Реферат: Артур Шопенгауэр как философ и моралист

<span Times New Roman",«serif»;text-transform:uppercase">Содержание

 TOC o «1-2» h z u 1. Введение. PAGEREF _Toc68956472 h 3

2. Основные проблемы Шапенгауэра в современныхзарубежных исследованиях. PAGEREF_Toc68956473 h 6

2.1 Метафизика страдания. PAGEREF _Toc68956474 h 6

2.2 Проблема материализма. PAGEREF _Toc68956475 h 8

2.3 Учение о воле. PAGEREF _Toc68956476 h 9

2.4 Эстетика. PAGEREF _Toc68956477 h 10

2.5 Этика. PAGEREF _Toc68956478 h 13

2.6 Социальная Философия. PAGEREF _Toc68956479 h 15

3. Судьба учения. PAGEREF _Toc68956480 h 16

3.1 Шопенгауэр и Ницше. PAGEREF _Toc68956481 h 17

3.2 Шопенгауэр и Маркс. PAGEREF _Toc68956482 h 18

3.3 Шопенгауэр и Россия. PAGEREF _Toc68956483 h 20

3.4 Шопенгауэр и споры о постмодерне. PAGEREF _Toc68956484 h 25

4. Заключение. PAGEREF _Toc68956485 h 28

Литература. PAGEREF _Toc68956486 h 30


<img src="/cache/referats/21087/image002.jpg" align=«left» hspace=«12» v:shapes="_x0000_s1028">1. Введение

<span Times New Roman",«serif»">            Артур Шопенгауэр родился 22 февраля <st1:metricconverter ProductID=«1786 г» w:st=«on»>1786 г</st1:metricconverter>, в Данциге(Гданьске), в семье коммерсанта. В юношеские годы он много путешествовал постранам Западной Европы, и уже в это время складывались его пессимистическоемировоззрение и отрицательное отношение к рево люционным движениям. Когда онпосетил Лион, на него произвели потрясающее впечатление рассказы о техзверствах, которые в этом городе в годы Великой французской революции учинилпосланец Конвента Жозеф Фуше. Но не прошли мимо его внимательного взора иунылые настроения народа в годы Реставрации во Франции и темные стороныфритредерского капитализма в Англии.

<span Times New Roman",«serif»">            Родители Артура находились всостоянии глубокого внутреннего разлада между собой, что тяжело сказывалось надуховном самочувствии ребенка. Затем отец Артура совсем разошелся с женой, аспустя два года, в <st1:metricconverter ProductID=«1805 г» w:st=«on»>1805 г</st1:metricconverter>.,покончил жизнь самоубийством. Его вдова и мать Артура, Иоганна Шопенгауэр, былажизнерадостной и веселой особой, привыкшей к жизни в обществе и занятойпреимущественно собой. Неудивительно, что и у Артура началось с нейрасхождение, а в <st1:metricconverter ProductID=«1814 г» w:st=«on»>1814 г</st1:metricconverter>.произошел полный разрыв. Но она была талантливой писательницей, вращалась влитературно-художественных кругах. Благодаря ей Артур смог освободиться отзанятий коммерцией и обратиться к основательному изучению древних языков вгимназиях Готы и Веймара. Артур был обязан матери и тем, что в Веймаре онапознакомила его с Гёте, Виландом, Фридрихом Шлегелем, Рейнгольдом и другимитогдашними знаменитостями. Общению с Гёте Шопенгауэр был и свою очередь обязантем, что углубился в естественнонаучныс изыскания и даже написал свойсобственный трактат «О зрении и цветах (Farben)» (опубликован в <st1:metricconverter ProductID=«1816 г» w:st=«on»>1816 г</st1:metricconverter>.), не совпадающий посвоей направленности с соответствующим сочинением самого Гёте.

<span Times New Roman",«serif»">            В <st1:metricconverter ProductID=«1809 г» w:st=«on»>1809 г</st1:metricconverter>. Шопенгауэр поступилв Гёттингенский, а спустя два года перешел в столичный, Берлинский университет.Предметами его занятий были сперва медицина, а затем философия, которую вГёттингене преподавал Готлиб Эрист Шульце (Энесидем), а в Берлине — Фихте иШлейермахер. Лекции, в общем, его внимания не привлекли. Его интерес вызвалитолько принцип фихтевского волюнтаризма и идеи работы Шеллинга о свободе воли,незадолго до этого вышедшей в свет. Зато он самостоятельно с большимприлежанием изучает теорию вторичных качеств Локка, учение Платона об идеях ивсе построения Канта. И в эти годы и потом всю жизнь Шопенгауэр следит зауспехами естественных наук. Написанную в Берлине докторскую диссертацию о законедостаточного основания он осенью <st1:metricconverter ProductID=«1813 г» w:st=«on»>1813 г</st1:metricconverter>. защитил в Йенском университете. Затем в течениечетырех лет пишет в Дрездене свой главный философский труд «Мир как воля ипредставление».

<span Times New Roman",«serif»">            Раздражительный и злопамятныйхарактер Шопен-гауэра таил в себе всегдашний разлад между обуревавшими егострастями, житейской расчетливостью и увле-ченностью философией, и этот разладсказался на всей его карьере. Честолюбие и тщеславное стремление к из-весностидолгие годы оставались у Шопенгауэра не удов-летворенными, и многие страницыего сочинений несут на себе следы этого психологического комплекса, преждевсего в виде резко отрицательных характеристик, которые он даст своимсоперникам или тем, кого он своими соперниками считал. Наиболее яростно сталнападать он на Гегеля, оптимистический пафос философии которого противоречилвсему строю шопенгауэровского мышления. В <st1:metricconverter ProductID=«1813 г» w:st=«on»>1813 г</st1:metricconverter>. Шопенгауэр публикуетдиссертацию «О чет-верояком корне достаточного основания» (второе изданиеотносится к <st1:metricconverter ProductID=«1847 г» w:st=«on»>1847 г</st1:metricconverter>.).В этой докторской диссертации не только выражена его методология, но инамечаются основные его мировоззренческие установки. По сути дела, егофилософская система в его голове в общих чертах уже сложилась, а в <st1:metricconverter ProductID=«1818 г» w:st=«on»>1818 г</st1:metricconverter>, он завершает ееполное изложение в книге «Мир как воля и представление». Это был год переездаГегеля в Берлинский университет. Главный труд Шопенгауэра вышел в светбезгонорарно в <st1:metricconverter ProductID=«1819 г» w:st=«on»>1819 г</st1:metricconverter>.Это был первый, основной, том всего сочинения. Впрочем, второй том, вероятно, вэто время еще и не был задуман. Как и в случае с докторской диссертацией,публикация труда прошла совершенно незамеченной и специалистами и публикой,издатель потерпел убытки и большая часть тиража попала в макулатуру. Неуспехкниги стал чувствительным ударом по честолюбивым за мыслам молодого философа.

<span Times New Roman",«serif»">            В этом же, <st1:metricconverter ProductID=«1819 г» w:st=«on»>1819 г</st1:metricconverter>. Шопенгауэр объявилсвой курс в стенах Берлинского университета и в марте следующего года прочиталпервую, пробную, лекцию. Успеха она также не принесла. Спустя пять лет авторновой философской системы снова попробовал в Берлине свои силы как лектор.Университетский курс читался им в 1826—1832 гг., но его посещало менее десяткаслушателей. Никто больше на этот курс не записался, студенты предпочиталислушать Гегеля, который читал свои лекции в те же самые часы, которыеШопенгауэр назначил вполне преднамеренно и для своего курса. Не помогломолодому приват-доценту и то обстоятельство, что осенью <st1:metricconverter ProductID=«1831 г» w:st=«on»>1831 г</st1:metricconverter>. эпидемия холерыунесла жизнь Гегеля. Шопенгауэр покинул университет и вообще Берлин и никогдабольше к преподавательской деятельности не возвращался. Вывод, который онсделал для себя, был им выражен в следующих написанных им в 1844 г. и широкоизвестных словах: «А чтобы моя философия стала сама способна занять кафедру,нужно чтобы наступили совершенно иные времена». Слова эти оказалисьпророческими. А пока события жизни Шопенгауэра шли своим чередом: с лета 1833г. отставной приват-доцент окончательно поселился во Франкфурте-на-Майне иповел жизнь одинокого холостяка, жизнь необщительную и почти затворническую,достаточно обеспеченную рентой после ликвидации дела его отца.

<span Times New Roman",«serif»">            В 1836 г. Норвежское королевскоенаучное общество в Дронтгейме объявило конкурс на философскую работу.Шопенгауэр послал свое сочинение о свободе воли и получил премию. Это былпервый проблеск грядущей известности, но участие в 1839 г. в аналогичномконкурсе Датского научного общества в Копенгагене оказалось безуспешным. Вследующем году Шопенгауэр напечатал обе конкурсные работы (они не вошли внастоящее издание) вместе, под общим названием «Две основные проблемы этики».Общественность этой публикацией, так же как и опубликованной (тожебезгонорарно) в 1836 г. брошюрой «О воле в природе» (второе издание — 1854 г.),не заинтересовалась. В 1844 г. удалось организовать второе падание «Мира какволи и представления», на этот раз в составе двух томов. Второй том былдополнительным, он содержал пояснения и проигранные комментарии к различнымместам первого тома, проливавшие свет на многие: детали ранее изложенной впервом томе философской, эстетической и этической системы. Некоторые главы второготома впоследствии приобрели большую известность (шесть из них публикуем внастоящем новом русскоязычном издании), но общий результат публикации второготома в то время оказался негативным: как и ранее вышедший первый том, он непривлек к себе тогда внимания. Публика середины 40-х годов XIX в. проивлялаинтерес к младогегельянству и к сочинениям Фейербаха, но никак не кшопенгауэровской философий пессисизма. Все это только усиливало какмизантропию, так и негодующее отношение непризнанного мыслителя куниверситетским философам вообще и специально к учениям Гегеля и егопоследователей — младогегельянцев. С большой враждебностью отнесся он креволюции 1848— 1849 гг., о чем свидетельств сохранилось немало, в том числеписьмо его почитателю Ю. Фрауэнштедту от 2 марта <st1:metricconverter ProductID=«1849 г» w:st=«on»>1849 г</st1:metricconverter>.

<span Times New Roman",«serif»">            И только после того как в <st1:metricconverter ProductID=«1851 г» w:st=«on»>1851 г</st1:metricconverter>. Шопенгауэропубликовал двухтомное собрание очерков под названием «Parerga undParalipomena», что на русский язык может быть переведено примерно как«Дополнительные и ранее не изданные сочинения», с включенными в первый том«Афоризмами житейской мудрости», отношение читателей к автору стало менятьсявсе более заметно. Сыграло савою роль то, что в «Афоризмах» мировоззрениеШопенгауэра получило преломление через тематику повседневных жизненных проблемсовременников (это привело и к тому, что далеко не все советы философа, как вэтом может убедиться и современный читатель, соответствовали его этическомукредо). Но главное заключалось в ином; основные идеи Шопенгауэра упали теперь,в обстановке послереволюционной политической реакции в Германии, на вполнеблагоприятную почву. «Иные времена», о которых ранее мечтал философ, настали.Последнее десятилетие жизни Шопенгауэра было отмечено возрастающейизвестностью, появилось несколько восторженных учеников, в 1854 г. РихардВагнер прислал ему с посвящением экземпляр своей тетралогии «КольцоНибелунгов», в немецких университетах стали читать лекции о его философскойсистеме, его дом стал объектом паломничества. Шопенгауэр с полным правом смогсказать: «Закат моей жизни стал зарей моей славы». В <st1:metricconverter ProductID=«1859 г» w:st=«on»>1859 г</st1:metricconverter>. появилось третьеиздание «Мира как воли и представления», а в следующем году — третье издание«Двух основных проблем этики». Но 21 сентября <st1:metricconverter ProductID=«1861 г» w:st=«on»>1861 г</st1:metricconverter>. автора зтихсочинений не стало, Шопенгауэр скончался от пневмонии. Формула Шопенгауэра:«наш мир — наихудший из всех возможных миров»

<span Times New Roman",«serif»">

2. Основные проблемыШапенгауэра в современных зарубежных исследованиях

<span Times New Roman",«serif»">            В феврале <st1:metricconverter ProductID=«1988 г» w:st=«on»>1988 г</st1:metricconverter>. маревая философскаяобщественность отмечала 2ОО-летне со дня рождения выдающегося немецкогофилософа Артура Шопенгауэра (1788—186О). Состоялся весьма представительныймеждународный конгресс (в Гамбурге). Ежегодник, посвященный творчествумыслителя<span Times New Roman",«serif»; mso-fareast-font-family:«Times New Roman»;mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language: RU;mso-bidi-language:AR-SA">[1]

),собрал на своих страницах лучших современных философов, вышли сборники аспециальные монографии, откликнулись крупнейшие газеты, философский журнал вГДР поместил в его память две статьи, и даже Московский университет организовал(едва ли не впервые в советское время) специальное заседание. Шопенгауэру внашей стране в послеоктябрьский период крупно не повезло. Если его и упоминали,то только в негативном смысле, сопровождая бранные слива упреками в пессимизме,иррационализме, реакционности и во ьраждебностк к революционным преобразованияммира. За 7О лет вышла единственная монография о мыслителе, защищена едва ли неединственная диссертация (А.А.Чанышева). Произведения Шопенгауэра до последнеговремени не публиковались.

<span Times New Roman",«serif»">

2.1 Метафизика страдания

<span Times New Roman",«serif»">Вмировоззренческом плане тема страдааия имеет важное значение в ученииШопенгауэра; он не оптимист, как современники, а пессимист. Более того, длянего оптимизм является «не только нелепым, но также и истиннобезнравственным образом мыслей, как горькая насмешка над несказаннымистраданиями человечества».

<span Times New Roman",«serif»">            Большую заслугу Шопенгауэра Ф.Дехервидит в том, что он открыл именно метафизическое значение понятия страдания. ФилософияШопенгауэра, подчеркивает он, имеет значение не только Для философов второйполовины XIX — первой половины XX вв.;

<span Times New Roman",«serif»">онаявляется путеводителем к для будущего развития истории, общества и человека. ИбоШопенгауэр все же — не абсолютный пессимист: в его учении человеку не закрытпуть к счастью и совершенству, а этот путь лежит через моральное действие,через страдание в через сострадание к красоте, к свободе как высшей ценности,имеющей онтологический характер. В конце концов человек — существо, способное квыбору судьбы. Именно эти мотивы привлекают в наши дни внимание исследователейтворчества Шопенгауэра. Так, Герхард Функе (Майнц, ФРГ) в юбилейном докладе <st1:metricconverter ProductID=«1988 г» w:st=«on»>1988 г</st1:metricconverter>. подчеркиваетосновополагающее значение этики в его метафизике, причем решающее значение онпридает пониманию Шопенгауэром природы деятельности, имеющей цель, которая вконечном итоге ведет к счастью. По праву его учение можно назвать этикойсчастья. Функе разбирает средства, предложенные Шопенгауэром для достижениясчастья. Речь идет о мудрости, склонности, долге, благоговении, сострадании.

<span Times New Roman",«serif»">            Учение Шопенгауэра основано на егоположении о чувственной природе человека и о воле как свойстве мира. Уже всвоей диссерации, рассуждая о корнях закона достаточного основания, Шопенгауэрвводит закон мотивации как волевой акт, который обусловлен тем или инымжеланием, базирующимся на непосредственном внутреннем чувстве. Здесь лежитпричина и путеводная нить не только этики, но и всей его метафизики. МетафизикаШопенгауэра вытекает из учений Канта и Платона. У Канта мыслитель высоко ценилтот раздел «Критики чистого разума», который посвящентрансцендентальной эстетике. Речь идет здесь у Канта о до опытных (априорных)понятиях пространства и времени. Он исходил из различения Кантом феноменов (илиявлений 5, т.е. предметов, как они являются нам благодаря воздействию на нашичувства, и ноуменов, т.е. вещей, как они существуют сама по себе.

<span Times New Roman",«serif»">            Не только «Критика чистогоразума», но и другие работы Канта привлекали внимание Шопенгауэра. ТакэУрсула Яух (Цюрихский университет, Швейцария) указывает, что в познаниипредмета метафизики во всех его особенностях, а в частности в вопросе о половыхразличиях, Шопенгауэр воодушевляется работой Канта «О чувстве прекрасного авозвышенного» (23, с.22).

<span Times New Roman",«serif»">            В учении Шопенгауэра мир предстаетперед человеком прежде всего как «созерцание созерцающего», как«представление» — термин, который в чем-то аналогичен кантовскомупонятию явления, но более радикально отграничен от ноумена, от вещи самой посебе. Мир представлений, по Шопенгауэру, существует лишь как собственноесозерцание человека. Сущность вещей здесь человеку принципиально недоступна,ибо подлинное содержание мира сокрыто, как гласит индуистская притча, Майей,обманчивым покрывалом, застилающим глаза смертных, так что мир подобен сну либотеням идеального мара, отраженным на стенах пещеры, о которых писал Платон.Шопенгауэр допускал рассмотрение вещей только в сознании субъекта; при этом онне был озабочен вопросом о том, что на самом деле первично; а что вторично.Хотя, исходя из позиции субъекта, он отвергал материализм, это не мешало емуоперировать понятием материи как эмпирической реальности, характеризующейсяпространственно-временными и причинно- следственными отношениями, в признаватьобъективный характер законов природы. Истинная философия, считал Шопенгауэр,должна быть идеалистической, ибо только субъект — «носитель мира, сплошноепостоянно предполагаемое условие всякого явления, всякого объекта».

<span Times New Roman",«serif»">

2.2 Проблема материализма

<span Times New Roman",«serif»">Миркак представление не может свидетельствовать о сущности бытия или о содержаниивещей в себе; он ограничен исключительно той частью действительности, котораядана человеку в его представлениях. Поэтому фундаментальным аспектом изученияэтого мира служит, по мнению Шопенгауэра, только способ, каким он нам является.

<span Times New Roman",«serif»">            Шопенгауэр приложил много усилий,чтобы показать, как возникает чувственное восприятие и формируется понятие, какони объединяются в представлении и каким образом эти человеческие способностимогут служить научному знанию. В частности, он признает большое значениеинтуитивных представлений, он подчеркивает конкретное значение субъективногокоррелята для времени и пространства, он указывает на значениевпечатлительности как особой способности органов чувств для непосредственногопознания объекта. Его учение о восприятии цвета было основано на новейшихестественнонаучных данных и служило предметом оживленной переписки с великимнемецким поэтом и мыслителем И.Гёте. Шопенгауэр внес вклад в пониманиерефлексии, рассудочного знания и мышления. Не случайно современныеисследователи в его концепции эмпирической базы философского знания находятпараллели с естественнонаучным материализмом того времени, что представляетопределенный интерес и сегодня. Проблеме материализма в философии Шопенгауэрапосвящены специальная диссертация Хельмута Примера, монография М.Моргенштерна идругие работы. Поскольку сам Шопенгауэр с понятием материи сопрягая волю,которая в известном смысле идентична динамичным силам природы, постольку вопросо материализме Шопенгауэра приобретает права гражданства. Хотя структура миракак представления и сокрыта покрывалом Майи, Шопенгауэр постоянно обсуждаетпроблемы структуры материи, пространства, времени и причинности. Он связываетиндивидуальность и многообразие, в форме которых выступает воля, с сущностьюреальности. То понятие материи, с которым имеет дело сознание у Шопенгауэра,является отражением материи самой по себе, которую он называет волей. Х.Примерприходит к выводу, что для Шопенгаура является имманентной контроверза междуидеализмом и материализмом. Будучи горячим приверженцем Канта, Шопенгауэр частопринимает его идеи адекватно и отвлекается от субъективизации его учения. Напротяжении всего своего творчества он все более сближался с материалистическимитенденциями, так что в ряде случаев можно говорить о скрытом материализмеШопенгауэра. Но все же, предостерегает Пример, понятие воли не всегда можетполучить материалистическую интерпретацию, поскольку Шопенгауэр много разутверждал, что воля является вещью самой по себе, И тем не менее Шопенгауэр,считает Пример, был близок к современным теориям отражения, к эволюционнойтеории познания, к механическому материализму его времени.

<span Times New Roman",«serif»">

2.3 Учение о воле

<span Times New Roman",«serif»">Ноприрода — только часть мира, существует, считает Шопенгауэр, иной мир. Это мир,где действует воля. Человек, по Шопенгауэру, способен выйти за пределы мирапредставлений. «Индивиду, являющемуся субъектом познания, дано словоразгадки сущности и содержания вещей, и „это слово есть воля“.Понятие воли занимает одно из центральных мест в учении Шопенгауэра. Онпонимает волю предельно широко, как воление, желание, реализующееся в мотивахдействия, и в конце концов как силу, присущую всему сущему, начиная отобразования кристаллов, действия магнитных полей и даже самого тяготения икончая жизнью растений, животных и человека. В волении субъект сливается собъектом, так как именно воля объективирует субъект, выступая ключом к познаниювнутреннего существа всего мира. Она зерно как единичного, так и целого.Проявляясь в каждой слепо действующей силе природы, она ярче всего выступает вобдуманных действиях человека.

<span Times New Roman»,«serif»">            По своей природе воля, подчеркивалШопенгауэр, является вещью в себе, поэтому она свободна от всяких формпредставления: она одна, но не так, как один объект; она едина, но не так, какедино множество; она безосновна, т.е. свободна и независима и не подчиняетсяпричинности. Воля действует слепо под влиянием раздражения, в инстинкте и вхудожественном порыве, но также и в процессе познания.

<span Times New Roman",«serif»">            Кант считал ноумен демаркационнымпунктом, отделяющим мир явлений от вещей самих по себе, Шопенгауэр сделал шагвперед, стараясь соединить два мира — мир представлений и мир воли, мир явленийи вещей самих по себе. У Канта объекты внешнего мира воздействуют на чувствасубъекта, побуждая его к познавательной активнорти. Подавляющее большинствопоследующих кантовских интерпретаторов считали, что чувственное созерцание уКанта имеет пассивный характер. Лишь в самое последнее время доказано наличие уКанта мысли об активности и чувственной, и рассудочной деятельности. Шопенгауэрже идет дальше, он прямо провозглашает активность субъекта, вытекающую из еговоли — его мотивации, импульса, воления, действия, в конечном счете из егособственной объективации.

<span Times New Roman",«serif»">            Почему Шопенгауэр настаивает наобъективации воли субъекта, собственно «на объективации его тела»?«Тело мое, — писал он, единственный объект, в котором я знаю не однусторону, сторону представления, а и другую, называемую волей». Только сравниваято, что происходит во мне, когда при побуждении меня мотивами, мое телоисполняет действие, составляя сущность моих собственных изменений, я могузаглянуть в изменение других предметов и понять, в чем состоит их сущность.

<span Times New Roman",«serif»">            Выделяя ступени объективации воли,Шопенгауэр сравнивает их с идеями Платона. Низшими ее ступенями являются самыеобщие силы природы; на высших ступенях имеет значение развитая индивидуальностьчеловека, В конечном итоге человек есть тот центр, в котором наиболее полносоединяется мир представлений и мир воли. Поэтому на индивидуальный характерчеловека Шопенгауэр смотрит как «на отдельную идею, соответствующуюсамостоятельному акту объективной воли», содержание которого принадлежит кмиру вещей самих по себе, к не подвластной явлению — представлению безосновнойволе, но внешнее выражение которого имеет эмпирическую природу. Иными словами,эмпирический характер человека в существенных жизненных обстоятельствахпредставляет собой отражение характера мира вещей в себе. В этом утверждениитакже прослеживается мысль Канта о человеке как представителе двух миров — феноменального у интеллигибельного.

<span Times New Roman",«serif»">            Учение Шопенгауэра о воле оказалосущественное влияние на творчество Ницше, который придал этому понятиюправленность

<span Times New Roman",«serif»">кмогуществу. Для него весь мир состоит из квантов воли к мощи, а для человекаэта воля находит свое высщее воплощение в сверх-человеке.

<span Times New Roman",«serif»">

2.4 Эстетика

<span Times New Roman",«serif»">Каковыпути выхода за пределы мира как представления к миру воли, вещей самих по себе?Это внутренний опыт, непосредственное интуитивное постижение мира идей. Толькоэтот путь приподнимает покрывало Майи над сутью бытия, сохраняя, однако, легкийпокров тайны. Для такого познания необходимо столь «чистоесозерцание», такой уровень объективации, в котором предается полномузабвению собственная особа и ее отношения, что Доступно только гению. Толькоон, подчеркивает Шопенгауэр, способен освободить созерцание, предназначенноеуслужению воле, от этого служения — собственной воле, интересу, желанию, своимсобственным целям. В этом многие усматривают элитарность Шопенгауэра; он былубежден, что обыкновенный человек — «этот фабричный товар природы»,ежедневно производимый тысячами, неспособен, по крайней мере, на долгое время к«незаинтересованному наблюдению», составляющему такую созерцательность.Свое высшее воплощение эта созерцательность находит в эстетическом образе,особенно в прекрасном и возвышенном, заключающем в себе также и знание тойидеи, которая лежит в основе вещей; именно прекрасное и возвышенное таит в себебезболезненное состояние, сравнимое с высшим благом и состоянием богов; в немотдельная вещь возвышается до идее своего рода, и «тогда уже все равно,смотреть ли из темницы или из дворца на заходящее солнце»; здесь нетсчастья и несчастья: нет владыки и угнетенного нищего; здесь мы ускользаем отвсего нашего горя. Воля умолкла. Но у кого хватает силы долго в этом состоянииудержаться? — спрашивает Шопенгауэр.

<span Times New Roman",«serif»">            Ведь жизнь, воля к жизни, т.е.всякое хотение, мотив к действию, стремление и т.п., побуждаются какой-тонехваткой, недостатком, в конечном счете страданием, ибо это последнее есть нечто иное, как неисполненное и пресеченное хотение. Жизнь и страдание, поШопенгауэру, тождественны; воля к жизни, которая несется без начала и цели, всепреклоняет, шатает и уносит с собой. Поэтому незаинтересованная, чуждая волекрасота, эстетическое наслаждение, искусство, обращаясь к миру идей, хотя и неспасает человека, но тем не менее указывает идеальную цель человеческойдеятельности. Эстетика Шопенгауэра теснейшим образом связана с этикой.

<span Times New Roman",«serif»">            Современную западную эстетику учениеШопенгауэра о красоте одновременно привлекает и отталкивает. Отталкиваетпотому, что западная эстетическая мысль, находясь в плену сайентистских ирелятивистских предрассудков, долгие годы пытается распрощаться с понятиемпрекрасного как абсолюта; более того, ныне утверждается, что красота — этоартефакт иди некое нововведение, а искусство больше не прекрасно. Но красоту,которая, несмотря ни на что, пребывает в этом мире и в современном искусстве,нельзя игнорировать, а потому нельзя пройти и мимо оригинальных идейШопенгауэра.

<span Times New Roman",«serif»">            Вольфганг Велш и Кристина Присвозражают против стремления участников дискуссии о постмодерне использоватьвозвышенное — центральное понятие шопенгауэровской эстетики — для обоснования новыхформ эстетической деятельности. Они доказывают, что его эстетика не может бытьактуальной уже потому, что этому понятию Шопенгауэр придавал сущностныеметафизические черты, в то время как оно обладает всего лишь пограничнойфункцией.

<span Times New Roman",«serif»">            Майк Зандботе в статье«Эстетика Шопенгауэра. Традиционность, современность,постсовременность» обсуждает утверждение У.Потаста о том, что эстетическиевзгляды Шопенгауэра в высшей степени традиционны и свидетельствуют о егопребывании в сфере метафизики; и когда современная философия осуществляетповорот к метафизике, она не может не истолковывать эстетические взглядыфилософа как традиционные и метафизические. «Если исходить изпостсовременной (постмодерной) перспективы, такая оценка эстетики Шопенгауэразаслуживает особого внимания». Далее он развивает взгляды, высказанныеВелшем и Прис.

<span Times New Roman",«serif»">            Шопенгауэровская эстетика можетрассматриваться как традиционная в двух, отношениях: 1.) из-за ееантисистематического основания; 2) из-за ее систематического финала. В первомслучае основой учения о воле как тотально-негативистском универсальном принципепризнается вводящее в эстетику совпадение красоты и истины как ступениобъективации воли. Это утверждение традиционно сливается с положениямиплатоновско-греческой метафизики и эстетики: Шопенгауэр воспроизводит здесьплатоновский дуализм лишенного времени мира представлений и вечно истинногомира идей. Шопенгауэр определяет индивида в связи с эстетическим опытом как«чистого, лишенного воли, боли и времени субъекта познания». Нопримат безграничной воли ставит под вопрос основу эстетики. Исправить этуситуацию призван финал системы, в которой Шопенгауэр стремится установитьобратную связь эстетики с метафизикой воли. Но при этом вечность эстетическогомира идей разоблачается как дурная бесконечность вечного возвращения воли. Врезультате отрицаются идейно-теоретические основы традиционной эстетики ивозникают разрывы и прорехи в теории времени и в понимании эстетического опытав связи с временными определениями. Это можно проследить в его учении о музыке,о гении и безумии.

<span Times New Roman",«serif»">            Но эстетика Шопенгауэра, считаетЗандботе, в то же время содержит критику метафизики, особенно отчетливовыступающую при анализе проблемы времени. Снятие цикличности воли и линеарностипредставления в едином понятии мира осуществляется ценой тотальногомироотрнцания, так что негативность позитивного мира противостоит позитивностинегативного ничто, т.е. нирваны. Но такая тоталитизирующая критикаопрокидывается обратно в метафизику. Это негативное учение воспринято постсовременным!,апокалиптиками нашего времени. Познавательная ценность эстетического опыта,пишет в заключение Зандботе, состоит в том, чтобы выявить собственнометафизические основания временности человеческого существования. Но для нуждпостмодерна эстетика Шопенгауэра не подходит.

<span Times New Roman",«serif»">            Сущность шопенгауэровской эстетики,указывает Петер Брюггер (Базель), состоит в том, что «противоречие междуэстетическим рассмотрением мира и метафизическим пессимизмом образует здесьпротивоборствующую связь», так что противоположности проникают друг вдруга. С одной стороны, эстетическая_видимость выступает средствомопосредования идей в сущностных определениях действительности, а с другой — Шопенгауэр отчетливо выразил характерный для модерна «кризис этойвидимости».

<span Times New Roman",«serif»">            Важный Момент дискуссий связан сразличением эстетического и научного познания. Шопенгауэр считал прерогативойэстетического познания идеи веща, а научного — познание понятия о вещах.Шопенгауэр как бы устанавливает ступени познания. Понятие приближается по своимфункциям к формальной логике; особенностями же эстетической рациональностиявляется ее охват предмета целостно, образно и недискурсивно. Эту формупознания. Шопенгауэр ценит особо. Она свойственна не только произведениямискусства и продукции гения, но а при восприятии этих произведенийвоодушевленных гением людей. Красота, по Шопенгауэру, есть универсальныйпредикат вещей, усиливающий возможность их созерцания. Речь идет осубъективации понятия прекрасного: без отношения к субъекту, без чистогообъективного созерцания веши не могут называться прекрасными. Иными словами,высшее выражение красоты — в созерцании истины — отличается от традиционныхметафизических представлений применением «коперниканского поворота»,т.е. включенностью субъекта в процесс эстетического познания. Такой подходважен не только для критики сайентистского разума, но и для пониманиясодержания и смысла восприятия искусства. Прямая и косвенная критикарационализма применительно к науке звучит, по мнению Бригитты Шеер, гораздосильнее, чем у Канта и Баумгартена.

<span Times New Roman",«serif»">

2.5 Этика

<span Times New Roman",«serif»">            Этика — сердце философииШопенгауэра, неразрывно связанная с его метафизикой, ныне привлекает своейособой актуальностью. Дэвид Картрайт (Уайтуотер, США) подчеркивает ее особоезначение для современной эпохи, называя мыслителя своим постоянным учителем.Картрайт подчеркивает, что Шопенгауэр был первым философом—моралистом нашеговремени, поставившим в современном ключе одну из труднейших проблем философиинового времени — проблему свободы воли. Положение Шопенгауэра об универсальнойнеобходимости человеческой воли, выражающейся в конкретной эмпирическойдеятельности, вытекающей не из сознательных решений, а из дорефлексивногохотения, но несводимой к элементарной причинности, казалось бы, не оставляетместа для свободы. Здесь очевидное противоречие, подчеркивает Шопенгауэр. Но вмотиве и действии воли, считал он, сокрыто более глубокое, чем непосредственноданное бытие, Еде человек непосредственно в самом себе обнаруживает масштаб,превосходящий его частную индивидуальность а рабское служение воле. Воля, хотяи ведет себя как всадник, пришпоривающий коня, способствует выработке тогонастроения духа, которое может привести к истинной святости. Воля Шопенгауэравыступает, с одной стороны, как источник беспредельного эгоизма человека, а сдругой — в качестве изначальной свободы: когда она «свободно сама себяотменяет», она является фундаментом моральной деятельности человека. Этасвобода отрицания воли к жизни по своему содержанию имеет лишь отрицательноезначение: в точке отрицания раскрывается и соединительная грань великойпротивоположности — свободы и необходимости.

<span Times New Roman",«serif»">            Что касается человека, то благодаряне только эмпирическому, но и ноуменальному (а также приобретенному) характеру,придающему направленность и даже самоотрицание воле и обеспечивающему высокийуровень познания и самопознания, высшим выражением которого является искусство,он может быть свободным в отличие от других существ. Его физический путь наземле — всегда только линия, а не площадь: «желая приобрести одно, мыдолжны бесчисленное другое оставлять направо и налево, отказываясь отнего».

<span Times New Roman",«serif»">            Воля к жизни скверно влияет наповедение человека. Она влечет за собой эгоизм, который служит источником всехего поступков, коренится в индивидуальных свойствах отдельной личности. Речьидет не только об эгоизме, связанн

еще рефераты
Еще работы по философии