Реферат: Семь чудес света

Оглавление

Вступление…………………………………………………………2

Великая пирамида в Гизе………………………………………..3

Висячие сады Вавилона………………………………………….6

Статуя Зевса в Олимпии……………………………………….9

Храм Артемиды в Эфесе………………………………………12

Мавзолей в Галикарнасе………………………………………..18

Колосс Родосский……………………………………………….22

Александрийский маяк………………………………………….24

Заключение………………………………………………………..26

Список использованной литературы………………………..27

Вступление

 

      Чудес былосемь: Великая пирамида в Гизе, Мавзолей в Галикарнасе, Колосс Родосский,Александрийский маяк, Храм Артемиды в Эфесе, статуя Зевса в Олимпии, Висячиесады Вавилона .

      Число ихопределялось магией цифры семь, ограниченными возможностями человеческойпамяти, пределами античного мира и, главное, устойчивостью традиций. Когдапримерно и третьем веке до нашей эры кто — то провозгласил именно этосемицветие эталоном чудес, часть человечества, обитающая вокруг Средиземногоморя, подчинилось авторитету, и лишь некоторые местные патриоты, не  оспариваясамого принципа, старались внести поправки в частности.

      Черезтысячу лет после падения Рима, когда вновь у людей возродился интерес кпроисходящему за пределами их маленького мирка, о чудесах света вспоминали, исила античного авторитета была такова, что упомянутые семь чудес воспринималиуже как незыблемое целое.

      До  наших  дней дожило  лишь  одно из чудес,  как ни                                                парадоксально, самое древнее — Великаяпирамида в Гизе.


/> <td/> />
 

Египетскаяпирамида Хеопса в Гизе — древнейшее и вместе с тем единственное сохранившеесядо наших дней чудо света. Гигантскиеусыпальница фараона четвертой египетской династии — Хуфу (Хеопса) — возведенаоколо пяти тысяч лет назад, и ни время, ни завоеватели не смогли ничего с нимиподелать. Почти три тысячи лет существовало после этого египетское государство;сменялись на престоле фараоны и цари, но пирамиды, воздвигнутые в истокахегипетской цивилизации, остались самыми могущественными сооружениями страны, даи всего мира.

Когда мы говоримсегодня о том, что в 1899 году пирамида Хеопса перестала быть самым высокимзданием мира, уступив первенство Эйфелевой башне, мы прикрываем несоизмеримостьсооружений абстракцией мертвых цифр. Высота — лишь одна из характеристикпирамиды. 137-метровая громада (раньше она достигала 147 метров, но вершинапирамиды обвалилась) сложена из 2 300 000 тщательно обработанных глыбизвестняка, каждая весом более двух тонн. Площадьоснования 230 х 230м, вес 6400 000 тонн.

 Практически безвсяких механизмов, с помощью лишь клиньев и кувалд, глыбы вырубали вкаменоломнях на другом берегу Нила, обрабатывали на месте, затем перетаскивалипапирусными канатами к воде, волокли на строительную площадку и по отлогомусклону холма, который рос вместе с пирамидой, втаскивали на вершину.

Геродот уверяет, чтостроили эту пирамиду двадцать лет, занято на строительстве было одновременносто тысяч человек, которые менялись каждые три месяца, и, сколько их оставалосьчерез эти три месяца в живых, знали лишь фараоновы писцы — до нас число жизней,принесенных в жертву пирамиде, прежде чем она стала усыпальницей одногочеловека, не дошло. Фараон увел за собой в темное царство смерти десятки, аскорее всего сотни тысяч подданных. Зато известно, что к этому двадцатилетнемуподвигу народа, подвигу бессмысленному, но грандиозному, никакого отношенияникто, кроме египтян и рабов из соседних стран, не имел.  Каждый этапстроительства был запечатлен художниками и в наши дни подтвержден археологами.При необходимости можно было бы выстроить эту пирамиду снова, скопировав вточности все действия строителей: в каменоломнях найдены папирусные канаты, спомощью которых оттуда вытаскивали глыбы, и инструменты каменотесов.

Внутри  пирамидынаходится сеть ходов. Большой ход, большая галерея, приводит к камере фараона,это помещение высотой  5м. длиной  10м. и шириной 5м. облицованная гранитом,ничем не украшенная, с  большим саркофагом без крышки. Саркофаг находилсявнутри еще при строительстве пирамиды, так как он не проходит ни в один изходов пирамиды.

/>

Мы воспринимаем египетские пирамиды как факт, не задумываясь о ихпроисхождении. Мы можем объяснить их с точки зрения экономики: накапливалсяприбавочный продукт, общество в лице правителей не видело лучшего емуприменения, чем возвеличивание земной и небесной власти. Мы можем объяснить ихпроисхождение психологически: фараон, живой бог, должен был получить местоупокоения, полностью подавляющее воображение человека. Но почему именнопирамиды? Почему именно эта массивная гробница, внутри которой, как жучок в большомяблоке, спрятан саркофаг фараона? Ведь кто-то должен был придумать пирамиду,обосновать ее, сконструировать — не пришельцы же уговорили фараона на этопредприятие.

Имя гения, пожалуй, первого гения, отмеченного вистории человечества, и даже его внешний облик известны. Его признавали прижизни и помнили тысячелетия после смерти. Звали его Имхотеп.

Имхотеп по призванию и по делам своим — генийуниверсальный и щедрый. Он был современником Джосера, основателя третьейдинастии (чуть менее трех тысяч лет до нашей эры). До этого времени в Египте,объединенном за четыре века до первой династии, почти не строилось каменныхзданий. Жилые помещения сооружались из дерева, тростника или глины, а дворцы имастабы — погребальные сооружения в форме спичечной коробки — из кирпича,сырцового, а частично и обожженного.

Джосер, как и положено фараону, тоже начал строить себе гробницу прижизни — солидную мастабу, которая частично сохранилась. Гробница былапостроена, но не использована по назначению.

Должно быть (а известно, что Джосер умер глубокимстариком и правил восемьдесят лет), Имхотеп был младше фараона, или выдвинулсяи стал известен лишь где-то в середине царствования Джосера, а когда путифараона и архитектора скрестились, мастаба была почти завершена. Только такможно объяснить тот факт, что, забросив старую гробницу, фараон начинает всеснова — и строит первую настоящую, изобретенную Имхотепом пирамиду. Строит ееиз камня.

Пирамида выглядела так. На традиционную мастабу,правда невиданных ранее размеров, поставлена вторая, меньшая. И так далее, дошести уменьшающихся мастаб — вот и родилась ступенчатая пирамида высотой подсемьдесят метров.

/>

Второе изобретение Имхотепа в области строительстватакже связано с пирамидой Джосера. Впервые вокруг усыпальницы фараона былсоздан храмовый комплекс, также возведенный из камня. Правда, Имхотеп не смогсразу разорвать связь с деревянной архитектурой: колонны, крыши, карнизы, стеныэтих зданий точно воспроизводят все структурные и орнаментальные деталитрадиционных деревянных и кирпичных форм египетской архитектуры. Потребуютсяеще столетия, чтобы камень полностью забыл о том, какими были здания раньше, и,забыв, нашел новые формы.

/>

Висячие сады Вавилона моложе пирамид. Они строились вте времена, когда уже существовала ”Одиссея” и возводились греческие города. Ив то же время сады куда ближе к египетскому древнему миру, нежели к миругреческому. Сады знаменуют собой закат ассиро-вавилонской державы, современницыдревнего Египта, соперницы его. И если пирамиды пережили всех и живы сегодня,то висячие сады оказались недолговечными и пропали вместе с Вавилоном — величественным, но не прочным гигантом из глины.

Вавилон уже катился к закату. Он перестал бытьстолицей великой державы и был превращен персидскими завоевателями в центродной из сатрапий, когда туда вошли войска Александра Македонского — человека,хотя и не построившего ни одного из чудес света, но повлиявшего в той или иноймере на судьбы многих великих памятников прошлого, на их создание или гибель.

В 331 году до нашей эры жители Вавилона отправилимакедонцу послов с приглашением войти в Вавилон с миром. Александр был пораженбогатством и величием хотя и пришедшего в упадок, но еще крупнейшего городамира и задержался там. В Вавилоне Александра встретили как освободителя. Авпереди лежал весь мир, который следовало покорить.

Не прошло и десяти лет, как круг замкнулся. ВладыкаВостока Александр, усталый, измученный нечеловеческим напряжением восьмипоследних лет, но полный планов и замыслов возвратился в Вавилон. Он готов былуже к завоеванию Египта и походу на Запад, чтобы подчинить себе Карфаген,Италию и Испанию и дойти до предела тогдашнего мира — Геркулесовых столпов. Нов разгар приготовлений к походу занемог. Несколько дней Александр боролся с болезнью,совещался с полководцами, готовил к походу флот. В городе было жарко и пыльно.Летнее солнце сквозь марево наклоняло рыжие стены многоэтажных домов. Днемзатихали шумные базары, оглушенные невиданным потоком товаров — дешевых рабов идрагоценностей, привезенных воинами с индийских границ,- легко доставшейся,легко уходящей добычей. Жара и пыль проникали даже сквозь толстые стены дворца,и Александр задыхался — за все эти годы он так и не смог привыкнуть к жаресвоих восточных владений. Он боялся умереть не потому, что трепетал передсмертью — к ней, чужой да и своей, он присмотрелся в боях. Но смерть, понятнаяи даже допустимая десять лет назад, сейчас была немыслима для него, живогобога. Александр не хотел умирать здесь, в пыльной духоте чужого города, такдалеко от тенистых дубрав Македонии, не завершив своей судьбы. Ведь если мирстоль послушно ложился к ногам его коней, то, значит, вторая половина мирадолжна присоединиться к первой. Он не мог умереть, не увидев и не покоривЗапада.

И когда владыке стало совсем худо, он вспомнил о томединственном месте в Вавилоне, где ему должно полегчать, потому что именно тамон уловил, вспомнил — а вспомнив, удивился — аромат македонского, напоенногосветлым солнцем, журчанием ручейка и запахом трав леса. Александр, еще великий,еще живой, в последней остановке на пути в бессмертие, приказал перенести себяв висячие сады…

Навуходоносор, создавший этисады, руководствовался благородной причудой деспота, ибо у деспотов тоже бываютпричуды благородные — для кого-то, но никогда для всех. Навуходоносор любилсвою молодую жену — мидийскую принцессу, тосковавшую в пыльном и лишенномзелени Вавилоне по свежему воздуху и шелесту деревьев. Царь вавилонский неперенес столицу к зеленым холмам Мидии, а сделал то, что недоступно прочимсмертным. Он перенес сюда, в центр жаркой долины, иллюзию тех холмов.

На строительство садов, приютадля царицы, были брошены все силы древнего царства, весь опыт его строителей иматематиков. Вавилон доказал всему свету, что может создать первый в миремонумент в честь любви. И имя царицы сказочным образом смешалось в памятипотомков с именем иной, ассирийской правительницы, а сады стали известны каксады Семирамиды — может, это была ревность человеческой памяти, для которойвеликое деяние должно быть связано с великим именем. Царица Тамара никогда нежила в замке, названном ее именем, и никогда, будучи женщиной благочестивой,любящей своего второго мужа и детей, не помышляла о том, чтобы скидывать соскал незадачливых любовников. Но трагедия должна быть освящена великим именем:иначе ей недостает

/> <td/> />
драматизма.

Сады, созданные строителями Вавилоона, быличетырехъярусными. Своды ярусов опирались на колонны высотой двадцать пятьметров. Платформы ярусов, сложенные из плоских каменных плит, были устланыслоем камыша, залитого асфальтом и покрытого листьями свинца, чтобы вода непросочилась в нижний ярус. Поверх этого был насыпан слой земли, достаточный длятого, чтобы здесь могли расти большие деревья. Ярусы, поднимаясь уступами,соединялись широкими пологими лестницами, выложенными цветной плиткой.

Ещешло строительство, еще дымили кирпичные заводы, где обжигались широкие плоскиекирпичи, еще брели с низовьев Евфрата бесконечные караваны повозок сплодородным речным илом, а с севера уже прибыли семена редких трав и кустов,саженцы деревьев. Зимой, когда стало прохладнее, на тяжелых повозках,запряженных быками, начали прибывать в город большие деревья, тщательнозавернутые во влажную рогожу.

Навуходоносор доказал свою любовь. Над стометровыми стенамиВавилона, настолько широкими, что на них могли разъехаться две колесницы,поднималась зеленая шапка деревьев сада. С верхнего яруса, нежась в тенистойпрохладе, слушая журчание водяных струй — день и ночь рабы качали воду изЕвфрата,- на много километров вокруг царица видела лишь зеленую землю своейдержавы.

Со смертью Александра Македонского мгновенно рассыпаласьего империя, растащенная на куски спесивыми полководцами. И Вавилону непришлось вновь стать столицей мира. Он захирел, жизнь постепенно ушла из него.Наводнение разрушило дворец Навуходоносора, кирпичи спешно построенных садовоказались недостаточно обожженными, рухнули высокие колонны, обвалилисьплатформы и лестницы. Правда, деревья и экзотические цветы погибли куда раньше:некому было день и ночь качать воду из Евфрата.

Сегодня гиды в Вавилоне показывают на один из глиняныхбурых холмов, напичканный, как и все холмы Вавилона, обломками кирпичей иосколками изразцов, как на остатки садов Семирамиды.

 

 

 

/>

 

/>

Статуя Зевса Олимпийского — единственное чудо света,оказавшееся на Европейском материке.

Ни один из храмов Эллады не показался грекам достойнымзвания чуда. И, выбрав в качестве чуда Олимпию, они запомнили не храм, несвятилище, а только статую, стоявшую внутри.

Зевс имел к Олимпии самоепрямое отношение. Каждый житель тех мест отлично помнил, что именно здесь Зевспобедил кровожадного Крона, родного своего отца, который в страхе, что сыновьяотнимут у него власть, принялся их пожирать. Зевс спасся также, как спасалисьсказочные герои всех народов: всегда найдется добрая душа, которая пожалеетмладенца. Вот и жена Крона, Рея, подсунула мужу вместо Зевса крупный камень,который тот и проглотил. Очевидно, Крон своих детей заглатывал целиком.

Когда Зевс подрос и победил отца, он вызволил на волювсех своих братьев и сестер. Аида, Афину, Посейдона…

Олимпийскиеигры, в частности, были учреждены в честь этого события и начиналисьжертвоприношениями Зевсу.

Главной святыней Олимпии был храм Зевса с его статуейработы великого Фидия. Фидий был знаменит не только статуей Зевса Олимпийского,но и статуей Афины в Парфеноне и рельефами на его стенах. Вместе с ПерикломФидий разработал план перестройки и украшения Афин, что, правда, дорогообошлось Фидию: враги его могущественного друга и покровителя стали врагамискульптора. Месть их была банальной и грязной, но обыватели жаждали скандала:Фидий был обвинен в том, что утаивал золото и слоновую кость при сооружениистатуи Афины в Парфеноне.

Слава скульптора оказалась сильнее злопыхателей.Жители Элиды внесли залог за заключенного, и афиняне сочли этот предлогдостаточным, чтобы отпустить Фидия работать в Олимпию. Несколько лет Фидийоставался в Олимпии, сооружая статую — синкретическую по материалу и известнуюнам по описаниям и изображениям на монетах.

/>Статуя Зевса находилась в храме, длинакоторого достигала 64 метров, ширина — 28, а высота внутреннего помещения былаоколо 20 метров. Сидящий в конце зала на троне Зевс подпирал головой потолок.Обнаженный до пояса Зевс был изготовлен из дерева. Тело его покрывали пластинырозоватой, теплой слоновой кости, одежду — золотые листы, в одной руке ондержал золотую статую Ники — богини победы, другой опирался на высокий жезл.Зев был столь величествен, что, когда Фидий завершил свой труд, он подошел кстатуе, как бы плывущей над черным мраморным полом храма, и спросил: “Тыдоволен, Зевс?” В ответ раздался удар грома, и пол у ног статуи треснул. Зевсбыл доволен.

/>

          Остались описания кресла Зевса, которое былоукрашено барельефами из слоновой кости и золотыми статуями богов. Боковыестенки трона были расписаны художником Панэном, родственником и помощникомФидия.

Впоследствии византийские императоры перевезли совсеми предосторожностями статую в Константинополь. Хотя они и были христианами,рука на Зевса ни у кого не поднялась. Даже христианские фанатики, врагиязыческой красоты, не посмели разрушить статую. Византийские императоры напервых порах дозволяли себе ценить высокое искусство. Но, к глубокомуудовлетворению христианских проповедников, бог покарал своего языческогосоперника, наказав тем самым сошедших с праведного пути императоров. В V векенашей эры дворец императора Феодосия II сгорел. Деревянный колосс стал добычейогня: лишь несколько обугленных костяных пластинок да блестки расплавленногозолота остались от творения Фидия.

/>Так погибло и седьмое чудо света…

                                                                                                                                 

            Когда от памятника не остается и следа,появляется соблазн (часто мотивированный) приписать его существованиечеловеческому воображению. Подобная участь не миновала и статую Зевса, темболее что от нее не сохранилось копий.

Длятого чтобы убедиться, что статуя существовала и была именно такой,                          Руины храма Зевса

какописывали современники, следовало

отыскатьхотя бы косвенные свидетельства ее создания.

Уже в наше время была сделана попытка найти мастерскуюФидия. Сооружение такой статуи требовало многих лет работы, и поэтому Фидию иего многочисленным помощникам необходимо было солидное помещение. Статуя Зевса- не мраморная глыба, которую можно оставить на зиму под открытым небом.

Внимание немецких археологов, проводивших раскопки вОлимпии, привлекли остатки античного здания, перестроенного в византийскуюхристианскую церковь. Обследовав здание, они убедились в том, что именно здесьрасполагалась мастерская — каменное сооружение, немногим уступавшее по размерамсамому храму. В нем, в частности, нашли орудия труда скульпторов и ювелиров иостатки литейного “цеха”. Но самые интересные находки сделаны по соседству смастерской — в яме, куда в течение многих сотен лет мастера сбрасывали отходы иотбракованные детали статуй. Там удалось отыскать отлитые формы тоги Зевса,множество пластин слоновой кости, сколы полудрагоценных камней, бронзовые ижелезные гвозди — в общем, полное и бесспорное подтверждение тому, что именно вэтой мастерской Фидий изготовил статую Зевса, причем именно такую, какрассказывали древние. И в довершение всех доказательств в груде отбросовархеологи нашли и донышко кувшина, на котором были выцарапаны слова:“Принадлежу Фидию”.

/>

С храмом Артемиды Эфесской давно возникла путаница, ипоэтому не совсем ясно, о каком из этих храмов говорить: о последнем илипредпоследнем? Издавна авторы, пишущие об этом чуде света, неточно представляютсебе что же сжег Герострат и что построил Херсифрон. Поэтому, я думаю, нужнорассказать о двух храмах, двух зодчих и одном преступнике. Эта история драматична,трудно решить, что же здесь торжествует — зло или добро.

Эфес был одним из крупнейших городов в Ионии, пожалуйсамой развитой и богатой области греческого мира, обогащенного здесь культуройВостока. Именно из малоазийских городов выходили смелые мореплаватели иколонисты, держащие путь в Черное море и к африканским берегам. Богатые полисыИонии много стоили. В античном мире каждый знал о храме Геры на Самосе, храмеАполлона в Дидимах, близ Милета, о храме Артемиды в Эфесе…

Храм Артемиды строился многократно. Но ранниедеревянные здания приходили в ветхость, сгорали или гибли от нередких здесьземлетрясений, и поэтому в середине VI века до нашей эры было решено построить,не жалея средств и времени, великолепное жилище для богини-покровительницы, темболее что удалось заручиться обещанием соседних городов и государствучаствовать в столь солидном предприятии. Плиний в своем описании храма,сделанном, правда, через несколько столетий после его постройки, говорит, вчастности: “… его окружают сто двадцать семь колонн, подаренных таким жеколичеством царей”. Вряд ли нашлось столько благожелательно настроенных к Эфесуцарей в округе, но очевидно, что строительство стало до какой-то степени общимделом соседей Эфеса. По крайней мере богатейший из деспотов — Крез, царь Лидии,внес щедрую лепту.

В архитекторах, художниках и скульпторах недостатка небыло. Лучшим был признан проект знаменитого Херсифрона. Тот предложил строитьхрам из мрамора, причем по редкому тогда принципу ионического диптера, то естьокружить его двумя рядами мраморных колонн.

Печальный опыт прежнего строительства в Эфесе заставилзадуматься архитектора над тем, как обеспечить храму долгую жизнь. Решение былосмелым и нестандартным: ставить храм на болоте у реки. Херсифрон рассудил, чтомягкая болотистая почва послужит амортизатором при будущих землетрясениях. Ачтобы под своей тяжестью мраморный колосс не погрузился в землю, был вырытглубокий котлован, который заполнили смесью древесного угля и шерсти — подушкойтолщиной в несколько метров. Эта подушка и в самом деле оправдала надеждыархитектора и обеспечила долговечность храму. Правда, не этому, а другому…

Очевидно, строительство храма было сплошной инженернойголоволомкой, о чем есть сведения в античных источниках. Не говоря уже орасчетах, которые приходилось вести для того, чтобы быть уверенным в стольнеортодоксальном фундаменте, приходилось решать, например, проблему доставки поболоту многотонных колонн. Какие повозки не конструировали строители, подтяжестью груза они неумолимо увязали. Херсифрон нашел гениально простоерешение. В торцы стволов колонн вбили металлические стержни, а на них наделидеревянные втулки, от которых шли к быкам оглобли. Колонны превратились ввалики, колеса, послушно покатившиеся за упряжками из десятков пар быков.

Когда же сам великий Херсифрон оказывался бессильным,на помощь ему приходила Артемида: она была заинтересованным лицом. Несмотря навсе усилия, Херсифрон не смог уложить на место каменную балку порога. Нервыархитектора после нескольких лет труда, борьбы с недобросовестнымиподрядчиками, отцами города, толпами туристов и завистливыми коллегами были напределе. Он решил, что эта балка — последняя капля, и начал готовиться ксамоубийству. Артемиде пришлось принять срочные меры: Утром к запершемуся в“прорабской” архитектору прибежали горожане с криками, что за ночь балкасамостоятельно опустилась в нужные пазы.

Херсифрон не дожил до завершения храма. После егопреждевременной смерти функции главного архитектора перешли к его сынуМетагену, а когда и тот скончался, храм достраивали Пеонит и Деметрий. Храм былзакончен примерно в 450 году до нашей эры.

Как он был украшен, какие стояли в нем статуи и какиетам были фрески и картины, как выглядела сама статуя Артемиды, мы не знаем. Илучше не верить тем авторам, которые подробно описывают убранство храма, егорезные колонны, созданные замечательным скульптором Скопасом, статую Артемиды итак далее. Это к описанному храму отношения не имеет. Все, что сделал Херсифрони его преемники, исчезло из-за Герострата.

ИсторияГерострата, пожалуй, одна из наиболее поучительных притч в истории нашейпланеты. Человек, ничем не примечательный, решает добиться бессмертия, совершивпреступление, равному которому не совершал еще никто (по крайней мере еслиучесть, что Герострат обошелся без помощи армии, жрецов, аппарата принуждения ипалачей). Именно ради славы, ради бессмертия он сжигает храм Артемиды,простоявший менее ста лет. Это случилось в 356 году до нашей эры. Кстати,именно в день, когда родился Александр Македонский.

/>

Деревянные части храма, просушенные солнцем, запасызерна, сваленные в его подвалах, приношения, картины и одежда жрецов — все этооказалось отличной пищей для огня. С треском лопались балки перекрытий, падали,раскалываясь, колонны — храм перестал существовать.

Ивот перед соотечественниками Герострата встает проблема: какую страшную казньпридумать негодяю, дабы ни у кого более не возникало подобной идеи?

Возможно, если бы эфесцы не были одарены богатойфантазией, если бы не оказалось там философов и поэтов, ломавших себе головунад этой проблемой и ощущавших ответственность перед будущими поколениями,казнили бы Герострата, и дело с концом. Еще несколько лет обыватели говорилибы: “Был один безумец, сжег наш прекрасный храм… только как его звали, дайбог памяти...” И мы бы забыли Герострата.

Ноэфесцы решили покончить с притязаниями Герострата одним ударом и совершилитрагическую ошибку. Они постановили забыть Герострата. Не упоминать его именинигде и никогда — наказать забвением человека, мечтавшего о бессмертной славе.

Боги посмеялись над мудрыми эфесцами. По всей Ионии, вЭлладе, в Египте, в Персии — всюду люди рассказывали: “А знаете какуюудивительную казнь придумали в Эфесе этому поджигателю? Его теперь навсегдазабудут. Никто не будет знать его имени. А кстати, как его звали? Герострат?Да, этого Герострата мы обязательно забудем”.

И,разумеется, не забыли.

А храм эфесцы решили построить вновь. Второй храмстроил архитектор Хейрократ, знаменитый выдумщик, которому приписываютпланировку Александрии, образцового города эллинского мира, и идею превратитьгору Афон в статую Александра Македонского с сосудом в руке, из которогоизливается река.

Правда, на этот раз строительство заняло считанныегоды. И заслуга в том давно уже умершего Херсифрона. Теперь не было загадок итехнических изобретений. Путь был проторен. Следовало только повторитьсделанное ранее. Так и поступили. Правда, в еще больших масштабах, чем прежде.Новый храм достигал 109 метров в длину, 50 — в ширину. 127 двадцатиметровыхколонн окружали его в два ряда, причем часть колонн были резными и барельефы наних выполнял знаменитый скульптор Скопас.

Этот храм и был признан чудом света, хотя, может быть,больше оснований к этому званию имел первый, построенный Херсифоном.

Историявозобновления храма и события последующих лет стали предметом сплетен,пересудов и слухов во всем античном мире. Друзья и недоброжелатели эфесцевскрещивали словесные копья на площадях…

“Послетого как некий Герострат сжег храм, граждане воздвигли другой, более красивый,собрав для этого женские украшения, пожертвовав свое собственное имущество ипродав колонны прежнего храма”,- пишет Страбон. Его информация шла изблагожелательных источников. А вот Тимей из Тавромения утверждал, как сообщаетАртемидор, что “эфесы строили храм на средства, отданные им персами нахранение”. Тот же Артемидор с гневом отвергает подобное подозрение. “У них небыло в это время никаких денег на хранении! — восклицает он.- А если бы они ибыли, то сгорели бы вместе с храмом. Ведь после пожара, когда крыша быларазрушена, кто захотел бы держать деньги под открытым небом?”

В разгар этих событий к Эфесу подошел АлександрМакедонский. Он умел поспевать вовремя. Взглянув на строительство и желаязасвидетельствовать свое уважение святилищу, а заодно и заработать политическийкапитал, Александр тут же предложил покрыть все прошлые и будущие издержки построительству при одном условии: чтобы в посвятительной надписи значилось егоимя. Положение было деликатное. Как откажешься от благодеяния, за которым стоятзакаленные фаланги македонцев? А любимые женщины ходят без украшений, да исеребряная посуда продана соседям… Надо полагать, что в городе лихорадочношли тайные совещания: как ни хорош македонец, честь города дороже.

И нашелся один хитроумный гражданин в славном Эфесе.“Александр, не подобает богу воздвигать храмы другим богам” — сказал он, на чтовеликий полководец улыбнулся, пожал плечами и ответил: “Ну, как знаете...”

Внутри храм был украшен замечательными статуями работыПраксителя и Скопаса, но еще более великолепными были картины этого храма.

В нашем воображении греческое античное искусство — этов первую очередь скульптура, затем архитектура. А вот греческой живописи, заисключением нескольких фресок, мы почти не знаем. Но живопись существовала,была широко распространена, высоко ценилась современниками и, если веритьотзывам ценителей, которых никак нельзя заподозрить в невежестве, зачастуюпревосходила скульптуру. Можно предположить, что живопись Эллады и Ионии, недошедшая до наших дней,- одна из самых больших и горьких потерь, которыепришлось понести мировому искусству.

Чтобызагладить обиду, нанесенную Александру, эфесцы заказали для храма его портретхудожнику Апеллесу, который изобразил полководца с молнией в руке, подобноЗевсу. Когда заказчики пришли принимать полотно, они были столь пораженысовершенством картины и оптическим эффектом (казалось, что рука с молниейвыступает из полотна), что заплатили автору двадцать пять золотых талантов — пожалуй, за последующие три века ни одному из художников не удавалось получитьтакого гонорара за одну картину.

Там же в храме находилась картина, на которой Одиссейв припадке безумия запрягал вола с лошадью, картины, изображавшие мужчин,погруженных в раздумье, воина, вкладывающего свой меч в ножны, и другиеполотна…

Расчеты архитекторов, построивших храм на болоте,оказались точными. Храм простоял еще половину тысячелетия. Римляне высокоценили его и богатыми дарами способствовали его славе и богатству. Известно,что Вибий Салютарий подарил храму, более известному в Римской империи подназванием храма Дианы, много золотых и серебряных статуй, которые в дни большихпраздников выносили в театр для всеобщего обозрения.

Слава храма во многом послужила причиной его гибели вовремена раннего христианства. Эфес долго оставался оплотом язычников: Артемидане желала уступать славу и богатство новому богу. Говорят, что эфесцы изгналииз своего города апостола Павла и его сторонников. Такие прегрешения не моглиостаться безнаказанными. Новый бог наслал на Эфес готов, разграбивших святилищеАртемиды в 263 году. Крепнувшее христианство продолжало ненавидеть и опустевшийхрам. Проповедники поднимали толпы фанатиков против этого олицетворенияпрошлого, но храм все еще стоял.

Когда Эфес попал под власть христианской Византии,наступил следующий этап его гибели. Мраморную облицовку с него сталирастаскивать на разные постройки, была разобрана и крыша, нарушено единствоконструкции. И когда начали падать колонны, то их обломки засасывало тем жеболотом, что спасало храм от гибели ранее. А еще через несколько десятилетийпод жижей и наносами реки скрылись последние следы лучшего храма Ионии. Дажеместо, где он стоял, постепенно забылось.

Долгие месяцы потребовались английскому археологуВуду, чтобы отыскать следы храма. 31 октября 1869 года ему повезло. Полностьюфундамент храма был вскрыт только в нашем веке. А под ним — следы храма,сожженного Геростратом.

/>

 

 

 

 

От храма сегодня осталась всего одна колонна. Онабыла восстановлена из руин не так давно. Существует и множество других следоввеликого прошлого города: разрушенный театр, библиотека, бани и другиеобщественные постройки

/>

/>

Мавзолей в Галикарнасе был современником второго храмаАртемиды. Более того, одни и те же мастера принимали участие в строительстве иукрашении их. Лучшие мастера того времени.

Формально говоря, этот мавзолей также памятник любви,как Вавилонские сады или индийский Тадж-Махал. Но если мидийская царевна врядли могла принести вред человечеству, даже если бы и хотела, и приятнее всемдумать, что она была мила, добра и достойна такого памятника, то в отношенииМавсола давно уже возникали тяжкие подозрения. Проспер Мериме, говоря оГаликарнасе, столице Карии, славном городе, знаменитом тем, что там родилсяГеродот, писал: ”Мавсол умел выжимать соки из подвластных ему народов, и ниодин пастырь народа, выражаясь языком Гомера, не умел глаже стричь свое стадо.В своих владениях он извлекал доходы из всего: даже на погребение он установилособый налог… Он ввел налог на волосы. Он накопил огромные богатства.Этими-то богатствами и постоянными сношениями карийцев с греками объясняется,почему гробница Мавсола была причислена последними к семи чудесам света”.

Но в Карии был все-таки один человек, любивший царя,-его родная сестра и жена (нередкий обычай — также бывало в древнем Египте)Артемиссия., и когда процарствовав двадцать четыре года, Мавсол умер,Артемиссия была убита горем.

“Говорят, что Артемиссия питала к своему супругунеобыкновенную любовь,- писал Авл Геллий,- любовь, не поддающуюся описанию,любовь беспримерную в летописях мира… Когда он умер, Артемиссия, обнимая трупи проливая над ним слезы, приказала перенести его с невероятнойторжественностью в гробницу, где он и был сожжен. В порыве величайшей горестиАртемиссия приказала затем смешать пепел с благовониями и истолочь в порошок,порошок этот затем высыпала в чашу с водой и выпила. Кроме того, ее пламеннаялюбовь к усопшему выразилась еще иначе. Не считаясь ни с какими издержками, онавоздвигла в память своего покойного супруга замечательную гробницу, котораябыла причислена к семи чудесам света”.

Очевидно, римский историк не совсем точен. Дело в том,что Артемиссия умерла через два года после Мавсола. Последние месяцы еецарствования прошли в непрерывных войнах, где она показала себя отличнойвоеначальницей и, несмотря на сложность положения маленькой Карии, окруженнойврагами, смогла сохранить царство мужа. В то же время известно, что АлександрМакедонский спустя двадцать лет после смерти Мавсола, ознаменовавшихся в Карииотчаянной борьбой за власть, смутой и дворцовыми переворотами, осматривалмавзолей готовым и полностью украшенным. Вернее предположить, что мавзолейначали строить еще при жизни Мавсола и Артемиссия лишь завершила его. Ведьсооружение такого масштаба должно было занять несколько лет.

В отличие от храма Артемиды Эфесской и других подобныхзданий Малой Азии Галикарнасский мавзолей, сохраняя во многом греческиетрадиции и строительные приемы, несет в себе явное влияние восточнойархитектуры — прототипов ему в греческой архитектуре нет, зато последователей умавзолея оказалось множество: подобного рода сооружения впоследствиивозводились в разных районах Ближнего Востока.

Архитекторы построили усыпальницу галикарнасскомутирану в виде почти квадратного здания, первый этаж которого был собственноусыпальницей Мавсола и Артемиссии. Снаружи эта громадная погребальная камера,площадью 5000 квадратных метров и высотой около 20 метров, была обложенаплитами белого мрамора, отесанными и отполированными на персидский манер. Поверху первого этажа шел фриз — битва эллинов с амазонками — “Амазономахия”работы великого Скопаса. Кроме Скопаса там работали, по словам Плиния, Леохар,Бриаксид и Тимофей. Во втором этаже, окруженном колоннадой, хранилисьжертвоприношения, крышей же мавзолея служила пирамида, увенчанная мраморнойквадригой: в колеснице, запряженной четверкой коней, стояли статуи Мавсола иАртемиссии. Вокруг гробницы располагались статуи львов и скачущих всадников.

Мавзолей знаменовал собой закат классическогогреческого искусства. Очевидно, он был слишком богат и торжественен, чтобыстать по-настоящему красивым. Даже на рисунках-реконструкциях он кажется такимже тяжелым и статичным, как персидские гробницы,- в нем больше Востока, чемГреции. Возможно, виной тому пирамида, возможно, глухие высокие стены нижнегоэтажа. Впервые в греческом искусстве были объединены все три знаменитых ордера.Нижний этаж поддерживался пятнадцатью дорическими колоннами, внутренние колонныверхнего этажа были коринфскими, а внешние — ионическими.

Плинийутверждает, что мавзолей достигал в высоту ста двадцати пяти локтей, то естьшестидесяти метров, другие авторы дают либо большие либо меньшие цифры.

Мавзолейстоял в центре города, спускавшегося к морю. Поэтому с моря он был видениздалека и выгодно смотрелся рядом с другими храмами Галикарнаса — колоссальнымсвятилищем Ареса, храмами Афродиты и Гермеса, которые стояли выше, на холме, посторонам мавзолея.

По всему античному миру строились копии и подражаниямавзолею в Галикарнасе, но, как и положено копиям, они были менее удачны ипоэтому вскоре забыты. Он стал так знаменит, что римляне называли мавзолеямивсе крупные усыпальницы. Построен мавзолей был столь прочно, что, хотя и обветшал,простоял почти две тысячи лет. А о том, как мавзолей погиб, известно из хроникиисторика позднего средневековья, где говорится о последних днях орденаиоаннитов на острове Родос.

“В 1522 году, когда султан Сулейман готовился кнападению на родосцев, великий магистр ввиду предупреждения опасности послалнескольких рыцарей, чтобы привести в порядок укрепления и насколько возможновоспрепятствовать высадке неприятеля. Прибыв в Мезину (так именовался тогдаГаликарнас), рыцари тут же принялись за укрепление замка. За неимениемподходящих материалов они воспользовались мраморными плитами и глыбами, изкоторых состояла древняя, полуразрушенная постройка вблизи гавани. Снимая глыбуза глыбой, они спустя несколько дней добрались дол какой-то пещеры. Они увиделипрекрасную четырехугольную залу, украшенную мраморными колоннами, карнизами иразличными орнаментами. Промежутки между колоннами были заполнены украшениямииз различных мраморов, по стенам и на потолке виднелись мраморные же рельефы,изображавшие различные сцены и даже целые сражения. Подивившись всему этому,рыцари, однако, воспользовались и этим материалом, так же как наружнымиглыбами. За этой залой они нашли еще другую, меньшую, в которую вела низенькаядверь. В этой зале они увидели четырехугольный мраморный надгробный памятник состоящей на нем урною. Памятник этот был сделан очень искусно из белого мрамора,дивно светившегося в темноте. Вошедшие рыцари не имели возможности оставатьсятам дольше, так как в это время ударил призывный колокол. Вернувшись на другойдень, они увидели памятник разрушенным и могилу открытой. На земле былиразбросаны кусочки золотой парчи и золотые пластинки. Это заставило ихпредположить, что пираты, сновавшие у побережья, ночью проникли туда и нашлимного драгоценностей...”

Так до нас дошло единственное достоверное описаниепогребального зала мавзолея, сделанного со слов археологов “наоборот” — последних, кто видел мавзолей стоящим, и сделавших все, чтобы от памятниканичего не осталось.

В середине XIX века путешественники по Малой Азииобращали внимание на то, что стены турецкой крепости Будрун, перестроенной изионнитского замка святого Петра, сложены не столько из каменных глыб, сколькоиз мрамора. Это неудивительно: остатки античных городов всегда служилистроительным материалом сначала византийцам, а потом арабам и туркам. Но ужочень красивы и необычны были мраморные плиты стен Будруна: неизвестный генийнаселил их барельефы неистовыми людьми и богами.

Когда слухи об этом дошли до английского посла вТурции, он приехал в Будрун и после долгих переговоров и множества взяток купилразрешение выломать из стен двенадцать плит и перевезти их в Британский музей.Английские ученые по сохранившимся описаниям и отзывам современников вскоредогадались, что перед ними часть знаменитого фриза Скопаса — “Амазономахии”.

Убедившись в том, что Галикарнасский музей надо искатьв Будруне, сэр Ньютон, хранитель Британского музея, поспешил туда. Первое, чтоон увидел, высадившись на берег, были два мраморных льва, вставленные в стенукрепости мордами к морю. Львы тоже были когда-то позаимствованы крестоносцамидля военного строительства. Ньютон не тратил времени даром. Он облазил всюкрепость, отыскивая и определяя “ворованные” плиты и статуи. В ожидании, каквсегда нескорого, разрешения на изъятие плит он начал искать то место, гдекогда-то стоял мавзолей, который должен был находиться недалеко от крепости.Иначе бы ионнитам не было смысла таскать оттуда плиты и глыбы.

Задевять месяцев, проведенных в Будруне, Ньютон отыскал обломки мавзолея, а подслоем земли и мусора — еще четыре плиты Скопаса. Когда же раскопки подходили кконцу, обнаружили самую главную находку — расколотые на множество частейдвухметровые статуи Мавсола и Артемиссии, стоявшие прежде в колеснице,на верху мавзолея, и

/>разрешавшую все сомнения почти целую мраморнуюлошадиную голову почти в метр длиной, с бронзовой позолоченной уздечкой иподвесками — украшениями.         

Удивительно то, что голова оказалась деформированной.Ньютон догадался, что лошади, запряженные в колесницу карийских монархов,стояли на шестидесятиметровой высоте. Этим-то и объяснялась несоразмерность: налошадей следовало смотреть издали и снизу.

                                                                                               

 Каменныеблоки и обломки колонн — вот                                  

                                                                                                           все что осталось от Мавзолея наместе раскопок в современной Турции

 

/>

/> <td/> />
          Колосс Родосский — младший современникмавзолея и храма Артемиды. Идея создать его родилась весной 304 года до нашейэры, когда жители небольшого острова, лежащего у самого берега Малой Азии, стояна истерзанных долгой осадой стенах, смотрели, как скрываются в море кораблиодного из наследников державы Александра Македонского — сына правителя ПереднейАзии и Сирии Деметрия Полиоркета.

Чтобы покорить родосцев, Полиоркет привез к городуосадные машины — последнее слово весьма развитой для того времени военнойтехники. Гордость осаждавшей армии была гелеополида — осадная башня с таранамии перекидным мостом, катапультами, площадками для десанта. Гелеополиду, обитуюжелезом, приводили в движение три тысячи четыреста воинов.

Покидая после неудачной осады остров, Полиоркет бросилна берегу огромную гелеополиду — это в некотором роде чудо света,- невыполнившую своего предназначения. Она-то и принесла городу не только выгоду,но и славу. Купцы, собравшиеся в городе после победы, предложили купитьгелеополиду “на металлолом”, предлагая за железо триста талантов — сказочную потем временам сумму. В знак избавления города и на деньги от продажи башнирешено было возвести статую Гелиоса — покровителя Родоса. Родосцы верили, чтоостров поднят со дна моря по просьбе этого бога.

Статую решили поручить изваять скульптору Харесу,ученику Лисиппа. Харес предложил сделать Гелиоса стоящим. В левой руке ондержал ниспадающее до земли покрывало, правую приложил ко лбу, вглядываясь вдаль. Правда, такая поза не соответствовала канонам, на Харес понимал, чтоколосс не удержится, если бог протянет руку вперед.

Основой тридцатишестиметровой статуи послужили тримассивных каменных столба, скрепленные железными балками на уровне плеч.Основания столбов были в ногах статуи и в покрывале. На высоте плеч и на поясестолбы соединялись поперечными балками. На столбы и балки крепился железныйкаркас, который покрыли чеканными листами бронзы.

Колоссрос на берегу гавани на облицованном белым мрамором искусственном холме.Двенадцать лет никто не видел статуи, потому что, как только на каркасприкреплялся очередной пояс бронзовых листов, подсыпали окружавшую колосснасыпь, чтобы мастерам удобнее было подниматься наверх. И только когда насыпьбыла убрана, родосцы увидели своего бога-покровителя, голову которого украшаллучистый венец.

/>Сверкающий бог был виден за многокилометров от Родоса, и вскоре молва о нем распространилась по всему античномумиру. Но уже через полвека сильное землетрясение, разрушившее Родос, повалилоколосса на землю, самым уязвимым местом статуи оказались колени. Отсюда и пошловыражение “колосс на глиняных ногах”.

Родосцы пытались поднять колосса. Известны благородныепопытки соседей помочь им в этом деле. Египетский царь прислал несколько сотталантов меди и мастеров. Но ничего не вышло.

Так и лежал на берегу бухты колосс — главнаятуристская достопримечательность острова. Поверженного гиганта видел ПлинийСтарший, приезжавший туда в первом веке нашей эры. Плиния больше всего поразилото, что лишь немногие люди могли обхватить руками большой палец статуи.

Лежавший на земле колосс обрастал паутиной илегендами. В рассказах очевидцев он казался куда больше, чем был на самом деле.В римской литературе появились легенды о том, что он первоначально возвышалсянад входом в гавань и был так велик, что между его ног проходили к городукорабли.

Тысячу лет лежал расколотый колосс у Родоса, пока в977 году нуждавшийся в деньгах арабский наместник не продал его одному купцу.Купец, чтобы отвезти колосса на переплавку, разрезал его на части и нагрузилбронзой 900 верблюдов.

Возможно,Колосс стоял на постаменте,

вытянувшисьи подняв в руке факел.

Втаком случае он, вероятно, очень походил

насовременную статую Свободы в нью-йоркской бухте

 

/>

/>          Последнееиз классических чудес, так или иначе связанных с именем Александра МакедонскогоАлександрийский маяк.

Александрия, основанная в 332 году до нашей эры,раскинулась в дельте Нила, на месте Египетского городка Ракотиса. Это был одиниз первых городов эпохи эллинизма, сооруженных по единому плану. В Александриистоял саркофаг Александра Великого, здесь же находился мусейон — обиталище муз,центр искусств и науки. Так вот и прокладывается этимологическая ниточка от музк современному слову “музей”. Мусейон — сразу и академия наук, и общежитие дляученых, и технический центр, и школа, и величайшая в мире библиотека, в которойбыло до полумиллиона свитков. Страстный книжник и тщеславный человек, царьПтоломей II страдал оттого, что в библиотеке не было некоторых уникальныхрукописей греческих драматургов. Он направил посольство в Афины, чтобы афинянеодолжили свитки на время, скопировать. Спесивые Афины потребовали баснословныйзалог — 15 талантов, почти полтонны серебра. Птоломей принял вызов. Серебробыло доставлено в Афины, и пришлось скрепя сердце выполнять договор. НоПтоломей не простил такого недоверия его библиофильским наклонностям и егочестному слову. Он оставил залог афинянам, а рукописи — себе.

Гавань Александрии, пожалуйсамая деловитая и оживленная во всем мире, была неудобной. Нил несет массу ила,на мелководье среди камней и мелей требуются умелые лоцманы. Чтобы обезопаситьмореплавание, решено было построить маяк на острове Фарос, на подходе кАлександрии. В 285 году до нашей эры остров соединили с материком дамбой, иархитектор Сострат Книдский приступил к работам. Строительство заняло всегопять лет: Александрия была передовым техническим центром и самым богатым городатогдашнего мира, к услугам строителей были громадный флот, каменоломни идостижения мусейонских академиков. Маяк получился в виде трехэтажной башнивысотой 120 метров (первый и самый опасный “соперник” египетским пирамидам). Восновании он был квадратом со стороной тридцать метров, первыйшестидесятиметровый этаж башни был сложен из каменных плит и поддерживал сорокаметровуювосьмигранную башню, облицованную белым мрамором. На третьем этаже, в круглой,обнесенной колоннами башне, вечно горел громадный костер, отражавшийся сложнойсистемой зеркал. Дрова для костра доставлялись наверх по спиральной лестнице,такой пологой и широкой, что по ней на стометровую высоту въезжали повозки,запряженные ослами.

Маяк был и крепостью — форпостом Александрии инаблюдательным постом: с его вершины можно было разглядеть вражеский флотзадолго до того, как тот приближался к городу.

На башне находилось множество остроумных техническихприспособлений: флюгера, астрономические приборы, часы.

/>Маяк был настолько великолепен, чтоСострат Книдский, страшась забвения, пошел на рискованное нарушение указовПтоломеев. В основании маяка он высек надпись: “Сострат, сын Декстифона изКнида, посвятил богам-спасителям ради мореплавателей”. Надпись он прикрыл слоемштукатурки, на которой было вырезано имя Птоломея Сотера. Сострат не надеялсядожить до того времени, когда осыплется штукатурка, да и не в его интересахбыло узнать реакцию правителя на этот поступок.        Но в будущем…

Надпись Сострата видели римские путешественники. В товремя маяк еще функционировал. С падением римской империи он перестал светить,обвалилась обветшавшая за   столетия верхняя башня, но долго еще стояли стенынижнего этажа, которые разрушились от землетрясения в XIV веке. Руины древнегомаяка были встроены в турецкую крепость и в ней существуют поныне.

Реконструкции Александрийского маяка немного похожи нанью-йоркский небоскреб Эмапайр Стейтс Билдинг.

                                                                                                 Вероятное внутреннее

                                                                                                      строение маяка

Заключение

 

Можно подумать, что рок был особенно немилостив именнок чудесам света, судьба которых сложилась столь трагически. Это не так. Грудымусора, высоченные холмы, поднимающиеся на Ближнем Востоке, в Средней Азии, вИндии, Китае — следы существовавших там некогда и полностью исчезнувших с лицаземли городов, от которых не осталось ни одного дома или храма, а зачастую иназвания. Каждый год приносит известия о новых замечательных открытияхархеологов, как правило несущих в себе и нотку печали. Настенные росписи вПенджикенте рассказали о дворце в этом городе, которого никто никогда неувидит; статуя лежащего Будды, открытая в Средней Азии, поведала о многихбуддийских храмах, от которых не осталось и следа; львиные капители колонн иостатки массивных алтарей в городе-храме, найденном в Колхиде, повествуют озданиях и скульптурах, погибших безвозвратно…

Если свести воедино все выдающиеся памятникидревности, окажется, что вряд ли один из ста дожил до наших дней.

К счастью, это никогда не удерживало людей от новыхпопыток построить, вылепить, вытесать, нарисовать — выразить себя и свое времяв высоком искусстве.

И то немногое, что сохранилось до наших дней, даетвозможность представить себе искусство Востока, дает нам право гордитьсявеликими мастерами прошлого, где бы они не творили — в Индии, Сирии, Японии,Бирме, Эфиопии...

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Список использованной литературы:

 

1. “Большая советская энциклопедия”,   1958 г.

2. И. Можейко “7 из 37чудес”, 1983 г.

3. WWW.7WONDERS.RU

 

еще рефераты
Еще работы по архитектуре