизводства, что объяснялосьсуществованием сословно-феодальных отношений в обществе. Представителифеодальной аристократии, отправляющие правосудие, занимали самоепривилегированное положение: любое посягательство на них каралось суровымимерами. Так, согласно ст. 6 Новгородской Судной грамоты наказывались действияпо подстрекательству толпы к нападению на суд или на противоположную сторону.Такие действия, совершенные в отношении посадника, тысяцкого, владычногонаместника, иных судей, наказывались штрафом в зависимости от сословнойпринадлежности потерпевшего[1].

Статья 1 Краткой редакции Русской Правдыпредусматривала наказания за убийство княжеского дружинника, княжескогоприказчика, тиуна, судебного должностного лица. В качестве наказанияальтернативно предусматривались кровная месть либо денежный штраф. Кровнаяместь в качестве наказания рассматривалась со стороны близких родственников:сына, отца, брата, детей брата и т.п. Если не было желающих отомстить, тоназначался штраф.

Анализ памятников древнерусскогоправа показывает, что приоритет в охране отношений, обеспечивающих правосудие,распространялся на те из них, которые непосредственно защищали служителейсудебной власти либо лиц, обеспечивающих ее осуществление. К последним можноотнести лиц, следивших за порядком в суде, осуществлявших вызов в суд сторон,арест и пытку обвиняемых и др.

Предусматривались меры, направленные на ограждениесуда от постороннего вмешательства. Статья 58 Псковской Судной грамоты устанавливаланаказание в виде заключения в колодки, штраф в пользу князя за самовольное инасильственное вторжение в судебное помещение, за нанесение ударов специальномудолжностному лицу, следившему за порядком в помещении суда. Подобные нормыограждали судебное разбирательство от постороннего влияния, к тому же способствовалиросту судебного авторитета.

Правовыми нормами того времени предусматривалисьправа и обязанности сторон процесса, устанавливался процессуальный порядокразбирательства. В доказывании широко распространены были ордалии, которые олицетворялисобой божий суд, т.е. испытания водой, раскаленным железом, судебный поединок,а также возможность применения пыток при недостатке свидетелей и др.

Судебный процесс эпохи Древнерусского государствахарактеризовался отсутствием безопасности участников судебного разбирательства,нередко представляя угрозу для их жизни. Доказательственное значение показанийучастников судебного разбирательства напрямую зависело от социального статусаэтих участников и вида преступления, по которому учитывались эти показания.

Указанные черты сохранились и впоследующие века. Так, в Судебниках 1497 и 1550 гг. судебный поединок («поле»)оставался одним из видов доказывания. Сохранило свое значение какдоказательство применение пытки. Согласно ст. 34 Судебника 1497 г. следовало пытать вора (татя). Применение пытки возлагалось на особое должностное лицо — недельщика. В какой-то степени недельщик был прообразом современногодознавателя, следователя. Подчинялся он непосредственно суду, однако оплата еготруда осуществлялась не из казны, а за счет заинтересованной стороны, чтофактически исключало беспристрастность с его стороны.

Судебником 1550 г. устанавливалась ответственность за такие преступления против правосудия, как:

1) вынесение судьейнеправосудного решения вследствие получения взятки;

2) заведомо ложное обвинение судей в ябедничестве,т.е. в умышленном неправосудии;

3) заведомо ложный донос государю, т.е.необоснованная жалоба истца на судей, отказавших ему в иске по причине егонезаконности;

4) ложное обвинение дьяков и подьячих в лихоимстве,т.е. самовольном увеличении взимаемой судебной пошлины, или иныхзлоупотреблениях;

5) оскорбление участника судебного разбирательства.

По Судебнику 1550 г. каралось самоуправство местных судей, проявлявшееся в применении к осужденному санкций за тяжкое преступление вотсутствие утвержденного судебного решения.

В XV — XVI вв. в Московском государстве создаетсяопределенная совокупность правовых норм, запрещающих ряд злоупотребленийсудебных чиновников. Начинают проявляться справедливое правосудие и соблюдениеправ личности в процессе его осуществления. Однако сам процесс судебногоразбирательства был еще далек от цивилизованного его осуществления и характеризовалсярядом антигуманных способов проведения.

Эти тенденции сохранили своезначение в XVII — нач. XVIII вв. Весомый вклад в развитие уголовного прававнесло Соборное уложение 1649 г. В этом правовом источнике законодательпредпринял попытку унифицировать уголовно-материальные иуголовно-процессуальные нормы по осуществлению судопроизводства. Обе группынорм в основном были сосредоточены в гл. X «О суде». Наметилась тенденция кразделению уголовного и гражданского судопроизводства. При этом, если дляпоследнего был характерен принцип состязательности, то при рассмотрениипреступлений осуществлялась процедура сыска (т.е. до судебного разбирательствавыполнялся аналог современного дознания и следствия).

Соборное уложение 1649 г. содержало значительное число уголовно-правовых норм, направленных на осуществлениесправедливого правосудия. Оно представляло собой кодифицированный источник срядом неотъемлемых атрибутов истинного судопроизводства, пришедших на сменуантигуманных, культовых, обрядовых способов его осуществления.

Нормы о преступлениях против правосудия включалитакие положения: должностные злоупотребления в системе правосудия, напримерложное обвинение, вынесенное судьей; преступления лиц, привлекаемых к участию вделе, в частности ложное крестоцелование при даче показаний; воспрепятствованиеосуществлению судебного акта, например незаконное освобождение из тюрем воров иразбойников, и др. Предусматривалась ответственность за разного рода нарушенияпорядка во время судебного разбирательства: оскорбления, драки, убийства. В гл.X содержались нормы об ответственности за ложные челобитные (ложныекассационные жалобы царю); ложные судебные иски; ложный донос на судью; ложныепоказания свидетелей и др.

Значительные реформы в сфере судопроизводства,уголовного, уголовно-процессуального права произошли во времена правления ПетраI. Именной Указ 1697 г. «Об отмене в судных делах очных ставок, о бытии вместо оныхраспросу и розыску, о свидетелях, об отводе оных, о присяге, о наказании лжесвидетелейи о пошлинных деньгах» полностью заменил состязательный суд розыском,расследованием, осуществляемыми специальными государственными чиновникам.Положительная сторона такого порядка состояла в определенном обеспеченииобъективности судебного решения, которое теперь не зависело от риторических ифинансовых возможностей сторон. С другой стороны, не соблюдались в достаточноймере интересы личности. Царицей доказательств стало считаться признание, апытка служила лучшим способом его получения.

К началу XX столетия в уголовном праве Российскогогосударства складывается система уголовно-правовых норм, направленных наобеспечение правильной деятельности органов, отправляющих правосудие, закладываютсяпринципы защиты законных интересов любых участников судопроизводства, а такжеатрибуты, способствующие установлению истины в процессе.

Первое законодательствопослереволюционного периода характеризовалось тем, что не всегда соблюдалисьправовые гарантии безопасности, соблюдения чести и достоинства его субъектов.Судьи руководствовались революционным правосознанием, при отправленииправосудия во внимание принимали вопросы социального происхождения, воспитания,образования, профессии участника судопроизводства. Нередко обвинительныеприговоры выносились в отсутствие должных доказательств по причине толькодворянского происхождения подсудимого.

В первом УК РСФСР 1922 г. не было самостоятельной главы о преступлениях против правосудия. Нормы о таких преступленияхсодержались в разных главах. В разделе 1 «О контрреволюционных преступлениях»главы «Государственные преступления» устанавливалась ответственность за укрывательствоконтрреволюционных преступлений. В разделе 2 «О преступлениях против порядкауправления» этой же главы закреплялась ответственность за недонесение одостоверно известных предстоящих и совершенных преступлениях; освобождениеарестованного из-под стражи или из места заключения или содействие его побегу;побег арестованного из-под стражи или из места заключения, учиненныйпосредством подкопа, взлома и вообще повреждения затворов, стен и т.п.

Уголовный кодекс РСФСР 1926 г. также не имел специальной главы о преступлениях против правосудия. Рассматриваемые деяниясодержались в основном в гл. II «Преступления против порядка управления» и гл.III «Должностные (служебные) преступления». К числу преступлений противправосудия относились: незаконное освобождение арестованного из-под стражи илииз мест заключения или содействие его побегу; побег арестованного из-под стражиили места заключения, а равно возвращение в запрещенные для проживания места,побег с места обязательного поселения или с пути следования к нему; уклонениесвидетеля от явки или отказ от дачи показаний, уклонение эксперта, переводчикаили понятого от явки или отказ от исполнения обязанностей, а равно воспрепятствованиеявке к исполнению обязанностей народного заседателя; заведомо ложный донос,заведомо ложное показание; оглашение данных предварительного следствия,дознания или ревизионного обследования; постановление судьями из корыстных илииных личных видов неправосудного приговора, решения или определения; незаконноезадержание или незаконный привод; разглашение, сообщение, передача должностнымлицом сведений, не подлежащих оглашению. Глава VII «Имущественные преступления»включала норму о присвоении чужого имущества, вверенного для определенной цели,или растрате этого имущества.

Впервые в истории советского периода в УК РСФСР 1960 г. была выделена особая глава «Преступления против правосудия». Данная глава включала преступленияпротив правосудия, понимаемые не в узком смысле как деяния против деятельностисудов по разрешению уголовных и гражданских дел, а рассматриваемые в широкомпонимании правосудия. Это позволило свести к единому объекту уголовно-правовойохраны деятельность судов, органов прокуратуры, следствия, дознания,исправительно-трудовых учреждений, организаций и отдельных лиц в сфереустановления истины по делу, обоснованного принятия судебного решения и егоисполнения.

В первоначальной редакции УКРСФСР 1960 г. включал 15 статей об ответственности за преступления противправосудия. Они включали преступления должностных лиц, препятствующиеправильному отправлению правосудия, и преступления иных субъектов. К первойгруппе посягательств относились: привлечение заведомо невиновного к уголовнойответственности; вынесение заведомо неправосудного приговора, решения,определения или постановления; заведомо незаконный арест или задержание;принуждение к даче показаний. Вторая группа преступлений включала: заведомоложный донос; заведомо ложное показание; отказ или уклонение свидетеля илипотерпевшего от дачи показаний или эксперта от дачи заключения; понуждениесвидетеля или потерпевшего к даче ложных показаний или эксперта к даче ложногозаключения либо подкуп этих лиц; побег из мест лишения свободы, предварительногозаключения или из-под стражи  и др.

Такое построение системыпреступлений против правосудия с выделением деяний, связанных созлоупотреблением или превышением должностных полномочий при осуществленииправосудия со стороны его представителей, и деяний иных лиц способствовалосуществованию в течение многих десятилетий взгляда о системе преступленийпротив правосудия, в основу которой был положен субъект преступления.

Начавшаяся в конце 80-х — нач. 90-х гг. прошлогостолетия реформа законодательства, реализация принципа разделения властей,необходимость обеспечения самостоятельности и незыблемости судебной властипотребовали применения и специальных уголовно-правовых средств защиты представителейсудебной власти, осуществляющих правосудие.

Закон СССР «Об ответственности за неуважение к суду»от 2 ноября 1989 г. установил уголовную ответственность за ряд посягательствпротив судьи, народного или присяжного заседателя. Указ Президиума ВерховногоСовета РСФСР от 11 декабря 1989 г. дополнил УК РСФСР ст. ст. 176.1, 176.2 и176.3 об ответственности за вмешательство в разрешение судебных дел, угрозу поотношению к судье, народному или присяжному заседателю и за оскорбление судьи,народного или присяжного заседателя.

В последующие годы нормы главыо преступлениях против правосудия неоднократно подвергались изменениям. Восновном изменения и дополнения касались необходимости обеспечить должнуюзащиту лиц, непосредственно отправляющих правосудие. Кроме того, на нормахрассматриваемой главы отразились и происшедшие изменения всоциально-экономических, идеологических и политических общественных отношениях.Так, например, была отменена ответственность за самовольное возвращениевысланного в места, запрещенные для проживания (ст. 187 УК РСФСР), в связи сисключением из системы наказаний ссылки и высылки[2].

1.2Понятие и виды преступлений против правосудия

Согласно Конституции РФ в Российской Федерациидействует принцип разделения государственной власти на три самостоятельныеветви: законодательную, исполнительную и судебную. Судебная властьосуществляется посредством конституционного, гражданского, арбитражного,уголовного и административного судопроизводства.

В соответствии со ст. 118 Конституции правосудие вРоссийской Федерации осуществляется судом. К органам судебной власти вРоссийской Федерации относятся федеральные суды и суды субъектов РФ.

К федеральным судам относятся:

1) Конституционный Суд РФ;

2) Верховный Суд РФ, верховные суды республик,краевые и областные суды, суды городов федерального значения, суды автономнойобласти и автономных округов, районные суды, военные и специализированные суды,которые составляют систему федеральных судов общей юрисдикции;

3) Высший Арбитражный Суд РФ, федеральныеарбитражные суды округов (арбитражные кассационные суды), арбитражныеапелляционные суды, арбитражные суды субъектов РФ, которые составляют системуфедеральных арбитражных судов.

К судам субъектов РФ относятся:конституционные (уставные) суды субъектов РФ, мировые судьи, которые являютсясудьями общей юрисдикции субъектов РФ.

Правосудие — одна из форм государственнойдеятельности, заключающаяся в рассмотрении и разрешении судами общей юрисдикции,а также арбитражными судами дел в порядке гражданского, уголовного, административногои арбитражного судопроизводства. Для осуществления правосудия помощь исодействие суду оказывают другие государственные органы: прокуратура, органыдознания и предварительного следствия, учреждения, исполняющие вступившие взаконную силу приговоры, решения и иные судебные акты. Нормами главы опреступлениях против правосудия охраняется деятельность не только судов, но иперечисленных органов, без деятельности которых выполнение судом функцииправосудия было бы затруднительно или даже невозможно.

При этом перечисленные органы, составляя частьорганов государственной власти, выполняют и другие функции: управленческие,хозяйственные, организационные и иные. Уголовный закон охраняет не все виды деятельностиэтих органов. Только их специфическая деятельность по решению задач правосудия,направленная на обнаружение, изобличение и наказание виновных в совершениипреступлений лиц, разрешение гражданских, административных и иных дел,исполнение судебных решений, находится под охраной уголовно-правовых норм опреступлениях против правосудия.

Преступления против правосудия — это посягательствана правильную нормальную деятельность органов предварительного следствия,дознания по всестороннему и объективному расследованию преступлений, судебных органовпо правильному разрешению дел, уголовно-исполнительных органов по надлежащемуисполнению судебных решений.

Родовым объектом преступленийпротив правосудия являются общественные отношения по осуществлениюгосударственной власти. В литературе высказано мнение о том, что родовымобъектом преступлений против правосудия являются общественные отношения,обеспечивающие нормальное функционирование органов правосудия. С такимопределением родового объекта трудно согласиться, так как в данном случаедопускается смешение родового и видового объектов[3].

Видовой объект — совокупность общественных отношений,обеспечивающих правильное функционирование специфического вида государственнойдеятельности органов следствия, дознания, прокуратуры, суда и органов, исполняющихсудебные акты, по реализации целей и задач правосудия.

Правильное установление видового объектапреступлений против правосудия имеет большое значение для отграниченияпреступлений против правосудия от иных преступлений, совершаемых должностнымилицами органов суда, прокуратуры, дознания и следствия. Судья, получившийвзятку за вынесение правильного решения по гражданскому иску в пользу истца,посягает на нормальную деятельность государственного аппарата, его авторитет.При этом отношениям, обеспечивающим интересы правосудия, вред не причиняется.

Специфика видового объекта преступлений против правосудияпозволяет отграничить их от преступлений против порядка управления, сопряженныхс воздействием на физическую неприкосновенность должностных лиц.

Непосредственный объектпреступлений против правосудия — конкретные общественные отношения, обеспечивающиереализацию конституционных принципов правосудия по правильной деятельностисудов, органов прокуратуры или следствия, дознания или уголовно-исполнительныхорганов по осуществлению правосудия.

Большинство преступлений противправосудия являются двуобъектными и многообъектными. В качестве дополнительногонепосредственного объекта могут выступать конституционные права и свободыличности, здоровье, жизнь, честь, достоинство, отношения собственности и др.Каждый из перечисленных объектов самостоятельно охраняется уголовным правом.Применительно же к рассматриваемой группе преступлений эти общественныеотношения неизбежно ставятся под угрозу причинения вреда при воздействии наосновной непосредственный объект посягательства. Наличие дополнительногонепосредственного объекта повышает общественную опасность рассматриваемых преступленийи влечет усиление уголовной ответственности за их совершение.

Особого внимания заслуживаетвопрос о потерпевшем в преступлениях против правосудия. Потерпевший впосягательствах, соединенных с воздействием на жизнь, здоровье, честь,достоинство, имущественные и иные его права либо законные интересы,определяется по-разному. Например, в ст. ст. 295 и 296 УК РФ называются: судья,присяжный заседатель, иное лицо, участвующее в отправлении правосудия,прокурор, следователь, лицо, производящее дознание, защитник, эксперт, судебныйпристав, судебный исполнитель и их близкие. В ст. 311 УК РФ переченьпотерпевших дополняется указанием на других участников уголовного процесса.

Необходимо отметить, что лица,являющиеся потерпевшими в одних преступлениях, по другим деяниям противправосудия могут быть субъектами преступлений. Так, например, в преступлении опосягательстве на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительноерасследование, одними из потерпевших могут быть профессиональные судьи (ч. 1ст. 295 УК РФ), а в преступлении, предусмотренном ст. 305 УК РФ,профессиональный судья является субъектом вынесения неправосудного приговора,решения или иного судебного акта. Четкое определение круга лиц, называемых внормах о преступлениях против правосудия в одних случаях потерпевшими, в других- субъектами преступления, необходимо для правильного установления пределовуголовной ответственности.

В процессуальномзаконодательстве и литературе наряду с понятием «участник процесса» широко используетсяпонятие «участник судопроизводства». Под судопроизводством понимаетсядеятельность судов по рассмотрению и разрешению уголовных, гражданских иадминистративных дел, а также деятельность иных субъектов, которые реализуютправа и обязанности, вступают в процессуальные отношения с судом, органамипрокуратуры, предварительного следствия и дознания. Судопроизводство, такимобразом, не только означает деятельность судов, но и охватывает действия иныхлиц, вступающих в процессуальные отношения с судебными органами, а такжедеятельность государственных органов по раскрытию преступления, изобличениювиновного, необходимые для осуществления правосудия.

Анализ норм УПК РФ (ст. ст. 1, 2 и др.), ГПК РФ (ст.ст. 1, 2, 38, 45 и т.д.) и АПК РФ (ст. ст. 1 — 3, 54 и др.) показывает, чтотермины «судопроизводство» и «процесс» имеют одинаковое значение, являясьсинонимами. Следовательно, понятие «участник процесса» совпадает с понятием «участниксудопроизводства».

Большинство понятий, используемых в УК РФ приобозначении потерпевшего, раскрываются в нормах соответствующих федеральныхзаконов. В ст. 311 УК РФ, устанавливающей ответственность за разглашение сведенийо мерах безопасности, применяемых в отношении судьи и участников уголовногопроцесса, под последними следует понимать участников уголовного судопроизводства.Раздел же II «Участники уголовного судопроизводства» УПК РФ полностьюпосвящен понятию и правовому положению каждого такого участника. Статьи 29 — 36гл. 5 указанного раздела раскрывают правовой статус судьи, суда (например, ст.29 раскрывает полномочия суда, ст. 30 — состав суда). В ст. 311 УК РФ изучастников уголовного процесса (судопроизводства) конкретно перечислены помимосудьи присяжный заседатель, иное лицо, участвующее в отправлении правосудия,судебный пристав, судебный исполнитель, потерпевший, свидетель и их близкие.Понятия судебного пристава, судебного исполнителя, потерпевшего рассмотренысоответственно в ст. ст. 40, 42 гл. 6 «Участники уголовногосудопроизводства со стороны обвинения» УПК РФ. Статья 56 гл. 8 «Иныеучастники уголовного судопроизводства» УПК РФ раскрывает понятие«свидетель».

Анализ диспозиции нормы о разглашении сведений омерах безопасности, применяемых в отношении судьи и участников уголовногопроцесса, а также нормы, предусмотренной ст. 320 УК РФ, приводит к выводу отом, что иными участниками уголовного процесса могут быть только лица, отнесенныеуголовно-процессуальными нормами к участникам судопроизводства. Потерпевшими отпреступления, предусмотренного ст. 311 УК РФ, могут быть, в частности,прокурор, следователь, должностное лицо как орган дознания, дознаватель,начальник следственного отдела и др.

Когда же прокурор участвует в гражданском деле либо,например, сотрудник органов милиции рассматривает дело об административном правонарушениии т.п., то разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых к этимдолжностным лицам, должно влечь ответственность за преступление против порядкауправления, закрепленное ст. 320 УК РФ.

К числу потерпевших в ст. 311УК РФ отнесен судебный пристав. Согласно ст. 40 УПК РФ к органам дознанияотнесены Главный судебный пристав РФ, Главный военный судебный пристав, Главныйсудебный пристав субъекта РФ, их заместители, старший судебный пристав, старшийвоенный судебный пристав, старшие судебные приставы Конституционного Суда РФ,Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ. Как следует решать вопрос оквалификации деяний, связанных с разглашением сведений о мерах безопасности,принимаемых относительно судебного пристава? По-видимому, этот вопрос можетбыть разрешен в зависимости от правового положения судебного пристава. Еслирассматриваемое разглашение связано с выполнением судебным приставом полномочийкак участника уголовного процесса (к примеру, в связи с выполнением полномочийлица, осуществляющего дознание, либо по исполнению вынесенного судебного акта ит.п.), то это деяние следует квалифицировать по ст. 311 УК РФ.

Когда подобные действия совершаются в отношениисудебного пристава, являющегося участником гражданского, арбитражного,конституционного судопроизводства, то ответственность для виновного должнанаступать как за преступление против порядка управления в соответствии со ст.320 УК РФ.

В соответствии со смыслом ст. 311 УК РФ к другимучастникам уголовного процесса (судопроизводства) можно отнести частногообвинителя, гражданского истца и его представителя, представителя потерпевшегои частного обвинителя, защитника, гражданского ответчика и его представителя,специалиста, переводчика, понятого, эксперта, подсудимого.

Объективная сторона преступлений против правосудиясостоит в различных видах воспрепятствования и противодействия нормальнойдеятельности органов, осуществляющих правосудие. Чаще всего это проявляется вформе действия — заведомо незаконный арест, побег из места лишения свободы (ч.2 ст. 301, ст. 313 УК РФ), реже — акта бездействия: уклонение от дачисвидетелем показаний (ст. 308 УК РФ). Нередко способом совершения преступленийявляется физическое или психическое насилие (ст. ст. 296, 302, 309 УК РФ),применение пытки (ч. 2 ст. 302 УК РФ), в ряде преступлений говорится о егосовершении посредством шантажа (ч. 2 ст. 302, ч. 2 ст. 309 УК РФ), сприменением оружия или предметов, используемых в качестве оружия (п.«в» ч. 2 ст. 313 УК РФ).

Объективная сторона некоторых составов состоит изнескольких альтернативных действий, например, растраты, отчуждения, сокрытияили незаконной передачи имущества, подвергнутого описи или аресту (ст. 312 УКРФ).

Абсолютное большинство посягательств относится кпреступлениям с формальным составом. Растрата имущества, подвергнутого описиили аресту, сконструирована как состав материальный (ст. 312 УК РФ), некоторыеквалифицированные составы преступлений также относятся к материальным (ч. 2 ст.305, ч. 2 ст. 311 УК РФ и др.).

С субъективной стороны все преступления этой группысовершаются умышленно, причем подавляющее большинство — исключительно с прямымумыслом (ст. ст. 295, 299, 300 УК РФ и т.д.). В ряде составов преступлений обязательноналичие заведомости. Заведомость означает достоверное знание лицом какого-тообстоятельства, имеющего уголовно-правовое значение. При заведомо ложном доносе(ст. 306 УК РФ), например, виновный осознает, что сообщаемые им органам властисведения не соответствуют действительности.

Мотив и цель совершения преступления предусмотреныкак обязательные признаки только в нескольких составах: в целяхвоспрепятствования осуществлению правосудия (ст. 294 УК РФ), из мести зазаконную деятельность (ст. 295 УК РФ). В других составах эти признаки дляквалификации значения не имеют.

Субъекты преступлений против правосудия — вменяемыелица, достигшие 16 лет, а также специальные субъекты. Специальными субъектамимогут быть должностные лица органов правосудия (ст. ст. 299 — 302 УК РФ и др.),иные должностные лица и управляющие коммерческих и иных некоммерческихорганизаций (ст. 315 УК РФ), участники судопроизводства: свидетель,потерпевший, эксперт, переводчик, гражданский истец и др. (ст. ст. 303, 307,308 УК РФ и т.д.)[4].


2 Виды преступлений против правосудия

 

2.1 Преступления в сфере обеспечениянезависимости судей,

защитыих личной безопасности, чести и достоинства

В ст. 120 Конституции РФ провозглашен принципнезависимости судей и подчинения их только Конституции Российской Федерации ифедеральному закону. Независимость судей является важной гарантией осуществленияправосудия. Суд, не обладающий независимостью, перестает быть органомправосудия, так как вынужден принимать решения, основанные не на имеющихсядоказательствах и правильном применении закона, а на тех требованиях, которыепредъявляют организации или лица, оказывающие давление на судей. Бессмысленнойстановится сложная процедура судебного разбирательства. То же можно сказать и онезависимости прокуроров, следователей, лиц, производящих дознание, защитникови других участников процесса. Поэтому закон должен оградить их от неправомерноговоздействия, в том числе предусмотреть меры по защите личной безопасности,чести и достоинства.

Основным объектом деяний, посягающих нанезависимость и безопасность судей и других работников правоохранительнойсистемы, является правильная работа органов правосудия, а отличаются они отдругих преступлений данной главы способами, которыми создаются помехи, а именнопосредством неправомерного воздействия на судей и других должностных лиц,участвующих в процессе. Дополнительными объектами могут выступать личнаябезопасность, здоровье, честь и достоинство указанных работников. Между собойже составы данной группы различаются по конкретным методам, применяемым длянезаконного воздействия на работников органов правосудия.

В ст. 294 предусмотрено два вида состава: в ч. 1 — вмешательство в деятельность суда, а в ч. 2 — вмешательство в деятельностьпрокурора, следователя, лица, производящего дознание. Объективная стороназаключается во вмешательстве в какой бы то ни было форме.

Вмешательство должно быть связано с расследованием ирассмотрением судебных и следственных дел и направлено на судей, заседателей,прокуроров, т.е. на тех, кто непосредственно выносит приговоры и решения, проводитрасследование или осуществляет надзор за ним. Способы вмешательства могут бытьразличными: требования, давление, обещания оказать услуги, угрозы причинитьнеприятности, ущемить тем или иным образом законные права и интересы. При этомимеются в виду непроцессуальные формы воздействия, так как предусмотренныепроцедурой обращения с ходатайствами, жалобами являются правомерными способамиповедения участников процесса. Не может считаться уголовно-противоправнымвмешательством критика действий судей и работников правоохранительных органов впечати или устных выступлениях, отрицательная оценка вынесенных решений. Закондолжен обеспечить независимость судей, но не может застраховать их от критики.

Если виновный вмешивается в рассмотрение дела путемподкупа, то он должен привлекаться к ответственности по совокупности ст. 294 и291 (за дачу взятки); когда же способом воздействия были посягательство нажизнь, угроза или насилие — по совокупности ст. 294 и 295 или 296.

Субъективная сторона обоих видов деяния — прямойумысел и специальная цель: воспрепятствовать либо осуществлению правосудия (ч.1), либо всестороннему, полному и объективному расследованию дела (ч. 2). Воспрепятствованиезаключается в создании помех рассмотрению или разрешению дела в суде либопроведению отдельных следственных действий (обысков, осмотров и др.).

Субъект преступления — любое лицо (в том числеобвиняемый, его родственники).

Квалифицирующим обстоятельством по ч. 3 ст. 294является совершение действий с использованием своего служебного положения.Понятие использования служебного положения и его содержание такие же, как и призлоупотреблении полномочиями (ст. 285, 201). Следовательно, субъектом этоговида состава может быть только должностное лицо или лицо, выполняющееуправленческие функции в коммерческой или иной организации.

Деяния, наказуемые по ч. 1 и 2 ст. 294, относятся кпреступлениям небольшой тяжести, а по ч. 3 — средней тяжести.

Наиболее опасным преступлением, направленным противсудей, следователей и других участников процесса, является посягательство на ихжизнь.

Объективная сторона посягательства на жизньзаключается в убийстве или покушении на него.

Состав формальный, преступление окончено в моментпосягательства независимо от наступивших последствий.

Ответственность по ст. 295наступает, когда посягательство было направлено на жизнь лиц, перечисленных вдиспозиции этой статьи: судей, присяжных заседателей, иных лиц, участвующих вотправлении правосудия, прокурора, следователя, лица, производящего дознание,защитника, эксперта, специалиста, судебного пристава, судебного исполнителялибо их близких. Те же действия в отношении других сотрудниковправоохранительных органов квалифицируются по ст. 317.

Условие ответственности по ст. 295 — связьпосягательства с рассмотрением дел и материалов в суде, расследованием делалибо исполнением приговора, решения, иного судебного акта. Такая связь имеется,когда поводом для преступления послужило участие судьи и других лиц в рассмотрениидела и других указанных выше действиях (например, виновный посягает на жизньсудьи или следователя, чтобы устранить их от рассмотрения дела, или на жизнь ихблизких, выдвигая требование отказаться от рассмотрения дела либо принятьопределенное решение, стремится отомстить за вынесенное решение и т.д.).Поэтому не имеет значения, где и когда было совершено посягательство: в служебномпомещении, на улице, дома и т.п., а также до, во время или после совершенияпотерпевшим соответствующих служебных действий.

Субъективная сторона при убийстве — прямой иликосвенный умысел, при покушении на убийство — только прямой умысел, причемвиновный осознает, что потерпевший является лицом, участвующим в отправленииправосудия, предварительном расследовании либо исполнении приговора.

Обязательным признаком является цельвоспрепятствовать законной деятельности указанных лиц или отомстить им за такуюдеятельность.

Анализируемый состав отличается от террористическогоакта (ст. 277) по признакам потерпевшего (государственный или общественныйдеятель) и характеру деятельности (государственная или иная политическая),связанной с посягательством на его жизнь.

Деяния относятся к категории тяжких преступлений.

Угроза или насильственные действия в связи сосуществлением правосудия или производством предварительного расследования. Объективнаясторона заключается в совершении различных действий. В ч. 1 и 2 ст. 296 этоугроза убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением или повреждениемимущества, а различаются между собой виды состава только по кругу лиц, которымадресованы угрозы: в ч. 1 это судья, присяжный заседатель или иное лицо,участвующее в отправлении правосудия, а равно их близкие, а в ч. 2 — прокурор,следователь, лицо, производящее дознание, защитник, эксперт, специалист,судебный пристав, судебный исполнитель, а равно их близкие.

Понятие угрозы такое же, как ив ее общем составе (ст. 119). Однако содержание ст. 296 УК шире, ибо включаетугрозу не только убийством или причинением тяжкого, но и любого другого вредаздоровью, а также повреждением или уничтожением имущества. Кроме того, вдиспозиции этой нормы, в отличие от ст. 119, нет такого условияответственности, как наличие оснований опасаться осуществления угрозы. Поэтомудостаточно установить факт угрозы независимо от реальности намерений виновногоее осуществить. Любая угроза в адрес представителей судебной иправоохранительной власти недопустима, тем более что при этом не тольконарушаются интересы потерпевшего, но и подрывается авторитет власти.

В ч. 3 и 4 ст. 296 предусмотрены квалифицирующиепризнаки: фактическое применение насилия, не опасного (ч. 3) или опасного (ч.4) для жизни или здоровья, ко всем лицам, указанным в ч. 1 и 2 данной статьи.

Понятие насилия, не опасного или опасного для жизниили здоровья, такое же, как и в составах насильственного грабежа  или разбоя(ст. 162).

Субъективная сторона — прямойумысел, цели могут быть различными: принудить к вынесению определенногорешения, отомстить за принятое решение и т.д.

Субъектом может быть любое вменяемое лицо, достигшеевозраста уголовной ответственности.

Деяния, наказуемые по ч. 1 и 3, относятся ккатегории преступлений средней тяжести, по ч. 2 — небольшой тяжести, а по ч. 4- тяжких преступлений.

Неуважениек суду. Опасность и основной объект данного состава аналогичны предыдущим,дополнительным объектом выступают честь и достоинство участников судебногоразбирательства.

Объективная сторона заключаетсяв неуважении к суду, которое выражается в оскорблении. Понятие оскорблениятакое же, как и в общем его составе (ст. 130).

В ст. 297 две части, которые отличаются друг отдруга по кругу потерпевших: в ч. 1 ими являются участники судебногоразбирательства, а в ч. 2 — судьи, присяжные заседатели или иные лица,участвующие в отправлении правосудия. Следовательно, в ч. 1 имеются в видудругие (кроме указанных в ч. 2) участники судебного разбирательства(обвинитель, подсудимый, защитник, потерпевший, гражданский истец и ответчик,третье лицо, их представители).

Поскольку в ст. 297 оскорблениерассматривается как форма неуважения к суду, данный состав будет лишь тогда,когда оно было нанесено во время судебного разбирательства. Оскорбление,связанное с отправлением правосудия, но в другом месте (например, послепроцесса на почве мести), квалифицируется по ст. 319.

Другие, кроме оскорбления, формы проявлениянеуважения к суду, например неисполнение распоряжения судьи о прекращениидействий, нарушающих установленные в суде правила, влекут административнуюответственность по ст. 17.3 КоАП.

Субъективная сторона преступления заключается впрямом умысле.

Субъектом может быть любое лицо, присутствующее всудебном заседании (участник процесса, свидетель, случайный посетитель и т.д.).

Деяния, наказуемые по ч. 1 и 2 статьи, — преступления небольшой тяжести.

Клевета в отношении судьи, присяжного заседателя, прокурора,следователя, лица, производящего дознание, судебного пристава, судебного исполнителя.Опасность и объект данного деяния совпадают с описанными в предыдущем составенеуважения к суду.

Объективная сторона заключается в клевете, котораяпо своей характеристике не отличается от общего состава (ст. 129).

По ч. 1 ст. 298 квалифицируется клевета в отношениисудьи, присяжного заседателя или иного лица, участвующего в отправленииправосудия, по ч. 2 — в отношении прокурора, следователя, лица, производящегодознание, судебного пристава, судебного исполнителя.

Обязательным признаком состава является связьклеветы с рассмотрением дел и материалов в суде, расследованием или исполнениемсудебного акта. Такая связь имеется, когда виновный распространяет ложныесведения о якобы совершенных указанными лицами порочащих поступках, имеющихотношение к конкретному уголовному или гражданскому делу (например, будто судьяполучил взятку, следователь применял насильственные меры, фальсифицировалдокументы и т.д.) или же прямо не связанных с делом (например, измышления оличном поведении судьи), если эти сведения распространяются на почве мести засоответствующие служебные действия.

Субъективная сторона преступления заключается впрямом умысле.

Субъектом может быть любое вменяемое лицо, достигшеевозраста уголовной ответственности.

Квалифицирующим обстоятельством в ч. 3 ст. 298является обвинение в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, т.е.преступлений, входящих в перечень, указанный в ч. 4 или 5 ст. 15.

Деяния, наказуемые по ч. 1 и 2 ст. 298, — преступления небольшой тяжести, а по ч. 3 — средней тяжести.

Таким образом, сущностьрассмотренной группы преступлений заключается в посягательствах на правильнуюработу органов правосудия путем незаконного воздействия на судей и иныхучастников процесса. Конкретными формами преступлений являются вмешательство вразрешение дел и различные посягательства на жизнь, здоровье, честь,достоинство и личную безопасность указанных лиц.

2.2 Преступления в сфере правильного отправления

правосудиядолжностными лицами органов правосудия

Одна из фундаментальных основ правового государства- провозглашение и реальное осуществление основных прав и свобод человека и гражданина.Поэтому важнейшей задачей государства является борьба с преступностью. Однакосоздание правового государства не означает полную ее ликвидацию. Государство можетпризнаваться правовым, если одни граждане совершают преступления против другихграждан или против государства, но с понятием правового государстванесовместимо совершение им самим и его представителями, наделенными властнымиполномочиями, преступлений против граждан.

С этих позиций привлечение невиновного к уголовнойответственности, незаконное задержание или заключение под стражу, принуждение кдаче показаний, фальсификация доказательств, вынесение неправосудного приговорапосягают не только на интересы органов правосудия, но и на основные права исвободы граждан — например, закрепленные в Конституции РФ право на свободу и личнуюнеприкосновенность (ст. 22), запрет применения пыток и других видов жестокогообращения (ст. 21), презумпцию невиновности (ст. 49). Следовательно, объектомданной группы преступлений, кроме нормальной работы органов правосудия,являются также права и свободы человека. Поэтому рассматриваемые составыследовало бы поместить в гл. 19.

Помимо важности охраняемого объекта, опасностьданного вида преступлений состоит в том, что должностные лица органовправопорядка используют полномочия, предоставленные им для защиты правчеловека, прямо противоположным образом, т.е. для совершения преступныхдействий против тех, кто оказался в их власти (особенно когда речь идет озадержанных или арестованных). Их действия подрывают доверие населения квласти, веру в ее справедливость. Незаконные методы собирания доказательств, осуждениеневиновных препятствуют наказанию подлинных преступников.

Особенность рассматриваемых посягательствзаключается еще и в том, что они совершаются внутри самой правоохранительнойсистемы, которая, как показывают многочисленные публикации, крайне неохотноборется с этим явлением, спасая от ответственности «своих» преступников,а иногда даже оправдывая их действия тем, что они совершались из лучших побуждений,с целью повысить раскрываемость преступлений.

Преступления данной группы совершаются различнымидействиями, но все они заключаются в грубых нарушениях процессуальных правил, характеризуютсяумышленной виной, а их субъектами выступают определенные должностные лицасудебных и правоохранительных органов. Таким образом, речь идет о специальныхнормах — разновидностях преступлений против интересов государственной службы,поэтому те же действия, но совершенные иными должностными лицами,квалифицируются по общим нормам гл. 30.

Привлечение заведомо невиновного к уголовнойответственности (ст. 299). В соответствии со ст. 49 Конституции РФ виновность всовершении преступления может быть установлена только вступившим в законнуюсилу приговором суда. Однако рассмотрению дела в суде предшествует расследование,важным этапом которого является привлечение лица к уголовной ответственности.Это процессуальное действие осуществляется путем вынесения постановления опривлечении в качестве обвиняемого либо обвинительного акта (ч. 1 ст. 47 УПК)при наличии достаточных доказательств, дающих основание для предъявления лицуобвинения в совершении преступления.

Объективная сторона заключается в привлеченииневиновного лица к уголовной ответственности.

Лицо считается невиновным, если отсутствуютфактические или юридические основания привлечения его к ответственности. Кфактическим основаниям относятся событие преступления и доказанность участия внем данного лица; к юридическим — наличие в содеянном состава преступления.

Возможны ситуации, когда лицо, совершившее деяние,предусмотренное уголовным законом, по тем или иным причинам не подлежит привлечениюк ответственности либо должно быть освобождено от нее. Вопрос о том, имеется лив случае привлечения таких лиц состав, предусмотренный ст. 299, решается взависимости от характера оснований, препятствующих уголовному преследованию.Если лицо, совершившее преступление, не подлежит ответственности за него ввидуистечения сроков давности, амнистии, декриминализации деяния и по некоторымдругим нереабилитирующим основаниям, то привлечение такого лица не образуетобъективную сторону анализируемого состава. Однако его признаки имеются, когдак ответственности было привлечено лицо, которое вообще не может быть субъектомпреступления (например, не достигшее возраста уголовной ответственности).

Деяние считается оконченным при вынесениипостановления о привлечении в качестве обвиняемого.

Способом совершения преступления может быть ибездействие, когда при вынесении постановления имелись данные о совершениипреступления определенным лицом, однако после того, как выяснилась егоневиновность, постановление не было отменено.

С субъективной стороны преступление может бытьсовершено только с прямым умыслом. Заведомость относится к невиновностипривлекаемого и означает, что лицо, выносящее такое постановление, осознает,что привлекаемый невиновен, и желает, чтобы он был привлечен к уголовной ответственности.Установление субъективной стороны представляет сложность, так как привлечениеневиновного может быть вызвано или объяснено ошибкой в оценке доказательств,толковании закона и т.д., когда признаки ст. 299 отсутствуют. Об их наличиимогут свидетельствовать осведомленность о совершении преступления другим лицом,доказанность алиби привлеченного, фальсификация следственных материалов и др.

Субъект преступления специальный — лицо,производящее дознание, следователь, прокурор, которые в соответствии спроцессуальными нормами имеют право привлекать к уголовной ответственности.Другие работники правоохранительных органов, в том числе руководители(начальник отдела, вышестоящий прокурор и т.д.), умышленно способствовавшиепривлечению невиновного к ответственности, рассматриваются как соучастники (ст.33 и ст. 299).

Привлечение заведомо невиновного к уголовнойответственности может сочетаться с совершением других преступлений — незаконнымзадержанием и заключением под стражу, принуждением к даче показаний. В этихслучаях содеянное квалифицируется по совокупности ст. 299, 301 или 302.

Квалифицирующим обстоятельством по ч. 2 ст. 299является привлечение к ответственности, соединенное с обвинением в совершениитяжкого или особо тяжкого преступления, т.е. деяний, перечисленных в ч. 4 или 5ст. 15.

Деяние, наказуемое по ч. 1 ст. 299, — преступлениенебольшой тяжести, а по ч. 2 — тяжкое.

Принуждение к даче показаний (ст. 302). «Выбивание»признаний насильственными методами характерно для всех карательных систем отдревних времен, средневековой инквизиции, советских политических процессов 30 — 50-х годов и до настоящего времени. Подобные методы применяются в целяхрасправы с политическими противниками, которой для маскировки придается внешнезаконная форма правосудия, из карьеристских побуждений, чтобы показать себяпрофессионалом, умеющим раскрывать преступления, и по другим мотивам. В результатепринуждения нередко в совершении преступлений признаются те, кто их несовершал, а подлинные виновники остаются безнаказанными. Но дело не только вэтом — закон признает преступным сам метод получения показаний, даже если ониоказались правдивыми и привели к раскрытию преступления, ибо общество не заинтересованов том, чтобы одно преступление раскрывалось путем совершения другого, подчасболее тяжкого.

При оценке опасности принуждения к даче показанийследует также учитывать, что в соответствии со ст. 50 Конституции РФ приосуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученныхс нарушением федерального закона. Это положение конкретизировано в ч. 2 ст. 75УПК, которая к недопустимым доказательствам относит показания обвиняемого,подозреваемого, данные во время следствия в отсутствие защитника, включаяслучаи отказа от защитника, и не подтвержденные в суде.

Объективная сторона принуждения состоит из двухтесно связанных между собой частей: требования дать определенные показания иприменения незаконных принудительных мер к допрашиваемому лицу.

Принуждение — это психическое или физическоевоздействие, в результате которого допрашиваемый вынужден дать определенныепоказания вопреки своему желанию.

В ч. 1 ст. 302 в качестве способов принужденияуказаны угрозы, шантаж и иные незаконные действия. Имеются в виду любые угрозы:применить насилие, ухудшить положение допрашиваемого (добиться увольнения с работы,арестовать, поместить в камеру к рецидивистам, лишить свиданий и т.д.). Шантаж- это угроза разгласить позорящие сведения.

Более сложным является понятиеиных незаконных действий, поскольку в ч. 1 ст. 302 оно не конкретизировано.Безусловно, речь идет не о насилии, поскольку оно прямо предусмотрено в ч. 2ст. 302; кроме того, иные незаконные действия нужно отличать от тактических ипсихологических приемов допроса, как допустимых, так и недопустимых, но непредставляющих собой уголовно наказуемого принуждения. К иным незаконным всмысле ч. 1 ст. 302 следует относить действия, аналогичные угрозе (психическомунасилию), т.е. парализующие волю допрашиваемого или ограничивающие еговозможность контролировать свои поступки (гипноз, дача наркотических средствили других одурманивающих веществ, включая большие дозы алкоголя). При этом неимеет значения, применялись ли эти средства с использованием обмана или же с согласиялибо даже по просьбе допрашиваемого. Иным незаконным действием считается такжепротивоправное ограничение свободы (задержание, запирание в помещении и т.д.).

Тактические и психологические приемы допроса с цельюполучения правдивых показаний отличаются от принуждения тем, что они направленыне на подавление воли допрашиваемого, а на изменение его позиции. Следовательможет разъяснить закон, который относит к смягчающим обстоятельствам активноеспособствование раскрытию преступления, использовать неосведомленностьдопрашиваемого об установленных обстоятельствах и имеющихся доказательствах, неоглашая до определенного момента их содержание.

Некоторую сложность представляет оценка ситуаций,когда следователь применяет недопустимые тактические приемы, напримериспользует особенности характера допрашиваемого (раздражительность, вспыльчивость),вызывает в нем чувства зависти, мести. То же можно сказать и об обмане: ложномобещании освободить из-под стражи, прекратить дело или предоставить другиельготы, а также о введении в заблуждение о якобы имеющихся уликах и т.д.Подобные поступки не являются принуждением в смысле ст. 302, так как они нелишают допрашиваемого свободы выбора варианта поведения; они оцениваются сточки зрения норм общечеловеческой морали и профессиональной этики и могутвлечь дисциплинарную ответственность. Уголовная же ответственность можетпоследовать за злоупотребление должностными полномочиями или их превышение пост. 285 или 286, но лишь при наличии указанных в них условий, в частности существенномнарушении прав и законных интересов гражданина (например, допрашиваемый призналсебя виновным в преступлении, которого не совершал, был осужден за него ит.д.). Нарушения процессуальных норм, не являющиеся принуждением (допрос вотсутствие защитника, когда его участие обязательно, и др.), не образуютобъективную сторону данного преступления.

Принуждение может применяться к любому лицу, дающемупоказания либо заключение (подозреваемый, обвиняемый, потерпевший, свидетель,эксперт, специалист), либо при проведении с его участием любого следственногодействия (допрос, опознание, следственный эксперимент и т.д.).

Принуждение наиболее опасно, когда оно используетсядля получения ложных показаний. Однако состав имеется и в случаях принуждения кдаче правдивых показаний.

Преступление окончено в момент принуждениянезависимо от того, были ли фактически получены требуемые показания и наступилили какие-либо иные последствия.

С субъективной стороны преступление совершаетсятолько с прямым умыслом: виновный сознает, что принуждает допрашиваемого к дачепоказаний незаконными методами, и желает действовать таким образом. Мотивы ицели на квалификацию не влияют. Нередко принуждение применяется с цельюраскрыть преступление, из карьеристских побуждений, стремления создатьвидимость хорошей работы, что, однако, не исключает ответственность.

Субъект преступления — следователь или лицо,производящее дознание, а также другое лицо с ведома или молчаливого согласияследователя или лица, производящего дознание (потерпевший, сокамерники и т.д.).При отсутствии согласия ответственность наступает в зависимости от последствий(вреда здоровью) или как преступление против интересов службы.

Анализируемый вид принуждения к даче показанийотличается от подобного преступления, предусмотренного ст. 309, по субъекту — за последнее деяние ответственность могут нести только частные лица.

В ч. 2 ст. 302 указаны квалифицирующиеобстоятельства: применение насилия, издевательств или пытки.

Насилие может выражаться в связывании, нанесениипобоев, причинении вреда здоровью и т.д.; издевательство — в грубом унижениидостоинства (оскорблении), причинении иных страданий, когда человека лишают надлительное время пищи, воды, сна, заставляют находиться в неудобном положении,принуждают к совершению непристойных либо бессмысленных действий и т.д.

Определение пытки дано в примечании к ст. 117.

Если в результате насилия или пытки было совершенопреступление более тяжкое, чем предусмотренное в ч. 2 ст. 302, то содеянноеквалифицируется дополнительно как убийство (ст. 105) либо причинение тяжкоговреда здоровью при квалифицирующих обстоятельствах (ч. 2, 3 или 4 ст. 111).

Деяния, наказуемые по ч. 1 ст. 302, — преступлениясредней тяжести, а по ч. 2 — тяжкие преступления[5].

Фальсификация доказательств(ст. 303). Доказательства — это любые сведения, на основе которых суд и органырасследования устанавливают наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащихдоказыванию по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значениедля уголовного дела (ч. 1 ст. 74 УПК).

Опасность фальсификации связанас тем, что фальсифицированные доказательства могут быть приняты за подлинные,вынесенное на их основе решение внешне будет выглядеть обоснованным, врезультате может последовать привлечение невиновного к уголовнойответственности, незаконное освобождение от нее, незаконный арест, вынесениенеправосудного приговора или решения. Установление же фальсификациипредставляет значительные трудности, особенно если она совершенапрофессиональным юристом (следователем и др.). Поэтому преступным объявляетсясам факт фальсификации независимо от наступивших последствий.

Фальсификация (от лат. falsificare — подделывать) — это подделывание чего-то, искажение, подмена подлинного мнимым. Отсюдаобъективная сторона деяния заключается в подделке, замене подлинныхдоказательств ложными, искажающими истину.

Сфальсифицированы могут быть любые видыдоказательств — протоколы осмотров, обысков, допросов, заключения эксперта,иные документы, вещественные доказательства. Не содержит признаков данногосостава подделка документов, которые не являются доказательствами (например,постановлений следователя); такие действия могут квалифицироваться как служебныйподлог или подделка документов (ст. 292 или 327).

Методы подделки многообразны(подчистка, замена одного предмета другим, видоизменение вещественныхдоказательств и т.д.), но все они могут быть сведены к двум способам:во-первых, составления целиком подложного документа или иного доказательства, втом числе для замены подлинного (интеллектуальный подлог); во-вторых, измененияимеющегося доказательства (материальный подлог).

Конкретные способы фальсификаций и придания имдоказательственной силы зависят от субъекта, его полномочий и обладаютособенностями в разных видах данного состава.

В ч. 1 ст. 303 предусмотрена ответственность зафальсификацию доказательств по гражданскому делу лицом, участвующим в деле, илиего представителем; в ч. 2 — по уголовному делу лицом, производящим дознание,следователем, прокурором или защитником.

Лицо, участвующее в гражданскомделе, его представитель, а также защитник по уголовному делу имеют правознакомиться с материалами дела и получают возможность фальсифицироватьдоказательства во время такого ознакомления. Кроме того, они могут представлятьновые доказательства. Поэтому способами фальсификации выступают как подделкаматериалов, имеющихся в деле, так и представление новых поддельных материаловдля их приобщения к делу. В последнем случае преступление считается оконченнымв момент принятия материалов судом, так как они приобретают доказательственноезначение только после этого, а ходатайство о приобщении должно квалифицироватьсякак покушение.

Лицо, производящее дознание, следователь или прокуроримеют доступ к делу и обладают правом самостоятельно приобщать к нему доказательства.Они имеют возможность фальсифицировать доказательства всеми указанными вышеспособами. Моментом окончания преступления является включение в материалы делазаведомо фальсифицированных доказательств.

С субъективной стороны преступление можетсовершаться только с прямым умыслом: виновный осознает, что фальсифицируетматериалы, и желает, чтобы они использовались в качестве доказательств. Приэтом не имеет значения цель фальсификации (осуждение невиновного, освобождениеот ответственности виновного, создание видимости раскрытия преступления ит.д.).

Субъекты преступления прямо указаны в ст. 303: по ч.1 ими являются лица, участвующие в гражданском деле (истцы, ответчики, третьилица) или их представители; по ч. 2 — лицо, производящее дознание, следователь,прокурор или защитник. Иные представители власти (судьи, оперативные работникимилиции, не производящие дознание) при совершении подобных действий могут нестиответственность за служебный подлог (ст. 292); другие лица (защитник,потерпевший, обвиняемый, свидетель и т.д.) — за подделку документов (ст. 327).

В ч. 3 ст. 303 содержится два квалифицирующихобстоятельства. Первое из них — фальсификация доказательств по уголовному делуо тяжком или особо тяжком преступлении, т.е. указанном в ч. 4 и 5 ст. 15.Второе — наступление тяжких последствий. Оно относится не только к уголовным,но и гражданским делам, а тяжкими последствиями следует считать привлечение невиновногок уголовной ответственности, его длительное содержание под стражей, осуждение,самоубийство, причинение тяжкого вреда здоровью, нарушение трудовых, жилищных идругих важнейших прав граждан, причинение особо крупного материального ущерба.В соответствующих случаях содеянное должно квалифицироваться по совокупностист. 303 и ст. 299, 301.

Деяние, описанное в ч. 1 ст. 303, — небольшойтяжести, в ч. 2 — средней тяжести, в ч. 3 — тяжкое[6].

Таким образом, преступления против правосудия,совершаемые должностными лицами его органов, заключаются в грубых нарушенияхнорм материального или процессуального права при расследовании или судебномразбирательстве дел и причиняют большой вред правильной работе органовправосудия и основным правам человека. Борьба с этими преступлениями являетсяодной из важнейших задач при построении правового государства.

2.3 Преступления в сфере выполнения гражданами обязанностейсодействовать или не препятствовать осуществлению правосудия

Помимо представителей следственной и судебнойвластей, которые принимают решения, и участников процесса (истцы, ответчики идр.), чьи интересы эти решения затрагивают, к участию в следственных и судебныхпроцедурах привлекаются лица, не заинтересованные в исходе дела, основнаяфункция которых — содействовать установлению истины. К ним относятся свидетели,эксперты, специалисты, переводчики.

Поскольку правосудие не может обойтись безсвидетелей, закон возлагает на всех граждан обязанность явиться по вызовуследственных или судебных органов, правдиво рассказать обо всем известном поделу и ответить на вопросы. Ложные показания, вводя в заблуждение следствие исуд, нередко приводят к грубым судебным ошибкам. Аналогичную роль выполняютложные доносы и провокационные действия, создающие видимость совершенияпреступления.

Важную роль в установлении истины играют эксперты — лица, обладающие специальными познаниями и привлекающиеся для исследования вещественныхдоказательств, а также решения многих других вопросов, а также специалисты,знания которых используются для содействия в обнаружении, закреплении и изъятиипредметов и документов, применении технических средств. Поэтому неправильноезаключение или показания специалиста могут причинить значительный врединтересам правосудия. То же можно сказать и о неправильных переводах с одногоязыка на другой.

Кроме того, закон должен обеспечить возможностьдобросовестного поведения указанных лиц, оградить их от незаконного влияния ввиде принуждения, подкупа и т.д. Наконец, вред интересам правосудия может нанестиповедение лиц, которые мешают его осуществлению посредством укрывательствапреступника либо следов преступления.

Все сказанное обосновывает необходимостькриминализации таких действий, как ложные доносы, показания, заключения,укрывательство и др. Они нарушают нормальную работу судебных иправоохранительных органов и причиняют вред как этому объекту, так и нередкоправам и интересам граждан.

Провокация взятки либо коммерческого подкупа (ст.304) Государство заинтересовано в том, чтобы раскрывались все совершенныепреступления, но вовсе не стремится к тому, чтобы путем провокаций создаваласьвидимость преступлений, которых на самом деле не было. Провокация — это побуждениекого-либо к вредным для него действиям.

В ст. 304 предусмотрена ответственность запровокацию взятки или коммерческого подкупа, т.е. попытку передать должностномулицу либо лицу, выполняющему управленческие функции в коммерческих или иных организациях,без его согласия предмета взятки в целях искусственного создания доказательствобвинения либо шантажа.

Понятие взятки или подкупа, характеристика ихпредметов, а также субъектов получения идентичны изложенным в составахполучения взятки или подкупа (ст. 290 и 204).

Объективная сторона заключаетсяв попытке передать предмет взятки, как бы дать ее, но без согласия получателя ине для того, чтобы подкупить его и добиться совершения определенных действий впользу дающего, а в других целях.

Обязательный признак состава — отсутствие согласияполучателя на принятие предмета взятки (подкупа), т.е. на самом деле взятки небыло, виновный в провокации создает видимость преступления, имитирует получениевзятки соответствующим лицом. Поэтому попытка передать взятку совершается путемобмана (например, деньги вкладываются в папку с документами, незаметно оставляютсяв столе, передаются родственникам лица якобы с его согласия и т.д.).

Преступление окончено в моментпопытки передачи, т.е. и в том случае, когда получатель заметил эту попытку ипередать ему предмет фактически не удалось.

Субъективная сторона — прямойумысел и специальная цель — искусственно создать доказательства получениявзятки. Конечной целью может быть изобличение лица как якобы получившего взяткуи привлечение его к ответственности за это.

Виновный в провокации может преследовать и другуюцель — шантаж, который заключается в угрозах разоблачить лицо в получениивзятки для того, чтобы добиться от него совершения определенных действий.

Субъектом преступления может быть любое лицо,обладающее вменяемостью и достигшее возраста уголовной ответственности.

Провокацию взятки следует отличать от передачивзятки под контролем сотрудников правоохранительных органов. В первом случаепопытка передачи происходит без согласия получателя; во втором — он согласенполучить взятку (нередко сам требует ее), но взяткодатель сообщает об этом сотрудникаморганов власти, которые осуществляют контроль в момент передачи с цельюполучения доказательств взяточничества.

Деяние относится к категории преступлений среднейтяжести[7].

Заведомо ложный донос (ст. 306).Опасность ложного доноса заключается,

во-первых, в том, что он нарушает нормальную работуорганов следствия, которые тратят силы и средства впустую на расследованиепреступления, вообще никем не совершенного, либо, если преступление фактическиимело место, идут по ложному пути, отвлекаясь от поиска действительногопреступника;

во-вторых, если ложный донос делается в отношенииопределенного лица, то нарушаются его интересы, особенно когда доносы приводятк аресту, привлечению к уголовной ответственности и осуждению невиновного.Ложные доносы порождают в обществе атмосферу подозрительности и неуверенности,а в тоталитарных политических системах нередко используются как внешне законныйспособ борьбы с действительными или мнимыми противниками режима.

С объективной стороны ложный донос может выражаться,во-первых, в сообщении о преступлении, которое вообще не было совершено. Приэтом указание на лицо, будто бы совершившее преступление, необязательно. Например,ложный донос будет в действиях лица, которое сообщило о том, что кто-то якобыполучил за него заработную плату и расписался в ведомости, хотя фактическиденьги получил сам заявитель.

Вторая разновидность деяния — когда преступление действительно было совершено, но не тем лицом, о которомсообщается в информации лжедоносчика.

Содержанием ложного доноса могут быть сведениятолько о преступлении, т.е. деянии, ответственность за которое предусмотренауголовным законом.

Бесспорно, что состав будет, если сведениясообщаются властям, имеющим право возбуждать уголовное дело: в прокуратуру,органы следствия и дознания. Большинство авторов полагают, что состав имеетсятакже тогда, когда сообщения направляются в другие государственные учреждения,например в органы представительной или исполнительной власти <*>. Этапозиция представляется правильной. Органы власти, получив сообщение опреступлении, обязаны передать его в ведомства, занимающиеся борьбой спреступностью, на что доносчик чаще всего и рассчитывает, а нередко подобныйспособ более эффективный, так как заявление получит широкую огласку и егопроверка будет находиться под контролем. Однако ложного доноса не будет, еслизаявление адресуется предприятиям и учреждениям, не относящимся к органамвласти.

Форма сообщения может бытьлюбой — устной или письменной, в том числе по почте, телеграфу. Донос можетвыражаться также в действиях, из которых можно сделать вывод о якобысовершенном преступлении, например в распространении листовок, плакатов, писем,содержащих призывы к совершению преступных действий, от имени лица, котороефактически не является их автором.

Состав ложного доноса — формальный, преступлениеокончено с момента получения сообщения адресатом.

С субъективной стороны преступление характеризуетсяпрямым умыслом, на что указывает признак заведомости. Виновный сознает, что сообщаемыеим сведения не соответствуют действительности, и желает, чтобы эти сведения поступилив органы правопорядка.

Цели и мотивы могут быть различными. Типичнымявляется желание добиться привлечения невиновного к уголовной ответственностилибо освободить от ответственности подлинного преступника. Однако цели могутбыть и иными. Известны случаи, когда ложный донос совершался для того, чтобыизобразить себя жертвой преступления (виновный заявляет о хищении имущества,хотя фактически истратил или потерял его).

Субъектом может быть любое вменяемоелицо, достигшее возраста уголовной ответственности. Однако свидетели ипотерпевшие, вызванные на допрос и давшие заведомо ложные показания осовершении кем-либо преступления, несут ответственность не за ложный донос, аза ложные показания по ст. 307. Возможность привлечения за донос обвиняемогозависит от того, относилось ли сообщение к существу предъявленного емуобвинения. Если ложные сведения являются средством самозащиты от обвинения(например, виновный полностью приписывает совершенное им преступление другомулицу либо преуменьшает свою роль в преступлении за счет соучастников), тоответственность исключается. Если же донос прямо не относится к предъявленномуобвинению и не является способом защиты от него, то ответственность наступаетпо ст. 306 на общих основаниях.

С. был привлечен к уголовной ответственности заавтоаварию. Желая отомстить следователю за неблагоприятный исход следствия, С.написал заведомо ложное заявление о том, будто следователь его избил, в связи счем был осужден за ложный донос. Судебная коллегия по уголовным делам ВерховногоСуда РСФСР приговор отменила и дело прекратила, сославшись на то, что С. подалложный донос с целью скомпрометировать следователя и тем самым поставить подсомнение результаты расследования, т.е. донос был средством защиты от обвиненияв автоаварии. Однако Президиум Верховного Суда РСФСР отменил это определение ипризнал, что С. был правильно осужден за ложный донос, так как его заявление неимело отношения к делу об автотранспортном преступлении и не было продиктованосоображениями защиты.

В ч. 2 и 3 ст. 306 указаны два квалифицирующихобстоятельства. В ч. 2 — обвинение в совершении тяжкого или особо тяжкогопреступления, т.е. деяний, указанных в ч. 4 или 5 ст. 15, а в ч. 3 — искусственное создание доказательств обвинения, которое заключается в имитацииулик обвинительного характера путем создания фиктивных вещественныхдоказательств, склонения кого-либо к даче ложных показаний и т.д.

Заведомо ложный донос необходимо отличать от клеветы(ст. 129). Первое отличие относится к объектам посягательств: клевета посягаеттолько на честь и достоинство, а при доносе кроме интересов личности нарушаетсяправильная работа органов правосудия. Различным является характер сведений: придоносе — только о совершении преступления, а при клевете — о любыхправонарушениях или аморальных поступках. Различными являются адресаты, которымнаправляются сведения: при доносе — определенным указанным выше органам, приклевете — любым лицам. Наконец, различными могут быть цели: лжедоносчик желаетдобиться привлечения невиновного к ответственности, клеветник — опорочить человекав глазах окружающих.

Разновидностью ложного доносаможет быть заведомо ложное сообщение об акте терроризма (ст. 207). Отличиеэтого состава от ст. 306 — в объекте (по ст. 207 это общественнаябезопасность), в характере сообщаемых сведений и в содержании сообщения: вдоносе содержатся ложные сведения о поведении других лиц, а в сообщении об актетерроризма, — как правило, о собственных действиях заявителя.

Деяние, наказуемое по ч. 1 ст. 306, — преступлениенебольшой тяжести, а по ч. 2 — тяжкое преступление.

Заведомо ложные показание, заключение эксперта, специалистаили неправильный перевод (ст. 307). Без свидетелей практически не обходится ниодин судебный процесс. В этой роли может оказаться любой гражданин — и очевидецпреступления, и тот, чье сообщение об обстоятельствах, казалось бывторостепенных, на самом деле обладает большой информационной ценностью.

Объективная сторона преступления заключается всообщении ложных сведений органам предварительного расследования или суду приразбирательстве уголовных либо гражданских дел.

Ложная информация, передаваемая в разговорах соперативными работниками милиции, при даче объяснений в процессе проверок довозбуждения уголовного дела, во время беседы с судьей до судебного заседания необразует признаков данного преступления, ибо такого рода сообщения не считаютсяпоказаниями в процессуальном смысле.

Конкретные способы совершенияпреступления зависят от того, о чьих сообщениях идет речь. Свидетели ипотерпевшие дают показания, к которым относятся сведения об обстоятельствах,подлежащих установлению по уголовному делу.

По гражданским деламдоказыванию подлежат любые фактические данные, на основе которых судустанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования ивозражения сторон, и иные обстоятельства, имеющие значение для правильногоразрешения дела. Сообщение иных ложных сведений, не относящихся к предметудоказывания, не может повлиять на решение дела по существу и поэтому не должновлечь ответственность по ст. 307.

Анализируемый состав имеется независимо от того,какие ложные сведения содержались в показаниях — оправдывающие обвиняемого,смягчающие или, наоборот, усугубляющие его вину[8].

Вопрос о возможности совершения данного деяния путембездействия является дискуссионным. Поскольку его решение связано с проведениемграницы между дачей ложных показаний и отказом от дачи показаний, болеецелесообразно изложить его при анализе состава отказа от дачи показаний (ст.308).

Ложные показания потерпевшего обладают теми жеобъективными признаками, что и показания свидетеля. Однако особенностьположения потерпевшего в том, что помимо обязанности давать правдивые показанияон наделен определенными правами (заявлять ходатайства, приносить жалобы ит.д.). Соображения, выводы и предложения, изложенные при этом потерпевшим, дажезаведомо неправильные, не являются показаниями, поэтому за их высказываниеответственность по ст. 307 наступать не может.

Ложное заключение эксперта может выражаться внеправильном изложении фактов, явившихся исходным материалом для исследования,применении неверных методов исследования либо в ложных выводах.

При неправильном переводе искажается смыслпереводимых с одного языка на другой письменных документов либо устныхпоказаний.

Все виды преступления окончены в момент дачипоказаний и т.д. Показания свидетеля и потерпевшего, эксперта и специалиста вовремя следствия считаются данными, когда эти лица подписали соответствующийпротокол (допроса и т.д.); в судебном заседании — с момента окончания ихдопроса. Заключение эксперта считается данным с момента представления его в письменномвиде.

Субъективная стороназаключается в прямом умысле. Заведомость относится к ложности сообщения, т.е.виновный осознает, что излагаемые им сведения не соответствуютдействительности, и желает, чтобы они стали известны следствию или суду.Сообщение не соответствующих действительности фактов ввиду ошибки восприятия,запамятования и т.д. не образует состава преступления. Мотивы и цели заведомоложных показаний могут быть различными: месть обвиняемому или жалость к нему,стремление оказать услугу истцу или ответчику и др.

Для правильного понимания субъекта преступлениянеобходимо исходить из ст. 51 Конституции РФ: никто не обязан свидетельствоватьпротив себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяетсяфедеральным законом. Первая часть этого положения (никто не обязансвидетельствовать против себя самого) получила наименование привилегии отсамообвинения. Она распространяется на показания о собственных действиях,которые являются предметом расследования или судебного разбирательства, изаключается в том, что лица, их совершившие, ни при каких условиях не подлежатответственности за ложные показания.

Исходя из сказанного, субъекты ложных показаний — лица, поведение которых не является предметом разбирательства, т.е.потерпевшие, свидетели, эксперты, специалисты, переводчики. Не являютсясубъектами данного состава и не подлежат ответственности по ст. 307подозреваемые, обвиняемые, подсудимые, истцы, ответчики, третьи лица.

Не может наступить ответственность за это деяние и втом случае, когда на каком-то этапе следствия лицо допрашивалось в качествесвидетеля и предупреждалось об ответственности за ложные показания, но допроспроизводился во время задержания.

К.,задержанный по подозрению в убийстве, был допрошен в качестве свидетеля и предупрежденоб ответственности за дачу ложных показаний. Он оговорил в совершении убийстваЮ., хотя фактически убийство совершил Ш., о чем К. знал. Верховный Суд РСФСРпрекратил дело К., указав, что лицо, задержанное в качестве подозреваемого, неподлежит ответственности за дачу ложных показаний.

Особое положение средисубъектов ложных показаний занимает потерпевший. Нередко случается, что онтакже участвовал в совершении неправомерных действий (первым начал драку,оскорбил обвиняемого и т.д.), но не желает рассказывать об этом. И хотяпотерпевший может быть привлечен к ответственности за лжесвидетельство, однаков силу привилегии от самообвинения он не может отвечать за ложные показания осовершенных им самим противоправных действиях.

По той же причине не отвечает за ложные показаниялюбое лицо (в том числе допрошенное в качестве свидетеля), если предметом егопоказаний является, наряду с поступками других, собственное преступноеповедение. В подобных случаях ответственность исключается тогда, когдаправдивые показания о «чужом» преступлении неизбежно привели бы ксамоизобличению допрашиваемого в его собственном преступном деянии.

К. присутствовала при совершении убийства своимзнакомым С. и спрятала орудие преступления — нож. На допросе в качествесвидетеля она дала ложные показания, выгораживающие С., в связи с чем былаосуждена за укрывательство и дачу заведомо ложных показаний. Верховный СудРСФСР дело в части осуждения К. за ложные показания прекратил, указав, что, неуличая С. в совершении убийства, она тем самым скрывала свои преступныедействия (укрывательство), тесно связанные с убийством, и поэтому не должнанести ответственность за лжесвидетельство.

При допросе по делу других лиц,к которому допрашиваемый так или иначе причастен (соучастник, укрыватель),привилегия от самообвинения действует независимо от того, грозит лидопрашиваемому привлечение к ответственности за это преступление либо он ужебыл осужден за него или даже отбыл наказание.

Б., Г. и Т. совершили вместеряд краж. Б. и Г. были осуждены, а дело в отношении Т. было выделено в связи свременным расстройством душевной деятельности. Впоследствии, при рассмотренииего дела, Б. и Г., допрошенные в суде в качестве свидетелей, дали ложныепоказания, отрицая участие Т. в кражах. Суд возбудил против них уголовное делоза дачу ложных показаний. Это определение было отменено Верховным Судом РСФСР:хотя Б. и Г. допрашивались по правилам допроса свидетелей, они не могут нестиответственность за ложные показания, так как сообщаемые ими сведения касаются нетолько лица, о котором рассматривается дело, но затрагивают и их личные интересы,причем не имеет значения тот факт, что вопрос об их ответственности был ужерешен ранее.

Указанное в ч. 2 ст. 307 квалифицирующееобстоятельство — обвинение в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления- аналогично тому, которое содержится в ч. 2 ст. 306.

В соответствии с примечанием к ст. 307 свидетель,потерпевший, эксперт, специалист или переводчик освобождаются от уголовнойответственности, если они добровольно в ходе дознания, предварительногоследствия или судебного разбирательства до вынесения приговора или решения судазаявили о ложности данных ими показаний, заключения или заведомо неправильномпереводе.

Основанием освобождения является деятельноераскаяние. Смысл нормы об освобождении в том, чтобы стимулировать изменениеповедения и тем самым способствовать установлению истины. Очевидно, что для освобождениянедостаточно заявления о ложности прежних показаний: необходимо еще датьправдивые показания. Мотивы изменения показаний значения не имеют, но важноустановить, что заявление о ложности предыдущих показаний не было вынужденным(например, сделанным под давлением неопровержимых улик).

Деяние, наказуемое по ч. 1, — преступление небольшойтяжести, а по ч. 2 — средней тяжести[9].

2.4Преступления в сфере исполнения приговоров,

решенийи других актов органов правосудия

Вынесенные судом приговоры,решения и другие акты обязательны для исполнения всеми организациями,должностными лицами и гражданами. Обязательную силу имеют также некоторые актыорганов прокуратуры и предварительного расследования, касающиеся применения мерпроцессуального принуждения.

К лицам, уклоняющимся от исполнения предписанийсудебных и следственных органов, применяются принудительные меры. Они многообразны,содержатся в различных отраслях права, но в ряде случаев подкрепляются возможностьюпривлечения виновных к уголовной ответственности.

Деяния данной группы отнесены к преступлениям противправосудия потому, что в содержание нормальной работы органов правосудия входитне только вынесение приговоров, решений и других актов, но и их исполнение, иболишь таким образом можно обеспечить реальное наказание виновных ивосстановление нарушенных прав граждан. Без гарантий исполнения решенияправосудие окажется бессильным.

Но во всех ли случаяхнеобходимо криминализировать уклонение от исполнения судебных актов? Здесьвозможны различные решения в зависимости от характера опасности деяний и выборанаиболее целесообразных мер воздействия. Так, за уклонение от видов наказания,не связанных с лишением свободы или арестом, применяется замена одного виданаказания другим, более тяжким. Подобные замены предусмотрены за уклонение отштрафа (ч. 5 ст. 46), обязательных работ (ч. 3 ст. 49), исправительных работ(ч. 4 ст. 50), ограничения свободы (ч. 4 ст. 53). Эта мера более эффективна,чем криминализация, связанная с возбуждением нового уголовного дела и подчасдлительной процедурой расследования.

Уголовно-правовые меры предусмотрены в отношениилиц, которые уклоняются от выполнения предписаний следственной власти исудебных решений в части обращения с имуществом, подвергнутым описи или аресту,нахождения под стражей и отбывания лишения свободы.

Незаконные действия в отношении имущества, подвергнутогоописи или аресту либо подлежащего конфискации (ст. 312). В соответствии со ст.115 УПК прокурор, дознаватель или следователь в целях обеспечения гражданскогоиска или возможной конфискации имущества возбуждают перед судом ходатайство оналожении ареста на имущество подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущихматериальную ответственность за их действия. На основании решения суда производитсяопись имущества и налагается на него арест. Имущество, подвергнутое описи иаресту, может быть передано на хранение собственнику или владельцу имуществалибо иному лицу, которые должны быть предупреждены об ответственности засохранность имущества, о чем делается отметка в протоколе. Неправомерныедействия с арестованным имуществом нарушают нормальную деятельность органовправосудия по исполнению приговоров и решений судов, а также интересыорганизаций и граждан по реальному возмещению ущерба.

В ч. 1 и 2 ст. 312предусмотрена ответственность за два вида деяния, отличающиеся между собой попредмету и некоторым элементам объективной стороны.

По ч. 1 ст. 312 предметом является имущество,подвергнутое описи или аресту, а объективная сторона заключается в растрате,отчуждении, сокрытии или незаконной передаче этого имущества.

Понятие растраты такое же, как и в составеприсвоения или растраты как вида хищения (ст. 160); отчуждение — это передача всобственность других лиц; под сокрытием имущества понимается его утаивание.Кроме того, способом совершения деяния может быть осуществление банковских операцийс денежными средствами (вкладами), на которые наложен арест.

Субъектом данного вида преступления является лицо,которому описанное имущество было передано на хранение, а также служащийкредитной организации, производящий банковские операции.

Предметом преступления по ч. 2ст. 312 является имущество, подлежащее конфискации по приговору суда, т.е.когда по этому поводу имеется прямое указание в приговоре. Объективная сторона- сокрытие или присвоение, а также иное уклонение от исполнения вступившего взаконную силу приговора суда о назначении конфискации (например, отказ выдатьимущество судебному приставу).

Субъект — как лицо, указанное в ч. 1 настоящейстатьи, так и любое другое лицо, которое создает помехи исполнению приговора оконфискации.

Субъективная сторона обоихдеяний — прямой умысел: виновный осознает, что совершает неправомерные действияс описанным (конфискованным) имуществом, предвидит, что в результате этоимущество будет укрыто от конфискации, и желает этого, а при растрате илиприсвоении также преследует корыстную цель.

Деяние, наказуемое по ч. 1, — преступление небольшойтяжести, а по ч. 2 — средней тяжести.

Неисполнение приговора суда, решения суда или иногосудебного акта (ст. 315). Данное преступление нарушает принципобщеобязательности судебных актов, а также может причинить вред интересамюридических и физических лиц, в пользу которых они вынесены. Ответственность пост. 315 наступает за неисполнение любых вступивших в законную силу судебныхактов, которыми дело разрешено по существу (приговоры по уголовным делам,решения по гражданским делам, постановления по административным делам).

Не образует данного состава неисполнение судебныхактов, которыми дело не разрешается по существу, так как при этом не нарушаетсяосновная деятельность органов правосудия. Поэтому анализируемого состава небудет, если не принимаются меры по частному определению суда или представлениюсудьи, в этом случае налицо административное правонарушение (ст. 17.4 КоАП).

Объективная сторона преступления может выполнятьсядвумя способами.

Для первого из них — злостного неисполнения — характерно бездействие, т.е. несовершение действий, необходимых для реализациирешения. Конкретные формы неисполнения могут быть различными, например:

администрация организации не уволила с работы илиприняла на работу лицо, осужденное к лишению права занимать данную должностьили заниматься данным видом деятельности;

администрация организации не выполнила судебноерешение о восстановлении на работе незаконно уволенного, об удержании иззаработной платы штрафа или ущерба и т.д.

Уголовная ответственность наступает лишь за злостноенеисполнение. Злостность выражается в открытом, упорном, игнорирующемнапоминания уклонении от выполнения судебных предписаний. При отсутствиипризнаков злостности наступает не уголовная, а дисциплинарная ответственность.

При втором способе — воспрепятствовании исполнению судебных решений — виновный совершает активныедействия, направленные на то, чтобы помешать исполнению судебного приговора илирешения, например дает указания подчиненным не производить удержания иззаработной платы осужденного или должника, препятствует судебному приставу-исполнителюили работнику милиции войти в служебное помещение либо совершить там действияпо исполнению решения и т.д.

С субъективной стороны деяние может совершатьсятолько с прямым умыслом: виновный знает о наличии судебного решения, предвидит,что не содействует или препятствует его исполнению, и желает, чтобы решение осталосьнеисполненным.

Субъекты преступления перечислены в диспозиции ст.315: представитель власти, государственный служащий, служащий органа местногосамоуправления, а также служащий государственного или муниципального учреждения,коммерческой или иной организации. Критерии разграничения этих лиц изложены прианализе преступлений против государственной власти, интересов государственнойслужбы и службы в органах местного самоуправления (гл. 30) и преступленийпротив интересов службы в коммерческой и иной организации (гл. 23). Во всехслучаях речь идет об ответственности лиц, в служебные функции которых входитсовершение действий, обеспечивающих исполнение судебных актов. При этом неимеет значения, является ли организация, в которой работает виновный, должником,обязанным передать взыскателю собственные средства, либо она обязана сделатьэто в отношении средств другого лица, которые хранятся у нее (например, банк,клиентом которого является должник).

Иные лица, уклоняющиеся отвыполнения судебных приговоров и решений, в том числе осужденные и должники — физические лица, не подлежат ответственности по данной статье. Уголовнаяответственность граждан предусмотрена только в специальных нормах: за побег изместа лишения свободы или уклонение от его отбывания (ст. 313 и 314), злостноеуклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей(ст. 157), злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности (ст. 177)и уклонение от исполнения приговора о конфискации имущества (ч. 2 ст. 312). Этисоставы отличаются от названных в ст. 315 не только по субъекту, но также пообъекту и некоторым элементам объективной стороны. В ст. 315 речь идет онеисполнении любых судебных решений, а в последних нормах — о решениях, касающихсяуказанных в них видов обязательств.

Содеянное относится к преступлениям небольшойтяжести.

Таким образом, одним из условий реальногоосуществления правосудия является обязательность исполнения судебных приговорови решений. Законодательство предусматривает ряд гарантий, обеспечивающих их исполнение,в том числе путем установления уголовной ответственности за некоторые способы уклоненияосужденных от отбывания наказания, а также служащих и иных лиц от обязанностивыполнять судебные предписания и постановления следственных органов,направленные на обеспечение исполнения судебных актов[10].


Заключение

В соответствии со ст. 46 Конституции РФ каждомугарантируется судебная защита его прав и свобод, реальное соблюдение которыхявляется непременным условием формирования правового государства. Суды призванырассматривать жалобы на решения и действия органов власти и управления,общественных объединений и должностных лиц, разрешать конфликты между ветвямивласти, юридическими лицами, гражданами, применять меры государственногопринуждения с целью восстановления нарушенных прав и наказания лиц, виновных всовершении преступлений.

Органы правосудия занимают особое положение,обусловленное спецификой выполняемых ими задач и методов деятельности, которыезаключаются в отправлении правосудия посредством конституционного, гражданского,административного и уголовного судопроизводства. Эта специфика, отличающаяорганы правосудия от других ветвей власти, служит основой для выделенияпреступлений против правосудия в самостоятельную главу Особенной части УК.

Органами правосудия являются, строго говоря, толькосуды, однако их деятельность тесно связана с работой других органов, которыепринято называть правоохранительными. Это службы, осуществляющие дознание,предварительное следствие, прокурорский надзор, исполнение приговоров ирешений. Своей работой они обеспечивают осуществление правосудия (например, безпредварительного расследования невозможно рассмотрение в суде уголовных дел),кроме того, их деятельность, как и судебная, протекает в определеннойпроцессуальной форме, поэтому посягательства на их нормальную работу такжеотносятся к преступлениям против правосудия, понятие которых в данном случаеследует понимать широко, включая в него помимо судов и другие указанные вышеорганы.

Исходя из сказанного, можно раскрыть характеротношений, выступающих в качестве основного объекта преступлений противправосудия. Субъектами этих отношений являются, с одной стороны, государство ипредставляющие его органы правосудия, с другой — судьи, работники правоохранительныхорганов, а также другие лица, которые обязаны содействовать осуществлениюправосудия (свидетели, эксперты и т.д.) либо не противодействовать этому (любыеграждане). Содержанием отношений является нормальная деятельность судов иправоохранительных органов.

Помимо указанного основного объекта при совершении преступленийпротив правосудия нередко нарушаются и другие отношения, выступающие в качестведополнительных объектов (права и интересы граждан и т.д.).

От преступлений против правосудия следует отличатьпосягательства, которые также затрагивают интересы органов правосудия, но несвязаны со спецификой их деятельности. Такие деяния могут нарушать нормальнуюдеятельность любых органов власти и управления и поэтому представляют собойпреступления либо против интересов государственной службы (взяточничество, халатностьи др.), либо против порядка управления (подделка документов и т.д.). Например,оскорбление прокурора во время судебного заседания является преступлениемпротив правосудия и квалифицируется как неуважение к суду, а подобные действия,связанные с иной служебной деятельностью прокурора, представляют собойпреступления против порядка управления — оскорбление представителя власти.Деятельность представителей судебной или следственной власти, не относящаяся кспецифической деятельности по осуществлению правосудия (получение взятки),квалифицируется как преступления против интересов государственной службы, аесли одновременно нарушены интересы правосудия, то дополнительно по совокупностисо статьями этой главы (например, вынесение за взятку заведомо неправосудногоприговора).

Из сказанного вытекает, что преступления противправосудия — это умышленно совершенные деяния, нарушающие правильную работусуда и других органов, содействующих ему в осуществлении правосудия, совершаемыедолжностными лицами указанных органов или гражданами, обязанными содействоватьлибо не препятствовать этой деятельности.

Классификацияпреступлений против правосудия должна основываться на конкретных видахотношений, которые составляют нормальную работу органов правосудия иправоохранительных органов.


Список использованных источников

Нормативные акты

1.   КонституцияРоссийской Федерации. Конституция Российской Федерации // Российская газета.1993. № 237.

2. Уголовный кодекс РФот 13.06.1996 № 63-ФЗ (с изм. от 05.01.2006) // Собрание законодательстваРоссийской Федерации. 1996. № 25. Ст. 2954.

3. Федеральный закон от20 апреля 1995 г. «О государственной защите судей, должностных лицправоохранительных и контролирующих органов» // СЗ РФ. 1995. N 17. Ст.1455.

Научная, справочная иучебная литература

1. Бриллиантов А.В. Неуважение к суду: некоторыевопросы квалификации // Российский судья. 2006. № 9. С. 33-37.

2. Дворянсков И.В. Уголовно-правовая охранапроцессуального порядка получения доказательств. Ульяновск, 2001. – 236 с

3. Друзин А.И. Предупреждение преступлений противправосудия, совершаемых лицами, отбывающими наказание (криминологические, организационныеи уголовно-правовые аспекты). Ульяновск, 2003. – 184 с.

4. Егорова Н. Провокация взятки либо коммерческогоподкупа // Российская юстиция. 1997. N 8. С. 19-23.

5. Комментарий к Уголовному кодексу РФ спостатейными материалами и судебной практикой / Под общ. ред. С.И. Никулина.М., 2000. – 941 с.

6. Кулешов Ю.И. Преступления против правосудия:понятие, система, юридический анализ и проблемы квалификации. Хабаровск, 2001.– 271 с.

7. Курс уголовного права: В 5 т. Т. 5. / Под ред.Г.Н. Борзенкова, В.С. Комиссарова. М., 2002. – 298 с.

8. Лобанова Л. Уголовная ответственность занеуважение к суду // Российская юстиция. 2001. N 8. С. 10-12.

9. Лобанова Л.В. Преступления против правосудия:проблемы классификации посягательств, регламентации и дифференциацииответственности: Казань, 2000. – 316 с.

10. Мальцев В. Ответственность за воспрепятствованиеосуществлению правосудия и производству предварительного расследования //Законность. 1997. N 12. С. 12.

11. Постатейныйкомментарий к Уголовному кодексу РФ. Новая редакция 2004 года / Под ред. А.И.Чучаева. М., 2004. – 678 с.

12. Российскоезаконодательство X — XX веков: В 9 т. Т. 1. М., 1984 — 1994. – 460 с.

13. Уголовное правоРоссийской Федерации: Особенная часть / Под ред. А.И. Рарога. М., 2002. – 512 с.

14. Уголовное право:Общая и Особенная части / Под ред. Л.Д. Гаухмана и А.А. Энгельгардта. М., 2002.– 316 с.

15. Уголовное правоРоссии: Учебник для вузов: В 2 т. / Под ред. д.ю.н., проф. А. Н. Игнатова ид.ю.н., проф. Ю. А. Красикова. – Т. 1: Общая часть. – М.: Норма, 2005. – 562 с.

16. Уголовное правоРоссии. Общая часть: Учебник / Под ред. В.Н. Кудрявцева, В.В. Лунеева, А.В.Наумова. М.: 2005. – 638 с.

еще рефераты
Еще работы по государству и праву