Реферат: Доказательства и доказывание в уголовном процессе

Содержание

 

Введение

Глава 1. Понятие иклассификация доказательств

1.1 Понятиедоказательств

1.2 Классификациядоказательств

Глава 2. Видыдоказательств

2.1 Личныедоказательства

2.2 Вещныедоказательства

Глава 3. Доказывание вуголовном процессе

3.1 Понятие процессадоказывания

3.2 Правила оценкидоказательств

Заключение

Список использованныхисточников


Введение

Актуальность темы дипломногоисследования. Смомента вынесения уголовно-процессуального решения сведения, на которых оноосновано, приобретают иной правовой режим — становятся доказательствами поуголовному делу, поскольку юридически признается наличие у сведенийсовокупности свойств доказательства. Обоснование собранными сведениямипринятого решения означает юридическое признание дознавателем, следователем,прокурором или судом этих сведений относящимися к данному уголовному делу,допустимыми и соответствующими действительности.

Доказывание,представляющее собой сердцевину уголовно — процессуальной деятельности, вкачестве одного из важнейших элементов включает собирание доказательств: ихобнаружение либо истребование, или принятие и закрепление (фиксацию). Значениеэтого элемента определяется тем, что все последующие операции сдоказательствами — их проверка, оценка и использование — осуществляются толькопо отношению к уже собранным доказательствам.

Целью доказыванияявляется достижение истины, т.е. установление всех фактических обстоятельстврасследуемого события в точном соответствии с действительностью. В уголовномсудопроизводстве эта цель достигается только в результате доказывания.Средствами ее достижения являются доказательства — полученные указанными взаконе органами и лицами в определенном уголовно — процессуальным закономпорядке фактические данные об имеющих значение для правильного разрешения делаобстоятельствах.

Собирание доказательствосуществляется, прежде всего, путем обнаружения источников значимой для делаинформации. Протекает эта деятельность главным образом в форме предусмотренныхзаконом следственных действий.

Таким образом,доказательствами по уголовному делу являются любые относимые, допустимые идостоверные сведения с момента принятия на их основе уголовно-процессуальногоакта-решения, в котором суд, прокурор, следователь или дознаватель дают ответна правовой вопрос о наличии или отсутствии одного или несколькихобстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В современнойпроцессуальной литературе вопросам сущности доказательств в уголовномсудопроизводстве посвящен ряд работ, которые сосредоточили свое внимание наотдельных проблемных вопросах уголовно-процессуального доказывания, в том числеего структурных элементах, таких, как проверка и оценка доказательств.

Степень научнойразработанности. Изучением доказательств и доказывания занимались такие авторыкак Арсеньев В.Д., Безлепкин Б.Т., Белкин Р.С., Белкин А.Р., Березина Л.В.,Галкин Б.А., Горский Г.Ф., Гришина Е.П., Гуськова А.П., Давлетов А.А., ДаниловаЛ.С., Доля Е.А., Зажицкий В.И., Зинатуллин З.З., Золотых В.В., Ильина А.М.,Карнеева Л.М., Кедров Б.М., Кипнис Н.М., Клейман Л.В., Кокорев Л.Д., КорневГ.П., Кудин Ф.М. Кудрявцева А.В., Кузнецов Н.П., Курылев С.В., Лупинская П.А.,Майлис Н.П., Маслов И.В., Матюшин Б.Г., Орлов Ю.К., Пашин С.А., Победкин А.В.Подволоцкий И.Н., Попов А.П., Рахунов Р.Д., Рыжаков А.П., Сердюков П.П.,Строгович М.С., Трапезникова И.И. Ульянова Л.Т. Фаткуллин Ф.Н. Царева Н.П.,Шашкин С.Б., Шейфер С.А., Элькинд П.С., Якуб М.Л. и многие другие.

Целью настоящего исследования являетсятеоретико-правовой анализ доказательств и доказывания в Российском уголовномпроцессе рассмотрение проблемных вопросом и предложение путей решения проблемвыявленных в ходе дипломного исследования.

Исходя из названныхцелей, определены следующие основные задачи дипломного исследования:

·         Рассмотрение понятия доказательств;

·         Рассмотрение вопросов классификации доказательств в уголовномпроцессе;

·         Исследование определений вещных и личных доказательств;

·         Рассмотрение проблем доказывания;

·         Иследование вопроса оценки доказательств.

Объектом исследованиядипломной работыявляются общественные отношения, возникающие в области доказывания иопределения доказательств в уголовном процессе Российской Федерации.

В прямойзависимости от объекта находится предмет исследования, которыйсоставляют:

·         Нормы Уголовно-процессуальногоКодекса РФ и федеральных законов;

·         научныепубликации и материалы периодической печати, относящиеся к теме исследования;

·         материалысудебной практики применительно к теме исследования.

Методы исследования. Проведенное исследование опирается надиалектический метод научного познания явлений окружающей действительности,отражающий взаимосвязь теории и практики. Обоснование положений, выводов ирекомендаций, содержащихся в дипломной работе, осуществлено путем комплексногоприменения следующих методов социально-правового исследования:историко-правового, статистического и логико-юридического.

Структураработы. Дипломнаяработа состоит из введения, трех глав, включающих в себя шесть параграфов,заключения и библиографического списка.


Глава 1. Понятие и классификация доказательств1.1 Понятие доказательств

В современной процессуальной литературе вопросамсущности доказательств в уголовном судопроизводстве посвящены работы В.Д.Арсеньева[1], А.А. Давлетова[2],Е.А. Доли[3], В.И. Зажицкого[4],З.З. Зинатуллина[5], В.В. Золотых[6],Н.М. Кипниса[7], Л.Д. Кокорева[8],П.А. Лупинской[9], Б.Г. Матюшина Б.Г[10],С.А. Шейфера[11] и других, которыесосредоточили свое внимание на отдельных проблемных вопросахуголовно-процессуального доказывания, в том числе его структурных элементах,таких, как проверка и оценка доказательств.

Важным в теории доказательств является вопрос опроцессуальной сущности доказательства (соотношение фактических данных и ихпроцессуальных источников).

Как справедливо утверждал выдающийсяученый-процессуалист М.С. Строгович, понятие доказательства имеет двойноезначение. Доказательства — это, во-первых, те данные о юридически значимыхфактах, на основе которых устанавливается преступление или его отсутствие,виновность или невиновность того или иного лица в совершении преступления ииные обстоятельства дела, от которых зависит степень виновности этого лица, аво-вторых, доказательствами являются те предусмотренные законом источники, из которыхследствие и суд получают сведения об имеющих значение для дела фактах ипосредством которых эти факты устанавливаются[12].

М.С. Строгович подверг справедливой критике ученых,пытавшихся отождествить понятия доказательства и доказательственного факта,нивелируя значение источника доказательств. В частности, отмечал, что факты,которыми доказывается виновность лица в совершении преступления, как и факты,которыми она опровергается, не даются следствию и суду в готовом виде. Этифакты сами должны быть доказаны, а любой факт ничем другим доказываться неможет, кроме как доказательствами, поэтому показания свидетеля, заключениеэксперта — это доказательства факта нахождения обвиняемого в данное время вданном месте[13].

Взгляды М.С. Строговича представляются правильнымиеще и потому, что человеческое мышление оперирует не самими объективносуществующими явлениями и предметами, а образами, сведениями о них, в связи с чемдоказательства представляют собой не сами факты объективной действительности,имевшие место в прошлом, а сведения об этих фактах, их отображения, копии,образы.

Существуют различные подходы к рассмотрению вопросао процессуальной сущности доказательства.

М.С. Строгович, Р.Д. Рахунов и др. в разное времяуказывали, что доказательствами являются как фактические данные, так и ихпроцессуальные источники[14].

По мнению И.Д. Перлова, Б.А. Галкина, Р.С. Белкина идругих, доказательствами по делу являются только фактические данные[15].

Позицию, разделяемую в настоящие время большинствомпроцессуалистов, обосновал В.Я. Дорохов в монографии «Теория доказательствв советском уголовном процессе». В анализе структуры доказательства авторисходит из единства фактических данных и их процессуальных источников[16].

Предпочтительнее представляется последняя изприведенных точек зрения. Сами по себе «фактические данные» окаких-либо обстоятельствах являются инструментом логического доказывания впроцессе познания истины. Элементом процессуального доказывания(доказательствами по уголовному делу) они становятся лишь на условиях ихнадлежащего получения и процессуального удостоверения.

По нашему мнению, имеющиеся в науке различные точкизрения по вопросу о единстве фактических данных и их процессуальных источниковво многом связаны с трактовкой законодателем понятия доказательств иопределения их видов. Так, в ст. 74 УПК РФ под доказательствами одновременнопонимаются и показания подозреваемого, обвиняемого, свидетеля, потерпевшего,специалиста, эксперта, и протоколы следственных и судебных действий, в которыхони, собственно, и содержатся.

По нашему убеждению, никакого противоречия в такомподходе нет. Представляется, что упоминание показаний как источникадоказательств связано со спецификой судебного разбирательства, а именно с такимего условием, как устность и непосредственность (ст. 240 УПК), которыеозначают, что судьи получают сведения об обстоятельствах, имеющих значение длядела, путем личного восприятия всех доказательств в судебном заседании, а не пописьменным материалам дела и только на основе своего восприятия делают выводыпо делу[17].

В теории уголовного процесса нет единства мнений повопросу о тождестве терминов «фактические данные», с одной стороны, и«данные о фактах» — с другой.

Так, в юридической литературе можно встретитьразночтения по этому поводу. Содержание доказательств, с которым связаны этиразночтения, в разное время в науке толковалось неоднозначно.

Л.М. Карнеева, А.А. Чувилев (и др.) понимали поддоказательствами сведения о фактах[18], П.А. Лупинская — доказательственные факты[19], из единства фактов исведений о фактах исходили П.С. Элькинд[20], С.А. Альперт[21],Л.Д. Кокорев[22] и другие.

Исходя из того что в самом общем виде факт — этообъективная реальность, существующая независимо от человека, Л.М. Карнеева, вчастности, отмечала, что понимание доказательств в качестве сведений о фактахисключает их толкование в качестве фактов. Факт, фигурирующий в логическомдоказательстве, — это знание, выведенное на основании сведений о фактах(доказательств), которое нельзя путать с самими доказательствами[23].

В настоящее время большинство ученых придерживаетсяпервой позиции.

По нашему мнению, в УПК РФ законодатель подвел итогдавней дискуссии в уголовном процессе, заменив в ст. 74 термин«фактические данные» на более широкое понятие «любыесведения», на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель впорядке, определенном законом, устанавливает наличие или отсутствиеобстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, атакже иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В теоретическом смысле термин «факт»нередко трактуется как фрагмент объективной действительности,«действительное, реально существующее, невымышленное событие»[24],«нечто реальное, в противоположность вымышленному»[25].Однако это лишь одно из значений данного понятия. Не менее важным являетсявторое его значение — «синоним понятия „истина“[26],»знание, достоверность которого доказана"[27].

В любом случае при использовании в трактовкедоказательства как термина «фактические данные», так и термина«данные о фактах» нельзя отождествлять доказательство как факт,поскольку под фактами понимают истинные, проверенные, вполне установленные нанаучном уровне знания об объективной действительности.

Таким образом, уголовно-процессуальными доказательствами<*> признаются лишь такие фактические данные, которые закреплены впредусмотренной законом форме и содержатся в предусмотренном законом источнике,в котором и закреплены фактические данные[28].

Такое определение вполне согласуется с ч. 2 ст. 74УПК, где говорится о том, что в качестве доказательств допускаются показанияподозреваемого, обвиняемого, показания потерпевшего, свидетеля, заключение ипоказания эксперта, заключение и показания специалиста, вещественныедоказательства, протоколы следственных и судебных действий, иные документы.

В подтверждение нашей позиции можно также сослатьсяна Постановление Президиума Верховного Суда РФ № 169п03пр от 18.06.2003 по делуАшировой Е.С.

Президиум подчеркнул, что согласно ст. 220 УПК РФ вобвинительном заключении следователь наряду с другими обстоятельствами обязанпривести перечень доказательств, подтверждающих обвинение. В соответствии сост. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, наоснове которых суд, прокурор, следователь устанавливают наличие или отсутствиеобстоятельств, подлежащих доказыванию, а также иных обстоятельств, имеющих значениедля уголовного дела. В ч. 2 ст. 74 УПК РФ перечисляются источникидоказательств, к которым относятся показания подозреваемого и обвиняемого,потерпевшего, свидетеля, заключение и показания эксперта, вещественныедоказательства, протоколы следственных и судебных действий, иные документы. Вст. ст. 76 — 81 УПК РФ дается определение понятий каждого из доказательств. Притаких обстоятельствах надлежит признать, что в соответствии со ст. 220 УПК РФследователь обязан сослаться не только на источник доказательств, как это имеетместо в обвинительном заключении по данному делу, но и привести сами сведения,составляющие их содержание как доказательств.

Представляется, что определенным пробелом в УПКявляется отсутствие норм о допросе специалиста. Предусмотрев в июле 2003 г.новый источник доказательств — показания и заключения специалиста, законодательне привел нормы УПК в соответствие с указанным нововведением. Очевидно, что придопросе специалиста должны применяться правила, отличные от правил допроса экспертаили свидетеля (ст. ст. 205, 278 УПК РФ). Это связано с особым положениемспециалиста, которое он занимает среди участников уголовного судопроизводства.Статья 80 УПК РФ (Заключение и показания эксперта и специалиста) содержитотсылку на нормы, вообще не имеющие отношения к закреплению результатов допросаспециалиста (Ст. 53. Полномочия защитника; Ст. 168. Участие специалиста; Ст.271. Заявление и разрешение ходатайств).

Вместе с тем в силу отсутствия данной нормы сегодняспециалиста допрашивают по правилам допроса свидетеля, что, на наш взгляд,недопустимо.

Определение иного документа, данное в УПК,представляется чрезмерно широким, что позволяет протаскивать в уголовныйпроцесс различные доказательства, полученные с нарушением установленногопорядка и с использованием не предусмотренных законом средств.

Так, в соответствии с ч. 2 ст. 84 УПК РФ «иныедокументы» могут содержать сведения, зафиксированные как в письменном, таки в ином виде. К ним могут относиться материалы фото- и киносъемки, аудио- ивидеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные илипредставленные в порядке, установленном статьей 86 настоящего Кодекса.

По нашему мнению, указанная норма должна бытьдополнена словами «и при отсутствии нарушений, указанных в ст. 75 УПКРФ».

Таким образом, сущность доказательств как сведений офактах выражается, во-первых, в том, что в их качестве могут выступать любыеотносящиеся к делу сведения, и, во-вторых, в том, что доказательство поуголовному делу выступает в единстве своего содержания и процессуальной формыфиксации этих сведений.

Иными словами, уголовно-процессуальнымидоказательствами признаются лишь такие сведения о фактах, которые закреплены впредусмотренной уголовно-процессуальным законом форме и содержатся впредусмотренных законом источниках.

1.2 Классификация доказательств

Значение доказательств заключается в том, что ихпроцессуальная форма обеспечивает необходимый уровень истинности содержащихся вних сведений. Только с помощью этих явлений (доказательств) возможно какпредварительное, так и судебное установление вины лица в совершениипреступления. Путем исследования таковых в уголовном процессе устанавливаетсяистина.

В зависимости от основания классификациидоказательства делятся на следующие виды:

по источнику, в котором закреплены сведения,доказательства делятся:

— на показания подозреваемого;

— показания обвиняемого;

— показания потерпевшего;

— показания свидетеля;

— заключение и показания эксперта;

— заключение и показания специалиста;

— вещественные доказательства;

— протоколы следственных и судебных действий;

— иные документы;

по отношению к предмету доказывания доказательстваделятся:

— на прямые;

— косвенные.

Прямые — это такие доказательства, в содержаниикоторых отражен хотя бы один из элементов предмета доказывания, хотя бы одно изобстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ. Косвенными являются все остальныедоказательства. В косвенных доказательствах нет сведений о событиипреступления, вине, обстоятельствах, характеризующих личность обвиняемого,характере и размере ущерба. Находящаяся в них информация, имеющая отношение кделу, лишь помогает установить обстоятельства, подлежащие доказыванию[29].

По характеру воспроизведения информации обисследуемом факте доказательства подразделяются:

— на первоначальные;

— производные.

Первоначальные непосредственно на себе отражаютобстоятельства, имеющие отношение к делу. Иначе получится, что первоначальнымможет быть только прямое доказательство. Вместе с тем и прямое, и косвенноедоказательство вполне может быть как первоначальным, так и производным.

Между исследуемым событием и первоначальнымдоказательством объективно нет и не могло быть другого доказательства.Производные доказательства — это такие, которые отразили на себеустанавливаемые обстоятельства опосредованно, т.е. через какое-то другоедоказательство или иной носитель информации, не вовлеченный в уголовныйпроцесс, но который имел возможность (хотя бы теоретически) такого вовлечения.

Типичный пример первоначального доказательства — показания свидетеля-очевидца совершения преступления. Производнымдоказательством будут показания лица, которому данный свидетель рассказывал отом, что он видел на месте происшествия. Показания свидетеля, который сам неприсутствовал при совершении преступления, будут производным доказательством поотношению к событию преступления и в том случае, когда лицо, от которого онузнал информацию, само показаний не давало, допустим, в связи с его смертью.

В зависимости от того, принимало ли сознаниечеловека участие в отображении на носителе доказательственной информации,доказательства делятся:

— на личные;

— вещные.

Вещные доказательства — это те, в формированиикоторых не принимало участие сознание человека. Остальные — личные.

К вещным доказательствам относятся все вещественныедоказательства и часть иных документов (видео-, фото-, аудиодокументы).Некоторые доказательства состоят из двух частей. Одна часть — личная, другая — вещная. Обладают признаками вещного доказательства определенные приложения кпротоколам следственных действий (слепки, видеозапись, фотографии изфототаблицы и т.п.) и заключениям экспертов (обычно фотографии). Остальныедоказательства полностью личные.

Вещные доказательства всегда в меньшей степениискажают отобразившиеся на них следы исследуемого события. Каким быдобросовестным ни был субъект, доказательства, формируемые его сознанием,предполагают потерю определенного количества сведений. Учеными исследуются идругие разновидности доказательств. Предлагается классифицировать таковые поиным основаниям. Всеми признается практическая значимость разделениядоказательств:

— на обвинительные;

— оправдательные.

Обвинительными принято именовать доказательства,подтверждающие совершение лицом определенного преступления, а равно наличиеотягчающих наказание обстоятельств. И напротив, оправдательными — содержащиесведения полностью или даже частично оправдательного характера, а равно обобстоятельствах, смягчающих наказание обвиняемого, позволяющих признать лицозаслуживающим снисхождения, особого снисхождения и т.п. Типичный примероправдательных доказательств — те, которые подтверждают алиби обвиняемого[30].

Как известно, доказательства имеют, во-первых,содержание, т.е. информацию об искомых фактах (юридических,доказательственных), обладающую свойством относимости, во-вторых,процессуальную форму, именуемую в законе средствами доказывания, и, в-третьих,определенный процессуальный порядок получения и исследования доказательственнойинформации и самих средств доказывания. Эти три признака характеризуют правовуюприроду доказательств. Устранение любой стороны аспекта доказательстваликвидирует или существенным образом деформирует указанное понятие[31].

Доказательство, лишенное его познавательногосодержания либо процессуальной формы, вовлеченное в процесссудебно-следственного познания с нарушением уголовно-процессуального порядка,перестает быть таковым. Поэтому широкое признание в теории доказательств (в томчисле среди противников включения «источников» в понятиедоказательств)[32] получило представление отом, что показания, заключения, вещественные доказательства, протоколы и иныедокументы — это та процессуальная форма, в которой сохраняются и используютсясведения, полученные следователем или судом. Считая такое представлениеправильным вследствие понимания доказательства как диалектического единствасодержания и формы, нельзя не прийти к выводу о невозможности отделения«сведений», составляющих содержание доказательства, от«источника», т.е. его формы.

Под источником доказательств понимаютсяпроцессуальная форма, посредством которой сведения о фактах, признаваемыхдоказательствами, вовлекаются в сферу доказывания, и носитель тех сведений офактах прошлого, которые интересуют следователя, прокурора и суд.

Любой источник доказательств, используемый каксредство доказывания, должен быть допустимым. Это требование касается обоихэлементов понятия источника, как процессуальной формы получениядоказательственной информации, так и ее носителя. Если один из них неудовлетворяет определенным условиям, то источник доказательств может бытьпризван недопустимым.

Следует, однако, заметить, что сам термин«источник доказательств» небезупречен как с логической, так и сгносеологической точки зрения, ибо не способствует уяснению сущностидоказательств по уголовному делу. Более предпочтительным, по мнению С.А.Шейфера, является известный процессуальной науке термин «видыдоказательств», способный отразить различия как в способах сохранения ипередачи фактических данных, так и в процессуальном положении носителядоказательственной информации[33]. С этой точкой зренияследует согласиться.

Так, доказательство представляет собой неразрывноеединство содержания (сведения о фактах, подлежащих установлению) и формы(показания, заключения экспертов, вещественные доказательства и документы).

Однако в последнее время наблюдается попыткапереосмыслить понятие доказательства, делается акцент на его форму в ущербсодержанию. Так, по мнению С.А. Пашина, доказательствами служат процессуальнооформленные сообщения, а также документы или другие предметы, которые правомерноиспользовать в судопроизводстве для установления фактов, учитываемых привынесении процессуальных решений, в особенности приговоров. Как полагает С.А.Пашин, все доказательства суть материалы, под которыми понимаются сообщения,документы или другие предметы, используемые при судопроизводстве[34].

Вряд ли такое представление является более точным иполным, чем традиционное. В нем отсутствует указание на весьма существенноесвойство доказательств — его относимость, т.е. связь доказательства с предметомдоказывания (как известно, не любые сообщения являются доказательствами, а лишьте, которые указывают на обстоятельства, подлежащие доказыванию). Нет в немчеткого указания на способ получения доказательства («процессуальнооформленными» могут быть и сообщения, полученные незаконным способом), аглавное — не разграничиваются содержание и форма доказательства, присущиелюбому явлению (сообщения, т.е. сведения, фактические данные, стоят в одномряду с «документами или другими предметами»).

В современной философской науке не вызывает сомнениймысль о том, что в любом явлении, объекте соотношение содержания и формы выражаетсяв их единстве, причем форма есть способ выражения содержания. Так, например,показания, протоколы, документы могут считаться доказательством лишь приусловии, что они содержат информацию о существенных обстоятельствах дела. Этамысль удачно выражена в ст. ст. 81, 83, 84 УПК РФ, называющих предметы,протоколы, документы доказательствами, если они могут служить средствамиустановления обстоятельств дела.

В научной литературе о классификации средствдоказывания можно встретить несколько суждений. Так, по мнению одних авторов,вопрос о них преимущественно сводится лишь к одному виду доказательств[35].Другие полагают, что есть все основания утверждать, что средствами доказыванияявляются не только доказательства, но и процессуальные действия, производствокоторых приводит к получению доказательств[36]. Третьи указывают, чтосам термин «средства доказывания» должен применяться для обозначениямногогранного понятия. В полном своем соответствии с этимологическим смыслом[37]средствами доказывания являются как доказательства, используемые в ходе этойдеятельности, так и формы, в которые они облечены (источники доказательств), испособы, с помощью которых такие данные становятся достоянием органовследствия, прокуратуры и суда[38].

Рассматривая первую группу «средств доказывания»,можно утверждать, что ими являются доказательства, определенные в ч. 1 ст. 74УПК РФ как любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь,дознаватель устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащихдоказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств,имеющих значение для уголовного дела.

В качестве средств доказывания могут использоватьсялишь такие доказательства, которые образуют определенную совокупность,признаваемую следователем, прокурором, судом и дознавателем достаточной,устанавливающие обстоятельства, составляющие предмет доказывания. Средствадоказывания являются доказательственной основой выводов и решений. Именнозаконные, легитимные доказательства служат цели правосудия — достижению истиныпо делу, с помощью которых она устанавливается.


Глава 2. Виды доказательств2.2 Личные доказательства

Как и всякое отражение, доказательство всегдасостоит из отображения или образа отображаемого и формы, то есть способасуществования и выражения отображения. Отображение или образ отображаемогоявляется содержанием доказательства, которое представляет собой единство всехосновных элементов, свойств и связей доказательства, оно существует и выражаетсяв форме и неотделимо от нее. Можно сказать, что в доказательствах в полной меренаходит свою реализацию философский закон единства формы и содержания. Поэтомудоказательства в уголовном процессе не могут существовать исключительно в видесвоего содержания или в виде формы. Для полноценной структуры доказательствадолжны одновременно состоять из содержания и формы.

В п. 1 ч. 2 ст. 74 УПК РФ указано, что в качестведоказательств допускаются показания подозреваемого, обвиняемого. В своюочередь, ст. 76 УПК РФ гласит, что показания подозреваемого — сведения,сообщенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства, а ст. 77УПК РФ — показания обвиняемого — сведения, сообщенные им на допросе,проведенном в ходе досудебного производства по уголовному делу или в суде.

Очевидно, если сопоставить содержаниеуголовно-процессуальных доказательств (ч. 1 ст. 74 УПК РФ), то есть ихсведения, с тем значением показаний, которое содержится в представленныхнормах, то получается явное несоответствие между способом существованиясодержания и самим содержанием доказательств. Это обнаруживается по тойпричине, что показания подозреваемого, обвиняемого по их имеющейсязаконодательной трактовке могут образовывать сведения, выходящие за пределызнаний об обстоятельствах предмета доказывания, поскольку УПК РФ всоответствующих статьях, посвященных показаниям подозреваемого и обвиняемого,говорит просто о сведениях, сообщенных на допросе. Значит, это могут быть самыеразличные сведения. Так, например, вполне допустима такая ситуация, когда входе допроса обвиняемый или подозреваемый укажут сведения, помимо тех, которыеимеют отношение к расследуемому преступлению, и такие, на основании которыхможно установить обстоятельства, в частности исключающие участие в производствепо уголовному делу защитника. Поэтому, на наш взгляд, в подобных случаяхнеобходимо четко разграничивать в содержании показаний те сведения, которыеустанавливают наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию припроизводстве по уголовному делу, и те сведения, которые необходимы дляобоснования исключительно процессуальных обстоятельств дела.

В науке уголовного процесса также отмечается, чтосодержание показаний может быть самым различным. Содержание показаний — это тереальные сведения, мнения, предположения, которые имеют место в показаниях.Соответственно, понятия предмет и содержание показаний могут существенноразличаться друг от друга[39]. В частности, М.С.Строгович указывает, что как реагирует привлеченное к уголовной ответственностилицо на предъявленное ему обвинение и объясняет относящиеся к его обвинениюобстоятельства, с чем соглашается и против чего возражает, что выдвигает в своеоправдание или для смягчения своей ответственности, — это и многое другоевходит в содержание показаний[40].

Когда в содержание показаний могут входить сведенияоб обстоятельствах и фактах, не входящих в предмет доказывания по уголовномуделу, такие сообщения не относятся к расследуемому делу, они и не составляютпредмета допроса. Вместе с тем, как пишет М.Л. Якуб, следователь и суд невправе воспрепятствовать обвиняемому или потерпевшему сообщить те или иныеданные по тем мотивам, что они не имеют значения для уголовного дела[41].

В этой связи процессуальная форма и содержание такихдоказательств, как показания подозреваемого, обвиняемого, будут ограничены толькосведениями, на основании которых возможно установление наличия или отсутствияобстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, атакже иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Причемуказанные сведения должны отвечать всем признакам понятияуголовно-процессуальных доказательств, в том числе не быть противоречивыми посвоему содержанию, поскольку невыяснение причин противоречий в показаниях можетповлечь отмену состоявшихся по уголовному делу решений.

Так, Коптевским районным судом г. Москвы 4 декабря1998 г. Смешкова осуждена по ч. 2 ст. 198 УК РФ.

Она признана виновной в том, что, получив в 1997году от ОАО «Автокомбинат № 31» доход в сумме 51961 руб., а также отОАО «Финвест» — долю по договору купли-продажи ценных бумаг (акций) всумме 300 тыс. рублей (подоходный налог с которой составил 87164 руб., а ОАО«Финвест» от этой суммы уплатил 11386 руб.), в нарушение ст. 18Закона Российской Федерации от 7 декабря 1991 г. «О подоходном налоге с физическихлиц» не подала до 1 апреля 1998 г. в Государственную налоговую инспекциюСеверного административного округа г. Москвы декларацию о доходах за 1997 год,уклонившись от уплаты налога в особо крупном размере — 75778 руб., чтопревышает 500-кратный размер минимальной оплаты труда, установленныйзаконодательством Российской Федерации.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ впротесте поставил вопрос об отмене приговора ввиду нарушения судом требованийст. ст. 20, 68 УПК РСФСР.

Президиум Московского городского суда 4 ноября 1999г. протест удовлетворил, приговор отменил, указав следующее.

В обоснование своего вывода о виновности Смешковой вуклонении от уплаты налогов в особо крупном размере суд сослался на договоркупли-продажи акций, акт документальной проверки соблюдения налоговогозаконодательства, решение государственной налоговой инспекции о взыскании соСмешковой начисленного налога и штрафа.

Подсудимая в ходе предварительного следствия исудебного заседания давала противоречивые показания относительно размераполученного ею дохода, с которого должен быть удержан налог. На допросах 12 и19 октября 1998 г. она заявляла, что ее доход составил 150 тыс. рублей.Согласно ее показаниям в судебном заседании она договорилась о продаже акций за150 тыс. рублей, но реально получила только 30 тыс. рублей, остальные деньги ейобещали передать позже, но не отдали.

Показания осужденной следовало тщательно проверить,поскольку размер дохода, полученного ею, и соответственно налога, подлежавшегоудержанию, имеет существенное значение для решения вопроса о наличии в еедействиях состава преступления, предусмотренного ст. 198 УК РФ.

Однако суд не выяснил причины противоречий впоказаниях Смешковой. Ссылка суда на договор Смешковой и ОАО«Финвест» о продаже акций за 300 тыс. рублей не является убедительнымдоказательством получения ею именно этой суммы, поскольку факт исполненияданного обязательства по делу не подтвержден. Получение денег осужденнойудостоверяется лишь ее противоречивыми показаниями.

Поскольку нарушение судом требованийуголовно-процессуального закона, выразившееся в неполном, одностороннемисследовании обстоятельств дела, влияет на правильность решения, приговор судаподлежит отмене, а дело — направлению на новое рассмотрение[42].

Сказанное, на наш взгляд, дает основание утверждать,что при получении в ходе допроса подозреваемого или обвиняемого сведенийразличного характера в качестве доказательств должны допускаться толькопоказания, в которых содержится информация об обстоятельствах, подлежащихдоказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств,имеющих значение для уголовного дела. Все остальные сведения, сообщенные в ходедопроса, к числу доказательств не относятся, и их нельзя, строго говоря,обозначать через такую категорию, как «показания подозреваемого,обвиняемого». Правильнее, как представляется, подобного рода информациюпризнавать средствами уголовно-процессуального познания обстоятельств и фактов,имеющих исключительно процессуальный характер.

Соответственно, уголовно-процессуальноезаконодательство необходимо усовершенствовать путем надлежащего формулированияпоказаний подозреваемого и показаний обвиняемого именно как одних изразновидностей уголовно-процессуальных доказательств по уголовным делам.

Статью 76 УПК РФ «Показанияподозреваемого» необходимо дополнить новой частью второй:

«2. Показания подозреваемого являютсядоказательствами по уголовному делу, если сведения, сообщенные им на допросе,проведенном в ходе досудебного производства в соответствии с требованиямистатей 187 — 190 настоящего Кодекса, устанавливают наличие или отсутствиеобстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, атакже иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела».

Статья 77 УПК РФ «Показания обвиняемого»также должна быть дополнена новой частью следующего содержания:

«Показания обвиняемого являютсядоказательствами по уголовному делу, если сведения, сообщенные им на допросе,проведенном в ходе досудебного производства по уголовному делу или в суде всоответствии с требованиями статей 173, 174, 187 — 190 и 275 настоящегоКодекса, устанавливают наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащихдоказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств,имеющих значение для уголовного дела».

Теперь после приведенных доводов не наблюдаетсякаких-либо противоречий в фундаментальной концепции единства содержания и формыв таких доказательствах, как показания подозреваемого и показания обвиняемого.Напротив, имеет место идеальное совпадение содержания доказательств, то естьлюбых сведений, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель впорядке, определенном настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствиеобстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, атакже иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, и ихпроцессуальной формы — показаний подозреваемого, обвиняемого, на основаниикоторых устанавливают наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащихдоказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств,имеющих значение для уголовного дела.

При характеристике следующих в ч. 2 ст. 74 УПК РФ послепоказаний подозреваемого, обвиняемого категорий можно сделать вывод о том, чтозаконодательная конструкция определения показаний потерпевшего, свидетелянесколько отличается от уже рассмотренных видов показаний. Кроме стандартнойформулы определения показаний как сведений, сообщенных на допросе, проведенномв ходе досудебного производства по уголовному делу или в суде в соответствии стребованиями УПК РФ (ч. 1 ст. 78 УПК РФ и ч. 1 ст. 79 УПК РФ), законодательделает некоторые дополнения. Согласно ч. 2 ст. 78 УПК РФ потерпевший может бытьдопрошен о любых обстоятельствах, подлежащих доказыванию при производстве поуголовному делу, в том числе и своих взаимоотношениях с подозреваемым,обвиняемым. В свою очередь, свидетель может быть допрошен о любых относящихся куголовному делу обстоятельствах, в том числе о личности обвиняемого,потерпевшего и своих взаимоотношениях с ними и другими свидетелями (ч. 2 ст. 79УПК РФ)[43].

Указанные дополнения в статьях, посвященныхпоказаниям потерпевшего и показаниям свидетеля, между тем различаются друг отдруга. Если в ч. 2 ст. 78 УПК РФ сказано, что потерпевший может быть допрошен олюбых обстоятельствах, подлежащих доказыванию при производстве по уголовномуделу, то соответствующая часть статьи 79 УПК РФ говорит о том, что свидетельможет быть допрошен о любых относящихся к уголовному делу обстоятельствах.

Сведения о любых обстоятельствах, подлежащихдоказыванию при производстве по уголовному делу, не совпадают со сведениями олюбых относящихся к уголовному делу обстоятельствах. В последнем случаесодержание сведений может быть гораздо шире, нежели когда сведения имеютотношение только к предмету доказывания по уголовному делу. Поэтому с точкизрения надлежащего определения уголовно-процессуальных доказательств показанияо любых обстоятельствах, подлежащих доказыванию при производстве по уголовномуделу, являются наиболее приемлемыми к использованию в качестве даннойкатегории. Значит, предписания в ч. 2 ст. 78 УПК РФ о том, что потерпевшийможет быть допрошен о любых обстоятельствах, подлежащих доказыванию припроизводстве по уголовному делу, прямо указывают возможность получения сведений,облеченных в надлежащую процессуальную форму доказательств.

Однако при этом следует подчеркнуть, что основнаязаконодательная формулировка, содержащаяся в ч. 1 ст. 78 УПК РФ и ч. 1 ст. 79УПК РФ, и показаний потерпевшего, и показаний свидетеля не ограничиваетпонимание указанных сведений только как содержания доказательств по уголовномуделу. Поскольку по определению понятий «показания потерпевшего» и«показания свидетеля» это могут быть совершенно любые по содержаниюсведения, сообщенные на допросе, проведенном согласно УПК РФ в ходе досудебногопроизводства или в суде. Соответственно, здесь на уровне закона такженеобходимо вводить критерий разграничения показаний потерпевшего и свидетеля,содержащих сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильногоразрешения уголовного дела, от остальных сведений, сообщаемых ими на допросах.

Так, в частности, в ходе судебного разбирательствапо уголовному делу в отношении Пшунетова В.Ю. и Мрыхина А.В., обвинявшихся всовершении преступления, предусмотренного п. п. «а», «б»,«г» ч. 2 ст. 162 УК РФ, суд посчитал, что вина подсудимых нашла своеподтверждение также и на основании показаний допрошенного в судебном заседаниив качестве потерпевшего Уханова В.И. Из показаний потерпевшего следует, что05.01.2004 года он находился у себя дома, раздался звонок, он открыл дверь, и кнему в квартиру зашли пятеро человек, у одного из них был пистолет или предмет,похожий на него, среди вошедших были Мрыхин, Пшунетов и трое незнакомыхпотерпевшему людей. Пшунетов ударил его два раза, а Мрыхин ходил рядом с ножом,которым до этого резал хлеб. Тот человек, у которого был пистолет, всемируководил. Пока подсудимые разговаривали с потерпевшим, двое из троих собралиего вещи по комнате, третий был с пистолетом. Когда они собрали вещи, Пшунетови Мрыхин увидели это и сказали, что не надо ничего брать. После чего подсудимыеушли, а тот, который был с пистолетом, заставил написать потерпевшего распискуи сказал, что видеомагнитофон они забирают за долги, после чего они забрали видеомагнитофони ушли, видели ли это подсудимые, потерпевший не знает, но они были в коридоре,а расписку он писал в комнате. После того, как все ушли, подсудимый отправилсяв отделение милиции, и с милиционерами пошел искать свой видеомагнитофон, наулице они встретили Пшунетова и потом пошли к Мрыхину, который отдал имвидеомагнитофон, достав его из шифоньера, стоящего в соседнем доме налестничной площадке[44].

Безусловно, указанные сведения, сообщенныепотерпевшим, имеют доказательственное значение по уголовному делу, поскольку наих основе представляется возможным установить обстоятельства, подлежащиедоказыванию при производстве по уголовному делу.

Между тем, как следует из дальнейших показаний поданному делу, потерпевший также пояснил суду, что он писать заявление ослучившемся не хотел, так как подсудимые были его друзья, и он хотел лишь,чтобы ему вернули видеомагнитофон, но после того как милиционеры изъяли уМрыхина магнитофон, они сказали, что раз они ему помогли, то и он должен импомочь и написать заявление, а потом потерпевший придет через два дня и заберетзаявление, но когда потерпевший пришел через два дня, чтобы забрать написанноеим заявление, милиционеры сказали, что прокурор возбудил по этому фактууголовное дело, и теперь заявление забрать нельзя. Надо полагать, что этипоследние сведения, которые изложил в ходе допроса на суде потерпевший, немогут быть признаны уголовно-процессуальными доказательствами, поскольку ими неограничивается установление обстоятельств предмета доказывания по уголовномуделу.

В этой связи представляется целесообразным ст. 78УПК РФ дополнить новой частью следующего содержания:

«Показания потерпевшего являютсядоказательствами по уголовному делу, если сведения, сообщенные им на допросе,проведенном в ходе досудебного производства в соответствии с требованиямистатей 187 — 191 и 277 настоящего Кодекса, устанавливают наличие или отсутствиеобстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, атакже иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела».

Аналогичным дополнением необходимо усовершенствоватьи ст. 79 УПК РФ «Показания свидетеля»:

«Показания свидетеля являются доказательствамипо уголовному делу, если сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в ходедосудебного производства в соответствии с требованиями статей 187 — 191 и 278настоящего Кодекса, устанавливают наличие или отсутствие обстоятельств,подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иныхобстоятельств, имеющих значение для уголовного дела».

Заключениеэксперта появляется в уголовном деле в результате производства судебнойэкспертизы и представляет собой изложенное в письменном виде содержаниеисследования и выводы по вопросам, поставленным перед экспертом лицом, ведущимпроизводство по уголовному делу, или сторонами (ч. 1 ст. 80 УПК РФ).

Процесссудебной экспертизы в уголовном судопроизводстве регламентируется статьями 195- 207, 282, 283 УПК РФ, а также отдельными статьями Федерального закона от31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности вРоссийской Федерации»[45].

Судебнаяэкспертиза — процессуальное действие, состоящее из проведения исследований идачи заключения экспертом по вопросам, разрешение которых требует специальныхзнаний в области науки, техники, искусства или ремесла и которые поставленыперед экспертом судом, судьей, органом дознания, лицом, производящим дознание,следователем или прокурором, в целях установления обстоятельств, подлежащихдоказыванию по конкретному делу (ст. 9 Закона о государственнойсудебно-экспертной деятельности).

Характеризуязаключение эксперта как доказательство, необходимо иметь в виду, что оно:

исходитот лица, обладающего специальными познаниями;

являетсярезультатом исследований, проведенных экспертом;

опираетсяна собранные по делу доказательства;

полученов порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законом;

какдоказательство содержит фактические данные и вытекающие из них выводы[46].

Немогут рассматриваться в качестве заключения эксперта «имеющиеся в делеакты либо справки о результатах ведомственного исследования какого-либообстоятельства, в том числе и ведомственные заключения, именуемые экспертизой(о качестве товара, недостаче товарно-материальных ценностей и т.п.), хотя бы иполученные по запросу органов следствия и суда...»[47].

Как икаждое доказательство, заключение эксперта подлежит оценке с точки зренияотносимости, допустимости и достоверности. Решение вопроса об относимостизаключения эксперта предполагает, что содержащиеся в нем данные устанавливаютобстоятельства, подлежащие доказыванию или имеющие значение для уголовногодела.

Какпоказывает практика, судебные экспертизы, не относящиеся к делу, — довольноредкое явление, а вот что касается отдельных вопросов, на которые экспертотвечает в своем заключении, то подобное еще имеет место в действительности.Естественно, на это защитник обращает внимание, отмечая, что выводы эксперта потаким экспертизам или отдельным вопросам не имеют доказательственного значения.

Оценказащитником допустимости заключения эксперта как доказательства предполагаетответ на вопрос, соблюдены ли требования уголовно-процессуального закона приего получении (ч. 2 ст. 50 Конституции РФ и ч. 1 ст. 75 УПК РФ). Это означает,что «доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона,если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные КонституциейРФ права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальнымзаконодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание изакрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо врезультате действий, не предусмотренных процессуальными нормами»[48].

Вначалезащитнику следует проверить, соблюден ли предусмотренныйуголовно-процессуальным законом порядок производства судебной экспертизы. Обэтом можно судить исходя из анализа следующих процессуальных документов.

1.Постановление следователя о назначении судебной экспертизы. В нем отражаются:основания назначения судебной экспертизы; фамилия, имя и отчество эксперта илинаименование экспертного учреждения, в котором должна быть произведена судебнаяэкспертиза; вопросы, поставленные перед экспертом; материалы, предоставляемые враспоряжение эксперта. Обязательным элементом постановления является наличиеграфы с указанием о том, что эксперту разъяснены его права и обязанности,предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и что он одновременно предупрежден об уголовнойответственности в соответствии со ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложногозаключения. Удостоверяется постановление подписью эксперта. Ее отсутствиеделает производство экспертизы неправомерным, а доказательство-заключениеэксперта — недопустимым.

Еслипроизводилась судебно-медицинская или судебно-психиатрическая экспертиза припомещении подозреваемого или обвиняемого, не находящегося под стражей, вмедицинский или психиатрический стационар, в деле должны присутствовать двадокумента: постановление следователя с согласия прокурора о возбуждении передсудом ходатайства о производстве одной из указанных выше экспертиз;постановление судьи о разрешении производства данного следственного действия.Отсутствие одного из вышеуказанных документов или согласия прокурора,отраженного в постановлении следователя о возбуждении перед судом ходатайства опроизводстве следственного действия, влечет недопустимость использованиязаключения эксперта в качестве доказательства.

Вслучае, когда экспертиза проведена в отношении потерпевшего, в деле должно бытьписьменное согласие потерпевшего или его законного представителя напроизводство судебной экспертизы, за исключением случаев, предусмотренныхпунктами 2, 4 и 5 ст. 196 УПК РФ. Отсутствие в деле письменного согласияпотерпевшего делает полученное заключение недопустимым за изъятиями, указаннымивыше.

Еслиэкспертиза была проведена в отношении свидетеля, должно быть письменноесогласие свидетеля или его законного представителя на производство экспертизыво всех случаях. Его отсутствие влечет за собой недопустимость использованиязаключения эксперта.

2.Протокол ознакомления обвиняемого (подозреваемого), защитника с постановлениемо назначении судебной экспертизы. При изучении протокола адвокату-защитникуследует обратить внимание на то, разъяснены ли права, предусмотренные ч. 1 ст.198 УПК РФ, указанным выше субъектам, т.е. есть ли в протоколе их подписи,удостоверяющие, что они ознакомлены с постановлением. Отсутствие этих подписейявляется нарушением закона и ведет к признанию заключения эксперта недопустимымдоказательством. Затем надо изучить, кто и какие ходатайства заявлял и какимобразом они были обоснованы. Если ходатайство удовлетворено, то в деле должныбыть постановление об удовлетворении ходатайства и измененное (новое) либодополненное постановление о назначении экспертизы. В случае отказа вудовлетворении ходатайства следователь выносит об этом постановление иобъявляет его лицу, заявившему ходатайство, под расписку. Если постановление оботказе в удовлетворении ходатайства защитник посчитает неправомерным инеобоснованным, а заявленное ходатайство аргументированным, он может выбратьдва варианта поведения, в зависимости от того, повлиял или нет такой отказ надопустимость заключения эксперта. Отказ может повлиять на допустимостьзаключения эксперта в качестве доказательства, например, в случае, когдаэксперт подлежал отводу в силу того, что он ранее находился в служебнойзависимости от потерпевшего, и на это ссылался в своем ходатайстве обвиняемый,а следователь отказался удовлетворить подобное ходатайство. Адвокат-защитник,установив это обстоятельство, должен заявить ходатайство об исключениидоказательства — заключения эксперта. Если же отказ в удовлетворенииходатайства не повлиял на допустимость заключения эксперта в качестведоказательства (например, следователь отказался вносить в постановление оназначении судебной экспертизы дополнительный вопрос эксперту), защитникувначале следует выяснить, не улучшит ли положение обвиняемого ответ эксперта натот вопрос, который следователь отказался вносить в постановление. Придя квыводу, что ответ эксперта на этот вопрос мог бы улучшить положениеобвиняемого, следует заявить ходатайство о производстве дополнительнойэкспертизы.

Вслучае если судебная экспертиза проводилась в отношении потерпевшего, в делеможет также присутствовать протокол ознакомления потерпевшего и (или) егопредставителя с постановлением о назначении судебной экспертизы, но только вотношении этого протокола действуют такие же правила наличия соответствующихпроцессуальных документов и изучения адвокатом-защитником, как и в отношениивышеуказанного протокола ознакомления.

3.Ходатайство эксперта. Этот процессуальный документ является факультативным ипоявляется в деле только в случае, когда в этом есть необходимость; например,когда эксперту недостаточно материалов для дачи заключения, он заявляетходатайство о предоставлении ему дополнительных материалов. Если ходатайствоудовлетворено, то в деле должно быть постановление об удовлетворении ходатайства.Если же следователь отказал в удовлетворении ходатайства, защитник долженвыяснить причины такого отказа, а также как этот отказ повлиял на результатыэкспертизы: ухудшил или улучшил положение обвиняемого по сравнению с том, чтобыло бы при удовлетворении следователем ходатайства. Это следует установить втом числе и посредством допроса эксперта, если, конечно, адвокат признает вэтом необходимость для защиты прав и законных интересов подзащитного. Еслиотказ в удовлетворении ходатайства ухудшил положение обвиняемого, то защитник взависимости от оснований должен заявить ходатайство о производстведополнительной или повторной экспертизы. Если же отказ следователя улучшилположение обвиняемого, следует промолчать, поскольку защитник не вправе ухудшатьположение своего подзащитного.

4.Заключение эксперта. В нем указываются: дата, время и место производствасудебной экспертизы; основание производства судебной экспертизы; должностноелицо, назначившее судебную экспертизу; сведения об экспертном учреждении, атакже фамилия, имя и отчество эксперта, его образование, специальность, стажработы, ученая степень и (или) ученое звание, занимаемая должность; сведения опредупреждении эксперта об ответственности за дачу заведомо ложного заключения;вопросы, поставленные перед экспертом; объекты исследований и материалы,представленные для производства судебной экспертизы; данные о лицах,присутствовавших при производстве судебной экспертизы; содержание и результатыисследований с указанием примененных методик; выводы по поставленным вопросам иих обоснование. Обычно также к заключению прилагаются материалы, егоиллюстрирующие (фотографии, схемы, графики и т.п.); они являются составнойчастью заключения.

Еслиодин из вышеуказанных элементов или какая-либо его часть не найдет своегоотражения в заключении эксперта, защитнику следует выяснить причины такогоотсутствия путем допроса эксперта, если это необходимо для защиты прав изаконных интересов подзащитного. В зависимости от результата допроса экспертанужно заявить одно из следующих ходатайств: об исключении доказательства — заключения эксперта; о производстве дополнительной экспертизы; о производствеповторной экспертизы.

Взаключении может найти отражение вопрос, не поставленный следователем, ноотмеченный экспертом в силу того, что установленное им обстоятельство имеетзначение для уголовного дела. Защитнику здесь главное решить, действительно лиэтот вопрос имеет отношение к уголовному делу, и если все же имеет, то обратитьвнимание на то, не вышел ли эксперт за пределы своей компетенции, отвечая нанего; апробирована, утверждена ли методика ответа на этот вопрос; не двусмысленли вопрос и т.д. В случае, когда вопрос не имеет отношения к делу или выходитза компетенцию экспорта, ответ на него не имеет доказательственного значения.Если же методика ответа на подобный вопрос не апробирована, не утверждена иливопрос двусмыслен, ставится под сомнение достоверность полученных результатов.

5.Протокол допроса эксперта — факультативный документ, поскольку его появлениевозможно только по инициативе следователя либо подозреваемого, обвиняемого, отзащитника и только для разъяснения или уточнения данного экспертом заключения.При этом допрос эксперта не может быть произведен до предоставления имзаключения и по поводу сведений, ставших ему известными в связи с производствомсудебной экспертизы, если они не относятся к предмету данной судебнойэкспертизы. Нарушение этих требований позволяет адвокату-защитнику ставитьвопрос о недопустимости показаний эксперта.

Всегосложнее ставить вопрос о недопустимости показаний эксперта в случае, когдадопрос его проводился не в целях разъяснения или уточнения, а, по сути дела,для дополнения данного им заключения, хотя для этого по закону требуется ужепроизводство дополнительной экспертизы. Чтобы заявить обоснованное ходатайство,надо внимательно разобраться в ситуации, используя предлагаемый в литературепримерный перечень случаев, когда производство допроса эксперта законно. Допросэксперта может производиться в тех случаях, когда необходимо: разъяснитьспециальные термины либо формулировки, включенные в содержание заключения;устранить имеющиеся расхождения между выводами и исследовательской частью;описать в доступной форме использованные методики исследования; изложить болеедетально или последовательно процесс исследования материалов и объектов либоэкспериментальной проверки фактических данных и т.д.[49].

6.Протоколы ознакомления подозреваемого, обвиняемого, его защитника с заключениемэксперта, а также с протоколом допроса эксперта (если он есть) есть как всодержании протокола допроса эксперта, так и в качестве самостоятельныхдокументов, приобщенных к материалам уголовного дела по поводу заключенияэксперта; они также присутствуют в случае, если по поводу допроса эксперта узащитника возникли возражения, замечания, объяснения и ходатайства, в которыхобычно представлены основания для производства дополнительной или повторнойэкспертизы. Если отказано в удовлетворении ходатайства о производстведополнительной или повторной экспертизы, необходимо выяснить, почему. Если всеже заявленные ходатайства обоснованы, то следует воспользоваться ими повторно,заявив их, конечно, в случае улучшения положения подзащитного.

Еслисудебная экспертиза производилась по ходатайству потерпевшего либо в отношениипотерпевшего и (или) свидетеля, обоим также предъявляется заключение эксперта.В протоколе ознакомления вышеуказанных лиц с заключением эксперта защитникуследует обратить внимание на то, устраивает их заключение или нет, и если нет,то почему и какой характер носят их доводы для подзащитного — обвинительный илиоправдательный. Если оправдательный, то в зависимости от оснований заявитьходатайство о производстве дополнительной или повторной экспертизы, если,конечно, потерпевшему и (или) свидетелю было в этом следователем отказано.

Приоценке допустимости заключения эксперта защитник должен также проверить, не подлежитли эксперт отводу, т.е. не заинтересован ли он в исходе дела и достаточно ликомпетентен.

Экспертне может принимать участие в производстве по уголовному делу при наличииобстоятельств, предусмотренных ст. 61 УПК РФ, за исключением того обстоятельства,что предыдущее его участие в производстве по уголовному делу в качествеэксперта или специалиста не является основанием для отвода.

Согласност. 61 УПК РФ эксперт не может принимать участие в производстве по уголовномуделу, если:

а) онявляется потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком или свидетелемпо данному уголовному делу;

б) онучаствовал в качестве присяжного заседателя, переводчика, понятого, секретарясудебного заседания, защитника, законного представителя подозреваемого, обвиняемого,представителя потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика,судьи, прокурора, следователя, дознавателя в производстве по данному уголовномуделу;

в) онявляется близким родственником или родственником любого из участниковпроизводства по данному уголовному делу;

г)имеются иные обстоятельства, дающие основание полагать, что он прямо иликосвенно заинтересован в исходе данного уголовного дела;

д) оннаходился или находится в служебной или иной зависимости от сторон или ихпредставителей;

е)обнаружится его некомпетентность.

Компетенцияэксперта — это, во-первых, круг полномочий, предоставленных ему законом;во-вторых, комплекс знаний в области теории, методики и практики экспертизыопределенного рода, вида[50]. Оценка заключенияэксперта с точки зрения компетентности последнего состоит в изучении вопросов,поставленных перед экспертом, и отнесении их к той или иной отрасли знания;изучении фактических данных, установленных экспертом, и решении вопроса о том,какие именно требовались для их установления специальные познания; ознакомлениис данными, характеризующими эксперта как специалиста в определенной отраслизнания; установлении того, относятся ли к компетенции эксперта научныеположения и методы исследования, которые были использованы при проведенииэкспертизы. Здесь же необходимо установить, вышел ли эксперт за пределы своейкомпетенции.

Экспертне может и не должен отвечать на вопросы правового характера, поскольку они невходят в его компетенцию. Так, в п. 11 Постановления Пленума Верховного СудаСССР от 16.03.1971 № 1 «О судебной экспертизе по уголовным делам»указано: «Суды не должны допускать постановку перед экспертом правовыхвопросов как не входящих в его компетенцию (например, имело ли место хищениелибо недостача, убийство или самоубийство и т.п.)»[51].Исключение делается для норм технического содержания (правил техникибезопасности, эксплуатации зданий и т.п.), например: соответствует ли данноеоборудование технической документации (техническому паспорту, техническим условиям).Это не означает, что всякие технические нормы требуют для истолкованияспециальных познаний, поскольку существуют нормы, понятные и доступные широкомукругу лиц (например, соответствуют ли правилам дорожного движения действияпешехода, переходящего улицу в неположенном месте). Постановка перед экспертомтакого вопроса неправомерна.

Выходэксперта за пределы компетенции может быть связан и с вторжением в другуюотрасль специальных знаний либо с подменой специальных исследованийознакомлением и оценкой совокупности доказательств, собранных по делу. Наличиев деле обстоятельств к отводу и некомпетентность эксперта дают основания длязаявления ходатайства об исключении доказательства — заключения эксперта.

Оценкадостоверности заключения эксперта предполагает вначале выяснение полнотыматериалов (исходных данных) для производства экспертизы. Ориентиром длязащитника при определении полноты исходных данных, направленных на экспертизу,могут служить нормативные акты, регламентирующие порядок производства соответствующихэкспертиз; информационные письма экспертных учреждений; справочно-методическаялитература для экспертов, следователей, судей и адвокатов; консультации соспециалистом.

Дляиспользования в доказывании заключения эксперта имеет значение определениедоказательственного значения выводов эксперта. Нередко судебные ошибкидопускаются именно тогда, когда в общем правильное и обоснованное заключениеэксперта неверно интерпретируется следователем или судом, а иногда изащитником. Доказательственное значение заключения эксперта зависит от того,какие факты установлены, а также от характера дела, конкретной ситуации поделу, в частности, от имеющейся на данный момент совокупности доказательств, отлогической формы вывода — категорический или вероятный, однозначный илиальтернативный, условный или безусловный и т.д.

Оценкаэкспертизы, проведенной непосредственно в суде, включает согласованностьвыводов экспертов с исследовательской частью; обоснованность и научностьзаключения эксперта; соответствие заключения эксперта данным, исследованным всудебном следствии. Специфика оценки заключения эксперта, данного в суде,обусловлена тем, что все остальные вопросы — действительная потребность вспециальных познаниях, наличие или отсутствие обстоятельств, влекущих отводэксперта, компетентность его, достаточность материалов для дачи заключения — решаются судом совместно с другими участниками уголовного судопроизводства, втом числе и с защитником, еще до того, как эксперт даст заключение.

Федеральныйзакон РФ, принятый Государственной Думой 21 июня 2003 года, «О внесенииизменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РоссийскойФедерации» ввел в уголовное судопроизводство России два новых видадоказательств — заключение и показания специалиста. В настоящее время ч. 3 ст.80 УПК РФ устанавливает, что заключение специалиста — это представленное вписьменном виде суждение по вопросам, проставленным перед специалистомсторонами, а ч. 4 этой же статьи определяет показания специалиста как сведения,сообщенные им на допросе об обстоятельствах, требующих специальных познаний, атакже разъяснения своего мнения в соответствии с требованиями ст. ст. 53, 168 и271 УПК РФ[52].

Этановелла законодателя сразу же поставила перед учеными и практическимиработниками правоохранительных органов ряд вопросов, ответы на которые нельзянайти во вновь принятом Законе. Например, что собой представляет заключениеспециалиста как новый вид доказательств и чем оно отличается от заключенияэксперта, каков порядок истребования и представления заключения специалиста,как может быть заключение специалиста использовано в доказывании вообще и встадии возбуждения уголовного дела в частности?

Введениев уголовный процесс таких новых видов доказательств как заключение и показанияспециалиста сразу же в науке уголовного процесса вызвала оживленную дискуссию.Одни авторы увидели в возможности истребования заключения специалистарасширение возможностей следователя и дознавателя по собиранию доказательств ив целом поддержали эту новеллу законодателя[53].

Другиеавторы встретили новый вид доказательства — заключение специалиста — резкоотрицательно. Некоторые авторы вопреки Закону полагают, что заключениеспециалиста вообще не является доказательством. Так, например, Е.А. Доля пишет,что «заключение специалиста доказательственного значения не имеет.Суждения, содержащиеся в данном заключении, лишь способствуют правильномупониманию сторонами и судом фактов и обстоятельств, имеющих значение дляуголовного дела, уяснение которых в этом новом доказательстве требуетспециальных познаний»[54].

Такойже позиции, связанной с отрицанием доказательственного значения заключения ипоказаний специалиста, придерживаются и некоторые другие авторы. Так, например,Б.Т. Безлепкин полагает, что «отнесение заключения и показаний специалистак самостоятельной разновидности доказательств пока не имеет научногообоснования»[55]. В.И. Зажицкий также неувидел в заключении и показаниях специалиста «ни правовых, ни фактическихпредпосылок для того, чтобы такие заключение и показания считать средствамидоказывания»[56].

Ещеодин автор, Л.В. Клейман, также считает, что «возможность использованиязаключения специалиста в доказывании по уголовным делам будет представлятьсерьезную проблему, ибо оценка выводов специалиста с точки зрения ихдостоверности практически невозможна без изучения хода исследования ипримененных методик и средств»[57].

И.И.Трапезникова также считает, что «заключение специалиста не являетсяисточником доказательств в силу своей содержательной специфики. Сведения,содержащиеся в нем, должны рассматриваться как ориентирующая информация»[58].

Наиболеесерьезной критике заключение специалиста подверг В.П. Божьев, которыйуказывает, что законодатель не соблюдает требований допустимостидоказательства; что вместо сведений о фактах, с помощью которых устанавливаетсяналичие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для дела, предлагаетсясчитать доказательством суждение лица, обладающего специальными познаниями, повопросам, поставленным сторонами; что круг лиц, наделенных полномочиями пособиранию указанных сведений (ст. 80 УПК), не соответствует тому, который дан восновополагающих правилах доказывания (ч. 1 ст. 74, ч. 1 ст. 86 УПК); чтовопреки предусмотренному Законом (ч. 1 ст. 74 УПК) правилу о собирании ипроверке доказательств только в установленном порядке новые положения (ч. ч. 3и 4 ст. 80 УПК) выводят действия сторон за рамки этих общих правил. Далее В.П.Божьев приходит к выводу, что заключение специалиста не отвечает требованиям нетолько допустимости доказательств, но и относимости. Он также полагает, что взаключении специалиста заинтересована сторона защиты[59].

Неразделяя мнения указанной группы авторов о доказательственном значениизаключения специалиста, о порядке его истребования и по другим вопросам,заметим, что законодатель сам дал достаточный повод для такого рода спорныхсуждений, так как нормы УПК РФ о заключении и показаниях специалистасформулированы явно неудовлетворительно, оставляя возможность их различноготолкования. Это обстоятельство не способствует правильному пониманию сущностинового вида доказательств — заключения специалиста, что будет серьезнымпрепятствием для эффективного применения этого вида доказательств наследственной и судебной практике[60].

Третьягруппа авторов указывает на отдельные недостатки правового регулирования новоговида доказательств — заключения специалиста. Так, например, ряд авторовсправедливо указывают, что в ст. 58 УПК РФ в ее настоящей редакции ничего неговорится ни о праве, ни об обязанности специалиста давать какие-либозаключения. В ст. 168 УПК РФ, регламентирующей участие специалиста вследственных действиях, также не содержится указаний о порядке дачиспециалистом заключений, а законодатель не счел необходимым внестисоответствующие дополнения в указанную статью. Это обстоятельство следуетсчитать упущением законодателя, так как процессуальный порядок истребования ипредставления заключения специалиста остался в УПК РФ нерегламентированным[61].

Входе развернувшейся в настоящее время дискуссии о заключении специалиста какдоказательстве нередко высказываются прямо противоположные позиции.

Так,О. Темираев, относительно разграничения компетенции эксперта и специалиста придаче заключения, указывает, что специалист не должен проводить никакихисследований, даже осмотр объекта. «Таким образом, специалист составляетсвое суждение на основании специальных познаний, а не получает новые данные врезультате проведения даже самых простых исследований, например, осмотра».Указанный автор считает также, что специалист не должен привлекаться к оценкезаключения эксперта, в этих случаях необходимо назначать повторную судебнуюэкспертизу[62].

Нанаш взгляд, если следовать предложениям автора, то тогда теряется всякий смыслв истребовании заключения специалиста, он просто превращается только вконсультанта и не более того.

Другойавтор, И. Овсянников, критикует заключение специалиста с другой стороны. Онполагает, что при даче заключения закон не запрещает специалисту производитьисследование, но в заключении специалиста содержание проведенного исследованияизлагать необязательно. Далее автор пишет: «Исследование объекта,проводимого специалистом, по глубине, полноте и всесторонности может неуступать исследованию, проводимому экспертом, или даже превосходить его»[63].

Дляуяснения сущности нового вида доказательства следует рассмотреть соотношениезаключения специалиста с заключением эксперта. Общим для заключения эксперта испециалиста является то обстоятельство, что оба они являются формамииспользования специальных знаний в уголовном судопроизводстве: специалист иэксперт дают заключение по интересующим следствие и суд вопросам, используя приэтом свои специальные познания в области науки, техники или ремесла.

Сдругой стороны, заключение специалиста по ряду признаков отличается отзаключения эксперта. Рассмотрим эти различия подробнее.

Во-первых,если в ст. 195 УПК РФ указывается порядок назначения экспертизы, которыйсостоит в том, что следователь выносит специальное постановление о назначениисудебной экспертизы, то правовой механизм истребования и представлениязаключения специалиста в УПК РФ в настоящее время не определен.

Во-вторых,существенное различие между заключениями эксперта и специалиста состоит в том,что эксперт представляет заключение, которое основано на полном и всестороннемисследовании объекта, представленного на экспертизу. Это исследование экспертпроводит с использованием своих специальных познаний и в соответствии ссуществующими методиками проведения судебной экспертизы данного вида.

Аспециалист, как правило, основывает свое заключение только на своемпрофессиональном опыте и внешнем осмотре представленного на заключение объекта,никаких исследований объекта специалист не проводит. Ограничиваясь, какправило, внешним осмотром представленных ему объектов-документов, предметов ивеществ, специалист свои специальные познания и профессиональный опытиспользует только лишь для формирования своего суждения и мнения о сущности иотдельных признаках объекта, которые и представляет в своем заключении.

Водной из недавно защищенных кандидатских диссертаций по этой проблемевысказывается, на наш взгляд, важное положение: «критерием разграниченияисследования, проведенного специалистом и экспертом, выступает его глубина (илиразные уровни познавательной деятельности). Эмпирический (непосредственный)уровень познания характерен для специалиста, а теоретический — для эксперта.Однако видится целесообразным говорить не об исследовании, а обследовании,проведенном специалистом»[64].

В-третьих,в настоящее время форма, структура и содержание заключения специалиста нерегламентируется УПК РФ, в то время как заключение эксперта в соответствии сост. 204 УПК РФ имеет четкую форму, структуру и определенное содержание.

Такимобразом, заключение специалиста как вид доказательств — это предварительноесуждение специалиста, представленное в письменном виде по требованию органовдознания, дознавателя, следователя, прокурора или суда, об отдельных признакахили сущности объекта — документов, предметов, веществ и др., основанное наспециальных познаниях, профессиональном опыте специалиста и предварительномвнешнем осмотре представленного объекта.

Законодатель,введя в уголовно-процессуальное законодательство новый вид доказательства — заключение специалиста, не определил процессуальный порядок его истребования ипредставления. Не внесено также необходимых дополнений в ст. 58 УПК РФ,определяющей правовое положение специалиста в уголовном процессе. Всоответствии со ст. 58 УПК РФ специалист — это лицо, обладающее специальнымипознаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке,установленном УПК РФ. Как правило, этот специалист привлекается для содействияв обнаружении, закреплении и изъятии предметов, применении технических средствв исследовании материалов дела, для постановки вопросов эксперту, а также дляразъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональнуюкомпетенцию.

В ст.58 УПК РФ в ее настоящей редакции ничего не говорится ни о праве, ни обобязанности специалиста давать какие-то заключения. В ст. 168 УПК РФ,регламентирующей участие специалиста в следственных действиях, также несодержится каких-либо указаний о порядке дачи специалистом заключений.Законодатель, принимая изменения в УПК РФ и введя дополнения в ч. 2 ст. 74 ист. 80 УПК РФ, не счел нужным внести соответствующие изменения и дополнения вст. 58 и ст. 168 УПК РФ, что следует считать его серьезным упущением.

Нанаш взгляд, не дожидаясь внесения изменений в УПК РФ, на основании ч. 1 ст. 38УПК РФ, которая предоставляет полномочия по осуществлению предварительногоследствия по уголовному делу, орган дознания, дознаватель, следователь ипрокурор, производящие расследование по уголовному делу, вправе истребовать отспециалиста заключение.

Этоможет быть сделано путем направления специалисту соответствующего письма, вкотором следователь формулирует вопросы, требующие разрешения на основеспециальных познаний специалиста. Следователь обязан предоставить для осмотраобъекты — предметы, документы, вещества и другие объекты, а затем предложитьспециалисту оформить свои суждения и мнения по результатам осмотра объекта ввиде заключения. Специалист обязан представить свое заключение в письменномвиде.

Посколькув настоящее время УПК РФ не определяет структуру и содержание заключенияспециалиста, то представляется, что до устранения законодателем этогонедостатка, на наш взгляд, оно может составляться по аналогии с требованиямист. 204 УПК РФ, которая определяет форму, структуру и содержание заключенияэксперта. И.Н. Подволоцкий также считает, что заключение специалиста по своемусодержанию и структуре может примерно соответствовать заключению эксперта[65].

Понятно,что заключение специалиста по сравнению с заключением эксперта будет болеекратким, так как в заключении специалиста может полностью отсутствовать исследовательскаячасть, поскольку специалист никаких исследований объекта не проводит. Крометого, в заключении специалиста в отличие от заключения эксперта не должносодержаться указания о предупреждении специалиста об ответственности за дачузаведомо ложного заключения, так как уголовная ответственность в отношенииспециалиста Уголовным кодексом РФ в настоящее время не предусмотрена.

Нанаш взгляд, в заключении специалиста должны содержаться следующие сведения:дата, время и место составления заключения специалиста; должностное лицо, потребованию которого специалист составил свое заключение; сведения о специалисте- его фамилия, имя, отчество, образование и специальность, ученая степень иученое звание, место работы и занимаемая должность; объекты, представленныеспециалисту для заключения — предметы, документы, вещества, материалыуголовного дела и т.д.; вопросы, поставленные перед специалистом должностнымлицом; ответы специалиста на поставленные перед ним вопросы (суждения имнения).

Посвоему характеру выводы, суждения и мнения специалиста могут быть краткими илаконичными либо подробными и развернутыми, а по форме категорическими иливероятными. В связи с тем, что специалист не проводит исследование объектов, тоследует ожидать, что количество вероятных заключений у специалиста будетзначительно больше, нежели заключений у эксперта. Следует иметь в виду, чтоесли специалист не в состоянии ответить на поставленные перед ним вопросы безпроведения всестороннего и полного исследования объекта, то он вправе отказатьсяот дачи заключения, порекомендовав соответствующему должностному лицу назначитьпо уголовному делу соответствующую судебную экспертизу.

Некоторыеавторы полагают, что заключение специалиста может быть истребовано не толькодознавателем, следователем, прокурором и судом, но также и защитником,обвиняемым и потерпевшим, которое может быть представлено непосредственно в суд[66].

Представляется,что это утверждение является весьма спорным по следующим основаниям. Преждевсего, в настоящее время в УПК РФ не содержится норм, которые бы давали правотаким участникам уголовного судопроизводства, как защитник, обвиняемый ипотерпевший, истребовать заключение специалиста. Так, в п. 3 ч. 1 ст. 53 УПК РФустановлено, что защитник с момента допуска к участию в уголовном деле вправепривлекать специалиста в соответствии со ст. 58 УПК РФ.

Всоответствии с ч. 1 ст. 58 УПК РФ специалист — это лицо, обладающееспециальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях впорядке, установленном УПК РФ. Специалист оказывает содействие в обнаружении,закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средствдля исследования материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту,а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в егопрофессиональную компетенцию.

Изприведенного содержания ч. 1 ст. 58 УПК РФ видно, что в ней не содержитсяобязанности специалиста представлять свое заключение ни одному из указанныхучастников уголовного судопроизводства. В ч. 3 ст. 86 УПК РФ, котораяпредоставляет защитнику право собирать доказательства, также не указано правозащитника на истребования заключения специалиста. Таким образом, изпроведенного нами анализа действующего уголовно-процессуального закона следует,что в настоящее время защитник имеет право привлекать специалиста дляконсультации, оказания помощи в применении технических средств и другимвопросам, но защитник, как и обвиняемый, и потерпевший, не имеют правовыхоснований для истребования заключения специалиста.

Нанаш взгляд, при решении этого вопроса следует также исходить из ОпределенияКонституционного Суда РФ, который, рассматривая жалобу гр. Проня А.В.,справедливо указал, что «основанием для производства судебной экспертизы вгосударственном судебно-экспертном учреждении является не заявление обвиняемогоили его защитника, а постановление органа дознания, предварительного следствия,прокурора»[67].

Следуетпризнать, что рассматриваемое Определение Конституционного Суда РФ появилосьвесьма своевременно — все эти так называемые «альтернативныеэкспертизы», появившиеся в последнее время, только уводили суд отустановления истины по уголовному делу, не способствовали вынесению законного,обоснованного и справедливого приговора. Теперь после решения КонституционногоСуда РФ все стало на свои законные основания — судебная экспертиза может бытьназначена теми должностными лицами, которые имеют такое право по закону.

Несмотряна то, что приведенное Определение Конституционного Суда РФ касается судебнойэкспертизы, на наш взгляд, именно с этих принципиальных позиций должен решатьсявопрос и о праве защитника, обвиняемого и потерпевшего на истребованиезаключения специалиста.

Чтобывнести окончательную ясность в этот правовой вопрос и закончить все дискуссии, законодателюследует УПК РФ дополнить следующим предложением: «Заключение специалистаможет быть истребовано органом дознания, дознавателем, следователем,прокурором, а также судом, как по ходатайству сторон, так и по собственнойинициативе в порядке, установленном настоящим Кодексом». Что же касаетсяпроцессуального порядка истребования заключения специалиста, то он должен бытьтакже указан законодателем в ч. 3 ст. 168 УПК РФ[68].

Новаяредакция ч. 1 ст. 144 УПК РФ предусматривает, что при проверке сообщения опреступлении органа дознания, дознаватель, следователь и прокурор вправетребовать производства документальных проверок, ревизий и привлекать к ихпроведению специалистов. Эта новелла уголовно-процессуального закона, на нашвзгляд, является правовым основанием использования заключения специалиста встадии возбуждения уголовного дела.

Заключениеспециалиста во многом может заменить собой так называемые предварительные илиспециальные исследования вещественных доказательств, которые хотя и давноиспользуются на следственной практике, но пока остаются за рамками уголовногосудопроизводства.

Большоепреимущество заключения специалиста мы усматриваем в том, что оно может бытьиспользовано на самых ранних этапах проверки сообщения о преступлении, и в тоже время дознаватель и следователь получают важное доказательство, основанноена специальных знаниях специалиста. Можно сказать, что с введением в уголовныйпроцесс нового вида доказательства — заключение специалиста — следственнаяпрактика получила возможность использовать «быструю» формуиспользования специальных познаний в стадии возбуждения уголовного дела, и вэтом мы видим одно из достоинств этой новеллы.

Прииспользовании заключения специалиста в доказывании в стадии возбужденияуголовного дела неизбежно возникают некоторые вопросы. Например, в какихслучаях дознаватель, следователь и прокурор могут ограничиться истребованиемзаключения специалиста, а в каких после получения заключения следует все женазначать судебную экспертизу по тому же самому объекту и с постановкой передэкспертом тех же самых вопросов, на которые уже ответил в своем заключенииспециалист?

Дляответа на этот вопрос нам следует обратить внимание на характер заключенияспециалиста. Поскольку специалист не исследует полностью представленный длядачи заключения объект, не применяет при этом все необходимые методикиисследования, то его заключение зачастую будет носить предположительный,вероятный характер. Для решения вопроса о возбуждении уголовного дела такогосодержания заключения специалиста может оказаться достаточно, но в дальнейшемвсе же следователю придется назначать соответствующую судебную экспертизу.

Например,следователь предложил специалисту осмотреть изъятое у задержанного лицавещество, похожее на наркотическое средство. Основываясь на своих специальныхзнаниях и профессиональном опыте, специалист может сделать предварительныйвывод, что данное вещество, возможно, является наркотиком, но обязательнодолжен будет отметить в своем заключении, что окончательный и достоверный выводпо поставленному вопросу может быть сделан по результатам проведениясоответствующей экспертизы.

Влюбом случае, даже при наличии заключения специалиста следователь должен будетназначать соответствующие судебные экспертизы, производство которых всоответствии со ст. 196 УПК РФ является обязательной. Кроме того, на нашвзгляд, следует назначать соответствующие судебные экспертизы во всех случаях,когда:

1)заключение специалиста противоречит другим доказательствам, собраннымследователем по уголовному делу;

2)заключение специалиста у следователя вызывает сомнения в его обоснованности идостоверности;

3)сам специалист, представивший заключение по требованию следователя, указываетна необходимость в дальнейшем назначения и производства соответствующейсудебной экспертизы;

4)после ознакомления с заключением специалиста стороны заявили следователю илисуду ходатайство о назначении и производстве по тем же объектам и тем жевопросам судебной экспертизы.

Оценказаключения специалиста должна производиться в соответствии с общими правиламиоценки доказательств. В соответствии с ч. 1 ст. 88 УПК РФ каждое доказательствоподлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, а вся совокупностьсобранных доказательств должна быть достаточной для разрешения уголовного дела.В соответствии с ч. 4 ст. 80 УПК РФ специалист после дачи заключения может бытьдля разъяснения своего мнения следователем допрошен. Допрос специалистаосуществляется следователем по общим правилам проведения допроса, указанным вст. 189 УПК РФ.

Такимобразом, новый вид доказательств — заключение и показания специалиста расширяютвозможности следователя по собиранию доказательств по уголовному делу.

2.2 Вещные доказательства

В ст.81 УПК РФ перечисляются вещественные доказательства. К ним относятся любыепредметы: 1) которые служили орудиями преступления или сохранили на себе следыпреступления; 2) на которые были направлены преступные действия; 3)деньги ииные ценности; 4) иные предметы и документы, которые могут служить средствамидля обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела.Анализ этой нормы свидетельствует, что законодатель понятие «вещественноедоказательство» отождествляет с вещью, предметом[69].

В тоже время согласно ст. 74 УПК доказательствами являются любые сведения, наоснове которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенномуголовно-процессуальным законом, устанавливает наличие или отсутствиеобстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, атакже иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Эти данныеустанавливаются в числе других средств доказывания и вещественнымидоказательствами.

Посколькусведения есть осознанная информация, нетрудно заметить, что законодатель вновом уголовно-процессуальном законе принял за основу информационную модельпонятия «доказательство», но оказался непоследовательным приопределении понятия «вещественное доказательство».

Пониманиевещественных доказательств в смысле ст. 81 УПК как предметов исключаетвозможность рассматривать их в качестве сведений, носителями которых выступаютлюди. Если отнести вещественные доказательства к информации, сведениям, то онине будут обладать вещественностью, предметностью, что противоречит ихопределению в ст. 81 УПК.

Слово«вещь» в общеупотребительном его смысле обозначает всякийнеодушевленный предмет, обладающий определенными свойствами. Свойства вещи — это то, что характеризует какую-либо ее сторону и что выявляется в еевзаимоотношениях с другими вещами или явлениями. Свойства в их отношении квещам подразделяются на две группы. Свойства одной группы образуют границуданной вещи, ибо с исчезновением их данная вещь превращается в другую; ихименуют качествами вещи. Свойства другой группы, не определяющие границ вещи,называют просто[70].

Учитывая,что в теории процессуальных доказательств под вещественными доказательствамипонимаются предметы, вещи, А. Козлов сформулировал два тезиса методологическогохарактера, с которыми трудно не согласиться:

а)вещественное доказательство есть получаемая субъектом процессуального познанияинформация, выраженная естественным кодом (это средство доказывания, функционирующеев процессе отражения не как предмет, вещь, а как сообщение, способное датьпознающему знание об обстоятельствах, выступающих объектами исследования);

б)вещественное доказательство (сообщение) и его источник (предмет, вещь) сутьразличные объективные реальности[71].

Источниквещественного доказательства формируется путем отражения информации наматериальных объектах. Если говорить о понятии «формированиедоказательства» с процессуальной точки зрения, то оно формируется путем«снятия» информации с источника доказательства процессуальнымисредствами.

Когдамы говорим о вещах как источниках доказательств, то подразумеваем, что эти вещиобладают такими свойствами, которые являются сведениями, имеющими значение длядела, т.е. доказательствами. Доказательство, таким образом, это не сама вещь, аее свойства.

Еслисвойства не относятся к числу существенных, не определяют качества вещи, то онимогут быть отделены от нее без изменения ее сущности, а будучи отделены,образуют сущность новой вещи, которая и выступает в качестве носителядоказательств[72].

Средипредметов, обладающих статусом вещественных доказательств, законодательназывает документы, если им присущи признаки, указанные в ст. 81 УПК РФ. Еслидокумент служил орудием преступления, был предметом преступного посягательстваили сохранил на себе следы преступления — это вещественное доказательство. Вовсех остальных случаях, когда документ содержит изложение фактов илиобстоятельств, надлежащим образом удостоверенное, — это документальноедоказательство (ст. ст. 83 — 84 УПК). Основание для их разграничения — незаменимость первых и заменимость вторых.

Средиисточников доказательств выделяются микрообъекты (микроследы, микрочастицы имикроколичества вещества), собирание которых осуществляется по специальноразработанным методикам и с помощью специального инструментария. Однако следуетотметить сложности, связанные с необходимостью исследования таких объектов идемонстрации результатов исследования в суде.

Многиесвойства вещественных доказательств (например, химический состав) недоступнывизуальному наблюдению и требуют более углубленного исследования иинтерпретации с использованием соответствующих специальных познаний.

Впринципе обстановку места происшествия также можно рассматривать в качествекомплексного вещественного доказательства. И в качестве такового онафиксируется путем отражения в протоколе осмотра, фотосъемкой или видеозаписью,что не исключает приобщения к делу отдельных предметов (фрагментов) обстановкив качестве источников вещественных доказательств и позволяет осуществлятьисследование путем проведения экспертиз.

Говоряо классификации доказательств, следует отметить, что в литературе отношение кделению доказательств на личные и вещественные неоднозначно. Некоторые авторысчитают его неправомерным, приводя основной аргумент формально-логическогопорядка: в таком делении один вид доказательств — вещественные доказательства — противопоставляется всем остальным[73]. По нашему мнению, посколькувещественное доказательство не тождественно предмету, на базе которого оносформировано публичным субъектом процессуального познания (следователем,дознавателем), оснований для такого деления нет.

Такимобразом, вещественное доказательство представляет собой сложное образование,состоящее из двух компонентов, различных по форме своего бытия: вещественного иличного, объективного и субъективного. Оно выступает перед участниками процессав форме материального бытия — как некоторый предмет, реальное существованиекоторого делает возможным зафиксировать его в сознании и протоколахследственных и судебных действий. Предъявление доказательства со стороны еговещественного компонента выступает «аргументом» очевидности,непосредственно, воочию убеждающим адресата в существовании предмета и егосвойств[74].

Согласноч. 2 ст. 81 УПК предметы, под которыми законодатель понимает вещественныедоказательства, осматриваются, признаются вещественными доказательствами иприобщаются к уголовному делу, о чем выносится соответствующее постановление.

Всоответствии с ч. 1 ст. 217 и ч. 1 ст. 284 УПК вещественные доказательства настадии ознакомления с материалами уголовного дела предъявляются дляознакомления обвиняемому и его защитнику, а на стадии судебного следствия они влюбой момент осматриваются по ходатайству сторон.

Законодатель,оставаясь на этот раз последовательным в части понятия «вещественноедоказательство» как вещи, видимо, считает необходимым представлениеданного предмета участникам процесса и суду.

Однакоанализ подп. «в» п. 1 ч. 2, подп. «б» и «в» п. 2,п. 3 ч. 2 ст. 82 УПК свидетельствует, что при определенных условиях допускаетсяфактическая утрата предмета, являющегося «вещественнымдоказательством».

Понашему мнению, в ходе предварительного расследования возможны и иные, непредусмотренные законом, случаи утраты предмета, на базе которого формируетсявещественное доказательство. Речь идет прежде всего об экспертном исследованиинаркотиков, следов биологического происхождения, боеприпасов, в частностивзрывчатых веществ.

Напрактике встает вопрос о возможности в случаях, не предусмотренных законом,признания вещественными доказательствами объектов, которые полностью иличастично утрачены в ходе расследования уголовного дела и которых нетвозможности представить ни на стадии ознакомления с материалами уголовногодела, ни в суде. Законодательно не решен вопрос: в каком объеме признаватьвещественным доказательством объект, который частично утрачен, например, в ходеэкспертного исследования — в объеме легализованного в уголовном процессе или вобъеме, который можно представить суду фактически. Резонно встает вопрос овозможности признания допустимыми вещественных доказательств в случаях утратыобъектов, на основании которых они сформированы.

Еслиследовать логике законодателя, что «вещественное доказательство» иесть предмет, вещь, то невозможность представления этого объекта судупредполагает признание вещественного доказательства недопустимым.

Еслиже исходить из посылки, что «вещественное доказательство» естьсведения, «снятые» с предмета, вещи процессуальными средствами, тоотпадает вопрос о необходимости представления суду данного объекта.

Законодательнаяформулировка понятия «вещественное доказательство» является, на нашвзгляд, рудиментом теории доказательств. Развитие общественных отношенийтребует новых подходов к развитию процессуальных отношений, в том числе и всфере обеспечения прав потерпевших.

Напрактике все чаще и чаще на стадии предварительного расследования передпрокурорами встает вопрос обеспечения прав потерпевших в части возвратапохищенного у них имущества и денежных средств.

Впринципе законодатель предусмотрел такую возможность в отношениискоропортящихся товаров и продукции, имущества, подвергающегося быстромуморальному старению, предметов, которые в силу громоздкости или иных причин немогут храниться при уголовном деле, в том числе большие партии товаров,хранение которых затруднено или издержки по обеспечению специальных условийхранения которых соизмеримы с их стоимостью (подп. «б» п. 1, подп.«а» п. 2 ч. 2 ст. 82 УПК). Речь идет о предметах, которые в силу ихспецифических свойств утрачивают свои качества с течением времени. Однако можнотолько догадываться, что имел в виду законодатель, обусловливая возможностьвозврата таких предметов законному владельцу отсутствием ущерба длядоказывания.

Необходимостьвозвращения законному владельцу его имущества на стадии предварительного расследованиявозникают достаточно часто, например, при кражах из торговых точек большихпартий ценного имущества, привлечении оперативными службами больших суммденежных средств для передачи вымогателям или взяткополучателям.

Этотолько часть проблем, связанных с понятием «вещественноедоказательство», его нынешним законодательным определением. Практиканастоятельно требует развития теории доказательств, адекватного отражения взаконодательстве реалий сегодняшнего дня, приведения в соответствие синформационной концепцией понятия «вещественное доказательство», авозможно, и отказа от этого понятия в его современной интерпретации.

Протоколысудебных заседаний, составленные в соответствии с требованиями УПК РФ, являютсядоказательствами по уголовным делам (ст. 83 УПК). Именно этим во многом иопределяется их значение в уголовном судопроизводстве.

Однаков ст. 83 УПК не говорится, в каких именно судебных заседаниях должны вестисьпротоколы, а п. 50 ст. 5 УПК определяет, что судебное заседание — процессуальная форма осуществления правосудия в ходе досудебного и судебногопроизводства по уголовному делу. Более точный ответ на вопрос, что же нужнопонимать под судебным заседанием, содержится, как представляется, в п. 51 ст. 5УПК, из анализа которого вытекает, что судебное заседание — это судебноеразбирательство в судах первой, второй и надзорной инстанций, к суду же второйинстанции относятся суды апелляционной и кассационной инстанций (п. 53 ст. 5УПК).

Следовательно,судебное заседание — это судебное разбирательство, в том числе в судах первой,апелляционной и кассационной инстанций. Но протокол судебного заседания всоответствии с УПК РФ ведется лишь в суде первой инстанции (ч. 9 ст. 234, ст.259 УПК) и в суде апелляционной инстанции (ст. 372 УПК), ведение протокола всуде кассационной инстанции УПК не устанавливает, что представляется егосущественным недостатком.

Ведениепротокола судебного заседания в кассационной инстанции не предусматривалось и вранее действовавшем УПК РСФСР, но это совсем не означает, что в новом УПК РФ недолжно быть нормы, обязывающей вести названный протокол. Наоборот,установленный ст. 377 УПК РФ новый порядок рассмотрения уголовного дела судомкассационной инстанции делает просто необходимым ведение в этом суде протоколасудебного заседания.

Так,в соответствии с ч. 4 ст. 377 УПК при рассмотрении дела в кассационном порядкесуд вправе по ходатайству стороны непосредственно исследовать доказательства всоответствии с требованиями главы 37 УПК. А глава 37 УПК, как известно,регламентирует порядок судебного следствия при производстве в суде первойинстанции.

Следовательно,рассматривая уголовное дело, суд кассационной инстанции правомоченнепосредственно исследовать доказательства: допросить осужденного илиоправданного, потерпевшего, свидетелей, экспертов, осмотреть вещественныедоказательства, а при необходимости и соответствующие местность или помещение,огласить протоколы следственных и судебных действий, произвестиосвидетельствование и другие следственные действия, указанные в главе 37 УПК.

Незакрепив за судом кассационной инстанции право производства следственныхдействий, УПК РФ не указывает, в каком порядке фиксируются результаты этихдействий и в каком именно процессуальном документе. Подобное положение лишаетучастников уголовного судопроизводства, имеющих право приносить надзорнуюжалобу и надзорное представление, возможности ссылаться в них надоказательства, полученные в результате следственных действий, выполненных вкассационной инстанции.

Предоставивсуду кассационной инстанции право непосредственно исследовать доказательства,законодатель тем самым, как верно отмечается в юридической литературе,приблизил кассационную инстанцию по своей процессуальной форме к апелляции[75].Но так как при апелляционном порядке рассмотрения уголовного дела ведетсяпротокол судебного заседания в соответствии с требованиями, определенными ст.259 УПК (ст. 372 УПК), то и при рассмотрении дела в кассационном порядкенеобходимо вести такой же протокол.

Впротоколе, как представляется, в числе других данных, названных в ст. 259 УПК,обязательно должны указываться: сведения о разъяснении конкретным участникамсудебного заседания их прав, обязанностей и ответственности; подробноесодержание заслушанных показаний; вопросы, заданные допрашиваемым, и их ответы;результаты произведенных в судебном заседании осмотров и других действий поисследованию доказательств; обстоятельства, которые участники уголовногосудопроизводства просят занести в протокол; основное содержание доводов лиц,подавших кассационную жалобу или представление, а также возражений других лиц,участвовавших в заседании суда кассационной инстанции; сведения о разъяснениисудом права обжалования вступившего в законную силу определения суда в порядке,установленном главой 48 УПК.

Следуетотразить в протоколе и данные о дополнительных материалах, представленныхсторонами в суд кассационной инстанции в соответствии с ч. ч. 5 и 6 ст. 377УПК.

ДополнениеУПК РФ нормой, обязывающей вести протокол в суде кассационной инстанции,положительно скажется на качестве решений, принимаемых данным судом, наобоснованности приносимых сторонами надзорного представления или жалобы, назаконности и обоснованности решений суда надзорной инстанции, который в числедругих материалов уголовного дела получит возможность изучить и протоколзаседания суда кассационной инстанции.

К нимотносятся любые документы, изготовленные не в ходе процессуальной деятельности(справки, акты ревизий, аудиторских и иных проверок, ведомости, расписки идр.). Доказательствами они становятся, если изложенные в них сведения имеютзначение для установления обстоятельств уголовного дела (ст. 84 УПК).

Наиболеераспространенными являются письменные документы (печатные и рукописные). Носведения, содержащиеся в документе, могут быть зафиксированы и в ином виде. Ктаким документам относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи ииные носители информации (ст. 84 УПК).

В качестведоказательств могут выступать как официальные документы (справки, акты и т.п.),так и неофициальные (например, личное письмо).

Документымогут быть первоначальными (подлинники) и производными (копии).

Документыдолжны быть получены в установленном законом порядке — изъяты в ходепроизводства какого-либо следственного действия, истребованы либо представленыкем-либо из участников судопроизводства. Факт их получения следователем илисудом должен быть соответствующим образом процессуально оформлен.

Официальныедокументы должны содержать все необходимые реквизиты (печать, подписи и т.д.).

Обязательнымусловием использования документов в качестве доказательств является то, чтодолжен быть известен их источник — автор или исполнитель. Особенно это касаетсяличных документов, которые могут не содержать даже подписи. Поэтому припроверке таких документов должен проводиться допрос их автора или исполнителя,в необходимых случаях может производиться почерковедческая или автороведческаяэкспертиза, а применительно к фонограммам — фоноскопическая.

Документыприобщаются к материалам уголовного дела и хранятся в течение всего срока егохранения (ч. 3 ст. 84 УПК). Однако вынесения особого постановления(определения) о таком приобщении, как это имеет место в отношении вещественныхдоказательств, не требуется. Имеется в виду их «физическое»приобщение, т.е. они просто подшиваются в дело.

Походатайству законного владельца изъятые и приобщенные к уголовному делудокументы или их копии могут быть переданы ему (ч. 3 ст. 84 УПК).

Документы,как самостоятельный вид доказательств, необходимо отличать от документов — вещественных доказательств. Любой документ может стать вещественнымдоказательством, если приобретает какой-либо из его признаков, о которых речьшла выше (например, будет похищен или подвергнется подчистке). В таких случаяхдокумент приобщается к делу в качестве вещественного доказательства.


Глава 3. Доказывание в уголовном процессе3.1 Понятие процесса доказывания

Разрешение всякого уголовного дела сводится квыполнению двух задач: а) установление наличия или отсутствия определенногособытия; б) подведение этого события под соответствующую правовую норму, т.е.применение к нему закона. Первая задача дает в правовой теории начало учению одоказывании и доказательствах, вторая — о квалификации преступлений. Но в товремя как квалификация преступлений есть вопрос всецело юридический, вопрос одоказывании и доказательствах имеет более общее значение и ставится в самыхразных областях человеческой деятельности, связанных с исследованием ипознанием. В этом широком смысле само понятие доказательства можетрассматриваться в двух значениях. Оно, во-первых, означает средства познания,необходимые для того, чтобы при их помощи сделать заключение (вывод) онеизвестном. Это доказательственный материал, служащий для установленияискомого обстоятельств.

Во-вторых, широкое понятие доказательства имеетзначение самого мыслительного процесса, посредством которого искомоеобстоятельство ставится в связь с обстоятельствами уже известными. В такомзначении понятие доказательства используется в логике, с точки зрения которойдоказательство — это мыслительная деятельность (умозаключение) по обоснованиюистинности одного суждения (тезиса) путем приведения двух других истинныхсуждений (аргументов). Иначе в теории судопроизводства. Здесь доказательствопонимается как средство познания, приближающееся по своему содержанию изначению (хотя и не совпадающее с ним полностью) к аргументу в доказательствелогическом. То же, что в логике называют доказательством, в теориисудопроизводства более соответствует понятию доказывания. Таким образом,процессуальное доказывание есть форма обоснования (установления) всудопроизводстве неизвестных обстоятельств. Процессуальные доказательстваявляются здесь средством такого обоснования. Вместе с тем в процесседоказывания используется и логическое доказательство как способ мыслительнойсвязи фактов и получения логических выводов по делу.

Доказывание представляет собой неразрывное единствопрактической деятельности органов дознания, следствия, прокуратуры и суда пособиранию и проверке доказательств и мыслительной деятельности, заключающейся воценке доказательств и обосновании вытекающих из них выводов[76].

Однако практическая и мыслительная деятельность,будучи компонентами единого процесса доказывания, существенно отличаются другот друга: собирание и проверка доказательств — это внешние, объективированныедействия, которые могут регламентироваться нормами права. Деятельность же пооценке доказательств и обоснованию выводов в меньшей степени подверженаправовому регулированию, она подчиняется объективно существующим, не зависящимот воли людей законам мышления, правилам логики. Это послужило некоторымавторам основанием для утверждения, что доказывание — это лишь практическаядеятельность по собиранию и исследованию доказательств, а оценка доказательствлежит за пределами процессуального доказывания[77].

Но из того, что собирание и проверка доказательств,с одной стороны, и их оценка — с другой, представляют собой два видадеятельности, подчиняющихся качественно различным законам, вовсе не следует,что деятельность по оценке доказательств вообще не может регулироватьсяправовыми актами. Правовая регламентация деятельности органов дознания,следствия, прокуратуры и суда по оценке доказательств возможна. Более того, онаво многом предопределяет достижение цели доказывания — установленияобстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК. Не случайно поэтому, что исходныеположения оценки доказательств, принятые той или иной доказательственной системой,определяют всю структуру и характер этой системы как специфической для каждойданной исторической формы процесса (например, системы формальной оценкидоказательств, свободной оценки доказательств, оценки доказательств повнутреннему убеждению)[78].

Доказывание в судопроизводстве имеет рядсущественных особенностей, отличающих его от иных форм человеческого познания.

1. Доказывание применяется по уголовным делам, тоесть конкретным жизненным случаям, в отношении которых осуществляютсяправоприменительные действия в связи с разрешением вопроса об уголовнойответственности. Поэтому оно применяется для установления не любых, но, какправило, только таких обстоятельств, на основе которых можно принять решение поделу (предмет доказывания), дав ответ на вопрос об уголовной ответственностиконкретного лица. Доказывание следует отличать от некоторых иных способовпознания, которые обычно используются в ходе производства по делу для выясненияобстоятельств, позволяющих принимать решения и совершать действия, имеющиеподготовительный и вспомогательный характер. Так, данные, указывающие напризнаки преступления, достаточные для возбуждения уголовного дела, могут быть добытыиз любых иных источников, нежели заявление о преступлении или явка с повинной,то есть не исключается их получение, например, и из негласныхоперативно-розыскных источников с изложением в форме рапорта сотрудника органадознания, а не посредством собирания доказательств (ст. ст. 140, 143 УПК). Это,впрочем, не исключает при обосновании подобных решений и использованияуголовно-процессуальных доказательств как универсального средства установлениялюбых обстоятельств, имеющих значение для дела.

Доказывание — единственный процессуальный способустановления и удостоверения обстоятельств, имеющих значение для дела, но неединственный путь познания истины.

Так, следователь при производстве следственныхдействий (осмотра, обыска, допроса свидетелей и т.п.) воспринимает большойобъем информации, которая еще не является доказательством, поскольку она покане облечена в надлежащую процессуальную форму, не закреплена в соответствующихпроцессуальных актах. И даже если эти сведения по каким-либо причинам так и осталисьнезафиксированными, следователь тем не менее получил определенные знания обинтересующих его обстоятельствах, познал их[79].

Об этих обстоятельствах можно узнать и из анонимныхсообщений, слухов, данных, полученных с помощью оперативно-розыскныхмероприятий, и т.п. Сведения, полученные в результате такой познавательнойдеятельности, не являются доказательствами и не могут быть использованы дляобоснования выводов по делу. Но эта информация содействует доказыванию,позволяя правильно выбрать его направление, помогая определить источники, изкоторых в установленном законом порядке можно получить интересующие следователяи суд сведения, наметить тактику производства следственных действий и т.п.

Факты, необходимые для правильного разрешения дела,можно познать и интуитивно (догадаться об их существовании илинесуществовании). Интуиция — это основанная на опыте и знаниях интеллектуальнаяспособность быстро, непосредственно и неосознанно находить решение творческойзадачи при ограниченном исходном материале. Нельзя согласиться с суждениями,что никакая интуиция не способна дать истинного знания, что в следственной исудебной деятельности интуиция — это не тот путь, который ведет следователя исудей к истине, это путь к заблуждению, к подмене логических аргументовфантазированием[80]. Интуитивная догадкаследователя содействует и развитию версий, проверка которых приводит кустановлению истины. В этом и состоит значение интуиции. Но в процесседоказывания интуиция играет лишь вспомогательную роль и не можетнепосредственно служить обоснованием вывода следователя и суда по делу.

Таким образом, познание представляет собой получениезнаний об обстоятельствах, имеющих значение для дела, а доказывание — получениезнаний об этих обстоятельствах лишь в установленной законом процессуальнойформе. Понятие познания по уголовному делу шире понятия доказывания, оноохватывает собой не только доказывание, но и иные способы получения информации,содействующие установлению объективной истины. Поэтому неверно, чтодоказательства являются единственными средствами познания фактов, исследуемыхпо уголовному делу, что органы предварительного расследования, прокуратуры исуда могут получить необходимое знание о явлениях внешнего мира, которые имеютзначение для правильного разрешения дела, не иначе как путем процессуального доказывания[81].

С другой стороны, доказывание не толькопознавательный, но и удостоверительный процесс; информация, полученная врезультате этой деятельности, может быть использована для обоснования итоговыхвыводов следствия и суда по уголовному делу. Результаты же познавательнойдеятельности удостоверяются, фиксируются далеко не всегда, не могут служитьобоснованием конечных выводов, а лишь имеют вспомогательное, ориентирующеезначение, помогая выдвинуть версии, определить источник, из которого можнополучить доказательственную информацию, и т.п.[82]

2. Предмет доказывания составляют лишь конкретныефактические обстоятельства прошлого и настоящего. Доказывание не включаетоценку уже установленных обстоятельств с точки зрения юридической квалификации,а ограничивается только их фактической сущностью. Оно не направлено наобоснование юридических признаков событий, как это имеет место, например, приквалификации преступления. Вместе с тем доказывание предполагает в первуюочередь оценку устанавливаемых обстоятельств с точки зрения их достоверности,то есть соответствия действительности. К понятию фактических обстоятельствотносятся не только сами факты, понимаемые как некие материальные фрагментыреальности (факт нанесения побоев, факт смерти, факт психического расстройстваи т.д.), но также их связи, отношения, закономерности. Так, например, можетдоказываться возможность наступления общественно опасных последствий деяния;способность обвиняемого осознавать фактический характер и общественную опасностьсвоих действий или руководить ими вследствие факта наличия у него психическогорасстройства и др.

3. Фактические обстоятельства уголовного делатребуют исследования с помощью практических действий, направленных на получениедоказательственной информации. Процессуальное доказывание не ограничиваетсяодной лишь мыслительной деятельностью, умозаключениями, а включает в себядеятельность по собиранию и проверке доказательств. Таким образом, оно имеет нетолько познавательную (гносеологическую), но и практическую (праксеологическую)сторону.

4. Будучи не только мыслительной, но и практическойдеятельностью, доказывание подвергается детальной законодательнойрегламентации, которая составляет его юридическую сторону, или процессуальнуюформу. Соблюдение процессуальной формы доказывания обеспечивает:

— наиболее целесообразный порядок познания истины поделу, поскольку в процессуальных правилах доказывания сконцентрированмноговековой опыт судопроизводства, нашли отражение оптимальные способыпознания обстоятельств уголовных дел;

— защиту прав и законных интересов участниковсудопроизводства;

— удостоверение (фиксацию) результатовдоказательственной деятельности, которая создает условия для проверки собранныхдоказательств и на этой основе достоверного познания обстоятельств дела нетолько субъектом доказывания, непосредственно собирающим доказательства, но ивышестоящими процессуальными инстанциями (прокурором, судом) и другимиучастниками уголовного судопроизводства. Удостоверительная деятельностьсубъекта доказывания включает: составление протоколов следственных действий,привлечение понятых, использование технических средств фиксациидоказательственной информации (аудио-, видеозапись и т.д.). Поскольку всякоеуголовное дело обязательно завершается тем или иным официальным решением,принятие которого к тому же нередко должно укладываться в установленные закономсроки, доказывание также имеет срочный характер. При этом оно всегда должноприводить к обоснованию определенного вывода относительно обстоятельств, которыедолжны служить фактическим основанием для вынесения решения по делу. Однакопознание обстоятельств уголовного дела в полном соответствии сдействительностью, то есть установление материальной или объективной истины,возможно не во всех случаях. Позитивное познание обстоятельств преступленияпорой сталкивается с непреодолимыми трудностями, такими, как утрата следовпреступления, сокрытие подозреваемого, либо с препятствиями юридическогопорядка (например, наличие ранее состоявшегося и вступившего в законную силуприговора по тому же обвинению, которым обстоятельства дела установлены иначе,чем в данном случае). Тогда доказывание прибегает к обоснованию вывода осоответствующих обстоятельствах не только посредством получения доказательств,но и с помощью юридических фикций — презумпций и преюдиций, благодаря которымфактически непознанные или оставляющие сомнения обстоятельства условнопринимаются за истину. Поэтому цель доказывания может состоять не только вфактическом установлении (познании) истины по делу, то есть обосновании спомощью доказательств достоверного знания относительно искомых обстоятельств,но и в юридическом установлении этих обстоятельств, когда: а) неустранимыесомнения толкуются в пользу обвиняемого (бремя доказывания при презюмировании невиновности);б) они уже установлены доказательствами, на которых основан вступивший взаконную силу приговор (при использовании преюдиций). Конечно, фактическоеустановление обстоятельств уголовного дела в соответствии с действительностью(достижение истины) является наиболее желательным результатом и главной цельюдоказывания. Установление же обстоятельств дела на основе презумпций ипреюдиций становится целью доказывания лишь в том случае, если главная цельдоказывания (объективная истина по делу) не может быть достигнута. Такимобразом, процессуальное доказывание нельзя полностью отождествлять лишь спознавательной деятельностью — его сущность состоит в обосновании выводов обобстоятельствах дела как познавательными (гносеологическими), так и юридическимиспособами. Истина как цель доказывания включает в себя не только объективную,или материальную истину, но и истину юридическую, или формальную[83].

В УПК (ст. 85) законодательное определение термина«доказывание» отсутствует. В данной статье лишь говорится, чтодоказывание состоит в собирании, проверке и оценке доказательств в целяхустановления обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК.

В литературе также единой дефиниции не выработано.Так, одни полагают, что доказывание — это деятельность познавательная иудостоверительная компетентных государственных органов, среди которыхтрадиционно называют и суд, но также традиционно не упоминают адвоката[84].

Другие авторы определяют доказывание как«регулируемую законом деятельность, состоящую в собирании, проверке иоценке доказательств в целях установления обстоятельств, подлежащих доказываниюпо уголовному делу по УПК»[85].

По мнению третьих, доказывание — это урегулированнаязаконом деятельность по установлению и обоснованию обстоятельств уголовногодела, на основе которых может быть разрешен вопрос об уголовной ответственности[86].

Четвертые пришли к выводу о том, что доказыванием вуголовном процессе (уголовно-процессуальным доказыванием, доказыванием поуголовному делу) называется регламентированная законом деятельность органовдознания, предварительного следствия, прокурора и суда при участии другихучастников уголовного судопроизводства по собиранию, проверке и оценке сведений(фактических данных) об обстоятельствах, установление которых необходимо дляправильного разрешения дела[87].

Анализируя доказывание как процесс, заметим, что оноявляется важной составной частью уголовно-процессуальной деятельности,обеспечивая информационную базу расследования, ее возникновение, развитие изакрепление. Но несмотря на огромное значение для уголовно-процессуальной деятельностиопределения понятия доказывания, в действующем уголовно-процессуальномзаконодательстве оно отсутствует. Однако от правильного употребления терминазависит «узнаваемость» директивы, а присутствие множестватерминологических единиц вносит, как правильно подметил В.М. Савицкий в однойиз своих работ, «сумятицу в правоприменение»[88].

При анализе вышеизложенных суждений о понятиидоказывания нельзя не видеть того, что в них не говорится о том, чтодоказывание — это непосредственная и опосредованная уголовно-процессуальнымзаконом познавательная и удостоверительная деятельность лица, ведущегопроизводство по уголовному делу.

Наряду с этим в первой дефиниции не говорится о том,что деятельность по собиранию, проверке и оценке доказательств осуществляетсяне только дознавателем, следователем, прокурором или судом, но также и сучастием сторон. Что касается неупоминания адвоката по его участию, подобнокомпетентным органам, в доказывании, то оно обусловлено тем, что защитник неможет производить следственные действия, он не вправе проводить и«параллельное расследование». Собранные им материалы в соответствии сч. 3 ст. 86 УПК становятся доказательствами после их закрепления путемприобщения к уголовному делу в качестве таковых лицом, производящимрасследование, или судом.

В свете сказанного очевидна условность фразы«представление защитником доказательств» — правильнее было быговорить о собирании и представлении защитником документов и предметов (ст. 84,86 УПК).

Участие защитника лишь в собирании доказательств — начальном элементе доказывания — свидетельствует о его неравноправном статусе вуголовном судопроизводстве и о деформации принципа состязательности иравноправия сторон: дознаватель, следователь, прокурор и суд наделены правом нетолько собирать, но и осуществлять их проверку и оценку, и поэтому лишениеправа защитника на проверку и оценку собранных им доказательств означаетущемление его процессуального статуса.

Для защитника собирание доказательств не являетсясамоцелью — оно необходимо для оперирования ими, для доказывания. Однако длятого чтобы оперировать доказательствами, использовать их как средстводоказывания, их надлежит изучить, исследовать[89]. Между тем защитник этойвозможности лишен, ибо согласно ст. 87 УПК проверка доказательств производитсядознавателем, следователем, прокурором и судом путем сопоставления их с другимидоказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления ихисточников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающихпроверяемое доказательство.

Неправомочен защитник и осуществлять в логическихформах мыслительную деятельность по оценке доказательств, так как закон (ст. 88УПК) не называет защитника в числе участников уголовного судопроизводства,могущих осуществлять по указанным правилам оценку доказательств[90].

Что касается второго и третьего определения понятиядоказывания, то в них отсутствует указание на то, кем осуществляетсядоказывание по уголовному делу. В силу ч. 1 ст. 86 УПК это вправе сделатьдознаватель, следователь, прокурор и суд.

При анализе четвертого определения понятиядоказывания нетрудно заметить, что автор ошибочно ведет речь об «участиидругих участников уголовного судопроизводства по собиранию, проверке и оценкесведений (фактических данных)». Между тем, как это правильно указывается влитературе, «иные участники уголовного судопроизводства со стороныобвинения и защиты участвуют в доказывании посредством заявления ходатайств,участия в производстве следственных и судебных действий, судебных прений,обжалования действий и решений, связанных с доказыванием»[91].

С учетом изложенного, полагаем, что«доказывание — это регламентированная Уголовно-процессуальным кодексомРоссийской Федерации непосредственная и опосредованная познавательная иудостоверительная деятельность по собиранию, проверке и оценке дознавателем,следователем, прокурором и судом доказательств в целях установления истины обобстоятельствах, наличие которых необходимо для правильного разрешениядела».

Нуждается в уточнении ст. 85 УПК РФ«Доказывание», регулирующая доказывание. Из содержания данной статьитрудно сделать вывод о том, на ком лежит обязанность доказывания, какова в немроль невластных субъектов уголовного процесса. Данные недостатки могут бытьустранены, если анализируемую статью изложить в следующей редакции:«Доказывание состоит в собирании, проверке и оценке дознавателем,следователем, прокурором и судом доказательств в целях установления обстоятельств,предусмотренных ст. 73 настоящего Кодекса. Иные участники уголовногосудопроизводства со стороны обвинения и защиты участвуют в доказываниипосредством заявления ходатайств, участия в производстве следственных действийи решений, связанных с доказыванием».

3.2 Правила оценки доказательств

Согласно ч. 1 ст. 88 УПК РФ каждое доказательствоподлежит оценке с точки зрения его относимости, допустимости и достоверности.Оценка относимости и достоверности доказательств осуществляется, как правило,по единым критериям. В противовес этому вопрос об установлении допустимостисведений решается далеко не однозначно.

Представляется, что законодатель придает особоезначение допустимости доказательств по сравнению с остальными свойствами,поскольку именно ему в УПК РФ уделяется наибольшее внимание (ст. ст. 7, 75, 88и др.), чего нельзя сказать об относимости и достоверности[92].

Нормативное предписание о том, что доказательства,полученные с нарушением порядка, установленного уголовно-процессуальнымзаконом, являются недопустимыми (ч. 1 ст. 75 УПК), послужило основанием дляконцепции, образно названной «плодами отравленного дерева». По еесмыслу при любом нарушении порядка собирания доказательств должно применятьсяправило о недопустимости использования его результатов в процессе доказывания[93].

Другой подход к оценке рассматриваемого свойства вюридической литературе получил название «асимметрии» правил одопустимости доказательств. Суть этих правил заключается в том, что нарушения,допущенные стороной обвинения в порядке собирания доказательств, не должныпрепятствовать их использованию в интересах защиты.

Полагаем, что указанные концепции оценкидопустимости доказательств не бесспорны. Дело в том, что квинтэссенция ст. 6УПК, посвященной назначению уголовного судопроизводства, заключается вследующем: уголовный процесс Российской Федерации служит защите прав и законныхинтересов личности как от преступлений, так и от необоснованного преследованияи обвинения.

Требование допустимости выполняет несколько функций:охранительную (гарантирует права и свободы личности, вовлеченной в сферууголовного судопроизводства), регулятивную (упорядочивает процесс получениясведений в соответствии с законом) и познавательно-удостоверительную(обеспечивает достоверность, т.е. адекватность скопированной доказательственнойинформации ее источнику в объективной действительности, а также ее последующуюсохранность).

Исходя из этого полагаем, что недопустимыми должныпризнаваться доказательства: 1) в случаях, прямо указанных в законе; 2) еслисобирание сведений проводилось вопреки гарантированному Конституцией РФ статусуличности; 3) если нарушение установленного порядка получения доказательствповлекло неустранимые сомнения в их достоверности.

Думается, что запрет на использование в процесседоказывания любых сведений, полученных с нарушением установленного порядка,правилен по существу, но раскрыт в ст. 75 УПК половинчато. Действительно,попрание уголовно-процессуальной формы недопустимо и ничем не оправдывается, нонельзя же всегда руководствоваться принципом «чтобы выпрямить, необходимоперегнуть». Если нарушения установленного законом порядка собирания изакрепления доказательств не накладывают тень сомнения на их достоверность ипоследствия несущественны и устранимы, то неразумно отказываться от доказательственнойинформации в условиях, как правило, ее острого дефицита при расследовании,рассмотрении и разрешении дела.

В изложенном выше аспекте назначения уголовногосудопроизводства «асимметрия» правил о допустимости доказательстввидится неприемлемой. В уголовном процессе, ориентированном против преступностии на защиту вовлеченной в него личности, в доказывании не должно отдаватьсяприоритета ни одной из сторон, поскольку обвинение и защита равноправны передсудом (ч. 4 ст. 15, ст. 244 УПК).

«Асимметрия» правил о допустимостидоказательств препятствует реализации принципа состязательности в уголовномсудопроизводстве, поскольку «состязательность — это способ исследования иоценки доказательств, способ отстаивания участниками процесса своих или представляемыхинтересов», как правомерно заключает А. Гуськова[94].

Так, при проведении предварительного слушания, еслистороной заявлено ходатайство об исключении доказательства по основаниям егонедопустимости, судья выясняет у другой стороны, есть ли у нее возраженияпротив ходатайства, тем самым уравнивая возможности сторон в обоснованиидоказываемого ими тезиса.

Представляя суду свои доводы относительно законностиполучения тех или иных доказательств, стороны состязаются в оказании влияния наего внутреннее убеждение. Причем сторона защиты находится в более выгодномположении, поскольку ей достаточно заявить ходатайство и привести доводынедопустимости сведений, обязанность по опровержению которых законом возложенана прокурора. В остальных случаях бремя доказывания лежит на стороне, заявившейходатайство.

Эти правила, восходящие к принципу презумпцииневиновности, обеспечивают состязательные начала судебного производства, посколькуот активности и профессионализма сторон зависит доказательственная база ихоппонентов. При отсутствии возражений об исключении доказательства на основанииего недопустимости суд удовлетворяет ходатайство (ч. 5 ст. 234, ч. ч. 1 и 4 ст.235 УПК).

Крен в сторону «асимметрии» правил одопустимости доказательств неприемлем и потому, что допускает использование впроцессе доказывания сведений, полученных вопреки конституционному статусуличности, а также доказательств, полученных с грубейшими процессуальныминарушениями. Полагаем, что в российском уголовном судопроизводстве должнаприменяться концепция рациональной допустимости доказательств. По крайней мере,по этому пути идет практика[95] и за нее ратуют многиеученые[96]. Обозначенный подход кдопустимости справедлив по своей сути, так как учитывает интересы общества вцелом, а также отдельной личности, будь она потерпевшим или обвиняемым.Рациональная допустимость подчеркивает особую роль независимого ибеспристрастного суда перед равноправными и состязающимися сторонами.

С учетом изложенного можно сказать, чтодоказательства будут недопустимыми, если:

1) при их собирании и закреплении были нарушеныгарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина;

2) были допущены нарушения установленного УПК РФпорядка их собирания и закрепления, влекущие неустранимые сомнения вдостоверности полученных доказательств.

А к недопустимым доказательствам относятся:

1) показания подозреваемого, обвиняемого, данные входе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника,включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым,обвиняемым в суде;

2) показания потерпевшего, свидетеля, основанные надогадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не можетуказать источник своей осведомленности;

3) доказательства, полученные ненадлежащим лицом илиорганом либо в результате действий, не предусмотренных либо запрещенныхуголовно-процессуальным законом;

4) сведения, полученные из источника, непредусмотренного ч. 2 ст. 74 УПК РФ.


Заключение

1. С учетом изложенногополагаем, что под источником доказательств понимаются: показания, заключения,вещественные доказательства, протоколы и иные документы, содержащиеся сведенияо фактах, вовлеченные в сферу доказывания в установленном законодательствомпроцессуальном порядке.

В этой связи намипредлагается внести следующие изменения и дополнения в ч. 2 ст. 74 УПК РФ:

«В качестведоказательств допускаются:

1) показанияподозреваемого, обвиняемого, полученные посредством использованияпроцессуальной формы;

2) показанияпотерпевшего, свидетеля, полученные посредством использования процессуальнойформы;

3) заключение и показанияэксперта, полученные посредством использования процессуальной формы;

4) заключение и показанияспециалиста, полученные посредством использования процессуальной формы;

5) вещественныедоказательства, полученные посредством использования процессуальной формы;

6) протоколы следственныхи судебных действий, полученные посредством использования процессуальной формы;

7) иные документы».

2. Было бы логичнымвключение в заключение специалиста и сведений о предупреждении специалиста обответственности за дачу заведомо ложного заключения. Но, как ни парадоксальноэто прозвучит, учитывая то, что в соответствии с ч. 2 ст. 74Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в качестве доказательствпо уголовному делу на равных допускаются и заключение эксперта, и заключениеспециалиста, на сегодняшний день подобная ответственность российскимзаконодательством не предусмотрена. Представляется, что за дачу специалистомзаведомо ложного заключения должна быть определена в соответствии со ст. 307Уголовного кодекса Российской Федерации ответственность, равная ответственностиза дачу заведомо ложного заключения экспертом.

3.Нуждаетсяв уточнении ст. 85 УПК РФ «Доказывание», регулирующая доказывание. Изсодержания данной статьи трудно сделать вывод о том, на ком лежит обязанностьдоказывания, какова в нем роль невластных субъектов уголовного процесса. Данныенедостатки могут быть устранены, если анализируемую статью изложить в следующейредакции: «Доказывание состоит в собирании, проверке и оценкедознавателем, следователем, прокурором и судом доказательств в целяхустановления обстоятельств, предусмотренных ст. 73 настоящего Кодекса. Иныеучастники уголовного судопроизводства со стороны обвинения и защиты участвуют вдоказывании посредством заявления ходатайств, участия в производствеследственных действий и решений, связанных с доказыванием».

4.Определенным пробелом в УПК РФ является отсутствие норм о допросе специалиста.Подпункт 3.1 п. 2 ст. 74 УПК РФ введен ФЗ от 04.07.2003 N 92-ФЗ, однакозаконодатель, предусмотрев новый источник доказательств — показания изаключения специалиста, не привел нормы УПК РФ в соответствие с указаннымнововведением.

Очевидно,что при допросе специалиста должны применяться правила, отличные от правилдопроса эксперта или свидетеля.

5.Определение иного документа, данное в УПК РФ, представляется чрезмерно широким,что позволяет протаскивать в уголовный процесс различные доказательства,полученные с нарушением установленного порядка и с использованием не предусмотренныхзаконом средств.

Так,в соответствии с ч. 2 ст. 84 УПК РФ «иные документы» могут содержатьсведения, зафиксированные как в письменном, так и в ином виде. К ним могутотноситься материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носителиинформации, полученные, истребованные или представленные в порядке,установленном статьей 86 названного Кодекса.

Понашему мнению, указанная норма должна быть дополнена словами «и приотсутствии нарушений, указанных в ст. 75 УПК РФ».

6.Дополнение УПК РФ нормой, обязывающей вести протокол в суде кассационнойинстанции, положительно скажется на качестве решений, принимаемых данным судом,на обоснованности приносимых сторонами надзорного представления или жалобы, назаконности и обоснованности решений суда надзорной инстанции, который в числедругих материалов уголовного дела получит возможность изучить и протоколзаседания суда кассационной инстанции.


Список использованных источников

 

Нормативный материал

1.        КонституцияРоссийской Федерации, принята всенародным голосованием 12.12.1993 г. //Российская газета. 1993. № 237.

2.        Уголовно-процессуальныйкодекс Российской Федерации от 18.12.2001 г. № 174-ФЗ, принят ГД ФС РФ22.11.2001 г. (в ред. от 30.12.2006) // Собрание законодательства РоссийскойФедерации. 2001. № 52 (ч. I). Ст. 4921.

3.        Федеральный законот 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности вРоссийской Федерации» (в ред. от 30.12.2001) // Собрание законодательстваРоссийской Федерации. 2001. № 23. Ст. 2291.

4.        Об утвержденииположения о хранении и реализации предметов, являющихся вещественнымидоказательствами, хранения которых до окончания уголовного дела или приуголовном деле затруднительно, Постановление Правительства РФ от 20.08.2002 г.№ 620 (в ред. от 22.02.2006) // Собрание законодательства Российской Федерации.2002. № 34. Ст. 3307.

Специальная литература

5.        Альперт С.А.Советский уголовный процесс. Киев., Вища школа. 1983. 458 с.

6.        Арсеньев В.Д.Вопросы общей теории судебных доказательств. М., 1964. 562 с.

7.        Безлепкин Б.Т.Уголовный процесс России. Учебник. М., Юристъ. 2004. 498 с.

8.        Белкин Р.С.Собирание, исследование и оценка доказательств. Сущность и методы. М., Наука.1966. 214 с.

9.        Белкин А.Р.Теория доказывания в уголовном судопроизводстве. М., Норма. 2005. 578 с.

10.     Березина Л.В.Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела по УПК Российской Федерации.Автореф. дис. канд. юрид. наук. Саратов., 2003. 46 с.

11.     Божьев В.Изменение УПК РФ — не всегда средство его совершенствования. // Законность.2005. № 8. С. 2-6.

12.     Боруленков Ю.Понятие «вещественное доказательство» // Законность. 2006. № 2. С. 19.

13.     Быков В.Заключение специалиста. // Законность. 2004. № 9. С. 21-24.

14.     Вахтомин Н.К. Ороли категорий сущность и явление в познании. М., 1963. 326 с.

15.     Галкин Б.А.Советский уголовно-процессуальный закон. М., Госюриздат. 1982. 568 с.

16.     Горский Г.Ф.,Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовномпроцессе. Воронеж., ВГУ. 1978. 322 с.

17.     Гришина Е.П., СаушкинС.А. Проблемные вопросы совершенствования правового регулирования производстваследственных действий с участием специалиста. // Российский следователь. 2005.№ 8. С. 16-19.

18.     Гуськова А.П. Оспорных вопросах российского правосудия // Российский судья. 2001. № 3. С. 7.

19.     Давлетов А.А.Основы уголовно-процессуального доказывания. Свердловск, 1991. 468 с.

20.     Данилова Л.С.,Громов Н.А. К вопросу об источниках доказательств в уголовном судопроизводстве// Уголовное судопроизводство. 2006. № 1. С. 22.

21.     Данилова Л.С.,Громов Н.А. Об универсальности термина «специалист» // Право и политика. 2006.№ 2. С. 23.

22.     Доля Е.А. Одоказательствах, доказывании и использовании в доказывании результатовоперативно-розыскной деятельности по УПК РФ // Государство и право. 2002. № 10.С. 112.

23.     Доля Е.А. Оценкадоказательств в российском уголовном процессе // Государство и право. 1996. №5. С.23.

24.     Зажицкий В.И.Вопросы доказательственного права // Советская юстиция. 1992. № 19. С. 22.

25.     Зажицкий В.И.Истина и средства ее установления в УПК РФ: теоретико-правовой анализ. //Государство и право. 2005. № 6. С. 74.

26.     Зажицкий В. Новыенормы доказательственного права и практика их применения // Российская юстиция.2003. № 7. С. 46

27.     Зинатуллин З.З.Уголовно-процессуальное доказывание. Ижевск, 1993. 432 с.

28.     Золотых В.В.Проверка допустимости доказательств… Ростов-на-Дону., 1999. 168 с.

29.     Ильина А.М.Обязательное использование специальных познаний в уголовном процессе. Автореф.дис. канд. юрид. наук. Екатеринбург., 2005. 46 с.

30.     Карнеева Л.М.Доказательства в советском уголовном процессе. Волгоград., 1988. 432 с.

31.     Кедров Б.М. Типыпротиворечий в развитии естествознания. М., Наука. 1965. 892 с.

32.     Кипнис Н.М.Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. М., 1995. 216 с.

33.     Клейман Л.В.Проблемы использования заключения специалиста в доказывании по уголовным делам.// Актуальные проблемы теории и практики уголовного судопроизводства икриминалистики: Сборник статей: в 3 частях. Часть 1: Вопросы уголовногосудопроизводства. М., 2004. 316 с.

34.     Козлов А.С.Актуальные проблемы теории доказательств в науке гражданского процесса: Учебноепособие. Иркутск., 1980. 458 с.

35.     Кокорев Л.Д.,Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. Воронеж., 1995.328 с.

36.     Комментарий кУголовно-процессуальному кодексу РСФСР / Под ред. В.Т. Томина. М., 2000. 562 с.

37.     Комментарий кУголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. Смирнова А.В.СПб., Питер. 2004. 768 с.

38.     Комментарий кУголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) (изданиевторое, переработанное и дополненное) / Под ред. Радченко В.И., Томина В.Т.,Полякова М.П. М., Юрайт-Издат. 2006. 648 с.

39.     Кондаков Н.И.Логический словарь-справочник. М., Наука, 1976. 924 с.

40.     Корнев Г.П.Методологические проблемы уголовно-процессуального познания. Нижний Новгород.,1995. 532 с.

41.     Кудин Ф.М.Производные доказательства и их источники в советском уголовном процессе: Дисс.канд. юрид. наук. Свердловск., 1966. 264 с.

42.     Кудрявцева А.В.Заключение и показания специалиста как вид доказательств в уголовном процессеРоссии. // Актуальные проблемы теории и практики уголовного судопроизводства икриминалистики: Сборник статей. В 3 частях. Часть 1. Вопросы уголовногосудопроизводства. М., 2004. С. 57.

43.     Кузнецов Н.П.Проблемы доказательств и доказывания в уголовном судопроизводстве. М., Статут.2002. 562 с.

44.     Курс советскогоуголовного процесса: Общая часть / Под ред. Бойкова А.Д., Карпеца И.И. М.,1989. 658 с.

45.     Курылев С.В.Основы теории доказывания в советском правосудии. Минск., 1969. 462 с.

46.     Лупинская П.А. Опроблемах теории судебных доказательств // Советское государство и право. 1960.№ 10. С. 121-124.

47.     Лупинская П.А.Основания и порядок принятия решений о недопустимости доказательств //Российская юстиция. 1994. № 11. С. 4.

48.     Майлис Н.П. Осоотношении заключений специалиста и эксперта. // Актуальные проблемы теории ипрактики уголовного судопроизводства и криминалистики: Сборник статей. В 3частях. Часть 1. Вопросы уголовного судопроизводства. М., Академия управленияМВД РФ. 2004. С. 54.

49.     Маслов И.В.Некоторые проблемы признания доказательств недопустимыми // Уголовноесудопроизводство. 2006. № 3. С. 24.

50.     Матюшин Б.Г.Общие вопросы оценки доказательств. Хабаровск., 1967. 354 с.

51.     Миронов В.Правила оценки допустимости доказательств // Законность. 2006. № 5. С. 19.

52.     Мухин И.И.Объективная истина и некоторые вопросы оценки судебных доказательств приосуществлении правосудия. Л., 1979. 354с.

53.     Научно-практическийкомментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред.Лебедева В.М. М., Спарк. 2002. 648 с.

54.     Овсянников И.Заключение и показания специалиста. // Законность. 2005. № 7. С. 32-33.

55.     Ожегов С.И. Словарьрусского языка. М., Русский язык. 1978. 986 с.

56.     Орлов Ю.К. Основытеории доказательств в уголовном процессе. М., Проспект. 2000. 432 с.

57.     Пашин С.А.Состязательное правосудие: Труды научно-практических лабораторий / Под ред.Пашина С.А., Карнозовой Л.М. М., 1996. Вып. 1. Ч. 2. 542 с.

58.     Перлов И.Д.Уголовное судопроизводство в СССР. М., 1959. 532 с.

59.     Победкин А.В.Показания обвиняемого в уголовном процессе: Диссертация на соискание ученойстепени кандидата юридических наук. М., 1998. 314 с.

60.     Подволоцкий И.Н.К вопросу о регламентации использования результатов применения специальныхзнаний в качестве доказательств по уголовным делам. // Следователь. 2004. № 3.С. 47.

61.     Попов А.П.Доказывание при производстве по уголовному делу // Мировой судья. 2006. № 2. С.18.

62.     Рахунов Р.Д. Опонятии доказательства и главном факте доказывания. // Советское государство иправо. 1965. № 12. С. 96.

63.     Рыжаков А.П.Уголовный процесс. Учебник для вузов. 2-е изд., изм. и доп. – М., Норма. 2003.562 с.

64.     Савицкий В.М.Язык процессуального закона. Вопросы криминологии. М., 1987. 178 с.

65.     Сердюков П.П.Доказательства в стадии возбуждения уголовного дела. Иркутск., 1981. 276 с.

66.     Смирнов А.В.Понятие процесса доказывания // Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Уголовныйпроцесс: Учебник для вузов / Под общ. ред. Смирнова А.В. СПб., Питер. 2004. 568с.

67.     Советскийэнциклопедический словарь. / Под общ. ред. Прохорова А.М. М., Сов.энциклопедия. 1980. 968 с.

68.     Строгович М.С.Курс советского уголовного процесса. Том I. М., 1968. 648 с.

69.     Строгович М.С.Признание обвиняемым своей вины в качестве судебного доказательства //Советское государство и право. 1982. № 4. С. 68.

70.     Темираев О.Компетенция специалиста. // Законность. 2005. № 6. С. 39-40.

71.     Теория доказательствв советском уголовном процессе / Отв. редактор Жогин Н.В. Изд. 2-е,исправленное и дополненное. М., Юридическая литература. 1973. 672 с.

72.     Трапезникова И.И.Специальные знания в уголовном процессе России (понятие, признаки, структура).Автореф. дис. канд. юрид. наук. Челябинск., 2004. 42 с.

73.     Уголовно-процессуальноеправо Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. Лупинская П.А. М., Юристъ.2003. 562 с.

74.     Уголовныйпроцесс: Учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности«Юриспруденция». / Под ред. Божьева В.П. 4-е изд., перераб. и доп.М., Спарк. 2004. 654 с.

75.     Уголовныйпроцесс: учебник для вузов (издание второе, переработанное и дополненное) / Подред. Радченко В.И. М., Юстицинформ. 2006. 708 с.

76.     Уголовный процесс/ Под ред. Гуценко К.Ф. М., Зерцало. 2004. 602 с.

77.     Уголовный процессРСФСР / Под ред. Чугунова В.Е., Кокорева Л.Д. Воронеж., 1968. 572 с.

78.     Уголовный процессРоссии: Общая часть: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов /Под ред. Лукашевича В.З. СПб., Издательский дом С.-Петерб. гос. ун-та. 2004.586 с.

79.     Уемов А.И. Вещи,свойства и отношения. М., 1963. 456 с.

80.     Ульянова Л.Т.Оценка доказательств судом первой инстанции. М., 1959. 214 с.

81.     Фаткуллин Ф.Н.Общие проблемы процессуального доказывания. 2-е изд. Казань., КГУ. 1976. 478 с.

82.     Царева Н.П.Документы-доказательства в уголовном судопроизводстве. М., 2003. 254 с.

83.     Шашкин С.Б.Идентификация и доказывание // Эксперт-криминалист. 2006. № 1. С. 17.

84.     Шейфер С.А.Доказательство и доказывание по уголовным делам: Проблемы теории и правовогорегулирования. Тольятти., 1998. 312 с.

85.     Эксперт.Руководство для экспертов органов внутренних дел / Под ред. Аверьяновой Т.В.,Статкуса В.Ф. М., 2003. 468 с.

86.     Элькинд П.С.Понятие доказательств // Проблемы доказательств в советском уголовном процессе.Воронеж., 1978. 316 с.

87.     Якуб М.Л.Процессуальные проблемы оценки показаний свидетеля, потерпевшего и обвиняемого:Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук. Л.,1970. 38 с.

Материалы правоприменительнойпрактики

88.     Об отказе впринятии к рассмотрению жалобы гр. Проня А.В. на нарушение его конституционныхправ п. 4 ч. 4 ст. 47, п. 2 ч. 1 ст. 58, ст. 74, 85 и 86 УПК РФ, ОпределениеКонституционного Суда РФ от № 145-О 04.03.2004 г. // Вестник КонституционногоСуда РФ. 2004. № 5. С. 32.

89.     ОпределениеКонституционного Суда РФ от 20.11.2003 г. № 451-О. // Вестник КонституционногоСуда РФ. 2004. № 2. С. 22.

90.     О судебнойэкспертизе по уголовным делам, Постановление Пленума Верховного Суда СССР от16.03.1971 № 1 // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР(Российской Федерации) по уголовным делам. М., Юридическая литература. 1995. С.66.

91.     О некоторыхвопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществленииправосудия, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 № 8 //Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996. № 1. С. 12.

92.     Постановлениепрезидиума Московского городского суда от 04.11.1999 года // БюллетеньВерховного Суда Российской Федерации. 2001. № 5. С. 20.

93.     АрхивФедерального суда Самарского района г. Самара, уголовное дело № 1-554/04.

еще рефераты
Еще работы по государству и праву