Реферат: Интеллектуальный и духовный потенциал человека будущего

    Согласно общепринятой эволюции род Homo появилсяв начале четвертичного периода в нескольких разнообразных формах гоминид,возможно следовавших одна за другой, хотя, может быть, иногда сосуществовавших.Подобно своему предполагаемому предку — австралопитеку гоминиды были крупнымихищниками, не чуждыми каннибализма, и, следовательно, в биоценозах занималиверхнюю экологическую нишу. К концу последнего оледенения все ветви этого родавымерли, за исключением только одного вида -Homo sapiens, т.е.современного человека. Однако последний распространился по всей суше планеты,затем, в исторический период, освоил поверхность гидросферы и произвел на Землетакие изменения, что ныне ландшафтную оболочку Земли справедливо называютантропогенной. За исключением полярных льдов, нет области, где не было быархеологических памятников каменного или железного веков. Мы находимпалеолитические стоянки в пустынях и джунглях, неолитические — в тундре итайге. Это указывает на былую заселенность регионов, позже оставленных человекоми вновь осваиваемых ныне с применением машинной техники. Конечно, за истекшие17-20 тысячелетий климатические условия в разных районах менялись, но остаетсяфактом, что вид Homo sapiens, в отличие от других видовпозвоночных, не ограничился определенным ареалом, а сумел приспособиться кразнообразным природным условиям, что по праву савит его на особое место вэкологии позвоночных.

    Адаптация шла по двум направлениям:1) человек приспосабливалсяк новым природным условиям, менял свой способ хозяйства и, следовательно, вырабатывалновый стереотип поведения;2) человек приспосабливалприроду для себя, создавая вторичные, антропогенные геобиоценозы, согласноотработанному стереотипу поведения. В естественных условиях оба процессапереплетаются, но для целей анализа их целесообразно рассматривать порознь.

    Многиесторонники эволюционной теории, включая Ч. Дарвина, считают, что современныйчеловек продолжает подвергаться такому же естественному отбору, который преждедействовал на его предков<span Times New Roman",«serif»; mso-fareast-font-family:«Times New Roman»;mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language: RU;mso-bidi-language:AR-SA">[1]

;другиесомневаются в этом, приводя следующие основания:"Постепенноеослабление борьбы за существование неминуемо вело к выходу человека из составабиоценоза. Этот медленно протекавший процесс привел к тому, что естественныйотбор для сначала ослабел, а затем совсем прекратился… Но отсутствиеестественного отбора было равносильно прекращению действия одного из факторовэволюции… и биологическая эволюция человека должна была остановиться. Этопроизошло около 50 000 лет назад, когда оформился кроманьонец"<span Times New Roman",«serif»; mso-fareast-font-family:«Times New Roman»;mso-ansi-language:EN-US;mso-fareast-language: RU;mso-bidi-language:AR-SA">[2].

   Не придет ли на смену Homo sapiens какой-то«сверхчеловек», во всех отношениях отличающийся от современного? Невозникнут ли какие-то новые формы человеческого существования, соединенного сбиокибернетическими устройствами, – своеобразные «биокиборги»? Невступит ли человечество в новую стадию своей эволюции, на которой человек будетсоздаваться в значительной мере искусственно – как «фабрикуемый» спомощью генной инженерии и биокибернетики «сверхчеловек», обладающийэкстрасенсорнымииэкстра интеллектуальными  качествами? Эти и другие вопросы не являютсянадуманными, и к подобным предположениям и проектам обращаются не толькофантасты, но порой и серьезные ученые. Научные прогнозы о человеке будущегосопровождаются зачастую разного рода утопиями,которые апеллируютк науке и пытаются опереться на экстраполяции, исходящие из еесовременных достижений, обращая их в будущее.

Логика многих современных биологическихисследований приводит науку к весьма сложным и деликатным человеческимпроблемам, для которых, по крайней мере сегодня, трудно найти какое-либооднозначное решение. С другой стороны, появляются тенденции такой интерпретацииновых проблем, относящихся к биологии и генетике человека, которая требуетосновательной критики, вследствие явной опасности для человечества, его будущего.

Речь идет прежде всего о всякого рода проектахрадикальной перестройки природы человека, в частности его генетики, о такомвмешательстве в функционирование мозга и психики человека, которое привело бы,в сущности, к возникновению «нового вида», существенно отличающегосяот вида Homosapiens, к созданию «сверхчеловека»,наделенного «сверхмозгом» и необычайными умственными и психическимиспособностями, которыми обладают только гении и всякого рода«экстрасенсы». Необходима ли такая перестройка, диктуется ли онареальными потребностями человека и к каким последствиям для рода человеческогоона может привести? Вот вопросы, которые здесь неизбежно возникают. Вместе стем они являются следствием и более общих актуальных для современногочеловечества проблем адаптации его к условиям существования, изменяющимся подвлиянием научно-технической революции и вызванных ею факторов.

Крупные сдвиги в экономике и повседневной жизнилюдей, происшедшие за последние десятилетия, настоятельно ставят вопрос овлиянии изменений условий жизни на биологические и психические особенностичеловека. Социальное развитие по отношению к биологии человека не всегда и нево всем приводит к благоприятным результатам. Обсуждение и учет негативныхпоследствий воздействия некоторых социальных факторов на человеческий организм– одна из важнейших проблем современной науки. Поэтому весьма актуальнойстановится в этих условиях проблема адаптации человека к окружающей среде.

    Биологическаяадаптация человека понимается в настоящее время предельно широко и не сводитсятолько к сохранению биологического гомеостаза, т.е. к достижению устойчивогоравновесия и само регуляцииживого организма в изменяющихся условияхсреды. существуют также и активные формы поддержания гомеостаза черезспецифически человеческую деятельность – социальную и техническую. В итогеоказывается, что для человека адаптация охватывает широкий круг факторовбиологического и социального характера, причем последние подчиняют себе вомногих случаях первые. Это ставит большие задачи и проблемы не только передбиологией человека, но и перед социологией, психологией и педагогикой, теориейнравственного воспитания и научной организации труда.

Человек будущего, безусловно, необычайно расширитсвои адаптационные возможности с помощью самых разнообразных средств, включаяфармакологию и психотерапию, и это даст ему возможность полноценно и без ущербадля здоровья действовать в самых сложных, подчас экстремальных.условиях. Уже сегодняполучены серьезные данные, которые свидетельствуют о новых, неизвестных ранеерезервах биологической природы человека и его психофизиологическихвозможностях. «Биологическое оснащение» человека ярко обнаруживаетсвою универсальность. Человек как «венец природы» должен высвободитьи новые резервы своей биологической природы, направляя их по пути гармонизациис социальными, психическими и нравственнымисилами, которые он пока еще не научился прочно удерживать в гомеостатическомсостоянии.

В настоящее время разрабатываются разнообразныеметоды, с помощью которых можно было бы бороться с болезнетворным эффектом такназываемых стрессовых состояний, а также всякого рода психических аномалий,возникающих в экстремальных условиях эмоциональной напряженности, и добиватьсядостижения требуемого гомеостатического равновесия. Однако это – в основномдело будущего, Науке предстоит разгадать еще немало таинственных свойствбиологической природы человека. И самая большая загадка – это человеческиймозг, психика как комплекс сознания и инстинктов, человеческий интеллект.Поиски в этой сфере дадут, по-видимому, самые впечатляющие научные результаты вбудущем.

    Многие ученые,признавая допустимость искусственного влияния на работу мозга (химическиестимуляторы, электрические воздействия и т.п.), выражают серьезные опасения поповоду тех отрицательных последствий, которые могут возникнуть в этой связи, иозабочены тем, как их следует избежать. По мнению П. К. Анохина, «есликогда-то состоятся попытки сделать интеллектуальные способности продуктом химическихи обучающих лабораторий, то вполне может случиться так, что при последующемразвитии науки с более высокого ее уровня мы увидим, что внесли в мозг человеканеобратимые изменения, которые, к несчастью, уже нельзя будет устранить»<span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA; layout-grid-mode:line">[3].

    Поэтому, очевидно, задача заключается втом, чтобы для повышения активности интеллекта эффективнее использовать уже имеющиесяресурсы мозга, которые пока заключены в его неведомых тайниках. Говоря же обудущем совершенствовании деятельности человеческого мозга, следует иметь ввиду, что наука еще не дала ответа на вопрос о том, не появятся ли новыерезервы и ресурсы мозга в ходе естественной эволюции определенных его участков.

Сейчас трудно более или менее точно сказать,в каком направлении и, главное, какими методами будет осуществляться эторазвитие. По-видимому, это будет не какой-то один метод – естественный илиискусственный,– а метод комплексный, с помощью которого, каксчитают многие ученые, мы, быть может, сумеем способствовать обратномувоздействию разума на его собственную материальную основу – физиологию мозга.Такое «обратное воздействие разума» мы видим, в частности, и в техновых направлениях и формах соединения нейрофизио-логических исследований стехническими и даже поведенческими науками, которые дают в последниедесятилетия био-кибернетика и эргономика, научная программа,предусматривающаясоздание «искусственного интеллекта», иразвитие психологии. Все эти новые направления открывают новые возможности ирезервы развития человека.

Выдающийся ученый Б. Л. Астауров поистинепророчески сказал: «Надо желать и верить; что по мере того, как человекбудет все более рщионально вмешиваться в свое окружение и создавать для себявсе более совершенную среду жизни, и по мере того, как он начнет находить всеболее гуманные и эффективные пути совершенствования своей наследственности,порождения зла и тьмы будут отступать перед духами добра и света.Следуетнадеяться, что в результате этого процесса как будущая среда всегочеловечества, так и будущая его наследственность сольются в гармонию и станут вконце концов такими, какие нужны для того, чтобы создать подлинно мудрого игуманного Человека с большой буквы.

    Вспомним И. Канта, который писал, что»только человек как мыслящее существо, своим разумом сам определяющий себесвои цели, может быть идеалом красоты, пределом совершенства. О человеке… какморальном существе уже нельзя спрашивать, для чего он существует. Егосуществование имеет в себе самом высшую цель, которой, насколько это в егосилах, он может подчинить всю природу..."<span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA; layout-grid-mode:line">[4]. Однакоэта спокойная и истинно философскаяконстатация не дается ведь сразу, и каждый мыслящий человек ищет свой ответ навопрос о смысле человеческой жизни как своей жизни и уж затем – родовой. Поискиэти могут быть до предела эмоционально насыщенными, мучительными, окрашиватьсязачастую в трагические тона, как это было, в частности, в русской истории, гдефилософствование принимало весьма своеобразные формы, например у того же Л. Н.Толстого, Ф. М. Достоевского и др.

 Эту связь вопросао смысле человеческой жизни с проблемой долголетия, смерти и бессмертиячеловеке можно проследить через всю историю философии и науки, и ее хорошовыразил уже Сенека, сказавший, что важно не то, долго ли, аправльно ли ты прожил. Всякая жизнь, хорошо прожитая, есть долгаяжизнь, отмечал и Леонардо да Винчи. Эту же мысль почеркивад и М. Монтень,говоря, что мера жизни не в ее длительности, а в том, как вы ее использовали.Само собой ясно, что мера жизни определяется здесь ее человеческой, то естьсоциально-личностной и нравственной формой. И именно она может служить исходнымпунктом решении сложных проблем, относяыдхся в том числе к проектам увеличенияпродолжительности человеческой жизни.

Сложность этих проблем достигает своих предельныхформ именно потому, что в биологическом смысле индивид всегда внекоторомотношении лишь средство для вида в целом, поскольку именно черезприспособительную жизнедеятельность индивида, завершающуюсявоспроизведением потомстве и смертью,вид обеспечиваетсвое сущесгвование как определенной формы жизнии, длящейся в иных, чем дпя индивида, временных измерениях. Но если вбиологическом смысле природа становится «равнодушной», «теряетинтерес» к индивиду после завершенияимрепродуктивного возраста, то для человеческого индивида, ставшего личностью,уже не природа, в общество определяетмеруи ценность его жизни. И как раз три, где отступается при-рода, возрастает интересобщества, так какразвитие личности отдельногочеловека – цель и средство существования и развитии человечества – и как видаHomo sapiens, и как социальной общности,носителя разума и культуры на Земле.

Всеэто имеет прямое отношение к проблеме продолжительности челоовеческой жизни,старения и смерти индивида и личности. Проблема эта волнует человеческую мысль,наверное, смомента ее зарождения, и она остается одной из самыхбольших загадок по сей день, продолжая возбуждать разум и эмоциичеловека.Существует огромная библиография работ (свыше 60 тысяч), посвященная разнымаспектам (биологическим, демо-графическим, геронтологическим, психологическим идр.) проблемы жизни, старения и смерти человека в их взаимосвязи ивзаимообусловленности. Когда мы обращаемся к вопросу о продолжительностичеловеческой жизни, обсуждаем и оцениваем саму возможность ее продления, встаетфундаментальной важности вопрос – какое время мы имеем в виду и соответственночто мы хотим продлить: то ли биологическое время индивида, то лисоциально-личностное время, которое при всей своей объективности таксубъективно и измеряется факторами принципиально иными, порой чрезвычайносильно окрашенными эмоционально, психологически, нравственно. Вспомнимпоэтическое восклицание А. Ахматовой: "… как нам быть с тем ужасом,который был бегом времени когда-то наречен?"

    Продление человеческой жизни может ставитьсякак некоторая научная и социально осознанная цель, и тогда возникает вопрос:для чего это необходимо личности и обществу? Но такой вопрос может и невозникать, если сама жизнь принимается какабсолютная исамодостаточная ценность. Наконец, он может стихийно «решаться» входе исторического процесса, выражающегося, вчастности, в эволюции продолжительности жизни.

Так,согласно многим демографическим данным, эволюцияпродолжительностичеловеческой жизни происходила на протяжении истории человечества и происходитв наши дни, причем речь идет не о «чисто» биологическом времени,обусловленномгенетически (такого никогда не бывает у человека какличности, испытывающей домцнирующее влияние социальных фактов) но именно осоциальной продолжительности жизни, где условия жизни и среда играютопределяющую роль, существенно видоизменяя действие биологических факторов.Разумеется, приводимые данные не всегда точны и они нь совпщают зачастую уразных исследователей. Однако они достаточно полно выражают общиезакономерности и тенденции, атакже ихконкретную реализацию в современных развитых (социалистических икапиталистических) и развивающихся странах. Учет этих последних факторов,разных в разных социально-экономических системах, позволяет и сам процесссоциального старения человека подразделить на нормальное, когда оно происходитестественно, по мере расходования резервов человеческого организма, ипатологическое, при котором наблюдается негативное воздействие социальныхфакторов, детерминирующихестественно протекающиепроцессы старения. Поэтому первой и основной зщачей является свести до минимума причины, приводящие кпатологическому социальному старению, и эта задача совпадает с более общими социальными задачами по такомупереустройству общества, которое обеспечивало бы человеку нормальныечеловеческие условия существования, включая медицинское обслуживание. Право наздоровье является поэтому в социальном плане исходным и в утверждении права нажизнь – тем более долгую, чем более эффективно реализуются все биологическиерезервы человека и сводится до минимума патологическое действие факторовраннего социального старения.

Чтокасаетсяэтой стороны вопроса,вобщем-тоосновного, главного в современных условиях, то здесь ценностный,гуманистический подход совпадает с социальным. И с чисто гуманистической точкизрения, согласно которой ценность длительной человеческой жизни являетсясамоочевидной, самодостаточной, и с социальной, учитывающей ее общественнуюзначимость, возрастающую ценность для общества сохранения развитой человеческойиндивидуальности, обогащенной знаниямц, опытом, увеличение нормальнойсоциальной продолжительностц жизни за счет ограничения и полного вытеснения вбудущем паталогического социального старения является прогрессивнымпроцессом как в отношении отдельных личностей, таки человеческогообщества в целом.

Существенныйвклад в разработку проблемы внес замечательный русский ученый И. И. Мечников,причем особенностью его исследований является как раз стремление обнаружитьсвязь биологического и социального, гуманистического подходов с общефилософскойпостановкой вопроса о смысле жизни. Это отчетливо прослеживается в «Этюдахо природе человека», а в особенности в «Этюдах оптимизма», гдетема продолжительности и смысла человеческой жизни, ст«рения и смертичеловека хотя и разрабатывалась И. И. Мечниковым в широком историческомдиапазоне, но он во многих случаях оказывался лишь фоном дпя обоснованиянаучно-биологического подхода к проблеме, хотя последний и привел к становлениюгеронтологии как науки. Более того, по его мнению, „изучение человеческойприроды позволяет определить истинную цель нашего существования, так же точноразъясняет оно и значение истиннойкультуры иистинного прогресса“<span Times New Roman»,«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:EN-US;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA; layout-grid-mode:line">[5].

Покрайней мере в отношении современности и ближайшей перспективы в основномутверждается идея о необходимости и возможности достижения с помощьюразнообразных научных методов максимума видовой (биологической)продолжительности жизни человека (она определяется рядом ученых до 150 лет). Наэто направлены сейчас главные усилия ученых, хотя ясно обозначаются уже идругие, более сложно дифференцированные цели и задачи. Говорится даже о том, чтомы стоим на пороге новой эры, когда медицина превратит Homo sapiens в Ноmо 1оngevus– сверхдолгожителей, когда мужчины и женщины в зрелые годы полностью сохранят иумственную и физическую бодрость. А если это так, то нам придется взглянуть нажизнь совсем иными глазами.

Чтоздесь надо иметь в виду в первую очередь? Мне представляется, такое видениежизни, которое исходило бы именно из реальных гуманистических установоксознания и поведения человека, четкого определения смысла того, для чегочеловеку надо жить дольше, чем это обусловлено нормальными возрастнымипараметрами, соответствующими индивидуальным особенностям личности ипотребностям общества.

Любопытныев этом плане мысли попытались объединить в некоторый закон более долгой жизниС. Норкот Паркинсон и Герман Ле Конт,которые при всех достойных самой резкой критики биопогизаторских и мальтузианскиходносторонностях своей концепции высказывают в общем-то весьма рациональнуюидею: существует много средств продпения жизни, но следует помнить, что вопросжить или умереть во многом зависит отсостояния ума. Мы умираем, покрайней мере отчасти, потому что прожили достаточно долго, мы живем потому, чтонадочто-то сделать.

Сегодня,когда перед наукой ставится цельпродлениячеловеческойжизни, сами цели ее определяются, как правило, весьма разноречиво, и столь жеразличными оказываются временные параметры, которые почти никогда не ставятся взависимость от социально-этических и гуманистических факторов.

Поэтому-тоговорится, например, о возможности в будущемувеличить видовуюпродолжительность человеческой жизни до 1000 и более лет, а иногда и до…бесконечности. Речь идет в данном случае не просто о какой-то футурологическойэйфории, но и о прогностических высказьваниях ряда учюных-специалистов.Существует международнм ассоциация по проблеме«Искусственное увеличение видовой продолжительности жизни людей»,которая исходит из того, чго возможно и необходимо продпить жизнь человека насотни лет. По мнению ряда ученых,человек достигнет бессмертия уже к… концу ХХI века.

Каквсе это представляется, однако, в социально-этическом инравственно-гуманистическом плане? Будет личеловечество всегда стремитьсяк максимальнопродолжительной длительности индивидуальной жизни и тем болеебессмертию, либо же оно найдет другие решения, когда его социально-этическоеинравственно-гуманистическое сознание изменит само понимание смыслачеловеческой жизни до такой степени, что личность не будет отделить себя отчеловечества и его потребности и интересы окажутся наивысшими для нее.

Трудносказать, как наука будет решать проблемы увеличения видовойпродолжительности жизии людей в будущем,хотя ясно одно,что путь к такому решению предполагает комплексное применение различныхметодов, учитывающих сложные взаимодействия в организме человека как целостнойсистемы. Еще труднее сказать сегодня, какими конкретными временными параметрамибудет определяться индивидуальная биологическая жизнь личности, да и нужно липытаться это делать за тех, ктопридет, за нами и вместо нас: ведь они, конечно, будут и разумнее и гуманнеенас. Уже сейчас появилось много работ, в которых показывается, что главное ирешающее у личности – уровень функционирования ее интеллекта, достигнутый кзрелому возрасту, может быть сохранен до глубокой старости, Поэтому основнаязадача заключается, видимо, в том, чтобы рациональнее использовать этот бесценный дар вмаксимальной степени, не выдвигая пока что таких целей, достижение которыхнеизвестно чем закончится ды человечества и отдельной личности. Не ясно ведь,как вообще отразится на них в социальном, психологическом и нравственно-этическомпланах сама перспектива выхода жизни за видовые параметры, поскольку этопредполагает существенное изменение человеческого организма с помощью«гомотехнологии», что может угрожать утратой человеческойиндивидуальности, идентичности личности и пр. А кроме того, опасны не толькогеронтофобия, но и геронтофилия, всякая остановка исторического движения поколений, консервациядостигнутого и ужасающая перспектива ее экстраполяции на сотни летвперед, а то и на… бесконечность. Вряд ли любой действительно достойныйвечности человек согласится оказаться неким вечным олицетворением и стандартом«чело-века вообще» и тем самым как бы навязывать себя будущему,стирая в нем невольно всю привлекательность новизны и тайну«абсолютногодвижения становления» Человека, о котором говорил Маркс и котороепорождает надежду на появление нового Аристотеля, Гете, Толстого, Эйнштейна иМаркса...

Впрочем,это уже было хорошо показано Джонатаном Свифтом на примере«избранных» жителей Лапуты, «обреченных на бессмертие» придостижении старости и завидовавших смерти других стариков. И гетевский Фаустотказывается от самоубийства не из эгоистического желания как можно болеедлительной жизни, а из любви к людям, чтобы разделить общую судьбучеловечества, правда сохранив при этом молодость. Это и сегодня воскрешает такназываемы ювенология, постулаты которой, как я думаю, еще должны получитьсерьезное испытание не только с биологической, но и социально-этической и нрав-ственно-гуманистическойточек зрения. Во всяком случае, мне кажутся более обоснованными ипривлекательными геронтологические установки И. В. Давыдовского, считавшего, что долголетие исвязаннаяс ним проблема активной творческой старости– это нечто более реальное, чем скучное бессмертие. По сути дела, речь идет о новом человеке, осознавшем своипотенциальные воз'можности не только на Земле, но и в безграничныхкосмических просторах. Он стал хозяином времени ипространства".

Этотгуманистический подход предполагает новое научное и философское осознаниесмысла человеческой жизни, общий социальный и моральный прогресс человечествасегодня и в будущем. На этом пути человечеству, видимо, предстоит еще многоеизменить и преодолеть, и вся история его мысли призывает к этому.

Чтокасается будущего, причем весьма отдаленного, то в этой области, как я думаю,предстоят крупнейшие события – может быть, самые крупные за всю историю науки,которая вступит тем самым в «век человека», когда вся мощь научногознания обратится к человеку как своему главному объекту. Но для этого нужнысоответствующие разуму и гуманности социальные условия, которые породят и новыйэтос науки. И наэтой стадии, может быть, придет осознаниеуникальности человека разумного и гуманного, а какие выводы последуют изэтого– судить не нам. Именно это и позволит решать в будущеы проблемы егобиологического совершенствования в соответствии с тем идеалом, которыйсоздавался человеком на протяжении истории в мифах и утопиях и который онутвердит в будущем как результат синтеза науки и искусства, разума, добра икрасоты.

 Такой мировоззренческий и социальный подход,учитываю-щий многообразные гуманистические аспекты проблемы, следует,по-видимому, распространить и на неоевгенические проекты«фабрикуемого сверхчеловека»путем егогенетического«конструирования», и на любые проекты качественной переделкибиологической природы человека с помощью «медицинской инженерии» ит.п., создания «человека разумнейшего» – путем искусственных методоввоздействия на психику, конструирования «биокиборга», в котором быорганично объединялись биологические качества человека и «искусственныйразум», силы его «подсознания» и «экстрасенсорность» сбиокибернетическими устройствами и т.п.

Этотфилософский подход, основывающийся на научном понимании смысла человеческойжизни, конечности индивидуального бытия и бесконечности историческогосуществования человечества, утверждает бессмертие человека в том, чтоединственно и соответствует его сущности – н материальной и духовной культуречеловечества, в бессмертии его разума и гуманности.

Прекрасновыразил это ученый-естествоиспытатель И. И. Шмальгаузен: "… Результаты нашейтворческой деятельности не гибнутвместе с нами, но накапливаются дляблага будущих поколений.Так пусть же наш короткий жизненный путь освещается сознанием того, чточеловеческая жизнь много выше других жизней и только смерть обусловилавозможность существовыия бессмертных творений его духа". А вотпереклц-кающиеся с ним мысли выдающегося писателя-гуманиста М, М. Пришвина:«Пусть он умирает, даже в обломках его остается победное усилие человекана пути к бессмертию.» От него навсегда остается то небывалое, что онрождает словом, делом, помышлением, поклоном даже, или даже пожатием руки, или только улыбкой посылаемой".

Человек– бесконечная вселенная, и вселенная для него – бесконечная "нить жизни", устремленнойразумом своим и гуманностью в вечность...

Прогнозы будущего человечества ученые делят на четыретипа: реалистические или поисковые; аналитические или социальные; нормативные сопределением картины будущего; прогнозы-предостережения. Методология прогнозовбудущего человечества в значительной степени определяется психологическимихарактеристиками и ценностными ориентациями исследователей и ученых. Имеютсякрайне пессимистические и одновременно с этим существует немало оптимистическихпредставлений о перспективах человека и человечества.

Американец Джон Нейсбит в своейкниге: "Мегатренды: десять новых тенденций,трансформирующих нашу жизнь" (1982) показывает перспективу перехода США от«индустриального общества» к «информационному». Он выделилдесять основных трендов, определяющих развитие США на ближайшие десятилетия.Среди них: переход от индустриального общества к информационному, основанному напроизводстве информаций и знаний; от «высокой технологии» кгуманистической", ориентированной на человека; от национальной экономики квзаимозависимой глобальной экономики; от краткосрочного ориентированногоуправления к долгосрочному планированию; от централизации к децентрализации вэкономике и политике; от институционального обеспечения к «само обеспечениюи само занятости»; от репрезентативной «демократии к демократииучастия»; от иерархических «вертикальных»социально-экономических структур к массовым «горизонтальным»структурам; от ориентации на проживание в больших городах севера США кориентации на проживание в малых и средних городах юга и запада США; отдвухстороннего выбора к много альтернативным выборам и решениям.

Нейсбитсчитает, что общество уже в1970-е годы уже скакнуло в экономику, основывающуюся на информации. Развиваетсявысокой сложности технология, что является величайшим в истории испытаниемчеловека. Идет процесс перехода от национальной экономики к планетарной, откраткосрочного планирования к долгосрочному, от централизации кдецентрализации.

Состояние децентрализации все больше охватывает политику,бизнес, культуру. Власть все больше сосредотачивается на региональном уровне.Социальная жизнь все больше ориентируется на основе принципов низового уровня.Человек в этих условиях, учитывая децентрализацию бизнесу, приобретает широкийаспект выбора, а возникающая микроэкономика являетсяосновой для этого. Общество движется от представительной демократии к обществунепосредственного участия. Осуществляется переход от иерархии к сетевойорганизации, которая становится сетью ячеек. Решения здесь принимаются наоснове обсуждений и коллегиальности. Все это приводит к корпоративнойсолидарности у работников. Все эти процессы ведут к многообразию в сфереискусства, религии и культуры в целом. Этническое многообразие усиливает дифференциациюкультуры. Характерно, что Нейсбит также, как и Бэлл, все больше утверждались в позиции, что история должнаобратиться к человеку, что на смену автоматического прогресса должен придтиосознанный целенаправленный прогресс, определенный людьми.

Информатизация, имеющая широкий набор средств, коммуникации,предполагает формирование информационной культуры, инфосферы,ставит перед людьми проблемы массовой компьютерной грамотности, соответствующейпсихологической подготовки людей. Представляется, что человек в процессеинформатизации значительно изменит свое мировоззрение, представление обобществе, природе и себе самом. «Социум» приобретет новые измерениядуховной и материальной культуры.

   

   

Список литературы:

1.<span Times New Roman"">     

Лейбин В.М. «Модели мира» и образ человека //Критический анализ Римскогоклуба. М., 1988.

2.<span Times New Roman"">     

Сорокин П.А. Человек,цивилизация, общества. М., 1992.

3.<span Times New Roman"">     

Гумилев Л.Н. История людей иистория природы. М., 1993.

4.<span Times New Roman"">     

Самосознание европейскойкультуры XX века // Мыслители и писатели Западао месте культуры в современном обществе. М., 1991.

5.<span Times New Roman"">     

Актуальные проблемы культурыXX в. М., 1993.

             


<span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA">[1]

Вестник ЛГУ, Х. Осборн [цит.по: 43, стр.23]

<span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family:«Times New Roman»; mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language:AR-SA">[2]

ВестникЛГУ, статья А.П.Быстрова [стр.34]

<span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family: «Times New Roman»;mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language: AR-SA">[3]

П.К. Анохин. Фундаментальные труды понейрофизиологии. М., 1971. С. 136.

<span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family: «Times New Roman»;mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language: AR-SA">[4]

И. Кант. Сборник трудов по философии. М.,1996. С. 250-251.

<span Times New Roman",«serif»;mso-fareast-font-family: «Times New Roman»;mso-ansi-language:RU;mso-fareast-language:RU;mso-bidi-language: AR-SA">[5]

И. И. Мечников. Этюды о природе человека. М.,1991. С. 44.
еще рефераты
Еще работы по философии